OstorojnoKGB

книголюб на посту

если бы меня попросили назвать одну книгу, которую стоит прочитать не потому, что это классика, а потому, что без неё современный хоррор был бы совсем другим, я бы не задумываясь назвала «Короля в жёлтом»

и я очень хочу, чтобы прочли этот сборник рассказов. а знаете, почему? потому что это очень редкий случай, когда можно буквально увидеть, как рождается целый жанр

вообще удивительная судьба у самого Чамберса. человек написал приличное количество романов, постоянно издавался, много работал, но большинство его произведений сегодня знают разве что литературоведы. зато небольшой сборник рассказов пережил всё остальное творчество автора и буквально пророс в мировую литературу. без него, вполне возможно, не было бы того же Лавкрафта, которого мы знаем сегодня. а дальше по цепочке не появились бы десятки других авторов, режиссёров, игр и фильмов, которые продолжают эксплуатировать тот самый необъяснимый страх перед неизвестным. даже немного жаль, что сегодня Чамберса чаще вспоминают исключительно как человека, вдохновившего других писателей

больше всего меня зацепило два совершенно разных по настроению рассказа

первый про человека, который начинает замечать одного и того же странного незнакомца буквально повсюду. сначала кажется, что это просто странное совпадение. но после герой начинает паниковать, а вместе с ним и читатель. самое интересное здесь даже не сам сюжет, а то, как Чамберс показывает безумие. его не интересует момент, когда в голове что-то щёлкнуло. нет никакой эффектной сцены с громом, молнией и табличкой «поздравляем, теперь вы сумасшедший». он показывает человека уже после того самого щелчка. и вот сидишь, читаешь и невольно думаешь: что должно произойти, чтобы вполне обычный человек однажды вдруг сошёл с ума? существует ли выключатель в голове, позволяющий всё вернуть к тому, как было? и самое неприятное, что ответа книга не даёт, но заставляет сесть и подумать, что для меня уже прекрасно

а второй рассказ, который окончательно меня покорил, называется «Исская дева». это история о молодом человеке, который случайно попал в прошлое, познакомился с прекрасной Жанной, влюбился, а потом вернулся обратно в своё время. казалось бы, тут нет ничего необычного. но после финала становится одновременно и очень грустно, и очень страшно. потому что это история о том, как легко судьба/случай может забрать у человека самое дорогое, без возможности хоть что-то изменить

именно поэтому рассказы работают до сих пор. они пугают не чудовищами. они пугают тем, что происходит у человека в голове. потому что если от условного Ктулху ещё можно попытаться убежать, то от собственных мыслей, к сожалению, не получится

если вам нравятся страшные истории – они тут есть. рассказы до сих пор работают. до сих пор создают тревогу. до сих пор заставляют время от времени оглядываться через плечо и замирать от страха

но если вам нравятся истории о людях, любви, сожалении, странных поворотах судьбы и человеческих слабостях, то этот сборник тоже для вас

я рада, что узнала об авторе именно в сравнении с Лавкрафтом. теперь понимаю, почему именно этот небольшой сборник пережил десятки романов самого Чамберса и вошёл в историю

иногда достаточно написать всего одну действительно великую книгу, чтобы её эхо звучало ещё много десятилетий спустя

Для Джеки Чана «Остров огня» остался в памяти как проект, участие в котором было скорее обязательством, нежели творческим выбором. Актёр не раз подчёркивал: его появление в фильме это своего рода расплата за помощь, оказанную ему ранее Джимми Ван Ю (актёр и продюсер).

К концу 1970-х Джеки Чан уже прочно закрепился в статусе восходящей звезды гонконгского кино. Триумфальные премьеры «Змеи в тени орла» и «Пьяного мастера» не просто принесли ему славу – они перевернули представления о боевом кино, обогнав по кассовым сборам даже ленты с участием Брюса Ли.

Но за этим успехом скрывалась долгая борьба за творческую свободу. Ранее Чан был связан жёстким контрактом со студией «Ло Вэй продакшнс». Ло Вэй (соответственно глава студии) упорно пытался превратить молодого актёра в «второго Брюса Ли»: жёсткого, бескомпромиссного героя, чьи поединки сопровождались театральными криками. Такой образ был глубоко чужд Чану.

Под гнётом контракта Чан вынужден был сниматься в проектах, которые не отражали его творческий потенциал. Порой ему даже доставались нелепые роли злодеев – лишь бы угодить хозяину студии.

Настоящий прорыв произошёл, когда компания «Голден Харвест» пригласила Чана на съёмки «Змеи в тени орла». Здесь ему впервые позволили реализовать собственные идеи, что мгновенно принесло результат. Успех картины открыл дорогу другим шедеврам:

«Пьяному мастеру» – ленте, ставшей эталоном комедийного кунг-фу;
«Бесстрашной гиене» – режиссёрскому дебюту Чана, продемонстрировавшему его уникальный и неординарный стиль с отменным чувством юмора.

Воодушевлённый признанием, Чан приступил к работе над «Молодым мастером». Но Ло Вэй, не желая терять прибыльную звезду, напомнил о действующем контракте. Возвращение в студию не входило в планы актёра, особенно после провала «Кулака дракона», снятого под давлением бывшего патрона.

Попытка расторгнуть соглашение обернулась новым ударом: в обновлённом договоре появилась астрономическая сумма отступных.

Пока менеджер Вилли Чан вёл переговоры с Ло Вэем, а Джеки продолжал работу над «Молодым мастером», ситуация обострилась. В отчаянии Ло Вэй обратился к триадам, пообещав им долю от будущих проектов с Чаном. Угроза со стороны преступных группировок стала реальной.

Чтобы обезопасить звезду, «Голден Харвест» организовала поездку для Джеки в США. В это время разрешение конфликта взял на себя Джимми Ван Ю – актёр, известный по фильму «Однорукий боксёр». Его давние связи с лидерами триад помогли урегулировать ситуацию. К моменту возвращения Чана из Америки проблема была решена без его непосредственного участия.

В знак благодарности Ван Ю Чан согласился сняться в двух его проектах: «Особое задание» (лента, которую критики единодушно признали провальной) и «Остров огня» (картина, вызвавшая у самого Джеки противоречивые чувства, хотя он отзывался о ней сдержанно, многие зрители оценили её положительно).

При этом роль Чана в обоих фильмах была скорее маркетинговым ходом – его имя использовали для привлечения аудитории. Тем не менее, «Остров огня» собрал внушительную кассу, причём успех не ограничивался лишь привлечением знаменитой фамилии.

«Остров огня» заметно выделяется на фоне других работ Чана 1980-х годов. По атмосфере он ближе к «Новой полицейской истории», но без мрачной рефлексии – герой остаётся тем же жизнерадостным авантюристом, неожиданно оказавшимся в суровых условиях тюремной драмы.

«Остров огня» – зрелище тяжёлое, гнетущее, жестокое и неприветливое, наверное.

Вот как надо снимать тюремные драмы!

При этом он удерживает внимание зрителя благодаря нескольким параллельным сюжетным линиям:

⚫️ история полицейского под прикрытием;
⚫️ судьба добродушного заключённого, ежегодно сбегающего к сыну на день рождения;
⚫️ повествование о справедливом тюремном авторитете;
⚫️ драма героя Чана – обычного парня, который пытался спасти свою девушку, но случайно стал убийцей.

Каждая из этих историй могла бы стать основой отдельного фильма. Актёры мастерски передают эмоции персонажей, вызывая искреннее сочувствие. Однако режиссёр фильма не смог органично соединить все сюжетные нити. К финалу повествование теряет целостность и распадается на отдельные эпизоды. Кульминация, представленная хаотичной перестрелкой, резко контрастирует с предыдущим развитием событий. Герои, ранее вызывавшие симпатию, превращаются в бездушных боевиков, что разрушает их образы. Создалось впечатление, что сценарий дорабатывался в процессе съёмок, а продюсеры полагались лишь на звёздный состав.

Тем не менее, актёрская игра остаётся на высоком уровне. Каждый раскрывает своего персонажа с неожиданной стороны. Правда, к финалу образы упрощаются, теряют глубину и многогранность. И как я уже говорила выше, заключительная часть фильма кажется инородной, чем нарушает целостность повествования.

Джеки Чан, возможно, излишне критичен к этой работе. Несмотря на второстепенную роль, он внёс в фильм значительный вклад, продемонстрировав фирменный стиль в боевых сценах.

«Остров огня» заслуживает внимания как самобытный представитель тюремно-криминального жанра. Даже сейчас фильм смотрится на одном дыхании, а участие Джеки Чана продолжает привлекать к нему новых поклонников (собственно из-за него я и решила глянуть его).

тут я вам не подскажу, всё-таки на вкус и цвет. но могу помочь понять, нужна ли вам эта книга в вашем багаже знаний. так что ловите краткий пересказ первых 10% этой сносгшибающей истории

итак, что мы имеем?

Карфаген только что проиграл римлянам Первую Пуническую войну. денег нет, экономика плачет, и есть одна маленькая проблема – огромная армия наёмников, которой обещали зарплату. а наёмники, что характерно, любят деньги и крайне не любят, когда их кидают
казалось бы, что нужно сделать адекватной власти? правильно: заплатить людям

что делает Карфаген? устраивает банкет!

причём банкет не где-нибудь, а в садах Гамилькара. самого полководца дома, разумеется, нет. этот гений заранее понял, что пахнет жареным сильнее местных фламинго, и благоразумно исчез. буквально оставил свою элитную недвижимость толпе вооружённых мужиков по принципу: ну вы тут пока посидите культурно

что могло пойти не так?
спойлер: вообще всё

наёмники начинают жрать так, будто это последний шведский стол в истории человечества. Флобер смакует меню с таким наслаждением, словно писал не роман, а древний гастроблог: верблюды, антилопы, собаки, фламинго, море вина, горы мяса, жир течёт рекой, люди орут, пьют,но вдруг все коллективно прозрели

знаете, это тот самый момент любого корпоратива, когда после третьего бокала кто-то внезапно говорит: а вам тоже премию не выдали?...

и понеслааась

толпа начинает громить поместье Гамилькара. больше всего досталось священным рыбкам. у карфагенян эти рыбы считались чем-то вроде божественных питомцев, ещё и с золотыми кольцами в жабрах плавали. но пьяных мужиков, которых кинули на деньги, такие нюансы уже не особо волнуют. рыбок трагически пускают на тот свет, а вместе с ними и остатки уважения к местным богам

на фоне этого великолепия появляется Спендий – классический мутный прилипала. бывший раб, грек, человек с энергетикой профессионального криптоинвестора и продавца курсов одновременно. пока остальные бухают и орут, он уже понимает, куда дует ветер, и начинает активно пристраиваться к самым перспективным психопатам

карфагенские власти тем временем пытаются разрулить ситуацию. присылают Гискона – человека с вайбом уставшего HR-менеджера, которого отправили успокаивать сотрудников после массовых увольнений без компенсации. он выходит к озверевшей толпе и начинает что-то рассказывать про честь, терпение и общее благо
толпа смотрит на него примерно как я смотрю на мем про «денег нет, но вы держитесь»

и тут появляется Саламбо
нет, не так

ПОЯВЛЯЕТСЯ САЛАМБО

она буквально вплывает в сцену как древнее воплощение Киркорова: золото, драгоценности, ткани, благовония, евнухи, пафос, лунная жрица, дочь Гамилькара, женщина, которая выглядит так, будто её собирали из всех слов «роскошь» в древнем мире

и самое смешное, конечно, то, что её появление сработало. пьяная вооружённая толпа, которая минуту назад громила имущество и устраивала фестиваль варварства, внезапно затыкается и начинает смотреть на неё как коты на лазерную указку
Саламбо толкает что-то трагически-прекрасное про богов, Карфаген и убитых рыбок. половина наёмников, думаю, вообще ни слова не поняла, но харизма у девушки такая, что всем резко становится неловко

а потом случается трагедия вселенского масштаба – она подаёт чашу вина Мато. и что, спросите вы? а всё. мозг двухметрового ливийского амбала отключается окончательно

если до этого «Саламбо» была историческим романом, то с этого момента начинается история самого тупого симпа античности. Мато моментально решает, что между ними великая любовь – судьба, звёзды, луна и вообще она явно послала ему тайный сигнал. женщины, конечно, иногда совершают странные поступки, но Флобер, кажется, первым в истории описал появление странного современного явления как симп: баба ему улыбнулась, он готов целовать её ноги и вообще любить до гроба

причём рядом ещё крутится Нар Гавас – местный красавчик с энергетикой человека, который проводит перед зеркалом больше времени, чем в бою. ему Саламбо тоже понравилась, поэтому начинается классическая мужская дипломатия: ревность, поножовщина и метание копий

Саламбо смотрит на всё это безобразие, думает, господи, какие же вы все идиоты, после чего величественно удаляется

карфагеняне тем временем, пользуясь моментом, быстро выпинывают всю эту вооружённую ораву за стены города. наёмники разбивают лагерь, Мато страдает в палатке как подросток после первого отказа, Спендий уже строит финансовую пирамиду на чужом безумии, а Флобер всё ещё не определился с жанром своего романа...


а я что-то начала сомневаться в своих силах – дочитаю ли ЭТО до конца?

но, может, вы сможете...

главный посыл книги – «Я могу его исправить!» и «Он со мной другой!». по сути авторша романтизирует классический абьюз и контроль под соусом защиты. девочкам, читающим эту книгу, внушается, мол, парень, который говорит «ты моя, я буду решать все твои проблемы, а ты просто стой красиво рядом и бойся меня», – это идеал мужчины. хотя в реальной жизни подобный типаж «защитника» чаще приводит к тому, что женщины ищут хорошего адвоката по разводам или вообще убежище для жертв домашнего насилия

но в книге много других не очень хороших моментов

например, мораль, которая красной нитью тянется на протяжении всей книги: взрослые – это бесполезная биомасса. зачем просить у них помощи или государства того же, если есть пацанчик с района, которому нет ещё и 18 лет, но его почему-то боится вся округа. отчим тебя бьёт и угрожает? молчи, не звони в полицию. шантажируют какие-то уроды, вымогая деньги? не звони в полицию (ну или хотя бы отцу – главе мафиози), разберись сам. по ощущениям, все взрослые в этой книге разделены на три категории:

– садисты и абьюзеры (отчим героини, отец героя, да и сам герой)

– инфантильные амёбы (героиня, её мать, её подруга)

– картонные декорации (учителя, полиция, соседи, прохожие)

посыл понятен: не доверяй никому, никто не поможет (только свой пацан с района). но в жизни так не бывает (к счастью)

но самое, конечно, неприятное – книга учит тому, что здоровые, спокойные отношения это для лохов, привыкших жить своей серой скучной жизнью. любовь (по мнению данной книги) должна быть похожа на взрыв: скандалы, истерики, страстные поцелуи после избиения. здоровая психика в данном жанре, видимо, не в почёте

но меня радует тот факт, что подростки (по крайней мере моя племянница) используют книгу не как инструкцию к реальной жизни. для них это словно эмоциональные горки, безопасный экстрим. в реальной жизни они сидят на уроках, делают скучную домашку, пьют чаёчек, а им хочется адреналина, драмы, чтобы вот прям на разрыв, чтобы «жить быстро, умереть молодым» (и всё желательно понарошку)

это как для меня, например, посмотреть слезливую дораму, после которой я не спешу бросаться под поезд как Каренина. вот и они, прочитают книгу (или глянут её экранизацию), вытрут слёзы из-за разбитого сердечка главной героини и пойдут дальше делать свою домашку

поэтому – ТОСТ!

выпьем за то, чтобы в жизни наших дочерей и племянниц такие «Барсы» встречались исключительно на страницах бумажных книг, а в реальности им попадались скучные, адекватные парни со здоровой психикой. сколь!

когда открываешь первые страницы романа Василия Яна «Чингисхан», ты не просто начинаешь читать историческую хронику. ты буквально физически ощущаешь, как в лицо бьёт сухой, горький ветер Великой степи, приносящий с собой запах конского пота, дыма костров и надвигающейся беды

это произведение – потрясающий по своей силе, глубокий и невероятно кинематографичный эпос. удивительный талант Василия Яна заключается в том, что он сумел совершить почти невозможное: соединить поразительную простоту подачи с глубочайшим историческим и философским анализом

невозможно не восхититься самой тканью повествования. по своей структуре, певучести и сладости языка книга поразительно напоминает сказки «Тысячи и одной ночи». текст Яна словно течёт, переливается, органично переходя от одной истории к другой. мы слушаем восточных мудрецов на базарах Гурганджа, вдыхаем ароматы пряностей, слышим звон монист. этот приём «истории в истории» достигает своего абсолютного пика, когда странствующий дервиш Хаджи Рахим начинает свой рассказ, и перед нами разворачивается жизнь до прихода великой беды

такой тягучий, почти сказочный стиль повествования нужен Яну для контраста – чем слаще напев, тем страшнее, резче и безжалостнее выглядит вторжение монгольской орды, которая разрубает эту восточную сказку кривой саблей

внутри этого грандиозного исторического полотна бьётся сердце одной из самых прекрасных, пронзительных и грустных историй любви в мировой литературе – любви отчаянного, вольнолюбивого джигита Кара-Кончара и нежной, как цветок, Гюль-Джамал. честно признаться, перед их трагедией меркнет даже история Ромео и Джульетты

шекспировские герои стали жертвами семейных дрязг, в то время как любовь Кара-Кончара и Гюль-Джамал перемалывают безжалостные жернова самой Истории. Ян описывает их чувства с такой обезоруживающей нежностью и страстью, что замирает дыхание. их любовь – это отчаянный крик жизни перед лицом надвигающейся смерти, это символ того прекрасного, что было безвозвратно растоптано копытами монгольской конницы. когда читаешь об их судьбе, слёзы наворачиваются на глаза от осознания хрупкости человеческого счастья

Ян рисует XIII век во всём его пугающем великолепии. это столкновение двух миров. с одной стороны – раздробленное, погрязшее в интригах и роскоши государство Хорезмшахов, где богатство породило слепоту. с другой – монгольская орда, спаянная железной, нечеловеческой дисциплиной Ясы (закона Чингисхана). Ян показывает монгольское войско не как беспорядочную толпу дикарей, а как идеально отлаженный военный механизм, где каждый воин – винтик, а страх перед ханом сильнее страха смерти

Чингисхан у Яна – не просто кровожадный монстр. это гениальный стратег, тонкий психолог и человек колоссальной, пугающей харизмы. Ян показывает его как «Потрясателя Вселенной», старика с рыжей бородой и кошачьими глазами («рыжий тигр»), который верит в своё божественное предназначение

страх, который внушает Чингисхан, кроется не в его истеричности (он как раз всегда спокоен), а в его абсолютной рациональности. его жестокость целесообразна. он уничтожает города не из садизма, а чтобы посеять панику и парализовать волю к сопротивлению. читая мысли Чингисхана, слушая его диалоги, мы погружаемся в философию «сильного мира сего» – человека с абсолютной властью, для которой человеческая жизнь лишь пылинка на пути к мировому господству

но роман был бы слишком мрачным, если бы Ян не ввёл в него светлых персонажей. главным моральным компасом книги становится странствующий дервиш, философ и лекарь Хаджи Рахим (образ, во многом автобиографичный для самого писателя, который много лет провёл в странствиях по Азии). глазами Хаджи Рахима мы видим трагедию простого народа

Ян мастерски показывает, что историю делают не только правители. в книге ярко описаны простые люди: ремесленники, крестьяне, рядовые воины

например, автор противопоставляет трусливому хорезмшаху Мухаммеду, бросившему свой народ, подлинных героев – Джелаль-ад-Дина (сына шаха), который до последнего вздоха отчаянно и храбро сражался с монголами

или, например, Курбан – простой крестьянин, но с огромной силой и волей к жизни

через него Ян показывает подлинное лицо простого народа – того самого, на чьи плечи всегда ложатся самые страшные удары истории. Курбан не ищет власти, он просто хочет жить, любить, трудиться на своей земле. и именно в нём, в простом человеке из толпы, кроется тот самый стержень, который не способны сломать ни Чингисхан, ни любой другой завоеватель

в истории Курбана виден главный посыл книги, как мне кажется: империи рушатся, великие ханы превращаются в прах, кровавые завоеватели остаются лишь строчками в летописях. но именно простой народ, такие как Курбан, после нашествия монголов, после любой чумы, войны или беды, стирая кровь и слёзы с лица, медленно, но упорно поднимаются с колен. они берут в руки камни, восстанавливают разрушенные стены, распахивают выжженную землю и сажают новые сады. в них сама жизнь, упрямая и непобедимая

«Чингисхан» – потрясающая книга. она одновременно очаровывает восточной сказкой, разбивает сердце великой историей любви, пугает масштабом исторических катастроф и дарит надежду, показывая неистребимость человеческого духа

сделаю сейчас всем банальное: «Главный полдень» – настоящий взрыв и восторг, который захватывает с первых страниц и не отпускает даже после финала. от продолжения – «Дома скитальцев» – к сожалению, уже не такие эмоции. но обо всём по порядку

начнём с «Главного полдня». представьте себе обычный советский городок, подростков, шныряющих туда-сюда и любопытствующих по поводу и без и вдруг… – вторжение инопланетян, которые подчиняют себе взрослых с помощью загадочных устройств!

это же чистейший адреналин: смесь приключений, тайн и подвигов, на которые способны и они – юные читатели. и ведь описано всё настолько правдоподобно: с ощущением безнадёги, потому что ты маленький ребёнок, но с огромным чистым сердцем, которое бьётся не только за себя, но и за других. автор будто подсмотрел детские фантазии о спасении мира, когда взрослые вдруг стали беспомощными и всё теперь зависит от тебя (юного, но столько храброго подростка) и твоих друзей

но больше всего мне понравилось то, как Мирер предвосхитил идеи, которые позже стали хитами мировой фантастики, например, перенос разума из тела в тело или захват земли пришельцами. и всё это в обрамлении фантастического боевика, а порой и триллера, в котором мальчишки сражаются с инопланетянами, рискуют своей жизнью, взрывая линии электропередач, пытаются противостоять сильным взрослым, в чьи тела уже засели диверсанты-пришельцы. и ведь как здорово, что герои тут – не супермены, а обычные подростки, которые боятся, ошибаются, но всё равно идут вперёд

и самым огромным плюсом для меня была – тайна происхождения пришельцев, которая пугала и доводила до мурашек. дело в том, что когда ты не знаешь своего врага в лицо, кажется, что он гораздо опаснее и ужаснее, чем есть на самом деле. а когда в «Доме скитальцев» нам показали внутреннюю кухню жизни инопланетян, то всё пугающее исчезло. я, конечно, понимаю, что это тактически верный ход: показать, что враг вовсе не бессмертный и страшный, что он такой же как ты – обычный смертный, но конкретно в связке этих двух книг это не работает. из-за чего «дом скитальцев» читался иногда через силу, потому что он слишком занудно-описательный, я бы даже сказала, слишком обыденный – то есть рутинный

если читать как нечто отдельное про космическую экспансию и как с ней бороться (ну или как историю про попаданцев, почему нет?), то, может, даже неплохо зайдёт. но если сразу после «Главного полдня», то увы и ах – сплошное разочарование. и даже маленькая детская обида. потому что меня не покидало ощущение, что меня обманули и отобрали сладкое

«Главный полдень» – не просто приключение. это гимн смелости, дружбе и вере в то, что даже ребёнок может изменить ход истории. после этой книги хочется стать снова маленьким, выбежать во двор, собрать друзей и… обнаружить вдруг в лесу тот самый загадочный «пенёк»-посредник

ну и самое главное, «Главный полдень», как мне кажется, заставляет работать воображение на максимум, отчего самый обычный день превращается в битву за человечество. а что ещё надо маленькому, но смелому читателю?

так что, если кто-то вдруг у меня спросит, что посоветовать почитать подростку, я смело буду рекомендовать эту книгу