Tehnic2012

Выбор между ванной и душем — это не выбор между двумя видами сантехники. Это выбор целой философии жизни.

Ванна — это про "быть". Душ — про "успевать". Ванна — это про "я здесь и сейчас, и мне хорошо". Душ — про "я быстро сполоснусь и побежал дальше".

Исторически ванна старше. Самые древние ванны археологи нашли в Индии. Им больше 5-ти тысяч лет. На острове Крит раскопали керамические ванны двухтысячелетней давности. А душевая кабина в том виде, к которому мы привыкли, появилась только в 1810 году в Англии. 5 тысяч лет человечество лежало в воде. И только 200 лет назад догадалось, что можно стоять.

Правда, тот первый душ был еще той радостью. Вода в нем циркулировала без очистки, просто переливалась из нижнего бака в верхний и обратно. Технология замкнутого цикла. Иначе говоря, мылись в собственном соку. Никакого тебе "тропического душа" или "режима гидромассажа".

В СССР, как и во многом другом, победила ванна. Чугунная. Тяжелая. С толстым слоем эмали. Весом под 120 кг. Такая стояла десятилетиями и не жаловалась. Эмаль наносили слоем до 1,2 миллиметра — не то что сейчас, 0,3-0,5 .

Современные ванны делают из трех основных материалов.

Чугунные — как раз из того самого чугуна, что и в СССР. Толстые стенки, медленно нагреваются, медленно остывают. Но весят как пианино. И цены кусаются.

Акриловые — легкие, красивые, с гладкой поверхностью, долго держат тепло. Но хрупкие. При сильном ударе могут треснуть. Деформируются от кипятка. Желтеют со временем. Срок службы — 10-15 лет.

Стальные — прочные, надежные, но вода в них остывает быстро, как чай на балконе зимой. И шумные. Струя воды грохочет, как поезд .

А что же душевые кабины? Тут выбор еще богаче. Поддоны бывают акриловые, стальные, керамические. На любой вкус и кошелек. А если говорить о функционале, то современная душевая кабина — уже не лейка и поддон. Это почти космический корабль.

Гидромассаж, или джакузи — как его часто называют в честь семьи итальянских эмигрантов, которые в 1968 году придумали встроить в стенки ванны форсунки с мощными струями воды. Эта штука реально полезна. Мышцы тонизирует, кровеносные сосуды расширяет, бодрость дает. В теории.

В реальности — головная боль.

Во-первых, гидромассаж в недорогих кабинах работает от давления в водопроводе. А давление у нас, как отношение к миру, — нестабильное. Сосед открыл свой кран. И вместо массажа вас ошпаривает кипятком или обливает ледяной водой.

Во-вторых, в более дорогих моделях с собственным насосом есть другая проблема. Эта система — идеальное место для размножения бактерий. Трубочки, форсунки, влажная среда... Микроорганизмы чувствуют себя как в санатории. Поэтому кабину надо регулярно и тщательно чистить специальными средствами. Процесс этот трудоемкий, долгий и дорогой.

В-третьих, когда гидромассажная система выйдет из строя, что обязательно случится, ее ремонт будет дорогим . И сложным. И найти мастера, который возьмется, — еще та задача.

Главный вопрос. Почему мы все равно мечтаем о ванне?

Большинство людей ванну по факту почти не используют. Для ежедневных гигиенических процедур все предпочитают душ. Это быстрее, проще и экономичнее. А ванну принимают 2-3 раза в год. А место она занимает огромное. И воды в нее уходит 180-240 л. за раз — против 30-50 л. на душ .

Но мы все равно ее хотим. Потому что ванна — это не про рациональность. А про детство. Про пену и игрушечных уточек. Про то, как ты лежишь, смотришь в потолок и думаешь о вечном. Или ни о чем вовсе. А вода теплая, а суетный мир далеко.

Ванна — это убежище. Это место, где можно спрятаться от забот, начальника, новостей и самого себя. Душевая кабина такой роскоши не дает. В душе надо стоять и действовать. Намылиться, смыться, вытереться, уйти. Никакой рефлексии. Никакого "побыть с собой".

Потому лучше выбирать с умом. И пусть вода будет теплой. И гидромассаж — работающим. И чтобы никуда не бежать. Хотя бы в ближайшие 10 минут.

Канал ТехноДрама

В феврале 1976 года на Волжском автозаводе случилось то, что запустило новый виток в нашей истории. И никак не меньше. На конвейер встала новая модель ВАЗ-2106. "Шестёрка"...

И никто, понимаете, тогда не знал и не думал, что эта машина будет жить 30 лет. Дольше, чем средний брак и власть генсека.

Началось все с "тройки". А вернее, ВАЗ-2103. Ее решили облагородить. Пластик вместо хрома, новые фары, мотор по-мощней. Хотели сделать модификацию. Но в министерстве сказали: "Давайте новый индекс".

Так ВАЗ-2106 стал отдельной моделью. И понеслось.

Главная фишка "шестёрки" — двигатель 1,6 литра, 75 "лошадей". Эти моторы сначала поставили на Ниву, а потом решили — а почему бы и седану не дать резвости? И это был прорыв. На фоне "копейки" с ее 64 лошадками "шестёрка" казалась болидом.

Цены тоже кусались. В конце 1970-х "шестёрка" стоила 7900 рублей. При том, что "тройка" — 7500 рублей. А средняя зарплата инженера — 150 рублей. То есть, копить надо было лет пять. Без еды, питья и надежды.

Но народ копил. И стоял в очередях. И ловил моменты, когда машину "выбрасывали" в продажу.

Аналогов модели, собственно, в Союзе и не было. Был "Москвич-412" и "Волга". А еще "Запорожец".

"Копейка" была простушкой, "тройка" — старшей сестрой, а "шестёрка" стала первой "ласточкой" советского премиума.

Подвеска мягкая. Клиренс высокий. Ремонт — в любом гараже. Хотя иного выхода не было. Автосервиса почти не существовало. Запчасти — в магазине. Но не часто и не везде. Тогдашний дефицит был неумолим.

Мифы и реальности модели

Главный миф. "Шестёрка" была полностью нашей разработкой. Неправда. Это глубокий рестайлинг Fiat 124 Special. Итальянцы дали платформу, а мы ее адаптировали под наши дороги, мороз, бездорожье и извечный дефицит.

Другой миф. "Шестёрку" собирали из итальянских запчастей. Тоже чушь. Самые первые ВАЗы — да, итальянская краска, контроль качества, частично болты. Но двигатель — целиком наш, с нижним распредвалом.

Третий миф. "Шестёрка" всегда была дешевой. Нет. В 1976 году это был символ статуса. На такой машине ездили партийные бонзы, директора заводов, удачливые фарцовщики. А в 1990-е она стала доступной почти для всех. И тут же превратилась в рабочую лошадку.

Как она менялась?

Первые "шестёрки" — роскошь. Хром по кругу, велюр, подголовники, часы на панели, ковролин на полу.

В 80-е — экономия. Хром заменяют пластиком. Велюр — дермантином. Исчезают фонарики на дверях.

В 90-е — выживание. Молдинги исчезают. Краска становится тоньше. Качество сборки — по настроению рабочего. В одном автомобиле могли стоять фары разного года выпуска.

Начало 2000-х — агония и лихорадка. Машину собирали на одной линии с "десяткой". Современная окраска продлила жизнь, но было уже поздно. Примерно тогда же, в Ижевске сделали модификацию с впрыском топлива и катализатором. 1,6 литра, инжектор, экологические нормы Евро-2. Машина из 1976 года стала с современным мотором. Выглядело иронично.

2006 год — конвейер остановился. Навсегда. Это произошло в Ижевске. В Тольятти от нее отказались еще раньше – в 2001. Занавес...

Всего выпустили 4,3 миллиона "шестёрок". Примерно каждая 4-я машина в России 1990-х была "шестёркой". Нередко она поступала из-за рубежа в экспортном исполнении и уже подержанной. Такие внутри страны особо ценились.

Сегодня это уже не машина. Это эпоха, в которой мы были молоды. И могли починить все. И верили, что завтра будет лучше. И ехали. Медленно, ломаясь, но ехали.

С юбилеем, "Шоха"! Спасибо, что была.

Авторский канал в телеге (у кого она ездит)

Швабра — это, знаете, такая палка с тряпкой на конце. Чтобы мы, люди разумные, не нагибались до пола, не мочили руки и не подхватывали грибок.

Самое первое упоминание о ней датируется 1496 годом. Чуть позднее открытия Америки. Тогда она называлась "моп" и выглядела как Т-образная деревянная рогатка, на которую наматывали мокрую ветошь. Такая "конструкция" прижилась на кораблях. Потому что качаться на волнах и намывать палубу голыми руками — то еще занятие.

Настоящая революция случилась в XIX веке. Когда человек догадался: тряпку на палке можно не только мочить, но и отжимать.

Первый патент на усовершенствование швабры взял в 1837 году американец Джейкоб Хоу. Приспособил к Т-образной палке зажим для тряпки. Гениально и просто.

В 1859 году появился первый встроенный механизм отжима. В 1869-м — механический зажим.

3 июня 1893 года Томас Стюарт запатентовал швабру, которая могла выжимать воду рычагом. Никаких тебе мокрых рук, никаких грязных тряпок. Нажал — и готово.

В 1950-х годах для профессиональной уборки придумали специальные ведра с плоским механизмом отжима на рычаге. Швабру вставляли в это устройства, нажимали — и вода выжималась. Но в быту такая конструкция не прижилась. Слишком громоздко.

И тут появился Мануэль Халон Короминас. Испанец. Авиационный инженер и офицер ВВС.

Он был на базе ВВС США и увидел, как там моют ангары плоской шваброй с ведром, у которого были ролики для отжима. Идея запала в душу.

В 1956 году Халон запустил в Испании производство своих швабр. Конструкция была проста: швабра из веревок и ведро с двумя деревянными валиками. Намотал тряпку, окунул в ведро, провел между валиками — и вода выжата. Руки сухие. Спина прямая.

Но испанки не оценили. Они возвращали швабры в магазины. Потому что не понимали, как этим пользоваться. Продавцам приходилось мыть полы прямо в торговом зале — демонстрировать преимущества. Грязный пол в магазине стал, по иронии судьбы, лучшей рекламой.

В 1958 году Халон показал свое изобретение на Международной выставке в Барселоне. А в 1959 перенес механизм отжима с ведра на саму швабру. Ведро стало просто ведром — с дырочками для стока воды. А отжимать можно было прямо в руке.

К 1980 году швабры Халона продавались в 30 странах. Его компания зарабатывала больше миллиарда песет в год.

Но настоящая прорыв в технологии мытья произошел позже. В 1989 году.

Женщину звали Джой Мангано. Ей было 33 года. Трое детей. Развод. Работа в сервисе бронирования авиабилетов. И по ночам — подработка официанткой.

Она ненавидела швабры. Они быстро ломались. А тряпки воняли. А главное — приходилось нагибаться и выжимать грязную воду руками.

И она придумала Miracle Mop — "Чудо-швабру". Конструкция: прочная пластиковая ручка, блокирующий механизм на рукоятке, который отжимает тряпку без всякого ведра, и хлопковая насадка из непрерывной петли.

Разработка прототипа обошлась в 100 тысяч $. Джой заняла у родственников, друзей, выгребла свои сбережения.

Сначала никто не брал. Магазины отказывались. Джой продавала швабры на парковках торговых центров. В первый год заработала 10 тысяч $.

Потом она обратилась в телемагазин QVC. Там неохотно взяли партию в 1000 штук. Сперва продажи были ужасными.

Джой попросилась в эфир сама. Ей дали 20 минут. Она показывала и объясняла.

За 20 минут продали 18 000 швабр.

К 1995 году годовой оборот компании Ingenious Designs превысил миллион $.

В СССР, швабры были простыми, как валенок. Деревянная палка, на конце — колодка с дырочками, в которые была продета мочальная веревка или просто торчала тряпка. Никаких рычагов, зажимов, валиков. Пол мыли на четвереньках, тряпкой в руке, или стоя, но согнувшись в три погибели.

Когда в 1990-е в Россию хлынули испанские и американские чудеса, люди сперва не верили. Знакомый рассказывал, что его мать полгода хранила швабру с отжимом в чулане, "на всякий случай".

Мы покорили космос первыми. Но в то, что мыть пол можно по-иному поверить не могли.

Такая уж у нас доля. Сперва героически терпеть неудобства, а потом с недоверием с удивляться – как этого можно сделать более комфортно.

Технологические истории в авторском канале "ТехноДрама"

Реально бывают случаи, от которых дрожь по коже. Или, которые напоминают сюжет фантастического романа. На худой конец, триллера. Тут уж как посмотреть на саму историю.

Одна из таких – про посмертные "приключения" мозга Альберта Эйнштена.

А все началось со смерти гения. Человек, перевернувший представления о времени и пространстве тихо ушел 18 апреля 1955 года. В Принстонском госпитале остановилось его сердце. Великий физик умер от разрыва аневризмы аорты. Ему было 76 лет.

Перед тем оставил четкие инструкции. Никаких церемоний, поклонений и исследований. Кремировать, прах развеять.

Однако все пошло не по плану уже через 7 часов после смерти.

Патологоанатом Томас Харви вскрыл тело и извлек мозг. А потом не вернул его обратно. Вместо этого положил в банку с формалином и унес домой. В полной тайне и без разрешения семьи покойного. Без санкции медицинского начальства. По сути выкрал мозг гения науки 20 столетия.

Сын Эйнштейна, Ганс Альберт, узнал об этом из газет. Через несколько дней он дал неохотное согласие. Но с условием, что мозг будет использоваться исключительно в научных целях, а результаты опубликуют в серьезных журналах .

Харви обещал. И сдержал слово, но только через 30 лет. Но до этого была долгая, странная и непонятная одиссея.

Патологоанатом сфотографировал мозг со всех сторон, а затем разрезал его на 240 блоков. В итоге получилось множество тончайших срезов для микроскопических исследований. Но что делать дальше, Харви не знал.

Позже его уволили. Распалась семья. Жена морально не выдержала еще чей-то мозг у себя дома. Пускай даже гения науки.

Харви забрал свои банки и уехал на Средний Запад. Там он работал медицинским лаборантом в Уичито (Канзас). При этом храня мозг в коробке из-под печений. Потом переехал в Уэстон (Миссури). Там в 1988 году он провалил экзамен на квалификацию и лишился лицензии .

Тогда Харви перебрался в Лоренс (Канзас) устроился на конвейер по производству пластиковых деталей и снял квартиру. Там его соседом оказался Уильям Берроуз — культовый писатель-битник, автор "Голого завтра", наркоман и легенда контркультуры. Два старика регулярно встречались на крыльце за выпивкой. А Харви рассказывал истории про мозг.

Мозг великого ученого для Харви не был фетишем или объектом поклонения. Он мечтал его исследовать. Для этого лишенный лицензии патологоанатом рассылал фрагменты мозга нейрофизиологам. К 1980-м годам небольшие кусочки Эйнштейна путешествовали по лабораториям США и Канады.

И ученые активно его исследовали, пытаясь понять природу гениальности. Одни увидели в нем высокую концентрацию клеток, питающих нейроны. Отсюда, якобы и была высокая энергичность мышления физика.

Другие обнаружили более высокую плотность нейронов. Отсюда могла быть быстрота соображения.

А в 1999 году нашли, что теменные доли, отвечающие за математику и расчеты на 15 % шире обычных.

Все выглядело сенсационно. Но были сомнения.

Все исследования велись не по-научному. Ученые заведомо знали какой мозг Эйнштейна, а какой – из контрольной группы для сравнения. Это называется "отсутствие слепого контроля". Сознательно или нет, но исследователи могли искать различия там, где их не было.

Позднее психолог Нью-йорского университета Теренс Хайнс счел такие исследования бессмысленными.

Мозг пластичен. Он меняется под воздействием того, чем мы занимаемся. Может быть, Эйнштейн не родился с широкими теменными долями, а развил их за десятилетия размышлений и расчетов. К тому, же если мы найдем человека с точно таким же органом, как у великого физика, это вовсе не значит, что тот человек окажется гением.

Потому что гений — это не форма извилин, а форма жизни. Человек сам ее выстраивает день за днем, час за часом. Вопреки или благодаря тому, что досталось по рождению.

Самому Эйнштейну предписывают фразу, которую он якобы начертал на доске в своем кабинете: "Не всё, что можно сосчитать, имеет значение, и не всё, что имеет значение, можно сосчитать". Истинность цитаты под вопросом, но смысл она передает точно.

Томас Харви умер в 2007 году. Ему стукнуло 94 года. Полубезумный "хранитель извилин" прожил долгую жизнь. А остатки мозга Эйнштейна теперь хранятся в Национальном музее здоровья и медицины США.

Конечно, Эйнштейн вряд ли хотел, чтобы его мозг плавал в формалине, путешествовал в картонной коробке и становился объектом споров между нейробиологами.

Но, может быть, в этом есть своя ирония. Великий физик уже после смерти показал, что и гениальность — вещь весьма относительная. А исследовать ее, ой как не просто...

Технологические истории в авторском канале "ТехноДрама"

Эдисон был гений. Это бесспорно. А у великих гениев и провалы – великие. От некоторых до сих пор мурашки по коже... Чего стоит один "духофон"...

Изобретатель лампочки был трудоголиком. А под конец жизни – богатым трудоголиком. Работал на износ, спал по 4 часа в сутки. Правда, имел патентное бюро на подхвате. Потому авторских свидетельств у него уйма. До сих пор эксперты считают.

Но некоторые из его "детищ" ставят в тупик, будоражат умы, а порой и смешат. Вот некоторые из них.

"Труба" с Того света

В конце 1920-х Эдисону было за 70. Вдруг заявил, что работает над "духофоном". Так был назван телефон для связи с мертвыми. Изобретатель, вероятно, думал, что медиумы встанут в очередь за устройством.

Эдисон рассуждал, начиная с истоков мировоззрения и веры. Душа человека бессмертна и где-то находится. Значит должна издавать вибрации. На определенных частотах. Осталось только придумать усилитель для этих вибраций. Он даже заключил пари со своим ассистентом: кто умрет первым, тот позвонит живому из загробного мира.

"Просто было на бумаге"... Ассистент умер. Договоренности не сдержал. Звонка оттуда не было. Но Эдисон не сдавался. В интервью журналистам серьезно рассуждал о том, что "жизнь неразрушима" и что "инструмент достаточно чувствительный" однажды зафиксирует душу.

В англоязычных мемуарах эта глава потом была вырезана. Во французском издании 1949 года сохранилась. Потому мы сейчас об этом и знаем. Спасибо французам.

Цементное фортепиано и другие радости из бетона

В 1899 году Эдисон основал компанию по производству цемента. Цемент у него получился отличный. Правда цены на цемент рухнули. И тогда новатор, что надо делать из него всё.

Он придумал бетонные дома. Заливаешь форму — и через день готов особняк. Патент получил в 1917 году. Проблема была в форме. Она состояла из 2300 деталей и стоила 175 тысяч $. Проект провалился.

Потом Эдисон решил делать из цемента мебель. Кровати, шкафы и — фортепиано. Да, бетонное пианино. Несколько образцов изготовили на фабрике Lauter. Как оно звучало — история умалчивает. Наверное, как современный перфоратор. Эдисон не стал его патентовать. Возможно, испугался, что Бах перевернется в гробу. Хотя, если бы был рабочий "духофон", это можно было бы проверить.

Электрический стул и война с Теслой

У Эдисона был постоянный ток. У Николы Теслы — переменный. Переменный ток был дешевле и передавался на расстояние. Эдисон проигрывал.

И он начал черную PR-кампанию. "Переменный ток — это убийца", заявлял Эдисон. Для доказательства он нанял инженера Гарольда Брауна, который за деньги публично убивал переменным током бродячих собак, кошек, а в 1903 году и цирковую слониху.

А когда в штате Нью-Йорк задумались о замене виселицы на электричество, Эдисон подсунул им переменный ток. Его инженеры тайно консультировали создателей первого электрического стула. После первой казни, гуманность оказалась так себе.

Битву мнений он выиграл, но проиграл технический прогресс. Сейчас везде переменный ток. А имя Эдисона осталось на лампочке. Которой, кстати, все равно от какого тока светить – постоянного или переменного.

Познавательный контент в канале ТехноДрама.