"Капитал" Маркса надо прочитать.

(который так и не осилило около 100% людей, считающих себя марксистами).

Гражданину Морису Лашатру.

Дорогой гражданин!

Одобряю вашу идею издать перевод «Капитала» в виде периодически выходящих выпусков. В такой форме сочинение станет более доступным для рабочего класса, а это для меня решающее соображение.

Такова лицевая сторона медали. Но есть и оборотная сторона: метод исследования, которым я пользуюсь и который до сих пор не применялся к экономическим вопросам, делает чтение первых глав очень трудным. Можно опасаться, что у французской публики, которая всегда нетерпеливо стремится к окончательным выводам и жаждет узнать, в какой связи стоят общие принципы с непосредственно волнующими её вопросами, пропадёт интерес к книге, если, приступив к чтению, она не сможет сразу же перейти к дальнейшему.

Здесь я могу помочь только одним: с самого же начала указать на это затруднение читателю, жаждущему истины, и предостеречь его. В науке нет широкой столбовой дороги, и только тот может достигнуть её сияющих вершин, кто, не страшась усталости, карабкается по её каменистым тропам.

Примите, дорогой гражданин, уверения в моей преданности.

Карл Маркс Лондон, 18 марта 1872 г.

Предисловие к французскому изданию "Капитала"

Применение законов из компьютерной науки в биологии выявило интригующую вероятность того, что жизнь существовала задолго до появления Земли. И возможно, если верить ученым и ихрасчетам, появилась за пределами нашей солнечной системы.

Вы в это верите?

Закон Мура гласит о том, что мощность компьютеров увеличивается по экспоненте, в то время как стоимость полупроводника падает в геометрической прогрессии каждыедва года. Однако мы уже выяснили, что закон Мура работает не толькос полупроводниками. Но работает. Если вы возьмете закон Мура и посчитаете вычислительную мощь за последниедва года в обратном порядке, вы окажетесь в 1960 году, когда и был изобретен первый микрочип.
Пара генетиков решили применитьзакон Мура относительно скорости, с которойувеличивается сложность жизни на Земле. Как пишет New Scientist, результаты показали, что первая органическая жизнь появилась на свет задолго до самой Земли.
Научный сотрудникАлексей Шаров из Национального института по проблемам старения в Балтиморе и биолог-теоретик Ричард Гордон из Морской лаборатории во Флориде взяли закон Мура и заменили транзисторы нуклеотидами — строительными блоками ДНК и РНК— и цепями генетического материала, а после запустили калькулятор.
Полученные результаты показали, что жизнь зародилась 10 миллиардов лет назад, задолго до Земли, чей возраст оценивается в 4,5 миллиарда лет.
Что ж, если математически жизнь действительно существовала задолго до Земли, возможно ли это физически? И сноваШаров и Гордон говорят «да, возможно». Пока наша Солнечная система скатывалась в шарики планет, давние предки бактерий или дажеэлементарные нуклеотиды из более старой части галактики могли нанести визит нашей Земле на комете или в другом неорганическом космическом мусорном контейнере — имя этому процессу панспермия.

Расчеты ученых нельзя считать научными доказательствами того, что жизнь существовала задолго до Земли —нет никакой возможности узнать наверняка, не могла ли органика эволюционироватьбыстрее в какой-нибудь из моментов в истории Вселенной.Шаров называет свою работу мысленным экспериментом.
«В наших аргументах сплошные гипотезы».
Мысль Шарова и Гордона порождает определенную интригу. С одной стороны, «жизнь до Земли» решает старую проблему многообразия видов во Вселенной: если сложность генетики будет прогрессировать с постоянной скоростью, социальное и научное развитие — тоже, то первыми инопланетянами, с которыми мы познакомимся где-нибудь на задворках Млечного Пути, будут… люди. Или что-то похожее на людей. В пользу этого говорит другой интересныйфакт.
«Пока астрономы ищут инопланетян в космосе, другие ученые на основании данных физики, биологии ихимии пытаются догадаться, на что может быть похожа инопланетная жизнь. Еще Исаак Ньютон, например, задавался вопросом: почему все животные, которых мы видим вокруг, обладают двусторонней симметрией (все они имеют симметрично расположенные два глаза, две «руки» и две «ноги»)? Что это — счастливая случайность или промысел Божий?»— Мичио Каку, «Физика невозможного».

Исследование Шарова и Гордона выписывает теоретическую и практическую параллель между происхождением жизни и отношением жизник знанию. Эволюция человека не простопроисходит на генетическом уровне: она происходит эпигенетически, или в уме; как технологии, язык или культурная память становятся все более сложными.
«Функциональная сложность организмов частично зашифрована в наследственном геноме и частично в быстротечном сознании», — объясняют ученые.
Применяя закон Мура — теорию, которая изначально должна была служить технологиям, — к жизни, генетики неупрощают эволюцию, а напротив, признают ее необычайную сложность.
И хотя некоторые могут со скепсисом отнестись к Шаровуи Гордону, ученые стоят на своем.
«Загрязнение спорами бактерий из космоса представляется наиболее правдоподобной гипотезой, которая объясняет раннее появление жизни на Земле», — утверждают они. И если бы Шарову предложили пари, он бы поставил 99 % на то, что жизньсуществовала до Земли. — «Но нам нужно оставить 1 % для совершенноневероятного шанса...

( Много букф да, но интересно - а ещё фраза: из компьютерной науки в биологии... сразу напомнила фильм один недавний , который провалился вроде у Критиков )

В Сети можно встретить полемичный афоризм, приписываемый одному из создателей квантовой механики. Мы проверили корректность такой атрибуции.

Высказывание, приписываемое нобелевскому лауреату по физике, отражает точку зрения многих крупных учёных, которые одновременно верят в Бога и в теорию эволюции. Цитату любит приводить в своих лекциях и интервью нейролингвист и популяризатор науки Татьяна Черниговская. Фраза встречается в различных книгах на религиозную и околорелигиозную тематику, сетевых собраниях афоризмов, а также в соцсетях: Facebook (есть публикации с 580, 535 и 506 репостами на момент написания этого разбора), «ВКонтакте» (340 репостов) и X (187). Иногда вместо стакана в переводе фигурирует сосуд или чаша.

Появление квантовой механики вывело взаимоотношения науки и религии на новый уровень. Её ключевые концепции: принцип неопределённости, квантовая запутанность и эффект наблюдателя — породили множество интерпретаций, которые иногда выходят за рамки строгой науки и пересекаются с метафизическими или даже религиозными идеями. Возникло такое направление, как квантовый мистицизм, которое не поддерживается большинством современных учёных.

Религией и даже восточными мистическими практиками интересовались и два столпа квантовой механики — Эрвин Шрёдингер и Вернер Гейзенберг. В том, что Гейзенберг, выходец из лютеранской семьи, верил в Бога, сомневаться не приходится. Как рассказывал физик Генри Маргенау, встретившийся с Гейзенбергом после Второй мировой войны, коллега поразил его своей глубокой религиозной убеждённостью: «Он был истинным христианином во всех смыслах этого слова».

Об особом отношении Гейзенберга к Богу можно сделать вывод и из его работ. В эссе «Реальность и её порядок» (1942) он писал:

«…Обсуждение извечного вопроса о существовании Бога. В поисках ответа на этот вопрос человеческая мысль прошла множество этапов, каждый из которых необходим для достижения следующего. Первым шагом, который мы могли бы просто сказать: "Я верю в Бога-Отца, всемогущего творца неба и земли". Следующим шагом — по крайней мере, для нашего современного сознания — было сомнение. Бога нет; есть лишь безличный закон, управляющий судьбами мира в соответствии с причинно-следственными связями. <…> Следующим шагом, возможно, стала бы легкомысленная формула Вольтера: "Если бы не было Бога, кто-то должен был бы его придумать". То есть вера в личного Бога — это, по крайней мере, полезный, допустимый самообман, самообман, способствующий гармонии нашей души. <…> Вполне возможно, что все великие притчи: о личном боге, о воскресении мёртвых, о переселении душ — реальны, пока у людей есть силы верить в них. Но тогда не следует ли нам отказаться от столь субъективной реальности, которая на протяжении веков казалась нестабильной, и ограничиться той областью реальности, которая может быть объективирована и, несомненно, переживёт тысячелетия? Похоже, именно такой позиции сегодня стремятся придерживаться многие. Но эта позиция также основана на иллюзии: предположении, что можно избежать изменения нашего мира силой нашей души. <…> Сегодня мы уже не можем с детской уверенностью сказать: "Верую в Бога-Отца, всемогущего творца неба и земли". И всё же мы можем с полной уверенностью вверить себя в руки высшей силы, которая при нашей жизни и на протяжении веков определяет нашу веру, а вместе с ним и наш мир, и нашу судьбу. <…> Вопрос о существовании Бога давно перестал быть научным; это вопрос о том, что нам следует делать».

Иными словами, немецкий физик переводит вопрос существования Бога в этическую плоскость, при этом никак не опровергая его и обобщая до высшей силы. Такое отношение Гейзенберг пронёс через всю жизнь. В 1973 году, за три года до смерти, в лекции под названием «Традиция в науке» он высказался с позиций деизма:

«Галилей утверждал, что природа, вторая книга Бога, написана математическими буквами <…>. Кеплер ещё более ясно выражается в своём труде о мировой гармонии; он говорит: Бог сотворил мир в соответствии со своими идеями творения. Эти идеи — чистые архетипические формы, которые Платон называл идеями, и они могут быть постигнуты человеком как математические конструкции. Они могут быть постигнуты человеком, потому что человек был сотворён по духовному образу Бога. Физика — это размышление о божественных идеях творения, поэтому физика — это божественное служение».

Свою мысль он развил в одной из статей год спустя:

«Как вы знаете, в истории науки, начиная со знаменитого процесса над Галилеем, неоднократно утверждалось, что научная истина несовместима с религиозным толкованием мира. Хотя я убеждён, что научная истина неоспорима в своей собственной области, я никогда не считал возможным отвергать содержание религиозного мышления как просто часть устаревшего этапа в сознании человечества, как часть, от которой нам придётся отказаться в будущем. Поэтому в течение моей жизни я неоднократно был вынужден размышлять о взаимосвязи этих двух областей мысли, ибо я никогда не мог усомниться в реальности того, на что они указывают».

Таким образом, Гейзенберг признавал существование как физических законов, так и Бога, Творца, ответственного за их появление. В последней цитате следует обратить внимание на фразу «я никогда не мог усомниться в реальности…», которая несколько диссонирует с высказыванием, ставшем темой этого разбора, — в нём говорится об уходе в атеизм и возвращении к религии.

«Проверено» не обнаружило высказываний, сколько-нибудь похожих на искомое, в книгах Вернера Гейзенберга, изданных на разных языках и доступных через проекты Internet Archive и «Google Книги». Его нет в базовой работе Гейзенберга на эту тему «Физика и философия: революция в современной науке» (1958), а также в труде Герберта Хёрца «Вернер Гейзенберг и философия» (1966). Не встречается афоризм и в переписке Гейзенберга, а также в некоторых биографических работах о нём. В 2015 году в обсуждении на сайте de.wikiquote.org некий пользователь, представившийся Эйке Кристианом Хиршем, интервьюером Гейзенберга и другом его детей, заявил, что цитата не соответствует взглядам и лексике физика и опровергается наследниками Гейзенберга. Однако авторство этого комментария представляется сомнительным: в нём 78-летний Хирш упоминается в том числе в третьем лице, а риторика по отношению к религии не совсем соответствует статусу доктора теологии.

При этом нельзя сказать, что в XX веке эта цитата (в оригинале — «Der erste Trunk aus dem Becher der Naturwissenschaft macht atheistisch, aber auf dem Grund des Bechers wartet Gott») с атрибуцией Гейзенбергу была популярной. В открытых источниках встречается лишь несколько случаев, один из самых старых — вышедшая в 1979 году книга журналиста Хайнца Отрембы об истории Вюрцбурга, родного города Гейзенберга. В том же году высказывание упомянул биолог-креационист Вольфганг Кун в своей книге «Белка и Господь». Как выяснил ещё один биолог, Гюнтер Бехли, Отремба позаимствовал цитату из работы Луизы Ринзер «Страдание — смерть — воскресение» (1975). «Проверено» убедилось, что эта цитата упоминается у Ринзер со ссылкой на Гейзенберга, но без указания на источник.

А вот вариант фразы, несколько отличающийся от завирусившегося, можно встретить в работе немецкого физика и философа Карла Фридриха фон Вайцзеккера «История природы» (1948), содержавшей его лекции двухлетней давности:

«От размышлений нет честного пути обратно к наивной вере. Согласно старой поговорке, первый глоток из чаши познания отделяет нас от Бога, но на дне чаши Бог ждёт того, кто его ищет. Если это так, то существует образ мышления, ведущий к религиозным истинам, и только этот путь приносит плоды. Если это не так, наш мир напрасно возлагает свои надежды на религию».

Как видим, здесь Вайцзеккер называет высказывание старой поговоркой и сомневается в его истинности. В качестве цитаты именно Вайцзеккера оно фигурировало в ряде изданий до того, как его начали приписывать Гейзенбергу. И этот переход представляется не случайным, ведь Вайцзеккер в течение научной карьеры был протеже Гейзенберга, его коллегой по ядерной программе Германии и другом на протяжении почти полувека. Возможно, неверное восприятие некоего абзаца, в котором упоминались оба физика и эта цитата, и привело к такой ошибке. Гюнтер Бехли допускает и другой вариант: Луиза Ринзер, согласно её биографии, общалась как с Гейзенбергом, так и с Вайцзеккером и просто могла перепутать, от кого из коллег, весьма схожих по мировоззрению, услышала афоризм.

Версия Вайцзеккера, несмотря на статус старой поговорки, впервые встречается в открытых источниках именно у него. Но прототипы у этой фразы, несомненно, были. В своём эссе «Об атеизме» (1625) английский философ Фрэнсис Бэкон писал: «Верно, что немного философии склоняет человеческий разум к атеизму, но глубина философии направляет человеческие умы к религии».

Высказывание Бэкона не всегда передавалось дословно. Так, в начале XIX века его уже цитировали как «Небольшое знание делает людей атеистами, но более глубокое знакомство с науками возвращает их обратно к религии». Изменённый вариант зажил своей жизнью и, по-видимому, дошёл до Карла Вайцзеккера уже с метафорой про чашу познания. Здесь тоже можно увидеть британский след. В 1711 году в поэме «Опыт о критике» поэт Александр Поуп писал:

«И полузнайство ложь в себе таит;
Струёю упивайся пиерид:
Один глоток пьянит рассудок твой,
Пьёшь много — снова с трезвой головой».

(пер. А. Субботина)

Впрочем, метафора первого глотка из чаши познания встречается и в немецкоязычной религиозной литературе в XIX веке, а с некоторого момента чашу познания начали противопоставлять религиозности, так что приведённый Вайцзеккером афоризм стал гибридом сразу нескольких идей.

Таким образом, приписываемая Вернеру Гейзенбергу цитата о познании не встречается у него в трудах и, по всей видимости, атрибутирована ему по ошибке. Автором аналогичного высказывания был друг и коллега Гейзенберга Карл Вайцзеккер, а прообраз афоризма можно встретить ещё в работах Фрэнсиса Бэкона.

Наш вердикт: неверная атрибуция цитаты

«Проверено» в Телеграм
В сообществе отсутствуют спам, реклама и пропаганда чего-либо (за исключением здравого смысла)