Снова Адольфыча

СТАТЬЯ ПРО ХИЛЬКО

С Хилько меня познакомил приятель, фарцовщик Фелька. Было это летом восемьдесят третьего, "при Андропове". Фельку призывали в армию, он косил, вскрыл себе вены и лежал на обследовании в дурдоме. Выйдя оттуда, решил отметить важное событие, получение диагноза. Вот на этой пьянке я и познакомился с Сергеем Хилько, он лежал с Фелькой в одном отделении.
- Это Хиля, тоже семь-бэшник, - Фелька подвёл меня к развалившемуся на диване нетрезвому человеку.
- Серёжа, - человек протянул руку, и неожиданно засмеялся, очень заразительно, хотя и без причины.
Впечатление Хилько произвёл сразу - румяный, высокий, пышущий здоровьем детина, похожий на шведа или норвежца, прямые тёмно-русые волосы, крепко разношенные туфли сорок пятого размера, большие кисти рук, длинные пальцы. Крупная нижняя челюсть, лошадиное лицо с выдающимся подбородком, как ни странно, не производили впечатления суровой личности, а руки были мягкие, без единой мозоли.
В то время СССР готовился воевать с Америкой, и среди жителей окраин, (а мы были как раз с окраины, с Лесного массива) популярен был культ силы, даже не силы, а насилия. Молодёжь занималась спортом, боксом, борьбой, единоборствами, и у такого крупного парня, как Хиля, руки должны были быть в мозолях, от штанги, перекладины, от отжиманий на кулаках.
А у него не были, он ненавидел спорт.
В армию его не взяли просто, он и не косил, наоборот, хотел "с пулемётиком побегать", но врачи не допустили. В психбольницах Хилько бывал регулярно, первый раз попал ещё в школе, мама сдала. Он надышался ГДР-овского пятновыводителя Domal, клей "Момент" тогда ещё не изобрели. Рассказывал он про это так: "В ушах зашумело, над Землёй поднялась сильная пыль, полетел фашистский орел, открываю глаза - блядь, уже в Павлова, а над койкой безумец с сопелькой стоит!". В больницах ему не нравилось, и когда Хилько приходилось в чём-либо клясться, он употреблял божбу: "Хай буде Павлова мине", кальку с уголовного "Век воли не видать". В сумасшедших домах Хиля знакомился с другими интересными людьми, ставшими впоследствии героями его стихов, картин и карикатур.
Пьянка закончилась обычно, в пределах мелкого хулиганства - бросали из окна бутылки, пели матерные частушки. Серёга там себя не проявил-заснул в самом начале веселья.
А на другой день мы поехали "в город" - на Крещатик, гулять, приставать к тёлкам.
Оказалось, что с Хилей было очень трудно находится в общественном месте
- он постоянно заговорщицки пихался локтем в бок, показывая на людей в толпе, и смеялся.
Лысые, маскирующие свои лысины начёсом; хромые, сутулые, толстые, бородатые, очкарики, немощные старички, согнутые радикулитом старушки; серьёзные дяди с портфелями; женщины, нагруженные авоськами, с торчащими из авосек когтистыми куриными лапами - все эти персонажи из метро, с рынка, из очереди, персонажи, осточертевшие с детства, его веселили.
"Смеяться с дураков" - так он это называл.
Издевательство над физическими недостатками, гомерический юмор.
Ещё он насмехался над национальностями и фамилиями.
Внешность, национальность, фамилию, - человек не выбирает, так что его жертвы были заранее помечены судьбой.
Любил розыгрыши - например, кататься в метро с сумкой, наполненной говном, его веселили принюхивающиеся и озирающиеся дураки.
С девушками были проблемы - познакомиться получалось, но Хилько не мог долго говорить о пустяках, примерно через пол часа после знакомства он или переводил разговор на тему секса, причём весьма пошло, по жлобски, или отвлекался, переставал фильтровать, и пугал девушек. Он палил, показывал раньше времени наши истинные лица.
Одна дама, например, убежала, причём резко, повернулась и побежала, - после того, как услышала от него слово "спидорастивсь".
Постоянной женщины у него так никогда и не было. Перед событиями, в 95-м году, он пытался встречаться с семнадцатилетней мулаткой, но её мать, жлобиха с Лесного, была категорически против, устраивала скандалы. Хилько не любил бытовых дрязг, предпочёл расстаться.
На прощание, правда, сказал мамаше: "Кстати, дочка ваша очко не бреет, всё равно, что барана ебёшь".
Язык.
Он разговаривал на странном языке, странном даже для Киева, где большая часть населения говорит на суржике, языке без правил и норм.
Он постоянно придумывал неологизмы, добавлял варварские, странные окончания, невозможные суффиксы, изменял ударения - он доводил язык до абсурда.
Украинские слова из русских он делал заменой букв. "О" на "i", "у" на "в", "ст" на удвоенное "с".
"Гiрiд" вместо "город", "вкрАинец" вместо "украинец", "коссюм", "ссикло", "просситутка". Вместо предлога "в"- "ув". Ув жопи.
Потом трансформировал псевдо - украинские слова в псевдо - белорусские, добавлял мягкие знаки, всякие - аць и - ець. Гуляць-гуляць.
Особенности украинского Хилько выпячивал, доводя до абсурда, например мягкое "Г" он опускал совсем, и "самогон" у него был "самоон".
С придуманными словами Хилько экспериментировал, составлял фразы, и пользовался ими в жизни. Он любил страдательный залог, всё у него "было покарано" или "выгнано". Ну и всё уменьшительно - ласкательно, " что б в Берлине Гиммлерочек спокойненько спафф".
Живя в неблагополучном районе, где всегда доминировали гопники, Хилько не перенял "мурку", и жаргонных слов в его обиходе было мало. Те, что он придумывал, впрочем, были не лучше. Если уголовный жаргон - это по сути своей язык слишком взрослый, жестокий и глумливый, то язык Хилько был детским, хотя и не менее оскорбительным.
Граждан он называл "дураками" или "безумцами", бедных - "вонючими".
Женщина у него - "баба", которая обязана "вбирать и готовить жрать".
Он постоянно что-то сочинял, истории, стихи, рисовал карикатуры. Ну и воплощал всё это в жизнь. Например, зайдя в гости к своему другу, он с порога показал пальцем на его отца, маленького человека с большими бровями, и весело сказал: "Когда твоего папу хоронить будут, крышка гробика чуть-чуть не закроется, бровки будут пружинить".
Одним штрихом Хиля улучшал чужие рисунки, полностью меняя смысл. Я покупал иногда журналы "Перець" и "Крокодил", чтобы сильней ненавидеть, а Хилько их улучшал.
К бутылке водки, сидевшей на лавочке в парке, подобно девице лёгкого поведения, и вытянувшей длинные ноги, заманивая жертву - рабочего паренька в кепке и ватнике, он дорисовывал чулки в крупную сетку, и идеологическая нагрузка отступала.
Чаще всего он пририсовывал персонажам мужские детородные органы, независимо от заявленного пола. Не смотря на кажущуюся примитивность его рисунков - повторить так же не получалось, не тот смех, не детский, беспричинный.
Карикатуры - шариковой ручкой на обрывках бумаги, карикатуры на друзей, и на Дедушку.
Дедушка-это был выдуманный Хилько персонаж. В принципе, Гитлера рисовали многие карикатуристы. Например, Борис Ефимов, Бидструп, Кукрыниксы. Но они рисовали настоящего Гитлера, а у Хилько под знакомыми с детства чёлкой и усами скрывался совсем другой персонаж. Что то в нём есть от Гитлера С Одним Яйцом, обычной формой одежды был френч с нацистскими регалиями, фуражка, пояс с чулками и фетишистская обувь на высоком каблуке.
Повадками хильковский Дедушка напоминал Фредди Крюгера - был весел, неуязвим и всех губил. Дедушка, так же как и прототип, не любил евреев. Взаимоотношениями с евреями он и занимался на рисунках, например, встречал в аэропорту Бен-Гурион иммигранта из СССР, направив ему в лоб "парабеллум".
Вопрос, который Дедушка задавал евреям, был прост и суров: "Скажить, а може ж вы жыдок?"
Советская пропаганда демонизировала Запад, и аполитичный Хилько был уверен, что за границей живут, в основном, фашисты и сионисты. Ну и ещё порнозвёзды.
На всех его рисунках персонажи гибли или подвергались жесточайшему, смертельному унижению.
Друзей, которые не взяли его на очередную пьянку, он изобразил в виде отрубленных голов, "зрубаных голивок", насаженных на колья, себя же - в маске палача, с окровавленным топором.
Космонавт Гречко, ещё тянущий руку дружбы в открытый люк неизвестной орбитальной станции, но уже по его щеке слёзка течёт - внутри станции был Дедушка, Гиммлер, и тело американского космонавта, местами обглоданное до костей
"Им же похуй, они даже стейтсов мучат".
Потом я попал домой к Хилько, он жил без отца, с матерью и бабкой. Бабку он называл Джонс, оказывается, он специально стриг её "под каре", чтобы было похоже на утонувшего некогда в собственном бассейне гитариста "Rolling Stones", Брайана Джонса. Обычная бедная семья и обычная запущенная квартира - пока не попадёшь в комнату Хилько.
Нарисованная на стенке шкафа полуметровая свастика, журналы "Техника молодёжи", карта мира на полу и расставленные на ней солдатики, с большой тщательностью вылепленные из пластилина. Для маскировки свастика была завешена плакатом Мика Джаггера.
В углу стояла конструкция из деревянных планок и кухонной лопатки. Лопатка была заточена.
- Это гильотинка - голивки рубать,- радостно сказал хозяин.
Он развлекался тем, что лепил из пластилина полых изнутри солдатиков, заливал внутрь красную тушь, а затем "рубал голивки". Всё это под Rolling Stones.
Для Хилько Мик Джаггер был символом всего "сильного". Привлекала скорее не сама музыка, а образ, образ плохого супермена.
Соседи Хилю не любили, это я узнал, будучи приглашённым к нему на день рождения.
Сидящие у подъезда бабки неодобрительно провели нас взглядом, поджали губы, зашушукались. День рождения у него был в июне, для мистиков будет интересна такая дата - 16.6.65.
На столе стояли бутылки с водкой, кастрюля винегрета и порезанная крупными кусками селёдка в огромной консервной банке. Столовых приборов не было, только вилки и стаканы.
Через пару часов Хилько стал мочиться в открытое окно, прямо на бабок, сидящих у подъезда.
Потом выбросил в окно арбуз, а дальше полетели бутылки.
Оказалось, что выбрасывать в окно предметы - его любимое развлечение, ну а нужду справляет он только с балкона. Соседи снизу даже застеклили из-за этого балкон, сделали козырёк. Через несколько лет, после того, как он разжёг в унитазе костёр из газет, и слил воду - унитаз треснул и рассыпался, так что других вариантов, кроме окна - не осталось. Мать, правда, ходила к соседям, сам Хилько не считал нужным одалживаться.
Один раз он выбросил с балкона блок цилиндров от "Москвича" - большую, тяжёлую хуйню, которую перед этим с трудом затащил на восьмой этаж.
У соседской девочки забрал игрушечную собаку, которую тут же полил растворителем и сжёг, "спАлил".
Откусил соседу в драке кусок уха, и проглотил, чтобы нельзя было пришить. От срока спас случай - этим же вечером сосед поспорил с родным братом, и тот ударил его в живот кухонным ножом.
Спящему на балконе соседу - храпуну, намазал лицо говном. Использовал при этом бабкину палочку, примотал к ней детский совок.
Из безобидных шуток интересна такая - он узнал телефон паспортистки из ЖЕКа, позвонил ей, и попросил обмыть умершего соседа. Когда та переадресовала Хилю в церковь, он стал причитать: " Так він же ж не хрещений, а здзвізджений, у церкві сказали, шо нада до паспортистки. Прийдіть же ж обмийте, бо він же ж воня!".
-Дома я главный, - с гордостью говорил Хилько.
Это правда, управы на него не было.
При мне он несколько раз бил бабку, поднимал руку и на мать. Работал Хилько не регулярно, с большими перерывами, существовал за счёт зарплаты матери и бабкиной пенсии. Отбирая пенсию, он засовывал Джонса в мусоропровод, держа за ноги - соседи на её крик уже не реагировали.
Бабка и мать были вполне сумасшедшие, бабка постоянно ныла и плакала, даже на нейтральные темы говорила плачущим голоском, мать летом ходила по квартире в бурках - зимней обуви, типа валенок.
Серёга сочинял стихи. Варварские, оскорбительные стихи, полные насилия и глумления.
Очень смешные.
Во всех садах запели птички
Всем космонавтам оторвут яички
Он читал их наизусть, а записал только через пять лет, одолжив пишущую машинку. Для друзей он сделал сборник, тиражом в пять экземпляров, под копирку, в 91-м году.
Тогда же, с помощью машинки размножил текст:
"меняю квартиру с жидами соседьми
и ещё сосед сверху, что балуется плетью"
Напечатав штук двадцать таких объявлений, он расклеил их ночью на автобусных остановках.
Своё творчество он называл "лють".
Лють - это была у него высшая степень похвалы, он хорошо разбирался в искусстве, точнее не в искусстве, а в истинном творчестве - определял с первого взгляда, написано кровью сердца, или желудочным соком. Лють - это как раз кровью сердца.
Свои политические взгляды Хилько формулировал несколькими фразами.
"Меня мировые проблемы не ебут, главное, чтобы пипа стояла". Он избегал употреблять слово хуй, заменяя его детским словом "пипа".
"Всех вонючих и дураков сильных - спАлить".
Вонючие, в его понимании - это просто трудящиеся, от них Хилько дистанцировался. Он был сторонником евгеники и расовой теории.
"Всех, кто мешает жить, любить и гулять - спАлить".
Эта категория, "все, кто мешает" была широкой.
Участковый психиатр с очень хильковской фамилией Рара, участковый мент, любое начальство, соседи, люди на улице.
Бог, кстати, был для Хилько самым главным из "тех, кто мешает". Абсолютный участковый и абсолютный психиатр в одном лице. Он боялся Бога, порой звонил друзьям, уточнял - будет ад только за дела, или за мысли тоже.
На смерть бабки написал стихотворение правда, не удосужился его записать, так оно и кануло, там были слова:
"Христос-отравитель с паствой своей,
с той паствой что плАчить и пАлить людей"
Из религий уважал буддизм, особенно радовался красношапочному и жёлтошапочному толку, признавал тот толк, в котором не было ада.
Шапочки - это был его фетиш. Хилько любил историю, но воспринимал её не как процесс развития природы и общества, а как описание зверств и надругательств одних народов над другими. Восхищался, как кто-то выгнал откуда-то остготов. Исторические симпатии Хилько определяли не достижения и подвиги народов, а форма и размер шапочек. По словам Хили: " Я люблю или дуже восточных дураков, или дуже западных, с рожками".
Хилько подметил, что вычурность шапочек находится в прямой зависимости от жестокости народа; точнее наоборот, народ жестокий, потому что шапочки навороченные.
Книг почти не читал. А по телевизору смотрел только военную хронику, немцы, танки, концлагеря.
Все эти занятия не приносили Хилько прибыли, бабкиной пенсии не хватало.
Отец, железнодорожник с Дальнего Севера, помогал деньгами, но потом Хиля вырос, и алименты кончились.
Пришлось работать.
Детская мечта у него была стать порноактёром - непременно в Швеции, сыграли роль "порнухи" - мутные чёрно-белые фотокопии шведских порножурналов, популярные в то время среди школьников. При коммунистах осуществить мечту не получалось, а потом, с крушением системы - стало поздно.
Морщины, седина, цвет лица, зубы…
"Всего на жизнь свобода опоздала".
Так что, любой труд для него был нелюбимым, насильственным, вызывающем отвращение.
Чтобы излишне не напрягаться, Хиля подался в Театр оперетты - монтировщиком сцены. Его привёл туда Юрий Тюрменко, человек трудной судьбы, знакомый по сумасшедшему дому. Хилько потом посвятил ему пару стихотворений, одно называлось "В театри апереты". Оттуда Хилько быстро выгнали, в театре было строго, не державшихся на ногах с утра - выгоняли.
Так он скитался по театрам Киева, работал осветителем, рабочим сцены, гардеробщиком.
Из гардеробщиков его выгнали с треском и денежным начётом - в музей привезли выставку Ильи Глазунова, а после выставки обнаружилась пропажа шапок. Две или три нутриевых колючки ушли без хозяев.
Вместо того, чтобы караулить шапочки, Хилько рассматривал картины Глазунова.
Рассказывая об этом неприятном случае, он обращал внимание, что Глазунов - фуфло, фуфло во всём, начиная от сюжетов и заканчивая техникой нанесения мазка.
Серёге было вдвойне обидно.
Следующим и последним местом работы стал какой-то НИИ, Хилько взяли туда художником-оформителем, он честно рисовал Деда Мороза со Снегурочкой, а выгнан был за то, что постоянно дежурил у телефона, и взяв трубку, кричал на весь отдел:
"Капустянского к телефону!". Смеялся с дурака, с фамилии.
Капустянский был его начальником, быстро понял юмор, стал придираться, а тут ещё и сокращение штатов.
В 90-м году Хилько начал рисовать. Сразу маслом, на холсте. Вдохновила его картина, написанная неизвестным душевнобольным - девушка в пеньюаре.
Как он говорил - эта картина была для него всем, это была Любовь.
Он рисовал только портреты, портреты персонажей из своих историй.
Портреты демонов.
Демоны были странные, без клыков и когтей, без глаз, без ушей - но это настоящие демоны.
Всем, кто засыпает в одном помещении с его картинами, снятся кошмары.
Тем, кто не знает о судьбе Хилько - тоже.
То, что он рисовал - убивало наповал, цветом, настроением, сюжетом.
Картины излучают негативную энергию, от них прёт, как от реактора в Чернобыле.
Чистый драйв, как и его стихи.
Картины свои он дарил или продавал, недорого, а прежде чем назвать цену - объявлял стоимость потраченного холста и красок, ему было стыдно продавать себя. На вырученные деньги гулял, покупал водку и траву.
Он нарисовал за два года пятнадцать картин, и перестал рисовать, так же внезапно, как и начал.
К тому времени жизнь стала по-настоящему тяжёлой, экономический кризис, бабка умерла, и Серёга лишился пенсии. Сбережений у них не было, мать отправили на пенсию, долларов двадцать в месяц.
Жили они возле большого оптового рынка, в трёхкомнатной квартире. Две комнаты стали сдавать нелегальным мигрантам - пакистанцам, китайцам, афганцам. Те жили в двух комнатах целыми выводками, по шесть-семь человек, а в третьей - Хилько с матерью. Такое нашествие Хилько переносил с трудом, а квартиранты ещё и пытались лезть в семейные дела, китаец как-то сделал ему выговор: "Мама не дура! Мама не нахуй!". Необходимость спать с матерью в одной постели ударило ещё сильнее.
Мать храпела, и этим раздражала Хилю больше обычного.
Хилько стал очень плохо выглядеть, исхудал, лицо приобрело землистый цвет, в алкоголических драках ему выбили зубы, а врачи обнаружили цирроз печени, запретили пить.
Он испугался, не пил, и переносил жизнь с трудом. На него наехал участковый, соседи жаловались, и чтобы "не было покарано", пришлось рисовать для детской комнаты милиции акварели - синие слоны на скейтах, пошлые оранжевые жирафы. Такое оскорбление трудно перенести. В разговорах он часто вспоминал мать, обвинял её в том, что она родила его на свет. Сказал о своей жизни: "Хуйня-хуйня, остаётся только утешаться, что гвоздя нигде не вбил". Потом сбежали пакистанцы, оставили огромный долг за телефон, телефон отрезали, сдавать комнаты приходилось дешевле, и они с матерью начали голодать. От знакомых он скрывал это, говорил, что очищает организм, от еды отказывался.
Денег тоже не брал, ни в долг, ни просто, он, кстати, был гордым безумцем.
За неделю до событий, в марте 96-го, мы с ним виделись, он был очень плох, заросший, небритый, и вёл себя иначе, почти не смеялся.
Рассказал, что по телевизору слышал голос, голос сказал, что его принесут в жертву.
Так искупят грехи мира. Жить ему осталось три года, это тоже сообщил голос.
Нужно было сдать его санитарам, но я настолько привык к Хилько, что не увидел опасности, для меня он был безобидным взрослым ребёнком, безответственным фантазёром.
Рассказав про телевизор, Хиля опять стал рассказывать про мать, про её храп, имитировал его, чтобы я понял, как он страдает. Мать он уже давно называл только "дурой".
Мне было тогда не до семьи Хилько, и я посоветовал ему решить проблему храпа раз и навсегда.
- Убей её, да и дело с концом!
Хилько задумался, потом пробормотал:
- Да не, не надо, хай дура поживёть, - попрощался и пошёл домой.
А через пару недель позвонил Фелька, он в то время уже жил в Лондоне, и сообщил, что Хиля отрубил матери голову.
Ночью, в пустой квартире, очередные квартиранты съехали или сбежали, он казнил мать - "зрубал голивку" кухонным секачём. Потом вызвал милицию и сдался.
Последний раз мы виделись с ним в тюрьме. Поговорить так и не дали, издалека и через две решётки, он у них проходил как убийца, особо опасный, менты не рискнули дать личное свидание. Передачу тоже не разрешили, "не положено", да и он отказался, сказал, что ни в чём не нуждается. Две пачки "Примы" - вот и всё, что взял. Измождённый, седой, жёлтолицый Хилько выглядел плохо, но ещё не умирал.
Судебная экспертиза признала его невменяемым, и вместо лагеря Хилько должны были отправить в Днепропетровск, в специальную психбольницу. Однако туда он не попал.
Он умер 30 июня 97-го года, в Днепропетровской тюрьме, на следующий день по приезду этапом.
Причина смерти неизвестна, хотя не трудно догадаться. Урки и мусора не любят людей, убивших свою мать. Естественная смерть - маловероятна, смертельно больных не берут на этап, никуда не перевозят, они могут умереть в дороге, а зачем конвою лишние проблемы. Так что приехал он здоровым, а на другой день - скончался.
Где он похоронен - неизвестно, думаю, где-то в Днепре, в безымянной могиле - кроме матери, родных у него не было, некому было забрать труп.
Голос из телевизора его обманул - после пророчества он прожил не три года, а вдвое меньше.

Доброго времени суток.

В этом посте хотелось бы ответить на вопрос одного комментатора:

Могли бы Вы рассказать о том, как строятся отношения в семье на фоне диагноза? Какие, в теории, могут быть предписания о продолжении рода и возможном материнстве, замужестве, отношениях вне нынешнего круга близких людей? Насколько тяжело или легко Вам заводить друзей? Извините, если это слишком личное.

Отношения в семье строятся как обычно, за исключением того, что есть моменты, которые родственники должны принимать как данность. Например, я ОЧЕНЬ импульсивна и горяча, но если наворочу дел - быстро остываю. Например, после того, как мне сказали, что я не люблю свою собаку, я голыми руками разорвала толстенную толстовку. Вот так вот.

P.S Я ПОНИМАЮ, ЧТО ЭТО НЕНОРМАЛЬНО И ТРЕБУЕТ НАБЛЮДЕНИЯ СПЕЦИАЛИСТА

Изначально родственники не поверили в мой диагноз. Для бабушки, как я уже и писала, диагноза шизофрения попросту не существует. Но мне удалось, подстраиваясь под её восприятие и мышление, убедить её в том, что у меня есть некоторые особенности, требующие отдельного обхождения и внимательного отношения с её стороны.

Например, в обострениях я прошу её не трогать меня. Она не всегда слушает, но по большей части это срабатывает.

С матерью примерно то же самое. Но иногда она просто не понимает - или будто бы намеренно забывает, - что у меня есть подобный диагноз. Например, она не раз предлагала мне поступить в военную академию, и даже после моих заверений в том, что с шизофренией меня туда не возьмут, продолжала настаивать на своём предложении.

С отношениями мне повезло. У меня есть замечательный молодой человек, который полностью меня понимает и принимает. Мы планируем замужество. Правда, он не до конца верит в мой диагноз.

Но если хотите знать моё мнение касаемо ситуации с замужеством в целом, то отвечу: да, наверняка не каждый будет готов жениться/выйти замуж за человека с шизофренией.

Материнство... Какие могут быть предписания, перспективы? Я не хочу детей. А если и захочу, то возьму из детского дома. Дело в том, что я очень категорична к себе, поэтому не хочу плодить генно неполноценное поколение.

P.S Я НАЗЫВАЮ "ГЕННО НЕПОЛНОЦЕННЫМ" ТОЛЬКО СЕБЯ И НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ СТАРАЮСЬ ОСКОРБИТЬ ИНЫХ ЛИЦ С ПОДОБНЫМИ РАССТРОЙСТВАМИ

Друзья? На самом деле, я легко завожу их. Врач говорит, что с моими изменениями личности вполне можно жить в обществе. Язык у меня подвешен, говорить я умею, так что... Вперёд и с песней! Друзей я заводить люблю ;)

Всем мира.

Стоит ли психически больному человеку,стремиться в отношения с психически здоровым???Конечно многие на это ответят,что психически здоровые,и сами не согласятся в 99,9% случаев-если не реже...А что если всё же представить теоретически, в случае согласия здорового человека???Стоит ли тогда соглашаться психически больному на отношения со здоровым,или нет???Если психически больному человеку,тяжело в одиночестве,то будет ли ему лучше в случае отношений со здоровым человеком???И стоит ли считать,что психически больному человеку повезло тогда в отличии от других психически больных людей???

Не стоит торопиться давать однозначный  ответ "да"  на все перечисленные вопросы...Ведь в реальности-это не гарантирует,что будет лучше.А может и оказаться намного хуже, чем сразу не начинать такие отношения.Почему-попробую изложить ниже:

1)Если парень или мужчина имеет психический диагноз с инвалидностью,но может работать стабильно и зарабатывать деньги чтоб кормить семью-это еще не так плохо...Если парень  или мужчина,будучи психическим инвалидом, не может работать стабильно(или устроиться работать стабильно)-но может в сельской местности или в частном доме содержать хозяйство и значительно  помогать по дому,по хозяйству-это еще не велика беда...

Но намного хуже-когда парень или мужчина,не может ни то ни другое,получая всего лишь пенсию...Навряд ли какая девушка захочет его кормить на свою зарплату...Ведь ей нужен мужчина,который будет ее содержать вместе с общими детьми и помогать ей,а так же и вкладывать в общий котел все зарплаты и пенсии...А не обуза-которую нужно кормить из своей зарплаты...А значит что если и согласится девушка на такие отношения-они всё равно долго не продержатся...И только усилят боль неизбежного расставания для парня...

2)Любые отклонения от адекватности психически больного человека,если они и не проявились до начала отношений-то они могут и проявиться во время отношений.Что всё равно может привести рано или поздно к расставанию.Например:если парень агрессивен в силу своего психического диагноза-то это рано или поздно,может привести не только к расставанию,которое по сути ерунда...Но и к более печальным последствиям:психиатрическая больница,и смирительная рубашка,либо тюрьма и суды.

3)Если например девушка или жена,вместо того чтоб наслаждаться счастливой семейной жизнью,будет всю свою оставшуюся жизнь,водить и таскать своего супруга или мужа, по психиатрическим диспансерам и стационарам,контролируя его дома-чтоб он регулярно принимал назначенные врачом психотропные средства-то же,далеко не каждой женщине захочется получить такое благо...А значит,что если и начались такие отношения,то они с немалой долей вероятности,рано или поздно,закончатся расставанием...И это еще хорошо для больного, что закончатся именно расставанием,а не психиатрической больницей,не тюрьмами и не судами.

4)Если у больного парня депрессия-не каждая девушка захочет портить себе настроение,проживая вместе с таким больным и тратя всю свою жизнь на выслушивание постоянных его жалоб и бесконечную моральную поддержку-которая может и принести эффекта.А значит что отношения могут закончиться расставанием,которое будет следствием усугубления депрессии,и которое хорошо что закончится психушкой-а не суицидом.

5)Галлюцинации,бред и разные мании,навязчивые идеи...Лучше сразу оборвать отношения самому больному человеку,а не ждать пока их порвет ваш любимый здоровый человек,узнав про них.Ведь это опасно для здорового человека, и любой здоровый с большой долей вероятности побоится идти на такой риск.Так же см. пункт №2.

6)Если больной неадекватен-но не опасен,всё равно не каждый человек противоположного пола,захочет с ним жить.Ведь это не только бросается в глаза и будет стыдно за него перед окружающими...Но и лишняя трата времени и нервов,на контроль и гиперопеку над ним,над попытки его перевоспитать...,а эти попытки могут быть бесполезными...А бесполезные-это еще хорошо,ведь намного хуже может быть-когда они только испортят много нервов,и самому больному,и его второй половинке.А значит что расставание неминуемо.

7)Не каждый психически больной может себя обслужить всегда и на все 100%.Например я,под действием сонливости и седативного эффекта психотропных средств,могу сходив в туалет по большому,не вытереть свою жопу,и в результате,целые сутки,потом ходить с обосраными трусами и вонючими штанами,вспомнив об этом только спустя сутки...Могу так же и обоссоться среди ночи и сутки ходить обоссаным...Не думаю что это понравится какой либо девушке-жить с таким как я мужчиной-засранцем и вонючкой...

Из всего перечисленного напрашивается вопрос:зачем психически больным людям,идти на такие отношения со здоровыми людьми??? Если заведомо ясно,что с большей долей вероятности,такие отношения обречены в будущем...И обречены на мучения и проблемы,не только для здорового партнера-но и для самого больного человека...И если очень вероятен исход:в лучшем случае-болезненное расставание с позором для больного,а в худшем случае-психушка с тем же самым расставанием.

Как варианты:или отношения больного с больным,которые можно прервать в случае проблем...Или уж лучше любое одиночество-чем лишние проблемы от неудачных отношений со здоровыми людьми.

Лично я с самого детства страдаю психическим диагнозом и состою на учете у психиатра,получая пенсию по инвалидности.И естественно-до сих пор одинок,до сих пор не построил себе,ни семью,ни отношений-так как здоровые девушки,без изменений причин,избегают отношений со мной.И мне надоело мастурбировать,но лучше уж так-чем вообще никак...Мне очень тяжело в моральном плане-что девушки меня отвергают...

Но суть этого поста не в этом...А в том что реально и серьезно-не нужно никогда обижаться на девушек,которые отвергают психобольных и избегают с ним отношений.А почему-изложил ниже...Ведь такой исход еще не самый плохой...

Лично я,очень много лет,считал тварями всех девушек-отвергающих меня,за то что они без объяснений причин,избегают отношений со мной...Я очень сильно обижался на них и всех их проклинал-считая их плохими,с учетом того что я ничего не испытывал к ним кроме любви...Я очень сильно злился на них-считая их виновницами всех моих бед и проблем.И это всё-в сочетании с чуством зависти,ко всем людям,которые смогли построить себе отношения с противоположным полом...И чем больше меня отвергали девушки-тем больше я не только злился и обижался на них,но и недоумевал:почему они здоровых так не отвергают как больных...И казалось это мне,самой ужасной несправедливостью...Понятно что все отвергающие меня девушки-здоровые в психическом плане.Или не дообследованные-но настолько,что не видно ничего подозрительного...Конечно ни разу не доходило у меня дело до изнасилований,ведь я знаю что меня после этого,в лучшем случае-закроют в психушку до конца жизни,или будут меня опускать в тюрьме всей камерой...А в худшем случае-прибьют на свободе меня, мужья,или отцы тех самых девушек...Поэтому предпочитаю мастурбацию

Однако,чем больше проходит времени-тем больше и больше,я стараюсь относиться обдуманно ко всем житейским ситуациям,стараясь представить себя на месте тех девушек.И не раз я задавал сам себе вопрос:а смог ли бы я,на их месте-выйти замуж за психически больного человека...Еще больше в этом плане,меня вдохновил пост-на который я сейчас и пишу свой ответный пост...И чем больше я перечитываю серию постов,этой самой девушки,которой пришлось провести несколько лет в отношениях с шизофреником-тем больше и больше,я склоняюсь к мысли,что здоровым людям-всё таки лучше строить отношения со здоровыми,а больным-с больными...А вот строить отношения больным людям со здоровыми-это зло не только для здоровых,но и для больных людей...Даже намного большее зло для больного-по сравнению с его одиночеством...Каким бы ни было мучительным одиночество для больного психически человека-то в случае отношений больного человека со здоровым,это может привести к еще большему стрессу для больного человека.И почему я так решил-попробую  и попытаюсь изложить свои мысли здесь:

1)Никто из девушек не знает моего диагноза,хоть и догадываются что я психически не здоров.А вступив со мной в серьезные отношения,они несомненно узнают мой диагноз и узнают о принимаемых мною таблетках психотропных...Это только усугубит мое положение среди общества.

2)Лучше быть расстаться с просто знакомой девушкой или подружкой,чем расстаться с любимым человеком-который для тебя как родной.То есть если вступить с девушкой в отношения,на какие то несколько лет или месяцев,чтоб она узнала мой диагноз и бросила меня-то намного больнее будет расставаться с ней,ведь к тому времени-мы с ней привыкнем друг к другу,и расставание вызовет еще больший стресс для обоих-чем в случае избежания отношений сразу.Например-как в посте про отношения здоровой девушки с шизофреником,на который я и пишу ответ.А значит что если девушки избегают отношений с больным-возможно это и к лучшему даже и для больного...

3)Если и здоровая девушка закроет глаза на 2 предыдущих пункта и решится на отношения с психом(хоть и это сейчас очень маловероятно)-то нельзя забывать,что не одобрит этого выбора, круг друзей и знакомых таковой девушки.А если девушка и на этом закроет глаза-то здесь и родственники девушки,навряд ли одобрят такой ее выбор,а девушка навряд ли захочет портить свои родственные отношения с родней.И как то не очень хочется мне наносить такого зла девушке-которую я бы любил,подвергая её испорченным отношениям с ее родственниками, и заставляя ее променять своих родных на меня.А значит что расставание,болезненное для больного-неизбежно.

4)Пусть даже и удалось решить и предыдущую преграду:девушка сумела поймать 2 зайца-одновременно сохранив отношения с психически больным человеком и наладит нормальные родственные отношения со своей родней.Не исключим и такую вероятность...Но тогда,для девушки жившей со мной,и для её родни,откроются глаза на тех моих симптомах и признаках моего психического заболевания,о которых пока никто не знает-кроме самых близких родственников и лечащих психиатров.Например:я дома и вне дома, бываю периодически неаккуратным и не чистоплотным....А кроме того:я под действием сильнодействующих психотропных лекарств,могу обоссать весь пол в туалете,а так же и измазать говном свои трусы-не вытирая своей жопы...Я не могу допустить-чтоб моя девушка на это смотрела вообще...А помимо этого-я в порыве обострений,иногда вел себя неадекватно:бил свою родную мать,материл без причин своих знакомых и своих родных...

Я не могу даже и  представить,что подумала бы моя девушка-увидев меня таким-какой я  в реальности,со всеми моими реальными симптомами моего психического диагноза...И что подумали бы после этого ее родные...Это только сильно усугубило бы,мое положение среди общества,и ускорило бы неизбежное расставание.То есть к сильной боли расставания,прибавилась бы боль от чуства позора из-за моих психических симптомов...

5)Пусть даже и девушка поборола эту преграду,и решила быть вместе со мной,чтобы мы вместе с ней преодолевали наши общие трудности,в том числе-и симптомы моего диагноза,помогая мне морально бороться со своими симптомами.Но тогда-возможно будет копия истории,создательницы постов про ее отношения с шизофреником.А именно:девушка превратится из любовницы\подруги\невесты\жены-в сиделку,няньку,контролирующую своего больного мужчину,так же как и контролировали его родители...Хорошо если сам больной сознательно будет бороться со своими симптомами и стараться не допускать своей неаккуратности и нечистоплотности,контролировать свои эмоции и вовремя принимать назначенные врачами,психотропные лекарства...Но опять же,на почве применения этих лекарств и сильного седативного их эффекта-больной мужчина обоссыт постель или обосрет своё белье...И в кого превратится  тогда его девушка???Не только в няню и сиделку-но и в уборщицу,и в прачку...Я уж молчу про насилие в адрес девушки на почве обострения...

Хорошо...Допустим мужчина подберет с врачом более-менее оптимальное лечение,чтобы не срать и не ссать в постель,не марать говном свою одежду,и не делать полы в туалете полными своей собственной мочи...И мужчина сам за собой уберет и постирает,разгребая самому свои засранки и зассанки...И одновременно-будет сам работать над собой, тренируя свою аккуратность и чистоплотность..Но не факт и нет гарантии, что после этого мужчина станет подобно здоровому-не нуждающимся ни в какой,даже и в частичной  опеке, со стороны близких...И забота об этой опеке,упадет именно на здоровую его девушку...А может быть и на родственников девушки-если периодически.И тогда неизбежны 2 исхода:либо расставание,либо девушка сама сходит с ума.Если взять последний из вариантов-то это для больного человека,то же ничего хорошего:вместо гармоничных отношений и любви-желание женщины, опекать и контролировать своего мужчину-имеющего психический диагноз,а это одни конфликты и скандалы.И хорошо ещё,если эти скандалы,без применения насилия со стороны психа...А значит,что отношения с таким исходом-хуже любого одиночества...Ибо это уже не отношения-а ад для обоих.

Исходя из всего вышеизложенного,можно смело сделать вывод,что психически больным людям,не нужно обижаться на здоровых людей противоположного пола-которые отвергают их. Ведь это зло  меньшее-чем проблемы,которые могут возникнуть в случае отношений больного со здоровым человеком.А может быть даже и вообще не зло...А именно-нужно выбирать 2  варианта:либо одиночество,либо взаимная любовь больного с больным,как и здорового со здоровым.А всё остальное-это мучение над собой и своей второй половинкой...Так что радуйтесь-что вас отвергают из-за вашего диагноза...