IvanREDANT

Собрала самолёт компания Spectra Aircraft – авиастроительное подразделение группы S7, той самой, что возит нас обычными рейсами. За штурвалом в первом полёте был Владимир Барсук, лётчик-испытатель первого класса и директор новосибирского СибНИА имени Чаплыгина. Пролетели круг, сели на свою же полосу, все системы отработали штатно. До этого мотор основательно погоняли на земле: рулёжки, скоростные пробежки, короткие подлёты на высоту до пяти метров – проверяли каждый режим, запуск, набор оборотов.

Главное здесь – под капотом. Поршневой мотор для лёгкого самолёта – ровно то место, где своего у нас годами почти не было. Современные лёгкие машины – частные, учебные, спортивные, самолёты аэроклубов – по всему миру летают на импортных поршневых двигателях. И у нас так же. Пока их спокойно продавали, никто и не задумывался. А как «надёжные партнёры» поставки прикрыли, выяснилось, что без чужого мотора у нас и лёгкий самолёт с земли толком не поднять.

Что мне здесь нравится больше всего – за дело взялась частная компания. Авиаперевозчик, который сам летает и сам считает каждый рубль, взялся строить свой самолёт под этот новый мотор. По разнарядке сверху так не делается – значит, спрос видят реальный и на годы вперёд. А за этим мотором тянется целая цепочка: аэроклубы, лётные училища, малые аэродромы, санитарная авиация в глубинке, куда до райцентра порой только по воздуху. Всё это годами держалось на импортном моторе, который в любой момент могли перекрыть.

От опытного образца до серийного мотора дорога небыстрая, тут спорить не о чем. Но самый честный экзамен для двигателя – оторвать машину от земли и вернуть её целой – этот уже сдан. Дальше вопрос времени и рук. А руки, как видим, есть.

Источники:
https://ria.ru/20260714/samolet-2104718384.html
https://www.1tv.ru/news/2026-07-14/547558
https://rg.ru/2026/07/14/reg-sibfo/v-novosibirske-sovershil-pervyj-polet-legkomotornyj-samolet-tango.html
https://iz.ru/2132301/2026-07-14/legkomotornyi-samolet-tango-sovershil-pervyi-polet

Сводка добрых новостей от Ивана Реданта

Учёные Сеченовского университета в Москве нашли способ распознавать ишемическую болезнь сердца по обычному выдоху. Человек дышит в трубку – сначала в покое, потом после нагрузки на велотренажёре, – а прибор ловит в выдохе те летучие вещества, по которым видно: со снабжением сердца кровью непорядок.

Смысл вот в чём. Сердцу, которому не хватает кровотока, приходится менять обмен веществ, и это отражается на составе выдыхаемого воздуха – вплоть до отдельных молекул. Раньше поймать такое можно было только через кровь, ЭКГ под нагрузкой, дорогую аппаратуру и время. Здесь – масс-спектрометр высокого разрешения и обученный алгоритм, который сам вычленяет нужную картину из десятков соединений. В исследовании было 80 человек: у 31 нарушение кровоснабжения уже подтверждено, ещё 49 – здоровая группа для сравнения. Больного алгоритм определял верно примерно в 77 случаях из ста.

Сразу скажу как есть: это пока исследование, до прибора в поликлинике за углом ещё далеко. Метод ещё гонять и гонять на больших группах, прежде чем врач сможет на него всерьёз опереться. Но у наших течёт и другая, похожая работа: по выдоху уже пробуют различать четыре болезни лёгких, от астмы до ХОБЛ, а отдельно – буквально за минуту дыхания – оценивать риск ожирения и обменных нарушений. Те ли это учёные или другие – вопрос отдельный, но тренд один: диагностика по выдоху у наших набирает обороты.

И вот это мне здесь нравится больше всего. Наш мужик доходит до врача, когда уже прихватило, – а сердце, между тем, подводит нас раньше и чаще всего остального. Диагностика, где вся процедура – просто подышать в трубку, без уколов и капельниц, – ровно тот инструмент, который такого человека реально доведёт до кабинета вовремя. Пока где-то спорят, чья медицина «прогрессивнее», наши тихо мастерят то, что ловит беду до того, как она свалит человека с ног.

Доведут метод до поликлиник – и «проверить сердце» станет делом одного выдоха, без походов по лабораториям. Вот по таким тихим, некрикливым разработкам и видно, что наша прикладная медицина умеет работать на результат.

Источники:
https://ria.ru/20260714/uchenye-2104670376.html
https://rg.ru/2026/06/30/v-sechenovskom-universitete-nauchili-ii-razlichat-zabolevaniia-legkih-po-vydohu.html
https://rg.ru/2026/07/01/riski-metabolicheskih-narushenij-mozhno-ocenit-po-sostavu-vydoha.html

Сводка добрых новостей от Ивана Реданта

Чтобы было ясно, что это за уровень. Международная олимпиада по физике – это турнир для сильнейших школьников планеты: задачи там такие, что над ними и взрослый инженер посидит не один час. Год назад во Франции наши взяли три золота и два серебра – уже сильно. А в этом году в Колумбии – чистые пять золотых. То есть команда удержала планку прошлого года и подняла её ещё выше.

И вот что мне тут нравится больше всего. Мы привыкли слышать, что мозги утекают, что все толковые давно уехали. А на деле пятнадцати-шестнадцатилетние парни из наших же школ едут на другой конец света и привозят оттуда всё золото, какое их команда могла взять. Зовут их Александр Ахремов, Ярослав Доброхвалов, Артём Еремин, Иван Пругло и Богдан Яйцевский – трое из Физтех-лицея имени Капицы, один из калининградского лицея, один из московской школы. Обычные наши ребята из обычных школ.

Между тем медали тут – только часть истории. Физика такого класса – это завтрашние инженеры, которые будут считать нам реакторы, двигатели, ракеты и станки. Пока одни рассуждают, есть ли у страны будущее, это самое будущее уже сдаёт свой первый серьёзный экзамен – и сдаёт на золото. Делегацию, к слову, возглавлял Виталий Шевченко из МФТИ, и сказал он просто: пять золотых у пяти участников – это подтверждение уровня нашей физической школы.

Так что стоит запомнить эти пять фамилий. Лет через десять мы, похоже, встретим их снова – уже под чертежами того, что заставит наших «партнёров» нервно листать русские новости.

Источники:
https://ria.ru/20260711/olimpiada-2104268015.html
https://rg.ru/2026/07/11/vsia-rossijskaia-sbornaia-vziala-zoloto-na-mezhdunarodnoj-olimpiade-po-fizike.html
https://tass.ru/obschestvo/11969819
https://vz.ru/news/2026/7/11/1434158.html
https://iz.ru/2131049/2026-07-12/shkolniki-iz-rf-zavoevali-zolotye-medali-mezhdunarodnoi-olimpiady-po-fizike

Сводка добрых новостей от Ивана Реданта

Речь про меланому, один из самых опасных видов рака кожи. Против неё сегодня работает иммунотерапия: препараты, которые натравливают на опухоль собственный иммунитет человека. Метод мощный, но капризный: одному пациенту он даёт ремиссию, а соседу по палате может не дать ничего, и заранее угадать, кому повезёт, до сих пор никто не умел. А лекарства эти очень дорогие, и время у онкобольного не резиновое: каждый впустую потраченный курс это месяцы, которых потом может не хватить.

Специалисты Центра физико-химической медицины имени Лопухина вместе с онкологами из центра имени Блохина зашли с той стороны, куда раньше почти не смотрели, со стороны микрофлоры кишечника. Собрали свои пробы у пациентов ещё до начала лечения, свели их с данными коллег со всего мира, всего 490 образцов из семи международных исследований, и полностью прочитали ДНК каждого. Такого масштабного разбора именно кишечной микробиоты при меланоме до них в мире никто не проводил.

И вот что они вытащили. Раньше смотрели проще: есть у человека в кишечнике нужная бактерия или нет её. Оказалось, всё тоньше. Внутри одного вида бактерий разные штаммы, по сути близкая родня, ведут себя прямо противоположно: один помогает иммунотерапии сработать, другой её глушит. Именно эту развилку до наших в мире и не разглядели. И мне здесь по душе, что за открытием стоит понятный рабочий механизм: становится ясно, почему у одного пациента лекарство берёт опухоль, а у другого молчит.

Что это даёт живому человеку. Теперь по анализу микрофлоры можно заранее прикинуть, подействует ли дорогая иммунотерапия конкретному больному, и не терять драгоценные недели на курс, который ему всё равно не поможет. А дальше и вовсе интересно: ту же микрофлору можно подстроить, чтобы иммунитет ответил как надо. То есть у врача появляется рычаг там, где раньше оставалось только гадать и надеяться.

Про рак кожи мы привыкли слышать одни страшные сводки. А тут наши, без громких заявлений, сдвинули понимание этой болезни для всей мировой онкологии, и сделали это первыми. Такие открытия громких заголовков обычно не собирают. А по мне, именно они и двигают медицину вперёд, и хорошо, что двигают её сейчас наши.

Источники:
https://ria.ru/20260710/uchenye-2104017153.html

История редкая, поэтому объясню механику.

Соня родилась с тяжёлым врождённым пороком: левый желудочек сформировался не полностью. В медицинских бумагах диагноз зовётся несбалансированным общим атриовентрикулярным каналом, а на деле порок превратил её сердце в двухкамерное вместо четырёхкамерного.

В таких случаях хирурги идут на компромисс – операцию Фонтена. Недоразвитый желудочек полностью отключают от кровообращения, всю работу перекладывают на второй, более развитый, а венозную кровь пускают к лёгким в обход. Собирают такую схему этапами, растянутыми на годы: Соне их проходили семь лет, последний завершили в 2024-м.

Через полгода конструкция отказала. Давление в лёгких поползло вверх, лекарства результата не давали.

Тогда в Новосибирске приняли решение, которого в российской практике до них не принимал никто. Конструкцию Фонтена убрали целиком, а левый желудочек – тот самый, что два года был выключен из кровотока и ни разу не сокращался в полную силу, – заставили взять свою нагрузку. Потянет он или нет, заранее не знал никто: до сих пор такие операции делали только детям, у которых этапы Фонтена ещё не довели до конца. У Сони всё было уже собрано и работало.

«Операции по конверсии кровообращения Фонтена уникальны по своей сложности. Они выполняются редко во всем мире и связаны с высокими рисками», – говорит сердечно-сосудистый хирург Юрий Кулябин, возглавивший бригаду.

Около двух недель Соня пробыла в реанимации. Левые камеры сердца привыкали к нагрузке постепенно, и объём левого желудочка на сегодня вырос вдвое. Анатомию восстановили, работают оба желудочка.

Про «впервые в России» тут напишут все. Меня цепляет другое: за девочку взялись там, где отступить было бы и проще, и спокойнее для отчётности – пациентка тяжёлая, случай нестандартный, гарантий никаких. Взялись и вытащили. Сделали это в Новосибирске, куда Соню привезли из Ижевска.

Соне девять. Ей ещё расти и ходить в школу – со своим, целым сердцем. А у наших кардиохирургов теперь есть то, чего в российской практике не было ни разу: рабочий путь назад.

Источники:

https://ria.ru/20260709/novosibirsk-2103808873.html

https://nsk.aif.ru/society/v-novosibirske-vpervye-v-rossii-p...

https://news.mail.ru/society/71575582/