Ей приснился кошмар прошлой ночью
Первая часть видео вроде натуральная, 2 часть вроде ии.
Сьемки видящей сон собаки и сам ролик сделан в сша об их стране.
Первая часть видео вроде натуральная, 2 часть вроде ии.
Сьемки видящей сон собаки и сам ролик сделан в сша об их стране.
Сбежал сержант Стадник. Сержанты обычно не сбегают, а тут на тебе-целый сержант сбежал. Не в самоволку, а совсем. Ударился в бега.
Стадник был статен и красив какой-то плакатной красотой. Совсем как на армейских картинках со строевыми приёмами вокруг плаца. Не сержант-орёл. Партию сержантов прислали из учебки, ротный ходил в штаб на делёжку. Рассказывал, что бился за него с Шишлом (командиром второй роты капитаном Шишлаковаым) на смерть, и даже обещал Шишлу проставиться и пару раз прийти на подьем в его роту вместо него. Не знаю, что сыграло свою роль, то ли возможность хоть парочку раз не тащиться на подьем в батальон к 5-30, то ли обещанная выпивка, но Стадник достался нам, первой строительно-технической роте.
В стройбатах не бывает дедовщины. Мордобой конечно есть, а вот дедовщины не бывает в принципе. Загадка? Не-а. Все просто. Дедовщиной называется, когда деды угнетают салаг, то бишь те кто служит дольше бьет морды тем, кто служит меньше. А в стройбате нету дольше-меньше. На дембель увольняют оптом, весь батальон сразу. Потому что нет нужды в передаче воинских знаний и умений от старослужащих к молодняку. Чего передавать то? Лопаты? Так что в стройбате мордасы бьют не по годам, а бессистемно. С такой же частотою, как и в нормальных войсках, но дедовства нет.
Но так как молодёжь всеж таки нужно учить хотя бы шагистике, то с новым призывом присылают партию сержантов из учебки. Вот и нам прислали Стадника, язви его в кочерыжку...
Сначала все шло просто замечательно. Ротный говорил -"уволится Стадник старшиной, вот посмотришь". Стадник знал наизусть обязанности дневального, умел мотать портянки и подшивать подворотнички, исправно и старательно топал сапожищами по плацу, гоняя не говорящих по русски каракалпаков и обучая их немелодично распевать ротную песню.
Да, ту самую:
-Росси-Я! Лю-бимиямая моЯ!
-РодныЕ! Березки тополя.
-Как хороша ты для со-олда-атА!
-Родна-а-а-я русская землЯ!
В Тюмени был цирк. Вернее место от цирка, а самого цирка не было. Место представляло собою арену со вкопанными по кругу деревянными лавками и кирпичную постройку, примыкающую к арене. Ранней весной на это место приезжал цирк. А наша рота исторически перед приездом цирка убирала с арены смесь снега с водочными бутылками и прочим мусором, натасканным местными алкашами. А два взвода направлялись на вокзал на разгрузку цирка.
У цирка, как оказалось, было очень много имущества. Имущество состояло из слона, верблюда, какого-то линялого тигра, лошадей, кучи пуделей, макак, змей и огроменного количества ящиков.
Процесс выгрузки наш НШ называл раскачкой яиц у слона. Так на разводе и говорил ротному:
-"товарищ старший лейтенант! Сегодня отправьте взвод слону яйца качать!"
Но са-а-амой ответственной работой считалось латание шатра-шапито, прохудившегося за год. Шапито вытаскивали из кирпичной пристройки, разворачивали и пришивали брезентовые заплатки на дырки. Руководил процессом директор цирка лично. Не того цирка, который приехал, а того, который был местом от цирка. И когда он звонил в штаб просить солдатиков, то говорил-"Вы обязательно Стадника пришлите. У него заплатки хорошо получаются".
И вот однажды взвод вернулся в часть без Стадника. Личный состав ничего по поводу пропажи сержанта сказать не мог-все дружно рассказывали, что он был, латал шапито, а потом исчез. А потом пришёл автобус, они сели и приехали. Без него.
Сначала мы подумали, что он там может с какой нить циркачкой закрутил и опоздал на автобус, но к вечерней поверке Стадник не пришёл..
Ротный тяжело вздохнул, и пошёл докладать о ЧП в штаб комбату.
Ну и пошло-поехало:
- " Товарищ старший лейтенант! Вы что на меня уставились как хохол на сало?? Где сержант, я Вас спрашиваю? О какой воинской дисциплине Вы мне тут докладываете, когда у Вас сержанты пропадают? Может его там у Вас слоны сожрали как Маугли? Роту перевести на казарму! Я Вас научу слонам яйца качать!"..
Ну и так далее...
Перевод роты "на казарму", то есть на казарменное положение означало нижеследующее: офицерам запрещалось покидать территорию части иначе как в патрулирование, рота не отправлялась на работы, а занималась либо строевой, либо прочёсыванием вокзала, аэропорта, окрестных дач, подвалов и котельных.
По ночам по несколько раз объявлялась учебная тревога с перекличкой. Офицер-военный дознаватель отправлялся в командировку на родину беглеца для выяснения не домой ли он убег..
Это продолжалось до того времени, пока беглец так или иначе не находился. Вообще то по уставу комбат не имел таких правов-объявлять казарменное положение. Командир бригады только мог, или комендант города.. Но с комбатом не поспоришь..
Итак, я в патруле. От недосыпа и перекура в глазах песок, во рту кошачьи какашки. Со мною два бойца. Рядовой Маргания, и ефрейтор Кантария. Кантария безбожно врал в роте, что это его дедушка флаг на рейхстаг вешал, но ему никто не верил. Говорили, что если б это был его дедушка, что он, Кантария-младший забыл в стройбате?
Патрулируем посёлок, в котором базируется батальон, под названием ММС. В посёлке всего три улицы с редкими названиями: Ленина, Мира и Комсомольская.
Бредём по улице Ленина, которая как следует из названия-главная. На ней баня, поссовет, пожизненно закрытые пункт проката и отделение милиции, и продмаг (он же хозмаг).
Вокруг продмага-хозмага небольшая толпа, доносятся истерические женские выкрики-явно происходит что то выдающееся за рамки поселковой жизни. Подходим и застаём следующую картину-у продмага-хозмага разбита витрина, внутри витрины картинно, за столом с контрольными весами восседает мужик, на столе изобилие-конфеты, хлеб, банка кабачковой икры и прочая снедь, явно взятая с прилавков.
Мужик как-то нарочито-показушно наливает себе водки в гранёный стакан, выпивает, изящно оттопырив грязный мизинец , обмакивает кусок хлеба в банку с кабачковой икрой, и, жмурясь как кот на сметану, заедает. Перед разбитой витриной мечется Валька, продавщица. Это она вскрикивает что то несуразное, заламывает руки и призывает зрителей вмешаться и сделать что-нибудь. Зрители как то неуверенно ухмыляются, но "делать что-нибудь" не спешат.
Тут Валька заметила меня.
-Лейтенантик, миленький"-голосит, "сделай что-нибудь! Этот гад мне весь магазин разгромил! Фролов, зараза, как назло в город уехал, нету никого.. (Фролов-местный участковый из вечно закрытого отделения милиции) Я уже в милицию позвонила, да когда они, бездельники, приедут еще.."
Делать нечего. Я ж воин, при портупее и погонах, а тут такое бесчинство.
Вхожу в продмаг через витрину. Мужик-ноль эмоций, продолжает пировать.
-Мужик-говорю, - ты че это тут? Щас говорю менты приедут, посодют тебя. Ну -ка вали быстренько домой пока не поздно..
Мужик как то весело и озорно зыркнул на меня, заметался как-то по магазину, неожиданно подскочил к прилавку и двумя руками сверху всем телом ударил по стеклу. Стекло разбилось, но не выпало. Мужик попытался схватить пикообразный осколок, но только порезался. Хлестанула кровь. Он метнулся к стеллажам с хлебом и сорвал длинную двузубую вилку, которая была привязана на бечёвке к стеллажу и служила для щупанья хлеба на предмет свежести.
С вилкой в правой руке он бросился на меня, явно рассчитывая всадить мне ее в район печени.. Это произошло очень быстро, я инстинктивно отпрыгнул в сторону, чудом избежав удара под ребра. Мужик с разбегу пролетел мимо, запнулся и тяжело рухнул головой в батарею отопления и затих.
Я подошёл к нему-мужик дышал, но не шевелился. Вяжите его-приказал я Маргании с Кантарией. Маргания вытащил брючный брезентовый ремень, завернул мужику руки за спину, и, стараясь не измазаться кровью, связал ему руки за спиной.
Магазин представлял собою кошмарное зрелище-битое стекло в кровищи, перевёрнутый стол с весами..
Мы подняли мужика на ноги, и выволокли его сквозь витрину на улицу.. Кучка зрителей, задаром посмотревшая эту битву титанов, обступила нас с советами:-"Крепче его держи, командир, щас уже менты приедут"
-Да пошли вы все!-вызверился я. Какого хрена вы тут стояли и пялились на него, пока он тут разыгрывал из себя Терминатора? Ну и вязали б сами!"
С этими словами я вручил конец брючного ремня от мужика ближайшему советчику.
Где-то в далеке заныла ментовская сирена, и мы поспешили скрыться во дворах, чтобы не связываться. Нейтралитет у военных с ментами. Не трогают они друг-дружку, и в дела друг-дружки не лезут.
Часа через два в батальон заявился участковый Фролов с целью получения с меня каких то ответов для протокола, Валька ему про нас рассказала. Поведал, что мужик этот вроде как с зоны откинулся, вернулся, а жена с другим. Вот и понесло его в продмаг. Типа штоб опять посадили мол. Фролов был вежливо послан, и я завалился поспать в каптерке хотя бы пару часиков. Во сне мне снилось, что эта жертва аборта Стадник нашёлся....
Стадник нашёлся.. Стадник нашёлся.. Меня трясут за плечо. За окном темно-уже ночь. Свинарь Паримскас трясет меня и почему то шепотом повторяет:
-Стадник нашёлся, товарищ старший лейтенант..на свинарнике он хлебные палки жрет..
В батальоне был свой свинарник, подсобное хозяйство. Комбат давал солдат работать на хлебозавод, хлебозавод рассчитывался своим браком-пригоревшим хлебом, некондиционными хлебо-булочными изделиями. Чтобы свиней батальонных кормить. Дня три назад у свинарника свалили целый камаз подгоревших хлебных палочек, или как они там называются. Их то и пришёл жрать ночью оголодавший Стадник.
Бегу на свинарник, стараясь не топать тяжеленными яловыми сапогами. Выскакиваю из-за угла. Вот он - Стадник, у палочной кучи. Увидел меня, вскочил на ноги. Грязный весь, бушлат прожженый.
Оскалился как-то и говорит:
-Не подходи, убью!
Глаза дикие. Смотрю-а в руке у него коловорот. Это такая штуковина, при помощи которой в бревнах врукопашную дырки просверливают. Походит на здоровенный штопор.
И тут он на меня бросился. И что интересно то-целит своим коловоротом в тож самое место, куда мужик вилкою ткнуть хотел. Сговорились сегодня, что-ли?
В этот раз я не сплоховал, мужику спасибо. Отступил я от евойного броска влево, да и врезал ему навстречу с развороту в грудь, да еще и корпусом подмогнул своему удару. Совсем как тренер по боксу учил меня, удар ставил.
Стадник засипел как дырявая покрышка, но устоял на ногах, здоровенный, гад! Даром что как с картинки. Тут мне под руку ведро со свинячьей жратвой попало. Ведра его левое ухо уже не выдержало, упал он. Я по накатанному уже сценарию вытащил из галифе брезентовый ремень, перевернул его на живот, и связал ему руки за спиной...
На утро Стадника отвезли в комендатуру. Там он написал, что убег он якобы по причине того, что мол ротный с замом по производству (со мною то бишь) били его ежедневно. И в доказателство демонстрировал синяк на груди и след от ведра на голове. А потом выяснилось, что наркоман он. За наркотою убег.
А мы с ротным не били его. А надо бы.
P.S Пост написан лично мною в 2008 году. Искателей котоламп, ИИ, умников, не служивших в армии, прошу самостоятельно проследовать сами знаете куда.
P.P.S Фотография цирка рандомная из интернета
Баран сбежал с Курбан-байрама в Оренбурге.
Животное, предназначенное для традиционного ритуала, убежало с территории мечети
Да прольется кровь.
Сэм Уортингтон (франшиза «Аватар»), Джай Кортни («Отряд самоубийц»), Джек Куэйд («Пацаны»), Джейден Мартелл («Телефон мистера Харригана») и ЛаМоника Гаррет («Последний кандидат») подписались на участие в съемках вестерна «Blood on the Promontory», анонсированного в начале месяца. Режиссерское кресло проекта займет Рэй Мендоза («Под огнем»).
Сценарий ленты написал Эван Купер («1883»). О сюжете известно только то, что в центре событий окажутся пятеро заключенных, которые пытаются сбежать через горы после вооруженного ограбления поезда, будучи при этом прикованными друг к другу за ноги. Другой информации о героях нет.
Дата начала съемок пока не сообщается.
5:42. Проснулся, пресс, поднялся, выпил воды. Как и раньше.
Но. Сегодня будильник не сработает. Вчера он наконец-то отправился в тумбу. Поэтому спокойно иду мимо её кровати, глядя в стену.
Зашёл в ванную. Разделся. Забрался в теплый душ. Вода стекала, вызывая мурашки. Выдох в голос. Закрыл глаза.
Неуловимый шорох сзади. Я услышал, нет — ощутил спиной ошеломлённый вздох…
— Лекс… Ты тут? — сонно пробормотала с тревогой.
Я задержал дыхание, сердце скакнуло.
«Блин, дверь не запер», — поджал губы. Голову наискось — не оборачиваясь. Взгляд упёрся в сторону.
Вода всё лилась.
— В душе. Почему не спишь? — а сам напряжённый, как струна, улавливал её дыхание сквозь журчанье воды.
— Ой, прости! — стук двери по косяку заглушил быстрые шаги.
Выдох. Я быстро сполоснулся. Вышел, вытерся и обернулся полотенцем. Глянул мельком в зеркало, оценил щетину: «Нормально. Завтра».
Затем вышел из ванной. Лиза сидела на кровати. Закуталась в одеяло. Я подошёл. Она не шевельнулась. Уткнулась носом в колени.
— Эй, Лиз, — тихонько позвал её, — ты чего?
— Сон приснился, что я осталась одна, без тебя, и эти… — она подняла голову, кивнула куда-то, — вокруг.
Я придержал полотенце, опустился рядом на краешек кровати.
«Она не ошибалась, были ещё люди. Я вычитал в деле… Те, кого я обезвредил, не последние».
— Лиза, я с тобой. И не уйду, пока не минует опасность. — слегка наклонился, положил руку на плечо поверх одеяла.
Она кивнула, не глядя. Завела волосы за уши. Моя рука соскользнула обратно.
— Позволишь, я оденусь? — поднялся и подошёл к шкафу. Достал спортивку.
— Лёш, а вдруг такое случится, что я действительно останусь одна? — она тихо спросила, голос мелко дрожал. Её глаза забегали.
Я замер на секунду-другую.
— У меня приказ, Лиза, ты же знаешь. Я просто не имею права…
— Твой приказ не отменяет человеческий фактор. — она перебила меня, тихо поднялась и подошла ко мне в одеяле. Мои брови сошлись у переносицы.
— Что он сможет в таких случаях? — она придвинулась и положила ладонь мне на грудь. Мягко. Заглянула в глаза.
Тело моментально сжалось, словно я пропустил удар в сплетение. Сердце дёрнулось, дыхание потяжелело. Я сжал и разжал веки до боли. Сглотнул. Не помогло.
«Что же ты делаешь, Лиса-Лиза?» — нервы закричали, сгорая под её прикосновением. Зубы невольно заскрежетали от напряжения. Взгляд неподвижно застыл на её лице, губах. Не в силах пошевелиться. Вдох. Выдох. Ещё.
«Ну же, подумай о чём-нибудь неподходящем! Сейчас же!» — разум вонзился холодным лезвием.
— Лиза, — сухо сглатывая, осторожно снял её пальцы, отстранил её ладонью от себя, — не надо. — тихо, почти не дыша, еле сдерживая себя.
Секунда тишины. Затем шагнул, свернул спортивку и быстро покинул спальню. Оставил Лизу за дверью.
Взбудораженный её поступком, я быстро оделся и поспешил выйти на пробежку. Дверь тяжело закрылась за спиной. Я втянул утреннюю прохладу, расправил плечи. Солнце уже поднималось над лесом. Речка играла в утренних лучах. Вдох-выдох, внимание-марш. И лёгким бегом. В одиночестве мысли понемногу пришли в порядок:
«Жить снова можно, но как долго?»
По пути набрал номер. Не отвечает. Сбросил, набрал заново. Трубку взяли.
— Алло, Игнат? — дышал спокойно. Ноги мерно держали ритм движения.
— Какого лешего, Лёха, время видел? Я ещё сон досматриваю… — он зевнул, — досматривал… — раздражённый голос Шестакова смешался с недовольным стоном.
— Помощь нужна. — стараясь не сбить дыхание. Мышцы приятно шумели.
— Тебе? С чего вдруг? — появился интерес.
— Блин, не язви, Шестаков.
— Аа, ладно! Говори, что там у тебя, с Лизой что-то?
— Так точно! Она сейчас прикоснулась ко мне… — на лбу проступила испарина, — не по-простому.
"Как глупо звучит…» — я скривился.
Мимо промелькнувшее окно, отразило солнечный свет. Он ударил в глаза. Дыхание сбилось, я сильно сбавил темп. Мотнул головой. Остановился ослеплённый.
— Чт.. Куда? — чуть не крикнул в ухо Игнат.
— К груди, блин. — я осекся, щёки полыхнули, моргал, пытаясь сбросить пятно в глазах. — Я должен доложить Панкратову. Её необходимо будет… забрать. Я не смогу далее нести ответственность.
— Стой-стой, Лёха. Как это «не могу»? Приказ есть приказ. Да и рука на груди — это же не… за красной линией, — на той стороне послышался сдавленный смешок.
— Тебе смешно, Игнат, а мне не очень. — я фыркнул, песок вылетел из-под подошвы. — Я не могу нормально нести службу, я нанесу вред.
Тишина. Потом:
— Вред ей могли нанести те бугаи, у которых ты её отбил… А ты не сможешь.
— Почему ты так думаешь?
Опять замолчал, затем выпалил:
— Да потому что ты к ней неравнодушен!
Я резко остановился, воздух из лёгких — нет. Пыль поднялась в воздух.
— Что ты сейчас сказал?! Ну-ка повтори, Шестаков! — почти крикнул в гарнитуру на выдохе.
— Да, боже, Лёха, думаешь, я не заметил, как ты бесишься, когда я её «Лизонькой» называю? Я живу уже почти четыре десятка лет, и психология — моя вторая профессия после должности следователя.
Я оторопел. Слушал, не перебивая.
— Лёх, другой бы на твоём месте уже давно бы её…
— Следи за словами, Игнат. — сталь прорезалась в моём голосе.
— Что и требовалось доказать. — послышался смешок. — Дай догадаюсь: ты от её прикосновения, как кипятильником ошпаренный, отскочил, да?
— Нет, застыл, боясь пошевелиться. — голос поник, уши загорелись, я ощутил это.
— Ой, Лёш, ну такой большой мальчик уже, а всё ещё в крепкую дружбу между мальчиком и девочкой веришь. Я тебе поэтому ещё тогда и сказал: расскажи ей про Дениса. И девушка быстрее переживёт, и ты, глядишь, остепенишься. А то со своей береттой скоро спать будешь.
Я вспомнил вчерашнее утро, когда Лиза разбудила меня в оружейной.
— Что умолк? Я прав, что ли? — послышался смешок в трубке, тишина, потом: — Ну ты даёшь… В общем, Шутник, выдохни, от любви ещё никто не умирал… напрямую.
— И что же ты мне предлагаешь делать? — я выдохнул. Сердце билось где-то в горле.
— Зажми свои эммм… — он споткнулся, — мысли в кулак и делай своё дело. Потому что никто, кроме тебя, не справится лучше. Ни Серёга, ни Димон твой не справятся так, как это делаешь ты. А мне не улыбается приехать на вызов на место ее гибели. Жалко будет. Уж поверь.
Я стоял на пустыре, казалось, целую вечность. Крыть было нечем. Я плюнул:
— Слышь, Шестаков, иди-ка ты! — бросил сгоряча.
— Каков наглец. Звонит мне в мой выходной день. Ни свет ни заря, и посылает меня. — он хмыкнул беззлобно. — Шутник, я-то сейчас пойду спать, а ты иди работать! С пробуждением!
Я гневно выдохнул и отключил связь.
— Блин! — мотнул головой, сбросил пот со лба. Затем вновь побежал. Долго. Пытаясь убежать не зная от чего.