Если ты, как и я, несколько раз начинал писать - бросал - снова начинал - снова бросал, то на твоем столе наверняка уже вырос красивый архив идей, которые "вот-вот, но не сейчас, надо будет доработать".

В итоге складывается ощущение - будто где-то должна быть "та самая" гениальная история (и мы ее скорее ждем, чем активно ищем), а на черновики даже смотреть страшно: не идеал же.

Вот только правда в том, что первая книга никому ничего не должна. Она вообще не обязана быть ровной, логичной или даже законченной без косяков.

Твоя задача (как и моя кстати) - не сочинить шедевр, а вообще наконец-то дойти до конца, увидеть свою историю цельной, с финалом - и перестать прикрываться фразой "закончу когда-нибудь".

Поэтому, если идей в столе больше, чем страниц в черновике - это нормально. Если кажется, что книга сыровата - тоже нормально. Главное - довести хоть одну до последней точки.

Идеальная история не придет сразу. Зато придет умение не сдаваться из-за страха несовершенства. Боязни осуждения. Нежелания тратить время впустую, ведь "идеальное" так может и не случиться.

Да, о логике, структуре и персонажных арках, конечно, необходимо думать, когда пишешь книгу, но стоит ли себя ими перегружать настолько, чтобы просто отказаться от самой мысли взять и сделать?

Знаете, какое-то время назад мне казалось, что страх пустого листа - это красивая отмазка для лентяев. Ну серьезно - сел, открыл документ, начал писать. Что тут сложного?

А потом я начал заниматься литературным творчеством вплотную.

Сижу перед монитором. Курсор мигает. Документ пустой. В голове - каша из идей, образов, обрывков диалогов. Но руки на клавиатуре лежат мертвым грузом. И не потому что нечего сказать, а потому что первое предложение должно быть правильным. Какое именно «правильное» - понятия не имею. Но точно не это. И не это тоже.

Прошел час. Документ по-прежнему пустой. Зато я знаю, сколько калорий в моем чае и какая погода в Рейкьявике.

Причем (и это было открытием) ступор случается не только перед первой страницей. Середина текста, где одна сцена должна перетечь в другую, где нужен мостик между двумя кусками, которые ты уже видишь - тут бывает не легче.

Решил разобраться. Потому что если это не лень и не отсутствие идей - тогда что?

Четыре лица ступора

Термин «writer's block» появился в 1947 году. Придумал его австрийский психоаналитик Эдмунд Берглер, ученик Фрейда. Объяснение у него получилось... эпохальное: якобы писательский блок вызван «оральным мазохизмом» и матерями, которые кормили ребенка из бутылочки. 1947 год, своя атмосфера.

Серьезно изучать явление начали только в 1970-80-х, когда психологи Йельского университета Джером Сингер и Майкл Барриос собрали группу профессиональных писателей: прозаиков, поэтов, сценаристов - и прогнали их через около шестидесяти психологических тестов.

Все «заблокированные» писатели оказались несчастны. Но несчастны по-разному. Сингер и Барриос выделили четыре типа:

Тревожные перфекционисты. Воображение работает, но ничего из написанного не кажется «достаточно хорошим». Внутренний критик съедает все живое до того, как оно попадет на бумагу.

Враждебные к окружению. Боятся сравнения с чужой работой. Фантазии крутились вокруг взаимодействий с людьми, а не вокруг историй.

Апатичные. Заблокированы сильнее всех. Не могут мечтать, не хватает оригинальности, правила жанра кажутся клеткой.

Разочарованные нарциссы. Нужна внешняя мотивация: внимание, похвала, награда. Без нее писать бессмысленно.

Всех объединяло одно: исчезновение радости от письма и ослабление способности создавать мысленные образы. Картинки в голове становились тусклыми, размытыми, ненадежными.

Узнал ли я себя? Скажем так, первый тип показался подозрительно знакомым.

Что происходит в мозге

Когнитивный нейробиолог Хезер Берлин из Медицинской школы Маунт-Синай изучающая нейробиологию воображения, определила, что когда люди импровизируют - сочиняют, творят на лету, то у них снижается активность дорсолатеральной префронтальной коры. Это часть мозга, отвечающая за внутреннего цензора и самоконтроль.

В момент творческого потока мы буквально «теряем себя». Критик затыкается, идеи текут свободно.

А при стрессе? Всё наоборот. Мозг переключается с коры на лимбическую систему и реакцию «бей или беги». Префронтальная кора, которая должна заткнуться, чтобы дать дорогу креативности - наоборот, перевозбуждается. Внутренний критик не просто не молчит, он орет в мегафон.

Так что, синдром пустого листа - это не каприз. Это нейробиологический сбой: система самоконтроля подавляет систему генерации идей. Мозг «защищает» тебя от плохого текста - и в итоге не дает написать вообще никакой.

Не только писатели

Синдром пустого листа - не эксклюзивная писательская болячка. Дизайнеры переживают то же оцепенение перед пустым макетом. Программисты зависают перед новым файлом. Предприниматели - перед бизнес-планом. Студенты - перед курсовой. По данным опросов, более 80% людей хотя бы раз в год переживают серьезный блок.

Дело не в специфике профессии, а в устройстве мозга. Любая ситуация, где нужно создать что-то из ничего, активирует один и тот же механизм.

Я и дальше буду в основном про писательство, но вы также легко сможете спроецировать примеры и советы на себя.

А может это полезно?

Неожиданный поворот. Орсон Скотт Кард, автор «Игры Эндера», говорил, что писательский блок для него - сигнал: что-то в уже написанном не работает. Подсознание бунтует, отказываясь двигаться по ложному маршруту.

Исследователь Сара Ахмед (2019) выделила когнитивные блоки - когда мозг сигнализирует о проблемах в самом тексте - в отдельную категорию. Иногда ступор - не баг, а фича. Мозг говорит: «Эй, подумай еще».

Другое дело, что отличить полезный сигнал от панической атаки перфекциониста - задача нетривиальная.

Что с этим делать

Если вы читали мой пост про желание бросить проект на полпути - вам кое-что покажется знакомым. Короткие сессии, привычка, дофамин через движение - работают и тут. Это не повтор, это универсальные инструменты: мозг-то один и тот же, и сбоит по похожим причинам, да и темы постов близки друг другу. Но у синдрома чистого листа есть и свои, специфические «лекарства», доказанные научным и опытным путём.

Главное открытие Сингера и Барриоса (о которых было выше) - не классификация, а лечение синдрома. В новом исследовании «заблокированных» писателей разделили на группы: одни обсуждали проблемы в терапии, другие делали упражнения с направленным воображением - визуализировали образы и писали в свободном режиме.

Воображение оказалось эффективнее разговоров. И самое важное - писателям не нужно было «прорабатывать» эмоциональные проблемы, чтобы снова начать писать. Сам процесс творчества работал как терапия. Начинали писать хоть что-то - и состояние улучшалось.

Писать мусор. Осознанно. Не «пытаться написать хорошо», а писать, как попало. Энн Ламотт в «Bird by Bird» (весьма познавательная книга для начинающих писателей, рекомендую) популяризировала идею «дерьмового первого черновика». Перфекционист внутри завоет, но именно в этом фокус - заткнуть ту самую перевозбужденную префронтальную кору. Дать мозгу сигнал: «расслабься, это не экзамен».

Начать не с начала. Никто не обязывает писать с первой строчки. Застрял на входе - напиши сцену, которую видишь четко. Финальный диалог. Битву в середине. Описание места. Мостики достроишь потом. Мозг боится бесконечности пустого листа - дай ему конкретную, ограниченную задачу.

Заполнить лист чем угодно. Это звучит глупо, но когда дизайнеры борются с синдромом белого листа, первый совет: набросай на макет хоть что-нибудь. Случайный текст, кривые линии, цветные пятна. Лист перестает быть пустым - и паника отступает. Пустота - не отсутствие контента. Пустота - это визуальный триггер для мозга: «у тебя ничего нет». Стоит появиться хотя бы трем строчкам - и рамка восприятия меняется с «я не могу начать» на «у меня есть начало, и его можно улучшить».

Обмануть внутреннего критика форматом. Не «пишу роман», а «делаю заметку для себя». Не «первая глава», а «наброски к сцене». Когда Стейнбек работал над «Гроздьями гнева», он вел параллельный дневник - писал себе письма о процессе, жаловался, сомневался. Это создавало «пространство для писательства рядом с писательством» - и основной текст двигался.

Мой личный костыль

Когда ступор ловит посреди текста, я пишу прямо в документе квадратными скобками: [ЗДЕСЬ ПЕРЕХОД, ГЕРОЙ ИДЕТ ИЗ ЛЕСА В ДЕРЕВНЮ, ПОКА НЕ ЗНАЮ КАК]. И двигаюсь дальше.

Звучит как халтура. Но мозг перестает буксовать, набирает скорость, и часто через полчаса я возвращаюсь к тем скобкам и вижу решение, которого раньше не было.

Ну вот вроде и всё что я нашёл и хотел сказать по этой теме.

А насколько вам близка проблема пустого листа? Не обязательно в писательстве - может, в любом деле, где нужно создать что-то с нуля. И если да - что помогает лично вам справиться с этой ситуацией?

Заглядываете также в мой ТГ-канал «Чернила и нейроны». Там недавно появился файл с полным текстом моей новой рукописи. 😉

Мне все еще приходит различный фидбэк по поводу моих игр, не в плане даже механик, а в плане общего впечатления от прохождения, вопросы по сюжету и так далее. И вот я столкнулся с такой темой, что для некоторых людей (особенно тех, кто не читает мои посты и рассказы по ходу написания игры) оказалась неочевидной ее вариативность и что важнее в принципе не ясна ее задумка.

Сразу скажу — этим постом я не пытаюсь кого-то высмеять или сказать, что они не умеют играть или что только я знаю как играть. Цель этого поста пояснить, в чем основная задумка моей игры, без существенных спойлеров, хотя и со ссылками на некоторые особенности и варианты прохождения из разряда «такой вариант концовки возможен».

Если вы не хотите ничего слышать до тех пор, пока не пройдете сами «Плач капель», то лучше пропустите этот пост.

В других твоих играх было больше сюжета, больше контекста.

Мне раскрыли мысль более подробно, но я не буду тут приводить все диалоги, а скомпоную общее разъяснение на эту тему.

Я понял суть претензии, она примерно такова: если те же «Дела сердечные», «Грязные деньги чистых намерений» и «Спасительная ампула» были даже при какой-то своей вариативности все же последовательны, то «Плач капель» позволяет двигаться вообще в любом направлении и узнавать контекст происходящего из записок, диалогов и, конечно же, размышлений игрока. И вот в этом для некоторых и есть некоторая сложность.

Я изначально хотел, чтобы у вас появилось желание разобраться в происходящем и исследовать комнаты, особенно когда не все комнаты стоит уверенно открывать. Для этого из дневников, обрывочных записей (а возможно, и видений) вы можете составить свое представление, не всегда полное, но у меня и не было цели, чтобы вы обязательно получили все ответы на все свои вопросы после прохождения.

Иду последовательно, подписана комната 1, значит, туда в первую очередь, потом обязательно 2 и так далее.

Преимущество «Плач капель» как раз в том, что вы можете идти совсем не линейно. Более того, вы можете вообще пройти всю игру, так и не встретив никого. Представляете? Очнулись, вышли в коридор, пропустили все комнаты и поскакали дальше, пока не найдете способ спасения, при котором вы вообще не узнаете о том, что в монастыре что-то не так и есть много чего странного. Чем не крутая концовка? Настолько удачливы и уверены в себе, что просто даже не поняли, в какой передряге изначально очутились.

Это, к слову, отвечает и на тему, что обязательно нужно идти в Н-ную комнату, так как иных вариантов к спасению нет. Вы удивитесь, сколько есть вариантов, в которых вам не придется сражаться. Находили разлом между мирами? Попадали на концовку, где вас переместили на райский остров? А всё это лишь часть возможных вариантов завершения игры.

Неудобно, что есть только несколько слотов сохранения, так как хочется всегда выбрасывать нужные значения кубика.

Вот поэтому я и не хотел вообще делать сохранения изначально, но подумал, что это всё же не совсем справедливо. Для тех, кому нужно просто несколько сохранений, чтобы на разветвлении сюжета посмотреть, к чему можно прийти, всё же стоило добавить. По мне, идеальный вариант прохождения в том, что вы проходите игру так, как получилось. Так что для тех, кто пытается подкручивать результаты броска, я и не старался сделать жизнь проще. Извините, я так вижу, потому мои игры такие.

Я несколько раз проходил игру, и всё равно меня убивают в... (той самой комнате).

Это отчасти как раз про то, что не обязательно идти по номерам 1, 2, 3, 4. Особенно если вам перед открытием двери намекают, что там происходит что-то неладное. Особенно если вы уже туда заходили и вас моментально смело в помойку. И да, вариантов победить есть целое множество, даже вступив в открытую конфронтацию, а есть варианты, где вы сможете просто договориться. В игре очень много возможностей пройти ее, но только вы решаете, как именно она закончится. Вы просто сбежите? Вы одержите победу над злом? Вы сами станете злом? Вы вообще уйдете в сторону?

P.S

Подумал, раз уж все равно написал этот пост, чтобы не писать отдельно, к тому же тут не так много, короче, по поводу новой игры «Денурк». Игра продолжает писаться, я значительно расширил возможности из моего старого исходника.

Не знаю, много ли вам даст схема, но сейчас она вот такая, и это примерно середина, может быть, чуточку больше. Я, возможно, ранее уже где-то говорил, что дописал примерно до середины, но на середине я как раз сильно расширил сюжет и вариативность.

В этой игре будет, точнее, может быть, если у вас так сложится, новая боевка, в том числе с оружием. Причем не только 1 на 1.

P.S.PRO.TURBO.MAX

У меня все почти январские праздники и т. д. просто выпали, то все вокруг болели, то я сам все же в конце слег, но суть в том, что процесс идет, игра пишется. Если все будет идти так же, как шло, и не возникнет каких-нибудь новых проблем и страданий, то я рассчитываю дописать сюжет в течение 2–3 месяцев, это с запасом. Там уже пойдут картинки, потом музыка, потом есть идея с озвучкой, но пока слишком все неточно, загадывать не буду.

А и еще к теме схемы, меня как-то спросили, а че я там вообще вижу? Так это она просто отдалена сильно, чтобы видеть объем и связи в самой игре. Даже если я скажу, что в ней 350 блоков, это вообще не дает никакой информации вам, по этой причине кидаю скрины схемы, чтобы можно было видеть, что прогресс идет.