В Индии женщина 37 лет притворялась мужчиной, чтобы защитить себя и дочерей после гибели супруга. В прошлом в этой стране был распространён обычай сати: овдовевшая женщина добровольно прыгала в костёр, на котором сжигали тело её мужа.

В 20 лет Печи Аммал вышла замуж за Шиву. Но через 15 дней он умер от сердечного приступа. Она узнала, что беременна. В те времена в Индии вдовы жили в тяжёлых условиях. Их презирали, считали порочными. В отдалённых деревнях существовал ритуал «сати» — вдову заставляли прыгать в погребальный костёр мужа. Женщину, которая его исполняла, называли «сати» — верная жена.

Общество давило на вдову, требуя от неё умереть вместе с мужем. Хотя ритуал был запрещён, его всё ещё проводили в отдалённых местах. Печи Аммал с маленьким ребёнком пыталась сама содержать дочь. В обществе, которое презирали вдов, она устроилась на угольный завод. Но там её начали преследовать и унижать.

Однажды по дороге на ночную смену водитель грузовика попытался её изнасиловать, но она смогла спастись. На следующее утро Печи Аммал пошла в храм в последний раз как женщина и умерла. Из храма в мужской одежде она вышла как «Мутту». Он переехал, сменил работу и начал новую жизнь. Мутту работал поваром и сезонным маляром. Он был усердным и готовил вкусно, что привлекало внимание женщин. Они тайно влюблялись в него, считая джентльменом.

Но Мутту не вступал ни с кем в отношения. Он был лишь щитом для Печи Аммал. Многие женщины просили его сделать татуировку с их именами на своей руке, но он говорил, что у него уже есть невеста.

Мутту был мужчиной в глазах других, даже его дочь не знала правды до семи лет. Люди уважали его и называли «мастер». Одна из трудностей для Мутту — менструация. Он всегда был осторожен и принимал таблетки, чтобы нормально работать. Менструации закончились у него рано, около 40 лет.

Оглядываясь назад, Мутту говорит, что раз решила быть мужчиной, то должна принять всё, что последует. Мужская одежда давала ей чувство безопасности, которого она не знала как женщина.

Мутту спас её жизнь и позволил вырастить дочь, выдать её замуж, заплатить приданое и управлять делами. Это было бы почти невозможно для одинокой матери. На индуистской свадьбе отец отдаёт невесту жениху. Но если это делает одинокая мать, общество видит в этом неудачу. Если же это отец, общество считает это честью и проявлением лидерства.

Санмука Сундари, дочь Мутту, держит продуктовый магазин в деревне. Она говорит, что её мать работала всю жизнь, чтобы содержать её. Мутту раскрыла себя, потому что нужно было оформить документы на пенсию для пожилых. Теперь все документы оформлены на её имя.

Мутту отвечает: «Если государство хочет, чтобы я была женщиной, то пусть гарантирует мне и моей дочери безопасность. Журналист спросил её, скучает ли она по жизни женщиной. Она ответила: „Я одинокая мать и не хотела таких изменений, но что общество гарантирует мне и дочери в плане безопасности? Где моя безопасность? Я вдова. Если меня изнасилуют, осудит ли общество насильника, не унижая меня? Но ладно, я уже счастлива быть мужчиной“.

Источник: X

Пенсионерке пришлось пройти суды, доказывая, что у ее сына с женой не было настоящей семьи

В Екатеринбурге мать бойца, погибшего на СВО, лишила миллионных выплат его вдову. Сын Светланы Николаевны втайне женился на женщине с тремя детьми. Брак был зарегистрирован всего за два дня до того, как он подписал воинский контракт. Дмитрий не познакомил избранницу не только с родственниками, но и с близкими друзьями.

Когда военнослужащий погиб, вдова пришла подавать заявление на выплаты. При этом, как утверждает мама бойца, невестка не могла назвать даже дату рождения покойного мужа. Пенсионерка обратилась в суд, чтобы лишить вдову сына «гробовых» миллионов. Первый процесс она проиграла, но апелляционная инстанция встала на ее сторону.

Брак или фикция?

Отношения пары начались в марте 2024 года. Познакомились в интернете и общались по видеосвязи. По словам вдовы, они любили друг друга, быстро съехались и стали жить вместе, однако мама Дмитрия настаивала, что это не так. В Екатеринбург сын приехал из Заречного и снимал квартиру с другом — его личные вещи до сих пор находятся там.

Кроме того, в родном городе у сына была другая любимая девушка — гражданская жена, с которой он внезапно расстался и незадолго до отправки на СВО просил дать второй шанс. Поэтому новость о свадьбе с незнакомкой стала шоком для родственников, как и то, что у избранницы сына есть трое детей от разных отцов.

«21 мая мне сын позвонил и говорит: „Мам, я подписал контракт, завтра ухожу на СВО и я женился“. Я думала, он пошутил, но он сказал, что это не шутка. Оказалось, он зарегистрировал брак с этой девушкой. Мы знать не знаем, кто она такая», — вспоминает Светлана Николаевна.

В суде мама бойца настаивала: многодетная мать вышла за ее сына, узнав, что он собрался на СВО. Они не жили вместе, он не содержал ее и детей, потому что сам нигде не работал и постоянно занимал деньги у родственников .

Когда Дмитрий отправлялся на спецоперацию, супруга не помогала с покупкой необходимых вещей, мама собирала его на скорую руку всего за один день.

По словам Светланы Николаевны, во время звонков с СВО сын говорил, что приедет в отпуск и подаст на развод, но после первого боевого задания он перестал выходить с родными на связь. Целый год военнослужащий числился пропавшим без вести, а родные верили, что он жив. В итоге Дмитрия опознали по тесту ДНК и сообщили об этом близким.

После его гибели, говорит мама, вдова не приехала даже на похороны, да и могилу мужа ни разу не навещала.

Я считаю, что она аферистка, жена-однодневка.

СВЕТЛАНА

мама погибшего на СВО

«Моего сына уже не вернуть, но я не хочу, чтобы вот такие женщины незаслуженно получали такие суммы. Они недостойны этих выплат. Я понимаю, если бы это была семья, они прожили в браке год-два хотя бы. Но то, что они два дня до его отправки в браке были, — это не семья», — рассказала E1.RU Светлана Николаевна.

Версия вдовы

Вдова бойца в суде называла их отношения длительными, хотя и не отрицала, что со дня знакомства до свадьбы прошло только два месяца. Многодетная мать показала переписки, где Дмитрий признавался ей в чувствах, и подтвердила, что брак с мужем они намеренно заключили перед его отправкой на СВО.

«Но военную службу в зону специальной военной операции он собрался из-за денег, но был против, чтобы выплаты получила его мать, регистрацию брака предложил сам», — сообщила вдова в суде.

Супруга бойца рассказывала, что с Дмитрием они жили на съемной квартире. Сначала делили квадратные метры с ее подругой, а потом арендовали отдельное жилье. По словам женщины, они планировали создать крепкую семью — купить свою недвижимость и родить еще одного ребенка.

При этом на вопросы судьи о прошлом супруга, его интересах и увлечениях, вдова не смогла ничего ответить.

Сначала дело рассматривал Орджоникидзевский суд, который постановил: раз брак был заключен официально, значит, вдова имеет право на выплаты. Но мама погибшего обжаловала это решение в областной инстанции.

«Лишить [вдову] права на получение выплат, мер социальной поддержки и иных выплат в связи с гибелью военнослужащего», — постановил Свердловский областной суд.

Коллегия пришла к выводу, что любовные отношения пары развивались только в интернет-переписках, а брак существовал лишь на бумаге.

«Семейные отношения должны характеризоваться не только проявлением взаимных чувств между супругами, но и материальным содержанием, проявлением заботы и ответственности перед друг другом и перед детьми как членами семьи. Из представленной переписки, а также показаний свидетелей прямо не следует, что ответчик с погибшим проживали совместно и вели общий быт, как семья, имеющая детей», — говорится в решении суда.

«Черных вдов» стало больше

По словам депутата Государственной думы Максима Иванова, в последнее время выросло количество скоропостижных браков с участниками СВО. Женщин, которые выходят замуж за бойцов из-за выплат, называют «черными вдовами», но доказать, что они стали женами ради наживы, крайне непросто.

«Проблема „черных вдов“ действительно существует, и ко мне обращаются матери тех ребят, которые за неделю, за день до подписания контрактов заключают браки. Что уж их сподвигло, я не знаю. Мы разъясняем, что фиктивным брак может признать только суд, поэтому нужно туда обращаться и доказывать», — объясняет Максим Иванов.

Мама погибшего на СВО Дмитрия пока получила только половину положенных выплат. Это те деньги, которые перевели ей еще до решения областного суда, когда гробовые миллионы разделили пополам между ней и вдовой сына. Вторую часть суммы пенсионерке пока не выплатили.

«Я очень хочу, чтобы мамы не опускали руки, ведь не только у меня возникла такая ситуация, они сплошь и рядом. Когда хоронишь сына, ни о чём другом не думаешь. Нужно не сдаваться и добиваться справедливости», — говорит Светлана Николаевна.

источник: https://www.e1.ru/text/world/2026/07/10/76522069/

Хождение по инстанциям и кабинетам чиновников знакомо многим семьям погибших бойцов ЧВК

Муж екатеринбурженки Елизаветы (имя героини изменено. — Прим. ред.) втайне от нее подписал контракт с ЧВК «Вагнер». Она говорит, ни за что бы не одобрила это решение. Но когда узнала о нем, спорить с супругом было уже бесполезно.

В душе жена понимала, что рано или поздно он всё равно окажется на передовой. Муж говорил об этом с первого дня спецоперации. Когда в стране объявили мобилизацию, ветеран боевых действий в Чечне был уверен, что получит повестку. Но его не призвали. В 2023 году он вступил в ряды ЧВК «Вагнер». В феврале боец отправился в зону спецоперации, а уже в мае Елизавета стала вдовой.

После смерти мужа женщина осталась с двумя детьми и ипотекой. Она рассчитывала, что долг спишут, как только она принесет справку о гибели участника СВО. Но получила от банка отказ. А ее жизнь превратилась в череду судебных процессов.

«Я не могу сидеть дома»

Елизавета до сих пор не оправилась после смерти мужа, хотя и прошло уже два года. До спецоперации их семейная жизнь текла своим чередом. Они воспитывали сына и дочку. Старшему сейчас уже 24 года, а младшей — 15 лет. Муж работал автомаляром. И очень преуспел в этом деле. У него был большой опыт и достойная зарплата.

«На СВО он точно пошел не из-за денег. Если бы он здесь работал без выходных, то зарабатывал бы даже больше, чем там, — рассказывает вдова. — Контракт он подписал втихушку: знал, что я буду против. И по факту мне сказал об этом перед вылетом: „Я не могу сидеть дома, там дети гибнут“. А теперь от его собственных детей просто все отворачиваются», — говорит вдова.

На передовой супруг Елизаветы был командиром танка. В нем он и погиб, когда боевой экипаж уходил из-под обстрела.

«Они только уехали с позиции, как туда что-то прилетело. Если бы не уехали, от танка бы ничего не осталось. Доехали до какого-то моста, надо было остановиться и осмотреться. И в этот момент прилетел дрон, — рассказывает вдова о гибели мужа. — Механик живой, наводчик тяжело ранен, а мой муж погиб. Механик был в танке и увез их, поэтому похоронили супруга быстро».

Хоронили погибшего бойца с почестями, в последний путь его провожал военный оркестр. Елизавета сама оплачивала погребение, а потом, вспоминает, три месяца добивалась, чтобы ей компенсировали эти расходы. Посмертно военнослужащего наградили орденом Мужества, памятник на его могиле установила частная военная компания, в рядах которой он состоял.

Мой муж никогда не сидел, никогда не был в колонии!

ЕЛИЗАВЕТА

вдова бойца ЧВК «Вагнер»

«Вступить в „Вагнер“ было его взвешенным добровольным решением. Говорил, что там амуниция, подготовка лучше, жесткая дисциплина. У него очень много знакомых, которые там были», — вспоминает вдова.

Проблема с банком

Когда Елизавета узнала о гибели мужа, она отправилась в банк, чтобы внести платеж за ипотеку. Супруг был основным заемщиком, поэтому сумму автоматически списывали с его карты. А после смерти владельца ее заблокировали.

«Заплатить мне не дали. Я говорю: „Вы хотите, чтобы у меня пени и штрафы начислялись?“ Написала заявление, чтобы мне дали заплатить, чтобы мои дети не принимали в наследство долги. После этого заявления я полностью закрыла ипотеку, — говорит вдова. — Когда я получила справку о гибели мужа и удостоверения членов семьи погибшего на СВО, я снова пришла в банк и попросила вернуть деньги. Ведь по закону кредит погибших военнослужащих должны списать».

Мне сказали: «Он „вагнер“, он никто!»

ЕЛИЗАВЕТА

вдова бойца ЧВК «Вагнер»

В банке объяснили, что кредит списывают, если военнослужащий заключал контракт с Министерством обороны или попал под мобилизацию.

«У участников частной военной компании „Вагнер“ отсутствует контракт, заключенный с Вооруженными силами РФ. На лиц, принимающих участие в специальной военной операции на иных основаниях, в том числе в составе иных формирований или частных военных компаний, и членов их семей действие закона № 377-ФЗ не распространяется», — ответили вдове в банке.

Проблема, с которой столкнулась Елизавета, знакома многим семьям погибших бойцов ЧВК. Как рассказал E1.RU депутат Государственной думы Максим Иванов, бывшие добровольцы «Вагнер» приравнены по статусу к ветеранам боевых действий и имеют право на меры поддержки от государства, установленные именно для этой категории. Но списание кредитных долгов и военная пенсия членам семьи сюда не входят, отмечает депутат.

«Что касается иных мер поддержки, участники ЧВК „Вагнер“ не приравниваются к участникам добровольческих формирований, и на сегодняшний день вопрос с их предоставлением решается, как правило, в индивидуальном порядке через суд», — рассказал депутат Госдумы Максим Иванов.

На фоне стресса из-за спора с банком, говорит Елизавета, у нее обнаружили рак. За полгода заболевание развилось до третьей стадии. Женщине пришлось отодвинуть на второй план финансовые вопросы и заняться своим здоровьем. Поэтому только спустя два с половиной года она подала иск с требованием вернуть деньги, которые внесла за ипотеку уже после гибели мужа.

Министерство обороны предоставило выписку о том, что супруг Елизаветы выполнял задачи в ходе спецоперации. В итоге Верх-Исетский суд Екатеринбурга отклонил доводы банка о том, что добровольцы «Вагнер» не являются военнослужащими, и принял решение в пользу вдовы. На ее счет перечислили два с лишним миллиона, но ответчик подал апелляцию.

«В решении суда сказано, что банк, до тех пор пока не выплатит мне долг, за каждый день должен проценты выплачивать, поэтому, мне кажется, они и перевели деньги. Но пользоваться ими я не могу, если по каким-то причинам в апелляции суд встанет на их сторону, то мне придется их возвращать», — говорит вдова.

Мы обратились за комментарием в финансовую организацию. После того как редакция E1.RU отправила официальный запрос, с вдовой бойца ЧВК связались представители банка и сообщили, что оспаривать решение суда не будут. И исполнили его еще до вступления в законную силу (перевели деньги на счет женщины).

«В большинстве случаев списания долгов участников СВО вопрос успешно решается на досудебном этапе. К сожалению, в этой ситуации при первоначальном обращении в банк супруга заемщика не смогла предоставить полный пакет документов, необходимых для списания задолженности по кредиту в соответствии с Федеральным законом № 377-ФЗ. Все запрошенные документы были направлены Министерством обороны РФ по запросу суда уже в ходе судебного разбирательства», — сообщили E1.RU в пресс-службе банка.

источник: https://www.e1.ru/text/politics/2026/06/28/76500014/