Большая часть текста положительные характеристики, однако в конце небольшая критика без конкретики. Типичный официальный образ Сталина в брежневское время. Иронично, что ему в заслугу ставится борьба с троцкистами большинство из которых таковыми не являлись
Книга - "У Кремлёвской стены. Издание второе, дополнительное" Алексей Абрамов. 1978 г.
Юрий Николаевич Зоря (1928/1929 - 1998) советский и российский историк, военный преподаватель и исследователь, сын Николая Зори советского обвинителя найденного мёртвым (официальная версия неаккуратность при чистке оружия) через день после того как попросил о встрече с Генпрокурором СССР из-за сомнений по Катынскому делу. Юрий посвятил жизнь расследованию смерти отца также является автором работ по военной науке и по катынской проблематики.
В проекте обвинительного заключения на Нюрнбергском процессе в вину гитлеровской Германии вменялось убийство 925 польских офицеров. Это соответствовало числу подвергшихся исследованию останков комиссией Н. Н. Бурденко. Однако в дальнейшем по указанию из Москвы советское обвинение изменило цифру на 11000 человек1.
Обвинительное заключение было предъявлено подсудимым 18 октября 1945 года, а подробное обвинение по его пункту о катынском деле предъявил заместитель Главного обвинителя от СССР Ю. В. Покровский 13 — 14 февраля 1946 года. Его выступление содержало изложение материалов комиссии Н. Н. Бурденко. Заключение комиссии предъявлялось как документ обвинения2, который, как официальный документ, согласно ст. 21 Устава Международного военного трибунала не требовал дополнительных доказательств. Именно на эту статью делалась ставка при включении пункта о Катыни в обвинительное заключение.
Однако защита, несмотря на протест Главного обвинителя от СССР Р. А. Руденко, добилась согласия Трибунала на вызов дополнительных свидетелей-немцев3.
Это обстоятельство весьма обеспокоило советское руководство, поскольку оно не предусматривало дискуссий по катынскому делу. Подготовка дополнительных материалов и свидетелей по этому вопросу стала предметом неоднократного обсуждения на заседаниях комиссии по руководству деятельностью советской делегации на Нюрнбергском процессе, которая работала в Москве под председательством Вышинского. Протоколы заседаний этой комиссии заслуживают того, чтобы привести выдержки из них.
«Запись заседания правительственной комиссии по Нюрнбергскому процессу 21.III.1946 года
Присутствовали: тов. Вышинский, тов. Меркулов тов. Абакумов, тов. Горшенин, тов. Рынков, тов. Лавров
...После информации тов. Вышинского о ходе процесса Комиссия решила подготовить материалы по катынскому вопросу.
1. Подготовить болгарских свидетелей, для чего командировать в Болгарию нашего представителя. Исполняет тов. Абакумов.
2. Подготовить три — пять наших свидетелей и двух медицинских экспертов (Прозоровский, Семеновский, Смолянинов). Исполняет тов. Меркулов.
3. Приготовить польских свидетелей и их показания. Исполняет тов. Горшенин (через тов. Сафонова с тов. Савицким).
4. Приготовить подлинные документы, найденные при трупах, а также протоколы медицинского обследования этих трупов. Исполняет тов. Меркулов.
5. Подготовить документальный фильм о Катыни. Исполняет тов. Вышинский.
6. Тов. Меркулов подготовит свидетеля-немца, который был участником провокации в Катыни.
Записал: И. Лавров
22.III»4.
На заседании комиссии 24 мая 1946 года заслушивался вопрос о подготовке и отборе материалов по делу немецкой провокации в Катыни и решили: «...поручить Комиссии в составе тт. Райхмана (созыв), Шейнина5 и Трайнина6 в 5-дневный срок ознакомиться со всеми материалами о немецкой провокации в Катыни и выделить те из них, которые могут быть использованы на Нюрнбергском процессе для разоблачения немецкой провокации в Катыни...»7
Еще одно заседание комиссии под председательством Вышинского состоялось 11 июня 1946 года8.
Кое-что Меркулову и Абакумову удалось. Можно полагать, что в результате «подготовки» болгарского свидетеля изменил свои показания профессор Марков. Но это не спасало положения...
Чувствуя уязвимость своей позиции, ответственные советские представители к моменту обсуждения катынского дела 1—3 июля 1946 года на процессе покинули Нюрнберг. Ни Горшенина, ни Руденко, ни Трайнина в этот напряженный период там не оказалось. А представление материалов вместо Покровского было поручено помощнику Главного обвинителя от СССР Л. Н. Смирнову...
Особое место среди свидетелей советского обвинения по катынскому делу занимал профессор астрономии Б. В. Базилевский. До войны он преподавал в Смоленском педагогическом институте и некоторое время при немцах был заместителем бургомистра Смоленска бывшего адвоката Б. Г. Меньшагина. В свое время Базилевский дал показания комиссии Бурденко, ссылаясь на слова, якобы сказанные ему в конце сентября 1941 года бургомистром Меньшагиным: «С ними (то есть поляками), фон Швец (военный комендант Смоленска) сказал мне, покончено, они расстреляны где-то недалеко от Смоленска». Эти показания были оценены комиссией как имеющие особое значение.
Базилевский был доставлен в Нюрнберг, где он слово в слово повторил все сказанное им комиссии Бурденко. На вопрос адвоката Отто Штаммера, знает ли он что-либо о Меньшагине, Базилевский ответил, что тот ушел с немцами и о дальнейшей его судьбе ничего не знает. Вполне вероятно, что, отвечая на вопрос адвоката, Базилевский действительно ничего не знал о судьбе Меньшагина. Но о ней определенно знали Берия и Вышинский, отдававшие указания о подготовке свидетелей по катынскому делу.
Как теперь точно установлено, Меньшагин действительно ушел из Смоленска вместе с немцами, после чего некоторое время он был бургомистром Бобруйска. Конец войны застал его с семьей в Карловых Варах, где его интернировали американцы. Через несколько недель Меньшагина выпустили, и он вернулся в Карловы Вары, уже занятые советскими войсками. Ошибочно считая, что его семья арестована, Меньшагин добровольно явился в советскую комендатуру 28 мая 1945 года.
Его отправили в Москву и поместили в одиночную камеру на Лубянке. В процессе следствия, длившегося шесть лет, его возили в Смоленск, но и там содержали в одиночке.
Постановлением Особого совещания при МГБ СССР от 12 сентября 1951 года Меньшагин был осужден по части 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 года к 25 годам лишения свободы. Умер в 1984 году.
Будучи в тюрьме, он ничего не знал, что происходило на Нюрнбергском процессе. Вот что вспоминал Меньшагин по поводу Катыни по выходе из заключения:
«11 апреля 1943 года заведующий Красноборским дачеуправлением Космовский Василий Иванович сообщил мне, что поблизости от Красного Бора, в районе Гнездова, открыты могилы расстрелянных поляков. Причем что немцы выдают их за расстрелянных Советской властью. 17 апреля в конце рабочего дня ко мне пришел офицер пропаганды немецкой — зондерфюрер Шулле — и предложил поехать на следующий день, значит, 18 апреля, на могилы на эти, чтобы лично убедиться, увидеть расстрелянных. И сказал, что, кого пожелаю, я могу взять из сотрудников управления.
Уже сотрудники почти все разошлись, так как это была суббота — короткий день, и я застал только Дьяконова и Борисенкова, которым сказал, что, если они желают, могут поехать. Они выразили согласие. На другой день к двум часам все собрались на Рославльском шоссе в помещении пропаганды. И оттуда на легковых машинах поехали по Витебскому шоссе в район Гнездово. Помимо меня, ездили сотрудники городского управления Дьяконов и Борисенков и главный редактор издававшейся немцами газеты — точно «Наш путь», кажется, нет, забыл уже, — Долгоненков и еще кто-то из работников пропаганды — русских.
Ну, когда доехали по Витебскому шоссе до столба с отметкой «15-й километр», свернули налево. Сразу ударил в нос трупный запах, хотя ехали мы по роще сосновой, и запах там всегда хороший, воздух чистый бывал. Немножко проехали и увидели эти могилы.
В них русские военнопленные выгребали последние остатки вещей, которые остались. А по краям лежали трупы. Все были одеты в серые польские мундиры, в шапочки-конфедератки. У всех были руки завязаны за спиной. И все имели дырки в районе затылка. Были убиты выстрелами, одиночными выстрелами в затылок.
Отдельно лежали трупы двух генералов. Один — Сморавиньский из Люблина и второй — Богатеревич из Модлина, около них лежали их документы. Около трупов были разложены их письма. На письмах адрес был: Смоленская область, Козельск, почтовый ящик — ох, не то 12, не то 16, я сейчас забыл уже. Но на конвертах на всех был штемпель: Москва, Главный почтамт. Ну, число трупов было так около пяти — пяти с половиной тысяч.
По признакам убийства и смерти их не похоже было, что их убили немцы, потому что те стреляли обычно так, без разбора. А здесь методически, точно в затылок, и связанные руки. А немцы так расстреливали, не связывали, а просто проводили автоматами. Вот и все, что я знаю.
Уже после отбытия двадцатипятилетнего заключения, из которого шесть лет прошли во внутренней тюрьме министерства государственной безопасности на Лубянке и девятнадцать лет в одиночном заключении во Владимирской тюрьме, мне попался третий том протоколов Нюрнбергского процесса, на котором в качестве свидетеля по делу об убийстве в Катыни допрашивался мой заместитель — как начальника города Смоленска, — профессор астрономии Смоленского пединститута Борис Васильевич Базилевский. И этот Базилевский сказал, что об убийстве поляков он узнал от меня, что в 41-м году он узнал, что в плен попал и находится в немецком лагере в Смоленске его знакомый Кожуховский9. Он просил меня, не могу ли я похлопотать об его освобождении. Я, дескать, охотно согласился на это, написал ходатайство и сам понес в комендатуру. Вернувшись из комендатуры, я сказал: «Ничего не выйдет, потому что в комендатуре мне объявили, что все поляки будут расстреляны». Через несколько дней, придя оттуда, я снова ему сказал: «Уже расстреляны». Вот те данные, которыми располагал Базилевский.
Эти сведения, сообщенные Базилевский, совершенно не соответствуют действительности. Случай его ходатайства за Кожуховского действительно имел место в августе 1941 года. И я возбуждал ходатайство об его освобождении, и через дня три-четыре после этого ходатайства Кожуховский лично явился, освобожденный и находился в Смоленске после этого, имея свою пекарню все время немецкой оккупации города, а впоследствии я его видел в Минске в 44-м году, где он точно так же имел кондитерскую. Кожуховского этого я лично знал, так как он проходил свидетелем по делу хлебозавода № 2, разбиравшемуся Смоленским областным судом в марте 1939 года. Он проходил свидетелем по этому делу.
Очень странно, что меня ни разу не спрашивали о Базилевском, хотя я находился в Смоленске с августа по 29 ноября 1945 года, а потом в Москве, как я сказал, на Лубянке, в одиночной камере. Ведь все следователи задавали мне вопрос, что мне известно о катынском деле? Я им говорил то же, что сказал сейчас в начале своей беседы. А на вопрос: кто убил? — отвечал, что я не знаю. Они мне говорили: «Мы к этому еще вернемся и тогда запишем ваши показания».
Но, несмотря на то, что я просидел там в качестве подследственного шесть лет, даже более шести лет, допроса о катынском убийстве у меня так и не состоялось».
Таким образом, Меньшагин во время Нюрнбергского процесса находился в тюрьме на Лубянке, и советское обвинение, представляя материалы по Катыни, по крайней мере говоря о Меньшагине, опиралось на недостоверный факт. Эта недостоверность становится очевидной, если учесть, что Меньшагина не удалось «подготовить» в качестве свидетеля: риск того, что он даст показания, противоречащие советской версии, был весьма велик.
Оказалось малоубедительным для Трибунала и другое положение, на котором основывалось советское обвинение. Его начисто опроверг допрошенный в качестве свидетеля подполковник вермахта Арнст10, командир «части № 537», тот самый, который, согласно советской версии, руководил карательным отрядом, расстреливавшим польских военнопленных. Арнст доказал, что летом 1941 года он вообще не командовал 537-й частью, которая на самом деле была полком связи при командовании группой армий «Центр».
Кроме этого, в распоряжении защиты были и другие заверенные надлежащим образом показания еще нескольких свидетелей, полностью подтверждавших показания Арнста.
В результате заслушивания катынского дела на Нюрнбергском процессе для советского обвинения создалась весьма критическая ситуация, когда не представлялось возможным настаивать на версии о виновности нацистов в убийстве польских военнопленных, что, конечно, ни в коей мере не снимает с них вины за другие их злодеяния.
В приговоре Международного военного трибунала не был включен пункт, касавшийся Катыни. Член Международного военного трибунала от СССР И. Т. Никитченко в Особом мнении на приговор не выразил никакого протеста по этому поводу. Таким образом Нюрнбергский процесс не констатировал вину немцев в убийстве польских военнопленных.
Таким образом, используя огромный авторитет Советского Союза после войны и весомость доказанных преступлений нацизма, советское обвинение оказало сильное влияние на своих западных коллег и добилось того, что эта тема не получила развития на процессе. В дальнейшем материалы по ней были исключены из публикаций по Нюрнбергскому процессу, которые появились у нас в стране.
В связи с подготовкой к переизданию материалов процесса возникла необходимость пояснений к выступлениям и документам защиты. С целью подготовки таких пояснений я приступил к поиску материалов, связанных с Катынью, в Особом архиве ГАУ СССР. Этот архив имеет фонды Главного управления по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР. До начала 60-х годов данные фонды находились в ведении МВД СССР, лишь потом были переданы в Особый архив.
Уже в июне 1989 года удалось выявить и предварительно изучить массив дел по польским гражданам, содержащимся в конце 1939 и первой половине 1940 года в лагерях Старобельска, Козельска, Осташкова. Эти дела оказались практически не разработанными, и большая часть из них после поступления в Особый архив не использовалась.
Выявленные материалы однозначно свидетельствовали о причастности органов НКВД к уничтожению в марте — мае 1940 года около 15 тысяч польских граждан, содержащихся в качестве военнопленных в лагерях Старобельска, Козельска и Осташкова.
Учитывая важность выявленных документов, по рекомендации начальника Главного архивного управления Ф. М. Ваганова 19 июня 1989 года я сообщил о них председателю советской части совместной комиссии историков Польши и СССР академику Г. Л. Смирнову. Он сразу же известил о разговоре со мной Международный отдел ЦК КПСС.
22 июня со мной беседовал заведующий Международным отделом ЦК КПСС доктор исторических наук В. М. Фалин, которому было подробно сообщено о найденных материалах. Он запросил несколько дел из Особого архива.
21 июля на основании затребованных дел была составлена краткая справка. В ней сделано заключение о том, что версия немецкой защиты на Нюрнбергском процессе о причастности органов НКВД к расстрелу поляков в Катыни документально подтверждается материалами Главного управления по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР. Была подчеркнута необходимость все тщательным образом проверить, чтобы не допустить ошибки, не проявить такой поспешности, которая грозила бы неточностями в оценках.
После составления справки мне предложили вести детальное изучение материалов по польским офицерам, содержавшимся в лагерях НКВД в 1939 — 1940 годах. По результатам этой работы 26 октября 1989 года составлена подробная справка — «Документальная хроника Катыни». В ней обобщены документы Особого архива и ЦГАОР. Эта справка предваряется докладом, в котором говорится, что в результате изучения материалов в архивах Главного архивного управления при СМ СССР выявлен ряд документов, касающихся польских граждан, содержавшихся как военнопленные в лагерях НКВД в Старобельске, Козельске и Осташкове в период с сентября 1939 по июнь 1940 года. В числе документов «Положение о военнопленных», составленное при участии Вышинского, утвержденное СНК СССР в сентябре 1939 года.
Из него следовало, что понятие «военнопленный» возникало лишь при объявлении противоборствующими сторонами состояния войны. Как известно, ни Польша, ни СССР войны друг другу не объявляли. Поэтому содержание в лагерях НКВД польских граждан в качестве военнопленных было неправомерным.
Наиболее убедительным аргументом, подтверждающим вину Л. П. Берии и органов НКВД в уничтожении польских офицеров, по моему мнению, является директивное письмо № 5866/5 от 31 декабря 1939 года. В нем, в частности, предписано ускорить работу следователей «по подготовке дел на военнопленных-полицейских (так в документе. — Ю. 3.) бывшей Польши для доклада на Особом совещании НКВД СССР». Берия требовал организовать работу «следственной группы с таким расчетом, чтобы в течение января месяца [1940 года] закончить оформление следственных дел на всех заключенных военнопленных-полицейских» для передачи на рассмотрение Особого совещания при НКВД СССР.
Кроме того, обнаружены:
указание о направлении в апреле — мае 1940 года следственных дел в I спецотдел НКВД и этапировании всех содержащихся 15 тысяч человек (за исключением 394 человек, переведенных в Вологодскую область) в лагерях Старобельска, Козельска и Осташкова в распоряжение УНКВД по Харьковской, Смоленской и Калининской областям соответственно;
политдонесения о ходе этапирования, свидетельствующие, в частности, о доставке военнопленных в район Смоленска;
распоряжение по обеспечению скрытности этапирования военнопленных, включая усиление режима охраны, запрет отвечать на какие-либо запросы, изъятие с марта 1940 года всей входящей и исходящей корреспонденции военнопленных;
указание об исключении из списков на отправку в УНКВД агентуры и лиц, представляющих оперативный интерес для органов НКВД;
доклады о полном освобождении к июню 1940 года всех трех лагерей от ранее содержавшихся в них польских военнопленных и указания о размещении в этих лагерях лиц, ранее интернированных в Литве (дальнейшая судьба этих людей четко прослеживается);
указание о передаче территории Осташковского лагеря (бывший монастырь Нилова Пустынь) местному краеведческому музею в августе 1940 года;
акты об уничтожении учетно-регистрационной документации в лагерях на убывших из них военнопленных, а также поступившей на их имя корреспонденции;
статистические сводки, отчеты, списки военнопленных, составленные после июня 1940 года, в которых ми в какой форме не упоминаются отправленные из грех лагерей военнопленные, кроме справки: «Отправлено в УНКВД».
Сопоставление перечисленных документов с материалами по Катыни, опубликованными на Западе, и материалами Нюрнбергского процесса показало в большинстве случаев совпадение вплоть до деталей. В частности при выборочном сравнении порядок в списке НКВД на отправку военнопленных из Козельска в распоряжение УНКВД по Смоленской области оказался» полностью совпадающим с порядком эксгумации идентифицированных останков, проведенной немцами в 1943 году.
Содержание перечисленных документов позволяет сделать вывод о возможности вынесения Особым совещанием при НКВД смертного приговора в отношении военнопленных в лагерях в Старобельске, Козельске и Осташкове. Около 4,5 тысячи поляков из Козельского лагеря захоронены в катынском лесу под Смоленском, что подтверждается документами. Места захоронения содержащихся в лагерях Старобельска и Осташкова документально не установлены.
Факт уничтожения органами НКВД польских граждан является одним из элементов политики репрессий, проводившейся в предвоенные годы в Советском Союзе не только против его граждан, но и граждан других государств. Данное обстоятельство достаточно достоверно отражено в опубликованных на Западе материалах по Катыни, несмотря на их пропагандистский характер, а также в документах Нюрнбергского процесса, который не признал вину немцев в этом деле...
В этой связи возникала необходимость рассмотрения выявленных документов по польским гражданам, содержавшимся в лагерях НКВД в период с сентября 1939 года по июнь 1940 года, Комиссией Политбюро ЦК КПСС по дополнительному изучению материалов, связанных с репрессиями, имевшими место в период 30— 40-х и начала 50-х годов, поскольку речь идет о деятельности Особого совещания при НКВД СССР, признанного противоправным.
Изложенные соображения получили поддержку, и при содействии Международного отдела ЦК КПСС работа по изучению и обобщению материалов была продолжена.
В начале февраля она завершилась составлением более развернутых и обстоятельно документированных предложений, которые были приняты. После тщательной и многократной проверки, сопоставления с другими материалами архивов были выработаны оценки, положенные в основу официальных заключений по катынскому делу, обнародованные в ходе визита президента Польши В. Ярузельского в СССР.
С конца 1990 года Главная военная прокуратура ведет расследование дела о судьбе польских военнослужащих, находившихся в лагерях НКВД в Козельске, Старобельске и Осташкове.
Примечания
1. Нюрнбергский процесс над главными немецкими военными преступниками. Сборник материалов: В 7 т. М., 1957. Т. 1. С. 129.
2. Документ № СССР-54.
3. ЦГАОР, ф. 7445, оп. 2, ед. хр. 8, л. 256, 257.
4. ЦГАОР, ф. 7445, оп. 2, ед. хр. 391, л. 49.
5. Шейнин Л. Р. (1906—1967)—государственный советник юстиции 2 класса, помощник Главного обвинителя (от СССР). В дальнейшем — писатель, драматург. — Прим. ред.
6. Трайнин А. Н. (1883 — 1957) — член-корреспондент АН СССР, по поручению Советского правительства подписал соглашение об учреждении Международного военного трибунала. Во время Нюрнбергского процесса был консультантом советской делегации. — Прим. ред.
7. ЦГАОР, ф. 7445, оп. 2, ед. хр. 391, л. 50, 51.
8. Там же, л. 52, 53.
9. В показаниях Базилевского называется фамилия Жиглинского.
10. Правильно — Аренс.
Беденк действительно говорил, что Аренс прибыл 20 - 21 октября 1941 года, извиняюсь, что не перепроверил информацию.
Erschießungen действительно проводится как расстрелы, цитируемый мной перевод из сборника сторонников версии Катынь 1941 неверен, извиняюсь, что не излишне доверился переводу
Теперь по поводу лжи геббельсоподобного @NemesisNidhoggr, он так и не ответил за свою ложь по пунктам:
Якобы подтверждённой "фальшивости" Катынских документов
Про 21 тыс. расстрелянных в Катынском лесу при реальных 4.4 тыс.
Про аргумент "армия Андерса была значит расстрелов не было", что противоречит обоим версиям реальной Катынь - 1940 и версии Катынь 1941.
Про трактор катающийся, чтобы заглушить звуки расстрелов.
Про Арно Дюре который отказался от показаний которые противоречили даже советской официальной версии.
Про то, что СССР не называл Аренса ответственным за Катынский расстрел, хотя и в сообщении комиссии и на Нюрнбергском Трибунале его таковым называли. Ну можно частично согласится с ним в том, что советская комиссия 1944 г. по Катыни не основывалась на фактах, здесь он не соврал но забыл добавить, что она основана на лжи, вспомнить того же выдуманного майора Ветошникова с лагерями ОН
8. Якобы НКВДшники поставили крест на могилу расстреляного поляка, правда геббельсоподобный заявляя, что поставили на все могилы но потом начал говорить, что только на одну.
10. Аренс не говорит, что волк выкопал могилу, в конце обвинитель задал вопрос про выкопанную могилу, вся его речь про следы рытья на земле. - "Когда Смирнов, тем не менее, его спросил, где он нашел такого волка, который разрыл землю на глубину 1,5-2 м (без упоминания промерзания), Аренс ответил лишь, что волка он "не нашел, а его видел" и на этом остановился. Почему он дал именно такой ответ, можно лишь гадать. Возможно, если он действительно считал, что волк довольно глубоко разрыл могилу, когда земля еще не была промерзшей, он просто подтвердил главную мысль Смирнова, не считая ее подвохом (при этом ответ этот нельзя считать согласием с конкретной глубиной ямы, названной Смирновым, тем более, что никаких указаний на то, что Аренс видел эту яму в ее незаснеженном состоянии, нет). Впрочем, тут могут быть и другие варианты (например, недопонимание вопроса при переводе)."
P.S. Если геббельсоподобный @NemesisNidhoggr, хочет пообщаться по фактам можем согласовать с тобой аудиообщение и согласовать формат, уж очень у тебя интересная позиция.
Одним из аргументов версии Катынь - 1941 является якобы существование трёх лагерей особого назначения (сокращённо ОН) находившиеся в 25 - 45 километрах к западу от Смоленска в которых якобы размещались польские военнопленные которые затем по заявлениям советской комиссии (1944 ) были захвачены нацистами и затем расстреляны в Катыни.
Одним из "доказательств" по советскому сообщению 1944 года является заявление Ветошников а В. М. , по этим данным майор заявил, что он хотел отдать распоряжения на перевоз военнопленных из лагеря но тот уже был отрезан (захвачен) нацистами.
Но при проверке выяснилось, что:
В свои "показаниях" Ветошников утверждает, что в лагерях ОН содержалось ок. 8 тыс. человек, что не соответствует реальному числу расстрелянных непосредственно в Катыни в 1940 (ок. 4.4 тыс человек) и версии Катынь 1941 (11 тыс.)
В системе управления по делам военнопленных и интернированных в 1941 г. не было ни одного начальника лагеря в ранге майора госбезопасности, даже начальник управления стал таковым лишь в марте 1942 г. (в одной из справок он назван лейтенантом госбезопасности но при этом в документации он не значится об этом далее).
Нигде кроме советской комиссии по Катыни 1944 года Ветошников как и лагеря ОН не упоминаются.
* Рапорт Ветошникова 1941 года фальшивка, он идёт на имя Майора Госбезопасности Сопруненко тогда как такое зевание он получит в 1942.
![МВД не в курсе существования Ветошникова [1]](https://cs17.pikabu.ru/s/2026/07/18/20/qg5uxpep.jpg)
МВД не в курсе существования Ветошникова [1]
![КГБ не знает Ветошникова [1]](https://cs17.pikabu.ru/s/2026/07/18/20/nk7ux7vv.jpg)
КГБ не знает Ветошникова [1]
Сайт о солдатах ВОВ также не знает никакого майора Гос безопасности Ветошникова
И ФСБ внезапно тоже не знает о Ветошникове
Нет его также и в архивах о награждениях и присвоении званий сотрудникам спецслужб СССР, что говорит о том, что он вымышленная = фейковая фигура.
P.S. Есть основания полагать доказательства подделки подчерка на документах "Ветошникова"
Оригинал Дзен
Отвечаю на пост: Катынская фальсификация. Часть третья. Фальсификация прокуратурой свидетельских показаний по Катынскому делу
Отвечу вкратце и в целом пропущю десятки и сотни слов о том, что всё подделали, наврали и про удивительность ошибок и неточностей в словах 80-ти летних допрашиваемых. Итак:
Выходит, о фальшивом постановлении Политбюро Яблоков с «Николаем Петровичем» узнали 29 апреля 1991 года от Сопруненко, которого допрашивали после Токарева, причем сам Сопруненко, как и Токарев, узнать о фальшивке мог только от Яблокова с «Николем Петровичем»
Генерала Сопруненко допрашивали 25 октября 1990 года, где он и сказал, про слухи насчёт решения ЦК партии за подписью Сталина о расстреле поляков (которые в итоге нашли документальное подтверждение). Генерал Токарев сказал о том, что слышал об этом от следователя на допросе в марте 1991 года.
Токарев, как видим, помнил, что «Вальтеры» попали в СССР во время войны, а в 1940 году у офицеров НКВД их не было.
При этом демонстрируется тест допроса которое опровергает это утверждение:
Токарев не помнит и предполагает, это ревизионисты выдают за утверждение мол не было у офицеров НКВД "вальтеров"
Вальтер 7.65 был табельным в НКВД. А вот служебная инструкция для НКВД у которых "не было пистолетов Вальтер 7.65"
Токарев выдумывает чушь. Патроны «Геко» 7,65 мм к данному пистолету, конечно, не подходят. Длина этого пистолета одиннадцать сантиметров, калибр 6,35 мм, а вес без патронов 280 г — «маленький карманный пистолет», верно.
Ревизионисты не знали, что Вальтером №2 в 30-е и 40-е годы XX в. называли именно пистолеты Вальтер 7.65 мм.
У Токарева смешались в голове НКВД и КГБ, одновременно существуя в 1940 году:
Вполне нормально ретроспектировать современное название гос. организации на старое время. Даже в документах это проявлялось.
Показания Токарева не соответствуют действительности: экскаватор «Комсомолец», сведения о котором можно найти в интернете [4], не мог копать котлованы под могилы глубиной три метра. Это карьерный экскаватор, работающий по принципу т.н. прямой лопаты, т.е. выбирающий грунт от себя и вверх, прямо перед собой, а котлованы копают экскаваторы, работающие по принципу обратной лопаты, т.е. выбирающие грунт на себя и вниз. Карьерный экскаватор обычно берет в глубину от уровня своей стоянки полтора метра (он не для этого предназначен), а работает он кроме карьера, например, на засыпке или погрузке. На рисунках вы видите рабочие возможности обоих типов экскаваторов.
Мог копать ямы до трёх метров, об этом например написано в учебнике "Водоснабжение" 1948 г. под авторством кандидата технических наук В.Ф. Кожинова:
стр. 127
Но скорее всего генерал Токарев просто ошибся и имел ввиду экскаватор МПП-0,75 "Костромич" который также мог рыть до 3-х метров.
Значит, поляков негде было содержать, кроме здания УНКВД, а для «других арестованных» из внутренней тюрьмы УНКВД места нашлись легко? А кто поверит, что в 14 тюрьмах помещалось всего 6 000 человек?
Почему-то даётся неверное цитирование, ведь генерал Токарев говорит про пересыльную тюрьму в оригинале, причём не сказано, что во внутренней тюрьме содержалось много наоборот фраза генерала "те, что были" намекает на небольшое количество
Уже исследователями отмечен абсурд в данных показаниях Токарева: красный уголок, где должны были проводить политзанятия с сотрудниками аппарата УНКВД, находился во внутренней тюрьме, в подвальном помещении, да и прочее вызывает большие сомнения.
"Красный уголок" по показаниям генерала находится в подвале (он уточняет в полуподвале) подвал имеет окна отчего здание Тверского НКВД выглядит четырёхэтажным:
Политзанятия могли происходит и в небольшой комнате, так например в полуподвале Вильнюсского УНКВД небольшая комната охраны была одновременно и местом проведения политзанятий.
Я поясню расчет: 9 часов по 60 минут в каждом часу — это 540 минут. Таким образом, если допустить последовательный расстрел в одной камере 250 человек, на каждого человека уходило 2 минуты 16 секунд.
По показаниям генерала расстрелы продолжались с месяц, причем расстреливали не каждый день.
Нетрудно себе представить, как Блохин, одетый в кожаную коричневую кепку, длинный кожаный коричневый фартук, кожаные коричневого цвета перчатки с крагами выше локтей, в красном уголке допрашивает поляков, а потом, вероятно, бежит стрелять несчастных из маленького карманного пистолета… Это абсурд, бредовый вымысел, к действительности отношения не имеющий.
Нигде в показаниях генерала нет слов, что Блохин кого-либо из расстреливаемых допрашивал, там лишь речь, что в первый день он позвал его присутствовать на опросе и он увидел его в "спецодежде", причём генерал может здесь недоговаривать и он вполне мог присутствовать в комнате расстрелов.
Все это тоже полный абсурд. Например, про главного завхоза НКВД Василия Михайловича Блохина, начальника АХУ НКВД, которого Токарев записал в демонические палачи и который у Токарева застрелился от «ужасающего зрелища», известно, что он умер своей смертью от инфаркта миокарда 3 февраля 1955 года, о нем есть статья в «Википедии». И как же это понимать? Если свидетель столь сильно искажает легко проверяемые факты, то можно ли ему верить? Можно ли назвать психическое его состояние нормальным?
89-летний старик не может ошибаться по мнению ревезионистов, особенно когда говорил про реальные самоубийства и случайно экстраполировал это и на Блохина.
Подводя итог краткому рассмотрению допроса Токарева, отметим, что это явная и наглая фальсификация.
Все ошибки и неточности неизбежные в таких случаях называются наглой фальсификацией, ведь не может 89-летний старик быть неточным он обязательно врёт!
Никакого постановления Политбюро о расстреле поляков не было, это фальшивка,
Нет подлинный документ
никакого расстрела в Калинине не было, это бредовые вымыслы душевнобольного пожилого человека
но вот указанное Токаревым в бредовом состоянии захоронение «поляков» в Медном нашли, как это ни поразительно, причем нашли даже некоторые «вещественные доказательства», например, если верить лживой британской ВВС, изображенную на снимке польскую фуражку, которая отлично сохранилась за полвека пребывания в земле. «Расстрелянные» поляки в Медном — это откровенная и, главное, тупая фальсификация доказательств. Насчет же фуражки и прочих музейных вещей «жертв», выставляемых кровососами на обозрение, следует спросить у них, ведь поляков кто-то допустил к участию в эксгумации неизвестного захоронения, тем самым открыв им возможность фальсифицировать доказательства.
Хорошо тогда давайте откроем советско-польскую эксгумацию 1991 года и показания о захоронениях в Медном. Также откроем заключение экспертов ГВП в котором написано, что эксгумация в 1991 подтвердила захоронения поляков там, обнаружено 243 трупа.
Эти доказательства сфальсифицировали они — совместно, разумеется, с канцелярскими.
Даже не приводя польские эксгумации в качестве доказательств можно доказать захоронение расстрелянных поляков под Медным, а вот фальсификат поляками доказательств пока никто не доказал, резких слов против тех кто вам не нравится как правило недостаточно для того, чтобы их посчитали за аргумент
В «обнаружении» фальшивых документов «в Архиве Президента РФ» публично признался Д. А. Волкогонов, которого президент России Б. Н. Ельцин назначил на должность председателя Комиссии по рассекречиванию архивов. Каких-либо заметных следов своей деятельности комиссия Волкогонова не оставила: «рассекречен» был только фальшивый «Пакет № 1». Комиссия эта, состоявшая из 34 человек, в том числе из 23 народных депутатов СССР и РСФСР, начала свою деятельность 13 декабря 1991 г., незадолго до загадочного появления в канцелярии президента СССР М. С. Горбачева «Пакета № 1», датированного 24 декабря 1991 г. Согласно признанию Волкогонова, помещенному ниже, главным фальсификатором следует считать его.
Но ты, конечно же, посчитаешь признания Волконогова фальшивкой или придумаешь еще какую версию, оправдать фальшивость закрытого пакета документа.
Ревизионист просто добавляет слово "фальшивка" в надежде, что это убедит всех в том, что подлинные документы фальшивка. Нигде нет факта его признания а по тексту понятно, что речь идёт о мнении автора текста который не особо умный @NemesisNidhoggr, просто скопировал текст с ревизионистского сайта в отчаянной попытке дискредитировать позицию оппонента не применяя никаких умственных усилий.
Почему документы не фальшивые а подлинные я уже отвечал, ни один ревизионист до сих пор аргументированно не ответил О Катынских "фальшивках" или как не зная сути с умным видом разоблачать мнимые заговоры
2.
Про разные цифры заявляете ВЫ. Геббельсовцы. Я не делал заявлений сколько именно поляков было расстреляно. Я приводил примеры высказываний сторонников версии геббельса. В том числе Тамару Эйдельман, которая заявляет про 15 тысяч расстрелянных ОФИЦЕРОВ.
А ты продолжаешь с серьезным выражением лица доказывать неправоту остальных геббельсят. Молодец, продолжай.
В ролике Эйдельман (заслуженный учитель России признанный иноагентом) "Катынский расстрел. Память, которую хотят стереть" действительно есть ошибки и неточности так одной из них является то, что она говорит о заключении в лагеря 15 тыс. польских офицеров (в реальности у СССР в плену на момент расстрела в 1940 году столько уже небыло) при этом верно называя общее число расстрелянных в 21,8 тыс человек. @NemesisNidhoggr, не разделяет места расстрелов и говорит о расстреле в Катыни как о едином хотя в Катыни расстреляли 4.4 тыс человек а других расстреляли в Харькове, Калинине (захоронили в Медном) и по разным неустановленным местам УССР и БССР (касаемо заключённых тюрем).
3.
По состоянию на 1 марта 1942 года в польской армии в СССР числилось 60 000 человек, включая 3090 офицеров и 16 202 унтер-офицеров. Берия констатировал антисоветские настроения в армии, в том числе и среди рядовых, нежелание идти в бой под советским руководством. Постановление ГКО о передислокации 5-й и 6-й дивизий в Среднюю Азию и формировании дополнительных четырёх дивизий выполнялось медленно
...
но геббельсенок начнет выкручиваться, мол, за пару месяцев обучили в офицеров или еще какой бред выдумает. Что бы оправдаться почему в СССР было куда больше офицеров.
...
Ведь Берия сказал в своей "записке" что они представляют угрозу и подлежат уничтожению.
А если выясниться, что есть еще тысячи других офицеров - возникнет вопрос а почему их-то не расстреляли.
Армия Андерса формировалась из числа поляков спецпереселенцев (депортации поляков проводились в СССР в 1930, 1936, 1940 - 1941 гг., также в это число включены бывшие военнопленные депортированные после освобождения), военнопленных оставшихся в лагерях. На 1 авг 1941 года Численность спецпереселенцев в ней оценивалась:
«1. Бывших военнопленных 26 160
2. Осадников и лесников 132 463
3. Осужденных и следственных 46 597
4. Беженцев и семей репрессированных 176 000
Итого: 381 220
А по справке на быв. военнопленных польской армии, содержащихся в лагерях НКВД. не позднее 31.07.1941.
Всего 1352 офицера всех уровней (без учёта тех кого уже освободили как Андерса например). @NemesisNidhoggr, вновь думая, что его ложь мол " 3090 офицеров не могли бы быть в СССР если они расстреляли бы всех в 1940". Бросим то, что не заявлялось, что убили всех до последнего и, что никого не оставили в живых, также не будем же мы предполагать, что из сотен тысяч человек два десятка тысяч из которых бывшие военнопленные можно найти или обучить ещё тысячи 1.5 - 2 офицеров. Важно другое даже если допустить, что нахождение 3090 офицеров в армии Андерса по состоянию на март 1942 года является основанием заявить, что расстрела польских военнопленных в 1940 году силами НКВД не было (так как по словам автора именно это обстоятельство является доказательством невозможности расстрела в 1940 году) то почему это же не является доказательством того, что нацисты не расстреливали как утверждает сфальсифицированное советское обвинение 11 тыс. офицеров в сентябре 1941 года. Ну @NemesisNidhoggr, станет объяснять почему это другое, ну и конечно он вам не расскажет про "Записку Берии Сталину и Молотову о проверке списка Сикорского" в котором Берия прямо пишет про то, что из списка Сикорского в 3825 имён офицеров по отрывочным данным определённых как пленных в СССР, "3320 человек, в соответствии с известным Вам решением от 5 марта 1940 года" т.е. с решением о расстреле поляков. Ну это походу тоже фальшивка, также он вам не объяснит почему при разговоре с Сикорским и Андерсом Сталин уклоняясь говорил о сбежавших в Маньчжурию польских военнопленных а не заявил, что их захватили немцы как СССР начал заявлять потом после того как в Катыни нашли трупы.
4.
На серьезных щщах заявлять, что включенный ночью трактор, стоящий на холостых (или что один на нем по кругу катается) это хорошее прикрытие для расстрелов...
Я такого не заявлял, скорее всего и медийные спикеры по Катыни тоже
5.
Вон, Арно Дюре давал показания, что он лично копал могилы для поляков убитыми немцами. Ты примешь его показания как чистую правду? Ой, нет? Такие показания тебе не нравятся? Только те, которые тебе нравятся считаются?)
Арно Дюре официально отказался от показаний в 1954 году заявив, что его заставили это сделать, которые кстати очень примечательны и уж конечно как сознательный ревизионист @NemesisNidhoggr, подвергнет их строгой критике:
Катынский лес находитсяв Польше;
Было расстреляно 15 - 20 тыс. человек;
эсэсовцы привозили людей на автомашинах и сбрасывали в ров глубиной 15-20 метров;
Расстрел происходил и в окт. - ной. 1941 года.
6.
Советская сторона не называла Аренса ответственным. Она делала заявление, предположение, не подкрепленное фактами, исходя из имеющихся данных.
Самая наглая ложь ревизиониста:
3. Массовые расстрелы польских военнопленных в Катынском лесу производило немецкое военное учреждение, скрывавшееся под условным наименованием "штаб 537 строительного батальона", во главе которого стояли оберст-лейтенант Арнес и его сотрудники — обер-лейтенант Рекст, лейтенант Хотт;
Г. СМИРНОВ: Нет, я подразумеваю сообщение советской Чрезвычайной Государственной Комиссии по поводу Катыни, советское сообщение.
АРЕНС: Да, я прочел это сообщение.
Г. СМИРНОВ: Следовательно, Вам известно, что Чрезвычайная Государственная Комиссия называет Вас как одно из лиц, ответственных за преступления, осуществленные в Катыни?
7.
Беденк сообщал, что Аренс прибыл 20 октября. А на Нюрнберге Аренс заявлял, что прибыл во второй половине ноября и принял командование 30-го ноября.
Беденк такого не сообщал, он заявлял, что передал командование Аренсу 20 или 21 ноября. Учитывая небольшие ошибки свойственные человеческой памяти и при перепроверке документов выяснилось, что:
Аренс прибыл под Смоленск 21.11.1941 (либо 20.11.1941, если прибытие состоялось поздно вечером и в качестве даты прибытия был зарегистрирован следующий день, но это чисто умозрительная возможность).
Аренс стал командиром 537-го полка связи 25.11.1941.
То есть сообщение комиссии Бурденко ложное (Аренса не было под Смоленском в момент когда в сообщении говорится, что он там был). Даже если бы Аренс прибыл в октябре это ничего бы не изменило, СССР утверждал, что расстрелы производились в сентября 1941 года.
8.
Если НКВД такие тайные и скрытные, расстреляли и закопали. На кой черт они воткнули крест в могилу? Для чего?
Никто не утверждал, что НКВД установили крест на могилу
9.
Теперь про молчаливых местных.
Ах как хорошо уж на сковородке вертится. Ай как крутишься. Любо-дорого смотреть. Наизнанку выворачиваешься, лишь бы придумать оправдания. Ведь реальность-то не вяжется, сам понимаешь....
Солдатам, по словам Аренса, местные рассказывали истории о Катынском лесе. Что же им местные рассказывали? М
Далее идёт текст, про следы боёв ни слова про расстрелы:
AHRENS: Kurz nachdem ich kam – das Gelände war verschneit – bin ich darauf hingewiesen worden von meinen Soldaten, daß sich an einer Stelle auf einer Art Hügel, den man nicht genau als solchen ansprechen konnte, ein Birkenkreuz befinden solle. Dieses Birkenkreuz habe ich gesehen. Ich habe dann im Verlauf des Jahres 1942 immer wieder von meinen Soldaten gehört, daß hier in unserem Wald Erschießungen stattgefunden haben sollten, hierauf zunächst aber nichts gegeben. Allerdings im Sommer 1942 ist in einem Befehl der Heeresgruppe des späteren Generals von Harsdorff auf diese Gespräche hingewiesen worden. Er sagte mir, er habe auch davon gehört
...
Erschießungen - здесь в контексте стрельба, перестрелки (бои в контексте написанного, Аренс говорит о том, что посчитал могилу военным захоронением) значения
10.
Аренс прямо уклоняется от ответа, как волк выкопал кость.
Аренс не говорит, что волк выкопал кость он говорит лишь о следах рытья:
...я также обнаружил по чистой случайности, что здесь действительно было место захоронения, и это было зимой 1943 года, примерно в январе или феврале, когда я случайно увидел волка в этом лесу и сначала не поверил, что это мог быть волк Но потом пошел по следам с профессионалом и увидел следы здесь, на этом холме, с березовым крестом. Я установил, что это за кости. Врачи сказали мне: человеческие кости. Затем я сообщил об этом офицеру по уходу за военными могилами, полагая, что это могила павших, которых было несколько в непосредственной близости от нас.
Не, сначала я не увидел их. Дабы узнать, не ошибся ли я, увидев волка, - ибо казалось маловероятным, чтобы волк оказался столь близко от Смоленска, - я исследовал следы вместе с егерем и нашел следы следов (царапин) на земле. Однако земля сильно промёрзла снег на земле, и я ничего больше не увидел. Только позже, как оттаяло, мои солдаты нашли различные кости. Однако это было несколько месяцев спустя, и затем, при нужной возможности, я показал эти кости доктору, и он сказал, что это человеческие костями. Вслед за этим я сказал, "тогда весьма вероятно, что это - могила, оставленная в результате боевых перестрелок"
1. Обвинительный акт — это вам не субъективная интерпретация, а официальный документ. Начнем с матчасти. В октябре 1945 года прокуроры союзников подписали Обвинительный акт (ОА). Это огромный, монолитный юридический документ. Он разбит на четыре больших раздела. Нас интересует Третий раздел — «Военные преступления».
Именно туда советская сторона внесла все зверства нацистов на нашей территории: лагеря смерти, сожженные деревни, Бабий Яр и, в том числе, расстрел польских офицеров под Смоленском (под кодом «Документ СССР-54»).
Юридически Обвинительный акт — это неделимое целое. Нельзя признать виновным по «половинке» раздела или тайно выкинуть оттуда пару страниц, если суду так захотелось.
Тезис: признание виновным по разделу является признанием виновным по всем преступлением раздела так как "Нельзя признать виновным по «половинке» раздела или тайно выкинуть оттуда пару страниц" в обвинительном акте (далее ОА) есть строчка "В сентябре 1941 года 11000 польских офицеров-военнопленных были убиты в Катынском лесу близ Смоленска"
2. Кого судил Трибунал?
Вот тут у «разоблачителей» происходит главный затык. Международный военный трибунал судил организаторов преступной машины Третьего рейха — высших руководителей (Геринга, Кейтеля, Йодля) и преступные организации (СС, Гестапо). Суд оценивал масштаб их общих приказов и планов, а не выносил отдельные вердикты по конкретным местам совершения преступлений. Суд в принципе не мог вынести решение в стиле: «В этом лагере или городе подсудимый виновен, а в том — не виновен». Так правосудие над организаторами не работает.
Начнём с первого утверждения о суде над организаторами преступной машины Третьего Рейха, на Трибунале судили Юлиуса Штрайхера, одного из виднейших немецких пропагандистов, главный редактор газеты Штурмовик, гауляйтер. В его приговоре прямо сказано, что он таковым не являлся
Нет доказательств, которые бы указывали на то, что он когда-либо принадлежал к близкому кругу советников Гитлера; за время своей деятельности он никогда не был тесно связан с разработкой программы, которая привела к войне. Так, например, он никогда не присутствовал ни на одном из важнейших совещаний, во время которых Гитлер излагал свои решения подчиненным ему руководителям. Хотя он и являлся гаулейтером, нет никаких доказательств, которые свидетельствовали бы о его осведомленности об этой программе. По мнению Трибунала, доказательства не устанавливают его причастности к заговору или общему плану для ведения агрессивной войны, как этот заговор ранее был определен в данном приговоре.
Далее утверждение, что суд не мог вынести решение о виновности или невиновности подсудимого по конкретным делам. Но были оправданы 3-е подсудимых:
Ганс Фриче - начальник отдела радиовещания министр народного просвещения и пропаганды (1942 - 1945)
Ялмар Шахт - Министр экономики (1934 — 1937), министр без портфеля (1937 — 1942).
Президент Рейхсбанка (1933 — 1939). Арестован Гестапо за участие в заговоре против Гитлера в 1944 году.
Франц Папен - вице-канцлер (1933 — 1934), посол в Австрии (1934 — 1938), посол в Турции (1939 — 1944).
Также в книге советского Аркадия Полторака главы секретариата советской делегации на Нюрнбергском процесс "Нюрнбергский процесс. Основные правовые проблемы (1965)" есть факты опровергающие утверждение "Суд в принципе не мог вынести решение в стиле: «В этом лагере или городе подсудимый виновен, а в том — не виновен".
Трибунал признал Заукеля и Шпеера виновными только в использовании рабского труда. Но это единственное обвинение было квалифицировано по двум разделам обвинительного заключения - по разделу III ("Военные преступления") и IV ("Преступления против человечности").
Далее идёт утверждение:
У нас есть обвинение конкретного Геринга (Приложение А к Обвинительному Акту). Есть Приговор конкретному Герингу (Приложение А к Приговору).
...
Обвинение конкретного Геринга не перечисляет каких-то отдельных преступлений, перечисленных в 3-м разделе, понятно, что Геринг обвиняется в совершении ВСЕХ перечисленных здесь преступлений.
И решение Трибунала в отношении Геринга в приложении А к Основному Приговору сообщает нам:Трибунал признает подсудимого Геринга виновным по всем четырем разделам Обвинительного заключения.
...
Всё. Точка. Юридически это означает, что суд признал Геринга виновными в военных преступлениях в том объеме и по тем пунктам, которые были заявлены прокурорами. Без исключений.
В приговоре ещё до раздела "подсудимые" фамилия Геринг упоминается 50 раз, и его конкретные преступления перечисляются (далее все цитаты по приговору):
Через три или четыре недели после этого Гитлер обсуждал с Розенбергом, Герингом, Кейтелем и рядом других лиц план эксплуатации советского народа и советских территорий; этот план среди прочих вопросов включал эвакуацию населения Крыма и заселение его немцами. Подобная же судьба была уготована для Чехословакии подсудимым фон Нейратом в августе 1940 года; интеллигенция страны должна была быть «изгнана»; однако остальное население предлагалось не изгонять или истреблять, а подвергнуть германизации, так как ощущался недостаток в немцах, которые могли бы занять их место.
Подсудимый Геринг добавил к этому угрозу полностью уничтожить Прагу с воздуха. Поставленные перед этой страшной альтернативой, Гаха и его министр иностранных дел подписали соглашение, которое от них требовали, в 4 ч. 30 м утра; со стороны Германии соглашение было подписано Гитлером и Риббентропом.
В течение дня и вечера 11 марта 1938 г. подсудимый Геринг предъявил целый ряд требований австрийскому правительству, причем каждое из них подкреплялось угрозой вторжения.
В разделе подсудимые в статье Геринг также указано:
Геринг преследовал евреев, особенно после ноябрьских погромов в 1938 году, и не только в Германии, где он наложил на евреев штраф в один миллиард марок, как это указывалось выше, но также и на захваченных территориях. Согласно его собственным словам и показаниям, он был заинтересован в этом прежде всего с чисто экономической точки зрения, чтобы завладеть их собственностью и устранить их из экономической жизни Европы. По мере того как эти страны захватывались германской армией, он распространял на них имперские антиеврейские законы: «Рейхсгезетцблатт» за 1939—1940—1941 гг. содержит несколько антиеврейских декретов, подписанных Герингом. Хотя уничтожение евреев находилось в ведении Гиммлера, Геринг был не безучастен и не бездеятелен, хотя он и отрицал это при допросе его на суде. Декретом от 31 июля 1941 г. он предложил Гиммлеру и Гейдриху «полностью закончить решение еврейского вопроса в германской сфере влияния в Европе».
Геринг был одним из пяти ведущих руководителей, присутствовавших на «совещании Госсбаха» 5 ноября 1937 г., а также присутствовал на других важных совещаниях, о которых уже упоминалось в настоящем приговоре. Во время аншлюсса Австрии он фактически был центральной фигурой и верховодил событиями. Он заявил на суде: «Я должен взять на себя стопроцентную ответственность… Я даже отвергал возражения фюрера и привел все к окончательному разрешению».
И самое важное:
некоторых конкретных случаях, быть может, показания и противоречивы, но если, брать их в целом, то его собственных признаний более чем достаточно для того, чтобы сделать определенный вывод о его виновности. Его вина не имеет себе равных по своей чудовищности. По делу не установлено никаких обстоятельств, которые могли бы оправдать этого человека.
Смоки почему то решил умолчать о том, что вывод о вине Геринга делается на основании его признаний, наверное потому, что Катынский расстрел как своё преступление он не признал.
В уставе Трибунала мы читаем:
Однако раздел I вменяет в вину не только заговор для ведения агрессивной войны, но и заговор для совершения военных преступлений и преступлений против человечности. Но Устав не определяет заговор, как отдельное преступление, если он не связан с актом ведения агрессивной войны.
Далее заявление:
3. «Но ведь слова "Катынь" в Приговоре действительно нет!»
Да, нет. Знаете, чего там еще нет? Там нет слова «Бабий Яр». Там нет слов «Хатынь», «Змиёвская балка» и названий сотен других городов и деревень, где нацисты устраивали массовый террор.
Приговор — это не историческая энциклопедия и не справочник географических названий. Это финальный юридический документ. Если бы судьи перечисляли там каждую сожженную деревню и каждый лагерь, Приговор занял бы бумагами несколько комнат. Поэтому суд использовал масштабные обобщающие формулировки вроде: «систематические убийства и жестокое обращение с гражданским населением и военнопленными на оккупированных территориях».
И этот глобальный вердикт юридически «впитал» в себя весь Третий раздел целиком, включая все поданные документы.
Если там нет этих указаний значит, конкретно вина нацистов за эти конкретные преступления не была установлена на этом процессе. При этом нацизм осудили по основным пунктам и преступлениям указанным в приговоре, практически все преступления описанные в обвинительном акте исторически были доказаны как вина нацистов за исключением разве, что Катынского расстрела. То, что пытаются сделать ревизионисты, манипулировать выдав утверждение о непризнании и недоказанности ответственности нацистов за Катынский расстрел за отрицание преступлений нацизма, выдавая Нюрнбергский Трибунал за первый и последний источник данных об этих преступлениях. И Хатынь и Бабий Яр и Змиёвская балка доказанные преступления нацистов, тот факт, что в Нюрнберге их ответственность за них не была установлена не значит, что её нет.
никакие личные мемуары, дневники или субъективные воспоминания участников процесса не имеют правовой силы. Они не могут отменить или переписать официальный судебный вердикт.
Нацистская верхушка была признана виновными по Третьему разделу Обвинительного акта в полном объеме. А все разговоры про «Катынь вычеркнули и нацистов оправдали» — это просто более поздние политические сказки, рассчитанные на тех, кто поленился открыть реальные документы суда.
Смоки запрещает использовать исторические источники которые ему не нравятся, ведь если мы их откроем они его опровергнут, проще сказать, что судья и обвинители говорящие, что Катынский расстрел не был признан деянием нацистов просто не заслуживают упоминания. Можем открыть источник 1945 года где одного из составителей устава Трибунала советская профессора А. Трайнина на конференции по созданию устава:
обвинительное заключение не имеет фактической доказательной силы. Это всего лишь один из элементов для доказательства дела
Ну и напоследок Смоки врёт об оправдании нацистов за Катынь хотя достаточно открыть формулировку американского судьи на трибунале Джексона (и других участников процесса все пишут примерно одно и тоже), чтобы понять, речь про недоказанность вины а не про оправдание:
Доказательства перед нами были неясными и, как я сказал, не относились ни к одному из обвиняемых. Любые упоминания Катынского леса были опущены при обсуждении приговора.
F. Biddle, In Brief Authority, 1962, p. 417
Аргументы же Смоки и ревизионистов подобных ему отрицают суть Нюрнбергского Трибунала, Смоки в своём тексте представил суд так буд-то бы это был сговор победителей с решением всех вопросов до суда, он так и написал, что обвинение = приговор и, что приговор был вынесен до суда уже как обвинительный акт. Но реальность куда более проста, Смоки просто адвокат советской истории и Нюрнбергский процесс для него лишь средство для отрицания негативных сторон Советской политики.
На большую часть твоих заявлений здесь я ответил тебе в твоих же комментариях. Зачем ты дублируешь сюда то, на что уже было отвечено. Вместо того, что бы отвечать на мои последние комментарии.
Первый же тезис выявляет полнейшее незнание ревизиониста. Достаточно открыть Записку Л. Берии И. Сталину № 794/Б от марта 1940 г. чтобы стало понятно, сколько офицеров, рядовых и прочих должны были расстрелять.
В «обнаружении» фальшивых документов «в Архиве Президента РФ» публично признался Д. А. Волкогонов, которого президент России Б. Н. Ельцин назначил на должность председателя Комиссии по рассекречиванию архивов. Каких-либо заметных следов своей деятельности комиссия Волкогонова не оставила: «рассекречен» был только фальшивый «Пакет № 1». Комиссия эта, состоявшая из 34 человек, в том числе из 23 народных депутатов СССР и РСФСР, начала свою деятельность 13 декабря 1991 г., незадолго до загадочного появления в канцелярии президента СССР М. С. Горбачева «Пакета № 1», датированного 24 декабря 1991 г. Согласно признанию Волкогонова, помещенному ниже, главным фальсификатором следует считать его.
Но ты, конечно же, посчитаешь признания Волконогова фальшивкой или придумаешь еще какую версию, оправдать фальшивость закрытого пакета документа.
Далее количество офицеров и причина их расстрела.
Про разные цифры заявляете ВЫ. Геббельсовцы. Я не делал заявлений сколько именно поляков было расстреляно. Я приводил примеры высказываний сторонников версии геббельса. В том числе Тамару Эйдельман, которая заявляет про 15 тысяч расстрелянных ОФИЦЕРОВ.
А ты продолжаешь с серьезным выражением лица доказывать неправоту остальных геббельсят. Молодец, продолжай.
Итак СССР расстрелял всех польских офицеров. А потом собрал армию Андерса с польскими офицерами в составе. А потом еще собрал 1-ю польскую пехотную Варшавскую, тоже с польскими офицерами в составе.
"По состоянию на 1 марта 1942 года в польской армии в СССР числилось 60 000 человек, включая 3090 офицеров и 16 202 унтер-офицеров. Берия констатировал антисоветские настроения в армии, в том числе и среди рядовых, нежелание идти в бой под советским руководством. Постановление ГКО о передислокации 5-й и 6-й дивизий в Среднюю Азию и формировании дополнительных четырёх дивизий выполнялось медленно."
Это только по армии Андерса.
но геббельсенок начнет выкручиваться, мол, за пару месяцев обучили в офицеров или еще какой бред выдумает. Что бы оправдаться почему в СССР было куда больше офицеров.
А надо геббельсонку оправдываться, потому что по методичке надо что бы расстреляли всех офицеров. Ведь Берия сказал в своей "записке" что они представляют угрозу и подлежат уничтожению.
А если выясниться, что есть еще тысячи других офицеров - возникнет вопрос а почему их-то не расстреляли.
вот мы плавно переходим к вопросу причины. Заявляешь, что польские ПЛЕНЕННЫЕ, безоружные офицеры в лагерях под охраной какую-то угрозу представляют СССР. Окей. Допустим туда сослали лютый совконенавистников поляков.
А почему Андерс жив? Он был тем еще анти-советчиком. И офицером. Почему его обошла участь расстрела? Почему СССР терпел его анти-советские выходки. Да еще и позволил уйти в Иран со всей армией, когда Польша нарушила соглашение?
...Политические руководители, все Политбюро, все советское правительство — это те же люди, которые заключили пакт с Германией и устами Молотова выражали радость, что Польша, «ублюдок версальской системы», навсегда прекратила свое существование. Это были те же люди, которые причинили невиданные ранее в истории страдания миллионам поляков и уничтожили многие сотни тысяч человеческих жизней. Впрочем, точно так же они поступали со своим народом…
— Владислав Андерс.
Как-то выборочно СССР расстреливает поляков. Не думаешь? Бессистемно.
Но ты придумывай оправдания. Ищи отговорки. Натягивай сову на глобус, лишь бы объяснить почему Аренс со своей армией не представлял угрозу СССР. А пленные поляки в лагерях - да.
Далее про патроны. Ты уже и сам признаешься, что почему-то поляков из Старобельского стреляли наганами. Но опять ищете ищете оправдания. Мол стреляли в подвалах и там же гильзы остались. А сюда тащили трупы. Ну и часть здесь же расстреливали из наганов.
Правда зачем весь этот гемморой с перетаскиванием трупов, когда можно было у могилы всех расстрелять? Ну что бы геббельсовцам удобнее было свою ложь продвигать.
Насмехаясь над невозможностью массового использования трофейного оружия , ревизиониста вновь выдаёт незнание темы
Во-первых в моем посте не было ни слова про невозможность массового использования.
Во-вторых это опять же ваши, геббельсовские, слова. Которые озвучивал в своем видео Штефанов.
Ревизионист ревизионисту волк. Нравится мне как ты делаешь колкие комментарии в мою сторону, типа "ха, подловил я тебя". А на деле споришь с другими геббельсовцами. И опровергаешь их высказывания))
Ну и тракторы, да. Ночью расстрел. Ночью включают трактор что бы не слышно было выстрелов. А люди не понимают, думают что кто-то посреди ночи решил трактор на холостых подержать, да?)
На серьезных щщах заявлять, что включенный ночью трактор, стоящий на холостых (или что один на нем по кругу катается) это хорошее прикрытие для расстрелов...
А доказательства? Пара опрошенных свидетелей. Это же у нас вершина доказательной базы. Вон, Арно Дюре давал показания, что он лично копал могилы для поляков убитыми немцами. Ты примешь его показания как чистую правду? Ой, нет? Такие показания тебе не нравятся? Только те, которые тебе нравятся считаются?)
оказания на Нюрнбергском Трибунале немецкого полковника Аренса которого советское сообщение называло ответственным за Катынский расстрел.
Советская сторона не называла Аренса ответственным. Она делала заявление, предположение, не подкрепленное фактами, исходя из имеющихся данных.
An assertion is a confident, forceful statement of fact, belief, or claim. It is typically presented as if it is true, though it may or may not be supported by evidence.
Поскольку Аренс 100% если не участвовал лично, то как минимум был причастен к происходящему.
Что Аренс прекрасно осознавал и пытался всеми правдами и неправдами оттянуть дату своего физического появления в Катыни. Что если немцам не получится отмазаться от Катынского дела, то он, Аренс, лично сможет заявить "ну я прибыл уже когда всех расстреляли, я не при чем. Я не участвовал. Не виноват."
Беденк сообщал, что Аренс прибыл 20 октября. А на Нюрнберге Аренс заявлял, что прибыл во второй половине ноября и принял командование 30-го ноября.
Там действительно есть упоминание о кресте который он увидел в начале января 1942 или в декабре 1941 г. предположив, что это "след" боёв. Сообщалось об одном кресте не более, кто поставил этот крест неизвестно
Вот это я тебя и спрашиваю, геббельсенок. Если НКВД такие тайные и скрытные, расстреляли и закопали. На кой черт они воткнули крест в могилу? Для чего?
Аренс в своих показания ПРЯМО говорит, что территория была ограждена и никого туда не пускали до прибытия немцев. Значит НКВД оцепили Катынский лес, расстреляли, закопали, никто туда попасть не мог. Кто крест поставил? НКВД-шники, что бы могилу не потерять?
Причина, по которой Аренс упоминает крест - по его словам он нашел могилу зимой, о чем сообщает, что крест торчал из снега.
Аренсу нужно было обнаружить могилы как можно раньше. Что бы подтверждать теорию о расстреле НКВД-шниками. Но зимой, из-за снега, могилы не найти. Поэтому Аренсу нужен был опознавательный знак в виде креста.
Который никто там не мог поставить, кроме НКВД-шников.
есть свидетельство местного жителя немцам о том, что летом 1942 года он показал польским рабочим занятым на работах на станции Гнёздово могилы их соотечественников, там они поставили два креста
Немцы не видели ни одного поляка, не слышали ни о каких поляках и не знали о лагерях содержания поляков на протяжении всего пребывания на Российском (Советском) фронте.
DR. STAHMER: Do you know that about 25 kilometers west of Smolensk there were three Russian prisoner-of-war camps, which had originally been inhabited by Poles and which had been abandoned by the Russians when the German troops approached in July 1941? ~ -
AHRENS: At that time I had not yet arrived. But never during the entire period I served in Russia did I see a single Pole; nor did I hear of Poles.
DR. STAHMER: Did you hear anything about there being three Russian camps with captured Polish officers, 25 to 45 kilometers west of Smolensk, which had allegedly fallen into German hands?
VON EICHBORN I never heard anything about any kind of Polish officers' camps or Polish prisoner-of-war camps.
как это поляки прокрались в лес, где оперировал Аренс и его батальон, если никто из них не слышал и не видел никаких поляков ВООБЩЕ за все пребывание на Советском фронте?
Эти поляки из той же мифической категории, что и волк?
Теперь про молчаливых местных.
Ах как хорошо уж на сковородке вертится. Ай как крутишься. Любо-дорого смотреть. Наизнанку выворачиваешься, лишь бы придумать оправдания. Ведь реальность-то не вяжется, сам понимаешь.
AHRENS: No, at first I did not see them. In order to find out whether I had not been mistaken about seeing a wolf, for it seemed rather impossible that a wolf should be so near to Smolensk, I examined the tracks together with a gamekeeper and found traces of scratching on the ground. However, the ground was frozen hard, there was snow on the ground and I did not see anything further there. Only later on, after it had been thawing my men found various bones. However, this was months later and then, at a suitable opportunity I showed these bones to a doctor and he said that these were human bones. Thereupon I said, "Then most likely it is a grave, left as a result of the fighting which has taken place here," and that the war graves registration officer would have to take care of the graves in the same way in which we were taking care of other graves of fallen soldiers. That was the reason why I spoke to this gentleman-but only after the snow had melted.
"сотрудник по регистрации воинских захоронений должен будет ухаживать за этими могилами так же, как мы ухаживали за другими могилами павших солдат." - немцы и ранее сталкивались с военными захоронениями.
Вышестоящему командованию Аренс не сообщал про могилы. Это летом 1942 Гарсдорф сам сообщил Аренсу, что до него доходили слухи о могилах. Так что Аренс сам видел могилы и крест. Ему говорили солдаты. Ему сообщал генерал. А Аренс все равно сидит и строит дурачка, не раскапывая могилы.
То, что местные жители сначала не желали говорить оккупантам о своих мыслях по расстрелу понятно, здесь и страх перед местью советских карательных органов, нежелание сообщать данные врагу и простая ненужность (их просто могли не спрашивать)
очередное выеживания прожаренного ужа на сковородке. Или точнее геббельсонка.
AHRENS: I personally heard the facts only from this couple, whereas my soldiers told me the stories current among the other inhabitants.
Солдатам, по словам Аренса, местные рассказывали истории о Катынском лесе. Что же им местные рассказывали? М?
In the course of 1942 my soldiers kept telling me that here in our woods shootings were supposed to have taken place, but at first I did not pay any attention to it. However, in the summer of 1942 this topic was referred to in an order of the army group later commanded by General Von Harsdorff. He told me that he had also heard about it.
Здесь Аренс напрямую сообщает, что его солдаты продолжали ему сообщать о расстрелах, которые якобы происходили здесь.
Вот и задается вопрос. Приходят немцы к местным и спрашивают: "чьи могилы?". А местные им отвечают "там были расстрелы". Немцы говорят: "понятно, спасибо, хорошего вам дня" и уходят.
Немцы обязаны были, узнав про факт расстрела, узнать у местных, выпытать если надо. Информацию кого расстреливали. Тогда же и узнали бы о поляках и начали бы выкапывать могилы.
Единственное что ты, геббельсовская масляная свинка, можешь в этом случае придумать. Это что местные сказали что там расстреливали предателей родины. Не уточняя польскую национальность. Хотя непонятно по какой причине местные должны бояться рассказать про убийства поляков. НКВД-шников, которых тут нет, они боятся значит. А нацистов, которые здесь - не боятся? Храбрый советский человек.
К слову о "нежелании" рассказывать немцам. Вполне спокойно рассказывали, по словам Аренса. И о расстрелах, и о поляках, и о криках. Но глупый-глупый немец, не догадался раньше спросить...
AHRENS: Yes. At the beginning of 1943 a Russian married couple were living near my regimental headquarters; they lived 800 meters away and they were beekeepers. I, too, kept bees, and I came into close contact with this married couple. When the exhumations had been completed, approximately in May 1943, I told them that, after all, they ought to know when these shootings had taken place, since they were living in close proximity to the graves. Thereupon, these people told me it had occurred in the spring of 1940, and that at the Gnesdovo station more than 200 Poles in uniform had arrived in railway trucks of 50 tons each and were then taken to the woods in lorries. They had heard lots of shots and screams, too.
Но даже тут проблема. Если бы Аренсу влили инфу, что там расстреливали хоть кого-то - Аренс должен был раскопать могилы. Так как это расстрел. Это преступление. Преступление СССР. Надо выкопать и доказать. В 1942 году. Когда его солдаты об этом узнали. И Аренс своим солдатам верил. У них тесные связи. Они друг друга хорошо знают.
AHRENS: I have not heard anything about it. With my regimental staff, with whom I lived closely together for 21 months, I had such close connections, I knew my people so well, and they also knew me, that I am perfectly convinced that this deed was not perpetrate* by my predecessor nor by any member of my former regiment. I would undoubtedly have heard rumors of it at the very least.
Так что как бы геббельсовец не крутился. А из проблемы почему Аренс знал о могилах в 1941-1942, но выкопал лишь в 1943 не выкрутится.
Во время которое советское фальсифицированное расследование обозначило как время расстрелов, стрельб не проводилось.
Нигде в своем комментарии я не делал заявление, что учебные стрельбища связаны с расстрелами. Я привел их в пример как доказательства факта того, что в лесу немцы стреляли. На регулярной основе. Тем самым отпугивая животных в окрестностях. И тем невероятнее факт появления в этом лесу волка.
"не увидим ничего бредового:"
MR. COUNSELLOR SMIRNOV: According to the material submitted to the High Tribunal by the Soviet Prosecution, it has been established that the bodies were buried at a depth of l 1/2 to 2 meters. I wonder where you met a wolf who could scratch the ground up to a depth of 2 meters.
AHRENS: I did not meet this wolf, but I saw it.
Аренс прямо уклоняется от ответа, как волк выкопал кость. Ты, геббельсонок, пытаешься выставить факты иначе.
Ты пытаешься построить картину, что Аренсу показалось что он увидел волка который скреб могилу. Пришел с экспертом, увидел царапины на могиле. Ушел, дождался пока оттает. Вернулся, выкопал могилу, достал оттуда кость и понес на медэкспертизу.
Однако это не отвечает ни на какие заданные вопросы, это придирки к необязательным нюансам.
Почему волк оказался в лесу, где патрулировали и стреляли немцы.
Почему волк пытался разрыть 2 метра замерзшей земли в которой лежат 3-х летние трупы, смертельные для него. И как он вообще их унюхал. Даже для волка такое нереалистично.
Почему Аренс решил выкопать кости из могилы. Если знал о могилах с конца 1941 начала 1942. Если ему о них сообщали солдаты. Если слухи даже до генерала доходили.
Почему Аренс понес проверять человеческая ли это кость. Какая еще кость может лежать в братском захоронении? Динозаврья?
Почему Аренс, узнав что это человеческая кость, из человеческого захоронения, о котором он давно знал - решил его выкопать?
"Не был (смотри выше), ему скорее всего просто стало интересно узнать, что эта за кость с места захоронения на территории расположения его полка."
Здесь Аренса спрашивают, почему он не раскопал раньше, хотя и знал о могилах еще с конца 1941.
Ты пытаешься оправдать Аренса словами, что он узнал о могилах лишь в начале 1943.
Аренс же с тобой не согласен. Он соглашается с тем, что знал о могилах и раньше. И заявляет, что это не в его компетенции о могилах переживать. Никому о них он сообщать не торопился. Тем более что даже Герсдорф о них знал. Да и вообще дел своих по горло, не до могил ему было.
MR. COUNSELLOR SMIRNOV: Tell me please, why you started the exhumation on these mass graves in March 1943 only, after having discovered the cross and learned about the mass graves already in 1941?
AHRENS: That was not my concern, but a matter for the army group. I have already told you that in the course of 1942 the stories became more substantial. I frequently heard about them and spoke about it to Colonel Von Gersdorff, Chief of Intelligence, Army Group Center, who intimated to me that he knew all about this matter and with that my obligation ended. I had reported what I had seen and heard. Apart from that, all this matter did not concern me and I did not concern myself with it. I had enough worries of my own.
Итак, по словам Аренса мы получаем ситуацию:
Аренс видел крест и имел предположение о наличии военного захоронения. Что оно было из-за недавных боевых действий в этом районе. Что туда свалили советских погибших солдат и воткнули крест.
THE PRESIDENT: When did you first report to superior authority the fact that you suspected that there was a grave there?
AHRENS: At first, I was not suspicious. I have already mentioned that fighting had taken place there; and at first I did not attach any importance to the stories told to me and did not give this matter any credence. I believed that it was a question of soldiers who had been killed there of war graves, like several in the vicinity.
Аренсу в течении всего 1942 года его близкие бойцы, с которыми он так тесно дружил, ТАК ТЕСНО. Что если бы Беденк расстрелял поляков, эти бойцы ему обязательно бы об этом посплетничали.
Так вот эти бойцы ему весь 1942 твердили, что по словам местных были расстрелы в лесу. Кого в лесу расстреливали - местные почему-то не сообщали.
Несмотря на сообщения про расстрелы как от своих близких бойцов, так и от самого генерала Герсдорфа, Аренс продолжал строить дурачка и считать эту могилу - военным захоронением.
Лишь в начале 1943 года, когда волк (по твоим словам не выкопавший кость, а лишь царапавший могилу) безуспешно пытался вырыть замерзшую могилу. Только тогда Аренсу пришла в голову идея раскопать могилы и посмотреть кто же там находится.
То есть до 1943 года Аренсу не было дела до раскапывания могил. У него своих забот было полно. А в 1943 внезапно время свободное появилось? Это когда Советские солдаты все ближе и ближе подступают? Самое время отложить свои дела и выкопать какую-то военную могилу, да?)
"ему скорее всего просто стало интересно узнать, что эта за кость с места захоронения на территории расположения его полка."
И что бы узнать что это за кость с места захоронения на территории расположении его батальона - он решил нахер все выкопать? Ты дурак или прикалываешься?
Пойти и спросить жителей не вариант?
Надо обязательно оторвать своих бойцов от дел, дать им лопаты в руки и сказать "копайте, я хочу узнать кого там похоронили"?
И нравится мне, что ты проигнорировал момент, когда Аренсу очень удачно повезло с первых же эксгумированных трупов найти дневник, где поляк пишет что чувствует что что-то ужасное приближается (предчувствует, что его расстреляют скоро).
Я вообще не понимаю откуда он это берёт в его посте только одна ссылка и то в контексте моего упоминания об оружии.
Абсолютно все по Аренсу я брал исключительно из протоколов Трибунала. Ты бы это знал, если бы прочитал его целиком.
MR. COUNSELLOR SMIRNOV: Were you ever interested as to why soldiers from other military units visited the villa in Kozy Gory and why special beds were prepared for them as well as drinks and food?
OBERHAUSER: I cannot imagine that there were any largescale visits of other soldiers or members of other units. I do not know anything about that.
MR. COUNSELLOR SMIRNOV: I am not speaking about a great number. I am speaking of 20 or sometimes 25 men.
OBERHAUSER: If the regimental commander summoned his company and detachment) commanders for an officers' meeting, then, of course, there would be a few dozen of such officers who normally would not be seen there.
MR. COUNSELLOR SMIRNOV: No, I am not talking about officers who belonged to the unit. I would like to ask you another somewhat different question. Would the number 537 appear on the shoulder straps of the soldiers belonging to that regiment?
Смирнов спрашивает Оберхаузера о посещении дачи НКВД другими подразделениями. На которые готовились кровать, еда и алкоголь. Здесь идет речь о начале осени. То есть сентябрь-октябрь. Когда поляков и расстреливали.
Смирнов спрашивает свидетеля, знает ли он о группах немцев, которые занимались расстрелами.
Оберхаузер, естественно, отмазывается от всего. "Не видел, не слышал, не делал, не знаю". И Смирнов пару раз попытавшись заставить его ответить на вопрос - сдался и перешел к другому. Потому что видно, что Оберхаузер будет и дальше увиливать.
