Сообщество фантастов

Всем привет :)

Буду краток. Очень рад, что так оперативно образовалось сообщество начписов. В связи с тем, что форма постов в этом сообществе будет иметь вид текстов (а также для того, чтобы не нарушать правила сообщества), предлагаю вашему вниманию пару удобных онлайн-сервисов для хранения текстов. Было бы здорово, если бы админ (если есть такая возможность) закрепил этот пост. Если нет - то добавил бы ссылки в правила сообщества. Итак:

http://pastebin.ru - довольно удобный онлайн сервис, хотя и используется в основном, насколько я знаю, для хранения кодов. Можно настроить параметры хранения - приватность, сроки и т.д. Из минусов - не очень приятный шрифт (субъективно), зато не нужно регистрироваться.

http://www.docme.ru - так сказать, усложнённая версия. Можно хранить документы в различных форматах, такие как pdf, doc, и прочие популярные и не очень форматы. Из минусов - для комфортного пользования необходима регистрация.

UPD.

http://online.orfo.ru, http://text.ru/spelling - сервисы онлайн проверки орфографии. Простенькие, понятно как пользоваться, кому-то, возможно пригодится (возможно, и этому посту тоже:))

UPD2.

http://www.adme.ru/zhizn-nauka/24-poleznyh-servisa-dlya-pish...

Больше (24) различных сервисов, много полезных, и не только для художественной литературы. Смысла перепечатывать всё сюда не вижу, итак всё собрано в одном месте.

Предлагаю следующую форму постинга - пикабушник (ца) выкладывает отрывок из своего опуса, а сам опус заливает на вышеуказанные сайты и даёт ссылки. Так посты будут выглядеть прилично, не будет "стен текста".

Собственно, наверное всё. Если есть, что добавить - пишите в комментах.

P.S. Надеюсь, я правильно понял систему сообществ:)

А вот и те самые "Секретные потерялы" подъехали!

Эти агенты вдохновлены сериальныими, но в то же время отличаются от них. Например, Наташу тоже похищали инопланетяне (котаны с планеты Ка), а Михаил фанат инопланетных технологий и в целом стильный пацанчик.

Однако, Наташа не доктор, а специалист по баллистике и может за себя постоять (после очередного похищения таскает с собой противотанковую мину). А Михаил ни разу не психолог и скорее предпочитает людям роботов (или рептилий, за их простую безэмоционально суть). ✨😎👌

В общем, теперь нам нужно придумать символику организации, которую в шутку назвали ЭхКом. Было бы логично, если б Михаил выбирал нужное удостоверение из стопки... 😅

Скоро нам привезут распечатанные миниатюрки и будем красить. А потом играть за них в нашей настолки "Это база!" ✨😸👍

За прикольный арт благодарим КАЛЯ-МАЛЯ (https://vk.com/public63330207)

Я въехал в ангар, заглушил двигатель. Фары высветили ящики, пустые бочки, бетонный пол. Я вышел, открыл боковую дверь, Маша и Аня вышли следом — в платьях, с мешками на головах, руки за спиной.

Из темноты вышли трое. Один в штатском, двое в униформе. Штатский шагнул вперёд — лет сорока, сухощавый, с цепким взглядом.

— Где остальные девушки? — резко спросил он. — Я хочу видеть Майми. Что с ней?

Я заговорил низким, хрипловатым голосом:

— Погибли. На операции.

Человек замер.

— Что?

— Маги атаковали, когда мы уходили. Трое погибли на месте. Этих успели вытащить.

Он посмотрел на меня, и глаза его сузились.

— Куда делся Ковач?

— Ээээ… — я не понял, о ком речь.

Аня сбросила мешок, метнулась к главарю, и через секунду он уже был в её захвате. Рука в перчатке легла ему на горло.

— Прикажи своим бросить оружие, — бросила она.

Главарь дёрнулся. Аня сжала пальцы.

— Ещё движение — и твоё горло превратится в пыль.

Он махнул рукой. Один солдат бросил автомат, второй, вместо того чтобы подчиниться, вскинул руку. Магический импульс захватил стеллаж, и тот полетел прямо на меня.

Я выбросил ладонь, раскрыл воздушный щит. Стеллаж отскочил и рухнул в сторону. Из машины вылетел Олег. Молния сорвалась с пальцев, ударила солдата — тот рухнул.

Второй маг прижался спиной к стене, закрываясь магическим щитом. Мерцающая плёнка окутала его с головы до ног. Я ударил «Осой» — импульс рассеялся. Олег добавил молнией — разряд растёкся по щиту и ушёл в пол.

— У него необычный щит! — крикнул Олег.

Аня тем временем заломила главарю руки за спину. Наручники, которые секунду назад болтались на её запястьях, защёлкнулись на его руках. Главарь рухнул на колени. Аня выпрямилась, оглядела зал. Маг под щитом стоял у глухой бетонной стены, выставив перед собой ладони. Она бесшумно скользнула вбок, исчезла за грудой ящиков. Я понял, что она обходит его сзади — с той стороны стены, к которой он прижимался спиной.

Я ударил ещё раз. Олег добавил молнию. Маг только плотнее вжался в бетон, удерживая щит. Вдруг за его спиной что-то хрустнуло. Бетон осыпался, и сквозь дыру мелькнули рыжие волосы. Аня вытащила мага за шкирку и ударила его под дых. Глаза мага закатились, щит погас, Олег тут же всадил разряд.

Из микроавтобуса выбралась Света и встала у открытой двери — бледная, с решительным лицом.

— Какого... — выдохнул я.

— Я хотела увидеть, как накажут убийцу моего брата, — сказала она.

Я развернулся к девочке.

— За мою спину! Быстро!

Света метнулась ко мне. Я выбросил ладонь, раскрывая воздушный щит. Полупрозрачная стена встала между нами и ангаром. Аня рывком подняла главаря, затолкала в микроавтобус и захлопнула дверь.

— Олег, — позвала она. — Я влево, ты вправо. Проверим, нет ли ещё кого.

Олег кивнул, и они разошлись в стороны, исчезая за штабелями ящиков.

Снаружи послышался шум двигателя. К ангару подъехала легковая машина, из неё вышли Майми и Максим.

— Что вы здесь делаете? — крикнул я, но договорить не успел.

С левой стороны ворот выскочили ещё трое и открыли огонь. Света стояла прямо на линии огня. Майми бросилась к ней. Её рот раскрылся в крике, но вместо голоса из горла вырвался звуковой удар.

Воздух сжался. Вибрация прокатилась по ангару, как взрывная волна. Стёкла треснули, лампы замигали. Солдаты попадали, оружие покатилось по бетону.

Майми стояла, прижимая Свету к себе, с диким выражением лица.

— Что... что это было? — прошептала она.

Олег, Аня и Максим быстро связали упавших противников. К Майми подошла Маша.

— Ты инициировалась как Сирена. — заявила она.

Маша подошла ближе, положила ладонь на плечо Майми.

— Управление звуком. Судя по всплеску — высокая СП и неплохая АГ. Точность пока средняя, но это нормально для спонтанной инициации.

Она убрала руку.

— Точные параметры посмотрим позже, в спокойной обстановке. Сейчас главное — что ты в порядке.

Майми опустила взгляд на свои ладони. Пальцы дрожали.

— Я не хотела. Я просто испугалась за неё.

— Поэтому и сработало.

Я оставил Свету в микроавтобусе. Она порывалась идти с нами — глаза горели, кулачки сжаты.

— Я хочу помочь! Я должна увидеть всё сама!

— Тот, кто отдал приказ убить твоего брата, уже пленён, — сказал я. — Лежит связанный в этом автобусе. Ты можешь его охранять. Это важное дело.

Света перевела взгляд на скованного главаря, распластанного на заднем сиденье, потом кивнула.

— Хорошо. Я присмотрю, чтобы он не сбежал.

Майми села рядом с ней, всё ещё прижимая к груди дрожащие ладони. Маша осталась у двери. Я махнул Ане, Олегу и Максиму — мы двинулись вглубь здания.

Ангар оказался лабиринтом. Мы шли цепью: Олег слева, Максим справа, я в центре, Аня на шаг впереди. За ящиками открылся длинный коридор с рядом дверей. Офисные помещения, заброшенные, с ржавыми столами и вывороченными шкафами. Дальше — подсобка, забитая тряпьём и сломанными стульями. Максим толкнул последнюю дверь в коридоре — склад с бочками, тоже ни одного человека.

Аня нашла лестницу в подвал. Внизу пахло сыростью и ржавчиной. Узкий проход упирался в глухую дверь без ручки — просто металлический лист. Аня коснулась его, и металл осыпался пылью.

Комната была пустой — ни окон, ни проводов, ни труб, только матрас на бетонном полу. На нём лежал Влад.

Он был избит так, что я не сразу узнал его. Губа разбита, левый глаз заплыл, на рёбрах — тёмные гематомы. Одежда висела клочьями. Никаких источников энергии вокруг — его держали в изоляции, чтобы даже не пытался колдовать.

Влад приподнял голову, и я увидел его глаза — усталые, но живые.

— Долго же ты, Рожков, — хрипло сказал он.

— Как ты?

— Жить буду.

Аня и Олег подхватили его под руки, помогли подняться. Влад заскрипел зубами, опираясь на Олега. Мы двинулись к выходу из подвала. Когда впереди забрезжил свет фар, Влад вдруг остановился.

— Мои люди, — встрепенулся он. — Где они?

Я обернулся к Ане. Та покачала головой.

— Мы обыскали всё здание, нашли только тебя.

— Я слышал их, — он сжал челюсти. — Двоих, в соседних камерах, в первый день. Потом крики стихли.

— Сейчас камеры пустые, — Аня покачала головой. — Где твои бойцы — неизвестно.

Влад ничего не ответил, только кивнул и молча доковылял до автобуса.

Мы вытащили его наружу, уложили на матрас, который Максим выволок из подвала. Я вызвал Олега Николаевича. Продиктовал адрес, попросил группу поддержки в ангар и команду для вывоза трупов к бункеру. Убрал телефон, прислонился к стене.

Пленных рассадили вдоль стены — связанных, с кляпами во рту. Олег стоял над ними, поигрывая разрядом на пальцах. Максим обходил помещение, собирая оружие. Маша с Аней осматривали остальных бандитов.

Я стоял у микроавтобуса. Света сидела на ящике, обхватив плечи руками. Майми держалась рядом, но увидела, что я подхожу, и отошла к Маше.

— Света.

Она подняла голову. В мокрых глазах не было раскаяния, только горечь.

— Ты понимаешь, что могла погибнуть? Мы ехали на захват, а не на экскурсию. Пуля не спрашивает, сколько тебе лет.

— Я хотела видеть, — сказала она.

— Что видеть?

— Как накажут того, кто убил Серёжу.

— Это не месть, а безрассудство. Твой брат погиб, чтобы спасти тебя, а ты готова была умереть просто так.

Она сжала кулаки.

— Я не хотела умирать. Я хотела справедливости. Если не наказывать зло, оно возвращается.

— Месть не вернёт Сергея.

Света подняла голову. Голос дрогнул, но стал твёрже:

— А ты? — спросила она. — Ты бы не мстил, если бы убили Машу?

Воздух стал вязким. Я услышал, как Маша за моей спиной замерла. Света смотрела мне прямо в глаза — не со злостью, а с отчаянной, почти взрослой требовательностью.

— Я... — я осёкся, потёр запястье.  — Я хотел бы мстить. Очень хотел бы.

Света ждала.

— Когда умерла моя мама, — сказал я, — я никого не мог наказать. Не было врага, которого можно ударить. Просто болезнь. Я сидел в общаге и думал, что если бы кто-то был виноват, я бы его... — я замолчал. — Но это не помогло бы. Маму не вернуло бы. Как и Сергея.

— Но ты бы хотел, — тихо повторила она.

— Да. Хотел бы. И поэтому я тебя понимаю. Но я не хочу, чтобы ты стала, как я тогда — злой, пустой, с мыслью, что всё кончено. Твой брат бы этого не хотел.

Света опустила глаза, её плечи дрогнули. Я развернулся — и увидел Майми. Она стояла чуть поодаль, привалившись спиной к ящику. Платье порвано на плече, на щеке царапина. Она смотрела на нас, и в её взгляде было что-то, чего я не мог разобрать.

— Майми, — позвал я. — Как ты здесь оказалась? Ты же должна быть в бункере?

— Я пошла к Свете, — ответила она, — после того как вы уехали. Хотела побыть с ней. Комната была пусто, и я испугалась.

— И как ты поняла, куда она делась?

— Когда мы с ней сидели, после… Она говорила, что хочет увидеть, как накажут убийцу. Я побежала по тоннелю, там был Максим. Я попросила его отвести меня к вам.

Я перевёл взгляд на Максима. Тот стоял у стены, держа автомат.

— И ты согласился?

— Она не играла, — он пожал плечами. — Не пыталась давить, не кокетничала, не угрожала. Просто посмотрела мне в глаза и сказала, что не может бросить девочку. Я не смог отказать.

Сзади раздался хриплый голос.

— Рожков.

Я обернулся, Влад махнул рукой. Лицо разбито, одежда в крови, запястья стёрты верёвками. Маша сидела рядом, меняя ему повязку на плече. Ассистент Влада, видимо, уже стабилизировал его состояние, но двигаться он пока не мог.

Я подошёл, присел на корточки.

— Ты в порядке?

— Почти, — он поморщился, попытался приподняться на локте. — Слушай. Я кое-что узнал, пока сидел в подвале.

— Что именно?

— Тот, кого ты называешь Голос, — Влад сглотнул, — не просто террорист. Он строит сеть. Международную.

— Какую сеть?

— Ячейки в разных странах. Они связаны, но не знают друг друга. Голос — координатор. У него есть выход на кого-то ещё выше. Я не понял на кого.

Маша перестала бинтовать. Аня подошла ближе. Олег оставил пленных и встал рядом.

— Откуда ты знаешь? — спросил я.

— Двое суток притворялся овощем, — он криво усмехнулся разбитым ртом. — После того как избили, решил, что безопаснее всего — вообще не шевелиться. Они заходили в подвал, обсуждали планы при мне. Думали, я в отключке, а я лежал и слушал.

— Два дня без движения? — спросил Олег.

— Ну да, неприятно, но терпимо. В армии научили.

— Тебя допрашивали? — спросила Маша.

— Пытались пару раз. Я сказал, что я простой боевик, ничего не знаю. Дали ещё пару раз по рёбрам и отстали. Решили, что я им пригожусь для обмена или как приманка.

— А оборудование у них видел? — спросил я.

— Заметил, — Влад кивнул. — Глушилки, с которыми они ходили на штурм бункера, — импортные, на корпусах маркировка на английском. Не наши, не китайские, откуда-то из Европы или Штатов.

— Значит, финансирование извне.

— Похоже на то. Мой захват был случайным — наткнулись, пока я рыскал по старым связям. Решили, что пригожусь, а потом просто забыли.

— Слышал что-то про их планы?

— Они готовят новую атаку. Здесь, в городе. В ближайшие дни.

— Что именно?

— Не знаю, но что-то крупное. Они не особо верили в успех захвата певиц — или им было всё равно. Отправляли группу, зная, что может провалиться. Основной удар — другой.

— Где?

— Не знаю, я слышал только обрывки. Какая-то «точка невозврата». Кажется, они хотят ударить по инфраструктуре.

Я сжал кулаки. Инфраструктура. Это не просто певицы. Это электростанции, мосты, водопровод.

— Когда именно?

— Через два-три дня, может, раньше. Точно не знаю.

Влад закашлялся. Маша придержала его за плечо.

— Тебе надо отдыхать. Ты потерял много крови.

— Я в порядке, — он отмахнулся. — Игорь, ты понимаешь? Это не личная месть, а спланированная операция. Они хотят парализовать город. А может, не только город.

— Понимаю, — я поднялся.

За окнами ангара завыли сирены — полиция или спецназ Громова. Я обвёл взглядом группу. Маша, бледная, но собранная, Аня с перчатками, Олег с накопителями, Максим, держащий автомат, Света, сидящая на ящике, Майми, стоящая рядом с ней.

«Если не наказывать зло, оно возвращается». Света была права. Но она была и не права. Месть — это яд, а справедливость — это работа. Тяжёлая, долгая.

— Олег, готовь машину, — сказал я. — Возвращаемся в бункер. Завтра у нас будет много дел.

***

Утром мы с Димой и Юлей стояли у нового тоннеля, который прорыли террористы. Неровные стены, уплотнённые, скорее всего, кинетикой — никакого Аниного укрепления. Дима водил ладонью над уплотнённым грунтом, Юля сверялась с планшетом.

— Надо засыпать, — предложил Дима. — Это дыра в нашей безопасности.

— Не надо, — возразил я. — Будет второй выход, на случай если что-то случится с торговым центром. Но вход надо замаскировать и добавить ловушки.

— Ловушки? — Юля подняла голову.

— Ближе к бункеру, но так, чтобы случайный человек из наших, который зайдёт в тоннель, как Света, не пострадал. А вот тот, кто попытается войти снаружи, не прошёл бы.

— Можно запереть дверь со стороны бункера, — предложила Юля.

— Аварийный выход не должен запираться, — покачал я головой. — Если начнётся пожар или обвал, ключ будет искать некогда. Выход должен быть открыт и безопасен для своих. Дима, подумай над системой безопасности, пожалуйста.

— Подумаю, — кивнул он.

Я оставил их обсуждать детали, спустился в бункер и по дороге в мастерскую встретил Майми.

— Игорь, — попросила она. — Помоги мне разобраться со способностями. Я не понимаю, как это работает.

— Пошли в тренировочный зал, — кивнул я. — Только Машу захватим.

Маша сидела в нашей квартире с книгой. Услышав про тренировку, она тут же отложила чтение. По пути к залу к нам прицепились остальные — сначала Света, потом Айри, которая, кажется, караулила в коридоре, а там и остальные «Bloomlet» подтянулись. К моменту, как мы дошли до зала, за нами следовала целая процессия.

Тренировочный зал встретил нас прохладой. Манекены стояли вдоль стен. Майми вышла в центр, потянулась, размяла плечи. Потом запела — сначала тихо, мягко, распеваясь. Голос взлетал под потолок, чистый, без единой фальшивой ноты.

— В бою враг не будет ждать, пока ты распоёшься, — заметил я.

Майми опустила руки.

— В бою — да. Но мы на тренировке, а к ней нельзя приступать, не подготовившись.

— Правильно, — поддержала Айри, и остальные певицы закивали. — Связки нужно разогревать.

Я переглянулся с Машей. Та пожала плечами: «Они профессионалы, им виднее».

Наконец Майми закончила и повернулась к манекенам. Набрала воздух — и крикнула. Воздух уплотнился, звук ударил по манекенам, и те отлетели к стене.

— Хорошо, — сказала Маша. — А теперь попробуй сфокусировать голос в узкий луч.

Она поставила на полку три бумажных стаканчика в ряд.

— Сбей один, средний, не потревожив остальные.

Майми нахмурилась. Первая попытка — звук сорвался слишком широко, сметя все три. Вторая — луч ушёл в потолок. Третья — она закусила губу, сосредоточилась. Тонкий, почти видимый импульс сорвался с губ. Средний стаканчик слетел с полки, а крайние даже не шелохнулись.

— Есть! — выдохнула Айри.

— Попробуй ультразвук или инфразвук, — предложила Маша. — Ультразвук даст тебе эхолокацию, инфразвук — воздействие на психику.

Майми кивнула. Она чуть приоткрыла губы, и через несколько секунд удивлённо замерла.

— Я... я слышу трубы в стенах. И воду в них.

— Отлично. Попробуй сильнее.

Она сосредоточилась, подалась вперёд, и вдруг вскрикнула, схватившись за уши. Лицо исказилось болью, она пошатнулась, выставив руку в пустоту, будто пол ушёл у неё из-под ног.

— Майми! — Айри бросилась к ней.

— Всё в порядке, — Майми зажмурилась, часто дыша. — Просто... на секунду оглохла. И всё поплыло.

Маша шагнула к ней, взяла за плечи.

— Ты слишком сильно «спела», не подготовив «уши». Без контроля над Точностью Управления это опасно, можешь навредить себе.

— Я поняла, — выдохнула Майми, приходя в себя. — Буду осторожнее.

Она выпрямилась, потрясла головой. Айри всё ещё держала её за локоть.

— А теперь инфразвук, — сказала Маша.

Майми переключилась. Низкий, почти неслышимый гул заполнил зал. Мне стало неуютно. Света прижалась к плечу Наки.

Чиса вдруг всхлипнула. Её лицо побелело, она зажала уши ладонями и, не сказав ни слова, бросилась к двери. Та захлопнулась за ней.

Майми оборвала звук. Тишина ударила по ушам. Айри побледнела, глядя на дверь.

— Я... я не хотела, — прошептала Майми. — Я не знала, что так будет.

— Это не твоя вина, — произнесла Маша спокойно. — Инфразвук воздействует на психику. У Чисы, видимо, чувствительность выше. Ты просто не умеешь пока это контролировать.

Айри метнулась к двери, выглянула в коридор.

— Чиса! Ты как?

— Я в порядке, — донёсся слабый голос. — Просто... это было ужасно. Как будто кто-то умер. Можно я постою тут?

Майми стояла, опустив руки. Я видел, как она сжимает и разжимает кулаки.

— Это серьёзное оружие, — сказал я. — Не игрушка.

— Я знаю, — она подняла голову. — Я научусь. Обязательно.

— Попробуй спеть тишину, — внезапно предложила Айри, чтобы отвлечь её. — Звук, который глушит другой звук. В противофазе.

Майми и Айри попробовали вместе. Айри запела, Майми подстроилась, пытаясь поймать противофазу. Получилось не сразу — звук то затухал, то снова усиливался, но через пару минут в зале на секунду стало абсолютно тихо. Майми выдохнула.

— Я буду тренироваться.

— Теперь попробуй что-нибудь разрушить, — сказала Маша. — Создай звук в резонанс с объектом.

Майми попробовала. Бумажный стаканчик даже не дрогнул.

— Не страшно, — Маша подошла ближе. — Тебе надо определиться, в каком направлении развиваться. Если хочешь стать разрушителем — увеличивай Силу Поля, чтобы усиливать звуковую волну и резонанс. Если хочешь быть сканером — развивай Аналитическую Глубину через сканирование ультразвуком. Если манипулятором — Точность Управления через создание разных звуков: имитацию голосов, ложные источники звука, глушение шумов.

Майми опустила руки. Посмотрела на свои пальцы, на стаканчики, на манекены у стены.

— Я поняла. Спасибо.

Айри захлопала в ладоши. Вернувшаяся Чиса, ещё бледная, но уже улыбающаяся, показала большой палец. Остальные певицы заулыбались. Майми смотрела на них, и я видел, как постепенно разглаживается её лицо. Теперь у неё была не только магия. У неё была цель.

Маша лежала на спине, закинув руку за голову. Я легонько гладил её по груди, ощущая жар под ладонью.

— У меня до сих пор кожа горячая, — сказала она. — Как у девчонок, когда они из парилки выскакивали. Но они наконец-то расслабились, впервые за всё время.

— В бункере тихо, — ответил я. — Как будто всё наконец успокоилось.

— Ненадолго, — она усмехнулась. — У нас всегда ненадолго.

Маша повернулась ко мне. Закинула ногу на моё бедро, прижалась грудью, нашла губами мой рот. Я скользнул ладонями по её спине, притянул ближе. Она целовала жадно, пальцы сжали мои плечи.

— У тебя ещё есть силы после бани? — шепнул я.

— На это — всегда есть.

Она толкнула меня на спину и села сверху. Медленно опустилась, прикрыв глаза. Я держал её за бёдра. Маша двигалась, наращивая ритм, и вскоре уже не сдерживала стоны. Я обхватил её за талию, и она наклонилась, обвив руками мою шею, целуя в висок, в скулу, в губы.

— Я люблю тебя, — выдохнула она. — Что бы ни случилось.

— Я знаю, — я прижал её крепче. — Я тоже.

Вдруг Маша замерла и отпрянула, опёршись ладонями о мою грудь.

— Я опять ничего не вижу магией, — выдохнула она. — Как на фудкорте.

Сон слетел мгновенно. Маша скатилась с меня, я нащупал джинсы, натянул их. Жилет с накопителями лёг на плечи.

— Ася, общая тревога! Буди Олега, Аню, бойцов Влада!

— Принято, — раздался голос ассистентки в голове.

Маша натягивала футболку.

— Оставайся в комнате, — бросил я.

— Здесь от меня толку немного, — она застегнула джинсы. — Система подавления сканирования глушит всё. А дрон в хранилище.

— Чёрт, — выдохнул я. — Тогда держись за бойцами, в бой не лезь.

— Не полезу.

Я выбежал в коридор, моргнул, переключаясь на магическое зрение. Весь бункер светился — плотное, яркое сияние, заливавшее стены, пол, потолок, точно такое же, как в концертном зале. Только здесь, в замкнутом пространстве, оно казалось ещё ярче.

Самый яркий свет шёл из крыла с общественными помещениями — баней, спортзалом, кинозалом, где мы проложили тоннель к запасному выходу. Я рванул туда.

Вылетел на «площадь» в центре бункера, на долю секунды замер, оценивая обстановку. Дверь на противоположной стороне распахнулась, из коридора выбежали люди. Шестеро, в тёмной униформе, с оружием. Глаза в прорезях балаклав блеснули, заметив меня.

Я выбросил руку. «Пуш»! Солдат отбросило обратно в коридор. Вдруг меня как будто переехал грузовик — всё тело пронзила боль, Ася замолчала. Я рухнул на колени, перед глазами плыли красные круги.

Солдаты рассыпались по «площади», часть ушла в коридор, ведущий в секцию к певицам. Я попытался подняться, но мышцы не слушались.

Дверь за моей спиной распахнулась. Олег вылетел первым, вскидывая руку. Молния ударила в ближайшего солдата — тот рухнул. Аня метнулась следом, одним прыжком сократив расстояние. Двое солдат упали, не успев вскрикнуть.

— Аня! — прохрипел я, поднимаясь на четвереньки. — Беги в крыло к певицам! Они туда ушли!

Она развернулась и исчезла в коридоре. Олег подхватил меня под локоть, рывком поставил на ноги.

— Долго ты ещё валяться будешь?

— Уже встаю.

Из коридора выбежала следующая группа — ещё пятеро. Олег развернулся, прикрывая меня. Я вскинул руку — магия вернулась, видимо, это была менее мощная глушилка, чем в концертном зале. «Оса» ударила ближайшему в плечо, он отшатнулся. Маша возникла за спиной, прижалась к стене у входа на «площадь».

— Слева двое! — крикнула она. — Обходят!

Я развернулся. «Пуш» смёл солдата в стену, Олег добил второго молнией. Краем глаза я заметил, как Маша резко дёрнулась вперёд, схватила меня за плечо и рванула на себя. Пуля прошла в сантиметре от виска, обдав лицо горячим воздухом.

— Сзади! — выдохнула она мне в ухо. — Смотри в оба!

— Спасибо, — прошептал я.

Олег уже добивал третьего. Я выставил воздушный щит. Пули завязли в спрессованном воздухе, как мухи в янтаре. Олег вскинул руку, молния ударила в центр группы — двое рухнули, третий отпрыгнул, но я уже добил его «Осой».

Мы теснили их. Олег бил молниями, я прикрывал щитами, Маша предугадывала каждое движение, дёргая меня за жилет, когда я опаздывал с реакцией. Солдаты отступали к дверям. Ещё минута — и мы бы их положили всех.

Внезапно кинетический удар швырнул нас троих к стене. Я ударился спиной, сполз на пол, Олег рухнул рядом, Маша отлетела к дверному проёму.

Из коридора вышел Сергей. Он был в спортивной форме, но олимпийка расстёгнута, волосы всклокочены. Глаза бешеные, лицо искажено яростью.

— Серёга, — прохрипел я. — Какого хрена ты творишь?

— Где Света?! Что ты с ней сделал?! — заорал он. — Я пришёл за ней!

— С ней всё в порядке, успокойся!

— Она звонила мне! — он шагнул вперёд, и я увидел, как дрожат его руки. — Несколько часов назад! Плакала! Просила, чтобы я спас её!

— Сергей, послушай, — я поднял ладони. — Я забрал Свету из больницы. Она согласилась сама, никто её не заставлял. Ей дали квартиру, она живёт с нами. Всё в порядке.

— Ты врёшь! — он ткнул пальцем в мою сторону. — Я говорил с ней! Слышал её голос!

— Что именно она сказала?

— Она плакала, — его голос дрогнул. — Сказала: «Серёжа, забери меня, пожалуйста. Я не хочу здесь оставаться. Здесь темно, и я всё время одна. Мне страшно». А потом связь оборвалась.

В голове щёлкнуло. Света не могла сказать «здесь темно». В коридорах бункера всё время горит свет, а в квартире она сама регулирует яркость. И она не «всё время одна» — сегодня она была с нами в бане, смеялась, парилась. Она не плакала.

— Это был не её голос, Сергей, — сказал я. — Свете нечего бояться, её никто не обижает. Тот, кто с тобой говорил, подделал её голос. Тебя обманули.

На лице Сергея мелькнула тень сомнения. Он замер, губы дрогнули.

— Но я слышал...

Из коридора выбежали новые солдаты. Командир, с красной повязкой на рукаве что-то рявкнул, ткнул пальцем в сторону крыла певиц. Солдаты рванулись туда. По мне прошёлся импульс глушилки, и я опять рухнул, теряя контроль над магией. Олег застонал, сжимая виски, Маша вскрикнула.

Дверь в коридор певиц распахнулась. Аня вылетела оттуда, как тень. Одно касание — солдат упал. Второй взмах — ещё двое рухнули. Она развернулась к основной группе. Командир отшатнулся, нажимая что-то на пульте.

— Аня! Сергея не трогать! — заорал я.

Но командир уже нажал кнопку. Сергей замер на полушаге, его глаза расширились, он захрипел, схватился за горло и рухнул на пол.

Аня добила солдат. Три быстрых движения — и всё стихло.

Я поднялся на ноги, шатаясь, подошёл к Сергею. Он лежал на спине, глядя в потолок. На запястье темнел браслет — тонкий, пластиковый, с крошечным светодиодом. Я присел, коснулся пальцами шеи. Пульса не было.

— Браслет с ядом, — глухо сказала Маша, приблизившись. — Этот… активировал.

Аня стояла над телом, перчатки блестели в тусклом свете. Олег, потирая ушибленное плечо, подошёл ближе.

— Он думал, что спасает сестру, — сказал я. — А его использовали, как Михаила.

Я поднялся. Где-то в крыле певиц, надеюсь, было тихо. Где-то в комнате Света не знала, что её брат только что умер в нескольких метрах от неё. Я обязан был ей сказать. Но сначала — зачистить бункер и понять, откуда они вошли. И кто их послал.

***

Трупы солдат я перенёс скриптом левитации — сложил в кучу и перетащил в склад у шахты грузового лифта. Тело Сергея я отнёс отдельно, в маленький склад, где раньше хранили медные слитки. Опустил на пол, сложил руки на груди. Закрыл глаза, постоял несколько секунд.

— Ася, отключи отопление в этих складах.

— Принято. Температура упадёт до восьми-десяти градусов за два часа.

Пленных, которых оглушил Олег, мы заперли в другом складе. Разоружили их, связали пластиковыми стяжками, заперли дверь.

Мы с Аней и Олегом прошли по тоннелю запасного выхода. Метров за десять до поверхности тоннель пересекался с другим — свежим, недавно прорытым. Стены были неровными, но его явно сделали магией — стены, пол и потолок были уплотнены, будто их прижали катком. Сам запасной выход был защищён ловушками, но после входа по тоннелю можно было идти свободно, чем нападавшие и воспользовались.

Мы осторожно двинулись вперёд, вышли к почти пустой автостоянке, с одним микроавтобусом. За рулём сидел солдат — без балаклавы, но в той же тёмной униформе. Олег выбил стекло, оглушил его разрядом. Мы оттащили пленного к остальным.

— Надо обрушить тоннель, — сказала Аня.

— Позже. Сейчас надо найти Максима и поставить его охранять второй вход. Займись, пожалуйста.

Я вернулся в бункер. В коридоре меня перехватила Маша.

— Ты к Свете?

— Да.

— Один не ходи. Она только что потеряла родного человека, ей нужна материнская забота.

— Пойдёшь со мной?

— Нет, возьми Киру. Они со Светой ближе, чем я.

Я нашёл Киру в её комнате. Она сидела на кровати, закутавшись в одеяло. Олег убежал в бой, и она осталась его ждать.

— Сергей погиб, — сказал я. — Брат Светы.

Кира сжала край одеяла.

— Я слышала бой. Мне очень жаль.

— Нужно сказать Свете, но я не могу один. Ты с ней ближе, чем кто-либо.

Она откинула одеяло, встала, накрыла мою ладонь своей.

— Пойдём.

Мы пошли к комнате Светы. Я постучал, она открыла почти сразу — в пижаме, с распущенными волосами.

— Что случилось? — спросила она, переводя взгляд с меня на Киру.

Я шагнул в комнату. Кира вошла следом, прикрыла дверь.

— Света, — сказал я. — Твой брат погиб.

Она моргнула.

— Вы шутите? Он вчера звонил мне...

— Он правда погиб, — Кира обняла её за плечи. — Сегодня ночью.

Света замотала головой. Губы задрожали.

— Нет... он звонил... спрашивал, где я, как я... он сказал, что придёт...

— Когда он звонил?

— Сразу после... после пресс-конференции. Я рассказала ему всё. Что живу здесь, рядом с девчонками, как найти мою комнату. Я думала, он хочет меня навестить...

Я сжал зубы.

— Ты видела тоннель? Дверь рядом с баней, со знаком «Не входить»?

— Да... я зашла туда один раз, увидела длинный коридор. Я прошла немного, потом испугалась, что заблужусь, и вернулась. Я хотела потом попросить тебя показать мне его.

— Ты рассказала об этом брату?

— Да... он спросил, где вход... я объяснила...

Кира прижала её крепче. Света начала плакать — тихо, без крика, просто слёзы потекли по щекам.

— Звонки были поддельными, — заявил я. — И тот, что ты получила от Сергея, и тот, что получил он от тебя. Террористы использовали твой голос, чтобы заманить его.

— Они убили его, — прошептала Света.

— Он погиб как герой. Думал, что ты в опасности, пришёл спасать тебя.

Она разрыдалась. Кира прижала её к себе, погладила по спине.

— Хочешь увидеть его? — спросил я.

Света кивнула, не поднимая головы.

Мы пошли на склад. Кира держала Свету за руку. Я открыл дверь, холод ударил в лицо.

Сергей лежал на полу, руки сложены на груди. Света замерла на пороге. Просто стояла и смотрела. На бледное лицо брата, на иней, уже тронувший его ресницы, на сложенные руки, которые вчера ещё держали телефон, набирая её номер.

Она не плакала, не кричала, просто стояла и смотрела. Потом медленно, шаг за шагом, подошла. Опустилась на колени. Взяла его руку — холодную, негнущуюся — и прижалась лбом к его плечу. Плечи затряслись.

Кира опустилась рядом, обняла девочку за плечи.

— Он тебя очень любил, — тихо сказала она. — Поэтому и пришёл. Думал, что спасает тебя.

Света подняла голову. Посмотрела на меня. Глаза мокрые, но голос стал другим — тише и твёрже.

— Вы найдёте тех, кто это сделал?

Это был не вопрос. Это было требование. Я встретил её взгляд.

— Найду.

Она кивнула, снова уткнулась в плечо брата. Я дал им ещё несколько минут, потом тронул Киру за плечо.

— Отведи её в комнату. Побудь с ней.

Кира помогла Свете подняться. Мы пошли обратно. В коридоре навстречу попалась Айри — растрёпанная, в розовой пижаме.

— Я слышала шум... что случилось?

— Брата Светы убили террористы, — сказал я.

Айри прижала ладони к губам.

— Я... я скажу остальным. Мы поддержим её.

Она убежала. Через несколько минут я увидел, как пять теней скользнули по коридору к комнате Светы. Майми шла первой, Чиса несла плед, Ерин держала коробку с чаем. Певицы исчезли за дверью, и коридор снова опустел.

Я прислонился к стене и прикрыл глаза. Где-то там, в складе, лежало тело парня, которого мы сделали магом, а потом потеряли. Где-то в камере сидел другой парень, которого мы приютили, а он чуть не убил тех, кого должен был защищать. А где-то в тени Голос планировал следующий ход. Но это будет завтра. Сегодня я должен был найти того, кто это сделал.

***

Общая столовая встретила нас тишиной. Мы расселись за длинным столом — Маша, Олег, Аня. Я остался стоять, облокотившись на стол.

— Все устали, — начал я, — но действовать надо быстро. Заказчик, скорее всего, ещё не знает результатов атаки. В бункере традиционная связь не работает, доложить командир не успел. У нас есть шанс поймать заказчика, пока он думает, что всё идёт по плану.

Я положил на стол телефон.

— Снял с командира, разблокировал отпечатком пальца. В списке контактов один номер.

— Заказчик, — предположила Аня.

— Скорее всего. Командир должен был связаться с ним по завершении миссии. Я тут подумал — звонки Сергею и Свете были поддельными. Кто-то использовал образцы голоса, чтобы заманить Сергея в ловушку. Мы можем сделать то же самое — подделать звонок от командира и узнать, где заказчик.

Я повернулся к Маше.

— Сможешь подделать голос?

— Для коротких сообщений — да, — она кивнула. — Длинный разговор — вряд ли.

— Хватит коротких.

Аня подалась вперёд.

— Солдаты, которые шли к певицам, были с наручниками и мешками. Я видела их, когда добивала последних. Мешки как раз подходят на голову. Они хотели взять девушек живыми.

— Значит, заказчик ждёт груз, — подхватил я. — Это упрощает дело. Докладываем: груз взят, но преследуют маги, на точку не успеваем, просим новый адрес.

— Надо подготовить группу захвата, — сказал Олег.

— Уже думал. Ты и я — в униформе солдат. Сними с трупов два комплекта, подгони под нас. Аня и Маша — в платьях «Bloomlet», изображаете пленниц.

— В платьях? — Аня приподняла бровь.

— Попроси у певиц. Что-нибудь, что налезет на вас с Машей. В темноте никто не разберёт, те вы или нет. Плюс мешки на головы — как раз скроют лица.

— Принято.

Я взял телефон командира, повернулся к Маше.

— Идём в лобби. Там связь работает.

Мы поднялись на лифте. Лобби встретило нас тишиной. Я встал у стойки, положил телефон на стол. Маша взяла его, повертела в пальцах. Глаза расфокусировались — она слушала образец голоса, записанный где-то в памяти ассистента.

— Готово.

Она набрала номер, включила громкую связь. Гудок. Второй. Третий.

— Да, — раздался мужской голос. Резкий, отрывистый.

Маша заговорила голосом командира — низким, хрипловатым, с одышкой:

— Цели захвачены. Есть проблемы. Маги преследуют. На точку не успеваем.

Пауза.

— Сколько у вас времени?

— Минут десять. Может, меньше.

— Тогда везите на запасную точку, Васильева пять, четвёртый ангар. Жду вас там.

— Есть! — Маша сбросила звонок.

Мы спустились в бункер. По пути к столовой, куда Олег и Аня должны были принести снаряжение, я увидел мелькнувшую тень. Света. Она стояла у стены, сжимая кулаки, одетая в пижаму. В глазах — холодная решимость.

— Я пойду с вами, — сказала она.

— Нет.

— Это мой брат. Я хочу видеть, как тот, кто отдал приказ, получит своё.

— Света...

— Я не буду мешать, — она шагнула вперёд. — Я просто хочу увидеть. Хочу, чтобы он знал, что я смотрела. Что Серёжа был не один. Что у него есть сестра, которая пришла за ним.

Я присел, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

— Послушай. Там будет бой. Настоящий, с пулями, с магией. Если с тобой что-то случится... я не смогу смотреть в глаза твоему брату. Даже мёртвому.

— А если я не пойду, я не смогу смотреть в глаза себе, — её голос дрогнул.

— Ты останешься здесь, с Кирой. Это приказ.

Она замолчала, опустила голову. Я развернулся и пошёл готовить снаряжение.

Олег уже стоял у дверей, держа два комплекта униформы. Я взял свой, быстро переоделся. Аня вышла из коридора в тёмно-синем платье Майми, Маша — в розовой блузке Айри. На запястьях у обеих висели наручники — пока не защёлкнуты.

— Всё как ты просил, — сказала Аня, поправляя рукав. — Платья подогнала Настя, сидят идеально.

— Отлично.

Я проверил накопители, застегнул жилет поверх униформы. Олег приладил дубинку к поясу.

— Выходим через тоннель, — сказал я. — В микроавтобус.

Мы двинулись по коридору к общественным помещениям, мимо спортзала, бани, к двери, за которой начинался тоннель. Аня и Олег шагали впереди. Маша взяла меня за руку.

— Если там засада...

— Значит, отобьёмся.

Мы вышли к автостоянке. Микроавтобус стоял на месте. Олег сел за руль, я на пассажирское. Аня и Маша — назад. Двигатель завёлся с полоборота. Олег вырулил со стоянки и бросил взгляд в зеркало заднего вида. Аня поправляла лямку платья с таким лицом, будто её заставили надевать водолазный костюм. Если бы мне месяц назад сказали, что я повезу Аню в платье Майми на штурм ангара, я бы рассмеялся.

— Что будем делать, если маскировка не прокатит? — спросил Олег.

— Тогда будем драться.

В этот момент из-за задних сидений поднялась Света. Глаза опухшие, но сухие. Руки сжаты в кулаки.

— Ты... — я осёкся.

— Я не останусь в бункере, — сказала она. — Я должна быть там.

Я выругался про себя. Олег покосился в зеркало заднего вида, Маша вздохнула, Аня молча смотрела на Свету.

— Разворачиваться поздно, — сказал я. — Но ты держишься за моей спиной, в бой не лезешь. Поняла?

— Поняла, — тихо ответила Света.

Машина неслась по ночному городу. Где-то там, впереди, нас ждал ангар и человек, который убил Сергея. Теперь Света это увидит. А я сделаю всё, чтобы она выжила.

На следующий день я, Маша, Настя, Олег Николаевич и продюсер «Bloomlet» собрались в переговорной Гильдии. Инициатором был Олег Николаевич, и я представлял, о чём пойдёт разговор, но мистер Пак меня удивил.

— Я требую возвращения в Сеул, — начал он без предисловий. — Жизни девушек важнее денег. Мы прерываем тур.

— Группа останется в отеле под охраной Гильдии, — отрезал Олег Николаевич, — пока террористы не будут пойманы.

— Сколько это продлится? Неделю? Месяц? Год?

— Столько, сколько потребуется.

— Это невозможно, — Пак хлопнул ладонью по столу и тут же поморщился, отдёргивая руку. — Мы не можем сидеть в бункере вечно.

Я подался вперёд.

— Если государство до сих пор никого не поймало, то, если ничего не изменится, никого и не поймает. После вчерашнего провала террористы залягут на дно либо переключатся на других медийных людей.

— Тем более нам надо уехать.

— Нет, — возразил я. — Исходя из того, что сказал Голос, их цель — вызвать международный скандал. Убийство «Bloomlet» — только один из вариантов. Они могут найти других иностранцев, не менее медийных. Сидеть и ждать — не выход.

— Тогда что вы предлагаете? — спросил Олег Николаевич.

Настя положила планшет на стол.

— Ловлю на живца. Группа устраивает пресс-конференцию, заявляет, что их пытались убить, но они не сдаются. Продолжат концертный тур в Нижнем Новгороде и далее до Москвы. В Казань уже опоздали, её пропустим.

Пак открыл рот, но Настя продолжила:

— При этом группа объявляет, что отказывается от поддержки Гильдии Магов как не оправдавших доверие, но заключит договор с магами Москвы, когда прибудет туда.

— Зачем это? — спросил я.

— Для террористов выступление в Нижнем Новгороде будет идеальным местом, где можно закончить начатое. Контракт с Гильдией Магов разорван, с магами Москвы ещё не заключён. Присутствие живой и здоровой группы станет для них бельмом на глазу. Напоминанием, что они так и не смогли достичь цели. Они приложат все усилия, чтобы убить группу в Нижнем.

— Я не позволю! — Пак вскочил. — Вы предлагаете использовать девушек как наживку!

— Мы предлагаем поймать тех, кто пытается их убить, — жёстко произнёс Олег Николаевич.

— Это не обсуждается. Я отказываюсь.

— У вас нет выбора. Пока террористы на свободе, группа в опасности. В Корее, в России, где угодно. Единственный способ обезопасить девушек — найти и обезвредить нападавших.

Пак опустился обратно на стул. Плечи поникли.

— Вы понимаете, что если что-то пойдёт не так...

— Понимаем, — кивнула Настя. — Поэтому обеспечим максимальную безопасность. Наши маги будут скрытно сопровождать группу.

Продюсер помолчал, потом глухо произнёс:

— Я требую компенсации. Убытки от отмены концерта в Казани плюс дополнительная оплата за риск.

— Убытки от отмены концерта в Казани — это форс-мажор, — возразила Настя.

— Плюс дополнительная оплата за риск, — повторил он с нажимом.

— Справедливо, — я сжал челюсти. — Во вчерашнем похищении есть вина Гильдии, девушек похитил наш человек.

Настя перевела на меня взгляд, но промолчала.

— Сколько? — спросил Олег Николаевич.

Пак назвал сумму, Настя поморщилась, но кивнула. Я повернулся к ней.

— На каком этапе находится сертификация установки для переработки мусора?

Она приподняла бровь — не ожидала такого поворота.

— Установка давно готова, документы поданы в Минпромторг, Министерство природных ресурсов и МЧС ещё месяц назад. Но на каждом этапе чиновники требуют ускорения согласования за дополнительную плату, и эта сумма приближается к продажной цене установки.

— Ясно.

Я повернулся к Олегу Николаевичу.

— Предлагаю сделку. Вы содействуете скорейшему прохождению сертификации, в обмен Гильдия платит продюсеру из денег от продажи установки.

— В чём ваш интерес? — спросил Олег Николаевич.

— Разрешение на продажу установок. Именно из-за бюрократии, которая затянулась на месяцы, мне пришлось искать другие способы заработка. Ради возможности нормально зарабатывать я готов пожертвовать прибылью от одной установки. Это выгодно всем: самой группе для наработки репутации, России как государству, которому не придётся платить, менеджменту группы как заработку, Гильдии для возможности заняться своим делом.

Полковник помолчал.

— Хорошо. Я постараюсь в течение пары дней выбить все разрешения.

Я повернулся к Паку.

— Готовьте пресс-конференцию. Мы компенсируем затраты.

Он медленно кивнул.

— Я организую. Но если что-то пойдёт не так...

— Не пойдёт, — сказала Маша.

Пак встал, поправил пиджак и вышел. Олег Николаевич проводил его взглядом, потом повернулся ко мне.

— Надеюсь, ты понимаешь, на что идёшь.

— Понимаю.

— Тогда готовьтесь отправляться в Нижний Новгород через неделю.

Он поднялся и вышел следом. Я откинулся на спинку стула. Настя уже что-то печатала в планшете, Маша задумчиво крутила в пальцах кристалл на цепочке. Деньги, пресс-конференция, новая ловушка для террористов. И где-то в камере сидит Михаил, которому мы сохранили жизнь. Возможно, зря. А возможно, он ещё расскажет нам то, чего не рассказал Голос.

***

СИЗО встретило меня запахом хлорки. Я прошёл через проходную, предъявил удостоверение, выданное Олегом Николаевичем вечность назад. Дежурный долго сверял фотографию, потом кивнул.

— Вам в четвёртый кабинет. Сначала заполните заявление.

Я сел за стол, вписал в бланк свои данные, имя заключённого, цель визита — «следственные мероприятия». Отдал дежурному, тот исчез в коридоре. Через полчаса меня провели в комнату для допросов — маленькую, без окон, с голыми бетонными стенами. Стол, два стула, лампа под потолком. Никакой решётки между нами. Охрана осталась за дверью.

Ещё через десять минут ввели Михаила. Он был в серой тюремной робе, без часов, запястья стянуты наручниками. Он шёл, глядя в пол. Сел напротив, поднял глаза.

Я не давил, просто молча смотрел на него.

— Ты пришёл, — сказал он наконец.

— Пришёл.

— Зачем?

— Хочу понять.

— Что понять?

— Всё, — я откинулся на спинку стула. — Что произошло. Как ты дошёл до этого. Кто тебе помог.

Он молчал. Пальцы тёрли друг друга — привычка, которая осталась даже без часового ремешка.

— Я не заметил, что с тобой происходит — сказал я. — Ты ушёл, а я даже не сразу об этом узнал.

— Ты не виноват.

— Виноват. Я тебя приютил, должен был увидеть.

Он поднял голову. В глазах стояли слёзы.

— Ты был занят. Все были заняты. А я... я просто хотел, чтобы меня заметили.

— Майми тебя заметила.

— Нет, — он покачал головой. — Она меня поблагодарила, и всё. Для неё я был одним из тысяч. Я думал, что если спас её, у меня будет... Но она всё равно смотрела сквозь меня.

Я помолчал.

— Расскажи про тех, кто тебя приютил. Про Голос.

Михаил сглотнул.

— Я не знаю, как его зовут. Он всегда был в маске и мешковатом комбинезоне. Мужчина, среднего роста, среднего возраста. Солдаты называли его «шеф» или «босс». Я больше ничего не знаю.

— Значит, будем называть его Голос.

— Хорошо.

— На сцене ты оборвал его, когда он начал рассказывать про план. Что за план?

— Поссорить Россию и Корею, — он пожал плечами.

— Это я уже слышал. Зачем?

— Он хотел перессорить все страны друг с другом. Убивать медийных лиц на территории других государств.

— Зачем ему это?

— Я не спрашивал.

— Не спрашивал? — я подался вперёд. — Тебе дали бомбы, микроавтобус, доступ в зал, и ты даже не спросил зачем?

— Он сказал, что поможет мне, — Михаил закрыл лицо ладонями. — Сказал, что Майми меня обманула, что все они стервы, что я должен заставить их заплатить. Я злился на всех, ни о чём другом не думал.

— Я слышал в новостях про убийство корейской певицы во Франции. Это тоже они?

— Кажется, да. Он говорил, что организация международная, что есть другие отделения. Они уже делали такое в других странах.

— Как называется организация? Кто ей управляет? Какая конечная цель?

— Не знаю, — он вскинул глаза. — Я правда не знаю! Я был просто...

— Пешкой, — закончил я.

Он осёкся, потом медленно кивнул.

— Да. Он использовал меня. Я думал, что я главный, что это моя месть. А он просто... ждал, когда я нажму кнопку. И если бы я не нажал, он бы нажал сам. — Михаил замолчал, глядя в стол. — Я чуть не убил её.

Я молчал.

— Когда она сказала... что согласна на свидание... — он сглотнул. — Я на секунду поверил. А потом понял, что чуть не убил человека, который... который мог бы меня полюбить.

— Она согласилась, чтобы отвлечь тебя.

— Я знаю, — он всхлипнул. — Я всё понимаю. Это был просто трюк. Но на секунду... на одну секунду я подумал: а вдруг? Вдруг я ей не безразличен? Вдруг она правда могла бы... — он осёкся. — Но я же чуть не убил её. Всех их. Я смотрел на неё и думал: «Она согласилась». А потом понял: я чуть не убил человека, который на секунду дал мне надежду.

Он закрыл лицо ладонями. Плечи затряслись.

— Я не знаю, что теперь делать. В голове всё перемешалось. Я любил её. Ненавидел и снова любил. А теперь... я вообще не понимаю, что чувствую. Мне нужно время.

— У тебя его будет много.

— Да, — он опустил руки. — Я знаю.

Мы помолчали.

— Игорь, — сказал он тихо. — Ты можешь... попросить у неё прощения? За меня.

— За что именно?

— За всё. За то, что я её похитил, что пугал, что чуть не убил. Я не могу сам, меня к ней не пустят. А ты... ты можешь.

Я встал, прошёлся до двери, обернулся.

— Передам.

— Спасибо.

Я постучал в дверь, охранник шагнул в комнату. Я вышел в коридор, чувствуя, как за спиной закрывается дверь камеры. Где-то там, в серых стенах, остался парень, который когда-то спас жизнь поп-звезде, а потом чуть не убил её. Теперь у него было время подумать. Много времени.

***

Актовый зал в самой крупной гостинице города оказался невелик — рядов на десять, но журналисты не заполнили и половины. Человек тридцать сидели в первых рядах, остальные кресла пустовали. Пара операторов с камерами, несколько блогеров с телефонами, женщина с диктофоном в первом ряду. На сцене стоял длинный стол, накрытый белой скатертью, и шесть стульев.

Певицы вошли через боковую дверь. Майми — в тёмно-красном платье, Айри — в розовой блузке, остальные в простой, но аккуратной одежде. Без сценического блеска, но с достоинством. Пак в мятом, но застёгнутом на все пуговицы костюме сел рядом. Переводчица — молодая девушка в очках — заняла место с краю.

Мы с Машей сидели в третьем ряду. Я держал телефон, делая вид, что записываю. Олег в конце зала, у стены, Аня у прохода. Все четверо в жилетах, с накопителями. Маша лениво сканировала зал — пока всё было чисто.

Пак встал, поправил микрофон. Заговорил по-корейски, переводчица подхватила:

— Благодарю всех, кто пришёл. За время пребывания в вашем городе на группу было совершено три покушения.

Зал зашептался. Журналисты заскрипели ручками.

— Несмотря на это, группа сохраняет единство и намерена продолжить концертный тур.

Майми поднялась, взяла микрофон.

— Мы готовы на всё ради наших фанатов. Я сожалею, что концерт в Казани отменён, но мы намерены выступить в Нижнем Новгороде и Москве.

Переводчица перевела её слова. Майми добавила ещё несколько фраз — о благодарности фанатам, о том, что страх её не остановит, о надежде на лучшее, и села.

Пак продолжил:

— Контракт с местной Гильдией Магов расторгнут. Новый контракт будет заключён с московскими магами, как с самой крупной в России магической организацией.

В зале поднялась рука. Журналист в сером пиджаке.

— Можете рассказать подробнее о покушениях? Какие именно методы использовали нападавшие?

— Расследование ведётся, — Пак покачал головой. — Деталей мы раскрыть не можем.

Другая рука, женщина с диктофоном.

— Связаны ли покушения с тем, что группа — иностранцы? Это политическая акция?

— Мы не можем комментировать мотивы нападавших, — ответил Пак.

— Это правда, что в последнем покушении был замешан один из членов Гильдии Магов? — выкрикнул кто-то с задних рядов.

Я напрягся. Маша чуть сжала мою ладонь. Пак помолчал.

— Мы подтверждаем, что один из членов местной Гильдии Магов оказался причастен к инциденту. Именно поэтому контракт с Гильдией расторгнут.

— Насколько вы уверены, что московские маги окажутся надёжнее? — спросила женщина с диктофоном.

— Московская организация — крупнейшая в России, — повторил Пак. — У них больше ресурсов для обеспечения безопасности.

— Вопрос для Майми. Боитесь ли вы за свою жизнь?

Она встала. Переводчица поднесла микрофон.

— Мне страшно, — сказала она. — Но я не позволю страху управлять мной. Мы приехали сюда ради фанатов, и мы останемся ради них.

— Что бы вы хотели сказать тем, кто пытался вас убить?

Майми посмотрела прямо в камеру.

— Я прощаю вас.

Зал затих, защёлкали затворы. Пак поднялся.

— Пресс-конференция окончена. Благодарю за внимание.

Певицы встали и вышли через боковую дверь. Я проводил их взглядом. Майми шла последней — прямая, с идеальной осанкой. Я смотрел на неё и думал о Михаиле, который сейчас сидит в камере и пытается разобраться в себе, и о Голосе, который где-то там, в тени, ждёт следующего хода. Ловушка расставлена, осталось дождаться, кто в неё попадётся.

***

После пресс-конференции мы вернулись в отель. Я собрал певиц в лобби. Майми стояла, скрестив руки, Айри теребила край блузки, остальные молча ждали.

— Отель показал свою несостоятельность, — сказал я. — Михаил свободно вошёл и увёл вас. Поэтому до отъезда вы будете жить в бункере.

— А персонал? — спросила Айри.

— Остаётся здесь. Террористам нужен резонанс, а нападение на обслугу его не даст. В бункер входит только один вход — через лифт. Он ведёт в комнату безопасности — ту самую, которую вы видели в первый день. Если кто-то чужой спустится без сопровождения, он оттуда не выйдет.

Я не стал упоминать ни аварийную лестницу в грузовом лифте, ни запасной выход через несколько сотен метров от отеля. Незачем девушкам об этом знать.

Расселили певиц попарно — каждая квартира двухместная. Майми с Айри, Чиса с Ерин, Наки с Синби. Девушки разбирали вещи, когда в коридоре появилась Кира. Похоже, она только что отошла от плиты, но глаза горели.

— А давайте в баню! — предложила она. — Вы ведь ещё не ходили в русскую баню?

Певицы переглянулись.

— Мы ещё не были, — призналась Айри. — Только кино, спортзал и столовая.

— У нас нет купальников, — добавила Чиса.

— Это решаемо, — Кира достала телефон. — Лена, нам нужны купальники. Шесть штук, разные размеры.

— Сейчас посмотрю, — раздался голос Лены в трубке. — Что-то было в хранилище.

Лена принесла стопку купальников — разных цветов и фасонов, но явно не подогнанных по размеру. Певицы замялись, переглядываясь. Айри взяла один, приложила к себе, пожала плечами: великоват. Чиса покрутила в пальцах другой — мал. Майми молча смотрела на ворох ткани.

— Не подходит, — констатировала Кира. — А других нет?

— Я подгоню, — сказала Настя, выходя вперёд.

Певицы перевели взгляды на неё.

— Магия, помните? — она взяла купальник из рук Айри. — Заходите в раздевалку, через пять минут всё будет сидеть идеально. Без швов, без складок, точно по фигуре. Как в ателье, только быстрее.

Айри хихикнула и первой шагнула к двери, остальные потянулись следом. Настя пропустила их вперёд, поймала мой взгляд и чуть заметно улыбнулась.

Банный комплекс бункера был небольшим, но продуманным. Предбанник с деревянными лавками, душевая, парилка с каменкой и маленький бассейн с ледяной водой. Я сидел на лавке в предбаннике, завернувшись в полотенце. Олег устроился рядом, развалившись и блаженно щурясь. Маша вышла из душа с мокрыми волосами, села рядом.

Певицы ввалились гурьбой. Купальники сидели идеально. Кира вела их в парилку, как экскурсовод.

— Сначала просто сидим. Дышим, привыкаем к жару.

Я сидел на нижней полке, прислонившись спиной к нагретому дереву, и наблюдал. Пар клубился под потолком, жар волнами спускался от каменки. Айри закашлялась, прижав ладонь к губам, но выдержала — только капли пота побежали по вискам, сбегая вниз по шее к ключицам. Чиса зажмурилась и замерла, вцепившись пальцами в край полки. Кожа у неё блестела, на плечах выступила испарина. Наки обмахивалась ладонью, но от этого становилось только жарче. Света, которая появилась следом, с деловым видом поддала пару из ковшика и залезла на верхнюю полку. Певицы с изумлением смотрели на неё.

Майми подняла голову.

— Ты очень смелая, — сказала она.

Света замерла на верхней полке. Щёки у неё покраснели — не то от пара, не то от смущения. Она отвела взгляд, пробормотала что-то неразборчивое, поставила ковшик на край полки и принялась сосредоточенно поправлять и без того идеально сидящий купальник.

Ещё через минуту Ерин не выдержала.

— Всё, больше не могу! — выдохнула она. — Я сейчас расплавлюсь!

— В бассейн! — скомандовала Кира, распахивая дверь.

Айри прыгнула первой и взвизгнула так, что эхо прокатилось по всему комплексу. Остальные ринулись за ней. Ледяная вода взметнулась фонтанами.

Я решил передохнуть, вышел в помывочный блок и увидел Майми. Она сидела на лавке и смотрела, как подруги плещутся в бассейне. Я сел рядом.

— Михаил в тюрьме, — сказал я. — Он просил у тебя прощения.

Она повернула голову.

— Ты видел его?

— Да.

Майми долго молчала. Айри и Света убежали в парилку, из бассейна доносился смех Киры. Потом она заговорила — медленно, подбирая слова. Ася переводила с задержкой, отчего её голос звучал ещё более отстранённо.

— Я помню, что он спас меня. Я благодарна ему за это. То, что случилось потом, — это не только его вина. Его использовали. Я надеюсь, он найдёт помощь и покой. Но я не могу быть частью его жизни. Пусть он живёт своей жизнью, а я — своей. Передай ему это.

— Передам.

Она кивнула, накрыла мою ладонь своей — легко, на секунду. Потом убрала руку.

В этот момент в помывочную влетела Кира — раскрасневшаяся, с мокрыми волосами.

— Майми! Игорь! Вы чего тут сидите? Света сказала, мы неправильно паримся, и нам нужно ещё как минимум три захода. Пошли!

Она схватила Майми за руку и потянула к парилке. Майми обернулась на меня, слабо улыбнулась и исчезла за дверью. Я проводил их взглядом.

Через приоткрытую дверь мне было видно, как Света показывает Майми ковшик — жестом объясняет, сколько воды лить на камни. Майми взяла ковшик, плеснула. Пар взметнулся к потолку, Света одобрительно кивнула и плотно закрыла дверь. Я усмехнулся про себя: кажется, у неё появилась ученица.

— Есть мысль, — раздалось рядом.

Я обернулся. Настя вышла из душа, разметав волосы по плечам, и села на лавку.

— Можно надавить на генерала Громова, — продолжила она. — Добиться ослабления давления на магов.

— Каким образом?

— Использовать интерес США и Китая. Прямо ты угрожать не будешь, но намекнёшь: дескать, иностранцы предлагают хорошие условия. Группа пока думает, но если давление со стороны государства продолжится — предложение можно и принять.

Я хмыкнул.

— Думаешь, он испугается?

— Не испугается, но поймёт, что мы не загнаны в угол.

— А ты сама не хочешь переехать? В Китай, например? Там всей группе гражданство предлагают.

Настя покачала головой.

— В другой стране мы всегда будем людьми второго сорта. Чужаками. Лучше бороться за свой дом.

— И как ты предлагаешь бороться?

— В книгах маги были силой, а не прислугой. Нам надо стараться стать новой силой, с которой государство будет вынуждено считаться.

— Для этого нужны ресурсы.

— Для этого нужна сертификация установок, — она усмехнулась. — И не только их.

В парилке жар начал спадать. Я зашёл внутрь, сел на нижнюю полку. Певицы, распаренные, с блестящими глазами, расселись вокруг. Вдруг Майми что-то тихо сказала подругам. Те переглянулись, закивали. Майми выпрямилась, набрала воздух и запела.

Остальные подхватили. Без музыки, без микрофонов — чистый а капелла. Голоса сплетались в мелодию, которую я ещё не слышал. «Nugue gena hanbeonjjeum ssodajideon yeoreumbicheoreom...».

На секунду свет погас, потом снова зажегся. Певицы сбились, замолчали.

— Перепад напряжения, — успокоила Маша. — Ничего страшного.

Я поймал её взгляд. Мы оба знали: в бункере раньше ничего подобного не было.

— Пойте, — сказал я. — Всё в порядке.

Майми кивнула, набрала воздух и продолжила. Девушки подхватили. Песня взлетела снова, и на этот раз ничто её не прервало. Когда они закончили, мы захлопали — искренне, от души. Олег свистнул.

— Это было круто, — сказал он. — Серьёзно.

Певицы раскраснелись — не то от пара, не то от смущения.

Когда все ополоснулись и стали расходиться по раздевалкам, Майми на секунду задержалась рядом со Светой, провела ладонью по её волосам. Света замерла, подняла глаза, а потом робко улыбнулась. Майми кивнула ей и скрылась за дверью.

В коридоре Маша взяла меня за руку.

— Перепадов напряжения в бункере не бывает, — тихо сказала она.

— Знаю.

— Проверить?

— Завтра. Сегодня у нас есть, чем заняться.

Она кивнула. Мы дошли до своей квартиры. Где-то в гостевых комнатах, певицы засыпали после бани. Где-то в камере СИЗО Михаил смотрел в потолок. А где-то в тени Голос планировал следующий ход. Но сегодня, впервые за много дней, в бункере звучала музыка. И это стоило всего.