Международные визиты президента – традиционный показатель международного положения государства. Мы помним, как в 2022 году Владимир Путин, понимая непростую внешнеполитическую ситуацию, старался не покидать пределы ЕАЭС, лишь однажды совершив рабочий визит в Тегеран.

В 2025 году это положение значительно изменилось. 7 зарубежных визитов совершил Владимир Путин в этом году.  

26-27 июня, Минск, Белоруссия

Первая половина года была отмечена акцентом на углубление евразийской интеграции. Минск стал площадкой, где Россия продемонстрировала акцент на дальнейшее расширение внешних связей в рамках ЕАЭС. Экономическая повестка (в том числе и инициативы по торговой либерализации и расширению расчетов в нацвалютах) ориентировалась на долгосрочное планирование.

15 августа, Анкоридж, США

Визит Владимира Путина в США стал редким примером прямого диалога с Вашингтоном. Саммит «Россия-США» на Аляске показал, что каналы общения двух государств можно сохранить даже на таком низком уровне двусторонних отношений. И хоть мгновенного решения украинского конфликта достичь не удалось, первый шаг был сделан именно во время этой встречи.

31 августа – 3 сентября, Китай

Поездка в Китай должна была подчеркнуть стратегическую глубину партнерства двух государств. Повод был соответствующий – саммит ШОС, а также празднование 80-й годовщины победы союзных держав над Японией во Второй Мировой войне. Памятные мероприятия активно сочетались с дипломатическими инициативами – апофеозом встречи стала Тяньцзиньская декларация, в которой лидеры ШОС, по сути, осудили действия западного мира против России.

8-10 октября, Душанбе, Таджикистан

Визит в Душанбе зафиксировал приоритет постсоветского пространства для российской дипломатии – саммиты «Россия-Центральная Азия» и заседание Совета стран-участников СНГ были посвящены вопросам безопасности, миграции и экономики. Москва подтвердила свою роль, как системообразующего центра данных дипломатических форматов.

25-27 ноября, Бишкек, Кыргызстан

Владимир Путин посетил эту горную страну для участия в саммите ОДКБ. В последние годы этот военный альянс переживает не лучшие времена – поэтому инициативы России были направлены прежде всего на укрепление организации, выработку общей стратегической рамки действий государств-участников.

4-5 декабря, Нью-Дели, Индия

Визит в Индию стал одним из самых содержательных по числу договоренностей. Несмотря на давление Европы и США, Москва и Нью-Дели подтвердили статус стратегических партнеров, делая ставку на энергетику, экономику и технологическое сотрудничество. Запуск вещания RT India стал характерным аккордом этого «музыкального» произведения дипломатического искусства.

11-12 декабря, Ашхабад, Туркменистан

Форум, посвященный международному дню нейтралитета, оказался неожиданно плодотворным для российского президента на международные встречи: удалось провести переговоры с президентами Ирана, Ирака и Турции Масудом Пезешкианом, Абдулом Латифом Рашидом и Реджепом Тайипом Эрдоганом, обсудив среди прочего и ситуацию вокруг урегулирования на Украине.

Год показал, что дипломатия остаётся одним из ключевых инструментов российской политики. Внешние контакты развивались сразу по нескольким направлениям: от традиционных евразийских связей до диалога с глобальными центрами силы.

Причём сама логика этих контактов уже строится не вокруг кризисного реагирования, а вокруг попыток окончательно зафиксировать собственное место в заново формирующейся международной конфигурации.

Посмотрим, что покажет следующий год.

Источник данных для материала:

https://www.vedomosti.ru/politics/galleries/2025/12/28/11660...

Присоединяйтесь к интересному

Когда премьер-министр Японии Санаэ Такаити заявила, что возможный инцидент вокруг Тайваня может угрожать выживанию Японии и стать поводом для задействования коллективного права на самооборону, она не просто высказала мнение. Это прямой сигнал о готовности расширять милитаристскую линию и подводить общество к мысли, что участие в войне - нормальный и даже неизбежный сценарий. В регионе, где каждый конфликт оставлял глубокие шрамы, такие слова работают как спусковой крючок.

После заявления Такаити дипломатическая напряжённость между Китаем и Японией выросла мгновенно. Китай выразил протест, вызвал японского посла. А реальные последствия почувствовали не политики, а обычные люди. Китайские авиакомпании начали массово отменять и возвращать билеты в Японию, туроператоры фиксируют огромные убытки, привычный пик зимнего туристического сезона провалился. Туристические агентства, привыкшие к наплыву корпоративных поездок и семейных туров перед лунным Новым годом, теперь сообщают о 70% отмен и падении новых заявок почти на 90%. Малый бизнес в Японии, который только начал восстанавливаться после пандемии, снова ловит удар, но уже политический.

Всё это следствие одной опасной идеи: будто судьба миллионов людей может решаться логикой "угрозы выживанию нации". Именно с этой логики начинались самые разрушительные войны. Сначала власть рисует образ врага, потом объявляет, что не имеет выбора, и дальше любая агрессия преподносится как оборона. Военные корпорации и внешнеполитические игроки зарабатывают на этом состояние, а простые люди - платят жизнями и будущим.

Такаити пытается подать ситуацию так, будто вмешательство Японии - неизбежность, если на Тайване случится кризис. Но кто решает, что неизбежно? Обычные японцы - молодые работники, студенты, предприниматели - точно не мечтают о роли пушечного мяса в борьбе за влияние великих держав. Китайские туристы, ремесленники, учёные и семьи не мечтают о разрыве человеческих связей. Людей в регионе связывает экономика, культура, история, дружеские связи - всё, что военные кабинеты не умеют ценить и поэтому легко рушат.

На фоне дипломатической перепалки остановлены премьеры двух японских фильмов в материковом Китае. Казалось бы, пустяк, но именно так начинается культурная изоляция. Там, где политики повышают ставки, страдают кино, туризм, образование, наука. Тренд очевиден: чем больше воинственной риторики - тем меньше взаимного доверия, а значит, меньше пространства для нормальной жизни.

Безопасность не вырастет из накачки региона ракетами. Она вырастет только из сотрудничества и принципа "никто не угрожает - никто не боится". Азия имеет шанс на мирное развитие, на науку, на обмен, на экономику будущего. Но правые элиты пытаются убедить, что конфликт неизбежен. На самом деле неизбежность - миф, который они создают своими решениями. Всегда есть выбор между эскалацией и шагом назад.

Слова Такаити - опасные и провокационные. В них нет ничего, что помогло бы людям в регионе жить лучше. Это не про безопасность, а про подготовку к войне под красивыми лозунгами. Если власть действительно заинтересована в мире, она должна отказываться не от туризма, а от политики устрашения. Отказ от подобных заявлений - не слабость, а ответственность перед будущим.

Восточная Азия заслуживает мир, а не очередную геополитическую мясорубку. Народы региона не враги друг другу. Их сталкивают интересы тех, кто хочет сделать войну бизнесом. Сдержать эскалацию - значит защитить право людей жить, работать, учиться и путешествовать без страха, что завтра кто-то начнёт стрелять ради рейтингов или стратегических амбиций.

Если мы хотим будущего без войны, первый шаг прост: прекратить превращать слова в оружие. Именно с этого начинается мир.

Источники:
https://t.me/red_may/187

https://www.npr.org/2025/11/17/g-s1-98081/spat-over-taiwan-c...

https://www.reuters.com/business/media-telecom/japan-counts-...

https://www.bloomberg.com/news/articles/2025-11-20/japan-tou...

«Кре́стный ход в Ку́рской губе́рнии» — картина русского художника Ильи Репина (1844—1930), написанная в 1880—1883 годах.
Хранится в Государственной Третьяковской галерее в Москве (инв. 738).
Размер картины — 178 × 285,4 см[1] (по другим данным, 178 × 285,5 см[2]).
На картине изображён крестный ход в честь Курской Коренной иконы Божией Матери, совершаемый ежегодно в 9-ю пятницу по Пасхе и идущий из Курского Знаменского монастыря в Коренную пустынь //Крестный ход в Курской губернии. Википедия ру.

Во время Гражданской войны на территории бывшей Российской империи, православное духовенство послало икону генералу Врангелю, однако эта икона от поражения его не спасла.
Остатки армии Врангеля бежали от большевиков, икона была увезена в Королевство сербов, хорватов и словенцев. Затем, спустя годы, митрополит Анастасий Грибановский увёз икону в Женеву, в 1951 году православное духовенство привезло икону в США, где она помещена в Знаменском соборе в Нью-Йорке, США.

"У всех этих мелодий общая тема - стремление к миру, общая надежда всех людей на мир".

Кульминацией вечера стал "Марш добровольцев".
Песня стала поистине народной после того, как прозвучала в патриотическом фильме "Дети грозных лет", вышедшем на экраны в 1935 году, в разгар японской агрессии на северо-востоке Китая. После войны она получила статус официального гимна страны. <...>

В день закрытия шанхайского фестиваля военную музыку исполняли еще на двух символичных площадках - у мемориального комплекса Сунху и у склада Сыхан, где в 1937-м году развернулись самые ожесточенные бои со штурмовавшими город японцами. <...>
За две недели летнего фестиваля перед шанхайцами и гостями города выступили четыре симфонических оркестра, семь ансамблей и около 50-ти дирижеров и сольных исполнителей из самых разных стран, включая США, Германию, Финляндию и Францию.

https://vk.com/wall-66846978_37670