В комментариях ветки #comment_400523618 к моему посту Ответ Igorek1965 в «Почему умирает социализм» разгорелся спор, который старше всех нас: @Stalker83ru настаивает, что человек жаден, завистлив и труслив по природе, поэтому никакая система не поможет - сначала надо преобразить человека изнутри, @Evtomax отвечает, что большинству выгоднее коллективно организовать распределение ресурсов, чем пытаться стать самым успешным жадным (в чём я с ним согласен). И я читал эту перепалку с ощущением, что оба правы в мелочах и оба проходят мимо главного. Попробую разложить по порядку, не вставая целиком ни на одну сторону.
Начну с человеческой природы. Да, люди жадны, завистливы, ленивы и трусливы. И это не аргумент против системы - это исходные данные для проектирования любой системы. Инженер не спорит, хороша ли сталь, он учитывает её свойства так, чтобы мост не рухнул. Советский эксперимент рухнул во многом потому, что проектировал мост из металла, которого не существует. Но из этого следует ровно противоположное тому, что выводит @Stalker83ru: не "значит, ничего строить нельзя", а "значит, строить так, чтобы жадность, зависть и лень не становились фатальными". Посмотрите на капитализм: он вообще не пытается преображать жадного, он ставит жадность в упряжку и заставляет её тянуть. Вопрос между левыми и правыми не в том, хорош ли человек, а в том, какие институты превращают не-преображённых в общественное благо, а какие - в блат, ренту и кормление жадного. Кстати, формула @Stalker83ru "накормив жадного, вы получите жадного" описывает с поразительной точностью именно нынешнюю систему: это машина по отбору и кормлению жадных, и претензии к результату стоит адресовать в первую очередь ей.
Пример с шашлыками, о который сломали столько копий, на самом деле хорош, но не тем, чем кажется @Evtomax. Один и тот же человек, который никогда не отдаст обществу квартиру, честно делит еду на пикнике. То есть человек не греховен и не праведен - он ведёт себя по-разному при разных правилах и разных масштабах. На пикнике правила видны, компания мала, нарушение мгновенно заметно, репутация работает. В большой стране правила непрозрачны, нарушение не видно, репутация не дотягивается. Отсюда простой вывод: разница между пикником и страной - не в природе участников, а в видимости правил и цене нарушения. И задача институтов не в том, чтобы растянуть пикниковую мораль на всю страну (это действительно не работает), а в том, чтобы сделать большую страну прозрачной, как пикник. Именно про это цифровые реестры, открытые данные и следы движения ресурсов от точки А к точке Б.
Но здесь, признаю честно, @Evtomax спотыкается о самый сильный аргумент @Stalker83ru: а кто сторожит сторожей? Кто надзирает за надзирателями? (Кстати, может, беспристрастный ИИ сможет выполнять эту функцию?) Вертикальный контроль, где инспектор следит за подчинённым, действительно вырождается в блат и касту неприкасаемых - СССР это продемонстрировал исчерпывающе, и дефицит со свояками вспомнили в споре очень к месту. Цифровой след не спасает, если читающий след сам заинтересован. Поэтому контроль работает только тогда, когда он горизонтален и публичен: когда аномалия в базе видна не одному начальнику, которого можно купить, а тысячам заинтересованных - журналистам, конкурентам, соседям, случайным энтузиастам. Одного инспектора купить дёшево, тысячу случайных - практически невозможно. То есть прозрачность нужна не как слежка всех за всеми, а как публичность правил и потоков. И @Stalker83ru прав в диагнозе ("решаете не проблему, а её проявление"), но ошибается в рецепте: из того, что ведомственный контроль вырождается, не следует, что вырождается любой.
То же самое с бюрократией, на которую @Stalker83ru процитировал Ленина. Приведённые им цитаты должны были показать безысходность борьбы, но показывают обратное: Ленин не говорил "человек греховен, сдаёмся", он говорил - боритесь, пробуйте 20-30 раз, втягивайте рабочих, начинайте сначала. То есть уже тогда понимали: бюрократия не моральный дефект отдельных людей, а институциональная болезнь, и лечится она не проповедью, а балансом сил. Советский опыт показал, что при дефиците и слабых институтах этот баланс не удержался. Но это аргумент о слабости конкретных институтов, а не о греховности человека вообще. Иначе пришлось бы признать праведными святыми скандинавов - а они, как верно заметили в начале спора, вовсе не коммунисты: монархии, где король обладает реальной властью. Там работает не преображённая природа, а зафиксированный в институтах баланс сил: профсоюзы, партии, суды, гласность. Люди те же, правила другие - результат другой. Это, пожалуй, главный урок всей перепалки.
И тут пора честно согласиться с самым сильным аргументом @Stalker83ru: большинство действительно не обладает субъектностью. Большинство - не субъект, субъект - организованное меньшинство. Коллективный контроль остаётся красивой фикцией, пока не встроен в процедуры: кто конкретно аудитирует, по каким правилам отзывает, кто публикует, кто отвечает. Без этих протезов субъектности любое обращение к всем пусто. Но из этого не следует "значит, смириться", из этого следует "значит, строить организацию" (процесс, а не объект) - общественный аудит, открытые реестры, процедуры отзыва, всё, что превращает "все люди" в "кое-кто, с фамилией и ответственностью".
И наконец, о чём забыли в споре обе стороны. Весь спор о жадности имеет смысл, пока есть, что хватать. Жадность - адаптация к дефициту. Когда предельная стоимость производства товара стремится к нулю - а Илон Маск прогнозирует именно это в ближайшие десятилетия - сам материал спора меняется: прятать под прилавок становится просто нечего. Борьба не исчезает, она смещается на уровень статуса, власти, доступа к управлению будущим общества. И вот здесь требования, которые озвучивает @Stalker83ru, - гласность, репутация, ротация, невозможность касты - становятся критически важными. То есть, парадоксальным образом, его скепсис - не опровержение общества изобилия, а техническое задание на него.
Закончу поэтому просто. @Stalker83ru и @Evtomax оба смотрят на человека, и первый требует сначала преобразить его, а потом уже что-то строить, второй пытается строить правила для непреображённых (что мне кажется более жизнеспособной стратегией). Но история показывает: одни и те же люди строят и блат, и госуслуги, и очередь с боем, и честный пикник. Разница не в людях, а в правилах, под которыми они действуют. Поэтому вопрос не в том, станет ли человек лучше, и не в том, безнадёжно ли он плох. Вопрос один: какие правила заставляют его непреображённым работать на всех, а какие - на избранных. Как вы считаете, какие?
