Мы попытались призвать демона ради шутки. Но кто-то ответил
Я в это не верил. Совсем.
Демоны, ритуалы, соляные круги… всё это казалось фольклором — старыми предостерегающими сказками, окутанными тайной. Наверное, поэтому мы и смеялись, когда Дев достал ту странную древнюю книгу.
Был пятничный вечер. Мы с Девом, Джеем и Алиной сидели у Джея дома. Родители уехали на выходные, и мы проводили одну из тех пустых ночей — ленивые, уставшие, наполовину подвыпившие, наполовину скучающие. Дев копался в коробке с отцовскими вещами в подвале и нашёл её. Тяжёлую книгу в кожаном переплёте с растрескавшимися краями и страницами, запятнанными временем — или чем-то похуже.
На обложке значилось:
«Малая Ключница Соломона».
Большая часть выглядела как хлам: поблекшая латынь, странные символы, драматичные предупреждения. Но Дев раскрыл книгу на помеченной странице и постучал пальцем по подчёркнутому имени.
— Оробас, — сказал он. — Тут написано, что он говорит правду и защищает людей. Один из «хороших».
Джей расхохотался:
— Расслабленный демон? Да ты шутишь!
Алина закатила глаза: ей уже надоело. Не знаю, что заставило меня это сказать. Скука, слишком много пива или обычное любопытство? Но я сказал:
— Давайте призовём его.
Мы не относились к этому серьёзно. Это была глупость, чтобы убить время и посмеяться. Может, снять пару роликов для соцсетей. Мы зажгли несколько чайных свечек из хлама, сели кольцом на холодный бетон, и Дев прочитал слова вслух.
Большинство шагов мы пропустили. Нам было лень возиться. Ни защитного круга, ни благовоний. Только свет свечей и плохие решения.
И… ничего не произошло. Мы смеялись ещё громче. Подшучивали друг над другом, пытались пугать, потом пожали плечами и пошли играть в Mario Kart.
Минут через двадцать дверь подвала заскрипела. Джей клялся, что запер её.
Двери там капризные… Он пошёл и снова запер. Мы посмеялись, мол, вдруг заклинание сработало.
Потом наверху раздался тихий стук. Один раз. Достаточно мягкий, чтобы не показаться наглым, но резкий, чтобы мы замолчали. За ним — звук падающей сковороды на кухне.
Джей поднялся проверить. Вернулся нахмуренный:
— Сковорода стояла далеко от края. Её кто-то столкнул, может, этот чёртов кот.
Помню, Алина сказала что-то вроде: «Наверное, сквозняк», но меня это не убедило. Воздух стал тяжелее. Не холодный, а… неправильный. Мне стало не по себе.
И тут что-то стукнулось о стену за нами. Громко. Нарочно. С силой.
Мы вздрогнули — даже Дев побледнел, а его трудно вывести из равновесия. Он выглядел перепуганным… по-настоящему.
Он снова схватил книгу и, нахмурившись, вчитался. Остальные поняли, что это больше не шутка.
«Оробас, призванный без круга или печати, может свободно бродить. Рук в кровь не марает, но силён страхом и временем. Он может мучить, вводить в заблуждение и тянуть беды к тем, кому должен явить истину. В последнем часе, когда тень станет плотью, он может коснуться. Он может забрать. Защита — в кругах из соли и в свете. Он не пересечёт их, пока они целы. Если до рассвета он не овладеет душой, вернётся в своё царство».
Смех Джея вырвался резким и коротким:
— Шикарно. Очень смешно.
И мы все это услышали. Дыхание. Прямо у моего уха. Холодное, влажное, ощутимое.
Я дёрнулся, обернулся, ожидая увидеть кого-то — никого.
Голос Дева сорвался, когда он крикнул:
— Мы его не связали! Тут написано — без связывания, без контроля!
Наверху раздались новые звуки. В лестничном проёме лопнула лампочка.
Алина вскрикнула. Джей выругался. Я молчал — старался не сорваться в панике.
Мы забегали. Дев попытался гуглить ритуалы связывания. Смешно, да только было уже не до смеха. Это должна была быть шутка! Мы поняли слишком поздно.
Я выбежал наверх, схватил пакет соли, и мы посыпали её вокруг себя дрожащим кольцом, стоя вплотную, не зная, смотреть ли по сторонам… или друг на друга.
И тогда начали гаснуть лампы.
Одна. Потом другая. Потом ещё. Пух… пух… пух… Всегда прямо за пределами круга. Тьма подбиралась ближе с каждым хлопком. Мы знали — нам действительно угрожает опасность.
Я включил фонарик телефона. Он мигнул. Но батарея была полной, не должен был.
Дев прошептал, едва слышно:
— Он не коснётся души, если та не скользнёт из света во тьму. Или во сне.
— Не засыпай, — сказала Алина, и голос у неё оборвался.
— Сомневаюсь, что кто-то уснёт, — ответил Дев.
Было 4:25 утра…
Нам надо было продержаться до рассвета.
Время тянулось мучительно медленно… но шло.
Следующий час… Я даже не знаю, как описать.
Скрежет. Не постоянный, лишь чтобы не дать забыть. Стул сам собой заскользил по полу. Что-то шевельнулось в углу, за границей света, но когда я посмотрел, его не было. Не исчезло. Просто… не было.
Потом случилось то, что подтвердило: мы не в безопасности. Газ.
Запах ударил сразу. Резкий, кислый. Алина закашлялась.
Конфорка наверху. Кто-то включил её.
Но мы все были внизу.
Выходить из круга не хотелось, но и сидеть, пока дом наполняется газом, мы не могли.
Мы решили подняться вместе, медленно. Один всегда держал свет на остальных, как дети в жмурки с фонариком в доме с привидениями.
Конфорка пылала на полную. Ручка сорвана.
Джей нашёл вентиль под раковиной. Перекрыл его пассатижами. Я поднял ручку и сунул в карман худи.
Фонари снова мигнули.
Мы рванули. Просто помчались, цепляясь друг за друга.
Обратно в подвал. В соль. Мы больше не говорили. Только дышали — прерывисто, тихо.
Я взглянул в маленькое подвальное окно и увидел небо, начинавшее сереть тем странным голубовато-серым. Чуть-чуть. Достаточно, чтобы поверить: скоро конец.
Всё стихло. Ни шума. Ни сквозняка. Ничего не двигалось. Всё было… спокойно. Тёплые первые лучи солнца на коже.
Рассвет полз медленно. Всегда так, когда смотришь. Когда он наконец пришёл, казалось, я не дышал часами.
Алина поднялась, деревянная:
— Всё кончилось, да?
Дев всё ещё сидел. Почти не говорил.
И вдруг — встал.
— Я домой, — сказал он.
— Что? Подожди, Дев—
— Я устал. Хочу спать.
Он пробормотал что-то ещё. Я не расслышал. Но Джей обмер.
— Что ты сказал?
Дев выглядел удивлённым:
— Ничего. Спокойной ночи.
И ушёл.
Мы не пошли за ним.
Начали убирать. Нам было что убирать — мусор, свечи, лопнувшие лампочки… соляной круг. Пытались вернуть комнате нормальный вид.
Тогда Джей тихо сказал:
— Круг.
Мы обернулись. Он смотрел на пол.
Там был разрыв. Линия, где кто-то слишком быстро ступил. След каблука смазал край.
— Разрыв. —
А Дев сидел как раз рядом с этим местом.
Мы просто смотрели.
Не говорили.
Не убирали.
Не хотели признавать, что он есть.
И Дев не отвечает на наши звонки.
Мы твердим себе, что ему нужно пространство. Что он вышел тем утром и пошёл домой.
Но никто из нас на самом деле не видел, как он выходит.
Мы помним лишь звук двери.
И чем больше я думаю об этом моменте, тем сильнее ощущение —
А вдруг Дев так и не выбрался из подвала?
А вдруг мы позволили уйти… чему-то другому?
Больше страшных историй читай в нашем ТГ канале https://t.me/bayki_reddit
Можешь следить за историями в Дзене https://dzen.ru/id/675d4fa7c41d463742f224a6
Или даже во ВКонтакте https://vk.com/bayki_reddit
Можешь поддержать нас донатом https://www.donationalerts.com/r/bayki_reddit
