Приезжаю на объект, а там под потолком висит люстра на цепях длиной метра полтора. Хозяин гордо говорит: «Вот, второй свет сделали, как в журнале». Смотрю наверх — там огромный объем, который отапливать надо, а на втором этаже вместо нормальной спальни — крошечная клетушка, куда только кровать влезла. Спрашиваю: «А чего спальню так ужали?» — «Так это ж второй свет, красота же». Вот за эту «красоту» люди реально платят сотни тысяч, а потом мучаются. Давайте честно, на цифрах, что вы покупаете.
ПЛОЩАДЬ, КОТОРУЮ ВЫ ВЫБРАСЫВАЕТЕ
ТЕПЛО: СЧИТАЕМ РАСХОДЫ
КОГДА ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ОПРАВДАНО
ЭРГОНОМИКА И ПЛАНИРОВКА
БЮДЖЕТ: ГДЕ ДЕНЬГИ
Так что прежде чем влюбиться в картинку из интернета, посчитайте, сколько квадратных метров вы готовы отдать за «вау-эффект». А как вы считаете, второй свет — это оправданная жертва ради красоты или глупость, которая потом аукнется при продаже дома?
Изменилась реальность, изменился стиль и образ жизни и киноконцерные залы стали не нужны. Отдельное спасибо за это скажем компьютерам и комплектам "домашнего кинотеатра", кстати. А уж районным залам типа тех же "Марса", "Риги", "Комсомольца", "Эстафеты" и прочих, просто места не нашлось. Кроме тех, кто был выкуплен под тематические проекты, типа того же "Золотого кольца" Кадышевой (бывшая "Эстафета"). Ровно также не повезло и их старшим братьям, типа "Байкала", "Варшавы", "Праги", "Баку" и т.п. Но эти всё чаще вижу перестраиваемыми по новому типовому проекту.
Вот не знаю, а с малыми залами (120-150 мест) это нашей "Искре" просто повезло или этот сегмент в принципе выжил?
Прямо у станции МЦД-3 «Петровско-Разумовская» готовят снос заброшенного «Комсомольца». Здание не видело киносеансов почти два десятилетия, но теперь его ждет не тихое запустение, а активное уничтожение ради очередных строительных объемов.
Возведенный в 1964 году, когда по всему городу массово открывали районные кинотеатры, «Комсомолец» ненадолго ожил в 2002-м — тогда внутри оборудовали единственный зал почти на шестьсот зрителей. Однако эта передышка оказалась недолгой: в 2008 году двери снова закрылись, а помещение отдали под магазины. Дальше всё шло по накатанной: сперва прочили на этом месте торговый центр, но в 2023-м собственник обменял кинотеатр обратно на город, выторговав себе разрешение на жилой комплекс на улице Синичкина.
Сейчас аппетиты выросли. Московский фонд реновации, который и так давно обогнал всех российских девелоперов по вводимым жилым метрам, разыгрывает тендер на строительство здесь жилья на 11,5 тысячи квадратов и офисно-делового пространства на 27,2 тысячи квадратов. Оба объекта потом уйдут с молотка частным покупателям.
Раньше Фонд реновации деловыми зданиями не баловался, но аппетит приходит во время еды. Итог закономерен: еще один кусочек модернистской истории Москвы бесследно исчезнет, уступив место типовым бетонным коробкам, пока «Петровско-Разумовская» продолжает свой бесконечный ремонт.
Американский инженер доказал, что построить дом можно практически из чего угодно, если знать, как это сделать.
Бумажный дом в 2010 году
В 1922 году американский инженер Элис Ф. Стенман начал строить летний дом в Рокпорте, штат Массачусетс. Его каркас, пол и крыша были традиционными деревянными, однако для стен мужчина выбрал материал, который вряд ли можно назвать обычным для строительства, – старые газеты.
Окна бумажного дома
Изначально Стенман рассматривал бумагу как экспериментальный утеплитель. Он собирал старые газеты, получал их от друзей и соседей, а затем склеивал в толстые слои. Для этого он использовал самодельный клей на основе муки и воды, в который добавлял яблочную кожуру и другие клейкие компоненты. Готовые панели он покрывал лаком, чтобы защитить их от внешнего воздействия.
Внутренне убранство бумажного дома
Со временем эксперимент приобрел гораздо большие масштабы. В доме использовано около 100 тысяч газет, а в некоторых частях стен насчитывается до 215 слоев бумаги. Стенман сначала планировал закрыть необычные стены традиционной деревянной обшивкой. Однако, увидев, насколько твёрдой стала поверхность после склеивания и лакирования, решил оставить бумагу открытой.
Стенман вместе с женой пользовался домом как летней резиденцией до 1930 года. Позже к зданию пристроили крыльцо с широкой крышей, которое дополнительно защищало бумажные стены.
Интерьер бумажного дома
Убедившись в прочности материала, инженер решил не ограничиваться стенами. Стенман начал изготавливать из газет мебель. Листы плотно скручивали в своеобразные бумажные бревна, из которых создавали отдельные предметы. Другие предметы имели обычную основу, но были обклеены газетами. Даже пианино получило бумажное внешнее покрытие.
Эта мебель со временем превратилась в своеобразный архив эпохи. На одном из столов сохранились материалы о трансатлантическом перелёте Чарльза Линдберга 1927 года, другой предмет содержит упоминания о президентской кампании Герберта Гувера 1928 года. В старинных часах использованы газеты из столиц 48 штатов США, существовавших в то время.
Газеты из столиц 48 штатов США, существовавших в то время.
Уже в конце 1920-х годов в необычный дом начали приходить посетители. Впоследствии он превратился в музей.
Сегодня "Бумажный дом" в Рокпорте остается частной собственностью семьи и музеем. Часть бумажных поверхностей подверглась естественному износу, из-за чего местами газетные тексты стали еще заметнее.
Бумага
Это началось как экспериментальный летний дом в 1922 году, и он до сих пор существует в Рокпорте более века спустя. Деревянный каркас, защитный лак и более поздние дополнения – всё это стало частью его выживания, но особенность, которая продолжает привлекать посетителей, та самая, которую Стенман начал тестировать в самом начале: сотни слоев старой газеты до сих пор видны на стенах дома в Массачусетсе.
