Мы двигались по коридору корабля словно группа улиток, улиток-туристов точнее говоря. И причем, каждая частенько останавливалась и начинала крутить головой по сторонам. А как иначе.

И меня раза два одергивала андроид и бесконечно спокойным голосом просила догнать группу и не отвлекаться.

Но как я мог не отвлекаться, когда мы проходили мимо площадки игры в марсианский квадрат.

Такая игра распространена, как у землян, так и у марсиан. Играют в нее часто только, в космосе. Суть заключается в том, чтобы центральный объект, висящий посередине игровой зоны затолкнуть на территорию врага. Квадрат поделен на две части, с каждой стороны находятся по 2 человека. Игроки взаимодействуют на другие объекты соседними объектами, чтобы сдвинуть этот проклятый центральный и загнать на территорию противоположной команды. Чем-то напоминает бильярд, но лишь чем-то.

Взаимодействовать с ним можно только через другие объекты, на которые ты можешь воздействовать только другими. Надеюсь, вы поняли, а если нет, то посмотрите инструкцию в земной сети, там все довольно просто написано.

Заворожило меня то, как они играли. Словно таинственные маги из легенд прошлого земных сказок, они махали руками и разные игровые элементы кружились перед ними толкая друг друга стараясь задеть центральный.

Каждый игрок действовал по очереди. Иногда человек зависал в точке нуля и выходил из игры, если его напарник не пропускал свой ход и не помогал ему, то игроку приходилось выбирать между действием или своим напарником.

И все это происходило на нашем потолке, вы только представьте.

Я отвлекся на слова милой и почти такой живой андроида "МА-2689i", которая звала меня очередной раз и просила не отставать. Я кинул последний взгляд на игру перевернутых марсиан, как раз в тот момент когда один из игроков выгнулся дугой и ударом ноги толкнул красный квадрат, который задел желтый круг и ударился в центральный предмет – зеленый треугольник с длинной вершиной и миновав марсианина из дугой команды залетел в их территорию квадрата.

Нас провели в общий зал, который был предназначен для гостей Антея и попросили подождать, пока наш робо-гид не получит других указаний от капитана.

Андроида мы быстро окрестили Ма, а кто-то называл ее Марией.

Наша провожатая села около закрытой двери на большое песочного цвета кресло и, казалось, погрузилась в свои цифровые думы.

Сейчас, нас в просторной комнате ожидания находилось 10, если считать только людей, то 9.

Мы заплатили такие суммы и что получили взамен? Нас оставили в зале ожидания и теперь мы все вместе ждали, когда капитан даст новые указания Ма. И она наконец поведет нас дальше. Кто-то заплатил и полную стоимость, я имею в виду светловолосую пару, которая сейчас общалась с другими туристами около барной стойки.

Один из собеседников был невысокий, коренастый мужчина с длинной белоснежной бородой. Второго я уже видел, при сканировании около входа в шаттл. Это был пассажир в цилиндре с выразительными чертами лица. Длинный узкий нос, угловатые брови и острый подбородок. Оба собеседника блондинов были одеты в зелено-красные костюмы. Они живо обсуждали какую-то тему.

Я огляделся, интуитивно ища Акиля, хотелось тоже поделиться своими впечатлениями об Антее с ним.

Две девушки стояли около андроида и заваливали ее своими вопросами.

Дамы были одеты в красно-желтую форму и направлялись туда же куда и я, на красную часть Марса.

Наконец я нашел араба. Он стоял в углу и беседовал с парнем, икавшим всю дорогу до Антея. Худым высоким мужчиной с дредами и протезом вместо одного глаза. Парень был одет в такие же цвета, как и Акиль, красно-зеленые.

Подойдя ближе, я услышал обрывки их разговора.

-Кафедра терраформирования моря. Про океан я ничего не знаю, - сухо ответил араб.

-Но вы же с Ордиума, вы все должны знать, - по глазам парня было понятно, что это тема для него очень важна.

-Вот долетим и узнаешь. Спросишь у кого-нибудь местного.

-Это все из-за моего уровня сканирования? Поэтому вы не хотите со мной общаться? Думаете от меня будут неприятности? - Акиль молча обошел парня и направился в сторону барной стойки, рядом с которой беседовали и выпивали блондины.

Я перехватил его, улыбнувшись, - Эй, как тебе полет, как Антей?

Акиль, уставши похлопал глазами и, тяжело вздохнув, ответил:

- Нормально, Джон, - араб без лишних слов продолжил свой путь в сторону бара.

Я чуть расстроился. Неужели это из-за этой дурацкой проверки перед рейсом? Вот так человек может перестать с тобой общаться просто потому, что у тебя при сканировании загорелась кораллового цвета лампочка.

Правда пара блондинов спокойно общалась с мужчиной в цилиндре и вроде их диалог живо складывался. Может это из-за того, что все они направляются на одну сторону Марса…

Но из-за чего расстроился Акиль?

Я не стал выяснять и лишь взглядом проводил погруженного в свои мысли мужчину.

Подняв голову, я обнаружил что сверху нет второго пола и там никто не ходит, не играет, даже не работает. Вместо всего этого на нас смотрели молчаливые звезды, через прозрачный экран-стекло.

Ко мне кто-то подошел, пока я разглядывал звезды. Когда мои глаза скользнули на пришедшего, то я увидел высокого и худого мужчину с дредами, который только что приставал к Акилю со своими вопросами.

Он молча встал рядом и, достав из кармана электронную сигару, закурил. Его правый глаз сейчас фокусировался на двух девушках, расспрашивавших андроида в противоположной стороне зала.

Сделав пару затяжек и выпустив кольцо сизого пара, он наконец заговорил тихим низким голосом:

- Тебя Джек зовут, так ведь? - Я промолчал, так как он, выпустив еще одно кольцо пара сразу же продолжил, – Нам подвешенным… - он хохотнул и повернул свое угловатое лицо в мою сторону. Его неприятный глаз-протез начал, жужжа, сканировать меня. Я буквально ощущал, как сигналы его аугментации проходили сквозь мое тело и передавали данные на его микрочип, расположенный в нем же, хотя может у него есть и другие импланты, кто сейчас этим не грешит? Моя кожа жутко зачесалась в местах, где присутствовала электроника, – надо держаться рядом! – получив всю нужную обо мне информацию он довольно кивнул сам себе. – Так, я называю тех, у кого не зеленый свет. Забавно ведь, да? Что марсиане сделали не красный проходным, а зеленый. Тот, что принадлежит Земле и считается его по праву, - парень сжал кулак, но сразу же улыбнулся и разжал его, – Меня, кстати, зовут Кевин, - он протянул свою руку, покрытую шрамами от ожогов.

Я протянул свою и получил его крепкое рукопожатие, облокотился на стену и уставился на двух девушек, которые сейчас уже отходили от андроида и направлялись в сторону бара, закончив со своими расспросами.

- Это сестры Джин и Джилл.

- Ты все обо всех знаешь? – я не удержался от комментария, этот растаман начинал меня немного раздражать.

- А то, - он медленно выдохнул облако пара и спрятал сигару в карман красно-зеленых штанин, - Может я земной маршал и моя задача знать все обо всех? А может шпион или просто растаман с земли, кто его знает, - парень хохотнул и ударил меня по плечу своей рукой усеянной шрамами. – Расслабься, будь я маршалом сделал бы себе зеленый свет при проходе, а не вот это вот все. И поговорить теперь до самого полета не с кем. Зараза.

- Если что, я всегда готов помочь, Джек, - его целый глаз посмотрел на меня, как на своего напарника, с которым он работал уже пол жизни, после чего кивнув, Кевин направился к бару, где сейчас заказывали выпивку две девушки, весело что-то обсуждавшие.

Я замер, буквально почуяв всем своим телом некую волну энергии, прошедшую через меня и направившуюся куда-то дальше в сторону коридора откуда мы недавно пришли. Моя кожа снова заныла, чертовы железки и чипы, что нам надо вживлять себе под кожу. По прилету надо все же раскошелиться и сменить их на новое поколение.

Остальные, по-видимому, ощутили то же самое и живо принялись обсуждать это событие.

Залипнув в своем коммуникаторе и рассматривая показания среды Антея, я опять не заметил, как ко мне кто-то подошел. На этот раз это был андроид.

Мария улыбнулась и, смотря мне в глаза, заговорила своим спокойным и мягким голосом: - Если вам скучно, я могу ответить на несколько ваших вопросов.

- Все хорошо, спасибо. Хотя, мне интересно было бы узнать, что это за «некая волна» только что прошла сквозь нас?

- Это нейроимпульс Антея, который сканирует корабль на наличие Тарнитов.

Я не могу вам не рассказать об этих маленьких засранцах.

Тарниты – это первые и последние блуждающие в космическом пространстве живые организмы, которых открыли люди начав свою грандиозную экспансию в бесконечный космос и остановившись почти сразу на солнечной системе поняв, что для колонизации планет из других систем нужны совсем другие технологии.

Еще их называют живыми метеоритами, разница лишь в том, что они питаются любой органикой, для поддержания своего сложного углеродного состояния жизнеобеспечения.

Их открыли спустя 50 лет после колонизации Луны и закладки фундамента колонии на Марсе, когда парочка таких упала на Лунную колонию и устроила там свое «незабываемое шоу». Эти маленькие черти, как говорили из новостей быстро размножаются и похожи на плесень, которая быстро пожирает органику, словно огонь сухую листву. Хотя можно ли верить тому, что передают по государственным сетям? Тут каждый решает сам. Много информации о том случае было скрыто и засекречено, лишь главы совета, да военные знают правду.

Волна, что посылал Антей и была своего рода защитой от них. Земляне же использовали нейросеть подключенную к сотням микрокамер, расположенных на их кораблях. Первый и второй варианты находили тарнитов и оповещали об этом членов экипажа корабля или станции на какие они попадали.

Про нейросети это вообще отдельная история.

После того как они вышли на новый уровень «самопознания» Земля почти сразу отказалась от них вернувшись к старой версии и уничтожила все свои разработки в этой области. А Марс не стал прекращать обучения своих нейросетей и создал нейроцепи на базе кристаллов, которые не были самоосознанными, как человек, но были очень к этому близки имитируя это состояние.

На этой почве был большой скандал между Землей и Марсом, от части и послужившей началу их раскола. Марс до сих пор питает надежду найти технологии землян сумевших создать следующий уровень нейросетей, чтобы соединить свои разработки с их и создать нечто третье, возможно настоящую цифровую жизнь, которая сможет чувствовать, любить и жить.

Но вернемся к нашим засранцам тарнитам. Никто не знает откуда они взялись, просто появились однажды в нашей системе и все. Шанс на то, что они врежутся в ваш корабль ничтожно мал, но все же он есть и поэтому все соблюдают технику безопасности. На Антее это делает кристаллическая нейроцепь, которая заодно и управляет всем кораблем.

Мария подняла свои зеленые глаза и посмотрел вверх на сияющие где-то далеко звезды. Казалось она, что-то представляла, но это лишь казалось, так как нейроцепь управляющая ей не способна чувствовать, а лишь имитировать чувства подражая человеку, что сейчас она и делала, чтобы всем землянам было комфортней находиться на марсианском корабле.

На самой красной планете нам предстоит столкнуться еще с множеством андроидов и общение с Ма сейчас нарративно готовит нас к этому.

Я подошел к ней и тоже поднял голову всматриваясь в красно-зеленную туманность: - Красиво.

Девушка моргнула и, в замешательстве посмотрела на меня, переспросив – Красиво? Вы считаете пустое пространство красивым? – я представил, как внутри нее начала работать нейроцепь, для поддержания беседы с человеком.

- Конечно, космос ведь пуст на близкой дистанции, но, если, - я взял ее руку и поднял кверху, указав ее тонкой кистью на туманность и светившую где-то далеко за ней звезду, - представить все гораздо шире и дальше, то он бесконечно наполнен разными объектами начиная от звезд, планет, астероидов и комет, до кротовых нор с блуждающими тарнитами, и кометами в паре с метеоритами.

Андроид улыбнулась, а потом поджала губы, потом снова улыбнулась. Она не знала какую эмоцию вывести на свое лицо. Мне было интересно по взаимодействовать с марсианской технологией, ведь на земле нейросети совсем глупые и с ними так не развлечешься.

- Пусто? Пусто. П-п-ппусто… - видно Ма закоротило и мне стало страшно, что меня могут обвинить в порче имущества. Я огляделся, чтобы позвать кого-то на помощь, но Мария неожиданно положила свою руку на мою и, тихонько сжав искусственные пальцы на моем запястье, подняла его наведя на свое лицо, которое выражало грусть и умоляюще, прошептала: - Не пусто… Не пусто. Не пусто! – ее голос в конце сорвался на крик, и андроид отпустила мою руку, отойдя назад и закрутив головой по сторонам.

В помещение вбежали несколько марсианских служащих в бардовой форме, как и она, и взяв ее под руки, быстро скрылись в открывшемся позади них проходе. Следом из него вышла высокая девушка с короткой черной стрижкой и такими же черными глазами.

- Наша компания приносит огромные извинения за сложившуюся ситуацию. Можете быть спокойны я не андроид и теперь буду с вами до самого конца полета. Меня зовут Наталья Колочкова. Я буду рада ответить на все ваши вопросы и помочь по любому делу, но сейчас дайте мне минутку, - девушка в бордовой юбке чуть ниже колен и строгой жилетке с логотипом марсианской компании зашагала ко мне.

Подойдя ближе, она улыбнулась белоснежной улыбкой и буквально промурлыкала, натужно улыбаясь: - Сэр, Джон Смит, приносим свои глубокие сожаления, что вы столкнулись с бракованной серией наших андроидов. Это случается очень редко! Наша компания в качестве извинения освобождает вас от подачи ответной информации на сканирование нашей системы посадки пассажиров, – девушка убрала с лица натянутую улыбку и улыбнулась уже по-настоящему, - В общем, меняем ваш коралловый огонек на зеленый 1-го класса.

-А что будет с тем андроидом? – мне на секунду стало жалко марсианскую нейроцепь к которой мы все уже привыкли. Ведь из-за меня, наверное, она и впала в замыкание…

-Ее батарейный блок деактивируют и погрузят систему в фрагментацию, если это не поможет, то по прилету направят в центр переработки андроидов и там разберут на тысячу и одну часть, чтобы понять в чем была причина сбоя. – Наталья, заметив мой печальный взгляд, подняла свои аккуратные тонкие брови и продолжила, – Только не говорите, что вам ее жаль. Это всего лишь нейроцепь, обычная нейроцепь. У нас на Марсе они везде: в домах, пылесосах и чайниках. Ведь если чайник сломается вы не будите по нему грустить? Идем те, лучше я вас угощу нашим фирменным кофе с Антея, - Наталья взяла меня под руку и повела в сторону бара, где уже собрались все пассажиры, ожидая нас.

От девушки пахло лавандой и корицей, очень странное сочетание. Но на Марсе это вполне обычное явление.

Марсиане пытались создать свою культуру, пытались отделиться от Земли и своими повадками всем чем угодно, лишь бы казаться самобытными. Так как считали себя новыми людьми. Новым витком человечества. Хотя, по сути, были теми же землянами. И за пару веков толком и не поменялись, но все же смогли создать свою самобытную культуру.

Подойдя к бару, Наталью тут же завалили вопросами и буквально выдернули из моей компании.

Но я не остался скучать, ко мне тут же подошла светловолосая пара и поздоровалась:

-Джон Смит? – девушка буквально накинулась на меня своими голубыми глазами и лишь рука ее компаньона удержала даму от того, чтобы подойти ближе. Мы так рады за вас. Так рады… Я и мой супруг! Хорошо, что ваша проблема с уровнем пропуска решилась… Какое невежество, Клаус! Мы даже не представились, этому симпатичному, молодому человеку, - блондинка кокетливо улыбнулась и, приобняв своего мужа, наконец представилась, - Мы - Ингрид и Клаус Шультс, приятно познакомиться, - девушка сделала шаг вперед и взяла мою ладонь в свою, сжав ее немного и тут же, довольно вздохнув, отпустила.

Клаусу явно все это не нравилось. Не только я и не здоровый интерес его супруги ко мне, но, и все происходящее. Человеку было скучно и не интересно здесь. Он готов, наверное, был отдать сейчас половину своего состояния и оказаться где-нибудь в тихом местечке на своей родной Земле. Где-нибудь около тихого и не застроенного небоскребами и водородными фабриками океана. Но его неугомонная жена притащила их на какой-то корабль, который полетит куда-то в темную даль космоса к совершенно чужой для него планете.

Клаус зевнул и легонько потянул за собой жену, отводя ее в сторону и что-то шепнув на ушко. Она засмеялась, покраснев, и резко обернулась ко мне, подмигнув, а потом продолжая смеяться, пошла с мужем в сторону мягких кушеток, где можно было удобно устроиться и отдохнуть.

Я был немного ошеломлен этой дамой, которая если мы окажись взаперти, накинулась бы на меня без лишних слов.

Улыбнувшись, я стал около края барной стойки и принялся разглядывать напитки. Ни одно из названий мне было не знакомо.

За время существования Марсианской колонии, а затем и независимого государства марсиане создали много интересных алкогольных напитков, не встречающихся на Земле. Были здесь конечно и изделия, напоминавшие вино и виски, но все равно они имели другие вкусовые ощущения и конечно свой определенный градус. Это же марсиане, они хотят быть абсолютно во всем уникальны.

Я присмотрел себе одну бутылочку шарообразной формы с двумя пробками. На ней была этикетка с надписью: «Бром марсианский - 28 градусов». Этикетка была голографической и создавала объемную картинку, на которой мужчины в красном комбинезоне, наливал в кружку этот самый напиток и, улыбавшись, делал из нее глоток.

Я выбрал на панели нужный объем и сделал заказ.

Механическая рука вылезла из крыши бара и, ловко схватив бутылку, большим пальцем открыла одну из крышек откинув ее в сторону. Подбросила бутылку, взбалтывая содержимое, и принялась наливать в выехавшую из барной стойки кружку.

Здесь все было пропитано марсианским духом, а если вам, так не казалось, то на веще или каком-либо предмете была наклейка-символ. Например, на кружке куда сейчас робо-рука доливала бром, красовалась красная пятиконечная звезда с глазом посередине из которого на меня смотрел вертикальный желтый значок. Символика какого-то тайного общества или культа фанатиков, а не межпланетной компании, вот ей-богу, смотрелось это очень странно.

Я взял бокал и посмотрел внутрь красно-желтой жижи, пахнущей соломой и кислотным дождем. Качнул бокал и поднес к губам, чтобы сделать глоток.

Рядом появилась Наталья и схватила мою руку с бокалом, нежно забрала его из моей руки и поставила на бар.

- Напиваться в самом начале. Джон, я от вас такого не ожидала. Попробуйте сначала наш фирменный кофе, а уж потом пускайтесь во все тяжкие, - девушка улыбнулась, ожидая моего ответа.

- Как скажите, - она умела расположить к себе любого, ее полюбили сразу все туристы, как только она появилась, заменив собой Марию, - Вас прям завалили вопросами.

- Ой и не говорите, но это моя работа, мой долг! Сейчас не так много туристов с Земли к нам летает. Потому вы для нас очень важные гости, - она хотела что-то добавить, но оборвала предложение, закончив раньше.

-У вас удивительный корабль, - я осмотрел зал ожидания и взяв протянутый мне бокал кофе, отпил из него.

Прозрачный хрустальный сосуд был наполнен черным кофе с красно-белой пенкой. Напиток таял во рту как мороженое с приятным послевкусием свежего кофе и шоколада. Были нотки еще чего-то, но я не смог разобрать.

- Да, Антей наш дом и отец, два в одном, - девушка уселась поудобнее на высоки стул, поправив юбку и сложив стройные ноги друг на друга направив одну из них в мою сторону, покачивая туфлей.

Я чувствовал, что ко мне тут проявляют какое-то особое внимание, но пока не мог понять почему. Может они думают, что я какой-то член проверки или контрольной закупки посланный Землей или Марсом на Антей. Не знаю, но думаю со временем разберусь.

Мы болтали с Натальей добрый час, из которого я узнал, что она живет на красной половине Марса и является ярой фанаткой идеократии, которая там распространена и терпеть не может зеленых, но по долгу службы надо с ними мириться. Ведь в команду Антея входят марсиане с обеих сторон планеты.

Выросла она на границе и потом с мамой перебралась в центр красных, в Столпы. Так называли столицу ОМКИ, где располагались огромные заводы-лаборатории, занимающиеся последними открытыми технологиями и создавая новые. Здесь был технологический центр всего человеческого рода.

Поступив в школу марсианских кадетов, Наталья смогла поднять на ноги семью и перевести младших братьев с границы и тетю с дядей, которые за ними приглядывали. Братья близнецы хотели жить в зеленой части и постоянно об этом говорили, из-за чего они часто ругались.

Время в беседе с Колочковой прошло незаметно до объявления этапа погружения.

Когда свет сменился на нежно-голубой и остальные источники света в зале ожидания потускнели, все поняли, что наши криокапсулы готовы.

Наталья собрала всех землян и повела к открывшейся двери, куда несколько часов назад занесли вышедшую из строя андроида.

Мы минут десять шли по длинному узкому коридору пока в конце туннеля не показался желтый свет.

Большая шарообразная комната, была прекрасна и больше походила на галерею современного искусства, чем на помещение с криокапсулами.

Повсюду были украшения и гало-картины, рисунки на которых оживали, стоило кому-то на них посмотреть и взаимодействовали со смотрящим на них.

Наталья встала в центре зала и повернулась к нам сложив ладони друг на друга и начала говорить ровным уверенным голосом:

- Дорогие гости Антея. Дорогие земляне! Сейчас наши специалисты почти подготовили ваши капсулы и скоро начнется процесс погружения в анабиоз. Волноваться не о чем. Вы, думаю и сами знаете, ведь наши технологии самые передовые и алгоритмы совершенно отличны от земных. Прошу пройти к своим капсулам и осмотреть место вашего сна на ближайший месяц.

Я подошел к Наталье и, покашляв, спросил:

-А вы, то есть сотрудники Антея, все это время будут работать? У вас нет своих капсул?

Колочкова улыбнулась: - Нет, Джон. Технология совсем новая и предназначена только для «избранных». Последнее слово она ядовито выделила. Но вам не о чем беспокоиться у нас полно работы, да и за это нам платят колоссальные кредиты по меркам земных сумм. Вы не хотели бы прогуляться перед анабиозом? – Наташа зевнула и бросила фразу словно какую-то рядовую. Я и не сразу понял, что она сказала.

- Почему нет, - мне придется целый месяц провести во сне, а тут намечается прогулка с интересной девушкой, тем более марсианкой!

Наталья представила землянам свою коллегу с пышной кудрявой прической и передала ей туристов на время своего отсутствия.

Мы вышли через другую дверь и направились в длинный темный зал, где бледно горели красные лампы, чуть разгоняя темноту.

В центре зала были сотни столов, а по бокам располагались кухни. По-видимому, это была столовая, но совсем непохожая на земную, скорее на дорогой ресторан, который любили посещать члены земного совета. Если он конечно так выглядит на Земле. Я ниразу не был в них, после переезда в город. Потому и остается только представлять.

На круглых столах были черные скатерти с узорами в виде марсианской геральдики. Стулья были сделаны из материала на первый взгляд не отличимого на дереве, а лампы, которыми был усеян зал, представляли собой вытянутые полумесяцы. Вокруг которых кружили желтые шарики, создавая энергию для освещения зала. Как все это работало и взаимодействовало я не мог понять. Но мне было жутко интересно все это рассматривать.

Я и не заметил, как обстановка стала максимально интимной, моя самооценка поползла вверх. Ну еще бы, сама куратор положила на меня глаз, вот только почему… Зачем она привела меня в этот пустой полу темный зал? Думаю, не для бесед о Марсе.

Мы прошли в дальний конец зала и она, остановившись, развернулась. Посмотрела на меня уставшими глазами и начала расстегивать черные пуговицы на строгой жилетке. Затем качнула плечами, и она спала вниз. Девушка стянула с себя серую рубашку и оголила тоненькую ключицу и две черные чашечки лифа, которые отдельно друг от друга каким-то чудесным образом поддерживали грудь.

Наталья щелкуна пальцем в районе пояса и прямая, строгая юбка упала поверх жилетки обнажив и длинные ноги, показав ее черное белье.

Она чего-то ждала, но заметив мое замешательство, шепнула: - Ну?

Тяжело было не смотреть на стройную фигуру марсианки одетой только в одно белье.

Видно было, что она тщательно следила за своим телом и питанием. Я попытался взять себя в руки. Все же мы люди, а не животные, чтобы при первом случае накидываться друг на друга. Конечно, есть понятие «страсть», но в ее глазах от него не было и следа, а лишь, казалось, мысли о работе и долге перед Марсом.

Я обошел ее и облокотился на соседний столик, усмехнувшись.

- Что, ты не любишь девушек? – она повернула свою тоненькую шею в мою сторону, - Мужчины или еще что любишь?

- Нет, все в порядке, просто по твоим глазам я вижу, что не ты этого хочешь, - она подняла глаза к верху и тяжело вздохнула. – Так что, если тебя зачем-то заставляют это сделать. Не надо… - и тут мне в голову метеоритом прилетела мысль, о том случае с Ма, когда в беседе с андроидом его закоротило и мой пропуск быстро сменили на зеленый, чтобы замять ситуацию. Но и ситуации то, по сути, не было. Меня не ударило током, на меня не напала сломанная машина. Я не получил каких-то психических или других травм, но я решил все же уточнить этот момент: -Это ведь из-за того случая, да? С андроидом… - я посмотрел на ее длинные стройные ноги, которые она сейчас гладила своими руками, о чем-то задумавшись.

Девушка встала, облизнувшись, и посмотрела на свое тело сверху вниз: - От части и поэтому… А еще, - она подошла ко мне и встала меж ног, так что теперь, я смотрел меж ее чашечек лифа, - потому что мне просто этого хочется с землянином, дурак. – Ее рука нежно взяла меня за подбородок, поднимая мое лицо к верху для поцелуя.

Спустя пол часа мы уже выходили из столовой. Сколько я не пытался уложить волосы они предательски торчали в стороны, Наталья же была точь-в-точь, в том же состоянии в котором и вышла из зала с криокамерами. Девушки они и на Марсе девушки, и на Антее.

Секс с марсианкой — это конечно отдельный вид развлечений. Если вы спросите отличается ли он от секса с землянкой? Я скажу, да. Если вы спросите, повторил бы я? Тут надо подумать, так как впечатлений у меня осталось вагон и целая тележка. Пожалуй, подробности я опущу, мне самому их надо переварить. Вот же марсиане… И тут придумали что-то свое, чтобы не быть похожими на землян.

Когда мы зашли в зал, все уже были в своих криокапсулах, кроме Ингрид. Девушка о чем-то спорила со своим мужем, у которого торчала только одна голова из желтой конструкции криокапсулы.

Женщина, девушка, бабушка, не знаю, как ее назвать, выглядела она на 25, но ей было точно больше 100 лет. Она уже переоделась в красно-зеленый костюм и, упершись руками в свои широкие бедра, блондинка развернулась и встретилась со мной взглядом.

Что я в нем увидел? Расстройство, злость, ревность? Нет, в них было что-то другое, что я не смог понять.

Девушка попрощалась с Клаусом, наклонившись и легонько, поцеловав его в губы. После чего ловко залезла в свою капсулу и кинув на прощание мне непонятный взгляд ее закрыла, опустив верхнюю часть конструкции. Марсианские специалисты сновали по комнате как муравьи, выполняя свою работу четко и без лишней суеты. Каждый точно знал, что делать.

Криокапсулы напоминали большие бананы с черными стеклами в центре и располагались полукругом по всему помещению.

Наталья подвела меня к пустой криокапсуле и объяснила, что надо делать.

Я без труда залез внутрь и в полулежем состоянии попытался устроиться по удобней.

- После того, как закроется верхняя часть, тебе подадут смесь кислорода и сонного раствора. Сны будут великолепные, поверь. Закроешь глаза, а откроешь уже около нашего дома, – она явно хотела что-то добавить, но оборвала предложение.

- Спасибо тебе, передавай пример своим братьям и маме, - я улыбнулся и подмигнул ей.

Она развернулась и посмотрела вниз, после чего обернулась и неуверенно сказала: - Я вижу ты выбрал красно-зеленую сторону… Если, конечно, захочешь, то я буду рада видеть тебя у нас в гостях, заодно покажу и Столпы, - было видно, как девушка нервничает и борется со своей гордостью.

- Конечно, Наташ, я буду очень рад, познакомиться с твоими родными.

Девушка засияла и ее строгое лицо стало в несколько раз красивее, всего лишь и надо было расслабиться.

-Тогда, до встречи, Джон Смит, - она щелкнула тумблер на капсуле и опустила верхнюю часть конструкции. С щелчком криокапсула закрылась и тут же пространство вокруг меня стало наполняться сладким кислородом.

Колочкова стояла и смотрела на меня какими-то виноватыми глазами. Я улыбался ей, наполовину уже засыпавший, но все же боровшийся с тяжелыми веками, чтобы еще раз посмотреть на молодое лицо марсианки, в ее бесконечно черные глаза.

Что-то глухо пискнуло и свет в помещении, где ходили сотрудники Антея сменился на синий. Все замерли и закрутили головами, видно был еще какой-то звук, которого я уже не слышал и мое сознание уже почти заснуло и отключилось.

Колочкова, что-то кричала людям, стоявшим рядом и указывавшим ей в сторону выхода.

Я моргнул и последнее, что увидел, как Наталья что-то быстро ввела на пульте моей криокапсулы, после чего ее отбросило в сторону, следом раскидав и остальных марсиан по разным сторонам зала. Девушка, ударившись о криокапсулу, упала на пол. Дальше меня поглотил сон.

tg: @fantasyworldstories

Как я себе и представлял, голос неизвестного диктора разлился в зале ожидания, и поплыл по нему мягкими звучными словами:

«Объявляется посадка на рейс: "Земля-Марс". Просим вас проследовать к залу под номером "3" и приготовиться к подъему на борт шаттла, который доставит вас на наш космический межпланетный крейсер "Антей"».

Я тут же окончательно проснулся и, осмотревшись, понял, что в зале остался только я, а диктор повторяет эту фразу уже в не первый раз.

И вот, нет бы кто разбудил… Я немного разозлился на Акиля, но в принципе он же не мой приятель. Да и некрасиво будить спящего, даже если он и пропустит свой рейс, которого ждал пол жизни. Ага прям и некрасиво.

Я схватил свой рюкзак и побежал в сторону указывающих стрелок.

Они прозрачными силуэтами появлялись передо мной указывая нужный путь. Ох, уж эта дополненная реальность, как раньше жили без нее, я просто не могу представить.

Свернув за угол, я наткнулся на светловолосую пару, растерянно стоящую у стены.

-Извините пожалуйста, молодой человек, не подскажите ли пенсионерам, как пользоваться этой хреновеной? – молодая девушка с выдающимися формами указала на свой коммуникатор, прикрепленный на поясе. – Наш навигатор показывает прямо в стену. Ума не приложу, как так…

Вот такие у нас пенсионеры, на вид не больше 25, а уже не успевают за современными технологиями. А по-настоящему им, наверное, уже далеко за 100-ку. Решили тряхнуть стариной и полететь на Марс, смело. Я бы тоже так поступил на своей пенсии.

Мужчина в красно-белом пиджаке и брюках стоял позади и сложив руки между собой явно был не рад всей этой затеи.

Длинное, кремового цвета платье-пиджак идеально сидело на блондинке и тяжело было начать его не разглядывать, но все же к старшим надо проявлять уважение.

-Переключите на «Марсианский режим». Там снизу есть кнопочка. Мы же находимся уже на их территории.

Мужчина быстро нашел нужный элемент на своем коммуникаторе и нажал на кнопку. Стрелка мигнула и, исчезнув, появилась уже в другом месте слившись с моей, указывая верный путь в сторону зала номер 3.

-Спасибо, вам молодой человек, - мужчина взял под руку зазевавшуюся даму и повел ее в сторону куда указывала стрелка.

Девушка заулыбалась и явно хотела продолжить беседу дальше, но кавалер изменил ее планы.

Вся территория аэропорта принадлежала Марсу, но была под управлением Земли. Сложная система, но красная планета по-другому не хотела соглашаться на условия, предложенные Землей. На том и договорились.

Я заулыбался. Вечно молодые пенсионеры, сколько себя помню много таких встречал. Люди часто так делают, останавливают старость после 20 с чем-то лет и до самой смерти остаются в таком вот возрасте ни капли не меняясь, не считая, конечно, пластики. Но этим грешат все.

Но ведь можно и не останавливать, и поддерживать свое тело в здоровом состоянии благополучно старея как заложено матушкой Землей? Да, кто-то так и делает, но их мало и это считается отклонением от теперь уже нормы. Такие люди настоящая пища для голодных гиен-журналистов.

Я шел не спеша, что бы пара успела уйти вперед и скрыться в длинном коридоре. Элемент неловкости окончательно растворился, и я ускорил шаг.

За поворотом происходило оформление посадки.

Мужчина в красно-зеленом костюме и длинном черном головном уборе, напоминавшем цилиндр, сейчас вставал на небольшой круглый диск находящейся перед стойкой.

Белая поверхность окружности засветилась синим светом и человека начала сканировать нейросеть туристической компании, считывая всю его биометрию и данные с разных чипов и устройств присутствующих в его организме сканируемого.

Задача нейросети была в том, чтобы подтвердить личность отправляющегося в тур человека, проверить всю информацию о его нарушениях, штрафах и прочих записях в общем протоколе города. И в конце вывести уровень допуска от зеленого до красного. Всего их было 3. Как цвета светофоров. Что-то проходит сквозь время неизменно.

Зеленый, означает, что все в порядке. Желтый, говорит о том, что какие-то моменты требуют рассмотрения, но их можно решить на борту корабля. И наконец, красный, самый нежеланный для всех, кто летит на Марс, запрещающий дальнейшую посадку.

И вот вы себе представьте, человек окончательно узнает полетит он или нет, только стоя перед самой посадкой на шаттл. Это какая лотерея блин!

Земное правительство пыталось упразднить эту систему, но Марс настоял на том, чтобы ничего не меняли. И людей проверял компьютер, а не специальная организация. Так как в ней присутствует человеческий фактор, и она может допустить ошибку.

Появившийся перед мужчиной в цилиндре экран, загорелся зеленым. Пассажир улыбнулся, но затем его лицо изменилось, как и цвет экрана.

Зеленый плавно перетек в желтый и стал подрагивать оранжевым, но на этом цвете и остановился.

Возмущенный турист покачал головой и пошел вперед, войдя в открытую дверь, за которой располагался трапп ведущий в шаттл. За ним, пища, покатился белый яйцевидный робот, тащивший две большие сумки.

За роботом в очереди была светловолосая пара, вычурно одетая не по стандарту компании, а за ней, собственно я.

Всем успевшим купить билеты по скидке необходимо было носить костюмы того места куда они отправляются. То есть ОМКНГД или ОМКИ.

Но, по-видимому, на них это правило не распространялось, а это значило, что они либо чистокровные марсиане, либо купили билеты по полной стоимости.

На чистокровных марсиан они явно не походили, и я попытался прикинуть стоимость их билетов умноженную на 2 и мне стало сразу дурно от таких чисел. Что это за люди… Может они из совета стран 1-го порядка? А может кто-то из них чей-то родственник оттуда. Только они располагают такими деньгами, ну еще главари бандитов из стран 3-го порядка, но это было бы невозможно, да и зачем им лететь на Марс.

Я и не заметил, как они прошли проверку и уже заходили в открытую дверь проходя под светящимся зеленым экраном.

Ну раз на их душах нет греха, точно из совета…

Я шагнул вперед и наступил на белый корпус диска. Он мягко продавился, подстраиваясь под мой вес и стал считывать информацию.

Тело стало жутко чесаться в тех местах, где были вшиты чипы и импланты. Но что не сделаешь ради полета на Марс.

Сжимая в левой руке лямку от рюкзака, вторую я засунул в карман черных штанов с красно-желтыми полосками по бокам и стал ждать, что покажет нейросеть.

По голубому экрану бежали тысячи Тб информации обо мне. Можно сказать вся моя жизнь, переведенная в цифру. Некоторые умники делают из подобных данных человека, ушедшего в иной мир, его цифровую копию. Которая живет с его родственниками и заменяет им его на то время пока они не примут утрату.

Некоторые люди идут еще дальше и покупаю себе болванчиков, чтобы в них загрузить эту цифровую копию. Просто ужас. Сколько было снято об этом документалок, а людям хоть бы хны. Продолжают цепляться за цифровые призраки ушедших. Хотя может в будущем и будет возможно оцифровать живого человеку, и потом уже загрузить в искусственную оболочку, подарив ему тем самым вечную жизнь… Фантастика, блин какая-то. Уф.

Экран закончил сбор моих данных и уже выносил свой вердикт. Было ли мне страшно? Конечно, было. По телу проходила легкая дрожь, лодыжки ужасно потели и чуть дрожали. Указательный палец нервно постукивал по лямке рюкзака. Наконец началось…

Свет экрана загорелся зеленым, перечисляя мои заслуги и положительные свершения в жизни. Затем стал оливковым, и я понял, что никуда не полечу. Сейчас загорится желтый, а потом красный. По любому что-нибудь всплывет. Ну, конечно, никогда вот так не везет простым людям. Никогда…

Я сразу вспомнил «закон Мерфи».

Свет быстро перетек в желтый и медленно начал становиться оранжевым.

Я не выдержал и бросил рюкзак на пол. Тот, грузно упав, мешком повалился на бок.

Я скрестил руки на груди, чтобы хоть как-то успокоить себя. Последний на этот рейс пассажир, да еще и не прошедший. Просто отлично. Великолепно, блин.

Уже оранжевый свет менялся еще дальше. Я в голове начал прокручивать как диктор вежливым голосом просит меня проследовать в общий зал, а там принеся извинения от компании отправиться домой. Сволочи, блин.

Оранжевый, краснея превратился в коралловый.

Я не верил своим глазам. Цвет перестал меняться и остановился на этом оттенке. Во мне вскипела улыбка и я заулыбался как ребенок.

Под экраном появилась надпись, говорившая о том, что я могу пройти дальше. У меня получилось, я сделал это!

Схватив рюкзак, я прыжками забежал в дверь, и она тут же за мной захлопнулась, точно ожидая этого момента.

Вы когда-нибудь бывали в шаттле? Да что я спрашиваю, конечно, бывали. Но вот на марсианском бывали не все. Их используют только для доставки туристов на Антей.

Антей, это конечно нечто… Огромный межпланетный крейсер бывшего военного назначения переоборудованный под пассажирский транспорт.

Как вы думаете сколько длится полет на Марс от Земли?

Скажите где-то месяца 3-4? И вы будите правы, но благодаря марсианским технологиям у нас он будет длиться всего лишь 1 месяц и тот мы проведем в крио-сне. Заснул, проснулся, и ты на Марсе. Красота.

Марсианский шаттл отличается от земного размером и плавностью хода. Ты удобно садишься в свое кресло, подключаешься к временной сети компании и просто кайфуешь, пока машина, ревя своими соплами, поднимает тебя сквозь атмосферу прямиком в космос, и потом переключившись на ионные двигатели, устремляется к Антею.

Вот все примерно так и произошло. Я прошел по траппу и оказался в просторном помещении, где меня встретила космо-стюардесса в бардовой форме марсианской компании и проводила к нужному месту, около которого всю дорогу до Антея горела коралловая лампочка. Так было у каждого пассажира, как вы догадались, что бы другие знали о состоянии его пропуска на корабль.

Из 9 человек проблемы возникли у 3-их. Мужчины в странном цилиндре, меня и еще парня с длинными дредами, который пол дороги икал, как проклятый. У всех остальных были идеальные зеленые огоньки. Акиль сидел в самом начале. По-видимому, он был один из первых кто купил билеты и зарегистрировался на рейс, так как занял самое первое место в шаттле, расположившись около большого полукруглого экрана по которому уже крутили фильм о марсе.

Я уже думал поболтать с ним в дороге, но пришлось смотреть рекламные ролики, что рекомендовала мне сеть компании на персональном экране.

Кстати, компания называется: «Марс всем». Согласен, немного странное название с учетом того, что у них жесткий отбор к тем, кто посещает их планету, а тем более кто хочет переехать на ПМЖ. Но вот такое они выбрали, ничего тут не поделаешь.

Шаттл через минуту уже был в стратосфере. Двигатели сменили режим и корабль заметно ускорился, набрав нужную скорость.

Надо сказать внутри я ничего не чувствовал, насколько их технологии отличаются от наших.

Через 10 минут мы уже стыковались с Антеем. Побывать на марсианском крейсере это отдельная часть тура. Каждый мальчишка мечтает об этом. Я хоть уже и не ребенок, но тоже ждал это события.

Стыковочный шлюз шаттла отъехал в сторону и за ним появился серебристый коридор Антея. В воздухе повисло молчание. Все туристы затаив дыхание разглядывали проход.

Как же все по-другому… Здесь была предусмотренная двойная система пола, т.е. пока я с другими пассажирами выходили с пристыкованного шаттла, сверху ходили люди и выполняли свою работу, не обращая на нас никакого внимания. При особой сноровке можно было перепрыгнуть и оказаться на их стороне. Все это смотрелось очень странно и даже фантастично. Но говорили к этому быстро привыкаешь.

Но катарсисом нашего попадания на Антей стал встречающий нас андроид.

Стройная девушка с изумрудными глазами и длинными русыми волосами мило улыбалась и вела себя как человек. Если бы не ее порядковый номер «MA-2689i» расположенный на маленьком экране возле груди, то я бы и не отличил ее от других членов экипажа.

Одетая в бордово-синюю форму марсианского флота она чуть поклонилась нам и нежным голосом поприветствовала:

-Спокойного ветра, земляне. Добро пожаловать на борт Антея. Возьмите все ваши вещи и проследуйте за мной, - девушка задерживала свой «необычно живой» взгляд на всех пассажирах где-то примерно на пару секунду, разглядывая каждого. Может она сканировала нас или проводила еще какую-то свою операцию. А может и просто осматривала нас, потому что ей было интересно, кто его знает этих марсианских андроидов…

Мы переглянулись между собой и молча пошли за ней.

tg: @fantasyworldstories

Сегодня 16 сентября. Тот день, которого я ждал целый год. День полета на Марс!

Билет купил сразу, как он появился. На них устраивают целую охоту. Немного задумался и все, жди еще год до следующего анонса билетов. Но я проснулся за час до рассвета и терпеливо ждал. И мое ожидание принесло свои плоды - билет на Марс! Вы только представьте, побывать на соседней планете, где царит совершенно другой мир, законы и правила!

Мой портфель был собран, и вся необходимая одежда подготовлена. Ведь не полетишь на Марс в своих обычных вещах.

После покупки и оформления, компания высылает документы-правила со всей необходимой информацией.

Взяв рюкзак и одевшись в красно-желтый комбинезон, я вышел из своего капсульного дома.

По улице летали сотни машин.

Тут надо уточнить, у кого-то понятие улица, это лужайка, небольшой водоем и огромные передвижные дома-коттеджи с богатыми соседями. В моем случае это сто какая-то улица от трущоб, находящихся где-то в сером и затхлом низу, сверху. Да-да из-за перенаселения улицы стали строить вверх. Ну и из-за изобретения летающих машин, наверное, тоже. И теперь чем ты богаче, тем ты живешь выше. Хотя и там есть свои минусы, такие, например как солнце. Сейчас на нем без разных защитных средств не покажешься. Иначе кожа может заметно пострадать.

"Ну где же моя?", только я подумал, как каплевидный аэрокар поднялся снизу и завис перед крыльцом.

Я закинул рюкзак на заднее сиденье, а сам сел вперед.

Переднее стекло превратилось в экран и, считав мои утренние предпочтения, и уровень психологического состояния, включило мне видео с яркими рекламными роликами, подходящими к моему текущему эмоциональному состоянию.

Машина выдохнула пар и водородный двигатель загудел, ускоряя такси.

Автопилот мигом нырнул в быстрый поток свистящих аэрокаров и понесся в нужном мне направлении, на соседний остров, где располагался ближайший космодром.

Почему на Марс, спросите вы? Потому что на Луне были все, а кто не был, знает ее вдоль и поперек благодаря виртуальным-нейротурам. Но и на Марсе же есть такие, скажите вы. Есть, но своими глазами увидеть это, ощутить среду обитания другой планеты, это совершенно другие ощущения, чем просто лежа дома на диване покрутить головой в виртуальном туре. Да и Марс сейчас уже сильно отличается от того, что был раньше.

Такси летело над голубым океаном, где работали гидроперерабатывающие вышки производя топливо из воды.

Нефть мы всю израсходовали, давайте теперь и воду, почему нет? Ее же так много, хоть и 25% океана уже загрязнено.

Возмущаясь современным технологиям, я не заметил, как долетел до космодрома.

По вашему представлению, космодром это что-то монументальное и огромное? Так и есть, но только в странах 3-го порядка. Там они подобны настоящим заводам, сжигающим тонны водородного топлива. Которые тужатся из последних сил, стараясь запустить десяток ракет, чтобы прокормить хоть немного свою страну.

Но наш подобен обычному аэропорту. Есть помещение, где все оформляется, пункт проверки, где сотрудники космодрома проводят обыск у тех, чьи лица им не понравились и, собственно, сама стартовая площадка с готовыми вырваться с этой затухающей планеты в холодный космос, шаттлами.

Аэрокар плавно остановился, как раз в тот момент, когда закончилась захватившая все мое внимание реклама. Она была яркая, сочная, громкая и мелодичная, мне что-то даже продали, заставив кивнуть и оплатить покупку биометрией моих глаз.

Каждый раз ругаю себя, что не переключаю сразу эту хреновину, но она словно гипнотизирует, заставляя смотреть себя дальше и дальше. Вот черти эти программисты, что только не придумают.

Взяв рюкзак, я направился к космодрому.

Был солнечный сентябрьский день, начало лета. Солнце светило прямо в глаза и если бы не купленная мной защитная оболочка в виде датчика, вживленного под кожу, то я бы изрядно вспотнул от настоящей температуры, окружавшей меня. Но хвала современным технологиям и тем же программистам, и ученым за это изобретение.

Небольшая очередь быстро растаяла, и я вошел внутрь здания, куда хотел попасть уже целый год!

Внутри все было в бежевых тонах, а огромный белый шаттл с символикой нашего государства стоял в центре зала символизируя достижение человечества самим собой. На его белоснежном матовом корпусе был золотой обруч с 6 звездами. Символизирующий объединение всех держав нашей планеты. К слову, страны 3-го порядка сюда не входили. Они выживали как могли, иногда донимая страны 2 порядка, а те в свою очередь начинали просить денег у коалиции сверхдержав, чтобы поддерживать буфер между 3 и 1 порядком.

Буквально за десять лет, туризм на Марс приобрел потоковый характер, но стал безумно дорогим, из-за нехватки топлива. Но что бы как-то все это дело замять и создать видимость, и лишний раз распиарить себя, компания разыгрывала раз в год по огромным скидкам билеты на Марс. Собственно, вот в таком розыгрыше я его и выиграл. Скидка, конечно, смешная, но без нее обычный житель страны 1 порядка никогда бы себе не смог такое позволить. Да и тут мне пришлось отдать все свои накопления и продать часть ненужного имущества, чтобы осуществить свою давнюю мечту.

Я обошел огромный космический челнок и встал в еще одну очередь, где сейчас шла регистрация на различные рейсы, а точнее на 5 их вариантов.

За все время люди смогли наладить туристические полеты только в эти пять мест.

Конечно, Луну с ее городами-Вегасами и безумными подземными лабиринтами, где каждый мог утолить любую свою фантазию. Как там говорят лунатики: «Все что случилось на Лунной земле, на ней же и останется». Нехватки в туристах и различном сброде у них никогда не было. Там крутились огромные деньги. На ней был всего пару раз и оба запомнил на всю жизнь. И вспоминать не хочется…

Так, следом идет международную станцию Хорн, расположенную чуть ближе, чем спутник Земли. На ней собрались все самые главные умы Землян, чтобы проводить свои секретные опыты и потом в сети делиться и получать за них большие награды и достижения. Почему секретные? Да потому что на Земле есть противоположная им группа ученых, всегда соперничающая с ними и часто ворующая у них идеи и разработки посредствам интернов, засланных туда в качестве помощи ученым.

Третье направление — это Созвездие Пегаса, представляющее собой сеть из сотен космических отелей, где в основном развлекается молодежь, они расположены совсем рядом с Землей примерно где раньше располагалась древняя станция Мир. Впоследствии упавшая на землю.

Так, еще осталось два направления, я помню-помню. Одно из них, как вы догадались, Марс, а второе Венера.

Да-да, кто-то летает в этот ад за острыми впечатлениями. Там даже и своя база есть на которой кто-то живет.

Я не представляю как, но люди ради денег способны на многое… Друг как раз звал меня после Марса туда, но я все еще думаю, оно мне надо? Там очень строгая ТБ. Сделал не по инструкции превратился в головешку, но зато прилетевшие оттуда становятся звездами и их сразу приглашают на ряд ток-шоу. Но сейчас я лечу на Марс и меня волнует именно это событие.

Очередь почти закончилась, впереди остался только один мужчина о чем-то споривший с девушкой, проверявшей данные его чипа и не желавшей давать билет.

Они говорили, что-то о его цвете кожи, расе и того, что он из страны 2 порядка. А это намного усложняло подобные операции для ее жителей.

Сейчас уже нет бумажек, паспортов, всяких древних пластиковых карт – есть только один чип.

Он заменяет все сразу и вживляется через год после рождения. Чип собирает всю нужную информацию и оповещает центр безопасности если с человеком что-то случиться или если человек, что-то сделает не то. Есть, конечно, и ребята, которые вырезают их, но это не жизнь в нашем веке. Без чипа никуда. Для них остается только один вариант. Нелегально и очень быстро мигрировать в страны 3-го порядка. Но жизнь там не из легких. Говорят, там люди до сих пор ездят по земле и даже где-то сами управляют транспортом из-за чего часто и происходят аварии. Это просто ужасно.

Меня отвлек яркий рекламный щит, на котором девушка в точно таком же костюме как я, красно-желтом, стояла на фоне красной планеты и держала одной рукой черный шлем, а другой махала людям в очереди и, улыбаясь, призывала слетать на ее планету.

Наконец мужчина в красно-зеленом костюме закончил спор и отошел в сторону, вызвав перед собой из наручного браслета кого-то на галосвязь и начав ему возмущаться, махая руками.

-Здравствуйте, - девушка очаровательно улыбнулась и протянула полукольцевой аппарат для сканирования чипа.

-Добрый день, - ответил я и вытянул левую руку, опуская ее в устройство, которое держала девушка.

Прибор начал показывать что-то на экране, расположенном со стороны сотрудницы аэродрома, и она, увидев нужные ей сведения, мгновенно начала вводить данные на экране своего рабочего места.

Прибор остановился, а потом на секунду снова заработал.

-Все, теперь вы можете проходить в зал ожидания, как начнется посадка подойдете к залу номер 3, - она вежливо улыбнулась и глазами дала понять, что готова принять следующего.

Я отошел в сторону. Кожа, под которой располагался чип жутко чесалась. Мой был старого образца и так происходило каждый раз, стоило кому-то передать мне хотя бы Тб информации на него. Но это происходит не часто, поэтому можно и потерпеть. Конечно, есть вариант и заменить на новый, но это надо записываться в нейроцентр, заказывать чип, заново регистрировать все документы и т.д. и т.п.

Мужчина и женщина с белоснежными волосами, стоявшие за мной, хохоча подошли к стойке и начала что-то расспрашивать у девушки, а я направился в зал ожидания, рассматривая космодром изнутри.

Спасибо компании, что тут они не допускали земную рекламу. Были несколько плакатов, но только марсианской. Она смотрелась совершенно иначе. Там не было призыва к покупке, увеличению, апгрейду чего-либо, там были простые понятные вещи, которые они хотели показать землянам на своей планете. Своих людей, свои города, свой Марс.

Усевшись на кресло-диван и вытянув ноги, я лег и думал уже подремать, как кто-то заговорил, обращаясь ко мне:

-Вы тоже на 3-ий шаттл, вижу, - мужчина сел рядом и положил ногу на ногу.

Я раздраженно открыл глаза и посмотрел на заговорившего со мной.

-Можно и так сказать, - предвидя, что ему скучно и он просто так не отстанет, я решил сменить позицию и нажал кнопку. Кресло-диван немного сложилось и теперь я находился в полу сидячем состоянии. Было дико удобно. Кресло-кровати, кстати, были марсианского производства. Их технологии опережали наши совсем на чуть-чуть, говорили в сети, но я знал, что не на чуть-чуть и старался максимально изучить то, что видел.

-Я там буду первый раз, а вы? – мужчина был загорел и имел горбатый нос и короткую стрижку. Его черные волосы были аккуратно пострижены по последней моде с выбритыми на затылке кругами правильно симметрии. Его темно карие глаза добро смотрели на меня, ожидая продолжение беседы.

-Тоже, на долго летите?

Мужчина осмотрелся и ответил: - Где-то на полгода, может год. Как пойдет.

Ну еще бы на меньший срок он полетел… Раз ему Марс открыл визу на полгода, я бы тоже на полгода и полетел.

Незнакомец улыбнулся и протянул мне руку: - Меня, Акиль, зовут, извиняюсь, что сразу не представился.

Я пожал руку и ответил: - Меня, Джон.

-А вы на сколько?

Ну точно не на полгода или год, он, думаю и сам это понимает.

-Где-то на месяц, может полтора.

В зал зашли еще пять людей и сели каждый по одному, за ними зашла светловолосая пара и села перед нами с Акилем.

Они громко стали разговаривать на своем грубом языке и хохотать.

Акиль поднялся и вежливо обратился к ним. Его передатчик, расположенный около горла, тут же перевел язык на понятный им. Пара извинилась и немного затихла, но продолжила хохотать и живо что-то обсуждать.

Араб улыбнулся и сел, откинувшись в свое кресло.

-Всю жизнь работал на водородном заводе. Дай думаю, слетаю на Марс, порадую себя, что ли.

-Ну вы не просто так, наверное, туда решили отправиться на полгода или год. Работу нашли?

Население Марса было где-то раз в 100 меньше земного, а после объявления независимости его демографический состав стал жестко контролироваться властями. И каждый переезжающий туда должен был сначала лет 10 отработать в какой-нибудь организации, а перед этим еще и стоять на учете и постоянно приходить в посольство Марса на Земле и передавать некие данные о том, как он работает и живет. Что бы у властей красной планеты была вся информация о переезжающим на ПМЖ к ним человеке, а точнее землянине. Еще и влиял порядок страны, в которой он проживал.

Марс стал параноиком после отсоединения от Земли и боялся каждого туриста, видя в нем шпиона. Отсюда и такие непростые правила.

Но так говорили в нашей земной сети, что говорили на Марсе мне не известно. Пропаганда она и в 3-ем порядке пропаганда.

Под сетью я имею в виду интернет, хоть так его сейчас и не называют. На Земле он свой, а на Марсе свой. Ходят слухи, что есть какая-то третья сеть, но я никогда не встречал того, кто в ней был.

-Конечно, друг. Мое резюме одобрил МОУ, Марсианский Объединённый Университет и пригласил к себе на полугодовую стажировку. Если все срастется потом перевезу и семью! – парень буквально светился от радости. Оно и понятно, он же летит на зеленую часть Марса, а не на красную, как я.


Фото автора Jake Young Pexels

После объявления независимости. Марс раскололся на две части: Объединенную Марсианскую Коалицию Независимых Городов Демократов, сокращенно ОМКНГД, а еще проще, «зеленых». И Объединенную Марсианскую Коалицию Идеократии, сокращенно ОМКИ, а еще короче, «красных».

Обычно в новостях и статьях в сети на Земле их так и называли по сокращениям: зеленые и красные.

Первые выступали за ускоренное терраформирование Марса, а вторые за оставление первоначального состояния планеты и укрепление вооруженных сил, флота и развитие технологий, чтобы не отставать технически от землян.

Они, конечно, недолюбливают друг друга, но не вмешивается в политику своего брата, считая первой опасностью Землю и бросая все силы на защиту от нее и укрепление своей независимости.

Как вы уже поняли у зеленых получилось быстро терраформировать свою часть планеты превратив ее красную песчанную почву в плодародный чернозем с зелено-желтой травой. Все их ресурсы и силы были брошены в эту сферу, что и оставило зеленых позади в технической части по сравнению с красными.

Граница Марса между зелеными и красными была удивительна. Благодаря технологиям сдерживания терраформации от красных, теперь можно наблюдать поистине потрясающие картины. Как безжизненная красная пустыня превращается в зеленый оазис и дальше раскидывается зелено-желтыми полями снизу и лазурным небом сверху. Как переезжающие из одного региона в другой марсиане делают самое популярное действие на своей границе.

Снимают кислородные шлемы и кидают их на красный песок из которого прорастает желтая трава и вдыхают своими легкими чистый воздух. На границе он не такой чистый как в центре зеленых, но дышать вполне можно.

На Земле эти ролики имеют миллиарды просмотров в сети. Многие ради этого и летят туда. Но не я.

-Здорово, Акиль. Я рад за тебя.

-А ты зачем летишь на Марс, друг? – араб покрутил затекшую шею.

-Устал от затхлой, задымленной и усталой Земли. Хочу посмотреть, как живет передовая часть человечества.

Акиль понимающе кивнул и тут я понял, что разговор подошел к концу и можно наконец немного вздремнуть, до того, как на электронном табло, летающем сверху появится та самая надпись:

«Объявляется посадка на рейс: "Земля-Марс". Просим вас проследовать к залу под номером "3" и приготовиться к подъему на борт шаттла, который доставит вас на наш космический межпланетный крейсер "Антей"».

tg: @fantasyworldstories

«Гуан Ши» вздрогнул и загудел, словно гигантский колокол. От неожиданности, Виктор прикусил язык и охнув, едва не сплюнув на стекло гермошлема кровавую слюну. В них попали?

- Первое орудие не отвечает! – тревожно выкрикнул артиллерист.

- Утечка воды из второго и третьего носовых баков!

- Прочный корпус цел!

- Реакторная, поток на перезарядку оружейно… – команду Тана прервал толчок от нового попадания. – Тактик, анализ!

- Прилеты гауссовых высокоскоростных. Рельсовая или повреждена, или промахнулась, возможно у них повреждены сенсоры. Рекомендую бить низкоскоростными.

- 55 секунд подлетного! – тут же предупредил артиллерист. - Мы столько не продержимся!

Еще одно попадание, и сразу же еще. Изображение с носового телескопа расплылось квадратиками и исчезло.

- Второе и третье высокоскоростными, второе и четвертое низкоскоростными! – принял решение Тан.

- Шанс попадания низкоскоростными минимален! – запротестовал Линь. – Цель маневрирует!

- Постарайся! – рявкнул Тан.

- Сообщение с «Венеры», попадание в жилой модуль, потеря герметичности, есть жертвы.

«Гуан Ши» затрясло особенно сильно. Виктор наконец то нашел в меню схему повреждений, и сейчас смотрел, как наливается краснотой и чернеет нос корвета. Снаряды все еще не пробились к прочному корпусу, но судя по всему, осталось уже недолго. Нос им разнесли основательно.

- Отстрел третьего и четвертого беспилотников, - Тан обратил внимание на погасший телескоп – Держите их поближе к «Венере», наблюдение в пассивном режиме.

Очередное стакатто попаданий.

- Выведен из строя второй обзорный радар.

Выругавшись, Тан скорректировал приказ.

- Четвертый зонд в активный режим. Пилот, готовимся уходить за баррикаду. – Тан помедлил, - Передайте на «Венеру» и «Гуаньчжоу», текстом. Простите.

- Капитан? – Ванг ждал продолжения.

- Это все. Простите и все, мне им больше нечего сказать.

- Да, капитан, б…- Судя по окончанию, отключившись от канала, Ванг грязно выругался.

«Потрясатель» уже практически вышел из-за «баррикады», как назвал рудовозы капитан. Снова настала пора убегать, оставляя между собой и противником беззащитных гражданских.

- «Тройка» наведена на «Даллас».

Виктор тут же переключился на сенсорный зонд. Его телескоп немного уступал потерянному носовому, но оптика у гражданских была еще хуже.

Маневрируя, фрегат вышел из облака застывшей воды, и теперь стало заметно два туманных белесых конуса конденсирующегося пара. Низкоскоростные пробились сквозь прочный корпус, и наружу снова вырывалась вода. Что они там внутри наворотили пока было непонятно, но фрегат все еще маневрировал, и судя по нагреву радиаторов, продолжал стрелять.

Впрочем, о последнем говорили и частые толчки попаданий.

- Пилот, уходим! – коротко приказал следивший за «Потрясателем» капитан Тан. – Разворот брюхом к фрегату.

- Да капитан!

Услышав приказ, Виктор от души выругался.

- 龟屎!

Со стороны условного «брюха» как раз и располагался их отсек. Он покосился влево, туда, где за тонкой переборкой и двумя метрами воды находилась внешняя обшивка легкого корпуса. Снаряд гауссовки эти два метра наверное остановят. Подумав об этом, Виктор непроизвольно вцепился в кресоло.

Взрывы попавших в борт высокоскоростных, отозвались болью в пятках. Охнув, Виктор торопливо поджал ноги. Амортизаторы кресла погасили вибрацию до терпимого уровня, но через палубу она била без жалости. Виктор слышал, что попадания рельсовых порой вызывали такие сотрясения корпуса, что те убивали неудачно прислонившихся к переборке людей. Раньше он считал это враньем.

- Привести «Даллас» к носу!

Виктора закружило. На трехмерной схеме маленькая фигурка корвета разворачивалась, уходя за раздутый жилой модуль «Венеры». И по борту этой фигурки с задержкой в пару секунд после каждого сотрясения, загоралась очередная точка попадания. Виктор насчитал уже два десятка, потом сбился со счета, и бросил это занятие. Главное, что прочный корпус еще держал.

По ушам ударил ошеломительный короткий удар грома. Виктор заорал от боли, скрючившись в кресле, безуспешно попытался зажать руками уши, шаря и натыкаясь пальцами на помятый шлем. Вмятина? Откуда? Почти сразу в плечо укололо, и боль неохотно стала отступать. Застонав, Виктор распрямился, и через мельтешение в глазах попытался рассмотреть отсек.

Первым он заметил бессильно обвисшего в ремнях лейтенанта Ванга. Откуда-то из-под обмякшего тела мелкими капельками вылетала кровь, кружась вокруг кресла, словно спутники планеты гиганта. Глаза у лейтенанта оставались открытыми, и вначале Виктор не смог понять, что не так. Куда подевались зрачки? Это белки, у него закатились глаза? Его самого мутило, а вместо мозгов голову будто набили ватой. Думать не хотелось.

Расстегнув непослушными пальцами застежку ремня, Виктор толчком отправил себя к начальнику. И едва не выблевал праздничный обед, ведь мир закружился вокруг него, словно это он стал центром мирозданья.

- У меня сотрясение, – сам себе объяснил Виктор, и ужаснулся, не услышав звуков своего голоса. – Эй, начальник, ты жив?

Ванг будто кукла болтался в ремнях. Виктор зацепился ногами за спинку, вися прямо над лейтенантом, и наклонился поближе к забралу, вглядываясь в его лицо. Кровь шла ртом, и кажется, еще кровили уши, шлем мешал разобрать точнее. Тяжелая контузия? Он со второй попытки развернул перед собой виртуальную клавиатуру, и подключившись к скафандру начальника, запустил диагностику. Разгерметизация, проникающие ранения печени и правого легкого, перебита правая нога. Препараты введены, кровотечение остановлено, состояние критическое, без сознания.

- Твою мать, - простонал Виктор, вынимая ремонтный комплект из кармана на левом плече командира.

Выходное отверстие на животе выглядело так, словно в лейтенанта выстрелили из дробовика в упор. Здоровенная дыра, из которой разлеталась кипящая в вакууме кровь Виктор как мог, распрямил материал, и примерившись, залепил прореху первым куском пластыря. Судя по выходному отверстию, от печени у лейтенанта осталось немного. Второй, последний кусок из набора ушел на длинную рваную дыру, почти перебившую правое бедро. Отсюда кровь почти не вылетала, скафандр сам перетянул паховые артерии

- Будешь должен. – пробурчал Виктор, вытаскивая свой набор.

Со спины скафандр начальника связи напоминал дуршлаг, но тут обошлось без сквозных пробитий, спинка кресла приняла на себя большую часть кинетической энергии осколков. Эти дырки Виктор залепил одним куском, аккуратно спрятав второй обратно в карман. Бой еще не закончился, и не дай судьба, пластырь понадобится ему самому.

Тяжело дыша, Виктор закрутился на своем импровизированном насесте, осматривая отсек. И сразу заметил кое-что новое. Переборку позади рабочего места начальника связи выгнуло пузырем, так, словно за ней надули гигантский воздушный шарик. И надули очень быстро, ранившие Ванга осколки отлетели как раз от этого вздутия. Виктору чертовски повезло, что большая часть осколков угодила в начальника, а его от единственного попадания защитил шлем. Почти защитил, при каждом движении головой, вмятина задевала череп, не сколько больно, сколько неприятно. Хотя, если бы не впрыснутое обезболивающее, он бы сейчас наверное корчился ослепленный болью.

- Старшина Чжао! – пробился через звон в ушах встревоженный голос корабельного врача. – Тащи лейтенанта ко мне, немедленно!

- Я попытаюсь, - хрипло ответил Виктор, пытаясь сфокусировать взгляд. – Похоже у меня контузия.

- А он умирает! – рявкнул доктор, - Немедленно тащи его ко мне!

Проклятье! Отсек кружился перед глазами. Виктор лихорадочно перебирал варианты. Старпом? Старший механик?

- Товарищ Су! – решившись, вызвал стармеха Виктор. – Это старшина Чжао выслушайте меня.

- Чего тебе, Чжао? – одышливо просипел старший механник. – Говори быстро, у нас тут 屁股.

- Лейтенант Ванг тяжело! – из-за шума в ушах, Виктор едва слышал собственные слова.

- Не ори так, старшина. – тоже повысил громкость Су. – Что с Вангом?

- Меня оглушило, лейтенант Ванг тяжело ранен, – борясь с головокружением, Виктор старательно подбирал слова. – Осколки от деформации корпуса. Его надо в медотсек, а один я не справлюсь.

Пару секунд Джемин Су молчал, размышляя.

- Извини парень, не могу. Попробуй справится сам.

Усадив обмякшего Ванга поудобнее, Виктор еще раз проверил его состояние. Критическое, и продолжает ухудшаться, близок к клинической смерти от массивной кровопотери.

Маневры корвета тянули его из стороны в сторону, голова продолжала кружиться и Виктор постанывая, потянул начальника к выходу из отсека. Хотя бы пару минут покоя! Борясь с тошнотой, он запустил ручное управление медсистемой, и проигнорировав предупреждение, ввел себе еще одну порцию стимулятора.

Голова перестала кружиться настолько быстро, что он даже удивился, и только потом посмотрел на трехмерную модель ближайшего пространства. А вот и долгожданная передышка, «Гуан Ши» наконец то укрылся за «Венерой». Теперь надо успеть дотащить лейтенанта в медотсек до начала ускорения. И пока стимуляторы действуют по полной.

- Маневр завершен, – невнятно пробубнил на общем канале Карцев.

Пользуясь моментом, Виктор отстегнул начальника, аккуратно прицепив к подлокотнику штуцер шланга СЖО. Его все сильнее беспокоило состояние лейтенанта. Крови внутри шлема уже не осталось, вентиляция ее оперативно отсасывала, но на смену удаленной, изо рта продолжала сочиться новая, явный признак внутренних повреждений. Зрачки у Ванга по-прежнему оставались закатившимися, и бледное лицо сейчас как никогда напоминало гипсовый слепок. На секунду Виктор испугался, что скафандр ошибся, и лейтенант мертв, но неожиданно тот коротко и еле слышно простонал, не приходя в сознание.

Виновато улыбнувшись, Виктор отстегнул начальника, и ухватив за специальную петлю на спине, потянул того за собой. Его самого еще ощутимо покачивало, поэтому протиснуться в люк удалось не с первой попытки. Массивная туша Ванга так и норовила приложиться к каждому выпирающему предмету. Оберегая начальника от ударов, Виктор метался вокруг, тормозя и ускоряя тело, словно орбитальный буксир.

Благо лазарет находился сразу за хабом, два крошечных кубрика в начале жилого отсека отсека, вместе немногим больше их боевого поста. Сразу за шлюзом его встретил доктор Фа вместо скафандра одетый в повседневный белых халат.

- Разоблачай больного, - вместо приветствия распорядился доктор. – в «саркофаг» его.

- А если… - закончить вопрос Виктор не успел.

- Никаких если, - остановил его эскулап, - у меня тут независимое СЖО, вакуум на корабле переживем.

Пожав плечами, Виктор подключился к служебному меню командирского скафандра, и отдал команду на разгерметизацию. Вытащив окровавленного лейтенанта наружу, он вопросительно посмотрел на Фа. Тот молча указал на стоящий в углу напротив входа вертикальный саркофаг.

- Сюда, и аккуратнее.

Разместив начальника внутри раскрывшегося «гроба», Виктор замер, ожидая дальнейших распоряжений.

- Все, свободен, дальше я сам.

- У меня голова кружиться, и мутит. – неохотно признался Виктор.

- И чего? – Мэнь, закрывавший «гроб», даже не обернулся. – Все равно свободен, твой скафандр о тебе позаботился. Иди, не отвлекай.

- Да, товарищ старший лейтенант!

Козырнув, Виктор отправился обратно на боевой пост. Пока он отсутствовал, «Потрясатель» успел погасить скорость, и сейчас неторопливо разгонялся обратно. Адмирал Татибана решил устроить им классические «качели», разгоняясь и тормозя, постоянно держась к ним бронированным носом. Подходить и отходить, остывая в периоды максимального отдаления. Стандартная тактика тяжелых кораблей, беспроигрышная при такой разнице в тоннаже.

Дожидавшийся этого Тан, тут же разразился серией команд.

- Реакторная, турбины стоп, вся мощность потока на перезарядку. Оружейная! Наведение на «Потрясатель», высокоскоростными, огонь по готовности. Доложить, когда вероятность попадания низкоскоростных превысит пять процентов.

- Боюсь что не превысит, - послышался голос артиллериста, - «Потрясатель» пройдет слишком далеко, он сумеет выйти из конуса рассеивания даже на маневровых. Да и не пробьем мы его в лоб, максимум первый слой осилим. Предлагаю бить высокоскоростными до перегрева.

- Убедил. – коротко ответил Тан, - бей по своему разумению. Один зонд навести на линкор, второй на «Даллас».

- «Потрясатель» дал тягу. – забубнил тактик, - Ускорение два десятых, полное. Пятнадцать минут до нуля относительной, удаление 6250.

- Оружейная, огонь вести до двух мегаметров, потом остываем.

- Да, капитан. – артиллерист поднял вверх большой палец. – Задействованы орудия два и три.

- Инженерная, статус первого? – спросил Тан.

Ответа Виктор не услышал, стармех доложил на личном канале капитана, но судя по лицу Тана, носовой гауссовки у них больше не было.

Мало, слишком мало! На угловатом носу линкора вспыхивали и гасли яркие крапинки. Три, одна, четыре, снова одна. Орудия правого борта стреляли по очереди, через каждые пять секунд, что требовались на перезарядку конденсаторов. Полминуты максимальной скорострельности, потом накопители разрядятся, и питание пойдет непосредственно от плазменного потока в реакторе. С учетом одной выбитой и двух незадействованных, выходило где то по пять очередей в минуту на ствол. А ведь с каждой секундой «Потрясатель» удаляется почти на пять километров!

- Оружейная, что с кучностью третьего орудия?

- Что-то с тонкой механикой приводов наведения. – беспомощно пожал плечами артиллерист.

Капитан зло выругался.

- Пилот, вращение по оси на сто восемьдесят. Задействуем четвертое и пятое. Инженерная, у вас полчаса на разобраться с третьим!

Виктор заранее покрепче ухватился за подлокотники. Опять чертово вращение, как будто ему мало головокружения от сотрясения мозга.

Карцев подгадал вращение к очередной перезарядке, уложившись в рекордные шестнадцать секунд. За которые «Потрясатель» удалился на очередные восемь десятков километров. Точнее на 77, ведь он тормозил на полной тяге, все больше и больше сбрасывая скорость.

Три, три, две, четыре. Кучность выровнялась, но с каждым разом все меньше снарядов из очереди находили свою цель. Линкор удалялся, выходя из зоны поражения.

Виктор напряженно косился на датчик температуры. Разогнанный на полную реактор грелся сильнее, чем радиаторы успевали рассеивать тепло. Уже сейчас температура хладагента вплотную подошла к красной черте.

- Дистанция два мегаметра!

- Оружейная, дробь стрельбу! Реакторная, основной на минимум! Тактик, доклад.

- Шестьдесят семь подтвержденных попаданий. Визуально повреждений не обнаружено, косвенно, возможно повреждение ствола верхней башни. Постанализ подтвердил попадание у основания рельсы. Кроме того, было два попадания в правую, но броню башни высокоскоростным не пробить. Возможны повреждения от сотрясений.

- Принял, – не стал развивать тему Тан. Всем и так было понятно, что из гауссовок линкор можно разве что поцарапать. Одна надежда, на «золотое попадание», или на множество прилетов, сносящих все, что торчит поверх броневой коробки.

На этот раз по прогнозам, он решил подойти ближе, километров на 700, видимо рассчитывая достать их в щель между рудовозами. Рискованно, так он мог поразить гражданских, но другого шанса Виктор для него не видел. Сколько раз еще «Потрясатель» сможет повторять свои заходы до критического исчерпания рабочего тела? Раз пять, или шесть? Виктор не помнил максимальную дельту линкора, но сомневался, что ее хватит на большее.

Пристегнувшись, и снова подключившись к корабельной системе жизнеобеспечения, Виктор вернулся к просмотру самого страшного и увлекательного кино в его жизни.

- Реакторная, основной на полную мощность, весь поток на перезарядку накопителей. Оружейная, огонь высокоскоростными с дистанции два мегаметра!

- Да капитан! – напряженно отозвался Туань – Двадцать секунд до открытия огня.

- Капитан! – заорал тактик. – «Венера»!

Сначала Виктор не понял, а потом увидел.

В обрамлении разлетающихся контейнеров, «Венера» медленно складывалась пополам.

- Пилот, уводи нас! – голосом капитана можно было резать сталь.

Виктора снова потянуло вбок, Карцев уходил на маневровых, стремясь уменьшить скорость столкновения.

- Столкновение неизбежно!

- Приготовиться к удару. – совершенно безэмоционально скомандовал Тан.

За оставшееся мгновение в наушниках успела взвыть сирена.

Виктора ощутимо мотнуло в кресле, через кресло донесся протяжный мучительный стон изгибающихся шпангоутов. И все прекратилось.

- Доклад о повреждениях! - сухо поинтересовался Тан.

Ответа снова никто не услышал, но на схеме корабля, Виктор заметил здоровенное желто-красное пятно по «верху» корабля. Случайно, или намеренно, Карцев успел развернуть корвет, оберегая башни гауссовок.

«Венера» агонизировала, развалившаяся на три неровных куска, растеряв сорвавшиеся с креплений контейнеры, судно не подавало признаков жизни. Обломки разлетались все дальше, открывая «Гуан Ши» следующему залпу линкора.

- Сообщение с «Потрясателя». – доложил кто то в БИЦ. – Следующий «Гуаньчжоу». Конец сообщения.

Тан болезненно сморщился.

- Реакторная, полная мощность потока на маршевый, запускайте турбины. Пилот, курс на перехват. Сообщение на «Гуаньчжоу», пусть снимают выживших.

Виктора сначала прижало к креслу, затем стало все сильнее тянуть вбок. «Гуан Ши» разгонялся по широкой дуге, обходя разлетающиеся обломки контейнеровоза. «Венера» получила не менее двух болванок из рельсовых, «Потрясатель» выстрелил задолго до обозначенного Таном рубежа, ведь целиться в неподвижную мишень намного проще. Увы, но надежды капитана на неприкосновенность гражданских не оправдались. Недооценил старик решимости и злости адмирала Татибаны.

- Экипажу внимание!

Виктор машинально проверил герметизацию. Все в порядке, жизнеобеспечение идет от корабля, резерв полон. Он готов.

Туань начал стрелять, едва корвет вышел из-за обломков. До «Потрясателя» оставалось чуть более полутора мегаметров, минута подлетного времени для высокоскоростных. И вполовину меньше для снарядов рельсовых. Наверное это их последний выход.

- Пилот, готовность к маневру уклонения! Крен влево вверх на произвольный угол.

После всего пережитого, толчки отдачи гауссовок воспринимались чем-то обыденным, едва заметным. Виктор сидел, отстраненно глядя на тактическую схему, и не ощущал ровным счетом ничего. Никаких эмоций, полнейшая апатия. Он никак не мог повлиять на ход сражения, и оставалось только сидеть, смотреть и ждать. Болванки, которая поставит точку.

Опустошив накопитель, Туань перешел на поорудийную стрельбу.

- Пилот, маневр уклонения! Десять секунд, потом право вверх пятнадцать секунд. Угол произвольный до отмены. Оружейная, стрелять на прямых участках.

Виктора привычно потянуло вбок. Рутина. Четыре толчка отдачи, потянуло в другую сторону. Плюющийся вольфрамом корвет шел зигзагом в двух плоскостях.

- Пилот, вниз, вправо, тяга на треть двенадцать секунд.

Уже в трех плоскостях. В них до сих пор не попали, хотя подлетное время рельсовых вышло. От первых шести смертоносных болванок они похоже увернулись, но за ними летели две сотни мелкокалиберных шариков.

Сотрясение от попадания гауссовки Виктор узнал моментально. Скорость тут же перешла в тепло, испарившее и сам шарик, и приличный кусок обшивки. Пришедший вскользь, вольфрамовый шарик рванул с силой взрыва семи килограмм тротила. Вполне достаточно, что бы корвет содрогнулся. На схеме повреждений почернел еще один кусочек обшивки.

- Вижу попадания в «Потрясатель». – сообщил тактик. – двенадцать в лоб, одно в правую башню. Одно из попаданий в лоб пришлось поблизости от их телескопа. Ущерб оценить не могу.

«Гуан Ши» снова содрогнулся от взрыва, от двойного взрыва.

- Потеряна четверть третьего радиатора!

А вот это было плохо, снизившаяся эффективность рассеивания сократит и без того короткое время их оставшейся жизни. Перегревшийся реактор придется отключить, и дрейфующий без тяги корвет банально расстреляют, как на учениях. Виктор до боли сжал кулаки, невозможность сделать хоть что то, убивала не хуже рельсовых.

Второй высокоскоростной, просто вырвал им очередной кусок легкого корпуса. Мелочь, не стоящая внимания.

- Максимальное сближение, дистанция 622 километра!

- Влево вниз, полная тяга десять секунд. – Тан цедил команды сквозь зубы.

- Шестнадцать попаданий. Мы сбили им антенну радара!

От темного пятна «Потрясателя» отлетело, отставая от удаляющегося линкора, крошечное пятнышко. Отбитая антенна одного из трех его радаров.

Им надо было перетерпеть эту минуту максимального сближения, когда даже их неплохой в принципе маневренности уже не хватало полностью избегать ударов. Потерпеть всего минуту, от силы полторы и станет легче.

Корабль затрясся, как припадочный. На этот раз удача подвела капитана, и в них влетела полная очередь одной из гауссовок линкора. Корвет как раз уходил под углом «вниз» и десяток вольфрамовых градин пришлись в верхний сегмент корпуса. Взметнувшиеся обломки и водяной пар на миг перекрыли обзор верхнего телескопа, к которому подключился Виктор, а в следующий миг, корвет ощутимо рыскнул, теряя курс.

- Разбалансировка. – коротко пояснил пилот, выравнивая заартачившийся корабль. - потеря эффективной тяги, компенсирую маневровыми.

- Балансер? – развернулся капитан к вахтенному балансировщику.

- Носовые баки выбиты, - донеслось из-за кадра. – Мне некуда больше перекачивать остатки.

- Пилот, каков текущий максимум тяги?

- Держу семьдесят восемь сотых грава.

На миг задумавшись, Тан махнул рукой.

- Балансер, сбросить лишнюю воду.

- Капитан? – удивленно обратился к нему старший помошник. – Это урежет нашу дельту…

- Нам больше не нужен запас рабочего тела. – Тан выпрямился в кресле. – Товарищи, мы идем путем изначального «Гуан Ши». И мы пройдем его с честью!

Его голос не дрогнул при сотрясении от еще одного попадания. Виктор отстраненно подумал, что так и не удосужился прочитать о том доисторическом, еще водяном корабле, в честь которого назвали их корвет. Героический наверное был корабль. И они скоро тоже станут героями.

- Сброшено 18% воды. – после паузы доложил балансировщик, - общие запасы 33%.

- Нам хватит. – коротко резюмировал Тан. – Пилот, новый курс. 330, выше 46.

- Да капитан, - подтвердил Карцев. – Курс 330, выше 46.

Тан ставил корвет перпендикулярно тормозящему «Потрясателю», под углом к курсу ухода «Гуаньчжоу».

- Сообщение с «Гуаньчжоу». Пятеро выживших сняли, готовы к тяге. Сержант Лю Ронг среди погибших, Ло Сяцзян забрал тело с собой.

- Не печалься о том, что оставляешь нас, - неожиданно для всех начал поминальную молитву капитан Тан. – ты ушел в блаженство.

К негромкому голосу капитана присоединились и остальные в БИЦ.

- И мы надеемся воздать тебе посмертные почести, процветая в этом мире твоими благодеяниями. Пусть тебя примут предки, Ло Ронг.

Виктор прошептал окончание молитвы, вспоминая худого, верткого как ртуть Ронга, одного из тех, кто учил его рукопашному бою в экзоскелете. Все его мастерство не помогло против быстролетящего вольфрамового шарика. Видимо Ронг находился поблизости от того, места, куда ударил высокоскоростной, ведь банальному осколку обшивки не пробить боевую броню. Парню просто не повезло.

- «Потрясатель» закончил торможение, вижу разгон в нашу сторону.

- Пилот, носом к нему, - устало скомандовал Тан, - маневры уклонения по своему разумению.

Все это время «Гуан Ши» продолжал хаотично менять курс и ускорение. Даже на максимальном удалении «качелей», снаряды рельсовых летели чуть больше двух минут. А площади радиаторов позволяли линкору не задумываться об охлаждении, он мог стрелять часами. И продолжал это делать. Изредка радар видел смутные отклики проносящихся мимо снарядов. «Потрясатель» буквально засеивал округу вольфрамом, и только маневренность маленького корвета до сих пор позволяла избегать смертельного удара.

Но два десятка гауссовок создавали такую завесу, что вывернуться из нее не мог и он. Виктор уже привык к содроганиям корабля от взрывов. Каждые три-четыре секунды, где то в носу испарялся еще один кусочек вольфрама, раскаленными газами калеча и без того побитый корвет. И вместе со сближением, взрывы становились все чаще.

- Потерян носовой радар. – безгранично спокойным голосом доложил старпом. – Остался обзорный и зонды.

- Через оптику буду целиться! – весело прокричал Туань. – Он здоровенный, как Даолаогуй, я уж не промахнусь! Главное, Аркадий, помни о ее дротиках!

- Сосредоточься на работе! – прикрикнул на артиллериста Тан и вдруг улыбнулся. – Пилот, а ты и правда помни, что дротики Даолаогуя убивают.

- Так это что, баба? – в голос засмеялся Карцев, - ну так мы ей сейчас заса…

Шею вывернуло до хруста, и в затылке полыхнула ослепительно острая боль. Лязгнувшие зубы едва не отхватили язык, и Виктор, заоравший от неожиданной боли, тут же закашлялся, поперхнувшись собственной кровью. В них попали главным калибром!

В себя он пришел от серии болезненных уколов в плечо, голова кружилась еще сильнее, и от горла медленно уходил плотный комок тошноты. Скривившись от головной боли, Виктор с трудом разлепил глаза. В отсеке стояла красноватая полутьма аварийного освещения, все раскрытые в воздухе экраны потухли, а на консоли мелькали символы загрузки.

Гравитация ощутимо прижимала его к креслу, но не к сиденью, как при обычной тяге. Его тянулось куда то в стык между подлокотником и спинкой, так словно корабль вращался с наклоном вокруг оси. Отсек из-за этого смотрелся по настоящему дико, полом стал дальний угол, и Виктор крепко зажмурился, подавляя ушедшую было тошноту. Зажмурился ненадолго, такие сюрпризы стали входить в привычку.

- Здесь старшина Чжао, ИТ, - просипел он на общем канале, старательно проглатывая сочащуюся из прикушенного языка кровь. – Есть кто живой?

- Здесь лейтенант Сяо Гуй, реакторная, - слова перемежались надрывным кашлем, - я и двое моих уцелели.

- Доктор Фа и один пациент, оба живы, но у меня сломано ребро. Что это было?

Оставив его вопрос без ответа, Виктор ждал новых участников переклички. Тишина. Предки, их уцелело шестеро из двадцати трех членов экипажа?!

Потянувшись к перезагрузившейся консоли, он запустил программу базовой диагностики. Состояние корпуса, систем, метки членов экипажа. Эту программу он скопировал с капитанского профиля, когда решил повышать квалификацию, и до сих пор запускал только в учебном режиме.

В полной версии информации вылилось столько, что ему пришлось разворачивать два дополнительных экрана, и спешно отсеивать лишнее.

Увиденное заставило ахнуть. Корвет фактически перебило в передней трети корпуса, лишь жалкие ошметки носа болтались на вывернутых голых шпангоутах. Удар снаряда рельсовой пушки пришелся под острым углом в район офицерского жилого отсека, разрушив его до основания. Боевой Информационный Центр, располагавшийся ближе к носу, скомкало и изорвало взрывной волной до неузнаваемости. Судя по смоделированной картинке, выжить там было невозможно.

Заодно выяснилась и причина перезагрузки. Главное процессорное ядро размещалось как раз в серверной возле БИЦ, и не пережило удара. А резервное ядро в корме почему то не подхватило систему сразу, ушло в перезагрузку. И плюсом, вычислительные ресурсы корвета упали вдвое.

- Реакторная, - Виктор закашлялся, прочищая горло, - что с питанием?

- От сотрясения перекосило турбины, сработал аварийный стоп реактора, - машинально ответил Гуй, и тут же опомнился. – Старшина, что с капитаном? БИЦ не отвечает.

- Нет у нас больше БИЦ, - вместе с ответом, Виктор переслал на терминал энергетика скриншот повреждений. Товарищ лейтенант, вы теперь старший по званию

- Вообще то старший я, - сварливо заметил Фа. – Но корабли я лечить не умею, а нашему кажется здорово досталось. Чем нас так приложило?

- Главным калибром линкора. – вместо Виктора ответил Гуй. – Старшина, что с ремонтной командой?

- Минуту, я разбираюсь. – Виктор лихорадочно копался в меню. – Они работали в районе третьего орудия, это достаточно далеко от носа. Но они не были пристегнуты… Ага, есть!

Он наконец то добрался до жизненных показателей экипажа и облегченно вздохнул. Четыре желтые отметки в районе третьего орудия. Он торопливо коснулся каждой из них, разворачивая краткий отчет. Все без сознания, ушибы, переломы, сотрясения. Легко отделались, на самом то деле. Когда в тебя со всего размаха бьет переборкой, обойтись без травм везет не каждому.

Виктор посмотрел имена уцелевших механиков и зло выругался. Старший механик товарищ Су, механики Лао Джил, Карлос Сё и Дун Зихао. Фамилия Гао в списке не значилась.

- Прощай дагэ. – прошептал Виктор, найдя фамилию друга в графе «отсутствуют жизненные показатели». Траурная белая точка обнаружилась рядом с четырьмя желтыми. Механик до последнего выполнял свой долг, ремонтируя орудие под огнем врага, защищенный лишь тонким легким корпусом. – Я верну твое тело родным.

- Старшина, - вернул его в реальность голос лейтенанта Гуя. – Где «Потрясатель»?

Мысленно выругавшись, Виктор развернул меню сенсорных систем. Увы, большая часть вкладок выделялась серым и черным, отмечая отключенные, или уничтоженные системы. У «Гуан Ши» больше не было радаров, отсутствовала внешняя связь, не работали лидары и оба телескопа значились уничтоженными. Фактически у них больше ничего не было! Корвет ослеп и оглох.

- Ничего не работает, - уведомил он энергетика. – Выбили все подчистую.

- А зонды? – не унимался тот.

- Нет связи.

- Телескопы на гауссовках? Они конечное дохлые, но хоть что-то.

Виктор тут же подключился к орудийным системам и через пару секунд разразился длинной нецензурной тирадой.

- 是的，海龜會把它們該死的球放在你的屁股里幹什麼！

- Что не так? – настороженно поинтересовался Гуй.

- Все не так! Мы вращаемся, радаров нет, - кратко перечислил Виктор и горько спросил. – Куда наводить прицельные телескопы? Я админ, а не артиллерист, я черт его знает, что тут можно сделать!

- Я все понимаю, но у нас нет приказа первыми открывать огонь!

Уже пристегнутый в кресле, капитан Тан поднял руку, жестом приказывая замолчать.

- У нас есть приказ любыми средствами противодействовать аресту конвоя.

Видимо от волнения и активной жестикуляции, старший помощник Бао воспарил над креслом.

- Выстрелив первыми, мы в глазах общества станем агрессорами, мы заранее оправдаем все, что сотворят земляне!

- У нас есть приказ и уникальная возможность. – капитан Тан не стал повышать голоса. – адмирал Татибана, в своей надменности уже списал нас со счетов. Он решил, что мы не осмелимся напасть на превосходящие силы. А мы осмелимся, старпом. У вас есть возражения?

- Никак нет, капитан, - сник старпом.

Виктор непонимающе уставился на тактическую схему. Все так же дрейфовал конвой, все так же тормозили линкор и фрегат. Что за уникальная возможность?

И тут до него дошло. Корабли землян не выпустили сенсорные зонды, не стали проноситься мимо, нанеся удар, и только потом разворачиваться для торможения! Сейчас, когда они шли повернувшись к конвою соплами, обзор им перекрывали факелы выхлопов. Земляне сейчас практически слепые, у них остались одни радары! Точно сказал старик, земляне упивались своей надменностью, и это давало шанс.

- Связь! – рявкнул капитан. – Передайте радио на «Потрясатель». Ваш курс ведет к опасности! Немедленно прекратите маневр, иначе будем стрелять! Зациклить и передавать непрерывно.

- Да капитан! – не отрываясь от пульта, отозвался вахтенный связист.

- Передать лазером на суда конвоя. Выполнить маневр два. Передавать до получения подтверждения.

- Да капитан.

- Старпом, боевая тревога, готовность к ускорению.

- Да капитан, - угрюмо ответил Бао.

По ушам ударило пронзительным длинным звонком. Боевая тревога, началось.

- Капитан, запрос с «Гуаньчжоу», - перекрикивая звонок, заорал связист. – Просят напомнить, что такое «маневр два».

- Старпом! – едва не закипел Тан. – Свяжитесь с этими идиотами, объясните еще раз!

- Да капитан! – сквозь угрюмое выражение на лицо Бао впервые пробилась улыбка. – Связист, канал на «Гуаньчжоу».

- Экипажу, постоянная готовность к ускорению, - немного успокоился Тан, - Пилот готовность.

- Есть готовность.

- Оружейная, прицел на расчетную точку пять фрегата «Даллас», низкоскоростными.

- Слишком далеко, капитан. – заспорил Линь Мин Туань, их артиллерист. – Семь пятьсот сорок, на такой дистанции даже чих нашего кока сделает разброс чрезмерным.

- Вы уж постарайтесь. – с нажимом сказал Тан. – Реакторная, остановить турбины, экипажу по команде замереть. Особый приказ коку, не чихать! Этого достаточно, лейтенант?

- Да, капитан! - смешок артиллериста показал, что шутка Тана достигла цели. - Наведение завершено, время до открытия огня. Двадцать две минуты тридцать семь секунд.

Мысленно Виктор переводил услышанное в более привычные термины. Тан только что приказал стрелять по точке, где фрегат будет двигаться со скоростью пять километров в секунду. Стрелять будут низкоскоростными, бронебойными снарядами. И если учесть, что скорость звука в корабельной броне около семи километров в секунду, то бить будут очередями разогнанных до полутора-двух тысяч метров в секунду снарядами. Так, что бы они пробились внутрь, а не расплескались маленькими огненными вспышками на броне.

- Оружейная, после первого выдать еще три залпа, корректируя прицел по траектории.

- Да капитан. Вношу программу.

- Реакторная! Всю мощность потока на перезарядку оружейных накопителей! Отключить радиаторы, видимые со стороны противника.

Ответа Виктор не услышал, энергетик ответил капитану приватно. Но смысл приказа был понятен и так. Выключив из работы часть видимых противнику радиаторов, они маскировали неизбежный при стрельбе нагрев. Без половины излучающих поверхностей они конечно потеряют в эффективности рассеивания, но на несколько залпов такого режима хватит.

На экране тактической схемы начали двигаться рудовозы. Очень осторожно, медленно, только благодаря меняющимся цифрам, Виктор и заметил их движение. «Венера» и «Гуаньчжоу» сближались, ложась на параллельные курсы в опасной близости друг от друга. В очень опасной! Если продолжить эту траекторию, то по завершению маневра между ними останется метров сорок, не больше.

- Чжао, статус трансляции? – отвлек его Ванг.

- Сигнал идет, подтверждения приема еще нет. – Виктор торопливо развернул окно исходящего траффика. – Я оптимизировал поток для циклической проверки избыточности, так что три четверти канала заняты. Норм?

- Если что, капитан отменит. – отмахнулся от вопроса лейтенант. – Ты с креслом сцепился?

- Нет еще, - Виктор помахал разъемом шланга жизнеобеспечения. – Успеется.

- А если не успеется?

- Начальник, я за ситуацией слежу. – обиженно ответил Виктор.

- А, точно, ты же у нас вуайерист. – усмехнулся Ванг. – Ну следи, если что интересное уследишь, маякни мне.

- Кое-что уже есть. – указал на экран Виктор. – Ответ с ретранслятора, нашу передачу видят. Качество приличное, можно снизить избыточность.

- Оставь, - равнодушно отвернулся к своей консоли начальник. – Не проявляй инициативу без необходимости.

- Как скажете, начальник. – Откинулся на спинку Виктор. – Сам знаю, что у инициативы завидное либидо.

Уже через пару минут, он поймал себя на том, что нервно дергает ногой. Пока шла подготовка к бою, на мысли не оставалось времени, а теперь ожидание тянулось бесконечно долго. И в голову лезло всякое.

Стараясь отвлечься, Виктор снова подключился к системе видеонаблюдения. Но везде, куда-бы он не посмотрел, творилось одно и то же. Люди, напряженно замершие на своих местах, как и он ожидающие чуда.

- Да пошло оно все! – в сердцах выругался Виктор, и запустил на одном из экранов первое, что нашлось в его медиатеке. Подборку ретромультиков «Диснея» второй половины двадцать первого века.

Первыми там шли несколько серий «Дональда Дака», в которых накачанный черный селезень с легкостью и юмором громил по всей Африке облезлых желтых мартышек. В юности Виктору нравились старинные детские мультфильмы, но сейчас вдруг остро кольнуло понимание, что эти смешные мартышки символизировали для Альянса Запада его предков. И дети, которые росли на этих мультиках, спустя годы, будучи уже взрослыми, искренне радовались гибели Поднебесной. И голосовали за тех, кто помогал Японии, и японцам во время Последней Мести.

Чертыхнувшись, он выключил мультфильмы, и хотел было стереть раздел, но замер, не дотянувшись до сенсорной панели. Ну уж нет! Он будет помнить! Земная Лига выросла из Альянса Запада, и они никогда не считали Марс частью себя. Сделали из марсиан незаменимых работников космоса, позволили добывать для себя ресурсы, а сами нежились там, среди роскошных зеленых холмов! А когда почувствовали, что Марс чрезмерно набирается сил, решили снова откинуть их назад!

Злоба распирала его.

- Vi vse zdohnete, tvari!

- Чего? – переспросил Ванг, - Это ты на каком материшься?

- Извиняюсь, лейтенант, - смутился Виктор, мгновенно остывая, - Это я на сибирском. Прадед в детстве научил, у матери в семье только на сибирском дома и говорили.

- А на родной язык перевести, что бы командир понял?

Перевести Виктор не успел. По сети прошел сигнал «Приготовиться к открытию огня».

- Ну понеслась. – Виктор тут же воткнул шланг СЖО в разъем на кресле. Все, теперь он подключен к жизнеобеспечению корабля, и случись чего, не станет тратить драгоценные запасы скафандра.

Корабль ощутимо дернулся, раз, другой, третий. Видимо стреляли из каждого ствола попеременно, раз в две секунды, по кругу. Двадцать коротких резких толчков отдачи.

Дождавшись последнего, капитан Тан выждал еще пару секунд, и скомандовал.

- Пилот, готовность к ускорению, по команде выводи к указанному на малой тяге. Оружейная! Высокоскоростными, один залп по точке пять фрегата! Расчет прилета как можно ближе к моменту попадания первого залпа.

- Э… - оружейник погрузился в расчеты. – Окно через 14 минут 6 секунд. Прилет за три секунды до первого низкоскоростного.

- Огонь по готовности, разом. – Удовлетворенно кивнул Тан, – Реакторный, готовность к разогреву.

- К разогреву готовы.

В этот раз толкнуло куда сильнее. Залп высокоскоростными из всех пяти стволов разом мог сравниться с полной тягой маршевого двигателя.

- Есть выстрел, капитан. Время до прилета четыре минуты.

- Вероятность попадания?

- 10-12 процентов на ствол.

- Мало! – На крупном плане было видно, как заиграли желваки у капитана. – Можем и вообще не попасть!

- Рассеивание, капитан, - начал оправдываться артиллерист, - Семь с половиной тысяч километров, никто не стреляет так далеко!

- Отставить объяснения, лейтенант, – остановил его Тан. – Я помниться флотскую академию заканчивал, и теорию еще не забыл.

- Простите, капитан.

- Будем ждать. – улыбнулся Тан. – Хорошо, что они вообще прошляпили наш залп. За самоуверенность надо платить.

- Пора откачивать воздух, капитан, – напомнил старпом.

- Да, выполняйте.

Не дожидаясь оповещения, Виктор захлопнул шлем и проверил герметизацию. С закрытым шлемом рев сигнала «Вакуум» едва ощущался, но услужливая система тут же продублировала его в наушниках. Чертыхаясь, он отключил сигнал. Надо было заранее сменить настройки по умолчанию, ведь каждый раз на учениях он страдал от боли в ушах. Можно же отключить дублирование сигнала, если скафандр уже загерметизирован! И ничто, кроме лени не мешал ему сделать это заранее.

Первыми стали пропадать звуки, привычный гул турбин отдалялся, становясь все тише и тише, пока от него не осталась одна только вибрация палубы. Скафандр немного раздулся, затем зафиксировался и съежился обратно, компенсация прошла штатно. Виктор, читал, что в древности, скафандры раздувались настолько, что люди бывало не могли протиснуться в люки, и им приходилось сбрасывать давление чуть ли не до нуля. Хорошо, что он не живет в те дикие времена. Эта внезапная мысль его рассмешила.

- Десять секунд до прилета высокоскоростных! – из-за кадра доложил Линь.

На мостике все замерли. Виктор тут же подключился к оптическому телескопу, выругался, увидев только вытянутое фиолетовое пятно выхлопа, и переключился на тепловую картинку. Тут худо-бедно проглядывала нагретая от двигателей корма фрегата.

- Высокоскоростные, промах. – с досадой отрапортовал артиллерист. – Прилеты низкоскоростных, пошли. Есть попадание!

На бледно оранжевом абрисе кормы вспыхнула крошечная белая точка. Одиночный вольфрамовый шарик только что пробил обшивку, и термооптика уловила жар раскаленных краев пробоины. И еще две, из следующей десятки, и еще несколько. На его глазах снаряды пенетрировали корму фрегата. Отличная кучность для такой дистанции! Расскажи кому, не поверят, удачная стрельба на семь с половиной тысяч километров из гауссовок!

- Реакторная, полная мощность! Задействовать все радиаторы!

Еле заметная вибрация тут же сделалась очень даже заметной. Реактор разогревали, увеличивая впрыск дейтерия, быстро выводя турбины на максимальные обороты. Теперь эта вибрация останется с ними до самого конца боя, или до перегрева системы охлаждения. Из головы совершенно вылетело, сколько времени «Гуан-Ши» мог держать реактор на полной мощности, прежде чем перегрев достигнет критической отметки. Вроде час-полтора, не больше. Потом придется либо медленно прожариваться, либо сбрасывать хладагент, фактически выходя из боя. И это, если им раньше не снесут радиаторы.

- Пилот, - не отрываясь от экрана, скомандовал Тан. – Начать маневр!

- Да, капитан!

Виктора слегка прижала к креслу малая тяга, по ощущениям не больше трех сотых грава. Он тут же потянулся к тактической схеме, узнать, куда же направил их капитан. Он все равно терялся в догадках, решение капитана обстрелять фрегат оставалось непонятным. Логичнее бить по линкору, повредить хрупкие дюзы, ведь даже факел полной тяги не остановил все снаряды. А теперь им придется ковырять лобовую броню под прицелом шести рельсовых орудий.

- Вижу пульсацию факела цели! – радостно выкрикнул артиллерист. – «Даллас» теряет тягу!

- Результат?

- Зафиксировано девять попаданий в корму, капитан! – судя по голосу, Линь был несказанно горд собой.

- Неплохо. – скупо похвалил Тан. – Я так понимаю, прошли первые четыре очереди?

- После четвертого прилета, «Даллас» начал терять тягу, и следующие прошли мимо…

Оправдания Линь Мин Туаня прервали сразу два доклада.

- «Потрясатель» прекращает торможение, вижу начало разворота…

- Запрос на связь с «Потрясателя».

- Отклонить, - отреагировал капитан на доклад связиста. – Пусти им в ответ картинку «Ожидайте ответа» и поставь музыку.

- Какую? – слегка растерянно уточнил связист.

- Гимн Директората. – ухмыльнулся Тан. – И сообщите на контейнеровозы, что пора глушить реакторы, и передавать сигнал о сдаче.

К этому моменту Виктору стал понятен их курс. Оба рудовоза наконец то расположились поблизости друг от друга, бортом к приближающимся кораблям Лиги. И вот за эту «стенку» из двух судов и двигался «Гуан-Ши».

- Мы что, гражданскими прикрываться станем?! – оторопело воскликнул Виктор. – Да ну нафиг!

- Чего? – не понял Ванг.

Вместо ответа Виктор скинул ему скриншот тактической схемы, собственноручно обведя красным предполагаемую позицию.

- Разумно, - оценил маневр лейтенант.

- В смысле? – еще больше обалдел от цинизма Виктор. – Это мы их должны защищать!

- Ага, сгоря в лобовой атаке на главный калибр линкора, – хмыкнул Ванг. – Капитан не дурак, и не сволочь. Оба рудовоза открытым текстом вопят, что сдаются, погасили реакторы и вообще няшки. А мы транслируем видеопоток событий, да и вопли рудовозов по всей системе слышно. Татибану с дерьмом смешают, если он атакует сдавшиеся гражданские суда. Так что пусть попотеет, повыковыривает нас из-за стенки.

Объяснения Ванга выглядели логичными, они объясняли и выбор первой целью фрегата. Два корабля могли обойти укрытие с двух сторон, и от обоих сразу не спрячешься. А теперь они выбили из уравнения фрегат, и остался могучий, но неповоротливый «Потрясатель». И это шанс! Шанс держась позади рудовозов хотя бы снести ему все, что торчит поверх цитадели.

- «Даллас» без тяги! – затараторил тактик, - Вижу испарение воды, судя по температуре радиаторов реактор не поврежден, вижу работу маневровых. Разворачивается к нам, скорость разворота в норме.

- Анализ? – отрывисто попросил Тан.

- Повреждение дюз, наверняка задет маршевый двигатель, возможность оперативного ремонта под вопросом. Пробит как минимум один бак рабочего тела, утечка значительна. Основной и вспомогательный реакторы в норме, утечки радиации, или следов лития не вижу. Наведение и оружейные системы не повреждены, «Даллас» сохранил возможность вести огонь. Оставаясь на текущей траектории, он пройдет мимо нас через 25 минут с максимальным сближением в 320 километров.

- А «Потрясатель» попробует пройти с другой стороны заслона, взяв нас в вилку. – резюмировал Тан. – Оружейная, на сближении весь огонь сконцентрировать на «Далласе». Попробуем выбить ему зубы.

- Да, капитан. – отозвался артиллерист, - Прицел на «Далласе», готов к открытию огня.

Благосклонно кивнув офицеру, Тан наморщил лоб.

- Сообщение на «Потрясатель». Ваш курс ведет к опасности, немедленно прекратите пиратские действия, или будете уничтожены.

- Входящее сообщение с «Потрясателя». Текстовое, личная подпись контр-адмирала Татибаны.

- Зачитай.

- Кхм, - закашлялся офицер связи. – Простите, капитан. Тут написано, «Вас больше нет».

Неожиданно для всех, капитан Тан негромко рассмеялся.

- Задели за живое, самурая. – и посерьезнел. – Оружейная, наведение на «Даллас», огонь низкоскоростными, дистанция открытия огня… Две тысячи.

- Это почти пять минут подлетного времени, капитан. – Осмелился возразить артиллерист. – Шансы попасть минимальны.

- Выполняйте! – рявкнул Тан. – Снарядов у нас много, а «Даллас» без тяги, на одних маневровых не увернется.

- Да капитан, - склонил голову Линь. – Наведение на «Даллас» завершено. Семнадцать минут до открытия огня.

Схлопотав оплеуху, корабли Лиги похоже восприняли их всерьез и вспомнили боевые наставления. Развернулись бронированными носами к «Гуан Ши», легли в дрейф, вокруг обоих закружили многочисленные сенсорные зонды. Точнее, в дрейф из-за повреждений лег только «Даллас». «Потрясатель» шел зигзагом на малой тяге, постепенно вырываясь вперед, отвлекая огонь на себя.

Виктор следил, как меняются цифры на схеме, как медленно ползут к алой черте враги. Похоже, что план Тана сработал, с этой дистанции рельсовые уже вполне могли их достать. Особенно кластерными снарядами. Но пока по ним не стреляли, скачкообразного повышения температуры приборы не фиксировали.

Виктора плавно потянуло из кресла. Вися вниз головой над потолком, он помянул яйца черепах, и проверил надежность крепления. «Гуан Ши» закончил торможение и начал тонкое маневрирования, пристраиваясь за контейнеровозами. Вектор гравитации менялся настолько быстро, что Виктору пришлось сфокусировать зрение на одной точке, на тактической схеме. Концентрация всегда помогала его внутреннему уху прийти в равновесие, успокоиться, и поверить глазам.

Что бы отвлечься, он зажег трехмерный экран, и вывел на него модель ближнего пространства. Пилот направлял их корвет мелкими толчками маневровых, тут же гася импульс двигателями с противоположной стороны. Выставляя башни правого борта в щель между двумя рудовозами. Зависнув в считанных десятках метров за «Венерой».

- Мы на месте, капитан, - доложил пилот.

- Ну, с прибытием. – мрачно пошутил Тан. – Оружейная, цель видите?

- Да капитан. Орудия четыре и пять в секторе обстрела. Прошу выдвинуться вперед, тогда я смогу задействовать орудие один.

- Разумно, - согласился Тан. – Пилот, высунь нос. Янг, скажешь, когда хватит.

- Да, капитан, - кивнул артиллерист.

«Гуан Ши» нес пять гауссовых орудий. Одно на носу и по два на условных левом и правом бортах. В теории такое расположение увеличивало сектор обстрела, но сейчас Виктор предпочел бы находиться на бронепалубнике, у которого все орудия выведены на один, бронированный борт. Высунулся, и стреляй, «Гуан Ши» же сможет задействовать лишь три ствола из пяти. Против семи рельсовых и полусотни гауссовых.

Карцев снова показал класс пилотирования. Виктор едва ощутил короткий тычок палубы и почти сразу пошло тягучее давление носовых маневровых, тормозящих корабль. Идеальный расчет, «Гуан Ши» остановился, едва высунувшись за обитаемый модуль «Венеры».

- Достаточно? – поинтересовался Карцев.

- Вполне. «Даллас» в поле зрения носового.

«Потрясатель» шел под небольшим углом, обходя их по широкой дуге, и если сохранит прежний курс, сблизится с ними на тысячу триста километров, после чего начнет удаляться. И тормозить, гася скорость, потом разгоняясь обратно. И раз за разом станет повторять этот маневр, пока не добьет корвет окончательно. «Даллас», не имея возможности значительно поменять траекторию, шел прежним курсом. И оба корабля хаотично качались из стороны в сторону, толкая себя маневровыми, уходя из-под ожидаемого удара.

- Капитан, шанс попадания высокоскоростными 1%. – Выкрикнул Линь. – Разрешите открыть огонь?

- Ждать дистанции в два мегаметра. – отрезал Тан. – Пара выбоин в лобовой броне ничего для нас не изменят.

Вытянутые вдоль рудовозов панели радиаторов медленно тускнели. Оба судна погасили свои реакторы сразу по завершении маневра и сейчас перешли на аккумуляторы. Оставив активными только систему жизнеобеспечения и включенное на полную мощность радио. Всем своим видом давая понять, что они сдаются. Виктор искренне надеялся, что капитан Тан прав, и по гражданским стрелять не станут. Иначе, да помогут им всем звезды.

- Две сто по дальномеру, - оповестил артиллерист, - двадцать секунд.

- Пилот готов к гашению отдачи!

- Реакторная, девяносто процентов потока на перезарядку оружейных накопителей.

- Связь, - пролаял Ванг, - РЭБ включена.

- Выстрел!

Корабль тряхнуло, носовая гауссовка выплюнула первую очередь. Десять вольфрамовых шариков по 123 грамма каждый унеслись в сторону «Далласа» со скоростью полтора километра в секунду. Тут-же толчок от четвертого, почти сразу от пятого, и снова от первого. В режиме стрельбы низкоскоростными, гауссовки «Гуан Ши» могли стрелять практически без паузы, засеивая пространство сотнями снарядов.

- 270 секунд до прилета.

Виктор тут же подключился к термооптике телескопа.

- 靠北! – грязно выругался он секунду спустя. - 我是个白痴.

Главный телескоп «Гуан Ши» оказался загорожен корпусом «Венеры».

- Хватит ругаться, уши вянут! – рыкнул на него Ванг. – я и так знаю, кто ты.

- Сорян, шеф, - повинился Виктор, быстро подключаясь к телескопу одного из сенсорных зондов.

Облом, «Даллас» находился вне поля зрения. Жестко закрепленные среди контейнеров зонды имели крайне ограниченные возможности наведения оптики. И если радар мог осматривать всю переднюю полусферу, то здоровенный телескоп наводился поворотом всего корпуса. Проверив данные со всех четырех телескопов, Виктор разочарованно откинулся на спинку кресла. Все четыре зонда передавали картинки пустого звездного неба. И как тогда они следят за противником?

Секунду спустя Виктор хлопнул себя по шлему.

- Ну естественно!

Нужные данные шли с «Венеры». Телескоп «Гуаньчжоу» следил за «Потрясателем», и после короткого размышления картинку с него Виктор тоже вывел чуть в стороне от тактической схемы. Рабочее пространство перед ним уже напоминало цветную мешанину открытых прямо в воздухе окон, и посторонний вряд ли сумел бы разобраться в ней сходу.

- Оружейная, прекратить огонь. – скомандовал Тан, когда цикл выстрелов пошел на пятый круг. – Ждем.

Телескоп «Венеры» значительно уступал тому, что стоял на «Гуан Ши». На картинке с него «Даллас» выглядел смутным темным пятнышком, без явно различимых деталей. Вот только память услужливо выдала прочитанные в справочнике «Джейн» размеры. Сто два метра длиной, двадцать восемь килотонн полной массы, это пятнышко почти впятеро превосходило их корвет размерами.

Пока они стреляли «Даллас» приблизился еще на 120 километров, и причин прекращение стрельбы Виктор не понял. У них и так осталось шесть с небольшим минут, прежде чем «Даллас» сможет их достать, не рискуя разнести гражданских.

- Есть попадания!

Виктор уставился на экран до рези в глазах. Ни малейшего следа, ни единой искорки, все такое же темное пятно посередине поля зрения. Дешевый гражданский телескоп!

- Еще три попадания, вижу утечку воды из носового топливного бака. Еще два попадания, вижу следы кислорода, наверняка пробитие кислородного бака. Еще пять попаданий, утечка воздуха увеличилась. «Даллас» начал маневр уклонения!

- Два залпа по курсу уклонения, высокоскоростными!

Наконец-то Виктор сумел заметить хоть какое то изменение на экране. Маленький белесый султан пара от маневрового двигателя. «Даллас» пытался уйти от огня. Теперь стало понятно прекращение стрельбы. Получив несколько пробоин, земной пилот тут же стал уводить корабль из зоны поражения. Вот только масса фрегата сейчас играла против него, не позволяя уходить достаточно быстро.

- Вижу еще три попадания, утечка воды нарастает, утечка кислорода прекратилась. Еще шесть попаданий, цель без изменений.

Корвет затрясся от отдачи. Шесть толчков почти без перерывов, полностью заряженный оружейный накопитель позволял бить с максимальной скорострельностью.

- Дистанция? – отрывисто спросил Тан.

- 630 километров, – отозвался артиллерист и без команды добавил. - 27 секунд до прилета, он не успеет уйти, слишком близко.

Попадания высокоскоростных Виктор наконец то увидел. На тусклом сером пятне расцвели маленькие белые точки. Одна, две, три. Они тут же тускнели, но рядом вспыхивали новые и новые. Десятки новых вспышек, с такой дистанции рассеивание уже не играло той роли, что раньше.

Трехсантиметровые вольфрамовые шарики гауссовок на скорости 23 километра в секунду при ударе тут же превращались в пар, взрывом выбивая здоровенные куски из обшивки. Для защиты хватило бы обычной стальной брони толщиной 10-11 сантиметров, но еще не существовало двигателей, способных разгонять столь тяжелый корпус. Поэтому на фрегатах типа «Денвер» броней служил сегментированный передний водяной бак. И сейчас его разносило в клочья, выбрасывая в пространство сотни и тысячи литров воды.

Виктор смотрел, как серое пятнышко на экране словно подергивается туманной дымкой, улыбался во все свои двадцать восемь зубов. Если фрегат потерял столько воды из протектированных баков, то наверняка у него и куча прочих повреждений. Снесенные антенны, разбитые телескопы, хоть что-то, способное помешать этому монстру расправиться с ними первым же выстрелом главного калибра.

- Пилот, готовность к маневру.

Вздрогнув, Виктор перевел взгляд на тактическую схему. Черт, пока он любовался избиваемым фрегатом, «Потрясатель» продолжал двигаться к тому месту, откуда мог их достать. И более того, кажется он дал тягу, сокращая и без того небольшое время безответной стрельбы.

- «Даллас» меняет вектор! Дистанция 470 километров, подлетное время..

- Высокоскоростными, максимальная скорострельность, огонь до отмены. – Не дослушав, напряженно скомандовал Тан. – Реакторная, готовность переключить поток на маневровые. Запускайте турбины!

Тряхнуло гораздо сильнее, артиллерист выстрелил разом из всех трех орудий. И сразу же еще, пока в накопителях оставалась энергия. Как только пилот даст тягу, скорострельность упадет до штатных трех в минуту.

К сотрясениям от выстрелов добавилась растущая вибрация турбин. Она увеличивала разброс, но на дистанции до полутора мегаметров стабилизаторы орудий снижали ее достаточно, что бы уложить круг рассеивания в лобовую проекцию среднего корабля.

- Даллас в поле зрения носового телескопа!

Виктор тут же переключил экран. С расстояния в четыреста километров носовой телескоп показывал «Даллас» во всей его побитой красе. Окруженный сияющими на солнце клубами льда и пара, фрегат выглядел почти целым, но цепкий взгляд тут же выхватил среди льда парочку крупных обломков. И главное, остывающее, багровое в ик диапазоне пятно поблизости от центра носа. Пробоина совсем рядом с дулом осевой рельсовой пушки фрегата!

Прямо на его глазах, по «Далласу» сыпануло еще несколько разбросанных по плоскому лбу вспышек. Штук шесть, или семь, он не успел сосчитать. Новых фонтанов воды не появилось, носовой бак фрегата был уже пуст.

- «Даллас» открывает заслонку рельсовой!

Виктор на миг зажмурился. Не получилось. С такой дистанции артиллерист фрегата не промахнется, а в лоб «Гуан Ши» хватит одного попадания. Нос им разворотит начисто.

- Продолжать огонь! – звенящим от напряжения голосом скомандовал капитан Тан.

- Накопители пусты, перезарядка.

- Приготовиться к удару. – тон капитана не изменился, но Виктор видел, как заиграли его желваки.

- Похоже «Даллас» отстрелил заслонку. – неуверенно доложил тактик. – Не хватает детализации.

Виктор и сам заметил мелькнувшее по центру «Далласа» пятнышко. Но что это могло быть, действительно отстреленная пиропатронами броневая крышка, или просто крупный обломок?

- «Даллас» продолжает наведение!