С чего вы взяли, что про российскую атомную отрасль так не говорят? На самом деле, про неё говорят много хорошего и много плохо - скоротайте вечерок за столом и рюмкой чая с ветеранами отрасли, ещё и не такого наслушаетесь. Конечно, чтобы получить приглашение к этому столу, нужно отслужить в атомке хотя бы десяток лет, ну или накрайняк быть внуком одного из ветеранов. Sad but true.

Обо всём этом говорят вслух, но редко кто пишет о таких деликатных вещах в публичном интернете, особенно на популярных ресурсах для неспециалистов типа того же Пикабу. Причина банальна: к примеру, если написать пост, без уточнения деталей, что некоторый софт для управления ядерным реактором (читай "мозги" энергоблока АЭС) делается при помощи иностранных специалистов, то автору за такое (скорее всего) ничего не будет: в этом нет секрета, международное сотрудничество в области мирного атома и существование всяких МАГАТЭ - общеизвестный факт.

Но если срывать покровы, вдаваться в неизвестные широкой публике детали и озвучивать на какой процент этот софт наш (спойлер: примерно наполовину), а на какой из "недружественных стран" - в гости придут габаритные дяди в одинаковых ботинках и посадят в тюрьму на 15-20 лет за государственную измену. В теории, можно предварительно спрятаться в иностранном посольстве, как какой-нибудь Джулиан Ассанж, и рубить правду-матку оттуда, но как-то неловко, да и мужики не поймут.

И самое главное, ничего эта "страшная правда" про российский атом не изменит. Так что не стоит вскрывать эту тему.

Заговоришь где-то про российский реактор в Китае – обязательно услышишь: «От России там один шильдик, а остальное китайцы давно делают сами». Проверить это можно на свежем примере. На китайской АЭС «Тяньвань» строят седьмой блок с российским реактором новой модели, ВВЭР-1200. А 28 сентября этот реактор впервые вывели на минимальную мощность. Проще говоря, в нём пошла цепная реакция, которая держится и идёт под контролем.

Глава Росатома Алексей Лихачёв сказал об этом так: «забилось сердце реактора». Если сердцем считать топливо и корпус, в котором оно стоит, то сердце у этого реактора наше. Топливо сделали в Новосибирске, а корпус весом 334,2 тонны – в Волгодонске. Весь «ядерный остров» – так атомщики называют реакторную часть – тоже спроектировали у нас. И ключевое оборудование для него поставляет тоже российская сторона.

«Ну и что, станция-то всё равно китайская», – ответят мне. Ну, да. Хозяин станции – совместное предприятие трёх китайских компаний, оно же её и эксплуатирует. А на пятом и шестом блоках стоят реакторы ACPR1000 собственной разработки, так что строить АЭС Китай умеет.

Как привыкли говорить: «Присмотрятся, скопируют и выкинут». С топливом, возможно, так и выйдет: для реакторов старой модели, ВВЭР-1000, его уже собирают на заводе в Сычуани. Правда, лицензия-то на это российская, и комплектующие тоже наши. А для новой ВВЭР-1200 на том же заводе сейчас заканчивают налаживать производство.

С реакторами вышло наоборот: их Китай заказал повторно. Первые четыре российских реактора на «Тяньване» были как раз ВВЭР-1000, их сдали с 2007 по 2018 год. А в 2018 и 2019 годах подписали контракты ещё на четыре, уже ВВЭР-1200: два для «Тяньваня» и два для АЭС «Сюйдапу». К тому времени первая пара проработала больше десяти лет, так что китайцы знали её в деле. Когда покупатель, который умеет строить сам, приходит второй раз, это говорит о технике больше любой рекламы.

Электричества седьмой блок пока не даёт. Сначала на нём проверят системы управления и защиты, потом включат генератор в сеть и ступенями выведут блок на 100 % мощности. Сдать его в постоянную работу должны до конца года, а восьмой – в 2027-м. А нашим заводам проект уже даёт заказы: на 2026 год топливная компания запланировала ещё три комплекта топлива для пуска новых блоков в Китае.

Так что про один шильдик говорить не приходится: когда «Тяньвань» достроят, из восьми его реакторов шесть будут российской разработки. И по мне, лучше продавать своё умение соседу, чем держать его в сейфе и трястись, что подсмотрят.

Источники:
https://www.atomic-energy.ru/news/2026/09/28/168799
https://www.atomic-energy.ru/news/2023/08/03/137737
https://www.atomic-energy.ru/news/2026/01/21/162721
https://www.world-nuclear-news.org/articles/tianwan-7-brought-to-minimum-controllable-power-level

Сводка добрых новостей от Ивана Реданта

Наше московское производство сидит на территории Мосрыбкомбината в здании 70-х годов, которое рано или поздно снесут под очередной жилой квартал. Девелопер клятвенно обещает не трогать нас ближайшие пару лет, но когда у тебя два этажа цехов, сотня с лишним сотрудников и линии, которые крутятся в три смены, жить с дамокловым мечом над головой — стрессово.

Поэтому мы решили ничего не ждать и переехать.

Переезд производства — это как переезд в новую квартиру и ремонт в ней с нуля, но в масштабе. Вместо дивана и стиралки — реакторы, линии розлива и лаборатория, а вместо разборок с грузчиками — переговоры с городом, банком и застройщиком одновременно.

В целом стало тесновато

Мы в Гельтеке варим свою продукцию больше 30 лет и помимо этого делаем всякое и для других брендов. Отдать процесс на сторону — это, конечно, избавление от головной боли, но себестоимость от этого не падает, а растёт. И самое неприятное — вместе с производством отдаёшь и контроль над качеством, а мы хотим контролировать процесс от начала до конца сами.

Каждый год на протяжении последних пяти лет мы растём вдвое, и то, что когда-то закладывалось на вырост, давно превратилось в тесную коробку. Производство и так работает круглосуточно, в три смены, с перерывом только на выходные.

Реакторы позволяют варить косметики в два раза больше, спрос есть, но фасовать этот объём просто негде. Чтобы добавить линии розлива, этикетировки и упаковки, нужны квадратные метры, а их нет. Часть складов уже переоборудовали в так называемую серую зону — там клеят этикетки на закрытые флаконы и заворачивают продукцию в термоусадку. Но и это временный костыль: минимальный склад для готовой продукции, коробов и тары для перевозки между площадками всё равно нужен, иначе весь производственный цикл встанет колом. Пока нашли способ выжать максимум из имеющегося пространства и рассчитываем, что этого хватит до самого переезда.

Москва — область

Если в Москве так тесно, почему не переехать в Подмосковье — там же и площади дешевле, и земля не в дефиците?

Загвоздка в том, что анархисты в Мытищах, казаки-либертены чутка южней. И в том, что производство — это прежде всего люди. Хороших химиков-технологов и инженеров днём с огнём не сыщешь, а тут ещё лаборатория, куда нужны отборные кадры. Чтобы человек согласился каждый день мотаться из Москвы в условную Коломну, ему придётся платить повыше рынка, и вся экономия на аренде мгновенно херится.

У нас есть второе производство в Дедовске, и там с кадрами сложно. В Москве захотел вторую-третью смену — нашёл людей, всё решаемо. А когда людей физически нет в округе — это совсем другая история. Мы решили не рисковать московской командой и купили 4500 квадратных метров в Люблине.

В ипотеку, как все нормальные люди.

Как удалось остаться в городе и даже получить поддержку

Классические промзоны из Москвы стремительно исчезают — на месте ЗИЛа и «Серпа и Молота» выросли ЖК с блэкджеком, бургерными и парикмахерскими. Мосрыбу, судя по всему, ждёт та же судьба. Но вместо старых промзон с ржавыми подъёмниками и советским наследием частные инвесторы начали строить чистенькие «коробки» под производственные линии. В таком проекте компании Hutton нашлось подходящее место — единственный на тот момент вариант внутри МКАДа, который устроил и по транспортной доступности, и по метражу, и по цене.

Переговоры шли с июля по сентябрь, а в октябре 2025 года подписали документы. Город оказался заинтересован, чтобы высокотехнологичное производство оставалось в Москве, и согласился помочь: субсидирует половину ключевой ставки по ипотеке на пять лет. Сделка четырёхсторонняя: мы, застройщик, банк и департамент.

Помогли, по всей видимости, не только красивые презентации: мы платим налоги, создаём рабочие места с достойными зарплатами, входим в топ популярных брендов у крупнейшего отраслевого ритейлера, а в 2025 году продукцию Гельтека дарили на ПМЭФ. Плюс открытость — съёмочные группы на производство мы пускаем без проблем, комментарии и отчёты в прессу даём охотно.

Возможно, поэтому и город в ответ помогает расти.

Стандарты GMP и вода, которая портится за три дня

Купленное здание оказалось не совсем готовым. Когда приехали смотреть, там ещё доливали бетон на верхнем этаже. Застройщик отдаёт только черновую отделку, весь остальной ремонт — на нас. Это дольше и дороже, чем заезжать в готовое помещение, но зато можно сделать всё под себя: например, расширить буферную зону, где сотрудники переодеваются в чистую рабочую одежду.

Это важно, потому что мы уже больше 10 лет работаем по стандарту ISO 22716 GMP для косметики. По этому стандарту проверяют не только состав в баночке, но и условия, в которых эта баночка была сделана: чистоту воздуха, организацию потоков, моющиеся поверхности и кучу других деталей. Вот тут наш пост про бахилу для бороды и прочую гигиену.

Косметику в принципе можно делать в менее строгих условиях, это не лекарства. Но раз мы больше 30 лет варим медицинские гели для УЗИ и ЭКГ, где требования жёстче, содержать две разные системы качества параллельно бессмысленно, проще собрать воедино по верхней планке. Получается, что косметику мы делаем по стандартам медизделий.

Для GMP критически важна деионизированная вода высокой степени очистки. Рядом с текущим производством вечно что-то строят, из-за чего качество воды падает так, что фильтров хватает всего на 2–3 дня вместо месяца. Вину, разумеется, никто не признаёт, так что справляемся своими силами.

Застоявшаяся вода, даже идеально чистая, рано или поздно зарождает в себе жизнь. Пробовали ставить ультрафиолетовую лампу, убивающую бактерии, — бактерии убивались, но их останки оседали на фильтре и превращались в питательную среду для новых бактерий. В итоге пришли к системе без застойных зон: вода должна циркулировать постоянно, и если где-то тупиковая ветка — она обязательно зацветёт. В новогодние праздники, когда производство официально стоит, люди приходят и прогоняют воду по регламенту. На новой площадке будем делать сразу правильно.

С вентиляцией пришлось разбираться не менее скрупулёзно — стоят каскады фильтров F7 и F9, отсекающие пыль и микроорганизмы с улицы. Долго спорили, как выстроить потоки воздуха так, чтобы из зон с открытым продуктом воздух шёл в коридоры, а не наоборот. В итоге пришлось разводить километры труб, кабелей и воздуховодов в ограниченном пространстве так, чтобы к каждому узлу можно было подобраться.

Ремонт и озорные подрядчики

Ремонт на промышленном объекте — это не только инженерные тонкости, но и пожарка, МЧС, антитеррор и требования к местам массового скопления людей.

Вот, например, гипсокартон. Он бывает обычный, влагозащищённый и противопожарный. Последний стоит как чугунный мост (а ещё он розовый!). Но если в цехе взвешивают карбомеры (это сыпучее вещество вроде муки), пожарные требуют именно противопожарные перегородки. Ок, всё логично, нормы есть, деньги платим.

Подзаморочились с проектированием цеха. Тут важно, сколько человек будет в помещении, где проходят пути эвакуации, что делать при ЧП. Для 10 человек одни требования, для сотни — совсем другие, ведь это промышленный объект, где может случиться всякое.

Но самое весёлое, конечно, — это работа с подрядчиками. Один подрядчик на тестовом небольшом блоке отработал отлично, на большом объекте первый месяц держался молодцом, а потом почему-то выгнал толковых строителей и нанял тех, кто мастерок держит впервые в жизни. Ремонт встал. Оказалось, эта же бригада выиграла тендеры на ремонт школ, попала в кассовый разрыв и не могла платить нормальным рабочим. В итоге вместо полутора месяцев ремонт растянулся на пять. А главный (уже, разумеется, бывший) электрик вообще кинул своих рабочих, пропал со связи и при этом продолжал постить счастливые сторис с моря.

Короче, о сроках говорим с большой осторожностью.

Что, где, когда

Возможно (три раза тьфу, чтоб не сглазить), в конце года или чуть позже начнём перевозить оборудование. Здание уже почти сдано, проект ремонта полностью готов. На новую площадку завезём два полуторатонных реактора — они резко ускорят производство и заодно снизят себестоимость, потому что в обслуживании не сильно сложнее стандартных 100-килограммовых, а продукта выдают в разы больше.

Главная же задача — расширить парк фасовочного, укупорочного и этикетировочного оборудования и выстроить линии так, чтобы процесс не дробился на отдельные этапы. Чтобы в одной точке поток начинался, а через пару метров цикл уже полностью завершался. Дальше линии будут перепроектировать под конкретный спрос. Если, например, 30-миллилитровые флаконы продаются активнее прочих, под них поставят отдельную линию.

Сейчас здание даже великовато, и в лучшем случае с ходу мы освоим только половину помещений. Но если рост продолжится в том же темпе, оставшееся место понадобится буквально через 3–4 года. Всё это нагромождение сложностей затевается ради того, чтобы качество продукции не проседало и всё было в наличии. Спрос на Гельтек стабильно растёт, из-за чего периодически чего-то не хватает.

Как переедем, всё должно наладиться.

Раз уж вы дочитали до конца и теперь знаете о своей коже чуть больше, чем хотели, — вот вам промокод ROZHA_PROSIT на скидку 20% на раздел «Косметика» на сайте. Просто чтобы был выбор: негодующе закрыть пост или негодующе купить со скидкой.

А если вам интересно, как мы разрабатываем новые средства, или вы хотите с нами пообщаться, то заглядывайте в телеграм-канал с хрониками нашей уютной лаборатории.