DedX5

Очереди моей молодости - это не потерянное зря время. В отличие от современной очереди в тех очередях не было возможности отвлечься на телефон, даже на магнитофон или газету. В очереди каждый из нас был сосредоточен на цели – купить. В ней мы существовали вне времени и вне социального статуса, я-школьник стоял бок о бок с мужчинами и женщинами, с молодыми и пенсионерами. Мы стояли ничем не разделенные и объединенные ЦЕЛЬЮ. «Связанные одной целью, скованные одной цепью…» это и об этом тоже. В то время очередь- это уникальный тренажер, миниатюрная модель общества, где за пять минут можно пройти курс переговорного мастерства, который в обычной жизни длится годами.

Первое и главное, чему учит очередь, - это чтение невербальных сигналов. Задолго до того, как человек откроет рот, мы видим его намерения. Причем, зачастую, один-два человека могут задать тон всей очереди. Очереди были нейтральными, веселыми, разбитными, агрессивными. И в каждую я должен был вписаться, да так, чтобы, вернувшись после краткого отсутствия, не потерять своё место.

В то же время очередь - это уникальный полигон для отработки вежливой твердости. Ты с этими людьми просто стоишь в одной очереди. Никто никому ничего не должен. Но при этом все должны помнить кто за кем стоит, и отстаивать свое место не только ради себя, но и для сзади стоящих.

Здесь действовали свои законы: занимай место ногами, не отходи без предупреждения, а главное - никогда никого не пропускай. Если ты «такой добренький», то найдутся десяток «халявщиков», которые влезут без очереди, потому что ты их пропустил.

В уличных очередях, я - совсем не атлетический подросток, частенько стоял около продавца с другой стороны от очереди, не пропуская желающих отовариться без очереди.

Огромное значение имела и поддержка очереди. Если школьник не пропускал без очереди значительно более старшего, то очередь практически единодушно поддерживала школьника в его отстаивании: «Вас здесь не стояло!». Вплоть до нанесения физических замечаний. Особенно дружными были очереди в винные отделы. К счастью, мне нечасто доводилось в них стоять.

В очереди, я учился человечности без обязательств. В доброжелательной и не очень очереди мог перекинуться парой шуток с соседом, обсудить с бабулями погоду, помочь молодой маме с коляской. Вспомнился один из моих «проколов»:

Стою в очереди. Впереди женщина в возрасте, по моим понятиям – бабушка. С ней молодая женщина и трое или четверо мелких детей. Разговорились. И в разговоре я предлагаю помочь бабушке. Молодая женщина поправляет, что не бабушка, а мама. Я отвечаю, что да, понимаю, что это её мама и получаю ответ, что не её, а их. Эта бабушка была мамой 11 или 12 детей. Пришлось извиняться.

Я не знал имен этих людей, я никогда их больше не встречал, но именно здесь была возможность оттачивать чистую коммуникацию. Здесь не было необходимости произвести впечатление для карьерного роста или каких-то иных целей, мы просто взаимодействовали как люди с людьми.

Очередь, с точки зрения прошедших лет, - это не наказание, это подарок. Это место, где мы учились быть людьми среди людей, сохраняя себя. В очередях мы не просто теряли время. Мы проходили бесплатный курс социальной психологии, взаимодействия с разными категориями людей в стрессовой ситуации.

Но не всё так радужно. Помимо полигона социальной коммуникации очередь прививала неистребимое качество – отстаивать своё место до последнего.

Я назвал это для себя «синдром очереди». Позже узнал, что такой термин уже есть, но в него вложен совершенно иной смысл.

Я привык отстаивать своё место в очереди. Я не пропускаю машины в пробках. Только в редких случаях, когда вижу, что водитель действительно заблудился или растерялся.

Но если передо мной пробует вклиниться «без очереди» очередной наглец, моя нога инстинктивно давит на газ, взгляд упирается в бампер впереди, а внутри включается холодная, стальная решимость: «Не пущу».

Я вырос в эпоху, где очередь была не просто способом купить колбасу, телевизор или мебель. Это был образ жизни. Это был суровый закон выживания: отошел на шаг без многократной договоренности - потерял место и возможность купить требуемое. Очередь учила, что пространство вокруг тебя - это твоя собственность, и любой, кто пытается его занять, - агрессор.

Жена уже привыкла, а внуки периодически мне говорят: « дедушка да пропусти ты его, мы успеем, у нас никто ничего на заберет».

Мой нынешний мозг всё прекрасно понимает. Я знаю, что мы живем в другом мире. Я вижу отсутствие дефицита. Я отдаю себе отчет в том, что если я пропущу одну машину в потоке, то это не обрушит экономику и не оставит меня голодным. Товаров и услуг хватит на всех. Но мое тело помнит другое. Оно помнит, как чья-то наглость стоила тебе часа жизни. Поэтому, когда возникает современная «пробка» или «хвост», мой древний мозг перехватывает управление и кричит: «Это угроза! Это отнимают твое! Держись!».

То же самое происходит в супермаркете, в поликлинике, в любой бытовой ситуации. Если кто-то пытается вклиниться в мой ряд или пройти без очереди, меня накрывает волна глухого, иррационального гнева. Конечно, я себя сдерживаю, опыт и возраст сказываются. Начинаю обычно с мягкого, разумного, делового тона. А дальше – по ситуации. И при этом, подкатывая полную тележку к кассе, могу пропустить человека из очереди с одним-двумя товарами, просто предложив ему пройти впереди меня.

Буду весьма признателен тому, кто выложит видео со сценкой «Уральских пельменей» про одну сливу в супермаркете «Пуля». Но это я отвлёкся.

25 лет. Четверть века моей жизни ушло на то, чтобы научиться стоять, вжиматься плечом в плечо, дышать в затылок и защищать свой пятачок пространства в очереди как последний бастион. Моя психика настроилась на это. Очередь стала для меня эталоном справедливости: кто занял место раньше - тот и прав. Кто сунулся без очереди - тот враг не только мой, но и всего народа.