«Эльфийский бык» Карины Деминой – книга, которую, пожалуй, можно осилить, если заранее отключить критическое мышление и настроиться на лёгкое, ни к чему не обязывающее чтение. в теории это должно работать как антистресс‑терапия: открыл, пробежался глазами по страницам, посмеялся в нужных местах и забыл
с первых глав автор задаёт игривый тон: молодые маги‑балбесы отправляются на перевоспитание в глушь, где их ждут эльфийские коровы, местные чудаки и бюрократические перипетии. звучит как завязка для весёлой фэнтези‑комедии. и поначалу даже кажется, что так и будет. но очень скоро становится ясно – юмором тут не пахнет
проблема в том, что шутки часто кажутся вымученными, а ситуации надуманными. герои ведут себя не как живые люди с характером, а как марионетки, которых дёргают за ниточки ради очередного забавного эпизода. их диалоги – это бесконечный треп ни о чём, где остроумие подменяется пустозвонством, а комизм – кривлянием. и чем дальше, тем сильнее чувствуется, что автор сама устала от этой игры в весёлость, но продолжает её по инерции
мир книги тоже не впечатляет. детали сыплются, как конфетти, но ни одна не цепляется за память, не создаёт атмосферы. ты не погружаешься в него, а наблюдаешь за ним со стороны, как за кукольным представлением, где куклы слишком громко смеются и слишком наигранно страдают
есть, конечно, моменты, где проглядывает что‑то живое: то меткое словцо, то забавная деталь, то намёк на иронию. но они тонут в общем потоке словоблудия, в которой трудно разглядеть хоть какую‑то мысль или чувство. в итоге остаётся только вопрос: зачем всё это? ради чего? ради того, чтобы посмеяться над глупостями? но смех получается какой‑то невесёлый, как после неудачной шутки, от которой неловко и хочется поскорее сменить тему
так что «Эльфийский бык» – это как праздничный фейерверк, который ты купил, чтобы всех вокруг порадовать, а когда запустил, узнал, что тебе продали подделку. книгу, конечно, можно почитать, если очень хочется чего‑то лёгкого и не требующего умственных усилий. но будьте осторожны: есть риск, что после неё вы обнаружите, что ваш внутренний критик уснул, а проснётся ли он после, большой вопрос
вердикт: 2 из 10
«Жестокие всходы» Тимофея Николайцева – это не развлекательное фэнтези, а глубокая, почти ритуальная проза о взрослении, выборе и цене, которую платит человек, пытаясь найти своё место в мире, где боги и люди давно перепутали роли
в центре повествования Луций – мальчишка с раной в душе, чья история становится зеркалом для всех, кто когда‑либо чувствовал себя лишним, непонятым, недолюбленным. его путь – это не героическое восхождение, а осторожное, почти слепое прощупывание почвы под ногами. он не ищет власти, не жаждет славы – он просто хочет быть нужным. и именно эта простая, человеческая жажда признания делает его уязвимым перед лицом Великой идеи, которая обещает заполнить пустоту внутри
Николайцев показывает взросление Луция не как линейный процесс, а как серию болезненных компромиссов. сначала робкая надежда: вот он, шанс стать частью чего‑то большего! потом «ржа сомнений понемногу сточила его». затем медленное осознание, что его «Я» растворяется, как соль в воде, а взамен остаётся лишь послушный винтик запущенного механизма. но даже в этом растворении есть движение: Луций не превращается в безвольную куклу – он учится выживать, приспосабливаться, искать лазейки в железной логике догмы
особенно впечатляет, как автор работает с символами. «Железные всходы» – не просто метафора власти, а живая, почти осязаемая сила: они прорастают сквозь камни, впиваются в плоть, превращают людей в послушные орудия. их холод и твёрдость контрастируют с семенами, принесёнными стариком‑сороватом – хрупкими, живыми. в этом противостоянии двух начал раскрывается главная драма: борьба духа с системой, где каждый выбор это шаг либо к свободе, либо к окончательному растворению, которое «медленно и постепенно уродует ему лицо»
язык книги – отдельный пласт восприятия. Николайцев не экономит на деталях: его проза густая, насыщенная, с обилием метафор и эпитетов. для кого‑то это может показаться избыточным, но именно эта плотность текста позволяет почувствовать, как мир книги обступает читателя, как он проникает под кожу, оставляя свой след
Николайцев не рисует чёрно-белую картину: здесь нет абсолютного зла или безусловной правды, есть только люди со своими страхами и тревогами. Луций не злодей и не фанатик по натуре, он – ребёнок, который пытается выжить в мире, где правила написаны не для него. и эта психологическая точность делает его историю пугающе реальной
финал оставляет горький осадок – без утешительных выводов, без намёка на хэппи‑энд. но в этой горечи есть и зерно надежды: книга не даёт готовых ответов, а заставляет задуматься. она как Семя, которое падает в почву сознания и ждёт своего часа, чтобы прорасти. и каждый читатель сам решает, какие всходы ему взращивать – ЖЕСТОКИЕ или ДОБРЫЕ
«Жестокие всходы» – это не лёгкое чтение, а работа для души и ума. если вы готовы погрузиться в густую, почти вязкую атмосферу, если цените психологическую глубину и богатый, образный язык, то эта книга станет для вас настоящим открытием. она не развлекает, она скорее пробуждает, заставляет чувствовать, сомневаться, искать. и, возможно, именно в этом и её сила
Данный роман написан без малого 20 лет назад... Не забывайте об этом в случае позыва к излишне бурным реакциям...))
"Новые празднiкi, или В поисках Внутреннего Грааля"...
Из аннотации: В поисках самоидентификации молодой писатель и композитор мечется между желанием встать во главе Революции Духа и жаждой ритуального самоубийства; между женой и любовницей; между фантазией и реальностью; между Добром и Злом. В итоге после своих захватывающих, как внешних, так и внутренних, путешествий герой обретает себя самого, вернувшись к истокам. Помимо прочего книга изобилует обширными погружениями в столичную культурную жизнь «золотых нулевых», как говорится, из первых рук…
VIII (фрагмент третий)
В день первый я начал с простого. Я выбрал всего лишь не то 30, не то 33 девушки из тех, кто согласно официальной версии сайта, зарегистрировался там в последние два дня. Невероятно удобен был интерфэйс, оформленный как фотокартотека, состоявшая из преьвюшек «девушек», желающих «познакомиться». При нажатии на понравившуюся превьюшку в новом окне открывалась уже отдельная страничка этой девушки, где было уже несколько полноразмерных фотографий и анкета, где помимо антропометрических данных имелось поле, в котором каждая рассказывала что-то о себе и о цели знакомства как бы своими словами. «Остальное при встрече…» — вот сакраментальная фраза, которой заканчивалось большинство анкет. Всё, что нужно было сделать, чтоб получить e-mail той или иной девушки — это кликнуть одноимённую кнопку. На сайте было предусмотрено множество вариантов сортировки: и по возрасту, и по городам, и по странам и как угодно. Впоследствии я пробовал всё. Сортировка же по времени регистрации на портале, была самым примитивным, что только можно было себе представить и, собственно, в качестве самой расхожей открывалась «по умолчанию».
В ночь на 2-е декабря 2002-го года я воспользовался именно ею, потому что принципиально было просто попробовать, то есть начать (смайлик расправляет нижние крылья))). Меня необыкновенно заводила мысль о том, что в течение суток три десятка девушек в принципе узнают о моём существовании во Вселенной. Да, конечно, читать «Я-1» и вообще открывать прикреплённый файл, многие из них не станут, но от 2-х до 5-ти процентов даже и нецелевой аудитории чего бы то ни было всегда делают то, что от них хотят полностью — этот числовой закон незыблем при любом раскладе, а в случае, когда ты входишь в контакт с теми, кто изначально подтвердил свою потенциальную готовность к нему, этот процент может быть — и был, конечно же, — существенно выше. И уж в любом случае, каждая из тех, кто получит это письмо, будет думать о том, кто я, какой я; хотя бы в порядке бреда будет думать, будет ли между нами секс, и если будет, то как именно это будет: так ли, как нужно/нравится ей или так, как нравится мне, а вдруг со мной возможно то, о чём она всегда стеснялась сказать предыдущим — ну и всё такое. Сайт знакомств — он и есть сайт знакомств. И ещё раз повторяю, это не было простым спамом — каждая из тех, кто получал от меня письмо, была уверена, что это адресовано лично ей, как, собственно, это и было на самом деле. Хотя файл «Я-1» я прикреплял ко всем, в каждом письме содержалась прозрачная отсылка к тому, что я читал в их анкете, в графе, где они говорили что-то своими словами.
Да, я был готов к «максимально близкому общению» с каждой из тех, кого я сочту подходящими для общего дела. Весь сложный комплекс многоуровневых сомнений/переживаний я оставил к этому времени позади. Да, это всё было и это было трудно (не надо думать, что так вот всё легко — нет, нелегко), но я уже принял решение и шёл теперь напролом. Ведь основной целью для меня было создание целой организации, то есть того, что обывателям ныне рекомендуется для простоты восприятия именовать религиозными сектами и деструктивными культами. Я думаю, можно не пояснять, что восприятие искусственно упрощается всегда с одной целью — чтобы люди просто потеряли чувствительность, то есть перестали бы воспринимать всерьёз что-либо вообще, включая то, что делают «сильные мира» с нашими же детьми, родителями, супругами и друзьями, не говоря уж о нас самих)).
Впоследствии, повторяю, я пробовал разные варианты сортировок, отправляя почти ежедневно в течение нескольких месяцев письма как минимум 30-ти адресатам женского пола (Евпатий Коловрат трудился во мне на полную катушку))), живущим в самых разных странах и городах, в возрастном диапазоне от 16-ти до 50-ти лет (не скрою, в зависимости от внешних данных, из чего вовсе не следует, впрочем, что все мои адресатки были красавицами с точки зрения инфантильных мачо — а все мачо, к слову, всегда инфантилы)). Нет. Но зато все они были красавицами с моей точки зрения, и их всех я любил; во всяком случае был готов к этому; в том числе и к любой ответственности за свои действия. К этому времени, лично для себя, я уже пришёл к чёткому убеждению, что я, если можно так выразиться — Божий Внук)).)
В один день я выбирал возрастной параметр (на момент зимы 2002—03 гг наиболее контактными в интересовавшем меня спектре были девушки от 27-ми до 33-х, хотя тут были, конечно, свои вариации. Так например, в регионах, начиная с юга России (Ростов-на-Дону, Краснодар, Ставрополь) и далее на юго-запад — то есть почти вся Украина — достаточно контактной оказалась возрастная группа от 23-х до 25-ти. В то же время восток России, в особенности, Западная Сибирь, характеризовались весьма контактными девушками в возрастном диапазоне от 37-ми до 45-ти. Ещё раз напоминаю, я был первопроходцем, и всё это ещё не успело никого заебать, да и, конечно, я обладаю некоторыми «скромными» талантами в сфере коммуникации в принципе. Недаром я — Водолей и горжусь этим. В славянском Зодиаке знак Водолея называется Крышнем, и многие специалисты прямо отождествляют его с Гермесом, и только обыватели, да и то не все, знают его как бога Торговли, а вовсе не как автора так называемой «Изумрудной Скрижали».
В другой день я руководствовался геополитическими соображениями, и тут, понятно, что, возможно, играла свою роль моя индивидуальная карма и мой личный состав крови: наибольшую ответную реакцию моё сердце фиксировало в Украине и Израиле. Иногда же, на основе уже полученных знаний я использовал смешанную технику, тестируя, например, ту или иную возрастную группу, проживающую на той или иной географической территории.
Насколько удачно всё это было? Да, в общем, пожалуй, удачно. По крайней мере, коэффициент реальной контактности был всё же существенно выше 2—5%, и это при том, что количественные показатели вовсе не были для меня существенными. Хочу напомнить также и о том, что ЖЖ, ЛирУ и прочие онлайно-дневниковые порталы хоть уже и существовали, но до сегодняшнего уровня распространения им было ещё очень и очень далеко (напоминаю, что сей текст написан в 2006-07 гг., и ныне вышеупомянутые порталы вообще почти забыты))). Поэтому меня весьма радовало то обстоятельство, что уже к Новому 2003-му году Лариса из Харькова (30 лет), Настя из Новокузнецка (24 года), Оксана из Томска (32 года), Ева из Тель-Авива (41 год), Анна из Ростова-на-Дону (26 лет) и некоторые другие уже не были для меня абстракциями, а были вполне конкретными, пока ещё только духовными (что и прекрасно!) сущностями, о самом факте существования коих во Вселенной ещё вчера было мне попросту неизвестно, а уже сегодня мне удалось как бы оживить их в себе и… дать себе жизнь в них. Ну разве уже одно это само по себе не прекрасно?..
О чём мы говорили с ними? Как происходило всё это? Прежде всего мы говорили о «Я», то есть о них, то есть обо мне; о том, что отличает нас от других людей; существуют ли другие люди в действительности, за пределами нашего восприятия, или же они являются исключительно плодом нашей интеллектуально-духовной деятельности, то есть являются всего лишь экстраполяцией различных аспектов наших же собственных Я; и не допустили ли мы в своё время заведомую ошибку, приняв на веру то, что говорили нам наши родители о том, что было, де, время, когда нас не существовало, а они, мол, уже были и только потом, в результате известных их действий (о, людская самонадеянность!))), на свет появились мы — ведь ни проверить, ни доказать это невозможно — то есть первое и самое главное, что мы всерьёз «узнаём», принимается нашим юным доверчивым сердцем просто на веру — уж очень, узнавая впоследствии своих же родителей всё лучше и ближе, велика вероятность наёбки с их стороны; ведь если нас наёбывают практически постоянно, из разу в раз, то с какой же тогда стати мы должны считать, что они не поступали так с нами всегда?))
Разумеется, употребление таких слов как «экстраполяция» я первоначально сводил к минимуму, до выяснения ситуации с уровнем развития той или иной Прекрасной своей Собеседницы. Зато… на первом этапе я не скупился на комплименты, воспевающие на том или ином уровне завуалированности (в зависимости, опять же, от того типа темперамента, коим обладала та или иная Девушка — порою, и даже зачастую, помогал уровень откровенной скабрезности, хотя и в рамках литературных норм — это тоже важно) всё же именно телесный аспект их Красоты. Опыт лета 2000-го года не прошёл для меня даром и спустя пару лет я просто широко применял те знания, которые, прямо скажем, не без труда приобрёл. Не помню имени того умника, кто сказал как-то абсолютно верную вещь: «С женщиной можно делать всё, что угодно. Необходимо лишь чётко объяснить ей, что именно вы с ней делаете».
Следующим этапом были долгие разговоры по поводу пяти универсальных пунктов (бытие — иллюзия, время бренно, «ты» не существует, жизнь прекрасна, смерть безвредна), а также разъяснение значения моего пантакля, что на сегодняшний день выглядит так:
что представляет собой букву «Я», слившуюся со своим зеркальным отображением и одновременно вращающуюся вокруг собственной оси, то есть единственной Прямой Вертикали (понятное дело, что в случае вращения мы получаем две объёмные фигуры: конус и шар, каковые в разрезе являются треугольником и кругом, и то, что Круг, таким образом, увенчивал собой вершину Треугольника, символизировало Путь Человека (а буква «Я», как и латинское «R», — в принципе имеет идеографическое значение Человека Идущего) через дерьмо изначально несовершенного, но данного как испытание материального мирка к Постижению Истинной Природы Вещей и Своей Собственной! Sapienti sat, или, как я иногда шучу, «сопите сами»)).)
Тогда же, под влиянием Никритина (до нашего разговора у клуба «Дом», состоявшегося 10-го апреля 2003-го года — как выяснилось позже, прямо перед моим Посвящением — было ещё далеко) этот символ выглядел чуть иначе, хоть и на основе того же первоэлемента:
Это было более попсово и походило не то на банальную пацифику, не то на логотип «Тойоты», и, как я теперь понимаю, не вполне ясно передавало суть. Да, то, что Круг, образованный как разрез Шара, не был разделён вертикальной чертой, с одной стороны, лучше отражало суть доктрины, но с другой — отражало её как раз таки хуже, поскольку само «Я» в качестве отправной точки становилось неочевидным. Во-вторых, то, что это Всеобщее «Я» само по себе было вписано в Круг, а не заключало его в себе в области, извиняюсь, вращающейся головки буквы «Я» — было, пожалуй, неверно в принципе. В-третьих, повторяю, в целом неподготовленным контрсознанием (а контрсознанием является любое сознание, каковое мы ошибочно полагаем существующим независимо от нашего восприятия. Так и получается, что и всех врагов своих мы создаём себе сами. И ещё раз напомню, что к оригинальности суждений я не стремлюсь. Просто всё это лишний раз подтверждает довольно старую и абсолютно верную мысль) хуже читалась основная идея.
Чего всем этим я хотел добиться в идеале? Да всё же просто! Я хотел создать не то чтоб новую религию (потому как точно знаю, что все разговоры о Едином «Я» и вообще о Единстве — это всего лишь разговоры о Ядре, об основе всех мировых религий, существовавших за всю историю человечества, каковая, в свою очередь, с одной стороны, конечно, намного длиннее общепринятой и лишь временно официальной, с другой же — намного короче, то есть не превышает возраста любого из нас, точнее даже того, что мы сами думаем о своём возрасте. То есть предлагаемая мною доктрина — есть всего лишь разговор о самом Главном в том, что и так волнует любого из нас), но всё-таки максимально развить сеть адептов этого, прямо скажем, ненового и неоригинального учения, хоть и сам я сначала дошёл до этого сам, и лишь потом, много лет спустя, мне стали попадаться письменные источники, прямо или косвенно подтверждающие мою Абсолютную Правоту...
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
P. S. Если вас по какой-то сложносочинённой причинке взволновал сей текстик, считаю нелишним сообщить, что полная версия данной книжки-малышки ("Новые празднiкi, или В поисках Внутреннего Грааля") доступна в большинстве ходовых электронных библиотек: litres, ozon, wildberries, MTC-строки и так далее...))) Как в электронном виде, так и в формате "печать по требованию"...
P. P. S. - А Вас вообще интересует чужое мнение о Вашем творчестве? - Хорошее - да, плохое - нет...))
10 сентября 1638 года в семье испанского короля Филиппа IV и его супруги Елизаветы Французской родилась дочка - Мария Терезия. Такое имя девочка получила в честь двух святых - Девы Марии и Терезы Авильской, ставшей первой женщиной, удостоенной титула "Учитель Церкви". Сочетание "Мария Терезия" в глазах родителей служило двойной духовной защитой для ребенка, ведь девочка была уже восьмым ребенком в королевской семье, однако все шесть ее старших сестер умерли в младенчестве, а выжить удалось только ее брату, наследнику испанского престола Бальтазару Карлу. Впрочем, и ему не было суждено дожить до зрелых лет. В возрасте 16 лет в 1646 году Бальтазар отправился в Сарагосу, чтобы принести там присягу и получить признание от местных сословий, так как по тогдашним испанским порядкам, чтобы в будущем стать законным королем, принц должен был получить одобрение в каждой части страны. Однако во время этой поездки Бальтазар внезапно заболел и умер. Среди версий причин его смерти называются оспа или перитонит в результате аппендицита.
Смерть брата сделала Марию Терезию единственной наследницей обширной Испанской империи, вследствие чего Филипп IV начал обучать юную принцессу основам политики. Однако, несмотря на это, король не был в восторге от идеи передать трон дочери, так как опасался, что женщина на престоле может вызвать серьезные волнения, способные дестабилизировать политическую ситуацию в стране. Королю требовалось родить еще одного сына, но проблема заключалась в том, что его жена, Елизавета Французская, умерла еще в 1644 году от родовой горячки. В 1649 году испанский монарх все же решился на повторный брак и, будучи истинным Габсбургом, выбрал себе в жены свою же племянницу - эрцгерцогиню Марию Австрийскую. 30 ноября 1657 года она родила своему супругу сына Филиппа, что стало ударом для Марии Терезии, которая отныне перестала считаться наследницей испанского престола. Существует легенда о том, что принцесса подавилась яйцом от ярости, когда ей сообщили о рождении наследника престола, и возненавидела свою мачеху.
Мария Терезия.
Как бы то ни было, так как теперь Мария более не претендовала на корону, Филипп IV решил подыскать ей жениха. Вскоре его выбор пал на будущего императора Священной Римской империи эрцгерцога Фердинанда, который приходился новоявленной невесте двоюродным братом... Этим кровосмесительным браком Филипп IV хотел укрепить связи испанской и австрийской ветвей Габсбургов. Сама Мария не испытывала восторга от перспективы инцеста и даже просила у отца разрешения удалиться в монастырь, однако короля мало интересовало мнение дочери. К счастью для принцессы, политические перипетии на карте Европы помешали осуществиться ее союзу с двоюродным братом.
В 1658 году наконец-то стала затихать война между Францией и Испанией, которая длилась с 1635 года. На протяжении более 20 лет французы, зажатые в тиски габсбургских владений (с юга была Испания, с севера - Испанские Нидерланды, а с востока - земли Священной Римской империи), пытались отодвинуть вражеские границы от своей территории и не дать Габсбургам объединить Европу под своим началом. В конце концов, эта война измотала обе страны, однако Испания оказалась истощена сильнее, так как её экономика просто не выдержала бесконечных сражений на несколько фронтов и внутренних бунтов.
В конечном итоге 7 ноября 1659 года противники подписали Пиренейский мир, по которому Испания уступала Франции графство Артуа и ряд прилегающих к нему территорий на севере, часть Фландрии с рядом крепостей, все каталонские деревни к северу от Пиренеев и некоторые другие территории. Французский король же, в свою очередь, обязался не претендовать на прочие каталонские земли, включая графство Барселона. Также Франция обязалась не предоставлять впредь помощи Португалии, находившейся в состоянии войны с Испанией. В знак мирных намерений Людовик XIV согласился взять в жёны испанскую принцессу Марию Терезию, за которой полагалось солидное приданое в размере 500 тысяч золотых экю. Она же, в свою очередь, должна была окончательно отказаться от прав на наследование испанского престола. Отдельно оговаривалось, что этот отказ будет обязателен только в случае аккуратной выплаты вышеуказанной суммы. 9 июня 1660 года Мария Терезия обвенчалась с французским королем в церкви Святого Иоанна Крестителя в городе Сен-Жан-де-Люз недалеко от франко-испанской границы, а 26 августа 1660 года молодожены совершили торжественный въезд в Париж.
Свадьба Людовика и Марии Терезии.
В первые месяцы брака Людовик был очень привязан к своей жене и пытался окружить ее максимальной заботой, однако вскоре, по всей видимости, у короля прошла страсть к Марии Терезии, и он стал активно искать любовь на стороне. В 1661 году Людовик стал флиртовать с Генриеттой Английской, женой своего младшего брата Филиппа. Генриетта приходилась дочерью королю Англии Карлу I, который в середине 40-х годов вел гражданскую войну против своего Парламента. Чтобы Генриетту не смогли захватить враги монарха, ее в возрасте всего лишь двух лет тайно вывезли во Францию, куда ранее уже бежала ее мать Мария. Как показало будущее, это было правильным решением, ведь Карл I проиграл войну Парламенту и 30 января 1649 года был казнен.
Живя при французском дворе, Генриетта получила покровительство своей тети, французской королевы Анны Австрийской. Ей и ее матери были предоставлены апартаменты в Лувре и ежемесячная пенсия в 30 000 ливров. Однако, так как бежавшая английская королева отправляла все эти деньги в Англию на помощь своему мужу, это пособие было сильно урезано. Мать Генриетты постоянно пыталась устроить будущее своей дочери и в середине 50-х годов даже предлагала ее в жены Людовику XIV. Однако в то время английская принцесса была худой, болезненной и бесприданницей. Людовик однажды пренебрежительно заметил по отношению к Генриетте, что она "не стоит и кости из корсета", и в итоге женился на испанской принцессе Марии Терезии. Однако в 1660 году положение Генриетты при французском дворе резко изменилось. В том году ее брат Карл II сумел надеть себе на голову английскую корону, вследствие чего Генриетта в одночасье стала сестрой могущественного монарха, а союз с ней - ключом к дружбе с Англией.
Генриетта Английская.
В 1661 году Генриетта вышла замуж за младшего брата французского короля Филиппа I Орлеанского, который был открытым "содомитом"... Королева Анна Австрийская намеренно воспитывала сына в атмосфере излишней нежности и всячески поощряла интерес мальчика к платьям, украшениям и косметике. Делала она это для того, чтобы Филипп не вырос амбициозным и не стал угрозой для своего старшего брата Людовика. Немудрено, что с таким воспитанием во взрослой жизни Филипп свернул не на ту дорожку и с головой окунулся в пучину библейского греха. Стоит заметить, что, несмотря на свой образ "женственного придворного, Филипп оказался блестящим полководцем - в 1677 году в битве при Касселе он одержал сокрушительную победу над Вильгельмом III Оранским. После этого его популярность в армии стала настолько велика, что Людовик XIV из зависти к славе брата больше никогда не назначал его на высокие командные должности.
Но еще до этого Людовик решил заменить брата в постели с его супругой, раз уж Филипп все равно был не в состоянии выполнить супружеский долг. Как было сказано выше, изначально французский король смотрел на Генриетту с пренебрежением, считая ее худой, бледной и недалекой, однако к 1661 году ситуация изменилась, и он обратил внимание, что английская принцесса превратилась в очаровательную, остроумную и грациозную женщину, которая обожала искусство и танцы - то есть те же вещи, которые боготворил и сам Людовик. Король стал часто наведываться в гости к супруге брата и отправлялся с ней на длительные прогулки или уединялся с ней в ее покоях.
Людовик XIV.
В конце концов, их близость стала настолько очевидной, что мать короля Анна Австрийская и муж Генриетты Филипп пришли в ярость. Анна обвиняла сына в жестокости и публичном унижении по отношению к его законной супруге Марии Терезии, которая была искренне влюблена в мужа и в тот момент ждала от него ребенка. Филипп Орлеанский же, несмотря на то, что не интересовался женщинами, был в бешенстве от того, что брат "крадет" его жену, что было публичным унижением его персоны при дворе. В конце концов, чтобы отвести подозрения и скрыть свою любовную связь, Генриетта и Людовик придумали план. Они решили, что король будет делать вид, будто он ухаживает за кем-то из фрейлин Генриетты, для чего и приходит постоянно к ней в покои. В качестве этой "ширмы" выбрали юную и скромную Луизу де Лавальер. Надо сказать, план сработал чересчур хорошо, ведь Людовик искренне влюбился в Луизу, после чего его страсть к Генриетте постепенно угасла, сменившись политическим доверием и дружбой.
В дальнейшем Генриетта помогала королю в его политических делах, в частности именно она окончательно убедила своего брата, английского короля Карла II, подписать с Людовиком XIV секретный договор, в котором стороны договорились о следующем: Карл II обязался публично объявить о своём переходе в католичество, как только позволят государственные дела, а также поддержать французов в войне против Нидерландов, на чьи территории давно засматривался Людовик XIV. Французский же король обязался прислать в Англию 6000 солдат, если подданные Карла взбунтуются против восстановления в стране католицизма, а также обещал Англии ежегодную выплату в размере около 230 000 фунтов стерлингов, что делало Карла финансово независимым от парламента.
30 июня 1670 года Генриетта Английская внезапно скончалась в возрасте 26 лет. Накануне этого дня Генриетта попросила стакан холодного цикориевого отвара со льдом - традиционный напиток того времени. Сразу после первого глотка она почувствовала резкую невыносимую боль в боку и закричала: "О, какая боль! Что мне делать! Я, должно быть, отравлена! ". В последующие несколько часов ее мучили страшные судороги, рвота и лихорадка. Врачи пытались помочь ей кровопусканием и "противоядиями" из трав, однако никакого результата это не дало - в ночь на 30 июня Генриетта скончалась. По двору разошёлся слух, что английская принцесса была отравлена своим мужем Филиппом, так и не простившим ей связи со своим братом. Опасаясь политического скандала с Англией, Людовик XIV приказал провести вскрытие в присутствии английских послов, по результатам которого врачи объявили, что Генриетта умерла от "желчного разлития". Большинство современных историков и медиков, изучив описание симптомов, считают, что причиной смерти Генриетты стал острый перитонит, вызванный прорывом язвы желудка. Это объясняет и резкую боль после питья, и быстрый сепсис, и тот факт, что Генриетта давно жаловалась на боли в желудке и была крайне истощена.
Похороны Генриетты Английской.
Что же до Луизы де Лавальер, на которую Людовик променял Генриетту, то ее роман с королем длился 6 лет, и в нем Луиза родила Людовику пятерых детей, правда, трое из них умерли еще в младенчестве. Луиза была глубоко религиозна и искренне страдала от того, что является "прелюбодейкой". Она дважды пыталась бежать в монастырь еще в начале романа, но Людовик каждый раз лично возвращал её ко двору. В 1667 году Людовик возвел свою фаворитку в титул герцогини де Лавальер и узаконил их общих детей, однако для Луизы это стало не триумфом, а публичным признанием её "греха", что причинило ей еще большую боль. В том же 1667 году чувства Людовика к Луизе начали остывать ввиду того, что его новой страстью стала Атенаис де Монтеспан, бывшая одной из фрейлин де Лавальер. Так как его новая возлюбленная была замужем за Луи Анри де Пардайаном маркизом де Монтеспаном, Людовик не отпустил Луизу на все четыре стороны, а заставил её жить в одних покоях с Монтеспан, чтобы прикрыть свое очередное прелюбодеяние.
Впрочем, скрыть свою незаконную связь королю так и не удалось, так как вскоре на арену вышел маркиз де Монтеспан, решивший крайне эпатажно отреагировать на случившуюся с ним ситуацию. Он устроил образные похороны своей любви, вырыв могилу и установив на ней простой деревянный крест, украшенный датами 1663-1667. После этого маркиз надел траур, а свою карету украсил огромными оленьими рогами. В итоге Людовик XIV, не терпевший подобных сцен, отправил его в изгнание, а позже официально развел супругов.
Луиза де Лавальер же получила разрешение от короля уйти в монастырь только в 1674 году. Перед отъездом она бросилась на колени перед королевой Марией Терезией, прося прощения за свои грехи. Луиза отправилась в орден босых кармелиток, где она приняла имя сестра Луиза Милосердная. Бывшая герцогиня, привыкшая к шелкам Версаля, теперь ходила босиком, спала на жестких досках, ела самую простую пищу и проводила часы в молитве. Луиза де Лавальер скончалась в 1710 году в возрасте 65 лет, проведя в монастыре 36 лет.
Луиза де Лавальер просит прощения у Марии Терезии.
Атенаис де Монтеспан же, с которой король закрутил бурный роман, вскоре стала оказывать серьезнейшее влияние на Людовика, а её расположения стали искать многочисленные министры и придворные, которые через советы фаворитки пытались угодить французскому монарху. Сам же Людовик XIV считал Монтеспан легкомысленной и забывчивой и представлял её своим министрам как ребёнка, вследствие чего, присутствуя на заседаниях Королевского совета, этот "ребёнок" узнал множество государственных тайн. Пользуясь своим влиянием на короля, фаворитка сумела пристроить своих родственников к государственной кормушке. Так, король назначил её отца губернатором Парижа, её брата - маршалом Франции, а её младшая сестра, Мари Мадлен, получила пост аббатисы богатого монастыря Фонтевро.
Для размещения мадам де Монтеспан в 1669 году в Версале было решено построить новое крыло в северной части здания. Декорирование апартаментов было завершено в 1671 году, и с самого начала в них была устроена роскошная галерея с мраморными бюстами и колоннами. Стоит отметить, что именно Людовику XIV принадлежит заслуга превращения Версаля в тот шедевр архитектурного искусства, который можно лицезреть и в наши дни. Изначально в Версале располагался лишь небольшой кирпичный замок, который был построен в 1623 году по приказу Людовика XIII, любившего охотиться в тех краях. Людовик XIV, переживший в детстве несколько восстаний, в ходе одного из которых мятежники ворвались в его спальню, в начале своего самостоятельного правления решил перенести свою резиденцию подальше от Парижа с его узкими улочками, где легко было строить баррикады. Король хотел править из такого места, которое он полностью контролирует.
По его приказу архитекторы расширили старый замок в Версале, окружив его величественными фасадами и разбив вокруг него фантастический по красоте парк. Внутренний интерьер дворца просто поражал своей роскошью, а главным его символом стала Зеркальная галерея, призванная ослеплять посетителей блеском золота и отражениями. На постройке дворца трудились свыше 30 тысяч человек, условия для которых были отнюдь не королевскими - малярия из-за близко расположенных к резиденции болот, и несчастные случаи уносили жизни сотен рабочих ежегодно. Уже при жизни Людовика существовала поговорка, что Версаль построен на костях.
После окончания строительства Людовик переехал из Парижа в Версаль и заставил всю аристократию последовать его примеру, чтобы все главные французские дворяне жили во дворце под его присмотром. Король превратил жизнь двора в бесконечный ритуал. Дворяне тратили огромные деньги на наряды и карточные игры, влезали в долги и становились полностью зависимыми от королевских подачек, в результате чего у них просто не оставалось времени и средств на заговоры.
Версаль.
Возвращаясь же к мадам де Монтеспан, то ее роман с королем длился более 10 лет, и за это время фаворитка родила ему семь детей. Конец ее влиянию при дворе наступил в 1677 году после разгоревшегося в Париже скандала, связанного с "Делом о ядах". Истоки этого дела уходили еще в 1672 год, когда после подозрительной смерти офицера кавалерии Годена де Сен-Круа его люди нашли у покойного бумаги, компрометирующие его любовницу, маркизу де Бренвилье. Из них следовало, что ради получения наследства маркиза отравила отца, двух братьев и сестру. В июле 1676 года де Бренвилье была приговорена к пытке питьём (способ пытки, при котором жертву вынуждают пить большое количество воды в течение короткого времени, что приводит к растяжению желудка и отравлению водой), после чего ей отрубили голову. В результате этого случая французский король Людовик XIV, испугавшийся возможного отравления, приказал шефу парижской полиции Габриэлю Николя де ла Рейни разобраться, чем занимаются в Париже гадалки и алхимики и не приторговывают ли они "порошками для отравления монарха". Все подававшиеся на стол Людовика кушанья отныне должны были предварительно дегустироваться слугами в его присутствии.
В 1677 году де ла Рейни вышел на некую даму Монвуазен, которая продавала приворотные зелья и отравы жёнам версальских дворян. Под пытками Монвуазен призналась в преступлениях и оговорила многих королевских придворных. В феврале 1680 года она была сожжена на костре на Гревской площади. Вследствие ее показаний было арестовано 400 человек и вынесено три десятка смертных приговоров. Среди прочих Монвуазен назвала и имя фаворитки короля мадам де Монтеспан, которая покупала приворотные зелья, чтобы удержать любовь монарха. Узнавший об этом Людовик быстро охладел к своей фаворитке и обратил свой взор на другую красотку - 17-летнюю Анжелику де Фонтанж, которая появилась при дворе по протекции самой же мадам де Монтеспан. Однако с ней долгого романа у короля не получилось: в конце 1679 года она родила королю мёртвого ребенка, после чего ее здоровье оказалось сильно подорванным, и Людовик распорядился отправить ее в монастырь Пор-Руаяль, где она вскоре скончалась.
Новой же фавориткой короля стала мадам де Ментенон, которая была воспитательницей внебрачных детей Людовика и мадам де Монтеспан, звезда которой окончательно закатилась. Начиная с 1683 года, мадам де Монтеспан лишилась статуса официальной фаворитки короля, однако, не решаясь удалиться от Людовика, она жила при дворе ещё 8 лет, придерживаясь прежнего образа жизни, участвуя в больших празднествах и живя на широкую ногу. Лишь в 1691 году бывшая королевская фаворитка удалилась в женскую обитель "Дочери святого Иосифа". Последние годы её жизни прошли в строгом покаянии. Мадам де Монтеспан умерла 27 мая 1707 года в возрасте 66 лет, принимая лечебную ванну на термальном курорте Бурбон-л’Аршамбо, где она находилась на лечении. Примечательно, что 68-летний Людовик XIV запретил всем её детям носить траур по смерти матери.
Мадам де Монтеспан.
Заменившая же Монтеспан на "должности" королевской фаворитки Франсуаза д’Обинье, маркиза де Ментенон, отличалась очень нетривиальной биографией. Она родилась 27 ноября 1635 года в тюрьме города Ньор, где её отец, Констан д’Обинье, сидел за долги и интриги. После смерти родителей Франсуаза, чтобы не уходить в монастырь, в 16 лет вышла замуж за 40-летнего Поля Скаррона - известного поэта-сатирика, который был парализован вследствие ревматизма. В доме Скаррона девушка познакомилась с интеллектуальной элитой Парижа, чьи представители частенько захаживали в гости к поэту. Благодаря своему уму, такту и сдержанности она завоевала уважение в высшем свете. В 1660 году Скаррон умер, оставив жену с долгами, но с блестящей репутацией "прекрасной вдовы".
В 1669 году мадам де Монтеспан пригласила Франсуазу стать воспитательницей ее с королем детей. Так она и познакомилась с Людовиком, который поначалу находил мадам Скаррон скучной и слишком набожной (Франсуаза была воспитана в духе строгих католических догм). Однако со временем монарха покорила материнская забота Франсуазы о его детях, а также возможность вести с ней глубокие философские и религиозные беседы, чего ему не хватало в отношениях с капризной Монтеспан. В 1674 году король подарил своей фаворитке имение Ментенон, по названию которого она получила титул маркизы.
К 1680 году Франсуаза окончательно вытеснила мадам де Монтеспан из сердца короля и превратила его двор, некогда бывший самым блистательным из дворов Европы, в целомудренную и высоконравственную обитель. О Версале того времени стали отзываться как о месте, в котором "даже кальвинисты завыли бы от тоски". Из-за благотворного влияния мадам де Ментенон с лета 1680 года король сблизился с супругой, которую прежде публично отвергал. Тронутая неожиданным вниманием, Мария Терезия сказала: "Бог создал мадам де Ментенон, чтобы вернуть мне сердце короля! Никогда ещё он не относился ко мне с такой нежностью, как с тех пор, как прислушался к ней! ".
Мадам де Ментенон.
Прочитав всё вышеописанное в данной статье, нетрудно представить, какое постоянное унижение испытывала Мария Терезия, глядя на открытые похождения своего мужа, которого она, несмотря ни на что, искренне любила. Пытаясь забыться, королева с головой ушла в религию. Она проводила много времени в молитвах в окружении своих испанских фрейлин и духовников и верила, что её страдания - это крест, который нужно нести с достоинством. Несмотря на внутренние переживания, на публике Мария Терезия всегда сохраняла королевское достоинство и участвовала в выходах и поездках вместе с любовницами мужа, создавая видимость "большой семьи".
Её поведение по отношению к любовницам короля менялось в зависимости от их наглости: к Луизе де Лавальер она относилась с некоторой жалостью, так как та была кроткой и сама мучилась угрызениями совести. А вот маркизу де Монтеспан она откровенно не любила, так как та была высокомерна, властна и часто открыто насмехалась над королевой, иногда позволяя себе резкие замечания в узком кругу.
После сближения с мужем в 1680 году королева наконец-то почувствовала себя счастливой, но, к сожалению, это счастье длилось крайне недолго. В июле 1683 года после возвращения из поездки в Бургундию и Эльзас, королева почувствовала себя плохо, а неё под мышкой образовался болезненный гнойник. Пытаясь помочь королеве, придворные врачи совершили две критические ошибки, приведшие к печальному результату - Во-первых, они пустили королеве кровь, что лишь обессилило и без того слабеющую королеву. А во-вторых, они пытались лечить абсцесс наружными средствами, вместо того, чтобы вовремя вскрыть его, в результате чего инфекция быстро распространилась по организму. Вследствие этого у королевы началась сильная лихорадка, опухоль воспалилась еще сильнее, а кожа вокруг неё начала чернеть, что было признаком гангрены. 30 июля 1683 года, всего через несколько дней после начала болезни, Мария Терезия скончалась. Людовик XIV был искренне потрясенный смертью супруги, произнес свою знаменитую фразу: Это первое горе, которое она мне причинила".
Мария Терезия с сыном.
После смерти Марии Терезии Людовик сочетался тайным браком с мадам де Ментенон. При церемонии присутствовал лишь архиепископ де Шанваллон и личный исповедник короля. Начиная с этого момента, королевский двор окончательно превратился в место, напоминающее больше монастырь, чем дворец короля. Балы и праздники сменились мессами и чтением Библии, а в моду вошли скромные чёрно-серые наряды безо всяких излишеств. Людовик прекратил свои любовные похождения, а единственным развлечением, которое по-прежнему позволял себе король, была охота. Сама Ментенон вела уединённый образ жизни, редко покидая Версаль, но много времени проводя с духовенством. В итоге её прозвали "чёрной королевой" за строгий характер, мрачный нрав и нетерпимость к светским развлечениям.
Союз Людовика XIV и мадам де Ментенон длился около 30 лет и окончился лишь со смертью короля в 1715 году. Умирая, Людовик сказал своей супруге: "Меня утешает лишь то, что мы скоро увидимся в вечности". После смерти монарха Ментенон удалилась в Сен-Сир-Леколь, где и умерла через три года в возрасте 83 лет.
Помимо вышеописанных официальных фавориток короля, у Людовика было множество мимолетных романов с разными фрейлинами (историки называют цифру 15–20 человек), которые родили ему в общей сложности около 18 детей.
Сюрреалистическая мистерия с элементами жанра философского диалога
Из аннотации: Мужчина среднего возраста, писатель, музыкант и учитель словесности в одном лице, подводит итоги своей жизнедеятельности и в попытке осмыслить свой личный экзистенциальный опыт полностью теряет связь с реальностью, но, к своему же удивлению, искренне этому рад…
Повесть о Микки-Маусе, или Записки учителя...
…Может быть вообще было бы лучше не столько говорить о Нём, сколько говорить с Ним? Да-да, просто поговорить с Ним! Сказать наконец всё, что я о Нём думаю. Сказать ему, может быть, среди прочего и наконец «Микки-Маус, GO HOME!» и заставить всех Внутренних Пилотов выйти на улицы с такими плакатами? Но что, с другой стороны, это изменит? Ну, допустим, он даже возьмёт, да уйдёт. Но ведь я всё равно буду знать, что где-то он по-прежнему существует, коль скоро он ушёл у нас с моими храбрыми пилотами на глазах. Коль скоро он ушёл у нас на глазах, мы никогда уже не сможем утверждать, что его нету вовсе, потому что все мы видели, как он уходит. Мы никогда уже не сможем забыть, что он… был. А раз он был, значит, он и сейчас где-то есть! По крайней мере, в наших воспоминаниях. А когда мы кричали ему «GO HOME!», мы хотели, чтобы его не было вовсе, никогда и нигде! И чтобы мы даже представить себе за всю жизнь не могли, что кто-то такой вообще может существовать. Но Микки-Маус фантастически ХИТР! Вынудив нас кричать ему «GO HOME!», он фактически заставил нас кричать ему «Алилуйа! Осанна!» и прочее, потому что он фантастически ХИТР! Он знал, а мы не знали, забыли о древней магии: если ты прогоняешь кого-то, тем самым ты признаёшь, что он есть! Он снова перехитрил нас, этот лукавый Микки, потому что не только ХИТР, но и МУДЁР!.. Таким образом, выходит, что ругаться и ссориться с Ним бесполезно, бессмысленно, нецелесообразно, себе дороже, дохлый номер, пустая трата времени, неосмотрительно и, короче, без мазы. Тогда может быть его о чём-нибудь можно спросить? В принципе, на первых порах, пожалуй, что это — мысль! Во всяком случае, пока не наступит пересменок у Моих Пилотов… Ну, что же, не будем тогда терять драгоценных минут!..
Г
Скажи, пожалуйста, Микки-Маус, почему я несчастлив? Нет, то есть, конечно, с одной стороны я счастлив — ну-у, хотя бы потому, что произвольно могу перейти с одной игры на другую, могу переопределить любое понятие, могу убедить себя, что я не падаю, а лечу, а когда лечу, могу убедить, что падаю; когда мне трудно, когда я просто выбиваюсь из сил, я могу как будто просто переключить передачу в Автомобиле Своего Тела и, напротив, вдруг поразиться тому, как, в сущности, мне легко, в сравнении, например, с теми, с кем я незнаком лично или с тем, как могло бы быть; когда я вижу перед собой какое-то очевидно непреодолимое препятствие, я могу снова легонько пошевелить рычаг коробки передач, и переселиться в такой произвольный мир, где препятствие, очевидно непреодолимое в мире, где я жил секунду назад, таковым только кажется, а если ещё чуть-чуть надавить на педаль газа, то оно и вовсе исчезает — и, о Микки, с такой точки зрения, в общем, я безусловно счастлив, и, как я посмотрю, подобной техникой владеют в моём окружении очень немногие; да, Микки, в этом смысле и при таком угле зрения, мне и вовсе иногда кажется, что если я и не самый счастливый человек во Вселенной, то уж во всяком случае в сотне первых на всё до омерзенья и рвоты огромное человечество. Но… лукавый мой Микки, мы же оба знаем, что счастье может быть и другим…. Оно, например, может быть попросту Чувством! Чувством, я извиняюсь, конечно, лукавый Микки, Острого Счастья… А, Микки? Что скажешь? Но тут Микки-Маус, в свою очередь, тоже может меня кое о чём спросить. Он может, например, спросить так: — Гм-гм, мой вечно-юный друг, а разве ты никогда не испытывал именно такого счастья? Или ты из тех, кто не помнит добра? — и он смешно хлопнет глазками. — Да, — вынужден буду признать я, если мы, конечно, будем играть с ним именно в такую игру, — это было со мной раза три… То есть, возможно, больше, — начну я заранее оправдываться, потому что в моём организме начнут вырабатываться определённые ферменты, сам запуск какового процесса и инициировал во мне Лукавый Микки-Маус, посеяв во мне сомнения: а и впрямь, не из тех ли я, кто не помнит добра, — То есть, возможно, и больше, — продолжу я, — но о трёх случаях я помню всегда, потому что это были такие случаи, когда я знал, что это именно счастье, ещё тогда, когда переживал те минуты непосредственно, а не понял это потом, постфактум, как тоже часто бывает, но это уже, по-моему, не совсем Счастье. То есть, это — счастье, но это такое счастье, которое нельзя назвать Чувством! А я спрашивал тебя именно о Чувстве Счастья!, — перейду я в нападение, — почему, Микки, со мной это случалось так редко и кончалось так быстро? — Сколько, ты говоришь, раз это случалось с тобой? — вместо ответа улыбнётся он мне. — Трижды. — повторю я. — Может ты думаешь, что большинство людей испытывают это чувство чаще? — Гм, — улыбнусь тут и я, — это не такой уж простой вопрос, как ты думаешь или хочешь мне это представить, Микки! Если быть самому с собой честным, то есть говорить то, что я думаю на самом деле, то есть чаще всего, потому как понятно, что каждый из нас никогда не думает об одном и том же одно и то же, то тогда я отвечу тебе так: я действительно думаю, что это с одной стороны так, а с другой — не совсем. С одной стороны, большинство людей действительно испытывают это чувство чаще меня и, в общем, что греха таить, гораздо легче его достигают, но с другой — я думаю, что среди них не найдётся ни одного, кто мог бы так же чётко назвать три конкретных таких случая, как это только что сделал я. — Ты считаешь, что большинство людей хоть в чём-то, да уступают тебе? — спросит меня Микки-Маус и плавно очертит хвостом в воздухе круг, — А как ты думаешь, много ли людей испытывали Чувство Счастья хотя бы трижды? — Думаю, немного… Но только, видишь ли, Микки, иногда я всё же сомневаюсь в этом; думаю, а вдруг всё-таки… — …самый несчастный тут ты? — закончит за меня мой вопрос Микки-Маус. — Ну да. — скажу я и вопросительно же посмотрю на него. Он испытующе уставится на меня и через пару мгновений улыбнётся и скажет: — Ну да, в самом деле, а вдруг?..
После этого он исчезнет… У него тоже сменится Внутренний Пилот, и он начнёт играть совсем в другую игру и, в общем-то, уже не со мной. Тут и у меня внутри сменится пилот, и я тоже начну играть в другую игру…
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
P. S. Если вас по какой-то сложносочинённой причинке взволновал сей текстик, считаю нелишним сообщить, что полная версия данной книжки-малышки ("Повесть о Микки-Мышеле, или Записки учителя") доступна в большинстве ходовых электронных библиотек: litres, ozon, wildberries, MTC-строки и так далее...))) Как в электронном виде, так и в формате "печать по требованию"...
P. S. - А Вас вообще интересует чужое мнение о Вашем творчестве? - Хорошее - да, плохое - нет...))
Аннотация: «К западу от Аркхема много высоких холмов и долин с густыми лесами, где никогда не гулял топор. В узких, темных лощинах на крутых склонах чудом удерживаются деревья, а в ручьях даже в летнюю пору не играют солнечные лучи. На более пологих склонах стоят старые фермы с приземистыми каменными и заросшими мхом постройками, хранящие вековечные тайны Новой Англии. Теперь дома опустели, широкие трубы растрескались и покосившиеся стены едва удерживают островерхие крыши. Старожилы перебрались в другие края, а чужакам здесь не по душе. Никто не прижился на фермах, ни франкоканадцы, ни итальянцы, ни поляки. Как ни старались, ничего у них не получилось. У всех с первых же дней пробуждалась фантазия, и, хотя жизнь текла своим чередом, воображение лишало покоя и навевало тревожные сны. Потому чужаки и спешили уехать, а ведь старый Эмми Пирс не рассказывал им ничего из того, что он помнит о старых временах. С годами Эмми стал совсем чудным, вроде как не в своем уме. Он единственный, кто знает всю правду о прошлом и не боится расспросов, но ему не позавидуешь. Ведь не боится он потому, что его дом стоит на отшибе рядом с полем и проезжими дорогами…»
«Цвет из иных миров» — американский научно-фантастический фильм ужасов 2019 года, снятый по мотивам рассказа Говарда Лавкрафта «Цвет из иных миров».
Это первый полнометражный фильм Ричарда Стэнли, снятый после его увольнения со съёмок фильма «Остров доктора Моро» (1996).
Сюжет: Семейство Гарднеров переезжает в отдалённую усадьбу в сельской местности Новой Англии, чтобы сбежать подальше от шума 21-го века. Но в один прекрасный день метеорит падает прямо у них перед домом. Таинственный камень наполняет землю и окружающее пространство неземным цветом. К своему ужасу, семья Гарднеров обнаруживает, что эта инопланетная сила постепенно приводит к мутации всех жизненных форм, включая и их самих.
По словам Стэнли, это первый фильм в трилогии адаптаций Лавкрафта, который он надеется дополнить адаптацией рассказа «Ужас Данвича».
Ричард Стэнли с детства был поклонником творчества Говарда Лавкрафта, по его словам, он к восьми годам прочёл все его произведения.
Сценарий был написан им совместно со Скарлет Амарис. Проект заинтересовал продюсерскую компанию Элайджи Вуда "Spectre Vision" и любившего творчество Лавкрафта актёра Николаса Кейджа.
Взяла в библиотеке. Это психологическая повесть для подростков о том, как справиться с чувством вины после утраты. Честно и пронзительно. А еще она о том, как мало мы знаем даже самых близких людей. Рекомендую и подросткам, и их родителям. Особенно родителям.
Отдельный восторг - иллюстрации! Как точно они передают настроение и атмосферу книги.
Только посмотрите на эти глаза!
Очень понравилась игра со светом.
Для себя я отмечала, как Екатерина Аксенова говорит о природе: каждая глава начинается с описаний. Они яркие, смелые, их хочется перечитывать.
Я много лет шла к тому, чтобы написать и выпустить книгу… Но меня всегда останавливало отсутствие времени, страхи, сомнения в своих способностях, да и просто лень. Я придумывала сюжеты, героев, складывала в ящик стола исписанные идеями и черновиками тетради, но так и не доходила до результата.
Однако прошлой осенью я осталась без работы, череда неудач подкормила мои и без того пышнотелые комплексы, и я оказалась в глубоком внутреннем кризисе. Чтобы меньше рефлексировать по поводу своей жизни, я села писать роман – благо, теперь времени мне хватало. И вот 26 января на платформе «ЛитРес: Самиздат» вышла моя дебютная книга «После Ветра».
В этом посте я хочу подробно рассказать о том, как работала над романом и с какими трудностями столкнулась при его публикации. Спойлер: на самом деле, ни с какими – все оказалось до такой степени просто, что любой творческий человек в современном мире может стать писателем.
Начну, пожалуй, с самой книги. Это художественная проза, психологическая драма небольшого объема – чуть более семи с половиной авторских листов (примерно как «Прощай, оружие!» Хемингуэя). Если занудно углубляться в теорию литературы, то правильнее даже отнести мое произведение к повестям, но читателями оно однозначно воспринимается всё же как роман.
Главный герой – культовый для своего поколения рок-музыкант Артем Ветров, Ветер… Он живет и чувствует так, словно держит в руках оголенный провод, не признает полутонов и кричит болью на сцене. Однако в центре сюжета – не его жизнь, а его смерть. Ветер умирает уже в первой главе, и всё, что происходит дальше, происходит после – после Ветра… Он оставляет после себя не любовь, а разрушения. Близкие люди понимают, что все они были лишь сюжетом для его песен. Сломанные, потерянные, они учатся жить во внезапно наступившей тишине.
Я много лет работала PR-менеджером в музыкальной индустрии, поэтому знакома с этим миром. И уверена, что свой первый роман лучше всего писать именно о той среде, которую хорошо знаешь. Пока пробуешь перо, пока «расписываешь» руку, лучше не отвлекаться на фантазии и на изучение нового и незнакомого. Одна из моих героинь – тоже пиарщица, она не списана с меня за исключением некоторых биографических пересечений, но очень похожа на многих PR-менеджеров непростых артистов. Максимально собранная, мгновенно запускающая внутри себя антикризисные алгоритмы и не имеющая права на собственные чувства… Мы такие, да…
Роман я писала долго – около четырёх месяцев. Сначала от руки, потом переводила всё в цифру. На это ушло около трёх месяцев непрерывной ежедневной работы. Заметила, что если ленилась и писала сразу на компьютере, то получалось гораздо хуже. Видимо, когда пишешь от руки, медленнее думаешь и точнее подбираешь слова, шлифуешь фразы.
Потом ещё около двух недель мы вместе с созданным Худсоветом (группой первых читателей) искали ошибки, опечатки, логические несоответствия. Я даже изменила финал, ориентируясь на мнение друзей. Ну и, наконец, ещё около двух недель заняла подготовка к публикации – создание обложки, роликов для сторис и т.д.
Собрать худсовет, или правильнее – фокус-группу, – это очень важный шаг перед публикацией. Во-первых, друзья честно скажут, а стоит ли вообще выходить с книгой в свет, так как оценивать себя объективно получается не всегда. Во-вторых, увидят ошибки и конфузы, которые может пропустить автор. Так, например, у меня в одном эпизоде зима, -10, а девушка на вокзале стоит в футболке :) Была также замечена путаница с именами и хронологией. Ну и, конечно, опечатки. Благодаря друзьям рукопись вычитали 12 раз.
Книгу я решила выпускать бесплатно, чтобы она точно нашла читателя, но продумала тем не менее всю маркетинговую стратегию – оформление, описания, синопсисы. При помощи нейросетей оживила героев, сгенерировала музыку – получились очень атмосферные и цепляющие ролики, точно передающие атмосферу романа. Планирую выложить саундтрек на цифровые площадки, но позже – если вокруг романа вдруг образуется комьюнити.
Публиковать книгу я решила на платформе «ЛитРес: Самиздат»: мне показались их правила простыми и понятными, кроме того, автоматом роман попадает на все партнерские площадки. Для авторов у ЛитРес есть много услуг за дополнительные деньги, начиная от верстки и продвижения и заканчивая печатью тиража с присвоением ISBN (специальный код, благодаря которому печатное издание проходит регистрацию в общей электронной базе и становится доступным для читателей, библиотекарей и продавцов). Без этого номера ваша книга – всего лишь домашняя брошюрка, а с ним – уже небольшая литературная история. Я планирую напечатать тираж, но пока платными опциями не пользовалась.
Что касается работы с площадкой, то здесь всё совсем просто: подготовила файл по хорошо описанным и понятным требованиям, придумала аннотацию, всё загрузила и отправила на модерацию. Обложку также сгенерировала в ИИ.
Пока ждала ответа, оформила свою страницу автора с фотографией и краткой биографией. В моём случае это важно, так как вызывает больше доверия ко мне как к человеку, способному реально показать изнанку шоу-бизнеса.
Через три дня книга прошла модерацию и была опубликована без замечаний.
На данный момент у меня уже более 1000 просмотров – пока работают мои соцсети и сарафанное радио. Все друзья активно поддерживают мое начинание и продвигают книгу. Но я уже готовлюсь к следующему этапу маркетинговой кампании.
Есть ли у меня планы отправлять рукопись в издательства? Пока не знаю… У меня нет цели заработать или продать книгу, я просто хочу найти своего читателя. Когда ты всю жизнь пишешь в стол, выносить свои произведения из комнаты сложно и страшно. А ещё и денег за это просить – ну как-то прямо совсем странно.
