Но как же так , крестьяне и солдаты , которые в большинстве тоже крестьяне собственно и поддержали большевиков за обещание передать им землю ?! Но ларчик открывался очень просто , владение землёй крестьянами в те времена полностью соответствовало нынешней средней зарплате в России.
===============================================================================
Крестьянских дворов до революции в России было
По переписи 1910 года на все крестьянских дворов насчитывалось: -7,8 млн. сох, 2,2 млн. конных плугов деревянных, 4,2 млн. металлических плугов, 17,7 млн. борон деревянных. Сеялки, жатки-лобогрейки, молотилки и другие машины были принадлежностью главным образом, помещичьим и кулацким хозяйствам. В 1915 в России имелось не более 165 тракторов разных систем и типов.
Ленин в брошюре «К деревенской бедноте» приводит данные, ярко иллюстрирующие роль и значение Кулака в дореволюционной деревне: у кулаков - «полтора миллиона дворов, но у них семь с половиной миллионов лошадей» (Ленин, Соч., т. V, стр. 279).
Сопоставив эти обличающие цифры можно представить колоссальную зависимость любого крестьянина не только бедняка, но и середняка от мироеда - кулака и отсюда враждебность кулаков к дворянам-помещикам, с их гуманизмом, «но еще более несомненна его враждебность по отношению к сельскому пролетариату».
До 1-й мировой войны мелких крестьянских дворов было
- 15-16 млн дворов, из которых:
- 15% - безпосевных, потерявших землю в года недорода.
Настольный энциклопедический словарь 1897 г. определяет: - Кулак, перекупщик, маклак, особенно в хлебной торговле, в обыденной речи означает вообще человека, старающегося всякими неправдами нажить большие барыши, от этого значения слова кулак происходит слово кулачество или кулачничество, т. е, промысел кулака, перекупля, барышничество. (том IV, стр 2495, издание тов-ва «А.Гранат и К0»).
Литература середины XIX века «обогатилась» новым персонажем в русской деревне: - деревенским кулаком - эти Разуваевы, Деруновы на столько проникли в русскую деревню, на столько окрутили нашего мужика, что стало «притчей во языцех». Даже по народным прозвищам можно проследить географию распространения этого явления: от булыней - на западе России, ивашей, маяков, щетинщиков, мясников, прасолов, тарханов, ростовщиков, мироедов, живоглотов и до шибаов - где-то на востоке России.
В газете «День» находим яркую картину пестроты сословий кулачества:
«В числе кулаков есть и крестьяне, и мещане, и купцы, и даже люди из воспитателей юношества (кто-бы поверил, что и этот класс выделяет из ceбя кулаков!)».
Обыкновенный прием, с помощью которого кулачество внедряется в крестьянской среде, - приобретение в собственность крестьянских земельных наделов. Особенно отъем крестьянских земель заложенное за вынужденный кредит семенами или сельхозинвентаря и тысячи десятин земель перешли в руки частных лиц, не принадлежащих к крестьянскому сословию, настоящие же крестьяне, потеряв свои земельные наделы, занимаются или отхожими промыслами, или живут в батраках у новых землевладельцев, а то просто нищенствуют. Нищенство, как источник существования, факт не исключительный. Пресса отмечает, что известны уже целые села, волости и даже уезды, промышляющие нищенством. Гнездо этого своеобразного и при том, отхожего промысла - Вятская губерния.
Почти весь Нолинский уезд, большая часть Вятского и Глазовского, некоторые волости Орловского и Яринского уездов живут исключительно нищенством. Эти вятские нищие хорошо знакомы всему Поволжью. Обыкновенно осенью, по окончанию полевых работ, целые семьи уходят за подаянием, чтобы пополнить то, что они не собрали со своих скудных, неплодородных нив. Свидетели подтверждают, что проезжая по Вятской, Казанской, Оренбургской губерниям, вы непременно встретите нищих, идущих иногда группами по нескольку человек. Нередко они останавливаются пред каким-нибудь жильем и хором поют что-либо «божетвенное», например: - «Спаси, Господи, люди Твоя».
В «Сибирском вестнике» № 10 за 1891 год, г. Оболенский насчитывает на все русское население 3,828,600 нищих, но впрочем, эту цифру он находит возможным уменьшить, чтоб не впасть в ошибку, до 600,000 человек, остальные находят сезонную работу в страдную пору. И Это на 116 миллионов всего населения России.
Раз-же устроившись в крестьянской среде, кулак, благодаря слабости закона и возможности обходить его, благодаря бесправию и безличию сельской общины, имеет перед собой совершенно свободный и беспрепятственный путь к закабалению сельской общины, на земле которой он «осел», к высасыванию из крестьянства жизненных его соков, до полного истощения сил.
Газета «Кавказ» пишет про местечко Сигнаха, что разорению подвергаются не только крестьяне, но и помещики и местные князья, и составили приговор, игнорировать все покупки и ссуды у кулаков, вынудив этим выселение кулаков с этой местности.
Наконец, так называемые, консервативные и, так называемые, либеральные органы печати одинаково, одними красками рисуют картину развития кулачества в нашей деревне, обращаясь к обществу для защиты крестьянина. Сила кулака растет и растет, а крестьянин все более беднеет. Только в 1892 году был введен в русское законодательство постановление коим воспрещалось отчуждение крестьянских наделов. На первое время сократило развитие хищничества кулаков, но аппетиты их не знают границ - и они сумели обойти и этот закон: вместо продажи, крестьянские наделы поступали к ним в долгосрочную аренду за дешевую цену, и не пресек этот закон в корне, хищничество Разуваевых...
Только в 1895 года в Уложениях о наказаниях появилась статья под № 180 гласящая: занимающийся скупкой хлеба у крестьян за приобретение у них по несоразмерно низкой цене хлеба на корню, снопами или зерном, если при совершении сделки скупщик заведомо воспользовался крайне тягостным положением продавца, подвергается в первый раз аресту до 3 мес., в послед, разы тюремному заключ. до 6 мес. и обязан доплатить продавцу за купленный хлеб по действительной цене.
«Сибирская жизнь» в 1903 году пишет:
«На суде обнаружилось, что не все русские пословицы, выражающие народную мудрость, имеют под собой твердое основание.
Существует пословица, что «с одного вола две шкуры не дерут». Но г. Григорьев блестяще опроверг эту пословицу.
Он взимал со своих клиентов до 700%. А это уже не две шкуры, а семь шкур с одного и того-же вола. И, это в то время, когда наш закон допускает как самый высший предельный процент - 12.
Это уже не ростовщичество, а сверх-ростовщичество. Это уже не просто попирание закона, а втаптывание его в грязь».
Это явление страшной косой пришло в степь: « в городе К. съезд рассмотрел претензию известного в уезде ростовщика Валилуллы, требовавшего с одного киргиза 600 баранов (2,400 руб) за 60 рублей взятых в долг. И грубо кричал, что он не сбросит ни гроша, если бы даже ангел с неба просил его».
Семиреченская область: - «Богатые сарты не оставляют, однако же, нашего края своими заботами. Беспощадную эксплуатацию производят они, давая деньги под баранов на условиях худших, чем обыкновенное ростовщичество. Осенью дают киргизам 50 копеек за барашка-весенчука, с тем, чтобы прокормить его зиму, а весной сдать этих баранов баям. Ясно, что за полтинник пойдет теперь трехрублевый баран, т. е. бай берет 500% в год. Конечно, успех бая гарантирован не менее выгодной для него неустойкой. Приходит зима, бураны, джут, бескормица, повальный падеж скота оставляют к весне из пяти баранов одного. Обязательства пересрочивают на год и прибавляют тяжелый условия. Случилось раз (это было несколько лет тому назад), что следующая зима оказалась еще хуже. Однако ж, киргизам пора было и отвечать за свою полтину. Уездная власть с особенным остервенением содействовала баям во взыскании долга.
...Количественно кулаки были сильны. Кулаки владели торговыми заведениями и торгово-промышленными предприятиями. Они были владельцами лавок и содержателями трактиров, скупщиками кустарных изделий и хозяевами кустарных мастерских. Грабили народ ростовщическими операциями. Держали ссыпные пункты для зерна и сливные пункты, с помощью которых они не только отделяли сливки от молока, но (как образно говорил Ленин) отделяли молоко от детей крестьянской бедноты. Владели мельницами, крупорушками, сыроварнями и маслодельнями. За бесценок скупали у деревенской бедноты и середняков скот, лен и пеньку. Степняк в 1895 г. отмечал, что «каждая деревня насчитывала всегда трех-четырех кулаков, а также полдюжины людей того же сорта, но помельче. Они не обладали ни умением, ни усердием - их отличали только проворство обращения в свою пользу нужд, печалей, страданий и несчастий других» (Степняк, «Русское крестьянство», 1895; цит. по англ. изд. 1905, стр. 54). «Отличительной чертой этого класса, - говорит Степняк, - является твердая, непреклонная жестокость совершенно неграмотного человека, который пробил себе дорогу от бедности к богатству и который считает, что единственная цель, к которой должно стремиться разумное создание, - это деньги».
«Кулак, - писал толковый германский наблюдатель в 1904 г. - интереснейшая фигура российской деревни...
Нет сомнения, что методы, к каким прибегал этот ростовщик и угнетатель в крестьянской блузе, не принадлежали к числу самых чистых... Видное положение, занимаемое им в настоящее время, создалось за последние 20 - 30 лет... «Мироед»... это естественный продукт порочной системы... Используя затруднительное положение своих односельчан, (они) использовали своих должников наряду со своими наемными работниками и присваивали в свое индивидуальное пользование участки этих экономически немощных людей». (Вольф фон Ширбанд, «Россия, ее сила и слабость», 1904, стр 120, (на немецк. языке)). В 1916 году царское правительство пытается установить твердые цены и производит первые попытки обуздать кулака, пресса не рецензирует события, а просто информирует: «Оштрафование спекулянтов», «Мясники в тюрьме», «Реквизиция ржи» и т.д. Кулак выжидает, он чувствует свою непобедимость.
Д-р Диллон, авторитетный и непререкаемый свидетель, заявлял в 1918 г., что «человека подобного типа обычно называют кулаком, чтобы символизировать его полную бесчувственность, неспособность к жалости и состраданию. И среди всех человеческих чудищ, каких я встречал в своих путешествиях, я не могу припомнить ни одного, столь же злобного и гнусного, как русский кулак. В ужасах революции 1905 и 1917 гг. властвовал дух этого воплощенного сатаны». (Э. Диллон, «Затмение России» 1918 г. стр 67.)
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-59857
от 17 ноября 2014 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи,
информационных технологий и массовых коммуникаций