Хочу быть Лаской
Настроение: хочу быть Лаской, жить в Городе-на-Горхоне, пить твирин и сторожить кладбище, а не вот это вот всё...
Показать полностью
3
0 просмотренных постов скрыто
Праздничная депрессия: откуда она?
Оливье доеден, салюты отгремели, гости разъехались. Наступает тишина. И в этой тишине многие обнаруживают не радость и подъем, а странную, тягучую пустоту. Или даже тоску. Психологам известен феномен «праздничной депрессии» (holiday blues) - это реальная психологическая ловушка, в которую мы попадаем из года в год.
Почему праздники забирают энергию, а не дают её?
1. Конфликт «Картинка vs Реальность» Нам с детства внушали: Новый год - это чудо, это новая страница, это абсолютное счастье. Мы неосознанно завышаем ожидания. Мы ждем, что бой курантов что-то изменит внутри нас, загадываем желания, подводим итоги, планируем. Но куранты бьют, а мы остаемся теми же. Проблемы не исчезают по волшебству. Разрыв между ожиданием чуда и реальностью рождает разочарование.
2. Эмоциональное обслуживание Праздники - это часто необходимость «держать лицо». Улыбаться знакомым, изображать радость от ненужных подарков. Быть «веселым», потому что так принято. Поздравлять и отвечать на поздравления из вежливости.Любая игра на публику - это колоссальный расход ресурса. Мы тратим силы на то, чтобы казаться счастливыми, и на то, чтобы быть ими, сил уже не остается.
3. Итоги года как приговор Социальные сети пестрят успехами. На этом фоне собственный год может показаться блеклым. Сравнение себя с другими - самый быстрый способ слить энергию в ноль.
Как пережить это время и не уйти в минус?
🟣 Снимаем маску. Признаемся себе честно: «Да, мне грустно. Я не чувствую праздника». Парадоксально, но как только вы перестаете бороться со своим состоянием и разрешаете ему быть, напряжение спадает.
🟣 Отменяем «Должны». Вы не обязаны быть веселым. Вы не обязаны посещать все встречи. Вы имеете право провести эти дни так, как просит тело - даже если это просто лежание в кровати с книгой.
🟣 Вернитесь в тело. Праздники - это удар по биохимии (еда, алкоголь, сбитый сон). Психика не может быть стабильной, когда телу тяжело. Простая прогулка, вода и сон сделают для вашего настроения больше, чем любые мотивации.
Помните: праздники - это просто дни в календаре. Ваша ценность и ваше право на счастье от них не зависят.
Как ваше состояние сейчас? Чувствуете наполненность или, скорее, усталость от праздничной суеты? Поделитесь в комментариях, здесь можно честно 👇
ТГ канал школы https://t.me/izobilieschool
Показать полностью
О тревоге, её пределах и границе перехода в болезнь
Сегодня на приеме девушка с запросом "научите иначе относиться к своему заболеванию". В отличие от подавляющего большинства моих пациентов, которые "придумывают" себе болезнь, ну или пытаются искать несуществующее, у нее реальный жизнеугрожающий диагноз - пароксизмальная наджелудочковая тахикардия. Течение заболевания легкое, приступы НЖТ редки, но при этом они случаются внезапно, без видимого триггера.
Поясню для людей которые не в теме: при НЖТ сердце за секунду разгоняется от 140 до 250 ударов в минуту, что сопровождается оооочень неприятными ощущениями.
В большинстве случаев они купируются самостоятельно, вагусными пробами, раньше, чем приезжает скорая. То есть по приезду бригады на ЭКГ синусовый ритм. И всё же девушка живёт в ожидании следующего приступа.
Она спрашивает: «...Я всё время боюсь. Это нормально?, могу я научиться не бояться?...»
Да. Это нормально — в определённых рамках.
Согласно DSM-5-TR, тревога становится патологической, когда:
Интенсивность и длительность реакции несоразмерны объективной угрозе;
Тревога сохраняется дольше шести месяцев при отсутствии реального, текущего риска;
Она сопровождается избеганием - не просто мысленным, но поведенческим: человек отказывается от действий, необходимых для полноценной жизни;
Она вызывает выраженный дистресс или функциональное нарушение - в социальной, профессиональной или иных сферах.
В её случае первые два пункта — в пределах нормы. Бояться внезапного приступа учащения сердцебиения рационально. Все-таки сердце не колено и не палец: его учащённый ритм воспринимается мозгом как сигнал бедствия и это не иррационально, это эволюционно целесообразно. Более того, умеренная тревога мобилизует: побуждает к обучению вагусным пробам, к самонаблюдению, к осторожности в стрессовых ситуациях.
Но когда эта тревога приводит к отказу от банального похода в магазин, поиска работы, прогулки она перестаёт быть защитной. Она становится ограничивающей. В этом и заключается ограничивающее поведение. Если еще подробнее, то отказ от работы при сохранении физической способности выполнять трудовые функции говорит о поведенческом избегании, входящем в диагностические критерии генерализованного тревожного расстройства.
Интересно, что сама пациентка это понимает. Она не говорит: «Я не могу». Она говорит: «Я боюсь, что не смогу, если вдруг случится приступ, а я на работе и не смогу вызвать скорую…». Но «если вдруг» - это уже гипотетическое будущее, в котором она уже проиграла ( см. пост Неочевидное о тревоге и депрессии ). Тревога здесь больше не реагирует на факты, т.е. заключения аритмологов, а делает так, что человек лишается возможности полноценно жить.
Итак, разница между нормальной и патологической тревогой:
первая предупреждает о реальной опасности, вторая заставляет предвидеть будущее.
Нормальная тревога говорит: «...Будь внимателен...».
Патологическая «...Не выходи из дома...».
Работа с ней не в отрицании страха. Не в «успокойся, всё пройдёт». А в том, чтобы постепенно расширить границы допустимого риска: обучить распознавать, где заканчивается адекватное предостережение и начинается когнитивное искажение катастрофизация; помочь восстановить доверие к собственному телу даже при наличии жизнеугрожающего заболевания;
Работать с подобными состояниями "на грани" чисто в КПТ довольно сложно, поэтому тут были подключены антидепрессанты, не влияющие на сердечный ритм.
Показать полностью
Перестал смотреть аниме, потому что оно дарит надежду. Мой новый сингл: DevilMacros — «Тьма за экраном»
Иногда ловлю себя на странной мысли: я перестал смотреть аниме не потому, что “надоело”, а потому что оно слишком хорошо делает одну вещь — дарит надежду.
Там ещё живы герои.
Там люди держатся за добро, любовь, дружбу, чудо.
Там можно верить, что финал будет “правильным”.
А потом выключаешь экран — и возвращаешься в реальность.
И она другая: холодная, шумная, без лиц, без света в глазах, без искренних улыбок. Как будто звёзды погасли, а люди стали тенями.
Из этого ощущения и родился мой сингл DevilMacros — «Тьма за экраном».
Он про то, как хочется “забыться и поверить в сказку”, но чем больше смотришь вокруг — тем сильнее понимаешь: правда больнее, чем любой плохой финал.
Если вам откликается тема контраста “экранная надежда vs уличная пустота” — буду рад, если послушаете:
Ссылка на трек:
Если напишете в комментах, что у вас “дарит надежду” (и от чего потом больнее возвращаться) — реально интересно почитать.
Показать полностью
1
Добрый день, хочу сменить работу, нужен совет, подскажите решение
Обращаюсь за советом чтобы люди взрослее, умнее, мудрее, у кого есть житейский опыт подсказали куда можно устроиться в моем состоянии (депрессия), так как я в своей ситуации возможно не вижу выхода, не знаю какой путь выбрать, вообще кем можно пойти работать, куда.
Предыстория: У меня клиническая депрессия уже 2 года. Врач назначил эсциталопрам - эффекта не было, сейчас принимаю мисол).
Сегодня записалась снова на приём к психиатру обсудить лечение, если необходимо, скорректировать.
В связи со своим состоянием, работой, домашними бытовыми делами к вечеру ни на что не остаётся сил, только сильная усталость, измотанность, желание поскорее лечь и до бесконечности играть в игру на телефоне или листать рилсы.
Резкие звуки, большое количество поступающей одновременно информации (к примеру: работает стиральная машинка, тявкнет собака, муж говорит по телефону, у ребёнка на планшете идут мультики и вся эта какафония звуков сильно угнетает меня, не знаю куда себя деть), прикосновения - все раздражает.
После работы хочется чтобы меня никто не трогал, чтобы я лежала со своим телефоном, пока не засну.
Причина смены работы: Хочу больше времени уделять ребёнку, даже не больше, а качественнее, т.е чтобы время даже если это 30 минут которые я уделю были не пыткой для меня и не испытанием для ребёнка.
Сейчас из-за нагрузки на психику на работе нет сил побыть с ребёнком, мозг перегружен.
Я работаю 1С специалистом. Работа предполагает высокую сконцентрированность, умственные затраты.
Хочу найти работу не связанную с умственным трудом, чтобы мозг отдыхал, хотелось бы устроиться на какую-то однообразную, монотонную работу.
Хочу чтобы работа была физическая, желательно на пол дня (вариантов практически ноль, так как всегда только в офисе работала, в голове только одна мысль устроиться дворником).
Совсем не работать не вариант, так как работа держит меня в тонусе, я общаюсь с людьми, больше двигаюсь, работа не даёт закрываться в себе, в своей депрессии, у меня есть размеренный график, работа заставляет меня следить за собой, (когда не ходила на работу мне большого труда стоило даже просто помыть голову).
Так же записалась к психологу, обсудить текущую ситуацию, и в тренажёрный зал (в надежде что физическая активность позволит более эффективно лечить депрессию).
Показать полностью
Неочевидное о тревоге и депрессии
Никакая тревога не может изменить будущее.
Никакая депрессия не может изменить прошлое.
Этот пост не для вашего утешения, это пост банальная констатация факта, то, что приходится раз за разом доносить на сеансах психотерапии.
Люди с тревожным расстройством принимают тревогу за пророчество. И вся "бетономешалка" мыслей, всего-лишь мыслительный цикл, имитирующий подготовку, но не ведущий к действию. Люди с тревогой реально ежедневно репетируют катастрофу, как если бы репетиция сама по себе могла её предотвратить. Но будущее не управляется страхом. Оно формируется решениями, да-да, даже самыми малыми, даже неидеальными. А тревога, как правило, парализует их. Поэтому мне и нравится КПТ, где помимо когнитивной части есть поведенческая.
А теперь о депрессии, которая является не пересмотром событий, а застреванием в них. Она не даёт увидеть прошлое иначе; она заставляет проживать его снова и снова без какого-либо права на редактуру, пересмотр, переосмысление. Воспоминание превращается в трансляцию: то же событие, тот же ракурс, та же боль, та же эмоция. Прошлое уже неизменно (у прошлого нет сослагательного наколонения). Изменяемо лишь то, как мы с ним расстаёмся.
Психотерапия это набор инструментов и техник, которые помогают понять, что:
- Тревога не предотвращает угрозы. Она лишь увеличивает их личную значимость и снижает способность к адекватному ответу.
- Депрессия не переписывает прошлое. Она закрепляет неправильные интерпретации, усиливая чувство вины, бессилия и предопределённости.
Обе — откладывают жизнь на время, которое, к сожалению, невосполнимый ресурс.
А реальная работа в психотерапии часто проходит без моментального эффекта, тихо, незаметно. А начинается с того, что человек, не дожидаясь улучшения состояния, делает первый шаг:
не вместо тревоги, а несмотря на неё, и иногда даже вопреки ее усилению,
не после депрессии, а внутри неё, когда даже умыться уже своего рода подвиг.
А если на языке психотерапии, эффективное вмешательство требует не «борьбы» с состоянием, а:
прекращения постоянного избегания того, что вызывает максимальную тревогу. Тут используется иерархия страхов.
систематической экспозиции к когнитивным и поведенческим триггерам (т.е. систематически осознанно сталкиваться со страхами);
переоценки автоматических убеждений через поведенческие эксперименты ( и после того, как столкнулись со страхами, осознать, что они не нанесли тот вред, которого вы так боялись).
Моментальный результат не гарантирован. Но без этих шагов — невозможен.
Показать полностью
Почему присутствие другого человека может причинять настоящую боль
Мы привыкли думать, что боль — это нечто сугубо физическое: ушиб, воспаление, травма. Однако человеческий опыт гораздо сложнее, и порой самая глубокая боль рождается не в теле, а в пространстве между людьми. Начинается всё с границ — тех невидимых, но ощутимых барьеров, что определяют, где заканчиваемся мы и начинаются другие. Ещё в 1960-х антрополог Эдвард Холл ввёл понятие «проксемики», описывая зоны комфортного расстояния вокруг человека. Он выделил интимную зону (15-45 см), куда мы допускаем лишь самых близких; личную зону (до 1,2 метра) для друзей; социальную (до 3,6 метров) для формального общения; и публичную. Когда чужой, а порой и свой, вторгается в интимное пространство без нашего согласия, тело реагирует первой тревогой: напряжением мышц, учащённым пульсом, желанием отстраниться. Это древний биологический сигнал — предчувствие потенциальной угрозы.
Но границы — не только физические. Психологические границы — это наши внутренние правила, ценности, эмоциональные пределы. Они определяют, что мы готовы принимать от других, а что для нас неприемлемо. Здоровые границы позволяют сохранять свою целостность, в то время как их нарушение ведёт к чувству уязвимости и дискомфорту. И вот здесь возникает парадокс: иногда само присутствие определённого человека, даже без явного конфликта или вторжения в физическое пространство, может вызывать ощутимый дискомфорт, перерастающий в настоящую психосоматическую боль. Это происходит при определённых условиях. Например, когда человек является источником хронического стресса, непредсказуемой агрессии или манипуляций. Исследования в области межличностной нейробиологии, такие как работы доктора Стивена Порджеса о поливагальной теории, показывают, что наша нервная система постоянно сканирует окружение на признаки безопасности или опасности. Лицо, голос, даже микродвижения другого человека могут бессознательно восприниматься как угроза, запуская реакцию «бей, беги или замри», что сопровождается выбросом кортизола и воспалительными процессами в организме.
Особенно разрушительно, когда источником такой боли становится не чужой, а близкий человек — партнёр, родитель, друг. Причины этого многогранны. Это может быть токсичная динамика отношений, где присутствуют газлайтинг, постоянная критика или эмоциональное пренебрежение. Это может быть болезненная привязанность, сформированная в детстве, как описывал психолог Джон Боулби, когда фигура, которая должна была давать безопасность, сама становится источником страдания. Или это может быть ситуация, когда близкий человек своим поведением, взглядами или самой сущностью постоянно напоминает нам о нашей непроработанной травме, внутреннем конфликте, о том, кем мы не хотим быть. Тело в таких случаях часто «кричит» там, где молчит разум. Психосоматические исследования, например, работы профессора Аллана Шора, демонстрируют, как хронический межличностный стресс нарушает регуляцию лимбической системы, что может приводить к реальным заболеваниям: мигреням, фибромиалгии, желудочно-кишечным расстройствам, аутоиммунным нарушениям.
Как понять, что боль вызывает именно конкретный человек? Прислушайтесь к своему телу. Отмечаете ли вы закономерность: после встречи или даже мысли о нём возникает головная боль, спазмы в животе, общая усталость, обострение хронического заболевания? Чувствуете ли вы облегчение, когда этот человек далеко, и напряжение, когда он рядом? Меняется ли ваше дыхание (становится поверхностным) и осанка (вы невольно сжимаетесь) в его присутствии? Эти телесные маркеры — важные сигналы, которые не стоит игнорировать.
Опасность игнорирования такой боли в долгосрочной перспективе колоссальна. Постоянная активация стресс-реакции ведёт к износу организма — явлению, которое эндокринолог Ханс Селье назвал «общим адаптационным синдромом». Хронически повышенный уровень кортизола подавляет иммунитет, повреждает сердечно-сосудистую систему, ускоряет старение клеток. Нейробиолог Роберт Сапольски в своих работах о стрессе подчёркивает, что самый разрушительный стресс — это не острый, а именно хронический, непредсказуемый и неконтролируемый, каким часто и является стресс от токсичных отношений. Психическое здоровье также оказывается под ударом: возрастают риски тревожных и депрессивных расстройств, развивается эмоциональное выгорание.
Обозначить такого человека в своём окружении, понять паттерны взаимодействия и свои реакции бывает чрезвычайно сложно в одиночку — здесь на помощь приходит психолог или психотерапевт. Специалист, опираясь на методы когнитивно-поведенческой терапии, гештальта или психодинамического подхода, может помочь увидеть неочевидные связи, проработать травмы и построить новые стратегии защиты своих границ. Иногда осознание и называние проблемы уже приносит облегчение.
И здесь — луч надежды. После дистанцирования от токсичного человека или, если это возможно и желаемо, после фундаментального пересмотра и изменения формата отношений (например, через чёткое установление границ, семейную терапию), та загадочная боль может отступить навсегда. Тело, больше не получая сигналов опасности, успокаивается. Нервная система возвращается в состояние равновесия. Исследования в области нейропластичности, такие как работы Нормана Дойджа, подтверждают, что наш мозг и нервная система способны к исцелению и переобучению, когда изменяется окружающая среда. Освобождение от токсичного присутствия — это не просто метафора, а физиологический процесс. Он даёт организму шанс восстановиться, а личности — наконец, зажить своей собственной, а не чужой, болезненной жизнью, где присутствие другого может быть не источником боли, а источником силы и поддержки.
Показать полностью
1