0 просмотренных постов скрыто
«Приятно удивлен уровнем соперника. Это было сложнее, чем я ожидал»
В шахматном сообществе считается хорошим тоном сдаться до того, как будет объявлен мат, если позиция безнадёжно проиграна. Это демонстрирует уважение к мастерству соперника.
Чёрные фигуры под моим руководством одержали победу🫡
Российско 🇷🇺- Французский🇲🇫 товарищеский матч по шахматам продлился чуть более 40 минут. По итогам соперники пожали друг другу руки.
Показать полностью
2
История нашего мира в художественной литературе 2. Часть 24. «Сказание о Санджане» и «Шахнаме»
Всем привет!
По какой-то загадочной для меня причине прошлые посты заимели очень маленький охват, и меня это печалит. Но я довольна, что вообще их сделала, потому что теперь могу рассказать об одном из важнейших событий середины VII века – падении империи Сасанидов (224-651), просуществовавшей больше четырехсот лет и влиявшей на государства как Евразии, так и Африки. Но даже такое знаменательное событие оказалось лишь частью цепочки других знаменательных событий, изменивших мир. И об этом я и хочу поведать в исторической части этого поста, прежде чем перейду к сегодняшнему произведению.
Читать этот раздел не обязательно, но он явно может многое прояснить.
В прошлый раз я рассказывала о том, как прошло и завершилось блистательное, но разорительное правление Хосрова II Парвиза, а потом его сверг его собственный сын Шируйе, царствовавший под именем Кавада II (тут: История нашего мира в художественной литературе 2. Часть 16. «Хосров и Ширин» и «Шахнаме»). Но царствовал Кавад II всего-ничего, несколько месяцев 628-го года, после чего на фоне тотального трындеца в стране скончался то ли от дизентерии, то ли от яда. Травить его явно было кому и за что, и стоило ему помереть, как положение в стране окончательно дестабилизировалось. Хотя формально новым шахиншахом стал во всё том же 628-м малолетний Арташир III (628-630), сын Кавада II, на деле страной тогда предположительно управлял царедворец Мах-Адхур Гушнасп. Так что неудивительно, что спустя полтора года в результате восстания юного правителя убили, причем один из его же приближенных, а власть на полтора месяца захватил некий Фаррухан Шахрвараз.
Этот полководец в своё время прославился в войне с византийцами, и именно под его командованием персы захватили Сирию, включая Дамаск, Палестину, в т.ч. Иерусалим (после чего Хосрову отослали Истинный крест) и Египет, а потом ещё осаждали Халкидон. Примечательно тут то, что потом, захватив трон, он отказался от завоеваний в Леванте и Египте в обмен на византийскую поддержку своих притязаний (хотя договоренности об этом с византийцами у него якобы были ещё до фактической узурпации, на этапе подготовки к ней). Но ему это не помогло. Потому что очень скоро дочь Хосрова от Марии – Борандохт – организовала заговор, в результате которого узурпатор оказался убит (по другой версии в её интересах заговор организовал Фаррух Хормизд).
Интересны тут две вещи – то, что по одной из версий, Шахрвараз перед тем успел на Борандохт жениться, и что после его убийства править Эраншахром стала она сама как банбишнан банбишн, т.е. царица цариц, и это был первый из двух предполагаемых случаев, когда государством Сасанидов официально правила женщина.
Есть версия, что такому своему взлёту Борандохт была обязана происхождению своей матери, потому что меньше всего в тот момент персам хотелось бесить византийцев, а те вроде как скорешались со свергнутым Шахрваразом. Борандохт пришлось отправить на переговоры несторианского католикоса Ишояба II, чтоб разрулить ситуацию, и тому это кое-как удалось. Да и вообще её правление стало, видимо, одним из последних глотков свежего воздуха для Сасанидского государства, потому что она потихоньку было начала приводить дела в порядок, в том числе восстанавливать пострадавшую ещё во времена её отца ирригационную систему.
Но долго всё это не продлилось. Во-первых, потому что её правление прерывалось (хотя точно не ясно, кто, как и почему там тогда правил, предполагают, например, что на короткий период трон перешёл к родной сестре Боран – Азармедохт, которая потом была свергнута и убита). А, во-вторых, потому что в Медине в 632-м году умер на фоне первых восстаний пророк, и примерно тогда же, вероятно, чтобы обезопасить собственные границы, арабы начали наступления на окраины Сасанидской империи, ударив по бывшим лахмидским владениям, и в итоге захватили Хиру. Произошло это в 633-м году, уже после того, как царица Борандохт после тяжелой болезни скончалась (по одной версии в 631-м, по другой (что более вероятно) – уже в 632-м году). Хотя есть версия о том, что она тоже была убита.
После её смерти на трон посадили Фаррухзад-Хосрова под именем Хосрова V, предположительно сына Хосрова Парвиза (причем имя его матери неизвестно), уцелевшего при устранении конкурентов Кавадом II. Но не понятно ни как долго он правил, ни всем ли вообще Эраншахром, потому что в те годы империя сыпалась уже на глазах без всяких арабов. Формально он был убит в 632-м году, но монеты с его именем чеканились будто бы аж до 639-го года.
Уже после него (или параллельно с ним в другой части страны) на трон взошёл печально известный Йездигерд III (ок. 632/633-651/652), внук Хосрова II и Ширин, сын их сына Шахрияра, убитого в 628-м году в результате переворота и чисток. Йездигерда на трон тоже возвели совсем юным, и от него, похоже, уже ничего не зависело. Даже коронация будто бы прошла в Истахре (ныне провинция Фарс в Иране), потому что…А вот почему – не совсем ясно. То ли из-за двоевластия, то ли…
Официально считается, что завоевание Сасанидского государства арабами происходило с 633-го по 651/654-й год, но есть также альтернативные мнения, например, от американского историка иранского происхождения Парване Пуршариати, согласно исследованию которой завоевание Месопотамии началось ещё в 628-м году, а окончательное покорение бывших территорий империи завершилось не в 650-х, а намного позже.
Как бы то ни было в 633-м арабские войска под командованием знаменитого Халида ибн аль-Валида вторглись на территории нынешнего Ирака, и примерно в марте того же года произошла Битва сцепленных – первое сражение между арабами халифата и войсками Сасанидов. Последние потерпели поражение, считается, что во многом из-за своей малой мобильности. Потом были разгромные для персов Битва на реке (битва при Аль-Мадхар), битва при аль-Валадже, битва при Уллайсе и в мае того же года завоевана Аль-Хира, некогда столица Лахмидов. После этого арабы, продвигавшиеся вверх по течению Евфрата, дошли аж до Фираза, что тогда находился на границе с Византией, и в январе 634-го завоевали и его тоже. В конце того же года арабские войска под командованием Абу Убайда столкнулись с персами под командованием Бахмана Джадуйе в Битве у моста и…похоже, впервые за долгое время потерпели поражение, а сам Абу Убайд погиб.
Халид ибн аль-Валид в это время занимался покорением Сирии и Палестины, куда вторгся ещё летом 634-го, ударив по Пальмире и другим городам и крепостям. При этом он прошёл мимо Дамаска, а с византийцами столкнулся в битве при Босре, которую в итоге захватил. Такой успех не остался без последствий, так что потом случилась решающая битва при Аджнадайне 30 июля 634-го года, а потом осада и взятие Дамаска, о чём я уже прежде довольно подробно рассказала (тут: История нашего мира в художественной литературе 2. Часть 21.1 «Сага о гибели Рима»). А дальше как по маслу – Пелла (635), Иерусалим, Баальбек, Эмеса и сражение при Ярмуке в 636-м, в котором византийцы были разгромлены по полной. Одни и те же города (вроде Дамаска и Иерусалима) приходилось брать несколько раз, но в итоге к 640-му Левант и Палестина были полностью покорены, так что театр военных действий в войне с Византией переместился в Египет и Малую Азию. А вот Сасаниды к тому моменту уже полностью потеряли свои владения в нынешнем Ираке. Потому что после поражения в Битве у моста натиск арабов не прекратился.
После того как Халид зачистил все отряды и гарнизоны на юге и западе Месопотамии, чтобы не получить удар в спину, наступило время Кадисии – главного узла в пути в Ктесифон. И в 636-м случилась решающая битва за этот город, в ходе которой арабы опять одержали победу и уже легко прорвались к Вавилону, а после, уже в 637-м, взяли и Ктесифон. Сасанидская столица тогда пребывала в панике и очень скоро почти обезлюдела, потому что напуганные жители, как мирные, так и военнослужащие, сбежали, прихватив с собой только самое необходимое.
Сдался в обмен на гарантии безопасности и «Белый дворец» Хосрова Ануширвана. Историк ат-Табари сообщал, что в числе добычи, которую тогда заполучили арабы, был и великолепный т.н. Весенний ковёр Хосрова Ануширвана, размером около 140×27 м, украшавший царский тронный зал. Он будто бы считался самым дорогим и знаменитым из всех известных, как минимум, персидских ковров. И…его это не спасло. Впечатленные такой роскошью арабы, если верить всё тому же ат-Табари, отослали этот ковёр халифу Умару, а тот приказал его разрезать на несколько частей, чтобы раздать самым отличившимся, ибо у халифа под такой ковёр тупо не имелось помещений. Корона Хосрова II Парвиза, также захваченная в Ктесифоне, была помещена в Каабе. Да и вообще арабы тогда захватили несметные богатства.
Но Йездигерд, бежавший на восток, всё ещё не сдавался, и война продолжилась. Дальше были сражение при Джалуле (637), осада Шуштара (641-642) и битва при Нехавенде (642), уже на территории нынешнего Ирана. Захвачен был Хамадан (в древности Экбатана), потом Рей. Дальше персы во главе со своим шахиншахом только и делали что отступали всё дальше и дальше на восток, а потом и на север – после Рея в Спахан, оттуда в Керман, а уже оттуда в Мерв. Там Йездигерд разослал послания своим вассалам, уверявшим его в преданности, и пытался вызвать восстания на уже захваченных территориях. История показывает, что заверениям этим верить особо не стоило – некоторые из вассалов Сасанидов добровольно переходили на сторону завоевателей. Хотя и восстания случались, например, в Парсе и Мидии. Но, чтоб переломить ход истории, этого оказалось слишком мало.
Уже в 651-м наступила и очередь Хорасана. Причем полководец, которому было поручено покорение этой области, Ахнаф ибн Кайс двинулся в итоге прямо к Мерву. Напуганный этим шахиншах бежал в Мерверруд, откуда разослал гонцов к хакану тюрков, правителям Согда и Китая с просьбой предоставить военную помощь. Разумеется, он своей помощи не дождался. Зато подкрепления дождался Ахнаф. Йездигерд переместился в Балх, который потом тоже захватили, а потом смылся аж за Амударью (Окс), где всё-таки получил подкрепление от согдийцев и тюрков, которые, видимо, тоже смекнули, что запахло жареным.
С этим войском Йездигерд попытался отбить Балх, но после того, как арабы убили нескольких родичей хакана Ашина Тунъэ, он же Ышбара-Толис-шад хан (634-659), тюрки решили «Да нафиг надо?» и свинтили, оставив шахиншаха практически без всякой защиты. Йездигерд сумел отойти обратно к Мерву, где ухитрился забрать свою казну и сокровища из тайника, после чего намеревался бежать к тюркам или вообще в империю Тан. Остававшиеся ещё с ним люди такого прикола не поняли, поэтому отобрали у него всё и отправили восвояси пинком под жопу, дескать, хочешь бежать, беги, но без нас и без бабла. Йездигерду иного и не оставалось, и он отправился в сторону Западно-Тюркского каганата в одиночку. Его бывшие подчиненные казну и прочее отдали Ахнафу и выразили ему свою покорность, приняв тем самым новое правление.
Судьба самого Йездигерда, по заверениям всех средневековых историков, сложилась печально и даже в чём-то позорно – его на берегу Мургаба (ныне это территории Туркменистана и Афганистана, по некоторым версиям, дело было недалеко от Мерва) якобы убил мельник, у которого он остановился на ночлег. Были там замешаны другие лица или нет, остается загадкой. Но факт остается фактом – в 651-м году Йездигерд III стал считаться погибшим, а Сасанидская империя прекратила своё существование, хотя очаги сопротивления ещё какое-то время сохранялись – шло покорение Кавказа, а Хорасан окончательно был завоёван только в 654-м.
Восстания продолжались ещё долго и были довольно ожесточенными, но жёстко подавлялись и ни к чему толком не приводили. Возможно, отчасти по этой причине арабы, вопреки своим тогдашним обыкновениям, взялись за довольно агрессивное насаждение ислама и борьбу с зороастризмом, разрушая храмы, сжигая священные книги и убивая мобедов. Хотя в итоге им не удалось ни уничтожить персидскую культуру и язык, ни даже искоренить зороастризм. Часть его последователей сохранилась в Иране и до наших дней, а часть сбежала на восток, в Индию, основав там общину, люди из которой позже стали известны как парсы. Именно эта история легла в основу поэмы
«Сказание о Санджане» Бахмана Кайкобада
Время действия: VII век, ок. 628-651гг. («Шахнаме») и ок. 637-776/785гг.
На самом деле данное произведение рассказывает о событиях VII-XV веков, но нас интересует только обозначенный интервал.
Место действия: Эраншахр/государство Сасанидов и затем Праведный халифат (современный Иран), королевство Валлабхи, а также королевство Чалукья и/или государство Раштракутов (современная Индия).
Интересное из истории создания:
Про «Шахнаме» я уже когда-то подробно рассказала (тут: История нашего мира в художественной литературе. Часть 74. «Шахнаме»), поэтому сегодня только о «Кисса-и Санджан» в этом разделе.
«Сказание о Санджане» («Qissa-i Sanjan» или «Kisse-i Sanjan») – это эпическая поэма, написанная зороастрийским жрецом-парсом Бахманом Кайкобадом в 1599-м году на персидском языке. И это единственный, как минимум, художественный текст, повествующей о переселении будущих парсов в Индию и о раннем периоде их пребывания там.
В общине парсов эта история считается достоверным описанием жизни их предков, хотя по факту она местами могла быть не очень точной, а местами даже легендарной. И точная дата самого переселения тоже точно не определена. Встречаются варианты – 716, 785, 936 годы, я видела также 698, а если опираться на сам текст «Кисса-и Санджан», то получается, что герои этого повествования жили сначала в Хорасане (если точнее, то в Кухистане), потом переселились в Хормуз (но это не тот остров Хормуз, что близ Бандар-Аббаса, а какой-то город на материке, по одной версии близ Бушира, по другой, версии переводчика, примерно в 48км к востоку от места расположения Бандар-Аббаса или Гомбруна, примерно в районе нынешнего Минаба, и эта версия мне кажется правдоподобнее), а уже отплыли в Индию, т.е. по хронологии самой поэмы либо в 757-м (если за отправной год мы берем 642-й, год битвы при Нехавенде), либо в 766-м (если отправной точкой мы считаем 651-й). Либо это мог быть 752-й, если считать от падения Ктесифона. Предполагают также, что сама идея переселиться именно на о. Диу (Див) и в район нынешнего Санджана пришла в голову персам-зороастрийцам, потому что там уже жили их соотечественники, и происходил обмен новостями.
Первый перевод для европейских читателей был сделан на французский язык А. Анкетиль-Дюперроном в 1771-м году. Однако широкое внимание к поэме, особенно среди парсийско-зороастрийского духовенства, появилось только в начале XX века. Я, например, читала англоязычную версию, переводом которой, по всей видимости, ещё в 1920-м году занимался Шахпуршах Хормасджи Ходивала (1867-1944), индийский учёный-парс и специалист по средневековой индийской нумизматике и истории. Электронная версия была подготовлена в 2000-м году Джозефом Х. Петерсоном.
О чём:
После создания Заратуштрой его учения Эраншахр процветал многие века. Но в правление шахиншаха Яздигерда (Йездигерда) этому процветанию пришёл конец – страну захватили арабы-иноверцы, а последователи «истинной веры» вынуждены были скрываться от их притеснений сначала в отдаленных частях Ирана, а потом, когда давление мусульман стало слишком сильным, дастуры приняли решение о переселении в земли индийских владык, отличавшихся своей веротерпимостью. И сначала переселились на остров Див (Диу), а позже отправились в земли раджи Джади Раны. По пути они попали в сильный шторм, и наверняка бы пошли ко дну, если б не их усиленные молитвы Ахура Мазде, и не его заступничество. Но что ждало их на самих индийских землях?..
«Шахнаме», в свою очередь, рассказывала о правлении последних сасанидских правителей после того, как Шируйе сверг Хосрова II, и вплоть до гибели сначала Йездигерда, а после – его убийц, получивших заслуженную кару.
Отрывки:
Из «Шахнаме»:
О Каваде II
«…Как, сердцем ликуя, на славный престол
Царь, имя Шируя носивший, взошел,
Иранские витязи, на торжество
Собравшись, на царство венчали его.
Услышал воителей возгласы царь:
«Достойный и доблестный наш государь!
Как в дар тебе дал Вседержитель благой
Трон кости слоновой с короной златой,
В наследье державу твой сын да возьмет,
С ним весь твой блистательный царственный род!..».
О Борандохт:
«…Девица сыскалась, чье имя Пуран,
Коль женщина царствует, делу изъян!..
В роду Сасанидов оставшись одна,
Книг царских немало читала она.
На древний престол возвели ее, знать
Алмазами стала ее осыпать.
«Того не хочу,— возгласила Пуран,—
Чтоб брошенный, впал в запустенье Иран.
Я всем беднякам помогу из казны,
Нуждой да не будут отягощены,
Печальных в моем да не будет краю,
Ведь это беду навлекло бы мою.
Врагов от державы моей удалю,
Властителей древний устав обновлю».
Разыскивать стала Пируза, и весть
Доставил ей некто, в чью верила честь.
Услышала то донесенье, и вот,
Призвавши, надежных воителей шлет…»
Об Азармедохт:
«…Азарм было имя девице другой,
Кому вручено было царство судьбой.
Пришла и воссела на троне кеян,
Был мир сей непрочный во власть ее дан.
Так речь начинала: «Благие мужи,
Стяжавшие опыт и мудрость вожди!
По правде и вере дела поведем,
От смерти ведь все под конец не уйдем.
Кто будет мне верен, обилье щедрот
Заслужит, пестунью во мне обретет.
А кто на стезю вероломства свернуть
Решится, презрев добродетели путь,
Того обезглавят и вздернет аркан,
Румиец он будь, иль тази, иль дихкан».
На троне четыре лишь месяца ей
Пробыть довелось до кончины своей.
И снова престол пребывал без царя,
Противников радостью злой одаря.
Сколь рок неустанен в деяниях сих!
И впрямь ненавидит питомцев своих?..»
Об Йездигерде III
«…Он умер, и стал властелином Йездгерд.
В Сипандармоз * месяце было, в день Эрд.
Так доблестный, красноречивый сказал,
Кто видеть превратности жизни устал:
О если бы матерью не был рожден,
Не впал бы под власть круговратных времен!..»
«…Омар против шаха — день этот настал —
Саада Ваккаса с бойцами послал.
Услышав об этом, Йездгерд-властелин
Созвал отовсюду немало дружин,
И сыну Хормозда с тем войском в поход
Собраться веление царь отдает…»
«…Узнала Магуя презренного рать,
Что рухнул являвший державную стать,
О царстве и брани забыв, опочил,
И каждый на лик его глянуть спешил.
Лежит, одеяний лишившись своих,
«Венца, ожерелья и кафшей златых,
Владыка Ирана в крови на земле,
И смертная бледность на царском челе.
Отходят, разгневаны, удручены,
Уста их проклятий немолчных полны:
«Таков будь Магуя удел самого!
Во прахе, в крови да увидим его!»…».
«… Велит обезглавить Магуя затем,
С мужами воссел он, пируя, затем.
Проходит глашатай по стану всему,
И в каждом шатре внемлют слову сему:
«Подвластные, вы, что готовы царя
Повергнуть, усилья потратите зря!
На шаха восставшим, Магую под стать,
Венца и престола вовек не видать!»
Магуй трех сынов среди войска имел,
Все молоды, каждый уделом владел.
Огромное велено пламя потом
Раздуть и сынов туда бросить с отцом.
Мужей не осталось от рода сего,
А кто и остался, все гнали того.
Сей род именитые всюду клянут,
Их думы о шахе, о мщении жгут.
Проклятье убийце! — тому не бывать,
Чтоб гнев заслужившего не проклинать...
Носителя веры — Омара пора
Настала, не трона — минбара пора».
Другая версия перевода:
«……И век настал великого Омара
И стих Корана зазвучал с минбара».
Из «Сказания о Санджане»:
«…Когда власть покинула Яздагара, пришли неверующие и захватили его трон. С того времени Иран был разрушен. Горе земле веры, которая была опустошена. В те дни все рассеялись, все (буквально все), чьи сердца были привязаны к Занду и Пазанду. Когда все миряне и дастуры внезапно скрылись ради веры, они покинули свои дома, жилища, сады, дворцы и залы и оставили все ради своей религии. В Кохистане они прожили сто лет. Когда они оказались в таком бедственном положении, один добродетельный мудрец однажды серьезно задумался об их положении и сказал своим сподвижникам: «Нам будет трудно оставаться здесь [долго] из-за страха перед неверующими». Итак, Дастуры и несравненные миряне отправились в город Хормуз.
Проведя в этом крае пятнадцать лет, каждый из них претерпел много бед от злодеев. Мудрец Дастур, который был с ними там, был могущественным астрологом. Он заглянул в свои древние таблицы и сказал: «Период, в течение которого нам было позволено есть и пить в этой земле, подошел к концу. Будет хорошо, если мы покинем эту страну. Мы должны немедленно покинуть этот край, иначе мы все попадем в ловушку, и благоразумие тогда окажется бесполезным, а наше дело будет сорвано. Поэтому нам лучше бежать от этих демонов и злодеев в Индию и убежать в Индию, опасаясь за свою жизнь и религию». Затем был приготовлен корабль для плавания. Мгновенно они подняли паруса, посадили женщин и детей в судно и усердно гребли к Хинд.
Когда корабль показался на горизонте, якорь упал в Диве. Там они сошли на берег, заняли свое жилище, и их ноги крепко прилипли к земле этого места. Люди Доброй Веры остались там в течение девятнадцати лет, по истечении которых Звездочёт снова [попытался] предсказать будущее. Престарелый Дастур, заглянув в свои таблицы, сказал: «О мои просветлённые друзья, отсюда же нам следует отправиться в другое место, которое станет нашим вторым домом». Все они были рады его словам и быстро отплыли в сторону Гуджарата.
Когда судно уже прошло некоторое расстояние по морю, приблизилась губительная буря. Все дастуры Веры пришли в смятение, и головы их закружились, словно в водовороте. Они склонили лица перед Божественным Присутствием, поднялись и громко воззвали, говоря: «О Мудрый, приди нам на помощь в этом деле и хоть однажды избавь нас от этой беды. И Ты, всепобеждающий Вархаран, будь нам другом и выведи нас победителями из этой напасти. Если с нами будет Твоя милость, мы не станем страшиться бури и не дадим страху места в наших сердцах. Услышь же жалобы беспомощных и укажи путь нам, заблудившимся в этой водной пустыне. Если мы спасёмся от этой ужасной бури, если бедствие не настигнет нас и если мы достигнем царства Индии с весёлыми и радостными сердцами, мы возожжём великий огонь Вархарану. Избавь же нас от этой теснины и сохрани нас целыми. Мы смиренно принимаем всё, что приходит от Господа, ибо, кроме Него, у нас нет иного друга».
По благословению Огня славного Вархарана все они счастливо преодолели это бедствие; их мольбы были тотчас услышаны, и Господь пришёл на помощь. Начал дуть благоприятный ветер, засиял небесный свет, и встречный ветер стих. Когда кормчий, произнося святое имя Бога, решительно направил корабль, а все дастуры и миряне также совершили кусти, судно тотчас устремилось в море. Тогда Провидение распорядилось так, что все эти люди прибыли к Санджану.
В той области был добродетельный раджа, открывший своё сердце святости. Имя его было Джади Рана; он был щедр, проницателен и мудр. Один дастур, славившийся учёностью и благоразумием, пришёл к нему с дарами, призвал на него благословение и сказал: «О раджа раджей, дай нам место в этом городе: мы чужеземцы, ищущие защиты, прибывшие в твой город и место твоего пребывания. Мы пришли сюда только ради нашей религии, ибо слышали, что в этом месте есть раджа, происходящий от благодетельных Шиллахаров, прославленный по всему Хиндустану, который даёт людям убежище в своём городе и царстве и смотрит на них оком сострадания. Эти вести ободрили нас, и мы пришли к тебе под благоприятными знамениями. Теперь мы достигли твоего города в надежде спастись от нечестивцев»...»
Что я обо всём этом думаю, и почему стоит прочитать:
«Кисса-и Санджан», мягко говоря, не самое известное произведение, и интересует, прежде всего, самих парсов и вообще зороастрийев, и ученых. Но я не могу сказать, что интерес там возможен только академический. Лично мне было читать это и сложновато, и интересно, потому что это действительно вещь совершенно уникальная, причем в каком-то смысле проблемы там затронутые актуальны и для нашего времени, потому что много внимания уделено тому, как парсы вливались в индийское общество, чем им при этом пришлось поступиться, и как спустя время они защищали землю, которая стала для них тоже родной. И без героизма и драматизма тут, конечно же, не обошлось. Местами это и вправду выглядело эпично, не хуже, чем в той же «Шахнаме».
Отдельное тут спасибо, конечно, господину Ш. Х. Ходивале за оставленные им комментарии и пояснения, они мне очень помогли. И ещё приходится отметить, что стихотворная форма была потеряна (английский текст дан в виде прозы), что печально с художественной точки зрения, но чтение, наверное, всё-таки облегчало. В общем, я рекомендую с этим небольшим произведением ознакомиться, и ради его уникальности, и просто ради общего развития.
И ещё важное сообщение. Кончились Сасаниды, а вместе с ними и я. Здоровье за последний год после долгого ухудшения сдало настолько, что гарантированных часов работоспособности ежедневно набирается часа 3-4. Бывают хорошие дни, когда больше, но чаще – нет. В такой ситуации хочешь-не хочешь приходится перераспределять ресурсы и выставлять приоритеты. Мне очень нравилось вести эту подборку, читать и разбираться, общаться со своими читателями. Всем вам, кто читал, лайкал, кидал донаты, комментировал и вовлекался в диалоги со мной, что-то подсказывал, огромное спасибо. Мне было приятно с вами, и я узнала много нового.
Однако в целом я вынуждена признать, что в данную свою серию я уже довольно давно вкладываю больше, чем потом получаю отдачи. Поэтому я решила сосредоточиться на других своих проектах, пока ещё у меня есть силы на них. Подборку не закрываю, но честно говорю – дальше всё совершенно непредсказуемо. Я не знаю, будут ли новые посты, но, если будут (а мне бы хотелось всё же, чтоб были), то вряд ли скоро, и они будут выходить редко, может, раз в месяц, может, в два. Тем более что я дальше планировала разбирать «Путешествие на Запад», а это совсем не быстро) В общем, мне хочется продолжать, но я понимаю, что не потяну это так, как прежде. И я посчитала честным об этом предупредить. Вот так.
В любом случае прикладываю полный список прошлых постов:
Показать полностью
6
Чатик
Ну что ребята давайте попиздим что ли, пятница все таки распологает, давайте жгите, что будет с Родиной и с нами?
Как библиотекарша из Советского Союза стала наложницей иранского миллионера...
Молодой девушке Клаве собственная жизнь казалась скучной и бедной. Она мечтала о переменах – и они произошли: познакомившись с красивым богатым иностранцем, она уже через несколько часов согласилась уехать с ним за границу.
Скромная библиотекарша из Нижнего Новгорода и не подозревала о том, что впереди ее ждет множество испытаний, и что жизнь ее вовсе не будет похожей на красивую сказку. Расскажем, через какие приключения пришлось пройти Клавдии, и как ей удалось вернуться на Родину.
Знакомство в ресторане
Клава Рыбина была обычной советской девушкой: жила в Нижнем Новгороде, работала в библиотеке, снимала комнату вместе с подругой… Денег было в обрез, а так хотелось красиво одеваться, вкусно есть, позволить себе чуть больше, чем самое необходимое. У девушек были приятели, иногда всей компанией они ходили погулять. Однажды ребята пригласили подруг в ресторан. Клава и Нина, конечно, с радостью согласились.
Вскоре в нарядном зале ресторана появились новые посетители. На одного из них – черноглазого статного брюнета – Клава сразу обратила внимание. И незнакомец то и дело поглядывал на пышноволосую красивую девушку. Когда заиграла медленная музыка, он подошел к их столику и галантно пригласил Клавдию на танец. Они познакомились и разговорились.
Оказалось, молодого мужчину с восточной внешностью зовут Миружан, он прибыл в СССР из Ирана по торговым делам. Новый знакомый сразу вызвал какое-то необъяснимое доверие у Клавы. Девушка рассказала ему о своей жизни, о том, что уже успела побывать замужем, но не сошлась характером ни с мужем, ни с его мамой, поэтому развелась.
Предложение миллионера
Клавдия Рыбина с сестрой Лидией
Миружан пошел ее провожать домой, а по дороге сделал необычное предложение – сказал, что завтра уезжает домой и хочет забрать ее с собой в качестве своей жены. Клава потеряла дар речи от неожиданности. Что делать? Гордо отказаться – и вернуться в свою тесную комнатушку, продолжать считать копейки до зарплаты и знать, что другой жизни не будет? Или согласиться – и окунуться в сверкающую восточную сказку, о которой она читала в «Тысяче и одной ночи»?
Путешествие на корабле
Клавдию ожидала жизнь в гареме, среди других жён и наложниц
Иностранец дал понять, что завтра вечером будет ждать Клавдию на причале. И она пришла. Путешествие на корабле было по-настоящему роскошным. Миружан окружил Клаву вниманием и заботой. Ей подавали вкусные блюда, каюта была заполнена живыми цветами и интересными книгами – иранец знал, что девушка любит читать. Миружан преподнес ей несколько драгоценных украшений, о которых скромная библиотекарша прежде и мечтать не могла.
Лишь перед самым прибытием в Иран Клава узнала правду. Миружан предупредил: она будет не единственной его женой – у него целый гарем наложниц. Но пообещал сделать ее любимой женой при условии, что она будет вести себя покорно и не станет затевать интриги.
Жизнь в гареме
Сердце Клавдии упало. Но девушка сумела за считанные секунды взять себя в руки и, кротко улыбнувшись, согласиться на все условия. А что ей оставалось делать? Вокруг была безбрежная водная гладь, родные берега остались далеко позади… Клава решила: пока надо на всё соглашаться, а там будет видно.
На новом месте жительства девушку, прежде всего, познакомили с Лейлой-ханум – матерью Миружана, повелевавшей гаремом. Новая наложница сына понравилась женщине: Клава вела себя скромно и почтительно, но в то же время с достоинством.
Кадр из фильма «Дорога в Марокко»
И Миружан был доволен русской красавицей – никаких капризов, только послушание. Он сдержал своё слово – выделил Клаве шикарные апартаменты в центральной части дома, где к ее услугам был бассейн, множество книг, нарядов, к тому же собственная служанка спешила выполнить любое требование.
Подготовка побега
Но покорность Клавдии была напускной. Девушка использовала каждую свободную минутку, чтобы продумать план побега. Она изучила все закоулки дворца, подружилась со злобным псом, охранявшим территорию, — каждый день носила ему мясо, гладила и разговаривала.
Миружан мечтал о ребенке от Клавы. А для нее беременность была самым страшным вариантом развития событий – ведь она помешала бы ей осуществить задуманное, и неизвестно, как потом сложилась бы ее жизнь. Поэтому Клава, как могла, предохранялась, вспомнив бабушкины советы и используя лимонный сок.
Девушке было очень страшно: вдруг Миружан раскроет ее замысел? По слухам, прежнюю свою любимую жену, талантливую танцовщицу, он жестоко наказал за попытку бежать: сломал несчастной ноги, после чего она исчезла, и никто не знал, что с ней стало.
Но Клава отважно шла по намеченному пути. В один из праздников, когда охранники выпили лишнего и ослабили бдительность, Клава сбежала через потайную дверцу, миновав завилявшего хвостом пса и погладив его на прощание.
В советском посольстве
Ашот Джаарбеков на территории советского посольства
Куда идти – в незнакомом городе, в чужой стране, без денег и документов? Клава для начала отправилась в отель, где жили иностранцы. Она обратилась к семейной паре, говорящей по-английски, объяснила им ситуацию и попросила помощи. Англичане поселили девушку в своем номере, а потом помогли добраться до советского посольства.
Там Клавдия полгода работала помощницей в госпитале – ее не могли сразу отправить на родину, чтобы не спровоцировать международный скандал. Но главное – Клава была среди своих, на советской территории, в безопасности.
Семья и дети
Там же, в госпитале, она познакомилась с мужчиной по имени Ашот Джаарбеков – он привозил продукты для больных. Между ними возникли нежные чувства, и вскоре молодые люди поженились. Как только появилась такая возможность, Ашот и Клава вернулись в СССР. У них родились двое детей. Казалось, впереди у семьи – долгая счастливая жизнь. Но началась Великая Отечественная война. Ашот ушел на фронт и там погиб.
А Клавдия Рыбина, погоревав о муже, через несколько лет решилась еще раз выйти замуж. У нее родился третий ребенок, и жизнь сложилась, в целом, вполне счастливо. Бывшая наложница иранского богача дожила до старости. Клавдии не стало в 1991 году.
Интересно, что после ее побега Миружан изменился – он написал письмо Клавдии, в котором желал ей счастья и уверял, что не станет ее преследовать. Кроме того, стало известно, что он вернул в свой гарем избитую им когда-то танцовщицу и сделал ее любимой женой.
Показать полностью
5
Почему не он?
«Я не пойду на компромисс»
"Шах" из Лос-Анджелеса
Для ЛЛ: Так называемый "шах Ирана в изгнании" (проживающий в Лос-Анджелисе), потомок "незаконно свергнутой" иранской династии Пехлеви ("Прости нас, Государь!") - на самом деле внук бывшего полуграмотного капрала, в 1921-м году, захватившего власть путём военного переворота; и сын печально известного шахиншаха, совершивший переворот при прямой поддержке ЦРУ (операция "Аякс"), а затем повторно свергнутого в ходе "Исламской революции"; сам же "шахзаде" покинул Иран в четырёхлетнем возрасте, и с тех пор живет на украденные у народа Ирана ценности, которые его отец вывез самолётами перед своим свержением.
ТАСС: В Иране готовят иск к США за отказ вернуть вывезенные при шахе ценности.
Уильям Шоукросс, Последняя поездка шаха. William Shawcross. The Shah's Last Ride. ISBN-10 067168745X.
Народная партия Ирана, преемница Компартии Ирана: "Смена режима мулл ни в коем случае не должна привести к приходу проамериканского режима, что приведёт к неисчислимым бедам и страданиям народов Ближнего Востока."
О военной агрессии против Ирана. Фонд рабочей академии, постановление ЦК РПР.
Видео с канала Джорджа Гэллоуэя, лидера Рабочей партии Великобритании (не путать с Лейбористской).
Показать полностью
Иран мог быть демократической и богатой страной?
В 1951 году Иран совершил смелый шаг, за который сразу же поплатился.
Его народно избранный премьер-министр Мухаммад Мосаддык заявил: «Хватит!». Хватит, что иностранные компании наживаются на иранских ресурсах. Хватит, что британские бизнесмены обогащаются за счёт иранской нефти, в то время как иранцы остаются в бедности. Мосаддык национализировал нефтяную отрасль, вернув её под контроль государства.
Это вызвало огромное недовольство Запада. Ведь их почти халявную бензоколнку "захватили".
Реакция «борцов за демократию» - США и Великобритании была ясной.
Они организовали его свержение.
Переворот в Иране (1953)
В 1953 году Центральное разведывательное управление (ЦРУ) США и британская Секретная разведывательная служба (МИ-6) начали операцию «Аякс». Это была первая в истории попытка США организовать смену режима в мирное время.
План операции включал следующие шаги:
1. Подкуп иранских политиков, религиозных лидеров и представителей преступного мира.
2. Организация фиктивных протестов и беспорядков.
3. Распространение ложной информации в СМИ, где Мосаддыка называли коммунистом.
4. Подкуп семьи шаха для его поддержки.
5. Свержение Мосаддыка и восстановление власти Мохаммеда Резы Пехлеви, которого США считали своим союзником на Ближнем Востоке.
Этот план оказался успешным. В августе 1953 года иранские военные, действуя при поддержке ЦРУ, арестовали Мосаддыка. Его обвинили в государственной измене, приговорили к пожизненному домашнему аресту и запретили заниматься политической деятельностью. Его сторонников подвергли репрессиям: некоторых арестовали, других выслали из страны, а третьих убили.
Когда Мосаддык был устранён, шах вернулся из изгнания, поцеловал перстень ЦРУ и захватил полную власть.
Его режим стал одним из самых репрессивных в мире. И США его полностью поддерживали. (а сейчас президента Венесуэлы за то же самое похищают... те же США, двуличие, не иначе)
Шах создал секретную полицию САВАК, обученную ЦРУ и израильским «Моссад». Это были не просто полицейские. Они пытали людей электрическими кабелями, изнасилованиями, избиениями и кислотой. Они похищали журналистов и казнили несогласных.
Прошли годы, жизнь иранцев становилась хуже, цензура была повсюду, экономическое неравенство стремительно росло, религиозные лидеры, интеллектуалы, рабочие - все, кто сопротивлялся - подвергались жестоким репрессиям, коррупция процветала.
Цепь событии привели к 1977 году.
Осенью 1977 года начались массовые демонстрации против коррумпированного режима шаха и прозападной ориентации Ирана. Протестующие призывали к восстановлению исламского правления и демократии. Духовный лидер оппозиции — аятолла Рухолла Хомейни, находившийся в изгнании, активно выступал против шаха, публикуя критические обращения и записывая аудиозаписи призывов к сопротивлению.
В сентябре 1978 года случилась трагедия Чёрного Пятницы, когда войска открыли огонь по демонстрантам, убив сотни людей. Это вызвало волну негодования и новый всплеск массовых акций протеста.
Под давлением внутренней нестабильности и международного сообщества шах покинул страну 16 января 1979 года. Это стало сигналом победы оппозиционных сил и подготовило почву для возвращения Хомейни.
1 февраля 1979 года аятолла Хомейни вернулся в Иран после долгого изгнания. Встречи с народом превратились в массовое торжественное шествие, символизирующее победу революции.
Через референдум, проведённый в апреле 1979 года, была провозглашена Исламская Республика Иран. Новая конституция закрепила верховенство шиитского права и религиозную основу власти. Начался период радикальных изменений в социальной, культурной и правовой сферах.
Так создавался нынешний Иран.
Короче, могла быть демократия в Иране, могли жить как Европа в экономическом плане, в свое время Ливан тоже так мог, Ливан был в свое время как Швейцария, и у Ирана могло быть огромное будущее.
Но щупальца запада и Америки не хотели расставаться с иранской нефтью. И устранили всех демократов, установив в Иране свою марионетку.
Сейчас литр бензина в Иране стоит около 4 рублей. Ну, до протестов так было, сейчас не знаю. Но нет смысла в бензине, если граждане не могут купить машину.
Это как я понял, из прочитанных и просмотренных источников в интернете, я постарался это все доступно поведать.
Если я ошибся в фактах, исправьте аргументированно в комментариях.
Показать полностью