В мозге нет главного процессора

Нам удобно представлять мышление примерно так: где-то внутри головы сидит центральный процессор. Он получает информацию от глаз и ушей, думает, принимает решение и рассылает команды остальному мозгу.

Такого процессора нет.

Мозг состоит примерно из 86 миллиардов нейронов. Каждый нейрон — живая клетка, которая принимает сигналы от других клеток, изменяет своё состояние и передаёт сигналы дальше.

Между нейронами существуют синапсы. Их число оценивается в десятки и сотни триллионов.

И вот что интересно.

Ни один отдельный нейрон не знает, что такое Париж, ни один не хранит целиком лицо вашей матери.

Нет специальной клетки для числа семь, запаха кофе или ощущения, когда вы внезапно вспоминаете, что забыли выключить утюг.

Информация распределена.

Когда вы узнаёте знакомого человека, вспоминаете песню или заканчиваете чужую фразу, работает большая сеть клеток.

Память, навыки и знания заключены не в одном месте, а в организации всей системы.

Большая ИИ-модель устроена по тому же общему принципу.

Вместо биологических нейронов — математические операции. Вместо синапсов — параметры, или веса.

Во время обучения модель снова и снова пытается предсказывать правильное продолжение, ошибается, после чего её параметры корректируются.

Так постепенно возникает огромная сеть связей, в которой распределены знания о языке, фактах, стилях, программировании и множестве других закономерностей.

Внутри неё нет файла:

Париж → столица Франции.

Как и мозг, модель знает это благодаря состоянию огромной сети.

Сколько «параметров» у мозга?

Если грубо взять синапсы как аналог параметров ИИ-модели, человеческий мозг окажется системой масштаба десятков или сотен триллионов связей.

И это уже интересное сравнение.

Крупные ИИ-модели обладают огромным количеством параметров, а мозг обладает ещё более огромным количеством изменяемых соединений.

При этом количество связей само по себе не определяет интеллект человека.

Условной таблицы

глупый — 50 триллионов,
средний — 100 триллионов,
гений — 200 триллионов

не существует.

Мозги разных людей находятся примерно в одном биологическом масштабе. Разница в способностях возникает из архитектуры и организации нейронных сетей, развития, опыта, обучения и того, насколько эффективно разные системы мозга работают вместе.

И здесь появляется хорошая параллель с ИИ:

интеллект — это не просто количество параметров. Важно, что система научилась делать с этими параметрами.

Ваш мозг прямо сейчас меняется

Есть вещь, которую человеческий мозг делает прямо во время чтения этой статьи.

Он обучается.

Прямо сейчас. Пока вы читаете эту строку.

Новый опыт меняет активность нейронных сетей. Существующие связи могут усиливаться или ослабевать, формируются новые ассоциации.

Хотите почувствовать работу уже обученного мозга?

Попробуйте не читать следующую строку.

НЕ ЧИТАЙТЕ ЭТИ СЛОВА.

Не получилось.

Когда-то эти символы действительно были для вас просто линиями.

Потом мозг много лет учился превращать их в звуки, слова и смысл.

А теперь процесс запускается настолько автоматически, что остановить его волевым усилием почти невозможно.

И прямо сейчас происходит следующий слой обучения: информация из этой статьи соединяется с тем, что вы уже знали о мозге, компьютерах и ИИ.

Получается почти буквальный фокус:

вы читаете текст о том, как обучение меняет мозг, — и в этот же момент текст меняет состояние вашего мозга.

У ИИ есть контекстное окно. У человека — тоже?

Когда вы разговариваете с большой языковой моделью, она работает не со всей информацией мира одновременно.

У неё есть контекстное окно — объём информации, который доступен ей прямо сейчас.

Представьте огромный письменный стол.

Всё, что лежит на столе, модель видит и может сопоставлять между собой: ваш последний вопрос, начало разговора, документ, инструкции, предыдущие ответы.

У человека есть очень похожее ограничение.

Вы тоже не способны одновременно держать в активном сознании всё, что знаете.

Пока вы читаете этот абзац, в голове находится смысл текущей фразы, часть предыдущей мысли и несколько связанных идей.

Это рабочая память — человеческий аналог активного контекста.

И вот здесь сравнение становится особенно интересным.

У большой модели контекстное окно огромно, но пассивно.
У человека активное окно маленькое, зато за ним стоит долговременная память.

Модель может получить сразу гигантский документ и работать с ним целиком в рамках доступного контекста.

Человек так не может. Мы читаем страницу за страницей, постоянно теряем детали из рабочей памяти.

Зато мозг делает другую вещь: он сжимает информацию.

После прочтения книги вы не храните в сознании все её предложения.

Остаются смысл, образы, выводы, связи с другими знаниями.

Человек забывает почти весь исходный текст — и сохраняет его структуру.

В этом смысле наша память работает не как огромный текстовый буфер, а как постоянно перестраивающаяся модель мира.

ИИ-модель, наоборот, способна удерживать в текущем контексте огромное количество точного текста.

Получается парадокс:

у ИИ намного больше активный «стол»,
у человека намного сложнее то, что происходит с информацией после того, как она со стола исчезла.

Главное различие — когда происходит обучение

У человека работа и обучение идут одновременно.

Вы разговариваете — и учитесь.

Читаете — и учитесь.

Ошибаетесь — и учитесь.

Мозг постоянно перестраивается под новый опыт.

У большой модели эти процессы обычно разделены:

Во время обучения изменяются её параметры.
Во время обычного разговора модель использует уже полученные параметры и информацию из контекстного окна.

То есть человек во время разговора способен немного изменить саму систему.

ИИ в первую очередь изменяет текущее состояние вычисления.

Это фундаментальная разница.

Двадцать ватт против огромной вычислительной системы

Теперь самое впечатляющее сравнение.

Человеческий мозг потребляет порядка 20 ватт. Это примерно небольшая лампа.

На этой мощности он одновременно видит, слышит, управляет телом, понимает речь, узнаёт людей, достаёт воспоминания, принимает решения и учится.

Большие ИИ-модели используют совершенно другой путь.

Их сила строится на огромной скорости цифровых вычислений и возможности запускать специализированные процессоры параллельно.

Мозг значительно медленнее на уровне отдельных элементов.

Компьютер за долю секунды перемножит числа, над которыми человек будет мучиться с калькулятором.

Зато мозг чрезвычайно эффективно работает с физическим миром.

Человек входит в незнакомую комнату и мгновенно понимает: это стол, это дверь, сюда можно сесть, этот предмет можно взять, а вот в эту стену лучше не идти.

Мозг и ИИ просто расходуют свои ресурсы по-разному.

Мозг выигрывает невероятной энергоэффективностью и постоянным обучением.
ИИ — скоростью, масштабом вычислений и объёмом одновременно обрабатываемой информации.

Так возможно ли сравнение ИИ и мозга?

Да, ИИ и мозг можно сравнивать.

Не потому, что ИИ — искусственный человеческий мозг.

А потому, что человечество независимо построило другую систему, которая пришла к нескольким тем же фундаментальным идеям: распределённым знаниям, обучаемым связям, ограниченному активному контексту и сложному поведению, возникающему из работы огромной сети.

Мы не скопировали мозг. Мы пришли к некоторым его принципам другим путём.

Но вот за такую эффективность нимесулида нужно конечно платить. Опять же печенью. Тут надо понимать, что разовые ситуативные приемы ничего вам не сделают. Речь идет о токсичности, когда вы будете его принимать 15 дней подряд.

Но и это не отменяет того факта, что в сухом остатке, он действительно в среднем токсичнее того же самого ибупрофена в 2 раза.

Поэтому! Применять я бы его рекомендовал сугубо в 3 случаях (одобренных европейским мед. агенством):

1.Острая зубная боль или состояние после стоматологических операций.

2.Острая скелетно мышечная боль (сильные ушибы,травмы, разрывы связок, резкое обострение в суставе).

3.Дисменорея (те самые невыносимые менструальные боли, когда ибупрофен вообще не дает облегчения).

Оптимальный курс будет от 3 до 5 дней (по 100 мг 2 раза в сутки строго после еды). Крайне не рекомендую его превышать.

Препарат и правда очень эффективен, не бойтесь его, но подходите к нему с умом.

Больше разборов с позиций доказательной медицины в моем канале

Мы привыкли сравнивать человеческий мозг с компьютером. Но на самом деле он превосходит любые, даже самые передовые вычислительные машины, и делает это с поистине фантастической энергоэффективностью.

Удивительный факт:
В бодрствующем состоянии человеческий мозг потребляет всего около 20 ватт энергии. Этого количества достаточно, чтобы зажечь маленькую светодиодную лампочку. При этом он непрерывно генерирует электрические импульсы: если бы можно было собрать всю электрическую активность его нейронов в один момент, её хватило бы для питания небольшого электроприбора.

Почему это впечатляет?
Чтобы выполнить те же задачи, что и наш мозг (распознавание сложных образов, обучение, управление телом, обработка эмоций и генерация идей), современному суперкомпьютеру требуются мегаватты энергии, огромные залы с серверами и гигантские системы водяного охлаждения.

Мозг же решает эти задачи, занимая объем всего около 1,3 литра, весит примерно 1,4 кг и охлаждается обычной кровеносной системой. Его «топливо» — это глюкоза и кислород из того, что вы едите и вдыхаете, а его «перезагрузка» происходит во время сна, когда он очищается от токсинов и сортирует воспоминания.

Главный вывод:
В следующий раз, когда вы почувствуете умственную усталость после сложной задачи или принятия важного решения, не корите себя. Просто помните: внутри вашей головы прямо сейчас работает самый совершенный биокомпьютер во Вселенной. Он справляется с невообразимым объемом вычислений, питаясь энергией тусклой лампочки.

Берегите свою внутреннюю «электростанцию»: давайте ей полноценный сон, не забывайте пить воду и подкидывайте ей новые задачи — от изучения языка до простых прогулок по новым маршрутам.

Потери русской армии составили 8 705 человек убитыми, 51 388 ранеными, 28 209 пропавшими без вести и пленными. Японская армия потеряла 15 892 человека убитыми, 59 612 ранеными, 2 000 пленными. Таким образом, японцы потеряли примерно 77 000 человек, а русские — около 88 000 человек.

Мира хотели не только японцы, России он так же был необходим. Великий князь Николай Николаевич, считавшийся главным военным авторитетом в семье Романовых, доложил, что для удовлетворительного завершения войны потребуются еще год боев, 200 тыс. жертв и миллиард рублей. К тому времени расходы на войну уже превысили два миллиарда. Так что не только у Японии дела в экономике обстояли не лучшим образом.

Что касается кораблей, которые Россия не отдала Японии, то вообще то Япония по большей части русские корабли получила. Некоторые корабли были захвачены японцами после сражений. Например, после Цусимского сражения часть русской эскадры сдалась в плен — эти корабли впоследствии вошли в состав японского флота.

Во время войны многие русские корабли, получив повреждения, уходили в нейтральные порты (Манила, Шанхай и другие). По законам того времени интернирование означало, что корабль и экипаж временно «задерживаются» до окончания конфликта, а не переходят противнику. Однако Япония оказывала дипломатическое давление на страны, принявшие русские суда, и в ряде случаев добивалась того, чтобы интернированные корабли не возвращались в Россию, а фактически переходили под японский контроль. То есть формально это не была прямая передача по договору, но де-факто Япония получила эти суда.

Так же стоит заметить, что Япония пополнила свой флот, за счет поднятия со дна морского затопленных русских судов. Яркий пример — крейсер «Варяг». После боя у Чемульпо в 1904 году экипаж затопил корабль, чтобы он не достался врагу. Однако в 1905 году японцы подняли «Варяг», отремонтировали и ввели в строй под названием «Соя».

Суда Первой Тихоокеанской эскадры, затопленные русскими у Порт Артура, японцы так же подняли, отремонтировали и зачислили в свой флот. Приведу некоторые показательные примеры. Броненосец Полтава был поднят японцами в июле 1905 года и зачислен в японский флот под названием «Танго». В 1909 году «Танго» вошёл в строй как броненосец береговой обороны 1 класса, одновременно служа учебным кораблём для строевых матросов и комендоров.

Броненосец Ретвизин был поднят японцами 22 сентября 1905 года и переименован в «Хидзэн». В конце 1908 года «Хидзэн» вошёл в состав флота как линкор 1 класса. В начале 1918 года «Хидзэн» вместе с кораблями других стран Антанты вошёл во Владивосток, и в последующие три года неоднократно возвращался сюда, участвуя в японской интервенции на Дальнем Востоке.

В июне 1905 года броненосец «Пересвет» был поднят японцами, переименован в «Сагами»  и торжественно включён в состав японского флота. Ремонт продолжался до 1909 года, после чего «Сагами» был переклассифицирован в броненосец береговой обороны 1 класса.

В октябре 1905 года японцы подняли броненосец «Победа» и торжественно переименовали её в «Суво». С 1909 года «Суво» числился броненосцем береговой обороны 1 класса и выполнял функции учебного судна. В апреле 1922 года «Суво» был разоружён.

В сентябре 1905 был поднят японцами крейсер "Паллада" и после ремонта и переоборудования введён в состав Императорского японского флота под названием «Цугару». В 1920 был переоборудован в минный заградитель. 27 мая 1924 потоплен японской морской авиацией при показательной бомбардировке в честь годовщины Цусимского сражения.

По итоге мира заключённого с Японией, Япония получила южную часть Сахалина (южнее 50-й параллели), права на аренду Ляодунского полуострова (с Порт-Артуром и Дальним), а также южную ветку КВЖД. Россия согласилась на русско-японскую рыболовную конвенцию.

По подсчетам Гавриилы Дементьева для России общие расходы составили около 6,554 млрд рублей, государственный долг вырос примерно на треть. Эта оценка включала прямые военные расходы за 20 месяцев войны, обслуживание займов, выплаты из казны инвалидам войны и семьям погибших, компенсацию японцам расходов на содержание русских пленных и другие траты.

Основная часть указанной суммы — выплаты процентов по займам, с помощью которых приходилось закрывать дефицит государственного бюджета во время войны.

Если бы не революция и отказ большевиков платить царские долги, выплаты по государственным займам времён Русско-японской войны должны были бы идти вплоть до 1950 года, доведя общую сумму расходов на войну с Японией до 9–10 млрд царских рублей. И этот Витя еще смеет вякать, что Россия войну не проиграла.

Да, Японцы в итоге получили не все на что рассчитывали, только тут заслуга не Николая Второго, а графа Витте, которого последний император люто ненавидел. Это ничтожество сидевшее на троне ревновало к популярности Витте, считая, что тот намеренно добивается её, стремясь затмить царя. Если с эти все понятно, то движемся дальше, ибо этот Витя понаписал много разной чуши.

И пошли фантазию царебожника о том что Российская империя, была чуть ли не первой экономикой мира. Только вот до Второй мировой войны не было даже известных в наше время таких показателей, как валовой внутренний продукт (ВВП), валовой национальный продукт (ВНП), национальный доход (НД) и т.п. Однако , Витя пишет про ВВП, хотя в статистике Российской империи, нет никакого ВВП. И откуда он взял эти цифры не совсем понятно.

Хотя на самом деле понятно, уже в наше время различные иностранные экономисты, а не историки, сделали подсчёты по экономикам различных стран. И да, цифра в 7 процентов ВВП встречается в работах американского экономиста Мэддисона. Только вот я не стал бы доверять этому экономисту столь безоговорочно.

Например, на 1870 год Мэддисон закладывает население Российской империи в 84,5 млн человек — включая Туркестан (9,1 млн) и Кавказ (4,6 млн). Но во время Крымской войны (1853–1856) Средняя Азия ещё не была частью России — она была присоединена в 1860–1880-е годы. Фактическое население империи в 1870 году (по оценкам Бродберри и Клейна, использующих реальные исторические границы) составляло 74,5 млн человек, а не 84,5 млн

И да кстати, в других источниках информации, не столь благоприятная, для царебожника Вити фанатеющего от Российской империи. Прежде всего Россия даже по объемам промышленного производства отставала от США, Англии, Германии и Франции. Доля ее в совокупном промышленном производстве пяти вышеперечисленных держав составляла всего 4,2%. В общемировом производстве в 1913 г. доля России составляла 1,72%, доля США - 20, Англии - 18, Германии - 9, Франции - 7,2% (это все страны, имеющие население в 2-3 раза меньше, чем Россия).

По размерам валового национального продукта на душу населения Россия уступала США - в 9,5 раза, Англии - в 4,5, Канаде - в 4, Германии - в 3,5, Франции, Бельгии, Голландии, Австралии, Новой Зеландии, Испании - в 3 раза, Австро-Венгрии - в 2 раза. Россия не то что "рванула", а продолжала отставать - в 1913 г. ее ВНП соотносился с ВНП Германии как 3,3 к 10, в то время как в 1850 г. соотношение равнялось 4 к 10.

На 24472 заводах имелось всего 24140 злектрических, паровых, дизельных двигателей (со средней мощностью 60 л.с.). То есть даже не всякий завод имел хотя бы один двигатель. Вот вам и "передовые технологий".
По энерговооруженности и механовооруженности Россия отставала от США в 10 раз, от Англии - в 5, от Германии, Бельгии, Новой Зеландии в 4 раза.
Добавим сюда же еще один интересный факт: в 1913 г. в США имелось 3,035 млн. абонентов телефонной сети, в Германии 797 тыс., в Англии 536,5 тыс., во Франции - 185 тыс., в Австро-Венгрии - 110 тыс., в Швеции - 102 тыс., в Дании - 98 тыс., а вот в России - 97 тысяч абонентов. И это при российских-то расстояниях...

В 1913 г. Россия импортировала из других стран более 1 млн. т. стали и 8,7 млн. т. каменного угля. Приведем еще несколько цифр. В 1913 г. США выплавили 25 млн. т. стали, Россия - 4,2 млн. т., за 5 лет в США выплавка стали возросла на 5 млн. т.,- в России на 1,7 млн. тонн (в среднем на 1 млн., и 0,34 млн. т. в год). 1% прироста выплавки стали тянул в США на 200 тыс. т., в России всего на 25 тыс. т. - в 8 раз меньше.

Уровень производительности труда в промышленности в России был меньше чем: в США - в 9 раз; в Англии - в 5 раз; в Германии - в 4 раза.
В 1909-1914 гг. англичане наклепали 64 крупных надводных корабля, немцы - 47, французы - 24, итальянцы - 16, Россия с потугами достроила и вновь создала 10 надводных кораблей класса линкор-крейсер. И это при всем том, что в России военные расходы в 1908-1913гг. составляли 32 - 33% от общей суммы госбюджета. Это вот так выглядит процветающая экономика, о которой пишет Витя?

На самом деле никакого высокого темпа роста экономики не было. Высокие темпы часто объясняются тем, что страна начинала с очень низкого исходного уровня. Если в начале периода производство было небольшим, то даже умеренный рост давал впечатляющие процентные показатели. Например, если в начале периода страна производила 1 тысячу изделий, а в конце — 10 тысяч, рост на 900% выглядит очень ярко, хотя абсолютный объём всё ещё мал по сравнению с развитыми странами.

Значительная часть роста была достигнута за счёт вовлечения новых территорий, ресурсов и рабочей силы, а не за счёт повышения производительности труда. Многие отрасли, особенно сельское хозяйство, развивались экстенсивно — за счёт расширения посевных площадей и привлечения дополнительных ресурсов, а не через внедрение интенсивных технологий.

Экономический рост был крайне нестабильным. Периоды бурного подъёма чередовались с глубокими кризисами (1857, 1866–1867, 1873–1875, 1881–1883, 1898–1903 годов).

Несмотря на некий промышленный рывок, экономика оставалась преимущественно аграрной. В сельском хозяйстве уровень товарности был низким (около 25%), а производительность труда — значительно ниже, чем в промышленности. Экспорт сельскохозяйственной продукции, особенно зерна, создавал валютную выручку, но одновременно приводил к тому, что внутреннее потребление на душу населения оставалось низким.

Для развития промышленности требовались значительные капиталовложения и передача технологий. Иностранные инвестиции играли важную роль, но они не решали структурных проблем и часто направлялись в те отрасли, которые были интересны зарубежным инвесторам. За 1861–1880 годы доля русских вложений в производство составила 28%, иностранных – 72%. С 1893 по 1903 годы в железнодорожное, промышленное и городское строительство было вложено до 5,5 млрд руб., что на 25% превысило вложения за предыдущие 30 лет. В Донбассе и Криворожье действовало 17 новых металлургических заводов, созданных при участии французского, бельгийского, а также немецкого и английского капиталов. В области нефтедобычи (бакинские промыслы), кроме «обрусевшего» Товарищества братьев Нобель, с 1886 года активно работал французский банкирский дом «Братья Ротшильд», здесь они сотрудничали с британскими фирмами «Лейн энд Макэндрю», «Самуэль энд компани» и другими.

Если в 1887–1900 годах индекс промышленного производства вырос в 3,14 раза, то в 1901–1913 годах — лишь в 1,75 раза. Темпы роста производительности труда в 1901–1913 годах были в три раза ниже, чем в 1887–1900 годах. Это было очевидно современникам: например, в 1914 году промышленник Рябушинский призывал к скорейшей индустриализации, опасаясь отставания от ведущих держав.

По показателям ВВП на душу населения (в международных долларах) Российская империя в 1913 году уступала не только США, Германии, Великобритании и Франции, но и ряду других стран, например Японии. Это свидетельствует о том, что рост экономики не приводил к существенному повышению благосостояния большинства населения.

Вступление в систему «золотого стандарта» в 1897 году имело и обратную сторону: оно накладывало жёсткие ограничения на денежно-кредитную политику. При хроническом пассивном сальдо платёжного баланса это приводило к оттоку золота и сокращению денежной массы, что сдерживало внутренний спрос и рост экономики.

Таким образом, миф о «процветающей и динамично развивающейся» Российской империи не учитывает структурные проблемы, неравномерность развития и реальные ограничения, с которыми сталкивалась экономика страны на рубеже XIX–XX веков. Реальность была гораздо более сложной и противоречивой.

Не все благополучно было и в сфере образования и здравоохранения.
По данным статистики в 1913 году в России более 12 млн. человек (7,26% населения) были поражены эпидемиями холеры, дифтерии, сибирской язвы, чесотки. Еще 9 млн. человек страдали малярией, трахомой, коклюшем и т.д. Всего хронических больных заразными болезнями имелось 21877869 человек (13,2% населения страны).

На 10000 человек населения в России имелось 1,6 врача, 1,7 фельдшера, 1,7 акушера и повивальной бабки. В сельской местности 1 врач приходился на 26 тыс. человек.

В США врачей на 10000 человек населения было в 4 раза больше, в Германии - в 2,7, в Англии - а 3,5, в Дании, Швеции, Бельгии, Голландии - в 3,2 раза больше.
Из каждой 1000 новорожденных в возрасте до 1 года в России умирало 263 ребенка.

Для сравнения: в Швеции умирало 70 детей до 1 года на каждую 1000 родившихся, Англии - 108, в США и Франции - 112-115,. в Италии - 138, в Германии - 151. Т.е. Россия превосходила по детской смертности страны Европы и США в 1,74 - 3,76 раза.

В России 1913 г. число учащихся во всех видах учебных заведений (включая духовные и военные) составляло 9,7 млн. человек (60,6 человека на 1000 жителей). 70% детей и подростков были лишены возможности учиться.
В России, по данным "Статистического Ежегодника России", среди населения старше 9-ти лет (возраст поступления на учебу) грамотных было 27% (без учета Закавказья и Средней Азии).

Для сравнения: в США даже среди негритянского населения грамотность достигала 56%. В США в 1913 г. насчитывалось 18,3 млн. учащихся (190,6 учащихся на 1000 жителей).

Для сравнения с Россией, имевшей 227-228 человек грамотных на 1000 населения (без учета детей дошкольного возраста) Бельгия имела 998 грамотных на 1000 населения, Германия - 980, Англия - 816, Франция - 930, Австралия - 816, Австрия - 644, Венгрия - 524, Аргентина - 495, Италия - 440, Португалия - 214 человек.

Даже внутри России было неравенство: в Финляндии грамотных было 988 на 1000 человек населения (без детей дошкольного возраста), в Польше - 305, на Кавказе - 124, в Средней Азии - 53 человека. Великороссия, Малороссия, Белоруссия, Сибирь - 268 человек.

В российских ВУЗах в 1913 г. обучалось 127423 человек, в США - 258000 (в два раза больше, чем в России). В США имелось несколько десятков ВУЗов уровня университета, в Англии - 18 университетов, в Германии - 22, во Франции - 14, в России - 8 университетов. На 1 университет в России приходилось около 20 млн. жителей, в Англии - 2,5 млн., во Франции - 2,8 млн., в Германии - 3 млн. жителей.

В Россий на 1000 человек населения было 1,7 учителя, в США - 5,45 учителя - в 3 с лишним раза больше. Благодаря известному циркуляру министра просвещения Делянова (во время царствования Александра III) "0 кухаркиных детях", был перекрыт доступ к образованию лицам из сословий крестьян и мещан.

И хотя в 1911-1914 гг., циркуляр фактически не действовал, тем не менее из 119000 человек, обучавшихся в гимназиях, выходцы из крестьянских семей составляли 18000 человек (15,12%).

Во всех же учебных заведениях министерства просвещения (включая профессиональные, коммерческие и т.д. ) крестьяне составляли около 15% учащихся (и это в стране, где 80% населения было крестьянским!!!).
В кадетские корпуса, военные училища выходцы из крестьянских семей вообще не допускались.

Это вот так выглядит отличное образование и медицина, по утверждениям царебожника Вити? Что же касается передовой науки и лучшей в мире инженерной школе, тут опять же не все так гладко. Да, были яркие прорывы, но в целом по количественным показателям (число учёных, лабораторий, патентная активность) Россия заметно уступала таким странам, как Германия или США. Нельзя говорить о тотальном лидерстве — прогресс был неравномерным.

Многие фундаментальные открытия и опытные образцы так и не становились частью широкого промышленного выпуска. Система не всегда позволяла быстро переводить научные разработки в серийное производство. Особенно вопиющим было отставание России по численности ученых. В России численность научно-педагогических работников в 1913 г. составляла 11,6 тыс. , в США в 1910 почти втрое больше — 33,6 тыс. В России было 414 химиков, почти в 15 раз меньше, чем в США, в 8 раз меньше, чем в Германии и Англии, в 2,5 раз меньше, чем во Франции.

На развитие науки влияли и системные проблемы. Например, в 1911 году министр народного просвещения Л. А. Кассо уволил около половины профессорско-преподавательского состава Московского университета — это серьёзно затормозило научную работу. Власти порой скептически относились к некоторым инициативам, а в определённые периоды ограничивали открытие новых вузов.

А теперь переходим к государственному долгу, который по словам Вити, был существенно меньше.. На самом деле в начале правления Николая Второго (1894 год) государственный долг был существенно меньше, чем к концу царствования.

НА 1894 год, государственный дог Российской империи составлял 6,6 млрд рублей. Государственный долг в 1913 году составлял уже 8,8 млрд. рублей. Однако с началом Первой мировой войны государственный долг Российской империи начал быстро расти:

1915 год - 10,5 млрд.рублей (52-65% ВВП)
1916 год - 18,9 млрд.рублей (95%-118% ВВП)
1917 янв - 33,6 млрд.рублей (170-210% ВВП)
1917 июл - 43,9 млрд.рублей (220-275% ВВП)

Из приведенных данных видно, что уже в 1916 году госдолг Российской империи достиг критического уровня. Главная причина быстрого роста госдолга - военные расходы.

Только за 2 года 1915-1916 прямые расходы на войну составили 14,5 млрд.рублей. Если прибавить эту сумму к 10,5 млрд.рублей долга на начало 1915 года, то получится 25 млрд.рублей. Но кроме прямых военных расходов были и косвенные. И еще был недополученный в результате войны доход, вызванный как мобилизацией, так и разрывом экономических связей в Германией.

Германия, ставшая противником России, до войны была ее главным экономическим партнером. На Германию приходилось ни много ни мало - 29,8% российского экспорта и аж 47,5% российского импорта. Что стало с этим экспортом и импортом после начала войны - догадаться нетрудно. К чему это привело - тоже легко понять - к снижению доходов и росту расходов.

На этом мы с вами заканчиваем, но к писанины царебожника Вити, мы с вами еще вернёмся, благо он понаписал у меня много различных комментариев, настолько он брехливый человек.