Обращение ко всем backend программистам
Парни, на рынке труда зарплаты падают. Давайте держать планку. Меньше 200К вообще не отправлять резюме.
Тимлиды, вижу вакансии за 250 - 300К на лидство. Тоже давайте игнорить. Кому охота работать за программиста + контролить еще 3 - 5 оболтусов и нести ответственность за продакшн за зарплату, которую можно получать работая тупо самому?
Сейчас будет бурление говна в жопах у тех, кто работает за 30К в месяц, но я стою на своем: разработка - это сложная инженерная работа. Это не только CRUDы писать и JSON'ы перекладывать (для непрограммистов это самые простые задачи программистов).
Работа программиста это и deadlock'и предотвращать и отвечать за целостность данных (попробуйте разрулить ситуацию когда у вас одновременно 500 пользователей хотят забронировать авиабилеты на рейс, которых в наличии всего 35 штук? Как не допустить овербукинга, принять платежи и продать те билеты, которые в итоге пользователь отказался оплачивать, остальным претендентам из 500 человек?). Это обеспечить быстрый ответ на 10 - 20К запросов в секунду не положив базу и не потеряв данные.
Наша работа - сложная и ответственная. Она стоит своих денег. Давайте постараемся не дать обесценить наш труд.
Когда вижу вакансии, где хотят нанять сеньора с опытом создания сервисом, масштабом как Avito и с зарплатой от 120К - хочется закрыть монитор. Парни, держитесь, но не работайте за копейки. Ей богу за эти деньги лучше в такси катать. А они сами пусть highload за такие деньги поднимают.
P. S. Я трудоустроен, но прочитал overдофига таких вакансий и у меня немного подгорает от них. Напоминает запросы на биржах фриланса в стиле "Дам 10К рублей, скопируйте мне Яндекс и не вздумайте украсть мою идею - найду по IP и засужу. Оплата по факту."
Химзавод в Грузии парализован массовой забастовкой
Крупнейшее химическое предприятие Грузии Rustavi Azot было вынуждено полностью остановить производственные линии из-за масштабной акции протеста сотрудников.
Забастовка в Рустави продолжается уже второй день, собрав сотни участников, которые категорически отказываются возвращаться к работе без пересмотра условий оплаты труда. Руководство завода приняло решение о приостановке деятельности на фоне эскалации трудового конфликта и отсутствия компромисса с коллективом.
Главным требованием протестующих является повышение заработной платы минимум на 300 лари (~111$), что обусловлено резким скачком цен на продукты питания в стране. Администрация предприятия попыталась урегулировать спор, предложив индексацию окладов на 4% (около 40 лари), однако это предложение вызвало гнев работников. Коллектив назвал инициативу насмешкой, отверг её и потребовал от дирекции официальных извинений за игнорирование реальных экономических проблем персонала.
Ситуация усугубляется отказом бастующих от помощи официального Центрального профсоюза и обращением напрямую к мэру города Нино Лацабидзе. Инициативная группа, представляющая интересы двухтысячного штата, заявила о готовности к бессрочной блокаде и призвала сотрудников других промышленных объектов Рустави присоединиться к протесту. На данный момент переговоры заморожены, а дата следующего раунда консультаций остается неизвестной.
Прогнули? Или нет?
Подрабатывала бухгалтером по совместительству в небольшой фирме по продаже стройматериалов. Склад в промзоне, 6-7 сотрудников: сам владелец (ИП), менеджер-секретарь, водитель и работники склада. Я приходила 1-2 раза в неделю. Коллектив сплочённый, собственник деньгами никогда не обижал, всегда шёл навстречу просьбам, отпускал пораньше, если отгрузок не предвиделось, чай-кофе, сотрудников подвозил, праздники все за одним столом справляли, премии, небольшие, но регулярные. В общем, отличные отношения, уважительные с обеих сторон.
В один день прошёл дождь, начальник приехал, соответственно, машина грязная. Попросил одного из работников помыть машину, так как ему ещё надо на встречу в город, на мойку заехать не успевает. Ну, работник (Дима) спокойно пошёл набирать воду в ведро, доставать тряпки и пр. В это время во двор выходит менеджер (Ксюша) и с такой претензией:
- Ты что, машину собираешься мыть?
- Да, а что?
- Да ты прогнулся. Тебе указание дали, и ты сразу побежал исполнять. Да на тебе ездят бесплатно. Я бы послала в ответ на такую просьбу.
- А что такого?
- Да это унизительно, так-то крепостное право давно отменили.
Я:
- Не вижу ничего страшного. Ксюх, мы же с тобой по очереди гоняем в магазин за чаем и к чаю, когда начальство не успевает.
- Это другое, мы для себя покупаем, а не под кого-то подстраиваемся.
- Ну, так и ему это не вменили в обязанность на постоянной основе, а разово попросили.
Дима:
- Так он меня подвозит на этой машине, что зазорного?
- Вот-вот, у вас обоих рабское мышление, прогнулись.
Мы с Димой остались в недоумении. Дима спокойно домыл машину. Больше подобных просьб от начальства не было.
Питерские ароматы
Живя в Питере, я ежедневно проделывала такой путь:
С улицы Маршала Захарова ехала на маршрутке до Ленинского проспекта. Ехала слабо сказано, потому что пробка как раз начиналась от нашего дома и тянулась до метро. Если я выходила из дома на час раньше, то как раз этот час стояла в пробке и опаздывала на работу. Если я выходила позже, то в пробке стояла меньше, но на работу тоже опаздывала.
Затем в метро ехала с пересадкой до Проспекта Просвещения. Дорогу разнообразили всевозможные музыканты, профессиональные попрошайки и юродивые. Одна, помню, не могла ходить, волокла свою ногу по вагону, денег ей надо было дать операцию. Как-то она обогнала меня на пешеходном переходе с сигаретой в зубах, и я практически воочию увидела как она исцелилась.
На Просвете на выходе сначала встречали два парня, которым каждый день не хватало на дорогу домой, потому что они пропили деньги. Подозреваю, что домой они по сей день не уехали. Затем на выходе в нос бил запах корюшки, которая даже и не думала пахнуть свежими огурцами.
После рядов корюшки, в ряд на коленях стояли попрошаки и усиленно бились лбом об асфальт. Они продолжали симфонию ароматов.
И завершающим жирным аккордом являлась шаверма, стоящая недалеко от пешеходного перехода. От аромата шавермы слезились глаза. А в ожидании зеленого светофора можно было покрыться копотью от куры-гриль, висящей рядом с шавермой.
Созвон на 5 минут
Труд. Когда усилия перестают иметь смысл
Труд действительно создал человека.
Он сформировал наш разум, дисциплину, культуру и саму структуру общества. Тысячелетиями труд был не просто способом выживания - он был договором. Негласным, но понятным: ты вкладываешь усилия - система даёт тебе место, безопасность и будущее. Не обязательно богатство, но хотя бы уверенность, что твоя жизнь не будет перечёркнута случайностью.
Этот договор работал. Медленно, жестоко, несправедливо - но работал. Между усилием и результатом существовала связь. Она могла быть слабой, но она была.
Именно поэтому труд стал моральной категорией. Работать означало быть «правильным». Не работать - означало выпадать из жизни. Человек без труда считался либо паразитом, либо обузой.
Эта логика настолько глубоко въелась в сознание, что пережила века. Нас до сих пор учат той же формуле: работай честно, усердно и долго - и однажды это превратится в стабильность, достаток и ощущение, что ты живёшь не зря. Эта формула звучит как закон природы. Как нечто, что нельзя поставить под сомнение.
Но проблема в том, что она больше не соответствует реальности.
Сегодня труд перестал быть гарантией чего бы то ни было. Люди работают больше, чем когда-либо в истории: переработки, вечная занятость, несколько работ одновременно, "саморазвитие", постоянное обучение «на всякий случай». И при этом живут с ощущением хронической нестабильности. Будущее больше не строится - оно откладывается. Иногда на год. Иногда навсегда.
Ты можешь делать всё «правильно» - и всё равно не приблизиться ни к безопасности, ни к спокойствию. Один кризис, одно сокращение, одна болезнь, один внешнеполитический конфликт - и годы труда превращаются в статистику. Это не исключение. Это "норма".
На этом фоне особенно болезненно выглядит очевидная вещь, о которой принято молчать: комфорт, свобода и влияние всё чаще оказываются у тех, чья жизнь никогда не была связана с изнуряющим трудом. У тех, кто не жил в режиме «дотянуть до зарплаты», не выгорал и не ставил здоровье на кон ради абстрактного будущего.
И тогда возникает вопрос, который невозможно игнорировать: если труд больше не ведёт к достойной жизни, зачем нас продолжают воспитывать так, будто он - её основа?
Современный труд обесценен. Не фигурально, а буквально. Он стал массовым, заменяемым и временным. Человек больше не воспринимается как носитель опыта - он воспринимается как функция. Пока ты полезен - ты нужен. Как только перестал соответствовать - ты лишний.
Опыт устаревает быстрее, чем его можно превратить в капитал. Лояльность не поощряется - она эксплуатируется. Долгие годы работы не создают запаса прочности. Они лишь увеличивают усталость.
Человеку предлагают жить в постоянном режиме обновления: навыков, профессии, личности. Но при этом не дают ни времени, ни ресурсов, ни гарантий. Это не развитие - это бег по кругу, где остановка означает выпадение из системы.
Именно здесь возникает миф «работай усердно — и добьёшься». Он нужен не для мотивации. Он нужен для контроля. Это идеологический костыль системы, которая больше не может выполнить свои обещания.
Нам показывают успешные истории - единичные, аномальные случаи - и выдают их за доказательство справедливости правил. Но это логическая подмена. Если из миллиона лишь один «выбился», это не подтверждение работающей системы. Это доказательство её жестокости.
О миллионах тех, кто работал не меньше и не хуже, но так и не получил ничего, кроме хронической усталости, не говорят. Потому что они рушат сказку. Их существование делает слишком заметным простой факт: успех сегодня - это не следствие труда, а совпадение множества факторов, большая часть которых от человека не зависит: приобретённые связи, рождение в обеспеченной семье, наследство. Либо зависит, но не соответствует честному труду: незаконная деятельность, использование правовых недостатков системы, жёсткая эксплуатация наёмного труда.
Вместе с тем, важно понимать, что классы никуда не исчезли. Они просто перестали называться напрямую. Границы между ними стали более размытыми. Но их влияние на нашу жизнь - сохранилось. Формально «возможности есть у всех». Фактически стартовые условия по-прежнему определяют почти всё.
Низшие слои вынуждены продавать своё время и здоровье, чтобы просто удерживаться на месте. Они не накапливают - они компенсируют. Высшие слои извлекают прибыль из систем, которые продолжают работать независимо от их личного участия. Это не вопрос морали. Это вопрос структуры.
Государству и крупному капиталу невыгодно, чтобы труд снова стал путём к независимости. Массово обеспеченные люди - это люди, которые меньше боятся. А люди, которые меньше боятся, хуже управляются.
И дело не только в этом. Чем больше "успешных", богатых людей, тем меньше наёмных рабочих. А чем меньше наёмных рабочих, тем больше убытков будет и у государства, и у частных компаний; тем больше вероятность, что пошатнётся не только их финансовая независимость, но и само существование.
Поэтому зарплаты стагнируют (иногда - даже уменьшаются), налоги и обязательные платежи растут, социальные гарантии урезаются, а ответственность за выживание перекладывается на индивида. Тебе говорят: «Ты свободен». Но забывают уточнить - свободен выживать в одиночку; свободен плясать под дудочку так, как захочешь.
В такой системе переработки не делают богаче. Подработки не приближают к финансовой свободе. Они лишь выжимают ресурс до конца, одновременно увеличивая прибыль тех, кто уже находится наверху.
Отсюда и меняется отношение к человеку. Его ценность измеряется не тем, кто он, а тем, сколько он производит. Безработный - бесполезный. Уставший - слабый. Выгоревший - недостаточно мотивированный. Человеку не разрешено не справляться. Ему разрешено только функционировать, как роботу.
Именно поэтому выгорание стало массовым. Не потому, что люди плохо отдыхают. А потому, что они не видят смысла. Когда труд не ведёт ни к безопасности, ни к будущему, психика начинает сопротивляться. Это сопротивление называют «личной проблемой», чтобы не называть настоящую причину.
Самое опасное здесь - даже не бедность и не неравенство. Самое опасное - нормализация. Нас приучили считать постоянную тревогу фоном жизни. Нам предлагают «адаптироваться», «быть гибкими», «не зацикливаться». Нам предлагают "не думать". За этими словами скрывается простая мысль: не жди устойчивости и не задавай лишних вопросов.
Человек годами живёт в режиме ожидания. Он терпит, откладывает, жертвует здоровьем и временем - в надежде, что однажды усилия начнут окупаться. Но это «однажды» не наступает. Потому что система не предполагает "массового выигрыша".
И в какой-то момент возникает по-настоящему опасное понимание: проблема не в том, что ты плохо работал. Проблема в том, что труд больше не является честным договором между человеком и системой.
Нас продолжают воспитывать так, будто этот договор всё ещё существует. Будто между усилием и жизнью по-прежнему есть связь. Но реальность давно живёт по другим правилам.
И, возможно, самый важный вопрос сегодня звучит не как упрёк себе — «Почему я не добился большего?»
А как холодное, почти запрещённое осознание: «Почему я продолжаю верить в обещание, которое давно перестало выполняться?»
Пока человек винит себя за усталость, страх и отсутствие будущего, система остаётся безупречной. А значит - менять ничего не нужно.
Всё начинается с малого. Из искры возгорится пламя. Думайте своей головой.
Статья написана под авторством главного редактора канала "Через прошлое - в будущее" Владимира Сафронова. Цитирование разрешается только при указании оригинального источника.
С какими жуткими ситуациями вы сталкивались на работе - 1
1. Я работаю ночным дежурным в отделении, где находятся 33 пациента с болезнью Альцгеймера.
Во время тихой ночной смены я читал что-то на посту медсестер посреди центрального коридора. Была середина ночи, около 3 или 4 часов, так что даже беспокойные пациенты спали. Свет был приглушен, и я читала свою книгу.
Внезапно я услышал слабый детский голосок, поющий песенку «alle eendjes zwemmen in het water», или «Все утки плавают в воде». Никакой музыки, ничего не было слышно, кроме этого тихого детского голоса, поющего эту песенку в кромешной ночи.
Я осмотрел коридор слева и справа, ничего не увидел и даже не понял, откуда именно доносится пение. Поэтому я, широкоплечий мужчина ростом 1,83 м, пошел осматривать палаты в поисках этого жуткого звука.
Я не могу его найти, и начинаю сомневаться в собственной нормальности. В голову лезут мысли о мире виртуальной реальности, и что сегодня тот день, когда телевизионные ужасы становятся реальностью.
И тут я это нахожу.
У нас есть устройство, которое проецирует несколько сенсорных игр на стол с белой поверхностью, мы называем его волшебный стол. В тот день после обеда устройство прошло техническое обслуживание, и в качестве любезности компания активировала все доступные игры, одна из которых и сопровождалась песенкой, которую я услышал. Звук был на минимуме, поэтому источник так просто было не определить. Я подошел к устройству и выключил его.
2. Много лет назад я работал управляющим банком. Однажды утром я пошел открывать дверь, но оказалось, что она уже открыта.
Я попросил сопровождавшую меня кассира достать телефон и быть готовой позвонить 911. Я открыл дверь и крикнула: «Здравствуйте! Есть кто здесь?» Из-за угла вышел пожилой мужчина с бумагами в руках и спросил: «Можно мне внести деньги?» Я сказал, что мы еще не открыты, и попросил его выйти на улицу.
Мы позвонили в полицию и попросили их осмотреть здание вместе с нами. Оказалось, что наши уборщики ушли прошлой ночью, не заперев дверь и не включив сигнализацию. Филиал был открыт, и любой мог войти и бродить по банку всю ночь.
3. Я работаю в магазине подержанных вещей, и большинство наших покупателей — пожилые люди. Я довольно часто слышу от покупателей вопросы о назначении тех или иных вещей в магазине.
Несколько месяцев назад ко мне подошла пожилая женщина (лет семидесяти-восьмидесяти) с точилкой для ножей в руках и спросила, знаю ли я, для чего она нужна.
Я начинаю объяснять ей, что это такое, и как этим пользоваться, но она перебивает меня и говорит: «Я знаю, как этим пользоваться, я спрашиваю, знаете ли вы, как этим пользоваться».
В этот момент я немного растеряна, но киваю и говорю, что умею пользоваться точилкой для ножей. Она кивает, закрывает глаза и говорит: «Острые ножи — это хорошо. Скоро вам понадобится точилка».
И она ушла. До сих пор воспоминания об этой встрече вызывают у меня ужас.
Подборки, которые вы больше нигде не найдете, можете прочитать на моем канале https://t.me/realhistorys
Мой канал «Клубничный переполох» https://t.me/erosstoris
Мой канал с подборками интересных фактов https://t.me/actualfacts
Мой канал о кошках https://dzen.ru/o_koshkah
Более 200 переводов рассказов зарубежных писателей https://boosty.to/webstrannik
Всем удачного дня!


