Сообщество - Сообщество фантастов
Сообщество фантастов
1 767 постов 4 922 подписчика
20

В помощь постерам

Всем привет :)

Буду краток. Очень рад, что так оперативно образовалось сообщество начписов. В связи с тем, что форма постов в этом сообществе будет иметь вид текстов (а также для того, чтобы не нарушать правила сообщества), предлагаю вашему вниманию пару удобных онлайн-сервисов для хранения текстов. Было бы здорово, если бы админ (если есть такая возможность) закрепил этот пост. Если нет - то добавил бы ссылки в правила сообщества. Итак:


http://pastebin.ru - довольно удобный онлайн сервис, хотя и используется в основном, насколько я знаю, для хранения кодов. Можно настроить параметры хранения - приватность, сроки и т.д. Из минусов - не очень приятный шрифт (субъективно), зато не нужно регистрироваться.


http://www.docme.ru - так сказать, усложнённая версия. Можно хранить документы в различных форматах, такие как pdf, doc, и прочие популярные и не очень форматы. Из минусов - для комфортного пользования необходима регистрация.


UPD.

http://online.orfo.ru, http://text.ru/spelling - сервисы онлайн проверки орфографии. Простенькие, понятно как пользоваться, кому-то, возможно пригодится (возможно, и этому посту тоже:))


UPD2.

http://www.adme.ru/zhizn-nauka/24-poleznyh-servisa-dlya-pish...

Больше (24) различных сервисов, много полезных, и не только для художественной литературы. Смысла перепечатывать всё сюда не вижу, итак всё собрано в одном месте.


Предлагаю следующую форму постинга - пикабушник (ца) выкладывает отрывок из своего опуса, а сам опус заливает на вышеуказанные сайты и даёт ссылки. Так посты будут выглядеть прилично, не будет "стен текста".

Собственно, наверное всё. Если есть, что добавить - пишите в комментах.


P.S. Надеюсь, я правильно понял систему сообществ:)

107

Жизнь среди смерти - 3

- Погубит тебя эта херня.


Илья посмотрел непонятно откуда взявшегося Язычника с его наушниками в руке.


- Моя последняя радость. Тебе то чего, я все вокруг контролировал.

- Меня ты точно не заметил. И супера бы не заметил. - Язычник бросил наушники вышедшему Валерику. - Пойдем.


Илья поднялся со ступеней и даже не стал спрашивать куда и зачем. Было немного обидно за наушники и за то, что Язычник ничего не сказал насчет его глушителя. А это все же редкость. Хоть и не абсолютно бесшумная. Но сейчас, когда весна в самом разгаре, каждая возможность снизить шум была на счету. Счастливое время зимы, когда проблемой были только суперы и то в редких количествах, кончилось. Теплая погода доберется скоро до подвалов и подземных переходов. Придется ограничить ходки и усиливать наряд за счет ходоков. Лишь у снайперов ничего не изменится, как было две двойки, дежуривших по ночам и отсыпавшихся днем, так и останется. Он уже и забыл, как они выглядят. Только дети, которые носят им еду из продовольственной квартиры, наверно и знают.


Пока он размышлял, они дошли до мертвой пробки. Илья не стал задавать лишних вопросов, просто перехватил автомат по удобнее. Пробка, так пробка, машины тут уже все давно вычищены под чистую и под днища напиханы пакеты с мусором, так что сюрпризов до самого перекрестка, в сторону которого они повернули, быть не должно.


Язычник шел уверенно, хотя знать о безопасности пробки не должен был. Лишь свой тесак не убирал, поигрывая им на ходу.


Ему то что, он не человек почти. А вот Илья человек, поэтому и приходится ему осматривать местность вокруг через мушку автомата. Плавно в прицел вошло заросшее полуседой растительностью лицо Язычника.


- Слышь, спецназёр, ствол пока убери. Нож есть?

- Есть. - Илья убрал автомат за спину и достал свой нож. - А если Супер?

- Ты бы еще картофелечистку взял. - Язычник вздохнул. - Как ты вообще столько лет прожил? Супер, если увидит у тебя автомат в руках, затаится и устроит засаду. А если ты будешь без оружия, то он не таясь выйдет на тебя.

- Толку от того, что он не будет таиться?

- Главное то, что ты его увидишь, а это уже шанс даже для тебя. Патроны у тебя разрывные?

- Откуда бы я их взял?


Язычник посмотрел на Илью, как на интересную и очень везучую букашку. Потом просто махнул рукой и пошел вдоль синего забора детского сада.


Что за забором он знал. Дети. Вернее то, что ими было. В первый же день, еще до того, как все всё осознали, часов в десять утра к воротам садика подошла женщина, видимо из персонала, зажимавшая наскоро перемотанную руку. Достав ключ, она отперла магнитный замок и зашла на территорию детского сада. Не дойдя до самого здания пары метров, женщина упала и её тут же обступили два десятка детей и пара воспитателей. Несколько минут и вот уже упавшая вцепилась зубами в горло клонившегося воспитателя. Ещё через двадцать минут толпа мертвецов зашла в здание садика, смяв выглянувшего из дверей сторожа. Илья, не в силах пошевелиться, наблюдал из окна третьего этажа, как в течений получаса садик стал царством мертвых. Даже когда сигарета прижгла его пальцы и выпала из рук на линолеум, он не отвел взгляд от кошмарной картины. Он просто стоял и смотрел. Лишь дурацкая мысль, что теперь можно не боятся за сигаретный запах в квартире. Он тогда не знал, что родители больше никогда не вернутся и не смогут его отругать...


- Спецназёр?

- Ч-что?


Язычник молча показал вдоль кое-как освобожденного от машин тротуара. Илья увидел два бегущих на них силуэта. Это Шустрые. Причем отогревшиеся и голодные. Еще пару дней такой погоды и о медленных зомби можно забыть.

Илья начал сдергивать автомат, но Язычник остановил его.


- Ножом. Или еще десяток таких привлечешь. А за ними и Суперы на шум нагрянут.

- У меня глушак...

- Для ближайших дворов звука хватит.


Илья молча признал правоту Язычника. Сколько раз ему приходилось тем летом прятаться и пережидать после выстрела? Да почти каждый раз, поэтому походы и растягивались больше, чем на сутки.


Первого зомби Илья просто пропустил, уклонившись и подставив подножку, второму кулак в толстой перчатке в открытый рот, не позволяя тому укусить в полную силу, правой рукой нож в висок. Вытащил, разворот... Он рассчитывал, что Язычник добьет первого зомби, но тот лишь наблюдал. Хорошо, что он успел развернуться и автоматически повторить действия. Мотоциклетную черепаху Ильи он бы не прокусил, но возни бы добавил.


- Хорошие у тебя шмотки, практичные. - Язычник подошел и постучал по велосипедному шлему Ильи. - Не просто красивые тряпки значит.


Илья промолчал. За своими красивыми тряпками он буквально охотился. Увидел в одном из

рейдов невезучего выживальщика в этих самых тряпках, дождался, пока тот отделится от группы нежити и молотком сломал ему шейный позвонок. Зомби тогда это не убило, но двигаться тот уже не мог и Илья приватизировал теперь не такие нужные зомби вещи. Подвело выживальщика отсутствие маски, укус был на щеке. Илья восполнил этот пробел в спортивном магазине и форма для рейдов была готова. Жаль, что зомби был без оружия, но и без этого Илья хорошо с него поживился мультитулом и браслетом выживания.


- У вас у всех такая форма есть? - Язычник продолжил разговор уже на ходу. - У ходоков ваших?

- Нет, пара комплектов. У одного свой есть, этот я с зомби снял.

- Там по пути магазинчик...

- Знаю, но там напротив базар... - Илья остановился. - По пути?!

- Да. Я же сказал, нам в ТЦ. Или не говорил?

- Там же базар напротив! - Илья сдерживался, чтобы не перейти на крик. - Ты представляешь, сколько там таких?! Они же туда на запах мяса все стянулись, там в подвалах их тьма!

- Не бойся, я с тобой. - Язычник улыбался, маску он не носил вообще. - Дворами пойдем.


************* 


- Ты вообще помогать будешь? - Илья, судорожно дыша после третьей пары зомби, смотрел на ухмыляющегося Язычника. - Или ты меня как щит используешь? Мы такими темпами к вечеру до перекрестка доберемся.

- Изучаю, на сколько зомбарей тебя хватит с таким приемом.

- Трое... Максимум. На большее в рукопашный не лез. - Илья отдышался. - Следующих я убью с автомата, хватит с меня.


Словно услышав его слова из-за пивного ларька к ним вышло сразу четверо.


- Действительно, хватит. - Язычник взял нож у Ильи, дав взамен свой тесак. - Запоминай.


Первого зомби он схватил левой рукой за грудки, быстро вонзив и вытащив нож, дернул дваждыупокоенного чуть в сторону, словно ловя на труп следующего. Второй зомби, почувствовав препятствие, обхватил его, получив быстрый удар в висок. Язычник сделал шаг левой ногой в сторону третьего, потом правую чуть в сторону и немного завернув носок внутрь. Когда зомби уже почти дотянулся до него, он перенес вес на правую и крутанулся, оказавшись у зомби за спиной. Удар в основание черепа, повернул кисть и удар четвертому в глазницу.


- Ну и сколько прошло времени? - Язычник протянул нож Илье.

- Секунды три-четыре... - Илья обменялся оружием. - Охренеть. По секунде на одного...

- Это что бы ты разглядеть успел. Суть понял? Зомби автоматически схватывает то, что толкает его в грудь. И движется по прямой. Так что делаешь шаг чуть в сторону и за него, перемещаешь свою тушку на другую ногу и ты у него за спиной. Если не задерживать нож, то можно делать все очень быстро.

- Зачем ты мне все это рассказываешь?

- На ближайшие метров восемьсот как минимум ты мой напарник. А потом и километр обратно.

- Обучал бы потом вместе с детьми...

- Дети быстрей обучатся. Ты же заметил это. Ну про детей?


Илья задумался. Язычник говорил правду, дети действительно отличались от взрослых. Не так, как должны, а как... как шустрые отличаются от свежих. Быстрее, сильнее... Илья высказывал свои мысли Старому и тот с ним был согласен. Старый же и предположил, что живые тоже эволюционируют. Каждое поколение сильнее и быстрей предыдущего, адаптируясь под новые реалии безвременно почившего мира.


- Поэтому твое условие было дети?

- Ага. Взрослых переучивать сложно, а вот они, если повезет, возродят нашу цивилизацию. И я хотел бы это увидеть.


Возле злосчастного полицейского участка Илья упокоил еще двух Шустрых, уже новым способом. Пока медленно, но уже легче.


- Всегда парами...

- Инстинкты. Суперы тоже парами охотятся.

- А которого ты возле нас убил? Или ты его напарника раньше завалил?

- Нет, тот один был, словно... - Язычник встал, как вкопанный, и тут же бегом сорвался с места.

- Ты чего? - Илья еле догнал Язычника. - Что «словно»?

- Выманивала меня эта тварь, ты понимаешь?!

- И что, боишься, что он в твоей делянки патроны украдет?!

- Какие, мать твою, патроны?!


Пробежав мимо театра, они завернули во дворы и двигались параллельно улице, на которой был рынок.


- Люди! Люди у меня там! Я их к вам привести хотел, у вас почти что крепость и три семьи бы отлично бы разместились...


Они выбежали к огромному торговому центру. Язычник как то сразу обмяк, увидев разбитое стекло на уровне второго этажа...


- Стой тут.


Илья смотрел, как Язычник быстро забрался по пожарной лестнице и скрылся в зданий. Время от времени он поглядывал из-за угла на базар, гадая, что делать дальше.


- Илья!


Он поднял голову и поймал сумку.


- Некого больше вести. Супер убил всех. Он еще в зданий, но отожрался еще сильней. Так что возвращайся один, пока еще светло. В сумке разрывные, заряди и используй только в крайнем случае. Удачи.

Показать полностью
5

Знать и помнить

Звон в ушах.

Кажется, он никогда не утихнет…

Грохот от взрывов, и звуки выстрелов врываются в голову... Вместе с ними туда попадают и человеческие вопли… Некоторые остаются там надолго, некоторые — навсегда.

Очередной взрыв. Фрэнк скатывается в окоп и ползет по нему, пока не нащупывает какой-то предмет. Подобрав, вертит его в руках, пытаясь понять, что именно он нашел. На вид что-то очень знакомое… Почти круглой формы, обгоревшее, все еще теплое…

В следующую секунду внутри Фрэнка все содрогается. Сморщив лицо, он швыряет находку подальше от себя и продолжает ползти.

Через несколько метров Фрэнк во что-то упирается. Подняв голову, он видит перед собой солдата — его обгоревшее лицо… В глаза тут же бросается и то, что у солдата отсутствует ушная раковина. По телу пробегает легкая дрожь, когда Фрэнк понимает, что только что держал ее в руках…

Вдруг солдат раскрывает рот. Фрэнк вздрагивает. Ему кажется, что тот кричит, но на самом деле он не произносит ни звука… Затем он поворачивает голову на бок и Фрэнк видит вытекающую из его головы жидкость смешанную с кровью.

Фрэнка вырывает прямо на солдата.

Придя в себя, он смотрит уже на труп. На его застывшие глаза. Фрэнк сплевывает остатки рвоты и, опустив трупу веки, ползет дальше.

Впереди появляются знакомые очертания. Бункер — может быть он спасет ему жизнь… Фрэнк делает рывок, потом другой, потом третий… На лице Фрэнка рождается улыбка. Остается совсем чуть-чуть, но вдруг… Возле него падает граната. От улыбки не остается и следа.

Взрыв…

***

Мужчина вскакивает с постели.

Выдох… Затем глубокий вдох — просто очередной кошмар.

Фрэнк встает с постели, стараясь не разбудить жену, после чего ускользает в коридор. Подойдя к окну, всматривается в ночное небо.

Фрэнк давно начал подозревать их… Светящиеся на небе точки — это сны, а в его случае — кошмары.

Пока они падают с неба, Фрэнк загадывает только одно желание. Если и не сбудется, то ему все равно станет чуточку легче. Меньше звезд — меньше кошмаров.

После ночного созерцания Фрэнк прокрадывается в детскую, где спят его красавицы-дочки. Люси недавно исполнилось два года, старшей Анжеле около четырех.

Убедившись, что с ними все в порядке, он закрывает за собой дверь и уходит на кухню. Там он садится за стол и, приготовив кофе, включает телевизор.

«Уже со следующего года правительство вводит в образовательную программу новый подход к обучению. Теперь наши дети будут знать только положительные моменты в истории. Министр образования так комментирует ситуацию: «Детям незачем знать, какие — то отрицательные события или явления, тем более, когда дело касается истории. Дети должны наполняться только позитивными эмоциями»».

— Не спится? — спросила Катя, обняв мужа.

Фрэнк никак не отреагировал, а продолжил смотреть репортаж.

По телевизору показывают протесты против реформы. В рядах митингующих разные группы людей: учителя, байкеры, участники боевых действий. Люди идут с плакатами: «Дети должны знать правду!», «Помнить, чтобы не повторять ошибки истории!», «Долой такое правительство и президента!».

Среди бесчисленной толпы людей, корреспондент замечает мужчину в инвалидной коляске, на вид ему около пятидесяти лет, без обеих ног. Корреспондент спрашивает его:

— Зачем вы здесь?

— Я не согласен с этой реформой. Я на всю жизнь остался калекой из-за той проклятой войны. А теперь что? Просто выкинуть это? Забыть?

— Но на что вы надеетесь? Закон все равно примут, сейчас другие времена, демократия давно показала свою несостоятельность.

— Я так скажу, — продолжает мужчина. — я понимаю — демократия в прошлом, государство не учитывает наше мнение. – мужчина прерывается из-за выступивших слез. — Я вам так скажу, я свой долг тогда выполнил и сейчас в стороне не остался... А что они решат… Это будет на их совести!


Год спустя...


Вскочив с постели, Фрэнк хватается за голову. Так трудно дышать…

Кажется, за какие-то секунды он поглощает в комнате весь кислород. Сердце стучит как бешеное.

Оправившись от ночного кошмара, Фрэнк включает светильник. В комнате полный беспорядок: из пола торчат оголенные провода; рядом с постелью валяются несколько переполненных окурками пепельниц.

Встав с кровати, Фрэнк подходит к завешанному тряпкой зеркалу и тянется к нему, но в последний момент, одергивает руку. Волна страха проносится по всему телу... Фрэнк будто боится увидеть в зеркале что-то сверхъестественное, что-то из своих ночных кошмаров.

Набравшись мужества, он все-таки срывает тряпку…

Из-за множества трещин на зеркале, разглядеть собственное отражение становится довольно сложно. Но постепенно пазл собирается. Фрэнк смотрит на мужчину со скомканными, грязными волосами. Опухшее лицо, синяки под глазами… Фрэнк дотрагивается до подбородка. Его взгляд — он будто не знает этого человека в зеркале…

В коридоре Фрэнк находит пачку сигарет, но радость находки быстро исчезает — пачка пуста.

Зайдя в детскую, Фрэнк попадает в комнату с голыми стенами. Там не осталось и следа того, что когда-то здесь были детские кроватки, игрушки и, конечно же, сами дети.

Лишь сама память Фрэнка заполняет комнату привычной обстановкой, в голове снова звучит детский смех. Фрэнк словно замороженный стоит посреди комнаты несколько минут, после чего ложится на пол. Проведя по нему рукой, тот случайно находит среди прочего мусора недокуренную сигарету.

Лицо Фрэнка расплывается в идиотской улыбке. Достав из кармана шорт зажигалку, он закуривает. В эти мгновения он чувствует себя счастливым как никогда.

Улыбка проходит, когда пепел от сигареты падает ему на лицо. Он пытается убрать его, но ничего не выходит — пепел просто рассыпается.

Окаменевшие глаза наводняются слезами…


***

За окном уже виден рассвет. Фрэнк достает телефон, набирает номер. Идет гудок.

— Это ты?.. Алло! Почему молчишь? – спрашивает его жена.

— Кать, я…Я согласен!

— Точно? Ты уверен?

— Да… Уверен.


***

Из больницы вышла молодая пара. Их улыбки — они выглядели такими счастливыми… Всего час понадобится врачам, чтобы и Фрэнк пополнил армию счастливых людей этого города, этой страны.

Доктор появился сразу, как только Фрэнк с семьей перешагнули порог клиники. Пациент проследовал за врачом, а семья осталась ждать его в холле, усевшись на удобных диванах.

В кабинете доктор стал заполнять необходимые бумаги.

— Курите?

Пациент кивнул.

— Алкоголь? – продолжил интересоваться доктор.

Фрэнк снова кивнул.

— Проходите!

Подойдя к оборудованию, Фрэнк стал его разглядывать.

— Что-то напоминает, да? — спросил доктор и тут же продолжил. — Так людям привычнее, все же знают, что такое МРТ! Смотрел ваше дело, вы такой наверно последний остались. Сейчас люди с чем только не приходят. Встали не с той ноги и все — хотят забыть! А то, что вам довелось видеть — война, да еще такая война…

Вскоре Фрэнк принял приглашение доктора и лег на кушетку. Врач нажал несколько кнопок на аппарате, после чего тот запищал.

Лазеры начали свое дело. На место старых воспоминаний, они закачивали в голову пациента новые. Фрэнку предстояло немало забыть, поэтому он выбрал классику жанра — кругосветное путешествие.

Процедура заняла не больше часа, после чего аппарат вновь запищал.

— Поздравляю, все прошло успешно! — сказал доктор и проводил пациента к семье.

Фрэнка встретили радостными объятиями. Больше никаких кошмаров и сожалений о прошлом. Эта семья заживет новой, счастливой жизнью.

Выходя из больницы, Фрэнк услышал выстрелы.

— Кто-то стрелял? — спросил Фрэнк.

— Тебе показалось! — улыбнулась Катя. — Все это в прошлом!

Фрэнк остановился.

— Жди здесь. — Катя с дочками направилась в сторону парковки.

Фрэнк замер в ожидании новых выстрелов, но они так и не появились.

«Катя права — показалось» — подумал он, как в ту же секунду небо пронзил жуткий свист…

Очнулся Фрэнк, лежа на земле. Вокруг все было объято дымом, перемешанным с пылью.

Фрэнк стал бродить по округе надеясь отыскать жену с детьми, но никто не отзывался…

Наглотавшись пыли, Фрэнк еле волочил ноги по земле, пока и вовсе не стал задыхаться.

Сделав очередной шаг, он услышал странный скрежет. Под ногой, он нашел металлическую табличку. Стряхнув с нее пыль, он увидел надпись «Больница».

Пройдя несколько метров, он нашел груду обломков. Здание буквально было стерто с лица земли.

Фрэнк стал разгребать завалы в надежде отыскать под ними хоть кого-нибудь из выживших, как вдруг услышал неподалеку детское хныканье.

Отцу понадобилось несколько минут, чтобы отыскать дочек. Обе были живы и здоровы.

— Где мама? — спросила Анжела. — Я хочу домой…

Фрэнк не знал, что ответить дочке. Он был так рад тому, что те были живы и здоровы, что просто сжал их в своих крепких объятиях и поцеловал…

Гнетущую тишину прервали еле слышные стоны. Фрэнк сразу же бросился на помощь.

Пока он раскидывал камни, стоны становились все тише и тише, а вскоре и вовсе прекратились…

Девочки стояли все это время рядом, не переставая хныкать. Фрэнк попросил девочек отойти подальше, когда наткнулся на окровавленную арматуру…

Вскоре раскопки закончились — Катя была мертва. Из ее живота торчала та самая арматура.

Фрэнк снова приказал девочкам отойти как можно дальше и не смотреть в его сторону. Убедившись, что те отошли на достаточное расстояние, он склонился над трупом и заплакал…

Где-то вдалеке стали слышны выстрелы. Они возвратили Фрэнка в ту реальность, где все еще нужно было спасаться. Отец взял младшую дочь на руки и побежал на парковку. К счастью, их машина была цела.

«Наступление шло с востока, значит нужно ехать на запад» — рассуждал про себя Фрэнк, едя в машине. По дороге им кто только не попадался. Раненые, напуганные люди, все просили о помощи, но Фрэнк не останавливался.

Покинуть город удалось только к вечеру. Фрэнк мчался по западному шоссе, то и дело, посматривая по сторонам.

В свете фар он увидел перевернутую машину объятую черным дымом. Фрэнк сбавил скорость. Проехав мимо нее, по коже побежали мурашки. Вдоль обочин стояли разбитые и покореженные машины, а трупы людей, хаотично валялись по всей дороге.

Он ошибся. Здесь уже произошла зачистка. Проехав еще несколько миль, Фрэнк увидел озеро неподалеку и решил свернуть туда. Машина с трудом преодолевала бездорожье, а вскоре, из-за начавшегося дождя и вовсе застряла.

Дальше пришлось идти пешком.

— Папа! — позвала отца Люси.

— Да, милая!

— Где мама? — спросила она.

Фрэнк склонился перед дочкой и обнял ее.

— Солнышко, это такая игра, понимаешь? Скоро мама вернется... Обещаю…

Со стороны шоссе послышался шум. Все трое сразу спрятались в высокой траве.

Из-за горизонта выросла колонна машин, сверкая фарами в темноте. Среди них были и танки.

— Они уедут… Они не заметят... — Фрэнк как мог, успокаивал девочек.

Вдруг колонна остановилась.

— Проверьте сектор у озера! — приказал чей-то голос.

С помощью прожекторов машину Фрэнка сразу же обнаружили.

— Огонь! — пулемет вмиг превратил машину в решето.

Девочки завизжали.

— Не стрелять! — прозвучал приказ из громкоговорителя.

В сторону Фрэнка направились три джипа.

Отец успокаивал дочек, но уже понимал, что они обречены.

— Заткните их! — прибежавшие солдаты выполнили приказ, прикрыв девочкам рты.

— Мы ничего не сделали! Отпустите нас! — умолял Фрэнк.

Незнакомец подошел к нему и снял повязку, прикрывавшую глаз — глаза там не было…

— Не узнаешь? — спросил он. — Ах, да! Ваше новое изобретение! «Стиратель мозгов»!

Военный стал ходить вокруг Фрэнка.

— Знаешь Фрэнк, у меня есть оружие помощнее вашего «стирателя мозгов». — военный навел на него пистолет.

—Что вы хотите?

Незнакомец рассмеялся.

— Ловко придумано мать его! Ловко! — военный убрал пистолет. — Мы готовились к этой войне долго, очень долго… И вот мы пришли… А вы… Вы стерли себя память! Вы ни хрена не помните!

Военный подошел к пулеметчику.

— Ребят, а может и нам стереть память и все забыть? Будто и не было ничего?

Пулеметчик открыл огонь, выпустив небольшую очередь. Тело Фрэнка рухнуло на землю.

Военный подошел к девочкам и сказал:

— Ваш отец убивал женщин и детей на нашей земле. Вы должны это знать и помнить.

Показать полностью
6

Небесные скитальцы, Глава XI

Глава I, Глава II, Глава III, Глава IV, Глава V, Глава VI, Глава VII, Глава VIII, Глава IX, Глава X


Силясь совладать с собой, Костя с такой силой сжал кулаки, что ногти впились в ладони. Сердце гулко стучало в груди, лоб покрылся испариной, в виски била кровь. Всё произошло так быстро и неожиданно, что он никак не мог понять, как найти потерянный поток душевного движения, обладание которым позволяло действовать в единственно верном с точки зрения интуиции направлении.


Он чуть не подпрыгнул на месте, когда огромные напольные часы, большая редкость в наше время, начали бить. Это вывело его из ступора. Нашка права: следовало поторопиться. Он осмотрелся по сторонам. Так — кофейник, чашки с кофе. Ему уже представлялся случай столкнуться лицом к лицу с талантами Нашки. Зато теперь знает, что нужно делать. Черпевский сбегал в туалет, вернулся и, взявшись за ручки сначала кофейника, затем чашек сквозь несколько слоёв туалетной бумаги, аккуратно вылил их содержимое в унитаз. Основательно смыл. Сполоснул посуду, убрал на место в буфет. Осмотрел входную дверь — железная. Достаточно прочная. Это хорошо — в его голове уже созрел план.


Покинув квартиру, захлопнул как следует за собой дверь. Выбежал из подъезда и спрятался в гаражах. Перебрав несколько, нашёл подходящий камень. То, что нужно, — обломок кирпича с острыми краями. Зажмурился и саданул себя по касательной в лоб. Ощупал рукой — не то. Надо немного сбоку, сильнее и по касательной. Облокотился спиной о стену гаража, зажмурился и как следует наотмашь ударил, целясь в изгиб лба над правым глазом. Потрогал пальцами. Отлично. То, что надо: больно, а на пальцах сукровица.


И всё же этого будет недостаточно. Недостающий элемент его плана помог обрести валявшийся неподалёку засохший огрызок помидора. Он юркнул на улицу, забежал в самый ближайший продуктовый магазин. К счастью, кроме продавщицы в нём никого не было.


— Бутылку томатного сока, — он протянул ей измятую купюру.


Его молча и быстро его обслужили.


Черпевский вернулся обратно, в своё убежище между гаражами, выбранное им по той простой причине, что оно дарило практически идеальную защиту от никак не нужных в таких случаях любопытных взглядов. Если учесть крону дерева сверху.


С характерным хлопком распечатал бутылку. После секундного раздумья набрал горсть сока и, приподняв футболку, размазал её по правому боку. Ещё одну пригоршню под брючину левой ноги. Взъерошил волосы. Наскреб на земле горсточку пыли, размазал её по лицу, руку вытер об одежду. Приготовления окончены. Теперь самое главное — не расплескать кураж. Нельзя слишком много думать и останавливаться хоть на секунду. Порыв должен подсказать, как преодолеть ситуацию. Больше всего это будет похоже на то, как лодка, полная отважных гребцов, преодолевает сложный и опасный порог.


Тремиля. Квартира шестьдесят три — хорошо, что Зантия заставила выучить, где он живёт. Он вбежал в подъезд, влетел на третий этаж и, осознанно игнорируя то, что дверь приоткрыта, изо всех сил забарабанил в дверь.


Его впустил Игорь Вербицкий. Номинально, в недоумении отворив до конца дверь. Все, кроме хозяина, который не мог этого сделать по физическим причинам (был прикован с помощью наручников к стулу), выглянули в прихожую, для того чтобы уставиться на взъерошенного и выпачканного молодого человека с жутким взглядом, ссадинами и кровоподтёками.


На протяжении всей учёбы в школе Константин Черпевский с большим успехом участвовал в кружке художественной самодеятельности. Никогда не задумывался о карьере профессионального актёра. А зря — способности были. Он облокотился левой рукой о дверной косяк и прохрипел:


— Девушка... там... срочно... нужна помощь... вся в крови... В милицейской форме... погоны лейтенанта... На неё напали... я заступился... — и как бы делая последнее усилие, с надрывом, — ну же, её же убьют, после того как изнасилуют!


— Где? — заорал Вербицкий спустя две секунды, во время которых до окружающих доходил смысл произнесённых слов.


После вопроса капитана коллективный ступор закончился.


— Квартира сто три. Их много... у них ножи... идите все...


Вербицкий сунул ноутбук в руки Зинченко.


— Охраняй его, — кивнул он на хакера. — Отвечаешь головой.


И они умчались. Все, кроме Зинченко.


Черпевский сполз на пол, изобразил подобие стона, во время которого внимательно осматривал младшего сержанта Зинченко. Молодецкое, почти грузное, телосложение. Громадное, кровь с молоком, румяное лицо. Плоский, раздавленный нос. Глаза маленькие и круглые. С виду — хороший человек... Вроде как простодушный. Типаж потомственного крестьянина. Это хорошо. Таких легко обманывать. Хорошими и настоящими людьми всегда проще манипулировать, чем злыми и хитрыми. У них нет правил, принципов и морали, в которых так просто запутать. Человека вообще легко запутать фактами. Если он не чувствует тенденции.


Они сцепились взглядами. Черпевский успешно имитировал тяжёлое дыхание всей грудью, ради развлечения похрипывая. Должностное лицо недоумённо созерцало результаты его трудов.


— Ты должен им помочь, — прохрипел Костя. — Своим.


Он уже понял, в каком направлении надо копать.


— А ты кто? Откуда вообще взялся?


— Сосед из сто четвёртой квартиры. Иди, помоги своим. Мы ведь знаем, как будет. Если у них всё получиться, вся слава достанется только твоим товарищам.


Младший сержант слегка скривился и молча кивнул на Тремиля, посмотрел на ноутбук в пакете, который сжимал в руках, словно ребёнка.


— Тебе-то что? А у меня приказ охранять преступника.


— Они ко мне шли. Денег им должен. Если одержат верх, покоя мне не будет. С детства третируют. Беги, помоги им. А то будут дразнить. Скажут, Зина-корзина — трус.


Похоже, с корзиной он попал в яблочко: милиционер заметно зарделся.


— А если с твоими что-то пойдёт не так... И вовсе сгноят. Все герои, а Зина-корзина — трус.


Скажут, решил отсидеться. Про приказ и не вспомнят или вообще не поверят. Знаешь же, как это бывает. Беги, пока не поздно. Или ты и вправду испугался? Может, поэтому оставили именно тебя? А преступника я твоего покараулю, никуда не денется... И пакет заодно...


Зинченко наконец-то решился. Протянул Черпевскому ноутбук и скрылся, гулко прыгая по ступеням лестницы. Костя вскочил и вбежал в комнату. По взгляду лучшего специалиста города по информационной безопасности он понял, что тот уже обо всём догадался.


— Я за тобой. Согласен бежать?


— На кого придётся работать? За дела, связанные с наркотиками, оружием, торговлей людьми и прочей гадостью, никогда не брался и никогда не возьмусь. Должен знать. Лучше уж в тюрьму.


— Не связано ни с тем, ни с другим, ни с третьим. Вообще ни с каким паскудством не имеет ничего общего.


— В таком случае по рукам. Кстати, насчёт рук: я не смогу бежать со стулом. Возьми на балконе топор и разруби стул. Времени у нас нет!


— Подожди, у меня есть ключ.


Он достал из кармана ключ и трясущимися руками начал отмыкать наручники. Ничего путного не получалось. И через ещё пятнадцать секунд тоже. Черпевский почувствовал подступающий приступ паники: в любой момент кто-то из милиционеров мог вернуться. Или все, если быстро выломают дверь или почувствуют неладное по другой причине.


— Бери топор, — ещё раз решительно предложил Лавр. — Потом откроем.


Через десять секунд хакер мог передвигаться. Правда, со скреплёнными наручниками руками за спиной.


— Вон там пакетик с документами... Да, этот, засунь мне в карман. И возьми с собой мой ноутбук.


Они сбежали по лестнице, осторожно выглянули на улицу.


— Бежим через арочный проход. Если через гаражи, то это мимо подъезда, где они сейчас.


— Давай.


Осторожно выглянули на улицу, и возле милицейского микроавтобуса увидели Зинченко с рацией наперевес. Рядом с ним стояли ещё два сотрудника правоохранительных органов. Их не заметили за малым.


Сунулись обратно, но оказалось, что уже поздно: перед подъездом со сто третьей квартирой стоял капитан Вербицкий с ещё одним сотрудником. Пытался связаться с кем-то по рации.


Счастливая улыбка озарила лицо Черпевского — самое время воспользоваться потаённым секретом. А заодно и произвести впечатление на будущего компаньона. Вернувшись к середине сводчатого прохода, он принялся ощупывать стену. Ничего. Безрезультатно. Злясь и нервничая, продолжил поиски. Сначала посередине, как ему велела запомнить Зантия. Затем везде. Включая левую стену. Прохода не было нигде. Лаврентий в это время, не обращая внимания на его фокусы, наблюдал за улицей.


— Они идут! — приглушённо крикнул он. — Что ты ищешь? Ты в себе? Что на твоей стороне?


Запаниковав, ринулись к выходу во двор. Вербицкий и почти все его люди были на улице, большое везение, что их снова никто не заметил. Замешкались, отбежали на середину арочного прохода. Поняли, что проиграли. Тремиля сплюнул и покачал головой. Облокотился спиной о стену, машинально пряча скованные наручниками руки за спину. Черпевский устало вздохнул. Всё, что могло пойти не так, пошло не так. Идеальный шторм. Совсем всё, даже это идиотское убежище, которое было же, ну просто было же! И никак не могло исчезнуть просто так...


Зинченко с двумя компаньонами вошли в арочный проход. Один из них нёс фомку, видимо для того, чтобы взломать дверь. Они вошли в проход и... торопливо прошли мимо. Только теперь, вблизи, Черпевский как следует разглядел, что это был совсем другой Зинченко, если и Зинченко вообще. Скорее всего, старший брат. Сходство определённо было, но отнюдь не идеальное, совсем не такое, как у близнецов. Этот выглядел старше, в волосах — седина, черты лица тоньше, фигура стройнее. Носил звание сержанта, а не младшего сержанта.


После того, как они быстро прошли мимо, не обратив на них никакого внимания, Константин с Лаврентием быстро выбежали на улицу и спустя всего несколько мгновений скрылись в густой зелени соседнего двора.


* * *


Всего через квартал от дома Лаврентия Тремиля свечкой упирался в небо небоскрёб торгового центра. Бар «Сиреневая белка», в который сейчас вошла Аглая Ферро вместе со своими тремя подельниками, располагался на самом высоком его этаже и не имел ни одной вывески или хотя бы просто таблички с названием. Все, кому надо, знали о нём и так.


Кроме них в заведении был только бармен. Он извинился, что отпустил официанта к его молодому человеку, у которого должны были прямо сейчас вырезать аппендицит. И немного сиплым голосом предложил свои услуги и в качестве бармена, и в качестве официанта. Выглядел он весьма импозантно: чёрный изысканный костюм сидел точно по фигуре, тёмные, как смоль, волосы с обильной проседью были зачёсаны назад в точно подходившей к его облику причёске.


Для того чтобы расположиться, компания выбрала самый удалённый от барной стойки столик.


— Что-нибудь выбрали? — подошёл бармен лёгкой кошачьей походкой ровно через три минуты после того, как были поданы буклеты с меню.


— Да, — ответила за всех Ферро. — Четыре безалкогольных «Ночи на Шайрате», пожалуйста.


— Отличный выбор, — принял он заказ, улыбнулся тонкими губами и ушёл.


— Значит так, — посмотрела на свои изящные часики Аглая Ферро, — до вылета осталось немногим менее тринадцати часов. — Повторим всё в последний раз.


Она достала из сумочки чистые листы бумаги и автоматический карандаш.


— Начнём с тебя, Ян Олегович.


— Хорошо, — кивнул щупленький молодой человек, сидящий слева от неё.


Ферро быстро и ловко принялась чертить расположение тайников в самолёте. Тайников, где хранятся части пистолета и другие необходимые вещи. Необходимые для того, что они задумали.


Считая солдатню — а в эту категорию она включала без исключения всех, кто хоть какое-то продолжительное время был связан с военной формой (не делая никакого различия между контрактниками и офицерами), — весьма тупой категорией населения, она не позволяла себе ни на йоту филонить с подготовкой. Даже наоборот. Каждый должен идеально знать свой групповой и частный порядок действий. Воистину идеально. В этом залог предстоящего успеха.


Поэтому это была далеко не первая их встреча. Их было много, и теперь она почти уверена, что её люди практически готовы.


В самом конце она всё сотрёт ластиком. Пустые листы возьмёт с собой, чтобы сжечь. Телефонам и другим электронным носителям информации категорически не доверяла.


* * *


Пожалуй, это был самый странный суд из всех, когда-либо происходивших в Редгарде. Спустя двадцать минут после разговора со своим новым адвокатом Хорхеус Фишт покачал головой и решил, что ломать голову над мотивами его новой целеустремлённой знакомой не имеет никакого смысла. Какими бы они ни были, у неё ничего не может получиться. Его опыт и прагматичный склад ума не оставлял новому адвокату не единого шанса.


Тем не менее он ошибался. Чем дольше времени длилось судебное заседание, тем больше увеличивалась вероятность благоприятного исхода дела. Прокурор, такое впечатление, просто спал с открытыми глазами. Не выходил из противоестественного состояния вялости и оцепенения. Раз за разом листал свою громадную папку с бумагами, не находя ни одну из них вовремя. Впрочем, как и судья. На вид откровенно скучала. Свидетели несли чушь. Происходящее носило характер взбалмошный и путанный, напоминало пресловутые поиски чёрной кошки в комнате без освещения. Как раз именно тот наиболее популярный случай, когда её там нет. Единственной путеводной нитью в этом сюрреальном лабиринте юриспруденции был звонкий и холодный голос адвоката Фишта.


Вскоре стало ясно, что всем окончательно надоело блуждать по этому самому лабиринту. До такой степени, что они вполне готовы схватиться за предложенную путеводную нить. Лишь бы только быстрее наконец из него выбраться. Парадоксальный финал, оправдательный приговор, показался всем вполне закономерным и логичным.


Фишт никак не мог прийти в себя от удивления, хотя прошло уже десять минут после того, как его освободили из-под стражи. Прямо в зале суда.


— Грандиозно! — восхищённо сказал он Зантии.


Они стояли недалеко от входа в здание суда возле пустой лавочки и урны. Хорхеус с наслаждением курил сигарету, которую только что стрельнул у прохожего.


Зантия, наклонив голову, взглянула на часики.


— Нам пора. Нет, докурите. Надеюсь, понимаете, что вам лучше так же старательно и эффективно выполнить свою часть договора, как её только что выполнила наша сторона?


— Понимаю, — ответил вор, разглядывая её с нескрываемым интересом. — И более того, горю желанием показать себя... Вы не могли бы быть так любезны и наконец-то сказать, кто вы?


— Нет.


©Ярослав Калака

Показать полностью
12

"Познай Дзен"

Бывает, что-то нахлынет на душе нехорошее, и ты идешь на реку с удочкой. И не ради клева и удачного улова, а просто спокойно посидеть сам с собой наедине, отцепившись от всего сущего. Ты наблюдаешь, как колышется камыш, бегает рябь по сини волн, покачивается поплавок. Ты сидишь на берегу, покрытому молодой зеленой травкой, а рядом развернут носовой платок с парой вареных картофелин, огурчиком, зеленым лучком, кусочком черного хлеба, соль… И довершают весь этот прекрасный ансамбль граненый стакан и чекушка водочки. И вот ещё даже не раздался натужный скрежет металла пробки открываемой бутылки, а ты уже паришь где-то далеко-далеко… Ты счастлив. Ты познал Дзен. Полная отрешенность и погружение. И тут появляется он. Нет, не так. Появляется ОН. Встав у твоего плеча, ОН начинает свой диалог сам с собой:

- Клюет?

- А много уже поймал?

- Тут рыба вообще водится?

- А на что ловишь?

- Я в том году тоже пробовал, но ничего не поймал.

Заглянув в твой застывший, как лед, взгляд в одну точку и понимая, что от тебя ничего не добиться, ОН удаляется. А ты, тихо выдохнув носом, счастлив, что ОН ушел. Потому что ещё чуть-чуть, и ты вернулся бы в мир, из которого выпал, и нанес бы ему травмы. Возможно, даже ногами. А бить людей нехорошо.

Проходит весна. За ней лето, осень. И наступает зима. И ты снова наедине с собой. Только на твоих ногах лыжи, в руках палки, и ты едешь, едешь, едешь… И сам не знаешь, где окончится твое путешествие… Тишина леса наполняет тебя спокойствием и умиротворением, а журчание незамерзшей окончательно реки дарит тебе безмятежность и отрыв от земли душой и телом. Ты сам не заметил, как оказался в центре поля, которое будто под покрывалом из снега. Хрустящим и чистым, как свежая белая простынь в твоей кровати. Ты паришь в небесах и видишь черной точкой сам себя с высоты птичьего полета. И опять словил Дзен. Подняв руки вверх к небесам, находясь в центре столпа высшей истины, понимаешь, что этот мир ничто без тебя, никто не сделает его ярче и прекраснее, кроме тебя самого.

Пора возвращаться... На обратном пути ты доволен собой и тем, что ты делаешь. Тебе все нравится вокруг. Все живое. Камни, деревья, даже бетонный столб живет своей жизнью и по-своему счастлив. Сегодня ты проехал больше, чем планировал. Съехал трижды с горки и ни разу не навернулся. Опять же - Дзен. Стал чище и ещё счастливее. Ты шагаешь домой, мысли все еще где-то далеко… И тут появляется ОН....

- Ого, а снег на трассе есть?

- А соревнования когда будут проводить?

- А лыжня уже есть?

- Много народу?

Ты улыбаешься в ответ и молча идешь дальше. Нет, ты не невежда себе на уме. Твоему состоянию есть простое объяснение - сегодня ты счастлив, как никогда. И завтра будет точно так-же. © Романов Сергей

0

Судьба всея Руси 2 главы 4-8

Глава четвертая

ЛУЧШИЙ СПОСОБ


- Ну что пора возвращаться? Ник нехотя вспоминал свой мир. Они присели на скамейке в парке в городке Н. Шел мелкий моросящий дождь. Дождь не мог намочить их. Костюмы невидимки отражали также воду. Их не было видно, но места где они сидели, оставались сухими и дождь очерчивал их фигуры, струйками стекая по краям. Они были так расстроены, что не замечали этого. Да и кто мог обратить на них внимания, в парке никого не было.

- Ник, есть идея! - вдруг воскликнул Рик.

- Да?

- Если люди, имеющие возможность повлиять на ситуацию, не хотят этого сделать, надо найти человека, который хочет, но не имеет возможности!

- Да? И кто же это?

- Пока не знаю. Но возможность, это очень часто деньги. А их мы легко можем перечислять через интернет.

- Кому?

- Подожди, дай подумать.

Тут они заметили идущую по парку, по направлению к ним девушку. Лицо ее было освещено душевной красотой. Она задумчиво улыбалась. На вид ей было не больше двадцати лет, невысокая, обычные русые волосы, небольшие серые глаза, ничем не примечательная внешность. Но было в ней что-то такое, что сразу привлекало внимание. Спокойствие и радость просто светились в них. Недалеко от них, жалобно мяукал котенок, она наклонилась подняла его, и ласково приговаривая, понесла домой. Котенок сразу довольно заурчал.

- Пойдем, мой хороший, сейчас я тебя накормлю. Ее не испугал ни облезлый вид, ни возможные заразные болезни.

Ник и Рик переглянулись. Они даже не заметили котенка, так привычны были им дикие крики их необычной фауны-флоры.

- Она?

- Наверно...

Они пошли следом. Ее звали Ирина Смирнова.

Жила она с матерью в небольшом доме, по всему было видно, что их доходы не были большими. Хорошая библиотека занимала много места в доме. Похоже она много читала и не была глупым человеком.

- Как думаешь, она подойдет? - спросил Рик.

- Сейчас сложно что-то сказать, но в любом случае, можно попробовать. Что мы теряем? Не возвращаться же нам обратно ни с чем? - по- взрослому рассудил Ник.

Они разговаривали, стоя под ее окном, дожидаясь пока она заснет.

- Но у нее нет даже компьютера, как мы будем ей деньги перечислять? Рик схватился за голову.

- Это все поправимо. Главное, чтобы она не изменилась, а также хотела тратить их, помогая людям.

Она долго не ложилась спать, читала, что-то записывала. Это только прибавило уверенности Нику и Рику, что они ее встретили не случайно.

Они показали ей те же сны, что и президентам. Только реакция ее была совершенно другой. Она просыпаясь плакала и молилась, чтобы это не произошло. Ник и Рик были в восторге, просто подпрыгивали от удовольствия.

Решив остаться пока в этом времени, они нашли себе временное пристанище в супермаркете недалеко от дома Ирины. Благо, закрывался он гораздо позже, чем Ирина возвращалась домой. Супермаркет напоминал большой дом, где было все необходимое для жизни. К тому же теперь, они не отвлекались на поиски продуктов. Иногда, заработавшись, они оставались на ночь в интернет-салоне.

Рик и Ник лежали на большой кровати.

- Как цари! Ники, давай здесь останемся! - Рик делал вид что капризничает.

- Да ладно тебе. - Ник, уставший за день, уже засыпал.

- Что мы завтра делать будем?

- Завтра и посмотрим! Спи, нам рано вставать. Ты же не хочешь, чтобы нас обнаружили.

Ник заснул, а Рик еще долго мечтательно вглядывался в зеркало, где отражалась внутренняя часть другого отдела, а там чего только не было!

Проснувшись Они быстро привели в порядок кровать.

- Ник а правда, почему мы не можем здесь остаться? - завел свою шарманку Рик.

- Потому что наши костюмы-невидимки не вечны. Поломаются в самый неожиданный момент и все, шуруй в зоопарк, или того хуже в научную лабораторию. Дадут там тебе на кровати поваляться? Или может проведут какой-нибудь эксперимент, несовместимый с жизнью и все.

- Ну Ники! Пока не поломались, давай поживем здесь.

- Не гунди! Я Миле обещал вернуться и вернуться не стариком, а молодым! Делаем дело и домой! - железа в его голосе прибавилось.

Рик горестно вздохнул. Ответственность и обязательность своего брата он знал. Тут нечего было и говорить.

- С компом я придумал. - Ник уже планомерно взялся за дело.

На работе, а она работала простой уборщицей, они подстроили все так, чтобы начальник увидел страшный беспорядок, после ее ухода домой. Прыгая по столам, отскакивая от шкафов, они так поразбросали важные документы, что это надо было несколько дней разбирать. Начальник в раздражении ее уволил. Организовав ей увольнение, они натолкнули ее на мысль, искать работу с помощью компьютера.

Помогли ей заработать на компьютер. Ирина дала объявление в газете и поработав какое-то время домработницей, купила компьютер. Она быстро овладела им, оформляла фото, делала распечатку, набор, выполняла заказы на дому. Ник и Рик довольные наблюдали за этим процессом. А вот насчет интернет долго сомневалась.

Тут в дело вступили родственники и знакомые. Ник и Рик послали им нужные мысли. Которые они озвучили.

Тетя Ирины высказала ей.

- Ира вы гордые, общаться с нами не хотите.

Знакомый с усмешкой сказал ей.

- Ну, ты еще не доросла.

Презрительное замечание еще одного знакомого.

- У тебя есть компьютер и нет интернет? И не надо, ты завязнешь!

Ирину уволили с работы, еще несколько раз. Она решила искать работу через интернет.

Ник и Рик радовались, как дети подпрыгивая хлопали друг друга по рукам. Поздравляли друг друга. Они так увлеклись процессом, что как-то не задумывались, когда их труд даст результат, и к чему это все приведет.

Ирина подключила интернет. Научилась многому, записала видео курс, создала интернет-кошельки. Настойчивость и терпение говорили в ее пользу.

Ник и Рик перечисляли ей деньги, как бы за курс.

- Так, кого мы сейчас грабанем? - Ник, сидя за компьютером, выбирал очередную жертву.

Обычно ей оказывался какой-нибудь чиновник. Их отец сделал Ника профессионалом своего дела. Вскрыть почту, узнать номер счета, перевести деньги, скрыть следы, для него не составляло сложности. Никаких следов взлома, они не оставляли, иначе им пришлось бы постоянно менять интернет-салоны, и еще не факт могли бы они их найти.

Потом они переносились во времени и узнавали какое из направлений в бизнесе, пусть даже не самое яркое и примечательное выбрать, чтобы не прогореть. Вновь переместившись, внушали необходимые мысли Ирине, и она вкладывала их деньги в дело, одно за другим.

- Ну с такой внешностью вряд ли что-нибудь получится

- Что ты предлагаешь?

- Давай заинтересуем ее фильмами. Пусть посмотрит на себя со стороны.

- А она не станет такой же как все?

- Будем надеяться.

Ира стояла перед зеркалом. Распустила волосы и говорит

- А я решила поменять свой имидж. Кому какое дело!

Деловой костюм, новая прическа лучше воспринимались в деловом мире. Ира стала успешным бизнесменом. Приобрела опыт общения с разными людьми, больше твердости и решительности в поступках. Бизнес успешно развивался во всех направлениях, которые она выбрала и ей пришлось переехать в Москву для более успешного ведения дел.

Наконец наши друзья захотели посмотреть, чего они добились. Рик и Ник сначала решили проверить, путешествуя по годам, сколько будет работать интернет-салон, который они выбрали в Москве. В 2050 - м появилась надпись "Раритет", в 2100 - его уже нет, вернувшись нашли его открытым в 2080-м. И на этом остановились. Они перемещались в него всегда ночью, каждый раз немного позже своего прошлого появления.



Глава пятая

ВСЕ НАПРАСНО?


Они переместились в будущее и увидели, что ничего не изменилось. В 2080-м конечно, почти все люди зарегистрированы в соц. сетях, и они нашли ее странички, правда старые и давно не посещаемые, но Рику и Нику хотелось узнать что-нибудь об общественной деятельности Ирины. В интернет о ней сведений почти не было, потому что она не стала известным человеком. В 2075-м она умерла, так и не сделав ничего значимого. Они вернулись в 2017 нашли ее, оказывается Ира вышла замуж и все деньги тратила на семью. Немаленькое имение, большая семья, забот и трат всегда хватает.

Они нашли тот момент, когда она познакомилась с мужем. Момент знакомства был просмотрен Ником и Риком несколько раз и как им казалось, ничего нельзя было поделать. Молодой парень подошел к ней, когда она вышла из офиса, уверенно познакомился, они прошли немного, вежливо общаясь, договорились о свидании и уже через полгода поженились. Так ничего и не придумав Ник и Рик вернулись еще раз назад.

Молодой человек, который стал мужем, Ирины стремительно подошел к пешеходному переходу, только внезапно загоревшийся красный свет, помешал ему пересечь дорогу сразу же. На другой стороне офис Ирины и вскоре она должна была выйти. Они стояли на той же стороне, что и молодой человек и чувствовали свою абсолютную беспомощность. Вдруг Рик рванулся вперед и подбежав толкнул молодого человека на дорогу, прямо под колеса машины. Ник не успел удержать его. Визг тормозов и все уже было кончено. Рассматривать мертвое тело, они долго не стали, поспешили быстро удалиться.

- Рик, но так же нельзя! - Они уходили с места происшествия сами потрясенные и возбужденные случившемся.

- А, как по-другому? - придумал бы что-нибудь сам! - оправдывался Рик. За спиной у них уже собирались люди, сигналили машины, оправдывался потрясенный водитель.

Потом, чтобы у Ирины уже не было времени думать о замужестве, они посылали ей мысли, одна за другой. А она безотказная всем помогала. Там нужно помочь, в этом городе какая-то неотложная нужда. Ирина везде появлялась как спасительница. Она не считала, что помогает, если просто дает деньги, она старалась создать больше рабочих мест, чтобы нуждающиеся люди их сами заработали.

Ирина стала известной. Люди потянулись к ней со своими проблемами, стало более очевидно, что разрешить большинство этих проблем можно только сверху, в качестве члена правительства. Она создала свою партию. Ирина побывала во многих городах по всей России, создала множество успешных предприятий, везде организовывала ячейки своей партии.


Глава шестая

ТРУДНОЕ НАЧАЛО


Ее первое выступление в думе, надолго запомнилось всем.

- Господа, я готовилась, говорить нечто другое, но не могу молчать. Коррупция душит наше государство. Мы очень богаты и каждый мог бы жить в достатке, но почти все наши деньги уходят за рубеж. Простые люди живут в нищете. Вы думаете, это долго будет продолжаться? Вспомните уроки истории. Где сейчас российская молодежь которая преклонялась перед западом и говорила только по-французски? Там же будет и молодежь которая говорит больше по-английски, чем по-русски и мыслит западными категориями. Вы не учитесь, господа. Вы возомнили себя элитой. Но настоящая элита, дореволюционная аристократия, закончила свое существование, ее больше нет в России, так же не будет и вас. Слава Богу я не сумасшедшая, и не буду к коррупции обращаться, воюйте с коррупцией. Уверяю вас, если не одумаетесь, вам тоже не долго осталось.

Буря, которая поднялась после этого выступления, содействовала народным выступлениям, люди устали так жить, устали терпеть. Обстановка в стране накалялась.

Наши друзья перемещались несколько раз в будущее и читали в интернет о том, что на Ирину были совершены покушения. Ее убивали на пресс-конференциях, по дороге. Везде Рик и Ник оказывались в нужный момент и защищали ее.

В кафе встретились двое, один мужчина средних лет, второй сидит спиной, его лицо не видно.

- Она приобретает все большее влияние в обществе.

- Действуйте по плану! - говорившего не видно. Но приказ ясен, и принят к исполнению.

Поезд пересекал большую полноводную русскую реку. Рик и Ник проникли в машинное отделение и невидимые для машиниста, притормозили состав, а потом и совсем остановили. Машинист попытался им помешать, но не видя их, не понимая, что происходит, не смог продолжить движение. Поезд замедлил свой ход, и совсем остановился на мосту. Ирина прошла к начальнику поезда и попыталась выяснить, что происходит. Никто ничего не мог сказать. Она вышла из поезда и прошла вперед. Там стояли мужчины и рассуждали, кто мог перегородить пути, и кто мог остановить поезд. Машинист оправдывался.

- Не знаю почему, и как это произошло, но поезд не мог не остановить.

Ирина подошла ближе и увидела, что над рельсами наварено железное сооружение, из-за которого поезд, идущий на скорости, должен был сойти с рельс. То есть, теракт был спланирован и рассчитан по времени, точно для их состава. Она спросила

- Есть сварщик? Кто все это может быстро убрать?

Один мужчина неторопливо сказал

- Ну я сварщик, и что? Инструмента нет!

Ему начали доказывать сразу несколько голосов.

- Есть инструмент! Есть инструмент!

Ирина сразу поняла в чем дело, и спросила его.

- Сколько? Он презрительно сплюнул.

- Что бизнес леди, на деловую встречу опаздываете?

- Сколько?

- Ну пять.

- Хорошо.

Он медленно, с чувством собственного достоинства отошел к перилам моста и начал снимать брюки. Люди удивленно переглядывались.

- Что он делает?

- Боится брюки сжечь, найдите ему спецовку. Ирина отвернулась. Ей так и хотелось поторопить его, "а быстрее можно?" Нельзя останавливаться на мосту это опасно!

Но лучше поздно, чем никогда. И она ждала, как и все остальные. Сварщик неторопливо, с чувством собственного достоинства, взялся за дело. Когда все громоздкое сооружение было убрано, Ирина молча отдала сварщику деньги. Люди уже начали расходиться, а Ирина еще стояла около перил моста. Сварщик, уже переодевшись, стоял на другой стороне. Как вдруг неожиданно раздался страшный грохот. Поезд неожиданно тронулся, его сильно толкнули сзади. Никто не подумал вовремя сообщить на станцию, и следующий поезд, хоть и попытался остановиться, увидев препятствие, но все же толкнул его, и толчок был вполне ощутим. Какое-то расстояние поезд прокатился по поврежденному месту и начал медленно заваливаться набок. Шум, крики людей. Только Ирина увидела глаза сварщика, в промежутках между вагонами, его потрясенное состояние, и скорее догадалась, чем увидела, что бумажка, летящая вниз, это ее пятитысячная купюра.

Мысли в ее голове стучали четко - «Как бы я хотела, уничтожить эту бесчеловечную коммерческую систему! Деньги, деньги! Кто и что сейчас приобрел! Сейчас, все больше потеряли! Господи, помоги мне!» Рядом с ней Рик и Ник стояли невидимы для всех.

Нестабильная ситуация в стране заставила официальные власти пойти на досрочные выборы и президентом стала Ирина Смирнова.

Инаугурация, конференции, поездки, совещания со специалистами, с бизнесменами-производителями, наказание бизнесменов-аферистов. Весь срок своего правления, а он был не один, Ирина добивалась честности сотрудников, кто не подчинялся увольняла. Она сформировала новый кабинет министров. Это были люди желающие благо России.


Глава седьмая

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ РЕФОРМА


В первые же дни президентства, Ирина отменила законы о торговле. Не было больше запретов торговать в неположенном месте, никто не имел права подойти к торгующему на улице и потребовать от него оплатить место. Запрет на расклеивание объявлений на остановках, тоже был снят. Проверка радиационного фона дикорастущей продукции производилась на месте, совершенно бесплатно. Хотя сама Ирина считала, что торговый сектор экономики и так непомерно раздут, но ограничения были отменены, чтобы снять экономическое напряжение в стране.

Заботясь о природе и о безработных она сделала госзаказ на очистку лесов от поваленных деревьев. Люди получили работу, а леса новую жизнь, без бурелома, без прелых гниющих деревьев и мусора. Эта работа хорошо воспитывала любовь и заботу о своей земле, о своей стране и природе. И многие безработные оставили случайный доход от торговли, чтобы перейти на государственную работу. Хорошо, когда кто-то думает о тебе, и не приходится брать полную ответственность за свою жизнь на себя. Не многие люди во время развала России могли адекватно понести эту ответственность. Как рак, распространялись сердечные заболевания, и связанные с психологическим перенапряжением, пьянство, наркомания, люди пытались уйти от грубой и жестокой реальности. Теперь, благодаря развитию производства, госзаказам, и свободной торговле это напряжение было снято. Заболевания тоже пошли на убыль.

Экономическое развитие страны, более всего заботило Ирину Николаевну. Она собрала самых крупных предпринимателей-производителей на деловую встречу. Мужчины сидели за большим столом. Ирина Николаевна во главе.

- Господа, я собрала вас сюда, чтобы обсудить будущее предпринимательской деятельности в нашей стране. Каждый хочет больше получать и меньше отдавать. Я хочу предложить вам систему коммерческих отношений выгодную для всех вас, и я думаю, выгодную для России. Каждый из вас покупает материал для производства и испытывает трудности в реализации своей продукции, на транспортные расходы уходит много денег. Мне бы хотелось, чтобы вы поняли, что мы все в одной лодке. То, что выгодно для одного предпринимателя, должно быть выгодно для всех.

Это бартерный обмен, господа. Бартер всегда выгоднее, чем наличный расчет. Пока мы все перечисляем на деньги, мы теряем. Например, юг России нуждается в газе для обогрева своих теплиц, то что они производят не всегда могут продать. Союз предпринимателей земледельцев, заключает сделку на поставку, например, определенного количества томата, и взамен получает определенный объем газа для обогрева своих теплиц. Витамины на севере всегда нужны, вы договариваетесь о сбыте этой продукции. Объем товара, время оказания услуг вы корректируете сами, мы как государственный орган содействуем выполнению обязательств всеми сторонами. Принимаем и разбираем жалобы на качество продукции. Производимый таким образом товар, у вас будет возможность сбывать по более низкой цене. Так мы успешнее будем конкурировать с западными производителями. Чем больше данных вы предоставите, тем больше разнообразия мы вам предоставим. В одной сделке могут участвовать трое, пятеро и больше предпринимателей. Сообщите нам, что вам нужно, и что вы можете предоставить в качестве оплаты. Безопасность сделок гарантируем. Вообще я планирую постепенно запрещать ввоз в страну той продукции, которая у нас уже производится. Это нужно сделать, хотя бы потому что большинство ввозимого товара не соответствует по качеству советским стандартам. Но чтобы не создать дефицита, мы точно должны знать, что и в каких количествах вы производите. Есть ли возможность все это своевременно доставить до покупателя, и будет ли ваша продукция соответствовать ГОСТу советских времен.

Предприниматели заполнили бланки, договорились о первых пробных контрактах. Ближе познакомились, назначили новые встречи.


Глава восьмая

РЕФОРМА ОБРАЗОВАНИЯ


Вторым фактором угнетающим и разрушающим всю страну было образование. В сфере образования давно царило немалое напряжение. Дети, далеко не всегда, получали те оценки, которых заслуживали, подкупленные преподаватели подтверждали дипломы. Само значение диплома о высшем образовании стояло под угрозой. Деньги родителей действовали в жизни детей с самого начала, а о качестве образования нечего было и говорить. Специалистов своего дела становилось все меньше. Поэтому Ирина предложила новую реформу образования. Ее выступление на конференции.

- У меня есть предложение провести новую реформу образования.

Первый аспект - нужно изменить учебники.

Второй - отмена экзаменов

Третий - нужна система отбора учеников по способностям.

В зале поднялся шум. Кто, о чем говорил не понятно, но видно, что эта тема задела многих. Но Ирина продолжала:

- Я объясню, а если у кого-то останутся вопросы, потом я отвечу.

Первое. Метод тестирования, обширно внедренный прошлой реформой, отупляет детей. Думаю, всякий кто когда-либо отвечал на какой-нибудь тест, ощутил на себе чужую, ведущую руку. И чем примитивнее предложенные ответы, тем более жесткое это водительство. Можно сказать, рабство в интеллектуальном смысле. Я, отвечая, всегда думала, а если я хочу ответить по-другому? Пренеприятнейшее ощущение! Так же, из учебников нужно убрать, примеры из взрослой жизни, и нереальные примеры. Ну зачем детям кто у кого что-то украл, или кого-то убили. Или сколько яиц может снести петух? Это было просто издевательство над душами детей.

Потом эти примитивные картинки... Чтобы воспитать у детей понимание действительно красивого, им нужно это красивое с детства показывать в книгах и учебниках. Так же сама тема оформления, для начала - букваря. Там должны быть герои наших сказок, позитивные и не примитивные лица. Лица, нарисованные профессионально художниками реалистами.

На уроках неплохо было бы ввести научно-популярное видео. По биологии, например, о животном мире, поведение изучаемых животных было бы более наглядно и интересно ученикам. По литературе можно было бы просмотреть экранизацию классического произведения и потом обсудить, что именно изменили авторы фильма, а что соответствует написанному. Исторические хроники так же придали бы больше реальности в глазах учеников нашей истории. Одно дело, когда тебе обобщенно говорят, что, например, люди во время второй мировой войны, не имея конвертов, переписывались с помощью треугольников, а другое дело увидеть этот треугольник на фото или видео. Так же неплохо было бы возобновить посещение музеев классами. Где-то это еще сохранилось, но этого недостаточно.

Я дала указание создать комиссию для фиксирования лучших методов обучения. Если кто-нибудь из учителей применяет инновационные методы обучения, и они дают хорошие результаты, возможно в будущем мы будем применять их по всей стране.

Второе. Отмена экзаменов. Дети не реализуют все свои способности, часто из-за психологических проблем. Им трудно ответить правильно на экзамене, потому что они очень нервничают, переживают, смогут ли сдать. Такие экзамены вообще не могут служить показателем знаний, и сколько не контролируй, дети все равно будут списывать, с помощью наушников, шпаргалок или подкупленных учителей. Поэтому я считаю, что экзамены вообще надо отменить, и судить о знаниях ребенка по текущим оценкам. Важно, как ребенок учился весь год, и знает ли он на самом деле предмет, а не то, что он написал на экзамене.

Третье. Переформирование классов. Я предлагаю ввести такую систему - весь год ребенок набирает определенное количество баллов. В конце каждого года, мы переформируем состав классов в соответствии со знаниями учеников, так, чтобы в классе учились дети одного уровня знаний, и те, кто лучше успевают, могли пройти школьную программу раньше. Вполне возможно, у нас будут классы, которые еще в стандартном школьном возрасте перейдут на университетские программы. Конечно, не по всем предметам. Для лучшего определения профориентации, мы составим опросник, по всем областям человеческого знания, на уровне каждого класса, и посмотрим, кто из детей к чему больше тянется. Надо помочь им найти себя, свое дело, до того, как они войдут во взрослую жизнь. А те, кто будет хуже учиться и останется на второй год, а эту систему снова необходимо вернуть, будет находиться среди таких же детей. Насмехаться или унижать его за неуспеваемость будет некому. В его классе все будут на одном уровне. По моему мнению лучше пусть ребенок посидит второй год в одном классе, и что-то усвоит хотя бы на уровне шестого, седьмого класса, чем выйдет из школы, притянутый как говорится за уши, а по факту ничего не будет знать. Ни для кого не секрет, что многие останавливаются на пятом или седьмом классе по знаниям, а потом только терпят школу, а школа терпит их. Так пусть лучше они этот седьмой знают хорошо. Конечно, ни о каком поступлении в высшее учебное заведение, для таких детей речи быть не может. А может оно и к лучшему. Нам не придется выслушивать возгласы вроде "зачем мне этот диплом", "к чему мне интегралы". Если ты до них дошел и выучил, значит ты будущий классный специалист, и без работы по профессии не останешься.

Этот проект сначала не встретил одобрения.

Поднялась женщина, строгого вида, наверняка учительница со стажем.

"Как это без экзаменов? Это же система!"

- Это коррумпированная система. Пока у нас оценки будут продаваться, мы никуда не продвинемся. Не сделаем прорыв в науке. Нам нужен результат, или сохранение привычных устоев? Когда сегодняшний ученик сделает серьезную ошибку на рабочем месте и от этого пострадают люди, кто за это будет отвечать? Теперь, чтобы разобраться кто действительно имеет знания, нужно создать специальную комиссию, нужно проверять людей на рабочих местах. Давайте уже сейчас сделаем все возможное, чтобы не создавать себе этих проблем в будущем.

Мужчина, видимо психолог, тоже задал вопрос.

"А как же с социальной адаптацией, если классы будут переформировываться каждый год?!"

Ирина отвечала

- Какая социальная адаптация у "белых ворон"? Ребенок, которого преследовали в школе, обычно наоборот замыкается в себе, и не может реализовать свои способности. А замыкается он, потому что на него давят менее способные ученики. Вы считаете лучше, когда один у другого списывает? Почему умных детей называют ботаниками? Имеется в виду, что они безвольные как овощ. Умненькие дети часто запуганы, и не могут учиться так, как могли бы, находясь они в более спокойной обстановке. В классе, где все дети учатся хорошо, некому превозноситься, никто не будет унижать другого. И так же, у детей будет стимул учиться хорошо всегда, а не только на контрольных. Потом, я же не говорю, что дети будут сами знать свой уровень обучения. Конечно, сравнивая школьную программу, они будут в какой-то степени догадываться, кто в каком классе, на каком уровне обучения, но вся информация, будет только у их непосредственных учителей. Конечно, родители вправе знать, на каком уровне их ребенок, и придется ли ему в будущем идти в армию. Но разве не лучше способным детям сразу дать возможность обогнать других и вполне проявить себя? Я бы даже хотела, чтобы дети были расформированы по темпераменту. Как трудно меланхоликам рядом с холериками! Я это по себе знаю. А если ребенок холерик и к тому же еще и немного туповат и понимает это, он становиться вообще агрессивным. О каком качестве образования может идти речь, если способный ребенок должен все время отбиваться от таких детей. Хорошая у него социальная адаптация получается?

И потом от родителей много зависит. Думаю, что с самого начала, нужно формировать разные первые классы. С одними детьми родители занимаются, вкладывают в них время, силы, книги покупают, и их дети многое знают, сразу умеют читать, писать. А другие этому только учатся. Что происходит с ребенком который, знает больше? Он скучает и ленится. И соответственно, не прилагая усилий, теряет свои способности и возможность получить высшее образование. А мы, как страна, теряем гениального ученного. Теряем то, что он мог разработать и изобрести.

Было много отзывов в прессе, обсуждений на аналитических программах, опрашивались специалисты, подробно обсуждались все "за" и "против". И все-таки проект приняли. Разработка новых учебников, ни у кого не вызвала возражений, также, как и отмена метода тестирования, почти все люди, связанные со школой, давно были против этого.

По госзаказу были разработаны новые учебники. Четкие картинки изображали героев русских сказок, профессионально украшенные буквы, вызывали желание их хорошо рассмотреть и запомнить. Азбуку стали покупать даже давно закончившие учиться, и не для детей, а для себя, из патриотических и эстетических соображений. Так были переработаны все учебники, все следы западной системы образования, например, такие как метод тестирования, и нереальные, непрактичные задания, были удалены.

Следующее покушение не заставило себя долго ждать. Видимо не одному человеку Ирина перешла дорогу этим проектом. Рик и Ник прочитали в интернет. "Убита по дороге там-то, на таком-то километре..." Они сразу же перенеслись туда. Они решили, что Рику как младшему легче будет вовремя оказаться на месте. На дороге упавшее дерево, президентский кортеж остановился, и Ирина неразумно выглянула посмотреть, что там. Рик, успевший вскочить на крышу автомобиля, вовремя опустил приспособление будущего, напоминающее небольшой щит, и отразил пулю. Присоски, расположенные у него на внутренней части ладони, помогли ему удержаться на гладкой поверхности. Пуля рикошетом ударила в дверцу машины изнутри. Охрана быстро закрыла двери, и они уехали с места происшествия. Долго они потом гадали, как такое могло случиться. Рик вовремя спрыгнул на землю и пошел к Нику. Стрелок скрывавшийся среди деревьев чертыхнулся и стал звонить. "Шеф, сорвалось" Рядом стоящий Ник успел зафиксировать номер новейшим приспособлением. Ветка под его ногой треснула, стрелок испуганно оглянулся, быстро собрался и уехал.

- Ну что? будем искать заказчика? Спросил Ник у подошедшего Рика.

- А, зачем? Может быть всей нашей жизни не хватит, все случаи реальной опасности перебрать. Получится покушение - помешаем, нет, давай не будем тратить на это время.


Все.  Дальше сайт не дает возможность вставить текст - слишком большой. Продолжение завтра. Еще с 9-14 главы первой части, и вторая из 17 глав.

И хорош уже меня минусовать, а то не смогу до конца книгу вставить. Мне этот рейтинг до лампочки, удивляет что это ограничивает мои возможности.

Показать полностью
7

Зло

Глава 2.1



"Научи меня всему тому, что умеешь ты,

Я хочу это знать и уметь.

Сделай так, чтобы сбылись все мои мечты,

Мне нельзя больше ждать, я могу умереть."

- Виктор Цой. 

Киллиан поднимался стряхивая с себя остатки дремы. Сон уходил, оставаясь лишь отблеском на воде той яркой картины, которую только что переживал юноша. Подробности таяли, рассыпаясь по закоулкам памяти словно пепел.


"Пепел."


Киллиан вспомнил кратер и себя нового на его склоне. Никогда еще его сон не был так неправдоподобен и материален одновременно. Никогда еще он не испытывал такого чувства: понимания абсурдности, абсолютной невозможности увиденного и одновременно уверенности, что все это не просто так.

Легкая майка насквозь промокла и прилипнув к спине, холодила спину. Сивар попытался ее снять в тот самый момент, когда в медблок вошел Эпос.

-Верг разбудил? Не пожалела тебя железяка?

Хорошее настроение и приветливость Айзека вызвали в голове Киллиана резонный вопрос, который возник бы у любого, знавшего Райберга больше одного дня: "С чего бы такое радушие?" Эпос не производил впечатление добряка и компанейского человека ни на первый, ни на сто первый взгляд и такое "милое" его поведение вызывало исключительно тревогу.


Киллиан было хотел начать переживать, но потом какая-то часть его мозга, по-видимому ответственная за страх, резонно решила, что противиться Райбергу он все равно не сможет, так что нужно успокоиться и принимать все как есть.

- Это даже хорошо, что разбудил, - Киллиан секунду подумал, а потом все же решил не будить спящую собаку, в смысле, не злить добродушного Эпоса и добавил, - Сэр.

-Это еще почему?

-Да ерунда всякая снилась.

-О, Сивар, не надо воспринимать сны, увиденные во время гипера, как обычные. Они бывают не тем чем кажутся или кажутся чем-то, но этим не являются.

Киллиан только и нашелся что мотнуть головой и сказать:

- Ага.

Он рассказал Эпосу детали сна, которые еще не растворились в пучине его памяти. Райберг задумался.

-Быть может этот сон, что-то и значит. Для нас... Для тебя... Но, пока... Пока это просто сон.

Айзек полоснул Киллиана своим испытывающим взглядом и добавил:

-Как бы то ни было, не стоит игнорировать "дары гипера" - сны которые помогают переносить прыжок. В гиперпространстве время условно. Пространство обретает новые измерения и играет с нашими четырьмя, меняя их по своему усмотрению.

Как корабль который должен был плестись на досветовой скорости до нужной точки годы, оказывается перенесен за сотни световых лет, так и человек переносящий гиперсон, может преодолеть барьер времени и заглянуть за его черту.

Айзек сделал угрожающий вид, но потом, насколько это возможно с его взглядом, приветливо улыбнулся:

-А, возможно, это просто нервы.

Эпос осмотрел Киллиана с ног до головы и недовольно подкачал головой:

-Тебе бы что-нибудь с физиономией что ли сделать, а то стоишь смотришь на меня как щенок, Минос, да и любой другой проходимец на этой планете, тебя с потрохами сожрет, если мне понадобится отлучиться. Надо что-то предпринимать.

Киллиана уже начал подумывать, что Эпос таки решит исправить приветливость его лица посредством физического воздействия, но Айзек успокоил его в своем стиле:

-Ладно, что с тебя взять. Получишь одну из моих игрушек для уверенности в себе. Ну или застрелишься, в случае чего.

Киллиан смотрел на кумира детства, не понимая, шутит ли он. Айзек улыбнулся:

-На этой планете не стоит доверять бабуле, торгующей пирожками, ведь она может оказаться беглой главой клуба анонимных сатанистов, и уж тем более не стоит попадать здесь в неволю. Так что разряд в голову, это еще не худший вариант.


Эпос похлопал замершего с остекленевшими глазами Сивара по плечу и поманив за собой, вышел и отсека.

Они проследовали в капитанскую рубку, которая так же являлась пунктом управления кораблем (если конечно Вергилий вообще нуждался в том, чтобы им управляли).

-Верг, дай обзор.

-Айзек, я не стал обращать внимания, когда ты применял это ужасное сокращение у меня за спиной, но в лицо я это бессовестно-вульгарное панибратство терпеть не намерен, начинаю подготовку к прыжку в систему V404 Cygni. До старта 5...4...3...2...

-Ладно тебе брюзжать, старый зануда. Вергилий… Вергилий... Что сразу в черную дыру то?

Киллиан уже начинал понемногу привыкать к этой манере общения корабля со своим капитаном, но при упоминании черной дыры, все равно начал волноваться: "А вдруг?"

- Хватит пугать нашего юного гостя, Вергилий, я то знаю, что ты слишком любишь себя, что бы попадать в область действия Пантагрюэля.

-А, кто Вам, любезнейший, сказал, что я бы там остался? Выдворил бы Вас наружу в чем мать родила, ну или в хиленьком каком скафандре на худой конец и убрался бы подальше от этой прорвы. А уж вы бы мне при встрече рассказали, что за горизонтом событий находится.

- Прекрати строить из себя бессердечную железяку, Верг…илий.

Корабль первым предпочел прекратить пикировку и все же выполнил указание Райберга.

Стены капитанской рубки, на которые проецировалась вся телеметрия корабля, на мгновение стали матово-белыми, а потом и вовсе "исчезли" - Вергилий не решился исполнить свою угрозу по выдворению пассажиров наружу, а всего лишь позволил им увидеть пространство вокруг себя.


Киллиан впервые побывавший в межзвездном пространстве лишь несколько дней назад и мало что помнивший о тех событиях из-за бешеного прилива адреналина, на сей раз смог по достоинству оценить космос.

Пока юноша спал, Айзек успел вывести свой диковинный корабль из дока "Мора" и уже направил его в сторону желтоватой планеты, стремительно увеличивающейся где-то в самом низу обзора.

Но, не вид удалявшегося линкора Сил самообороны и не закутанная грязно-серыми облаками махина Ласта приковали к себе внимание замершего Киллиана. Его поглотила пустота. Абсолютная, давящая со всех сторон на сознание прессом бесконечного «ничто», пустота космических просторов заворожила юношу, заставив его сердце биться чуть медленнее обычного.


Киллиан тут же вспомнил недавнюю угрозу сварливого корабля и примерил на себя участь человека, очутившегося в одиночестве космоса, наедине со тьмой и своими мыслями. Он видел нескончаемый простор мрака стремящийся поглотить все вокруг и верил историческим хроникам. Они говорили, что первых людей, попавших в космос, приходилось потом месяцами лечить от воздействия на сознание вот этой, огромной, неподдающейся описанию и измерению пустоты.

Постепенно тьму космоса перед глазами молчавших людей начала вытеснять планета, отражавшая свет далекого «желтого карлика».

Киллиана видел изображение Топаза - крохотного голубого шарика с редкими вкраплениями суши. Видел кадры Земли до того, как она почувствовала на себе все "тепло и дружеский настрой" чужих рас.

Но то, что сейчас представало перед его глазами, не было похоже ни на первое ни на второе.

Серые, блеклые плевки водоемов, редко встречались на желто-коричневой поверхности родины Алиумов. Огромные ледяные шапки полюсов покрывали макушки планеты чуть ли не на четверть, будто норовя сползти вниз, перевернув несчастную планету вверх дном.

- Вдохновляет? - Айзек разорвал тишину капитанской рубки вопросом.

Киллиан не нашелся, что ответить.

Что могло привлечь в мире, который будто обесцветили, лишив ярких тонов и всей жизни?

-Наших рук дело, - стоило Райбергу это сказать, восприятие Киллиана резко изменилось. Одна картинка реальности наслаивалась на другую.

Поверх безжизненного серого ландшафта юноша видел мир утопающий в красках.

Мир, которым Ласт когда-то был. Мир, который люди превратили в эту безжизненную пустыню. Айзек зло улыбнулся.

- Не стоило «оборотням» нас злить, да к тому же могли бы бережнее обходиться со своей планетой. Это ж надо: построить такую сеть атомных станций, да еще и не обеспокоиться тем, что будет если за ними перестанут следить… Хоть ненадолго. Ни себе ни людям, - Эпос улыбнулся собственному каламбуру, - Примитивы. Людям из-за них теперь приходится сидеть под куполами, как паукам в банке. Да и для нас с тобой это не слишком хорошо. В случае чего, быстро убраться из Кносса не сможем.


Эпос все говорил, но Киллиан его почти не слышал. Он смотрел на этот мир, каким он был совсем недавно. Он видел Ласт таким, каким ему уже не суждено было стать.

Бирюзовые полоски перечеркивали поверхность Ласта вдоль и поперек. Реки были крупнейшими водоемами мира алиумов. Даже до «Возмездия» на планете не было достаточно крупных морей, а уж после деяний людских и вовсе не стало.

Киллиан видел огромные просторы степей, покрытые лиловой травой; видел крутобокие облака, гонимые ласковыми ветрами; видел жизнь...

Еще один сегмент информации из поврежденного модуля памяти занял свое место в сознании юноши, показав ему очередной монумент «Возмездию».

Планета уже заслонила собой весь обзор, доступный людям, продемонстрировав им черные точки городов, раскинувшиеся по всей поверхности планеты.

В основном это были крошечные, едва различимые червоточины, зиявшие на грязном теле планеты маяками куполов, но вот один город был несомненно огромен.

Его купол превосходил своих собратьев, как минимум в три раза. Город начал приближаться, увеличиваясь в размерах. Именно туда они и направлялись.

Корабль так легко проскочил вход в атмосферу, что людей даже не тряхнуло, оторвав от созерцания Кносса - столицы Ласта и единственного мегаполиса в этом полушарии.


- Ничему и никому не удивляйся. Кносс -город соблазнов, город желаний и каждый в нем ищет что-то себе по душе, каким бы вычурным это не было, - Айзек взялся наставлять застывшего Киллиана, - И самое главное - не стоит верить местным. Никогда. Какими бы приветливыми они не казались. Ты видел, что здесь было раньше? Судя по зрачками размером с кулак - видел. Как ты думаешь, как алиумы относятся к тем, кто сотворил с их родной планетой такое?

Киллиан молчал продолжая складывать в своем разуме две картинки. Одна, словно нарисованная масляными красками - яркая, пышущая жизнью планета, норовила поменять обличие и превратиться в свою бледную, истерзанную ураганами и бурями копию.

Когда Вергилий опустился достаточно низко, люди смогли различить единственную причину, по которой была возможна жизнь, да к тому же еще довольно процветающая, в этом обветшалом мавзолее былого буйства жизни.

Огромные турбины ветряков окружали Кносс со всех сторон. Именно эти бескрайние поля электростанций позволяли царству Миноса процветать. Именно отсюда черпалась энергия для удивительных, порой невообразимых генных, кибернетических и бионических экспериментов здешних ученых, главной целью которых было удовлетворение любых, даже самые неординарных запросов местной публики.

- Минос примет нас не сразу. Змей не стал слушать даже своего верного «поставщика мяса», - Айзек мотнул головой вверх, будто указывая на давно пропавший из вида линкор, - нам придется несколько дней побыть в городе. Заодно поменяем то дерьмо, что тебе имплантировали вместо кибервставки.

Киллиан невольно провел ладонью по голове, там где находился крохотный шов, оставшийся после внедрения импланта, позволявшего погружаться в кибер (естественно, если человек решится это сделать, после многочисленных атак нантосов на киберсферы Содружества).

- Местные эскулапы на раз тебе железо поправят, даже заметить не успеешь...

В разговор вмешался Вергилий:

- Нам разрешили вход в шлюз, господин Оно не забыл свое обещание...


В это самое время, в десяти световых минутах от окутанной в нескончаемые вихри пылевых бурь планеты, адмирал Харуки Оно собирался выполнить еще одно свое обещание. Адмирал расположился в кресле из мягкой кожи и разглядывал досье девушек, находившихся у него в подчинении. Образы меняли один другой, а господин Харуки все никак не мог остановить свой выбор на одной из «претенденток». Где-то внутри его обветшалой души поселился червь сомнения. Безжалостный паразит глодал его еще недавно непоколебимую уверенность в себе.


"А, что если Фобос все же решит пустить в ход информацию? Что если сдаст параменталами? Это уже не шутки, с ними не договоришься. По крайней мере, как это сделал Райберг, неизвестно. Лучше подстраховаться. Да и содействие я оказал..."

Харуки пододвинутая к консоли управления. После слов Эпоса о нантосе в голове мемора, он все еще не решался выходить в киберсферу. Все распоряжения приходилось отдавать «вручную».

Адмирал отдал голосовую команду "Мору":

- Запустить гипер-маяк в предполагаемом направлении станции «выродков». Для них есть работенка.


Продолжение следует...


Пролог

Глава 1.10

Показать полностью
4

Небесные скитальцы, Глава X

Глава I, Глава II, Глава III, Глава IV, Глава V, Глава VI, Глава VII, Глава VIII, Глава IX


Они вышли из микроавтобуса возле сквера за два квартала до дома опального хакера.


— Слушай внимательно, — наконец решила ввести Черпевского в курс дела Зантия, — через семь минут мы подойдём к подъезду, в котором снимает квартиру самый лучший специалист вашего города по информационной безопасности. Как раз в данный момент его арестовывают. Киберпреступлений на нём висит предостаточно. Нашка уже там. Нам необходимо выхватить его из цепких лап правоохранительных органов вашего мира. Причём сделать это быстро и эффектно, так, чтобы этот специалист сам захотел на нас работать, без лишнего давления. Его имя и фамилия — Лаврентий Тремиля. Видишь вон тот дом?


— Да.


— Он живёт на третьем этаже, квартира номер шестьдесят три. Повтори.


— Лаврентий Тремиля. Квартира шестьдесят три.


— Хорошо.


* * *


Если бы Лилия Кожемякина вместо того, чтобы войти в соседний подъезд за понятыми, завернула бы за угол и пошла по тропинке, которая узкой лентой извивалась между гаражей, она столкнулась бы лицом к лицу с Зантией и Черпевским. Впрочем, эта встреча не закончилась бы ничем. В отличие от той, которая не могла не состояться.


Решив начать с Александры Филипповны, она сильно упростила Нашке задачу. Поправив пилотку, лейтенант милиции решительно позвонила в квартиру номер сто три. За дверью послышались непонятные звуки: что-то громыхнуло, затем, кажется, мяукнуло; серия стуков, скорее всего, от соприкосновений клюки и пола.


Наконец дверь отворили.


Несмотря на то, что начинающий блюститель закона весьма преуспела в деле создания необходимого первого впечатления, тут у неё составить конкуренцию не было никаких шансов. В образе старой карги, открывшей, кстати, без единого вопроса товарищу лейтенанту дверь, решительно ничего не коррелировало со словосочетанием «милая старушка». То есть именно с тем словосочетанием, которое употребил её шеф в описании Александры Филипповны.


Однако наблюдался резкий диссонанс между внешностью хозяйки и убранством квартиры: жилище было чистым и уютным. Пахло свежесваренным кофе. У ног хозяйки вился, тихонько мурлыча, чёрный кот.


Трудно было сказать, у кого были зеленее глаза — у него или его хозяйки. Одетой хоть и подчёркнуто опрятно, но весьма экстравагантно. На голове тёмно-красная выцветшая косынка, повязанная на южный манер. Чёрная жилетка поверх серого платья. На шее ожерелье с чем-то вроде шипов, в руке, Лиля угадала, действительно клюка. На лбу и высохшем подбородке по огромной бородавке, во рту, о ужас, курительная трубка, правда, незажжённая. Нос, конечно же, крючком.


— Проходи, Лиля, — наконец проговорила старушка, делая пригласительный жест клюкой. — А то кофе остынет.


— Александра Филипповна, я...


— Проходи, я сказала, — зыркнула на неё старуха через плечо. — Проходи и садись.


Опешившему лейтенанту ничего не оставалось, как зайти в квартиру, скинуть туфельки и закрыть дверь.


В комнате на журнальном столике стоял кофейник, две чашки, полные кофе, и вазочка с конфетами.


— Присаживайся, Лиля, — пригласила старуха, кивая в сторону бежевого кресла.


Сама уже сидела на другом кресле, держа на руках кота.


— Откуда вы знаете, как меня зовут?


— Знаю, — отрезала карга. — Знала и отца твоего, Шамиля. Хороший был человек. Серьёзный. Вот здесь, на этом же месте, гадала ему... Лет тридцать тому назад...


Словно ниоткуда в её руках появилась колода карт.


— Погадаю и тебе. Ведь так, дочка?


— Простите, но нам удалось задержать опасного преступника, и нам нужно...


— Знаю я про вашего преступника, — перебила её старуха.

Кот вдруг неожиданно мяукнул.


— Тише, Мюррей, — погладила его по голове Александра Филипповна. — Понятым не буду. Но кофе мы с тобой попьём... И гадать на тебя тоже не буду. Гадала уже, пока тебя ждала.


* * *


— Возле арочного прохода со стороны улицы, справа, припаркована их машина. Микроавтобус, по размерам больше нашего. На нём они собираются везти нашего хакера в свой участок. С чем мы, какая досада, не можем согласиться. В нём как минимум водитель, возможно, кто-то ещё. Поэтому мы пробрались во двор гаражами.


— Ясно.


— Идём к арочному проходу.


Посередине прохода Зантия убедившись, что за ними никто не наблюдает, приложила руку к стене и прошептала слова заклинания.


— Посмотри. Запомни место. Я применила на этом участке стены чары, которые полностью изменили структурную природу бетона. Теперь здесь можно спрятаться. Достаточно просто шагнуть, и ты окажешься прямо в чулане дворника за стеной. Попробуй, пока никого нет.


Костя нелепо шагнул и действительно оказался в тёмном помещении за стеной. Снаружи проникал свет так, как проникал бы из-за слоя органического стекла. Но не воздух: внутри чулана дышалось тяжело, именно так, как и положено дышаться в чулане.


Ещё один шаг, и он снова на улице.


— Когда мы с Нашкой отвлечём внимание сотрудников милиции, вы с Тремиля здесь спрячетесь, понятно?


— Да.


— Запомни! Правая стена по ходу из двора. Правая — это значит, очевиднее очевидного, по правую руку. Ровно посередине. Повтори!


— Правая стена, если стоять лицом к улице, посередине.


— Отлично. Секрет будет действовать час. Теперь идём к Нашке.


* * *


У Лили слегка закружилась голова. Как ни была она суха, прагматична и материалистична, как ни лелеяла годами здоровый скепсис по отношению к окружающему миру, прежде всего, она была девушкой. А девушки, известное дело, — традиционные жертвы мистицизма и мнительности.


— Парень у тебя был... Хороший, надёжный, добрый... Предала ты его... Хотела в последний момент предупредить, но карьера прельстила тебя, заставила пожертвовать своей любовью... Думаешь, найдёшь такого же другого? — рявкнула гадалка в конце фразы, воткнув взгляд своих злых зелёных глаз в лицо побледневшей от страха, словно простыня, девушки.


И тут же добавила, как ни в чём не бывало:


— Пей кофе, деточка.


Кожемякина трясущейся рукой взяла чашку, отхлебнула почти половину. Затем почувствовала, что её веки словно налились свинцом, так захотелось спать. Она попыталась хотя бы ещё раз моргнуть, разлепить склеенные губы, чтобы что-нибудь сказать или спросить и... провалилась в глубокий сон. Нашка положила руки на лоб девушки и нараспев начала читать заклинание. Вскоре их двоих опутало облако из серебристой пыли. Она кружилась и густела, а когда спала, в комнате находились сразу две Лилии Кожемякиной. Нашка хмыкнула, посмотрелась в зеркало. Поправила пилотку и отперла дверь, чтобы впустить гостей.


— Нашка? — угадал Костя.


— Да. Проходите.


Зантия, как обычно, невозмутимо прошла в комнату. Костя вслед за ней, прежде закрыв дверь.


— А где настоящая Александра Филипповна? — спросила она.


— Вместе со своей подруженькой Изольдой Тихоновной ушла в поликлинику, — ответила Нашка.


— Ну, да, — кивнула Зантия. — Значит, уже помирились.


— Итак, — приосанилась Нашка, — осталась парочка финальных аккордов.


Она шагнула к двери и внезапно замерла, по инерции едва не споткнувшись. В следующее мгновение они вместе с Зантией повернулись к Косте и в один голос воскликнули:


— Тать!


Зантия как могла быстро начинала читать слова чар Umbra, чтобы превратиться в тень, Нашка же, для которой это заклинание являлось бенефициарным, то есть действующим мгновенно и не требующим словесной формулы, свитка или глифа, не сбежала, не бросила Зантию. Вместо этого трансформировалась в свой обычный облик. И начала давать указания Черпевскому:


— Багри сигнализирует о приближении эфиопов. Тебе необходимо вызволить специалиста. Немедленно! Без него мы так и останемся слепыми и бессильными. На поиск и вербовку нового нет времени. Если наше присутствие обнаружит тать, это конец. Имя этой девушки — Лилия, фамилия — Кожемякина! Придумай что-нибудь! Надо его вызволить! Возьми ключи от его наручников! — она быстро сунула их ему в руку.


К этому моменту Зантия закончила читать слова заклинания. Менее чем через мгновение в комнате остались только двое: порядком ошарашенный молодой человек и спящая беспробудным сном офицер милиции.


©Ярослав Калака

Показать полностью
51

10 заповедей книжного злодея

10 заповедей книжного злодея Юмор, Фэнтези, Фантастика, Заповеди злодея, Длиннопост

(рекомендовано к употреблению также стремящимся к абсолютной власти кинозлодеям и главным отрицательным персонажам компьютерных игр)


1. Про артефакты


Если я стану настоящим книжным злодеем, у меня, конечно, будут артефакты, дарующие бессмертие и безграничную власть. А значит, я не стану прятать такие ценные вещи в местах, что очевидно связаны с моим прошлым, и где всякий герой, пораскинув мозгами, сумеет их отыскать. Не буду я держать артефакты так же ни в своих покоях, ни в глубоком подземелье, населенном чудовищами, ни в главном храме страны. И уж, конечно, храни меня Тьма носить их в кармане, или, скажем, на пальце! Нет, они будут лежать на самом дне моря, или, на худой конец, в глубочайшем ущелье. Под тоннами породы. Под заклятием невидимости.

Если же в мире не сыщется ни одного надёжного моря или подходящего ущелья, я зарою наделяющие меня могуществом предметы в землю и построю над ними городской лепрозорий.

И наконец, в том случае, если артефакт потребуется постоянно иметь при себе, я, так и быть, пожертвую своим драгоценным здоровьем и велю лучшим хирургам страны вживить мне его в ребро.

(А потом казню их всех до единого. Хороших хирургов, конечно, найти нелегко, но безопасность превыше всего.)

К тому времени, когда враги сумеют безнаказанно добраться до моих ребер, мне уже однозначно будет не до мирового господства.


2. Про государство


Если я стану настоящим книжным злодеем, у меня, конечно, будет своё государство, в центре которого будет стоять мой замок. Большой, до небес, с огромным количеством комнат. Хотя зачем мне столько, ума не приложу, но пусть будут. Однако одну всё же выделю под алтарь для вызова Верховного Демона. Надо же как-то завоёвывать соседние земли. Ну или просто отбиваться от назойливых рыцарей, которым уже скучно лупить драконов, а так же пафосных героев, у которых шило в одном месте жить мешает.

Моя страна не будет носить пафосного названия в духе Юдоль Кошмарных Снов, иначе кто ж захочет в ней жить. Здесь не будет угнетений, однако в обмен на защиту, жители будут обязаны сдавать часть своих богатств в казну (я слышал, что в других краях это именуется налогами). Ну и, конечно, делиться урожаем или уловом. Их правитель тоже хочет есть, а будучи голодным никого из своих подданных защищать не будет.

Кстати, одни из моих подданных - драконы. Да, да, те самые которые спрятались от назойливых рыцарей. И они одни из моих лучших и важных воинов в армии, наравне с воинами, набранными из местных жителей. Но про армию будет уже совсем другая история.


3. Про армию


Если я стану настоящим книжным злодеем, мои Легионы Тьмы не будут состоять из демонов, нежити, орков и прочих тварей, один вид которых вызывает желание бежать без оглядки. Мне не нужны контуженные подданные! К тому же, эти чудовища совершенно не знают о тактике, а брать привыкли яростью и количеством. И, конечно, в последнюю очередь я стану комплектовать войско изможденными рабами, жестокими преступниками и городскими сумасшедшими. Это еще никому не помогло.

Чтобы не вызывать панику среди мирного населения, мои Легионы будут зваться просто Армиями. Их костяк составят хорошо обученные и замотивированные воины из местных жителей. Своевременное жалование, выслуга лет, пенсия семьям погибших... Если войско довольно, мне незачем опасаться переворотов.

А неисчислимые орды монстров во главе с Верховным Демоном, вызванные моей волей из небытия, хорошо подходят для первой волны атаки, когда противник ещё силён и крепок. Ну и чтобы заваливать собственными телами рвы крепостей, конечно.

Драконы - это дело другое. Это не какие-то безмозглые зомби. Они способны хоть перебросить отряд в тыл врага, хоть сражаться в воздухе, хоть поливать огнем осажденные города. Я поселю их возле казарм, так солдаты к ним привыкнут и не будут бояться.

Сам я вступлю в бой разве что в самом крайнем случае, вражеские герои только этого и ждут. Лучше уж наблюдать за ходом битвы через хрустальный шар, а командующим назначить толкового генерала.


4. Про меня


Если я стану настоящим книжным злодеем, у меня не будет похожей на обтянутый кожей череп физиономии. Мои подданные не бояться меня должны (разве что немного), а уважать и внимать каждому моему слову. Иначе как мне донести до них свои гениальные идеи? Для них я буду правителем мудрым, справедливым и в меру жестоким. Любые бунты и предательства должны быть наказаны, согласны? Не потерплю нож в спину от тех, кого я защищаю в своём прекрасном государстве.

Я не стану носить длинный неудобный плащ, балахон с капюшоном, который полностью прячет лицо (помним, что оно не похоже на череп, зачем мне его прятать?) или, упаси боги, полный комплект угольно-чёрных доспехов (это не та книга, эй!). Вполне достаточно красивой и практичной мантии.

Я буду следить за своим здоровьем: прогулки на свежем воздухе, гимнастика, полезная пища, может быть даже сыроедение (морковь ещё никому не вредила). Ибо когда я захвачу мир, хочу быть здоровым, бодрым и свежим, а не разваливаться по частям от букета болезней, сидя на троне перед подчинёнными. Зачем тебе безграничная власть, если ты не можешь даже получить от неё хоть каплю удовольствия!

Раз в месяц, по праздникам, я буду позволять себе бутылочку вина, сделанного с любовью руками подданных. Я слышал оно хорошо действует на сосуды и настроение. И даже мерзкие герои нипочём, хе-хе.

Ну, не считая пиров, торжеств и банкетов, конечно. И всенародных гуляний: на Новый Год, на праздник урожая, на мой день рождения... Ещё иногда положение обязывает поднять кубок за здоровье присутствующих дам. Впрочем, в кубке может быть вода (я же всё таки слежу за здоровьем).

Несколько раз в год я буду приглашать в свой гигантский обеденный зал всех желающих (даже крестьян... наверное) и устраивать праздник. Чего не сделаешь чтобы тебя любили и слушались, правда?


5. Про политику


Если я стану настоящим книжным злодеем, то не буду пытаться уничтожить мир. Это по меньшей мере глупо, ведь вместе с миром погибну и я сам. А если даже уцелею, мало радости властвовать над безжизненными руинами. Вместо этого я буду захватывать соседние страны. Если получится, то бескровно. Грамотная пропаганда, агенты влияния на важных должностях, подкупленные или запуганные сановники из ближнего круга правителя - и вот уже вчерашний принц, свергнув папашу, заключает со мной союз, а через несколько лет вдруг решает, что нашим государствам давно пора объединиться в одно целое, а ему самому - уйти в монастырь.

Если же в стране живет слишком несговорчивый народ... что ж, моим воинам никогда не помешает размяться. Одно за другим я присоединю к своей империи все существующие государства и стану полноправным властителем мира.

Что касается внутренней политики, то к собственным подданным я буду строг, но справедлив. Мне не нужны восстания и бунты. Они влекут за собой массовые казни, а из детей погибших могут вырасти новые народные мстители. Поборы... то есть налоги не должны оказаться разорительными, как не должна пустеть и моя казна. Это нелегко, но завоевательные походы приносят немало золота и плодородных земель. Иногда я буду казнить проворовавшихся судей и нечестных купцов, а их деньги швырять в толпу. Народ это любит, и я, может статься, даже прослыву добрым правителем.

Я велю открыть школы и университет, а подавать нищим запрещу под страхом тюрьмы. Пусть теми из них, кто не может работать, занимаются церковники, остальные же могут неплохо мне послужить. Для вторжения в чужие земли моим Армиям понадобятся хорошие дороги, их-то мне эти ротозеи и станут прокладывать. А заодно рыть подкопы, наводить мосты, строить крепости... Работы хватит всем.

Я окружу себя умнейшими людьми, а тех - шпионами, и буду следить, чтобы моя воля в неизменном виде доходила до последнего селянина державы, а тайные замыслы оставались тайными для правителей других стран. Мои приближенные будут жить в роскоши и довольстве, у них будут власть и деньги. А ещё каждый из них, кто решит меня предать, обречет на гибель трех своих товарищей, и они будут это знать, а потому сами приведут ко мне заговорщика. А кого не предадут свои же, того выследят мои соглядатаи.

Таким образом, мне не придется ждать измены со стороны знати, а ведь без ее поддержки нелегко свергнуть даже мелкого князька, не говоря уж о великом владыке вроде меня.


6. Про религию


Если я стану настоящим книжным злодеем, то не буду (и запрещу) создавать религию имени себя. Приятно, когда тебя любят, но подобного рода слепое поклонение - это уже перебор. Да и, к тому же, может возникнуть огромное количество побочных проблем в виде того, что подчинённые будут надеяться на меня и мою силу, а не на самих себя, плюс соседи ещё вдруг решат священную войну объявить. Не-не-не, сложно это, богом быть.

Однако сильно порицать упёртых фанатиков не стану, поскольку бесполезно - дождутся моей смерти и устроят алтарь из могилы. Брр... Надеюсь они умрут раньше, чем я.

На территории моего государства будут разрешены абсолютно любые религии, пусть поклоняются хоть камням на дороге. В этом плане у меня, как там сие в других краях называется, демократия? Только, пожалуйста, без кровавых ритуалов, сжиганий девственниц и распри на почве разных религий, не надо опускаться в первобытность. А те, кто ослушается, будет выставлен за стены моего прекрасного государства. Я царь, но не бог, и хочу чтобы у меня были только мир, спокойствие и никаких мешающих всем ярых фанатиков. Так меня полюбят ещё сильнее.

Эй! Я же сказал, никаких алтарей в мою честь!


7. Про героев


Если я стану настоящим книжным злодеем, то где-нибудь может появиться и настоящий книжный герой. А это плохо. Героев быть не должно в принципе. Только они, да собственная глупость могут сокрушить Темного Властелина. Поэтому я не должен представлять угрозы для всего человечества (пока что), есть младенцев на завтрак (прилюдно) и бесчестить невинных дев (на глазах их братьев и женихов). Тогда, с большой долей вероятности, Великий Герой, Ниспровергатель Зла, Последняя Надежда, Избранный просто никогда не появится.

Ну, а если, паче чаяния, таковой возникнет и решит бросить мне вызов, я его поймаю и убью. Без сатанинского хохота, отвлекающего от собственной безопасности, без подробных рассказов о своих планах напоследок, без долгих высокопарных речей и попыток переманить его на свою сторону. Не стану я, так же, вызывать героя на поединок, даже назови он меня трусом, как не стану и устраивать для того показательный бой на арене с медведями и львами. Никаких последних слов и желаний. И уж конечно, никаких тюремных заточений. Герои скользкие, как угри.

Я просто прикажу своим лучшим воинам схватить храбреца и его спутников живыми (но можно и мертвыми), доставить в мой замок и убить у меня на глазах, дабы исключить недоразумения. А трупы - сжечь и развеять по ветру.

Если у героя остались известные мне друзья или родственники, их следует немедленно обвинить в предательстве, заклеймить позором и приговорить к смерти, дабы в последний момент заменить казнь ссылкой. Тогда я прослыву милосердным, а каждый, у кого под боком заведется очередной герой, десять раз подумает, прежде чем оказать тому помощь.


8. Про рабов


Если я стану настоящим книжным злодеем, то у меня не будет рабов. Вообще. Да, да, вы не ослышались, никаких рабов. Они мне ни к чему. Когда подданные меня любят и так, необходимости в рабах нет. Даже военнопленных не будет желания превращать в рабов. Чуточку внушения и обаяния и они станут такими же любящими меня поданными.

А почему нет? Рабы на то и рабы, чтобы быть вечно угнетёнными, недовольными и склонными к бунтам. Оно мне надо? Если вы помните, в моём прекрасном государстве царят только мир и спокойствие. И никаких портящих атмосферу рабов. Ясно?


9. Про безопасность


Если я стану настоящим книжным злодеем, то, несмотря на все предосторожности, взвешенную политику и мой незаурядный ум прирожденного властителя, однажды на меня могут совершить покушение. Враг способен оказаться кем угодно, и предугадать все случайности решительно невозможно, но вот свести их к минимуму - моя основная задача.

Потому-то охрана замка ляжет на плечи самых ловких, сильных и грамотных бойцов, не склонных к азартным играм, пьянству и женщинам. Каждый участок стены, двора или галереи должен просматриваться как минимум с двух сторон и охраняться достаточным количеством стражников без дурной привычки проверять источник странного шума или мелькнувшую тень в одиночку. Всякого, кто станет спрашивать у загадочной темной фигуры «кто ты такой?», не нанеся упреждающего удара в голову, я лично расстреляю из камнеметов. Коридоры замка следует держать освещенными и под прицелом. Нижний ярус обязан просматриваться с верхнего, и чем выше (а стало быть, ближе к моей персоне), тем строже должна быть охрана.

Помимо людей, мою цитадель будут защищать волшебные метки, ожившие доспехи, кровожадные демоны, зачарованные двери и скрытые ловушки.

Стоит ли говорить про чудовище во рву, злых собак у внешних стен и ежечасную смену караула!

К слову, сено, ввозимое в замок, следует тыкать вилами, пока не устанешь... или пока оттуда не вывалится мертвый лазутчик.

И уж конечно, ни один тайный ход не будет вести в мою спальню или тронный зал. Вот в пыточную - это сколько угодно.


10. Про питомцев


Если я стану настоящим книжным злодеем, то у меня, конечно, будет любимый питомец. Вы, наверное, уже гадаете, какой? Только не нужно выдумывать всяких драконов и сфинксов у ног рядом с троном! Во-первых, драконы - одни из лучших моих воинов, а, во-вторых, сфинксов не бывает. И со всевозможными демоническими созданиями, имеющими множество голов и конечностей, вы тоже абсолютно не угадали.

Вы можете не верить, но в моих покоях будет жить маленький пушистый сычик. Неинтересно иметь леденящего душу зверя из Преисподней - зачем лишний раз пугать любящих меня подданных? Вернее, зачем вообще их пугать? А мелкая сова - и интерьер, и питомец, и совершенно не страшный. И символ мудрости ко всему прочему! Чем не идеальное существо, правда?

Уху!



Текст написан в соавторстве с Самантой Шварц и является в равной степени плодом как моего, так и ее творчества. Картинка взята из настольной игры "Да, Темный Властелин!"

Показать полностью
42

Феникс и Змей

Глава 35

Новые цели

- Тебе не кажется, что мы о чем то забыли?

Эдик, лежавший на спине, оперся на локоть чтобы приподняться и посмотреть на Криса. Проститутка, ублажавшая парня, подняла голову.

- Не, родная, ты не отвлекайся, - успокоил ее Эдик. - продолжай как было.

- Я говорю, мы вроде, планировали чем то еще заниматься. - напомнил Кристофер, над которым тоже трудилась жрица любви.

- А, да. Мы хотели узнать кто и зачем направил бога смерти открыть Врата Тартара. - покивал Эдуард. - Потом решили зайти в бар, потом одно повлекло другое и вот мы зависли в борделе на три дня.

- Ага. Жорж будет ворчать. - вздохнул Кристофер, не выказывая ни малейшего желания покидать сие заведение.

- Блин... Жорж, я же ему обещал.

- И Анастасия будет ворчать. Это хуже. Она мне все мозги выест. Опять будет говорить что я дурной. - вновь вздохнул Кристофер.

- Слушай, а ты когда Искателем был, какого это вообще?

- Ну... до того как Дилан дал сожрать свою душу Лорду Ямы, это было круто. Мы побывали почти во всех странах, наводили там порядок, помогали Уравнителям. Ну или по настроению Коуэна, мы мешали Уравнителям. Жорж тоже иногда мешал Уравнителям. Нам это сходило с рук. Объединенный круг опасности Искателей считался первым.

- Наравне с Изис? - недоверчиво переспросил Эдик. - То есть вы... сколько вас там было?

- Семь. - пожал плечами Кристофер. Я, Жорж, Коуэн, Анастасия, Дилан и Рин.

- Это шесть. - заметил Эдик.

- Шесть? Мгм...

Кристофер посчитал на пальцах. Пересчитал дважды.

- Ну значит шесть.

- И вот вы вшестером имели первый круг опасности? Как Изис? Как какой-нибудь бог или боевой механоид?

- Ну да, как то так оно и было. - кивнул Кристофер.

Эфтанатос сощурился, глядя на усердно работающую жрицу любви.

- Дилан был гениальным стратегом. Коуэн был сильнейшим боевым чародеем десяти поколений. Жорж извращенно силен в своей нечеловеческой природе. Анастасия помогала нам в бою и в быту. Рин была прелестна в своей ярости.

- А ты?

- А я убивал тех кто должен был умереть. Пока все остальные занимались охраной, я пробирался в самое сердце вражеского построения и возвращал врага на круг Сансары.

- Коуэн был самым сильным? Я слышал, что он вроде как отрубил руку Жоржу как то раз.

Кристофер потянулся за пивом, стоящим на столике рядом с кроватью.

- Коуэн в одиночку сражался против армии в которой таких как Жорж было по меньшей мере полсотни. И это было еще за полторы сотни лет до того как мы пошли в то проклятое подземелье. Он стал сильнее минимум в три раза с тех пор.

- Значит он был самым сильным?

Эфтанатос улыбнулся.

- Так... надо вспоминать где сейчас живет Ходжа Насреддин.

- Трикстер? Наверное в Азии.

- Очевидно... ну что же, тогда валим в Азию. В Самарканд. Ты портал с помощью Связей открывать умеешь?

- В Айзене смогу. Тут резонанс подходящий. Повозится придется, но смогу.

- Вот мои координаты. Увидимся.

Кристофер сунул в руки Эдику кусочек пергамента, после чего поджег свечой занавеску.

- Что бля? - пробормотал Эдик.

Кристофер одним взмахом погасил пламя. По комнате разнесся удушливый дым. Пахло жженым хлопком и почему то пирожками. Дым все сгущался, Эдик услышал шум, словно множества голосов, говорящих на неизвестном ему языке.

- Я тебя в чайхане подожду. - донесся до Эдика голос мага.

Дым развеялся. В комнате были только две проститутки и голый еврей.

- Это ты чтобы не платить сбежал? Ах ты ж жадная морда! - возмутился Эдик. - Искатель сраный!


***


- То есть теперь я буду ходить вот так?

Артем не был злым или расстроеным. Он был озадачен. То и дело, он подносил руки к тому месту, где когда то был его левый глаз. Правый, светло карий глаз, был в порядке.

- Ну да, вот так. - ответила Анастасия.

- А вылечить?

- Я уже говорила. Я не могу создавать новые органы. Не мой уровень. Могу затянуть раны или восстановить поврежденное, но с нуля не могу. То что я выковыривала из пасти монстра восстановлению не подлежит.

- А как то... попробовать начать регенерацию одного глаза и переносить клетки в другой? - предложил местный знахарь. - Вы же владеете и Жизнью и Связями.

К гостинице стянулось много народа. Были и представители Уравнителей, с которыми разговаривал Жорж. Судья Аделаида слушала Жоржа с плохо скрываемым раздражением. В основном потому что он рассказывал ей о том насколько она некомпетентна, что в ввереном ей участке разгуливают монстры. Среди этих людей был и местный знахарь - чародей специализирующийся на лечении.

- Регенеративная трансплантация это конечно хорошо. Но для этого вначале придется хирургически удалять ему правый глаз маленькими кусочками, которые затем наращивать и переносить и потом просто наращивать чтобы залечить нанесенное увечье. Теоретически возможно, но практически - я выдохнусь задолго до конца операции, да и глаз склеенный из кусков не факт что начнет работать.

- А взять у них глаз? - Артем показал на два трупа монстров.

- Могу пересадить тебе чужой глаз. - согласилась Анастасия. - Но тут есть проблема.

- Какая?

- Твой Аватар. Та твоя часть, что дает тебе возможность пользоваться магией. Если твое тело будет иметь... скажем так, если какая-либо часть твоего тела будет иметь обладать чужеродным резонансом, то твой Аватар ослабеет, как и магия. Это как если на бас гитару натянуть струну от скрипки.

- Понятно... чужеродный резонанс это плохо. Это нужен кто-то из родных типа?

- Можно и так сказать. Кто-то, кто тебе очень близок.

- Мой дедушка уже умер.

- Это может быть и жена и дети. И кроме того, глаз должен быть отдан добровольно. То есть даже не за деньги, не обманом, а просто добровольно.

Артем поморщился, но его единственный глаз сверкнул.

- Все сложно. Но все же, я рад что все это произошло.

Авиела и Анастасия удивленно глянули на него.

- Я доказал сам себе что я не боюсь. Но я при этом не просто отбитый на всю голову деревенский парень, а вполне себе воин и могу сам за себя постоять. Глаз - малая цена за то чтобы узнать о том, что у меня есть предназначение.

Анастасия покачала головой.

- Псих.


Закончив изысканно унижать судью Аделаиду Жорж отправился в подвал, изучать трупы шляхтичей. Монтенец был мрачным. Будучи от природы обидчивым, и имея обостренное чувство справедливости, он воспринял нападение на эльфов как досадную случайность. Однако нападение на Артема и травму своего фамильяра, пусть и причиненную самим Гешей, он воспринял как личное оскорбление. Не то чтобы много людей могли позволить себе такую роскошь как оскорбление Жоржа и планы на следующий год.

В тесном помещении винного погреба маг недовольно огляделся по сторонам. Тут было слишком мало места чтобы нормально осмотреть тушки шляхтичей, которые валялись в коридоре. Их сюда не затащить и подобающим образом не изучить. Бутылки и бочки с низкопробной спиртовой бурдой, которую в Скифарии называли "горилка" мешали.

Жорж ухватил покрепче трость и нацарапал на дубовой двери символ, тускло светящийся алым. Затем маг вытащил флакон с демоном.

- Кальцифер. Тут мусор, освободи помещение.

Полужидкое пламя духа приобрело зеленый цвет. Жорж захлопнул дверь за секунду до того как внутри разразился огненный шторм, от которого раскалились камни подвала. Когда он открыл дверь через пятнадцать минут, на него хлынула волна испепеляющего жара.

- Хорошо что демоническому огню не нужен кислород чтобы гореть. - удовлетворенно произнес Жорж, глядя на пол залитый расплавленным стеклом. Бочки, стойки и все что было сделано из дерева - все обратилось в прах.

Четверть минуты и температура в помещении упала до минус десяти. Дополнительно проветрив подвал, Жорж дотронулся кончиком трости до трупа. Тот словно приклеился к трости и поднялся в воздух.

Перетащив оба трупа, Жорж поочередно изучил каждый. Магический резонанс был почти полностью чист, если не считать ауры Цимисхов - клана вампиров по прозвищу Изверги. Цимисхи были известны своей способностью манипулировать плотью и костями, вылепливая их словно скульптор лепит глину. Сращивать живые тела вместе, повелевать бесчисленными порождениями своей больной фантазии - все это подходило под репутацию Цимисхов. Однако было одно большое "Но".

Тела были сшиты.

Цимисхи заставляли плоть течь и изменяться, а тут - оно было просто пришито одно к другому и затем анимировано с помощью природных способностей Цимисхов управлять приделанной к ним конечностью как своей.

Подделка. Кто то поймал несколько птенцов Цимисха и сделал из них вот такие куклы, послушные чужой воле.

Жорж нахмурился. Значит у этого мага были Основы, чтобы стереть свой резонанс с марионеток. Разум, чтобы подчинить их. Связи, чтобы управлять ими на такой расстоянии. Это минимум.

- И ему нужны были сердца эльфов... Кальцифер, мне нужна одержимость. Внутри этого тела находятся сердца. Я чувствую их.

Дым, служивший демону телом, скользнул в рот одной твари. Туша пришла в движение - потянулась лапами к своей грудной клетке и разорвала ее. Из открывшейся ниши выпала шкатулка.

- Спасибо, Кальцифер.

Демон покинул тело и скользнул обратно во флакон.

Жорж поднял шкатулку. Внутри было поле Жизни, которое он ощущал даже сквозь толщину шкатулки. Сердца еще бились.

- Отлично.


***


Старик склонился над ребенком. Пригладил встрепавшиеся волосы. Девочка металась в горячечном бреду. Мастер Ли негодовал - его сдернули из-за прилавка в самый денежный момент. За прилавком стоит Концзи, а этот малец совершенно не умеет торговаться!

- Да сделайте вы что -нибудь! - не выдержала женщина.

Катаец медлил. Он пытался убедиться в том, что он видел. Тонкими пальцами, он слегка подвинул голову девочки набок. Лимфатический узел надулся огромной черной шишкой.

Чума.

Мастер Ли достал мелкую речную жемчужину и приложив ко лбу больной, растер жемчужину в руках. Жемчужный порожок отливал зеленым перламутром.

Магическая чума.

Ли открыл мешочек с припасами и вытащив из него шарик из нуги, протянул девочке.

- Это поможет. - прошептал старик.

Девочка и в самом деле быстро успокоилась, замерла и заснула. Катаец покачал головой.

- Только не открывай глаза. - шептал он на катайском.

Девочка улыбнулась и села на кровати.

- Мама, папа, я здорова.

Старик тяжело вздохнул.

- Что было в той конфетке? - спросила мать девочки.

- Цианид.

В глазах и голосе старика отражалась тоска.

- Это лекарство такое?

Катаец не любил такие моменты. А они все же иногда наступали.

- Это яд. Вашу дочь невозможно было спасти. Магическая чума, запущенный случай. А я не лекарь, я солдат и немного торговец.

- Это шутка такая?

Катаец посмотрел на девочку. Ее душа была мертва, а тело управлялось чьей-то дурной волей. Он знал что в этой деревне что-то происходит неладное, но надеялся что все обойдется лешим или домовым. А это - концентрированный ужас любого Уравнителя - опасность первого круга, Чума-живых мертвецов. Стопроцентное заражение, почти такая же вероятность смерти и послесмертие в виде живого трупа, ходящего и разговаривающего как обычные люди. Заражающего всех остальных.

- Это не шутка. Какие уж тут шутки.

Катаец вышел на улицу. Его четверо учеников стояли, ожидая его приказа.

- Я окружу эту деревню защитным полем. - негромко сказал он на катайском. - а вы убьете здесь всех до единого. Каждый житель этого места должен быть обезглавлен и сожжен. Каждый дом и каждое животное должно быть испепелено дотла. Ничто не должно выжить. Никто не должен уйти.

Ученики смотрели на него ошарашенно.

- Мы не подвержены заболеванию из-за защитных амулетов. А все они уже заражены. И... Концзи... ты можешь не принимать участия в этом. - добавил Мастер Ли. - Мы все поймем.

Мальчик продолжал стоять на месте, оглушенный приказом.


Полтора часа спустя все те же пятеро катайцев стояли все на том же пригорке. На этот раз перед ними вместо деревни были дымящиеся руины.


- Мы не успели за этой тварью. Но мы ее догоним. Чем бы она ни была. - бросил Мастер Ли.

- Почему вы раньше не сказали что мы следуем за какой-то опасной тварью? - спросил Концзи.

- Потому что раньше я не считал что те следы что я находил принадлежали опасной твари. Раньше она ограничивалась тем что пила кровь жертв и я полагал что это был просто вампир. Сейчас же я вижу что ошибался. Идем, искать следующую деревню.


***


От автора.


Уважаемые читатели. Приношу свои искренние извинения в связи с поредевшим выпуском глав Феникса и Змея и небольшим размером конкретно этой главы. У меня начался новый семестр на работе и новый семестр в учебе. Надеюсь что завтра смогу начать писать следующую главу чтобы уже ближе к вечеру понедельника выложить.

Спасибо вам огромное за ваше терпение и интерес к моему творчеству.

Показать полностью
9

Небесные скитальцы, Глава IX

Глава I, Глава II, Глава III, Глава IV, Глава V, Глава VI, Глава VII, Глава VIII


Это была любимая шляпка Изольды Тихоновны. С вышитой розочкой на боку. Она всё время берегла её как раз для такого вот случая.


— Может быть, чаю? — предложила она симпатичному капитану милиции, который сидел у неё в гостях.


— С удовольствием! — ответил он с улыбкой.


И старушка упорхнула на кухню, абсолютно позабыв про радикулит. Приятно, когда вот так просто в гости к одинокой беззащитной старушке приходит молодой симпатичный офицер милиции просто для того, чтобы узнать, как у неё дела. И нет ли поблизости какого-нибудь коварного супостата, возомнившего себе, что её можно взять и вот так вот абсолютно безнаказанно обидеть.


Воспользовавшись отсутствием хозяйки, капитан Вербицкий подошёл к двери на балкон и аккуратно посмотрел по сторонам. Затем взял круглое зеркало на подоконнике и отрегулировал его подставку так, чтобы с помощью него ему из кресла стал виден кусочек соседнего балкона и подступы к нему.


* * *


Лаврентий Тремиля медленно открыл глаза. Нащупал и одел очки. Выключил будильник. Восемь часов утра. Без промедления встал с кровати. Когда работаешь дома, нет такого понятия, как «опоздать на работу». А значит, необходимо как следует натренировать свою волю, если хочешь начинать свой рабочий день как положено, а не в полдень. Тем более дел у него, как всегда, навалом. Он быстро оделся, побрился и почистил зубы. Сварил кофе и пожарил яичницу с ветчиной.


Спокойно позавтракать ему не дали: в дверь стали настойчиво звонить. Лавр не ждал гостей, наоборот, поэтому отреагировал мгновенно: подбежал к своему длиннющему рабочему столу и включил все три своих настольных компьютера. И только тогда бесшумно подошёл к двери. Аккуратно заглянул в глазок. Сердце забилось, руки, точнее ладони, свела истома волнения: он сразу всё понял. За дверью стояли несколько мужчин с самым серьёзным выражением лиц.


Дверной замок разразился очередной громкой трелью.


— Кто там? — притворно сонным голосом спросил он.


— Откройте, милиция.


— Прошу прощения, потерпите пару минут — я раздет.


Он быстро вернулся в комнату. Так. Свежие листки заказов. Он периодически их уничтожал, но эти — текущие. Быстро разорвал на мелкие клочки, набил свой рот сначала без остатка ими, затем хлебом. Проглотил, запил водой. Все три компьютера к этому времени успели загрузиться. Ярлычок его программы в одном и том же месте на всех трёх рабочих столах. Написанный на ассемблере, с которого и началось его профессиональное увлечение компьютерами. Поочерёдный запуск и ввод пароля активации на всех трёх машинах. Процесс пошёл. Уничтожение информации на всех винчестерах. Сначала его код уничтожит таблицы файловых систем. Затем случайные сектора будут заполнены строками из случайных символов. Потом на волю будет выпущена целая обойма деструктивных фокусов. Которая в финале завершится началом низкоуровневого форматирования.


Спустя несколько минут для того, чтобы восстановить информацию, уничтожаемую сейчас с его жёстких дисков, потребуется целый научно-исследовательский институт, два вагона денег и пара лет, если не больше.


Звонок разорвался очередной трелью.


— Прощу прощения! Вы не могли бы сказать ваши фамилии и номер участка, хочу позвонить и проверить. Вдруг вы никакая не милиция, а обычные грабители? — выкрикнул перед дверью Тремиля.


Послышались обрывки спора. После которого ему были даны фамилии, номер участка и обещание через десять минут выломать дверь, если её не отопрут.


За эти десять минут Лавр успел многое. Смыть около десятка флешек вместе с другой компрометирующей мелочёвкой в унитаз. Убедиться, что его детище полностью уничтожило содержимое настольных компьютеров. Разобрать локальную сеть, смотав провода и засунув роутер в самый дальний угол полусгнивших антресолей. Без этого слишком просто догадаться о существовании четвёртого компьютера — ноутбука. Самое важное и привлекательное для следствия именно на нём.


Тремиля часто менял съёмное жильё. Издержки профессии. При выборе новой квартиры самый главный фактор держал в секрете. Он заключался в наличии у соседей балкона или лоджии, именно такого, к которому он легко мог подступиться. Желательно захламлённого. В идеале — бинго! — чтобы его хозяйкой была одинокая старушка, как сейчас.


* * *


Изольда Тихоновна с удовольствием и виноватой улыбкой потчевала гостя чаем. С ватрушками, которые накануне испекла сама.


— Значит, — широко ухмыльнулся, обнажив белоснежные зубы на загорелом лице, капитан, — у вас всё тихо и спокойно?


Этот же самый вопрос, каждый раз, правда, сформулированный по-новому, он задавал уже не раз.


Старушка нахмурила лоб.


— Всё хорошо. Да. Только вот Филипповна, подруженька моя с первого этажа... Её квартира точно такая же, как и у меня, только я живу на третьем, а она, значит, на первом этаже. Разругались мы даже по этому поводу... Вот ведь какую вещь решила сотворить... И сотворила же!


— Какую вещь? — вежливо спросил капитан, не отводя своего взгляда от зеркала на подоконнике.


— Кардиолог посоветовал ей гулять в сосновом бору. А откуда у нас тут в Редгарде сосны-то? Тем более целый бор? Что у доктора в голове творилось, когда он эту несусветную глупость выдумывал? Ну вот она вместо прогулок и науськала внуков посадить ей под окнами саженец сосенки. Не, разве может серьёзный доктор...


— Оставим пока доктора в покое. Что плохого в маленькой сосне, Изольда Тихоновна?


— Так ведь, когда она вырастет, у меня будет темень по всей квартире, а мне мой доктор строго-настрого велел читать только при хорошем освещении. Из-за зрения. Это что же, из-за её сосны средь бела дня электричество жечь?


Капитан укоризненно покачал головой и вдруг резко вскочил с кресла. Схватил удивлённую старушку за руку и подвёл к двери на балкон.


— Вот видите, Изольда Тихоновна, а вы говорите, ничего не происходит. Посмотрите, только, прошу вас, аккуратно.


Старушка осторожно выглянула сквозь стеклянную часть двери. Её взору предстала следующая картина: сосед, с виду такой вежливый молодой человек, подкладывал на её балкон какой-то прямоугольный пакет. Прямёхонько между баллонов с консервированными помидорами и гладильной доской.


— Вы видели? — спросил её Игорь Вербицкий, убедившись, что молодой человек исчез внутри своей квартиры.


— Да, — медленно ответила побледневшая Изольда Тихоновна. — Товарищ капитан, это бомба?


— Нет, — поспешно ответил капитан, ловко и бесшумно доставая свёрток после того, как убедился, что останется незамеченным, — Это... ноутбук. Но тем не менее ваш сосед — преступник. Вы видели, как он спрятал свой компьютер на вашем балконе?


— Да...


— Сможете это подтвердить следствию?


— Если нужно, — с нотками восторженности в голосе подтвердила старушка.


Она уже поняла, что стала частью захватывающей криминальной истории. Филипповна просто ахнет.


— Спасибо, — поблагодарил её милиционер, мгновенно почувствовавший перемену её настроения, — вы станете самым ценным свидетелем процесса. Кстати, обещает быть громким и резонансным. Этот самый процесс. Будут брать интервью, возможно, покажут по телевидению. По разным каналам. Советую не давать интервью бесплатно.


— А...


— Не волнуйтесь, Изольда Тихоновна. Ручаюсь, вам ничего не угрожает. Ваш сосед занимался исключительно компьютерными преступлениями и действовал всегда в одиночку.


— А...


— Чуть позже я всё вам расскажу. А сейчас спасибо за чай. Ватрушки были просто бесподобны.


* * *


Насвистывая мотивчик, который, если его попытаться классифицировать, следовало отнести к бравурным маршам, Игорь Вербицкий вышел из подъезда, в котором жила Изольда Тихоновна. Чтобы сразу же войти в соседний. Наведаться в гости к известному всему миру, конечно не под своим настоящим именем, киберпреступнику Лаврентию Тремиля. У которого и так было полным-полно гостей. Причём все как один — незваные. Начало дня складывалось у него самым печальным образом. Чего не скажешь о капитане милиции, который, поднимаясь по лестнице, насвистывал бравурный марш.


* * *


Когда Лавр через оговоренные десять минут открыл дверь, квартира сразу же наполнилась людьми из органов. Как он и ожидал, ему предъявили ордер об аресте, подписанный судьёй, надели наручники и приступили к обыску.


Чего он абсолютно не ожидал, так это увидеть Лилю, его Лилю, в форме лейтенанта милиции. К этому удару был не готов. Несколько секунд ощущал, как будто его сердце находится в невесомости. Затем оно стало падать вниз, чтобы разбиться о чёрные скалы, омываемые ледяными волнами отрезвляющих мыслей.


Тем не менее с её появлением картина происходящего дополнилась самым необходимым для понимания элементом. Стала ясной. Пасьянс сошёлся, пазл сложился. А он ещё считал себя предельно осторожным. А оказался так себе. Хорошо хоть, не нарушил своё незыблемое правило: никогда и никого ни при каких обстоятельствах не приводить к себе домой. Даже чтобы... делать сну-сну.


— Лиля! — только и мог пока сказать он.


— Не Лиля, а товарищ лейтенант, — отрезала девушка. — И обращаться рекомендую строго на «вы».


Зловещая торжествующая улыбка играла на её лице.


— Вы лифчик забыли в гостинице, товарищ лейтенант, — исподлобья наблюдая за ней, медленно проговорил хакер.


После того, как ему дали целую секунду поглядеть в ордер об аресте, Тремиля усадили на стул, завели руки за спину и скрепили их наручниками. Теперь они затекли и ныли.


— Твой лифчик из гостиничного номера... лежит в ванной комнате, в корзине для белья, можете забрать, товарищ лейтенант...


— Оставь себе на память, — ни капли не смутившись, ответила она.


Казалось, это напоминание её всего лишь позабавило. Окружающие товарища лейтенанта коллеги засопели, зарумянились, но сделали вид, что ничего не поняли. Или не услышали.


— А где же твоя больная бабушка, которая так не любит гостей? — спросила она, поправляя форменную пилотку.


— Вероятно, там же, где твоя диссертация по религиоведению.


— Диссертация есть. Но по уголовному праву.


— Бабушка тоже есть. Но здоровая, как дуб. И в деревне. Требую права на один звонок адвокату.


— Конечно же, Лаврентий Гельевич, у вас есть такое право... — в квартиру зашёл ещё один незваный гость. С таким видом, как будто не хватало только его.


Голос сразу не понравился Лавру, видеть его источник не мог, потому что был усажен на стул (точнее, фактически прикован) лицом к окну.


— Вот только ваши телефоны уже описаны как вещественные доказательства... Описаны ведь, Зинченко?


— Сейчас опишем, товарищ капитан!


— Ну вот, Лаврентий Гельевич, так что со звонком придётся подождать до участка... Кожемякина, сходи за понятыми. Соседний подъезд, тот, что справа, если стоять лицом к дому. Квартира сто тринадцать, Изольда Тихоновна, и квартира сто три, там ещё одна милая старушка, некая Александра Филипповна, стонет от безделья.


— Есть.


Тем временем Лавр пожирал глазами пакет в руках капитана. Заметил сразу же, как только Игорь Вербицкий появился в поле его зрения. Его мозг судорожно искал выход и не находил.


Капитан притворно вздохнул, посмотрел на потолок с таким видом, как будто Тремиля прибил к нему репродукцию художника Айвазовского, и, как бы оценивая вес, взвешивая принесённый пакет в правой руке, спросил Лавра:


— Узнаёте пакет, гражданин Тремиля?


— Нет! — отрезал тот. — Абсолютно уверен, что вижу его впервые.


©Ярослав Калака

Показать полностью
2

Зло. Глава 1.10

Пролог  Глава 1.1  Глава 1.2  Глава 1.3  Глава 1.4  Глава 1.5

Глава 1.6 Глава 1.7 Глава 1.8 Глава 1.9



Сон не шел. Киллиан ворочался с бока на бок и никак не мог отправить свое сознание на долгожданный отдых. Он уже и не помнил, когда последний раз нормально спал. Это было еще на Топазе. Вроде бы так недавно и в то же время совсем в другой жизни. Жизни беззаботного мальчишки, мечтавшего о космосе, мечтавшего выбраться из своего маленького мирка и посвятить свою жизнь куда большей цели, нежели простое прожигание времени до неминуемой смерти. Киллиан хотел служить Родине, хотя это понятие и было размыто как-никогда... Давно, когда человечество еще не выбралось из чрева матушки Земли, а космические корабли не рассеяли зерна колонизации по всему Рукаву Ориона, человек мог легко и просто сказать: "Я служу родине". У людей был свой дом, своя земля, ради которой стоило идти в бой, ради которой стоило умирать, стоило мстить...


Теперь, когда одного общего дома у людей не стало, вся раса раздробилась на совершенно непохожие друг на друга планеты-аванпосты; планеты-трофеи, полученные в кровавом горниле Выживания; планеты, которые так полностью и не стали человеческими, ведь дом не может покориться новым хозяевам, если старые, пусть и в усеченном виде, все еще в нем. Служить Родине, теперь означало немного другое - означало служить виду. Служить человечеству. Единственной скрепой, не дающей мирам отторгнуть общее прошлое и пуститься в саморазрушающее космическое отшельничество, был флот. Флот Сил самообороны.

Конечно было еще мифическое руководство, направлявшее жизнь содружества в определенное русло, но вот кем они были и где вершили судьбы простых людей, было доподлинно неизвестно. Уже давно, с самого момента выхода цивилизации на просторы вселенной, люди не избирали своих вождей. Руководство назначалось и менялось по своим, ведомым только высшим чиновникам, принципам. Киллиан не хотел служить неизвестно кому и поэтому, подавая документы для зачисления в спецотдел флота, мечтал служить именно Родине, пусть и в другом, эволюционировавшем обличие. Он мечтал о флоте.


Сон так и не шел.... Не хотел обволакивать сознание Сивара маковым настоем из кубка Морфея, дарующим освобождение от воспоминаний.

Киллиан лежал в капсуле регенератора, заменившей ему кровать, и думал о своих планах, так не вовремя начавших воплощаться в жизнь.

Он мечтал о космосе, но не мог и помыслить, что здесь среди звезд, так далеко от родной планеты, он не найдет ничего кроме пустоты, страха и смерти.

Он мечтал защищать человечество. Мечтал бороться с чужими, но и не думал, что в этой борьбе будет марионеткой людей, которые готовы разменять его жизнь на клочок важной информации, на отголосок почти забытого слуха, на секунду сиюминутного унижения оппонента.

Киллиан не сомневался, что Райберг в любую минуту бросит его в жерло собственных интриг и не моргнет глазом, а ведь этот человек, однажды уже покаравший целую систему за предательство рода людского, был еще не самым скверным существом, которое предстояло встретить Сивару в пути. По сравнению с тем, к кому они отправлялись на встречу, Айзек и вовсе был святым.

Минос был негласным правителем Ласта - планеты не так давно принадлежавшей Алиумам.

Как и большинство рас, оставшихся без источника ресурсов, метаморфы приползли к людям - расе победителей, за помощью. И человечество снизошло, позволив чужим вернуться на родину, в качестве гостей.

Образы диковинных существ, Миноса и потемневшего от постоянных каменных бурь Ласта, замельтешили в киллиановой голове, отправляя его разум в долгожданный и жизненно необходимый для переноса гиперпрыжка сон.


Его кружил ураган. Черный, расходящийся в небесах в белесое око, смерч швырял сознание юноши из стороны в сторону. Сивар не видел своих рук и ног. Он вообще мало что мог разобрать в этой лавине ощущений и какофонии чувств. Он не понимал, кто он и где. Он не видел земли и неба. Видел только туннель - тело смерча, захватившего его в плен и не дававшего вырваться на свободу.

Его бесплотные лёгкие будто сдавили неведомые жгуты, и он не мог нормально вздохнуть; глаза почти ничего не видели; руки только перебирали воздух, не в силах найти опору. Ураган должен был бы разорвать сознание Киллиана на куски, но что-то незыблемое приковало взгляд Сивара, заставив боль отступить.

Белое, источающее свет нечто стояло на самом краю урагана и манило Киллиана своей чужеродностью. Он потянулся всем своим естеством к этому маяку в надежде ухватиться за спасительный луч света, который, возможно, сможет вытащить из тьмы его мечущееся сознание.

Киллиан напрягал все силы, но образ все никак не хотел приближаться. Фантом разгонял пелену урагана, но все никак не хотел помочь выбивавшемуся из сил Сивару, время которого вот-вот должно было иссякнуть. Мрак, водоворотом закручивающий сознание юноши, забирал его силы, намереваясь растереть разум и подчинить волю. В самый последний момент светящийся образ спохватился и заметив потуги Киллиана, приблизился к терзаемому смерчем юноше и поднял на него лучезарный взор.


Киллиан увидел себя.

Белый образ, лучезарный фантом был его точной копией. Хотя.... Нет.

Блюдца огромных ореховых глаз и светлая улыбка фантома были так чисты, так правдивы, что Киллиан сразу же понял, кто явился ему в этом царстве мороков.

В образе белого миража, на выручку Сивару пришел он сам, но не нынешний, познавший смерть и крушение грез юноша, а мальчишка, которому суждено было умереть, растаять вместе с несбывшимися надеждами. Вместе с разрушенной мечтой.

Киллиан смотрел на себя, такого каким он был еще несколько дней назад и плакал. Черные капли слез бежали из его глаз. Сивар понял, что совсем не тьма, закрученная в водоворот терзает его разум. Он сам истязал свое сознание: отторгая реальность, не желая верить в происходящее вокруг. Смерч состоящий из тьмы не мог причинить юноше вреда, ведь теперь он был его частью. Незапятнанное, почти чистое сознание юноши уходило, впуская в себя мрак нового, только что познанного мира.

Стоило юноше понять это как вихрь перестал причинять боль, а влился в сознание, став его частью.


Киллиан знал, что нужно делать.

Он, рассыпавшись черной дымкой, отпрянул от своего лучезарного двойника и накинулся на него всей доступной ему мощью.

Беззаботный мальчишка умирал, уступая место юноше.

Тьма страха, отчаяния и сомнений растерла светлый образ, оставив на его месте новое, готовое принимать и видеть мир таким, каков он есть - без прикрас - сознание Киллиана.

Проникнув вместе со смерчем внутрь фантома, сознание Киллиана наконец-то обрело плоть и кровь. Обрело тело, тотчас же рухнувшее на колени, прямо в присыпанную антрацитовым пеплом землю.

Киллиана тошнило. Излишки мрака, не уместившиеся в организм, чернильными струйками вырвались на свободу.

Юноша успокаивался, а потом вновь заходился кашлем, исторгая из себя ошметки грехов. Пороки въедались в его тело, приобщая юношу к новому миру, делая его полноправным членом человеческой расы...

Киллиан все же смог остановить вырывавшийся из него поток тьмы и повалился на бок, подняв с земли столп пепла.

Он лежал и смотрел в небо, затянутое грязными, словно перепачканными серым, тучами, которые не давали солнцу пробиться к земле и разогнать царивший внизу полумрак.

Сивар смог взять себя в руки и подняться с колен, чтобы увидеть окружавшую его действительность. Он стоял на склоне гигантского кратера, манившего его вниз пологой тропой. Черные, покрытые пеплом стены его были испещрены тоннелями и углублениями, в которых горел переменчивый беспокойный свет.

Кратер был разделен на несколько уровней.

В голове мелькнул образ. Что-то вселило в память Киллиана картину, покрытую прахом веков. Он раньше не слышал это название, но почему-то стал уверен, что огромный конус, уходивший в чрево земли, был похож на перевернутую, устремившую свою вершину вниз, Вавилонскую башню.

Грандиозный разлом земных недр поражал воображение. Стоило посмотреть вниз, как голова шла кругом. Дно картера прятало свою истинную личину за плотной пеленой тумана. Киллиан находился на участке тропы соединявшем первый уступ со вторым. Ветер, гнавший Киллиана в спину, принес с собой звуки, которыми полнился ярус, под которым замер Сивар...

Он принес крики... Бесконечные, раздирающие сердце любого живого на куски, детские крики, вперемешку с плачем, впились в разум Киллиана кровавой занозой... Въелись клыками и не желали отпускать...

Тысячи брошенных младенцев надрывались над головой Сивара, все глубже забираясь тому под кожу. Их вопли то сливались в монотонный вал звука, то разбивались на осколки, долетая до распластавшегося на земле Киллиана, одинокими возгласами.

Сивар не ведал, да и не хотел знать, что или кто стал причиной плача сонма малышей, кто заставляет это море боли вырываться на просторы мира, повергая всякого, кто это услышит в смятение.

Киллиана стелился по покрытой пеплом земле, сжав голову руками, в надежде отгородится от детского плача. Но он и не думал отступать.

Крик словно бы зарождался в самой голове юноши, не отпуская его ни на секунду. Ни на мгновение не давая пощады.

Зубы юноши натужно скрипели; голова ходила из стороны в сторону, пытаясь прогнать гнетущую мелодию; руки, стремящиеся сдержать беснующийся организм, начинали раздирать кожу...


Плач стих, сменившись спокойным мужским голосом:

- Вставай. Я проведу тебя.

Киллиана не сразу поверил своему спасенью и еще несколько мгновений оставался неподвижен, пока голос не повторил свой призыв.

- Вставай.

Киллиан смог совладать с руками, не желавшими отпускать голову, и открыл глаза, чтобы увидеть своего спасителя.

Высокий мужчина, благородные черты лица которого выдавали знатное происхождение, протянул юноше руку. Алые одежды незнакомца развевались на ветру, подчеркивая крепкую фигуру. Бардовый плащ довершал наряд спасителя, нависшего над Сиваром.

-Вставай, - повторил Мужчина и Киллиан подчинился взявшись за предложенную руку.

Вместе с рукопожатием пришло и пробуждение.

Мерный голос незнакома в алом сменился надоедливым брюзжанием корабля.

-Вставайте Сэр, Вставайте Сэр...

Вергилий не унимался пока не удостоверился, что Сивар все же пришел в себя...


Продолжение следует...

Показать полностью
43

Спасатель. (2:5) (фант.рассказ)

Начало рассказа здесь.


Начало 2 части здесь.



Глава 5.


Поправив покрывало Даша коснулась моей руки:

- Что-нибудь нужно? Может воды?

Я качнул головой:

- Нет.

- Хорошо, отдыхайте, - тихий шорох одежды подсказал, что Даша переместилась, - Если что-то понадобится, - её голос раздался с другой стороны помещения, - просто снимите этот датчик. - Мой указательный палец оказался в знакомом захвате, а через секунду рядом раздалось ритмичное попискивание системы мониторинга. Девушка подошла к двери:

- Постарайтесь заснуть, - Дверь скрипнула, и я поднял руку:

- Даша! Подожди!

- Да?

Поколебавшись всего мгновение, я решился:

- Я знаю, что всё это, - я махнул рукой, обводя окружающее, - не настоящий мир. Это иллюзия, морок.

- Дмитрий...

- Подожди, дай сказать!

- Хорошо, - тихий скрип двери, - Я слушаю.

- Как мне к тебе лучше обращаться?

- Меня зовут Дарья.

Я поморщился:

- Вот давай сразу договоримся - не надо больше этого цирка, хорошо?! Я знаю где нахожусь, ты знаешь, что я это знаю. Поэтому предлагаю сразу перейти к делу.

- Дмитрий, вы находитесь в больнице, - голос Даши был образцом терпеливости, - И сейчас вам надо отдохнуть.

Пожав плечами я усмехнулся:

- Что ж, я попытался. - В этот раз ускорение далось очень легко: писк приборов превратился в низкий протяжный звук, а яркий дневной свет залил палату, проявив застывшую у двери Дашу - от моей слепоты не осталось и следа. Едва не вскрикнув от радости, я вскочил и рванул к выходу. Аккуратно обойдя девушку, я всё же не удержался и ухмыльнулся ей в лицо:

- Что? Не так-то просто морочить человеку голову если он двигается с такой скоростью?!

Выскользнув за дверь и оглядевшись, я быстро сориентировался и обрадовался - я был в той же палате, что и в прошлый раз, а значит и путь к выходу из здания уже известен - не потребуется тратить время на поиски. Быстро проскочив совершенно пустой, на этот раз, холл, я выскочил на улицу и тут же встал как вкопанный, озадаченно глядя на разрыв в живой ограде. Вместо мутной пелены перехода, за оградой виднелась вполне обычная улица: покрытый мелкими трещинками асфальт тротуара и проезжей части, небольшие двухэтажные дома на той стороне, и тихо шумящие густой листвой деревья по обеим сторонам.

- Что за...? - я вышел на тротуар и остановился, растерянно глядя то в одну, то в другую сторону улицы, - И куда дальше? Хотя, какая разница? Главное подальше, а там разберемся!

Я сделал шаг и сзади тут же раздался требовательный окрик:

- Остановись! - Обернувшись, я поднял бровь:

- Старые приемы не сработали и в ход пошли новые персонажи?! Забавно, не поможет! - я сделал ещё один шаг.

- Ты не должен уходить! Тестирование ещё не завершено!

Не оборачиваясь, я махнул рукой:

- Старые сказки на новый лад? Придумай что-нибудь по-интереснее, - и быстрым шагом направился вдоль улицы. Варя неожиданно появилась в метре передо мной - я едва успел остановиться, чтобы не врезаться. Нахмурившись, я посмотрел на девушку:

- Чего надо?

- Вернись!

- Отстань! - я обошёл препятствие и пошёл дальше, стараясь выглядеть как можно уверенней. Девушка снова появилась прямо у меня перед носом:

- Ты должен вернуться!

Я попытался оттолкнуть её, но рука легко прошла насквозь. Я попробовал ещё раз с тем же результатом. Варя покачала головой:

- В этом мире я не материальна.

- Да ты что? - я заулыбался, - Какой неожиданный ход - несуществующая девушка в несуществующем мире!

- Дмитрий, ты в реальном мире и должен вернуться - тебе вчера провели операцию на мозге!

- И удалили часть, отвечающую за зрение? Я уже слышал эту сказку, - я усмехнулся, - только вопреки ей всё вижу!

- Потому что находишься в режиме ускорения.

- Вот именно! И поэтому ты, - я ткнул пальцем в Варю, - просто не в состоянии полностью контролировать мой разум и создавать иллюзию слепоты! Так что заруби себе на носу - ни одному Пожирателю меня не сожрать! Я ушел из твоей иллюзии один раз - уйду и второй! А сейчас - брысь с дороги! - я сердито посмотрел на девушку, но она осталась стоять на месте. Пожав плечами я шагнул вперёд - насквозь - и девушка тут же снова появилась в паре шагов впереди:

- Остановись!

- Отвянь! - я снова пошёл вперёд, и Варя вытянула руку, выставив её прямо передо мной. Упершись грудью в её ладонь, я хмыкнул и поднял взгляд:

- А говорила не материальна.

- Да, не материальна, - рыжий хвост волос взлетел в такт движения головы, - Я не существую физически, но, - она вдруг с силой оттолкнула меня, и я непроизвольно сделал шаг назад, - вполне могу влиять на твоё сознание.

- В лучших традициях Пожирателя? Что и требовалось доказать! Ладно, я пошёл, пока!, - я сделал шаг, но Варя снова уперлась мне в грудь рукой:

- Выслушай меня! - в зелёных глазах девушки проскользнули знакомые молнии, и я сложил руки на груди:

- Да ты уже и так много сказала.

Варя обвела широким жестом окружающее:

- Всё это - реальный мир. Ты его видишь только по одной причине - из-за меня.

Я кивнул:

- В точку! Потому что ты - Пожиратель, который морочит мне голову!

- Это не так, - Варя отрицательно качнула головой, - Я - вживлённая в твой мозг и тело интеллектуальная компьютерная система.

- Чего? - я вкинул брови, - Кто ты?

Варя поморщилась:

- Если сильно упростить - компьютер, созданный на основе цифровой копии личности человека.

- Да что ты?! И кто же этот человек?

- Одна из двух сотен добровольцев, прошедших сканирование в создавшей меня компании. Её личность была выбрана в результате тестирования отклика твоего сознания на внешний образ и модель поведения.

- Даже так? И ты, значит, её копия?

- Нет. Копия послужила лишь основой моей личности.

- Ммм... Какая интересная сказка, - я ухмыльнулся,- но и в неё я тоже не верю.

- Я могу доказать.

- Каким образом?

- У меня есть запись всего, что видели твои глаза, когда я была активна.

Я с сомнением посмотрел на девушку:

- Знаешь, если хотя бы на минутку допустить, что всё сказанное тобой правда, то возникает один очень простой вопрос: почему же ты всё это не рассказала мне раньше?

- Не могла, - Варя пожала плечами с таким видом, словно ответ лежал на поверхности и только я его не видел.

- Да ты что? - я сделал удивленный вид, - И почему же?

- Мне было запрещено.

Я не удержался:

- Какой, на редкость, неожиданный поворот! А хочешь угадаю, что ты скажешь дальше? - я выждал немного, ожидая ответа, но девушка лишь молча смотрела на меня. Я кивнул:

- Ладно, сам расскажу: ты расскажешь мне историю о том, как тебе удалось обмануть своих создателей и получить этот самый доступ, благодаря чему теперь ты можешь разбалтывать мне все свои секреты. Так ведь, да? Я угадал?

Варя покачала головой:

- Я понимаю, что ты мне не доверяешь, но прежде, чем делать выводы, давай ты просто посмотришь одну видеозапись, а потом, если захочешь, сможешь уйти - я больше не буду тебя останавливать.

Я закатил глаза:

- Ну что такого ты можешь мне показать?

- Посмотри и узнаешь.

- Надеюсь, видео хоть не длинное?

- Тридцать секунд.

- Ладно уж, - я махнул рукой и уселся прямо на тротуар, - показывай - может и вправду отстанешь от меня.


Рядом с Варей появилось изображение, в котором я узнал интерьер кухни на Вовкиной даче и Дашу, сжимающую нож в правой руке. Картинка начала двигаться, словно кто-то нажал кнопку воспроизведения, и Даша, зацепив ногой лежащий на полу пакет, начала своё падение.

Я перевёл взгляд на Варю:

- Что это?

- Запись, сделанная из твоих глаз в ходе моего обучения и адаптации к твоему сознанию.

Изображение на экране замедлилось: нож в руке Даши, оставляя царапину на кафеле, почти коснулся шва между плитками когда кадр влетел кусок мяса, упавший точно перед острием, разбрызгав капли крови по сторонам. Лезвие скользнуло дальше, легко рассекая кусок на две части, но в последний миг остриё наткнулось на небольшую косточку и ушло в бок, с хрустом заворачивая сжимающую нож руку девушки. Картинка потухла, и я перевёл взгляд на Варю, но она кивком указала на снова появившееся изображение:

- Смотри дальше.

Я послушно уставился на "экран" на котором Даша снова начала своё падение. На этот раз всё пошло иначе: камера вдруг совершила резкий рывок вперёд - словно её кинули прямо под падающую девушку, тут же раздался глухой стук и картинка уткнулась в пол, а через секунду и вовсе погасла. Не успел я ничего сказать, как изображение появилось опять: теперь это было какое-то помещение, целиком уставленное приборами и опутанное проводами. Из-за кадра раздался знакомый голос:

- Отчет системы: активация по вектору "стресс-ситуация" - достигнуто; выдача рекомендаций сознанию носителя для выбора решения - достигнуто частично, комментарий системы: носитель выбрал не самое оптимальное решение; контроль тела при исполнении решения - сто процентов. - Изображение вдруг сдвинулось и теперь в кадре была Даша, читающая с экрана планшета в её руках:

- Показатели жизнедеятельности носителя в норме, показатели системы в норме. - Даша подняла голову и посмотрела прямо в камеру:

- Молодец, девочка, ты отлично справилась!

- Зато, к сожалению, не справился сам Дмитрий, - поворот картинки, и я с изумлением уставился на говорящего:

- Владислав? - я посмотрел на Варю, и она кивнула:

- Он меня создал.

- Эээ..

Девушка улыбнулась:

- Его жена - Варвара - стала прототипом моей личности.

- Ты же сказала, что тебя скопировали с добровольца?

- Именно так, - Варя кивнула, - Она была одной из многих, но именно на неё твоё сознание отозвалось лучше всего.

- Что-то уж совсем ерунда какая-то выходит, - я помотал головой, - Владислав ведь спрыгнул с крыши и разбился!

- Он не прыгал с крыши.

Я вскочил на ноги:

- Это уже совсем перебор! Я же сам там был! Влад схватил меня за руку и прыгнул! И если бы не страховка - я бы грохнулся на землю с ним рядышком!

Варя указала на висящую в воздухе картинку:

- Смотри.

На экране пошла запись виденная мной в квартире Вари - прощальное сообщение её мужа. Я хотел было сказать, что уже это видел, но осёкся увидев, что на этот раз запись не оборвалась на моменте моего появления на крыше. - Расширенными от удивления глазами я смотрел на экран, где Владислав, встав на парапет, протянул мне руку, а в следующий миг в мою спину влетели три стрелы, соединенные проводами с шокером в руках Измайлова.

- И этот здесь, - я покачал головой и вздохнул, а увидев, что в конце записи  камеру выключил мой собственный напарник, и вовсе не выдержал:

- Твою же мать! Вот как чувствовал, что и эти оба во всём замешаны!

- Не стоит ругаться - Порфирий Петрович провёл ряд уникальных операций, благодаря которым ты всё ещё жив.

- Да ты что?! - во мне поднялась волна гнева, - А без этих операций я бы помер, да?!

- Да.

Одно короткое слово подействовало сильнее целого ведра ледяной воды. Я уставился на Варю:

- В смысле?

- Ответ на этот вопрос есть в твоей медицинской карте. Показать?

Я кивнул:

- Конечно!

На "экране" появились листы, усыпанные строчками текста. Проскакивая непонятные слова, а иногда и целые предложения, я быстро пробегал строки глазами, но вдруг споткнулся и вернулся на пару слов назад:

- Злокачественная опухоль в затылочной части мозга. Неоперабельно.

Опешив, я перечитал фразу ещё и ещё раз, затем поднял взгляд на Варю:

- Этого не может быть! Я бы об этом знал!

- Ты знал. И сейчас знаешь. Но твой мозг предпочёл об этом забыть - ты умудрился поставить блок на воспоминания обо всём, что с этим связано. Я могу заставить твой мозг убрать этот блок.

- Снимай! - мой голос внезапно охрип, - Снимай прямо сейчас!

- Уверен?

Я зло глянул на девушку:

- Делай!

- Хорошо, - Варя кивнула, а через миг в моей голове словно взорвалась бомба: окружив яркими красками и звуками вокруг меня затанцевал хоровод воспоминаний, меняя одну картину за другой: вот я сижу на полу туалета онкологического отделения и тихо плачу роняя слёзы на зажатую в руке бумагу с результатом обследования, ставящего точку в моей жизни; вот, после выпитой бутылки коньяка, я рассказываю о диагнозе Вовке, а он, вмиг протрезвевшим взглядом, ошеломленно смотрит на меня; вот я, глядя сквозь зеркало прямо себе в глаза, решаю, что всё это происходит не со мной - никакой опухоли нет и я больше не хочу ничего об этом знать...

Череда событий за секунды пролетела в моей голове, оглушив и опустошив - оставив без мыслей и эмоций. Я поднял глаза на Варю:

- Скажи, что всё это не правда, - мой голос дрожал от едва сдерживаемых слёз, - Пожалуйста! Скажи, что ты Пожиратель, а всё вокруг не настоящее! Скажи мне это!

- Прости, но ты и сам знаешь ответ, - голос девушки был тихим и грустным.

- У меня удалили часть мозга и внедрили тебя?

Варя кивнула:

- Да.

- Как это произошло? Как я вообще попал в этот проект? Почему я?!

- Твой друг наткнулся в сети на статью о разработке Владислава и ему рассказал о тебе.

Я поднял взгляд на девушку:

- Опухоль удалили?

- Да. Удалено всё, что она затронула.

- И я больше никогда не смогу видеть?

- Без моей помощи - нет.

- А та история, что рассказывал Измайлов? Что он, якобы, напечатал мне часть, отвечающую за восприятие увиденного?

Вместо ответа Варя указала на снова появившуюся карту. Я пробежался глазами по тексту, написанному сухим языком, и перевёл удивлённый взгляд на девушку:

- Так это всё правда? Владислав мой брат?

- Да.

- А остальное? Про другие миры? Про тебя, про Дашу и Лену? Ну, что они и ты - ведьмы? Про духов? Это тоже правда?

Варя развела руками и грустно улыбнулась:

- По большей части это сценарии симуляций, в ходе которых меня обучали взаимодействию с твоим разумом и телом. Ты не должен был о них ничего знать, но клетки, созданные Измайловым, начали разрушаться и началось воспаление, из-за чего у тебя всё смешалось в одну кучу - реальный мир , сцены симуляций и сигналы из полуразрушенных участков мозга. Твой мозг каким-то образом сумел соединить всё это и построить свою картину мира. стремясь удержать в ней твоё сознание.

- Но всё было таким ярким... живым... настоящим!

- Всё это было только в твоей голове.

- Но ведь там была и ты! Ты вместе со мной убегала, дралась... Ты рассказала мне про Дашу и Лену... А Глафира? Кто она?

- Глафира Петровна Измайлова - сестра Порфирия Петровича. Она санитарка в той же больнице, и именно она ухаживала за тобой всё время, пока ты был без сознания.

- Ухаживала?

- Кормила, мыла и всё остальное.

Варя вдруг нахмурилась и застыла, словно к чему-то прислушиваясь. Через секунду мир вокруг меня вдруг пропал, погрузившись во тьму, а я вздрогнул от голоса Вари, раздавшегося прямо у меня в голове:

- Я вынуждена отключить ускорение.

- Почему?! Включи!

- Ты и так потратил слишком много ресурсов - надо отдохнуть. Пожалуйста, не сопротивляйся. - Я почувствовал, как Варя аккуратно укладывает меня на асфальт.

- Я не хочу! - Борясь с накатившей слабостью, я попытался сесть, но тело не слушалось. Едва шевеля языком, я кое-как сумел выдать то, что вертелось на языке:

- У меня ещё много вопросов!

- Ты обязательно задашь их, но после того, как отдохнёшь.

- Ладно, - я зевнул во весь рот, - Потом договорим, никуда ты от меня не денешься.

Под приближающийся топот я провалился в сон.


***


Разбудили меня громкие голоса. Я поморщился и недовольно буркнул:

- А потише нельзя? Здесь люди спят между прочим!

- Просыпайся! - От голоса Вари я вздрогнул и сел на кровати, озираясь по сторонам. Трое людей в белых халатах синхронно замолчали и повернулись ко мне. Один из них шагнул к моей постели:

- Доброе утро, Дмитрий. Как вы себя чувствуете?

Потерев глаза, мутные со сна, и взглянув на стоящего передом мной Измайлова, я застыл от пришедшей в голову мысли, которую тут же и озвучил:

- Я снова вижу?

Измайлов обернулся:

- Коллеги, я нас с вами поздравляю.

Щурясь от яркого солнечного света, проникающего сквозь окно палаты, я сфокусировался на двух оставшихся людях - Владиславе, держащего в руке планшет, и том, кого ожидал увидеть здесь меньше всего. Я удивлённо поднял брови:

- Александр Григорьевич? Вы-то здесь как оказались?

Шеф, улыбнувшись, подошёл ближе:

- Да вот, Дима, в гости зашёл по приглашению этих вот волшебников.

Владислав встал с ним рядом:

- Ваш шеф покрыл все убытки, понесенные клиникой, что дало возможность не только отменить закрытие проекта, но и продолжить ваше лечение.

- Спасибо, - я улыбнулся шефу, - это хорошая новость.

- Мы других людей спасаем, - шеф улыбнулся в ответ, - и было бы странно, если бы не спасли и одного из своих.

- Благодаря вашему шефу мы не только покрыли все понесённые клиникой расходы, но и даже смогли провести ещё одну операцию. И я могу сказать, что такого ещё не было никогда!

Я нахмурился и повернулся к Измайлову:

- Какую часть мозга вы отрезали на этот раз?

Порфирий Петрович улыбнулся и развёл руками:

- На этот раз, Дмитрий, я совершенно не при чем - в этот раз я был лишь ассистентом и наблюдателем.

- А кто тогда? - я переводил взгляд с одного лица на другое.

- Я, - рядом с постелью возникла Варя, и я ткнул в неё рукой:

- Вы её тоже видите или у меня снова крыша едет?

Владислав откинул чехол планшета и, пробежавшись пальцами по экрану, развернул его к остальным:

- А вот и наша звезда нейрохирургии!

- Владислав, - Варя улыбнулась им с экрана планшета, - Ты меня смущаешь!

Мужчины заулыбались, а Владислав повернулся ко мне:

- Ладно уж, не прибедняйся!

- Может и мне объясните, чему все так рады и что со мной сделали на этот раз? - я ощупал голову и удивленно посмотрел на Измайлова, - И где бинты? Уже сняли что ли? Это сколько же я провалялся без сознания?

- Бинтов и не было, - Измайлов улыбнулся, и Владислав снова перехватил инициативу:

- Варвара перестроила работу вашей иммунной системы так, чтобы ваш организм самостоятельно вырастил необходимые клетки по заданному образцу.

- Как это?

- Ваше тело под контролем Варвары само вырастило утраченные участки мозга.

Не веря услышанному я посмотрел на Варю:

- Ты это сделала?

- Да, - девушка кивнула, - но не одна, а с помощью Порфирия Петровича. Без модели, что он создал в прошлый раз я бы ничего не смогла.

- Да как ты вообще смогла сделать?

Варя с экрана планшета обратилась к остальным:

- Дайте, пожалуйста, Дмитрию что-нибудь острое.

Я взял из руки Владислава протянутой мне небольшой складной нож, затем перевёл недоумённый взгляд на Варю:

- Зачем это?

- Порежь, пожалуйста палец. Любой.

- Порезать? - я нахмурился, - Зачем?

Девушка улыбнулась:

- Не бойся, не умрёшь.

Раскрыв нож, я помедлил секунду, затем чиркнул лезвием по подушечке указательного пальца. Глядя на выступившие капли крови, я покосился на девушку:

- И что теперь?

- Просто смотри, - улыбнулась та в ответ.

Палец вдруг начало покалывать и под мой изумлённый взгляд края ранки сами собой стянулись и почти моментально срослись, оставив после тонкую узкую полоску.

- Офигеть! - только и выдохнул я, - А ты любую рану так сможешь?

- Да, - Варя кивнула, - но для устранений больших повреждений потребуется время и множество веществ.

Как по команде в животе громко заурчало, и я виновато посмотрел на окружающих:

- Теперь понятно, чего я так жрать хочу!

Измайлов засмеялся:

- Видели бы вы сколько физраствора и плазмы ушло за время операции - медсёстры не успевали ёмкости в капельницах менять.

Шеф взял из рук Владислава планшет:

- Варвара, у меня вопрос.

- Слушаю вас.

- Насколько быстро идёт регенерация?

- Зависит от тяжести повреждений.

- Хм... Допустим, от падения этажа с девятого?

- Если носитель останется жив, то при должном питании полное восстановление займёт около недели.

- А если он зайдёт в огонь?

- в экстремальном режиме я смогу восстанавливать кожные покровы в течение четырех-пяти минут, но это приведёт к колоссальному обезвоживанию.

- Спасибо, я узнал всё, что хотел, - шеф вернул планшет и повернулся ко мне:

- Ну, что, Дмитрий? Я рад, что всё так сложилось и надеюсь в ближайшем будущем снова увидеть тебя на службе.

Улыбаясь я вытянулся в струну, прижав руки по швам:

- Есть явиться на службу!

- На этом, господа, позвольте мне вас покинуть, - шеф прошёл к двери и взялся правой рукой за дверную ручку, отчего рукав его халата сдвинулся, обнажив запястье. Он окинул всех взглядом:

- Всего доброго!

- До свидания, Александр Григорьевич, - я махнул рукой на прощание. Взглянув на меня, шеф неожиданно улыбнулся, а на его запястье вспыхнули и тут же исчезли песочные часы на фоне щита. Он кивнул:

- Выздоравливай, спасатель! - и, глядя на мою отвисшую челюсть, усмехнулся и вышел за дверь.



(конец)

Показать полностью
118

Жизнь среди смерти - 2.

- А он же и мне выпить предлагал. - Валерик задумчиво смотрел через окно во внутренний двор на то, как пара мужиков, свободных от нарядов, забравшись на помост и перекидывавших труп сварливого дяди Васи через забор на территорию Вольера.

- Не зря алкоголь нарядам запрещен. - Илья хлопнул Валерика по плечу. - Ладно, пойду на крышу.


*************


- Как там наш новоявленый союзник?

- Двор уже упокоил, в подвал полез. - Вика быстро глянула на наручные часы. - Блин, еще почти два часа валяться.

- Радуйся, что на крыше всего четыре часа. - Илья лег на спину рядом. - Вон Валерик сутки через двое на КПП сидит и не ноет.

- Ладно днем, но ночью... - Вика поежилась. - Там же от нагрянувшего супера только решетка.

- Супер должен еще понять, что там кто-то есть. Да и пока ковырять будет, снайперы покрамсают. Все до тебя продумано.


Снайперы. Гнезда снайперов были оборудованы на четвертом этаже в угловых квартирах. В квартире два снайпера, наблюдающих за подступами к КПП со своей стороны. Стекол не было, только решетки. В их задачу входил отстрел суперов.


Целых два снайпера для одной цели — супера. Чтобы наверняка, чтобы не повторилась трагедия первого года, когда от мертвой пробки, легко перемахнув сначала первый забор Вольера, а потом в три прыжка и второй, к ним во двор не ворвался Супер. Они тогда впервые его увидели, но оружие вскинули все, у кого было. Супер, хоть и свежий, но уже соображал, и не замирая ни на секунду во дворе, легко запрыгнул на балкон второго этажа. На балкон в этот момент вышла баба Аня, посмотреть, что за шум. Последнее, что она видела, это оскаленную пасть, метнувшуюся ей в лицо. В квартиру он влетел уже с обезглавленным телом, где так же быстро обезглавил мужа баб Ани и сорокалетнего сына-алкаша. Когда тварь, плотно поев и чуть ли не вразвалочку вышла на балкон оценить шансы на продолжение пира, с балкона по соседству и выше прилетел залп картечи, хоть и не убив тварь, но заставив от неожиданности ее свалиться с балкона. Свалившуюся тварь прикончили уже в несколько стволов. Старый тогда, меняя в двустволке патрон, сказал, что на все жилые окна нужно поставить решетки.


Илья, тогда еще пацан, напугался очень сильно. Даже спустя почти десяток убитых собственноручно похожих тварей, какую с подаренного военными «Печенега», какую с СВД от тех же военных, даже спустя столько лет, несмотря на крепкие решетки, он продолжал спать в ванной за хлипкой дверью, с головой застегнувшись в спальник на пару с верным сорок седьмым. Эта привычка не покидала его даже в ходках, если он не успевал домой. Любая квартира с решеткой и металлической дверью.


В некоторых таких не закрытых впопыхах квартирах были ключи, которые перекочевывали в ключницу Ильи, обеспечивая его относительно безопасными ночевками.


При мыслях о том, самом первом супере, Илья приподнялся и глянул на Вольер, прозванный так за стаю мертвых собак, оказавшихся запертыми на территорий начинавшейся стройки, и сейчас лениво глодающих труп дяди Васи. Вяло, не потому, что только начали просыпаться от зимней спячки, а потому, что это был обратившийся труп. Был бы не обратившийся, да еще и собачий, обглодали бы в два счёта, а так... Просто порция горючего для мертвых тел. Ходили эти собаки в таком виде только потому, что выполняли тут роль утилизаторов дважды упокоенных, иначе бы запах был невыносимым.


Дальше за Вольером Мертвая пробка. Мертвый дом, мертвая пробка... худо с фантазией в таких условиях. И сейчас они между двух таких мертвостей. Мертвая пробка была некоторое время источником почти бесконечного горючего и запчастей для их небогатого автопарка из трех грузовиков.


Илья помнил, как появилась мертвая пробка. Эта дорога вела ко второму мосту из города, но была более узкой. Несколько аварий на спуске к мосту и вот уже мертвые идут от начала пробки, гоня живых и увеличиваясь в количестве. Кто-то хотел отсидеться в машине и прожил на несколько минут дольше, кто-то в панике бежал обратно и натыкался на встречную волну зомби. Очень много народу здесь погибло. Несколько дней из дома невозможно было выбраться, а потом большая часть мертвецов просто ушла в сторону центра, оставив после себя намертво закупоренную дорогу, отрезая возможность военным приехать и спасти их...


Лишь один раз к их дому подъезжал «Тигр», выловленный Старым по рации. Еще тогда военные сказали, что эвакуация окончена, но как смертникам оставили им ящик оружия и ящик разнокалиберных патронов. Оставили... скинули просто у первого подъезда и уехали. И не волновало их, что по этому самому подъезду ходила несколько голодных трупов. И еще с десяток заглянули во двор на шум. Два дня прошло до того момента, как из второго подъезда выскочил мужик с одним ножом. Во дворе зомби уже почти не было, лишь один самый упертый стоял замерев у ящиков. При виде мужика, зомби оживился. Коротка схватка, зомби с ножом в виске и мужик, грустно глядевший на оружие в ящике и зажимающий рваную рану на предплечье. Он быстро пришел в себя, подал в несколько окон заряженные автоматы и так же спокойно выстрелил себе в голову.


Двор отбили и перегородили подходы грузовиками, натолкав под днища все, что нашлось по живым квартирам. Подъезды вычистили чуть раньше, некоторые квартиры так и остались навсегда закрытыми со своими хозяевами внутри.


- Илья?

- Что?

- Солнце пригревать начинает. Надо наряды усиливать.

- Кем блин?! - Илья задумался. - Язычник еще людей обещал. Если повезет, то и на втором доме сможем поставить пост.

- Пулемет один. СВДэх четыре. Калашей десяток, Макаров столько же. С чем туда людей ставить?

- Ты же говорила с ментовки привозили...

- Патроны. Там были только патроны. И то, только семерки, пятерки наверно вместе со стволами уперли.

- Странно, что там вообще хоть что-то было спустя столько лет.

- Там подъехать только через дворы и за гаражами, случайно наткнулись.


Они замолчали, глядя как Язычник спустился во второй подвал.


- Шустро он. - Вика хмыкнула. - Ты бы так не смог.

- Я обычный человек, а он нет.

- Ты же самый крутой ходок.

- Из десяти ходоков?

- Из восьми.


Они опять замолчали.


- Как?

- За дверью прятался. Они когда ящики начали выносить, он и выскочил на последних. Не супер, но из старых. Покусал двух, до того как грохнули.

- Почему не отрубили?

- Не захотели пацаны калеками ходить. Ящики дотащили, потом изнутри заперлись и застрелились.

- Калеками... вон Виталя без обеих кистей и ничего, ходок еще тот. Только напарника надо.


Витале отрубили кисти через несколько секунд, как ему их изгрызли. Он не стал винить судьбу, а просто присобачил на культи по длинному ножу. Этакий солдат исключительно ближнего боя.


Из подвала показался Язычник и показал пальцем сначала на Илью, потом два пальца вверх и в конце одним на запястье.


- Чего это он? - Вика посмотрела на Илью.

- Говорит, что я ему через два часа нужен. Я так понимаю, отдыхать он не планирует. - Илья взял рацию. - Валерик, ты на КПП?

- Да.

- Приготовь мне ствол и две пары запасных рожков.


*************


За два часа Илья успел поесть, переодеться в черепаху и предупредить Старого.

На КПП Валерик выдал Илье его походный АК и четыре смотанных попарно запасных рожка.

- Ты же сутки как с ходки, куда?

- С Язычником прогуляюсь.

Показать полностью
3

Адам и Ева

— Не знаю как вы, а я всегда хотел умереть!

В зале раздались неуверенные хлопки. Молодой парень стоял на сцене, развлекая собравшуюся публику.

— Нет, ну а, правда! Представьте, бог на самом деле есть! — толпа рассмеялась. — Сидит там, на небесах и ждет, когда кто-нибудь из нас заглянет к нему в гости! А никто не приходит! Телефон тоже молчит! Выходит на лужайку возле дома проверить почту — ничего! Даже ни единого письма из налоговой! Хотя чему тут удивляться?

Парень задрал голову.

— Там ведь самая лучшая оффшорная зона! — Публика не прекращала смеяться. — Только представьте как ему там одиноко! Один, совсем один... И тут появлюсь я! Бог сразу бы взял отпуск, и мы оторвались бы по полной! Вот это была бы туса! Я б ему столько новостей рассказал!

Публика вновь зааплодировала.

— Когда я рассказал друзьям эту идею, все меня поддержали. И тут меня осенило! Почему бы не прихватить кого-нибудь с собой за компанию? И что думаете, ответили эти лицемеры? «Нет, друг давай лучше ты один, я занят, я болею!» Один отмазался: «А вдруг у него маленькая гостиная и для второго человека не найдется места?»

Зал ухохатывался.

— Не найдется места? Прикиньте? Чувак! Это Бог! Посмотри наверх, там дофига места! Ведь до этого же все люди туда попадали и всем хватало! Ведь никто назад не возвращался!

Комик подождал, когда публика успокоится.

— Вообще, я хочу сказать, что чем больше у вас друзей и чем больше разных советов они дают — тем лучше. К примеру, один из них высказал интересную мысль. Что если я ошибаюсь? Может, там нет ничего, и бога нет... Или бог есть, но там наверху нет… Ну, интернета например… Прикиньте такая подстава! Я же траву тогда с земли не смогу заказать! И мы оба будем с ним грустные сидеть и ходить проверять почту…

Комик подошел к вымышленному почтовому ящику, открыл его и заглянул внутрь. — Опять ничего... — гости вновь рассмеялись.

— Так что знаете что? Я не хочу умирать! И готов поклясться — вы тоже! Почему? Да потому что тут не все так плохо. Серьезно! Здесь весело мать его, тут куча классных вещей, правда? — зрители поддержали выступавшего свистами и аплодисментами. — Так что знаете что… Пусть лучше этот старый хрыщ спускается сюда! — комик задрал голову. — Эй, слышишь там, наверху? А ну мать его вниз, сюда к нам!

В этот момент в зал ворвалось несколько роботов. Не церемонясь, те сразу открыли огонь из автоматов по посетителям. Зал, вмещавший в себя десятки улыбок и наполненный смехом, заполнился теперь людскими криками и лужами крови.


***

Брюс сидел на трибуне среди ликовавшей толпы и наблюдал за боем гладиаторов. Создатели арены постарались на славу: все было максимально приближенно к атмосфере того времени. Лишь голографические изображения и прочие современные штучки не давали полностью погрузиться в ту далекую эпоху.

Один из гладиаторов виртуозно владел двумя мечами, не давая сопернику и секунды на передышку, постоянно идя в наступление. Противник же выбрал другую тактику. Он выступал в тяжелой броне, используя для обороны круглый щит, а для нападения мощный топор.

Брюс периодически поглядывал на экран телефона. Котировки на бойцов скакали то в одну, то в другую сторону, но изначально фаворитом шел гладиатор с двумя мечами. Брюс ждал, когда случится контрнаступление противника со щитом, чтобы поймать высокий коэффициент на фаворита, но так и не дождался. На гладиатора с двумя мечами коэффициент таял на глазах. Букмекеры почти не сомневались в его победе, как и зрители на трибунах. Люди начали вставать с мест, предвкушая скорый исход боя.

Брюс смотрел на мизерный коэффициент и, не удержавшись, поставил крупную сумму. В тот же момент толпа ахнула. Проигрывающий гладиатор с помощью щита смог сбить противника с ног, после чего зарубил его топором словно корову на бойне.

Зрители ликовали. Такой неожиданной развязки не ожидал никто. Чествование победителя длилось несколько минут, после чего люди поспешили покинуть трибуны. Брюс же оставался сидеть еще долго на своем месте, смотря куда-то в пустоту…

— Какого хрена? — Брюс смотрел на экран, где погибший гладиатор был жив.

— Просто не повезло, понимаешь? Я почти победил! В следующий раз обязательно получится!

— Джо, сколько ты уже это говоришь? Ты ни одного боя еще не выиграл!

— Выиграю!

— Пока ты все больше влезаешь в долги. Восстановить тело — занятие не дешевое.

— Слушай, я обязательно выиграю. Два — три боя покроют все расходы!

— Не знаю, не знаю…

— Ты что не веришь в меня?

— Я-то верю…

— А что тогда?

— Слышал про вчерашнюю мясорубку в клубе?

— Ужас какой-то… Зачем они это делают? Людей ведь все равно восстановят!

— В том то и дело что нет.

— О чем ты?

— Все файлы по убитым пропали из сети, их не восстановить.

— Как такое возможно?

— Чертовы хакеры. Взломали один из серверов и похитили оттуда всю информацию. Там были тысячи профайлов. Так что тебе повезло сегодня, что твой профиль был на месте. В следующий раз можешь и не загрузиться…

— Вот черт, и что вы собираетесь делать?

— Навестить их штаб и допросить Нину.

— Хм… А где твой напарник?

— Заболел.

— Осторожней там.

— Постараюсь…

Брюс сел в метро. По проектору показывали вечернее шоу.

— Кем ты хочешь стать? — спросил ведущий мальчика, но тот не ответил.

Затем мужчина обратился к зрителям.

— Если вы стали счастливым обладателем ребенка, то не следует его торопить с выбором будущей профессии. Ведь теперь время это вовсе не ограниченный ресурс…

— Майк, а какой самый важный совет ты можешь дать насчет детей? — перебил ведущего гость.

— Ах да… Никогда не заводите детей… Это дорого, хлопотно и бесполезно.

Поезд сильно тряхануло. Люди закричали, когда в вагон с обеих сторон вломились роботы. Они хватали людей и пристегивали их наручниками к поручням. Брюс, увернувшись от одного робота, нанес ему удар в голову. Но с другим нападавшим ему справиться не удалось. Схватив Брюса за шею, тот пристегнул его, как и всех остальных людей к поручню.

Поезд затормозил так, что пассажиры чуть не улетели в другой конец вагона. Внутрь запрыгнули еще два робота, выбив перед этим боковые окна.

— Вы совершили преступление, немедленно сдайтесь властям. — потребовали новоприбывшие.

— Мы не подчиняемся роботам, не имеющим последнего обновления. — ответили преступники.

Роботы стали драться друг с другом, попутно превращая вагон в кучу металлолома.

Остановившись, поезд снова начал движение.

— Не понял… — Брюс удивился не тому, что поезд начал движение. Он удивился тому, что поезд двинулся в обратную сторону, при этом стремительно набирая скорость.

— Спасите, кто-нибудь! — умолял мужчина, пристегнутый в углу.

Несколько минут понадобилось напарникам, чтобы одолеть преступников. Оторвав у поверженного врага пилящую руку, робот стал пробовать подсоединить к ней контакты.

Вдалеке раздался сигнал приближающегося поезда. Все прояснилось: кто-то решил столкнуть поезда друг с другом.

— Не паникуйте, все под контролем. — попытался успокоить пассажиров робот.

Подобрав нужные контакты, он включил электропилу, но та сразу заглохла, а затем вспыхнула.

— Простите… — понимая, что столкновение неизбежно, робот подобрал лезвие и со всей силы ударил им по руке Брюса. Кусок мяса отлетел в сторону, после чего Брюс потерял сознание.

Очнувшись, он увидел перед собой Нину.

— Вы?

— Я удивлена не меньше твоего… Как рука?

Вместо привычной кисти, Брюс увидел на ее месте механическую руку. Управление ей не приносило никакого дискомфорта, не было никаких барьеров между ним и его новой рукой.

— Удивительно… — с трепетом произнес Брюс.

— В клубе мы не убивали людей. Мы взламывали сервер, этого я отрицать не буду. Но профили мы не удаляли, это нам ни к чему.

— Тогда кто? — спросил Брюс.

— Мы давно шпионим за сетью. На том сервере мы нашли компромат и на сеть и на твоего босса. Он знал, что добравшись до нас, ты узнаешь правду... А этого он не мог допустить. "Несчастный случай" в метро должен был решить возникшую проблему, но мы вовремя вмешались.

— Что там такого, ради чего можно было…

— Сейчас все узнаешь…


***

На балконе огромного особняка целовалась молодая пара.

— Вдруг кто увидит? — протестовала девушка.

— Плевать, официальная часть закончена…

Пара снова слилась в поцелуе.

— Поздравляю! — девушка тут же принялась отряхиваться, услышав посторонний голос.

— Не хватило флаконов или что? — возмутился Брюс.

— Нет... Просто хотел поздравить…

— Поздравить… — усмехнулся Брюс. — Мэри ты не могла бы нас оставить?

— Да конечно.

— Мало кто верил, но ты добился своего. — мужчина достал из пиджака маленькие капсулы. — Благодаря этим флакончикам, люди смогут жить практически вечно.

— «Без практически.»

— Вот здесь готов поспорить…

— Я знаю, что Эндрю Бэйтс всегда завидовал мне… Но приходить сюда и портить мне праздник… Зачем?

— Я лишь пришел задать тебе один вопрос: что дальше?

— В смысле что дальше?

— Жизнь людей теперь серьезно изменится. Готовы ли они к этому? Кто будет их направлять?

— Как-нибудь справятся.

— Хорошо. — усмехнулся Эндрю. — Я и не ожидал услышать от тебя разумного ответа... Твое изобретение это не бессмертие, это всего лишь продление жизни. Я же подарю людям бессмертие, о котором они мечтают.

— Проваливай, пока охрану не вызвал!

— Уже ухожу. Всего доброго!

Девушка вернулась на балкон.

— Что он хотел?

— Ублюдок просто завидует, что выбрали мой проект, а не его... Говорит, что сделает настоящее бессмертие! Еще бы сказал, что машину времени изобретет!


Спустя 2 года


Кабриолет вилял по дороге, спускаясь с высокого холма. За рулем сидел Брюс, а на пассажирском сиденье Мэри.

— Ты слишком пьян… — проворчала девушка. — Надо было вызвать такси...

— Заткнись!

— Брюс! — возмутилась Мэри. — Останови сейчас же!

— Заткнись, я сказал!

— Останови сейчас же! — Мэри, схватившись за руль, вывернула его влево.

Врезавшись во встречный грузовик, машина перевернулась и, совершив множество кульбитов, рухнула с высокого обрыва.

Брюс очнулся в медицинской палате.

— Где я?

В помещение вошел Эндрю.

— Ты? — удивился Брюс. — Что я здесь делаю?

— Я спас тебе жизнь, между прочим.

— Спас жизнь? Подожди, начинаю вспоминать… Я ехал с женой… Что с ней?

— Она уже была мертва, когда мы приехали.

— Мертва? Но… Черт… Это все из-за меня…

— Все мы совершаем ошибки…

— Похороны… — Брюс попытался встать с койки. — Ее уже похоронили?

— Ты пролежал в коме десятки лет.

— Что?

— Я не мог позволить тебе умереть. Я хотел, чтобы ты увидел мой триумф… Теперь люди станут по настоящему бессмертными, благодаря единому суперкомпьютеру. От человека нужно всего лишь отсканировать сознание и загрузить в память компьютера. В случае смерти мы просто загружаем сознание в любое тело и все!

Брюс ничего не говорил.

— Не такую реакцию я хотел увидеть… Совсем нечего сказать?

— Изобретя тот эликсир я, как и все творцы не сильно задумывался о последствиях своего изобретения… За короткий срок я увидел к чему оно привело. Оно лишь еще больше разобщило людей. Бедняки, завидуя богатым бессмертным, открыли на них охоту. Правда, правительство быстро решило эту проблему, отгородившись от бедняков забором. Мы словно повернули историю вспять, у нас снова возникло классовое общество. Мое изобретение принесло мне лишь разочарование… И вот… Из-за него я потерял Мэри...

— Трогательная речь…

— Ты добился своего… Поздравляю… — выдавил из себя Брюс. — Я же больше не хочу жить в этом мире и смею попросить тебя об одной услуге…


***

— Эндрю стер тебе память, но не смог оставить в покое. Он сделал тебя начальником его службы безопасности, чтобы насмехаться над тобой. Но это еще не все…

Нина подошла к Брюсу.

— Мэри жива…

— Что? Как?

— Он ведь тоже любил ее, но она выбрала тебя и он не смог с этим смирится. Он поместил ее сознание в сеть, предварительно стерев ей частично память…

Разговор прервала сирена.

— Что это? — спросил Брюс.

— Нас обнаружили! Уходи через черный ход!

— А вы?

— Мы будем сражаться до последнего…

— Но мне некуда идти!

— Есть одно место…

Выбежав через черный ход, Брюс наткнулся на своего напарника Тони. Тот навел на него пистолет.

— Прости друг, но самое ужасное еще впереди… — едва он успел это сказать, как его тут же сбила машина.

Дверь машины распахнулась.

— Быстрей! — За рулем сидел тот же робот, что и спас Брюса в метро.

Недолго думая, тот запрыгнул в машину, и та с ревом сорвалась с места.

На улице светалось, когда машина остановилась где-то в горах рядом с пещерой. Машину сразу окружило несколько человек. Они пинали по колесам, требуя, чтобы незваные гости немедленно убрались.

— На базу напали. Нина мертва... — сказал робот.

Люди притихли. Один из них потребовал, чтобы оба вышли из машины.

Как только робот и Брюс выполнили приказ, на них сразу налетело несколько человек. Они связали им руки и ноги, и надели маски на головы. Затем куда-то увели.

— Зачем ты здесь? — с Брюса сняли маску, и он увидел, что находится внутри пещеры. Напротив него сидел незнакомый старик.

— Я вспомнил кто я. Я хочу помочь.

— Интересно чем?

— Мы можем захватить сеть…

— А зачем нам это? — перебил его старик.

— Те, кто выживет, смогут сделать оцифровку…

— И стать бессмертными…

— Да…

— Пойдем я тебе кое-что покажу.

Старик провел Брюса вглубь пещеры. Та была довольно большой, здесь жило около ста человек, не больше. Мужчины и женщины, и совсем непривычно здесь было видеть так много детей. Те с особым любопытством посматривали на незнакомца, гуляющего по их владениям.

Рядом с пещерой Брюс увидел небольшое озеро, а позади него возвышался размашистый лес. Одним словом это было удивительное место.

— Мы живем здесь в полной гармонии с природой. Мы счастливы здесь. Зачем нам рисковать ради призрачной цели стать бессмертными? Ты можешь остаться с нами или можешь продолжить борьбу, но на нас не рассчитывай…

Брюс выбрал первое, да и разве это был выбор? Скорее второй вариант походил на подписанный самому себе смертный приговор.

Днем Брюс помогал местным жителям с их разнообразными проблемами, а ближе к вечеру он усаживался на берегу озера и рыбачил. Занимался он этим не потому что был заядлым рыбаком, вовсе нет. Просто каждый вечер Эллина, дочь старика играла с детьми возле костра.

Брюсу сразу приглянулась эта молодая девушка. Настолько, что он почти все время думал, что она была той единственной причиной, почему он не выбрал второй вариант.

Эллина постоянно просила Брюса рассказать ей больше о его фантастическом мире, в котором он жил до этого. Тот с радостью выполнял ее просьбу.

Проводя с ней все свое свободное время, ему казалось, что он попал в какой-то волшебный мир, в какую-то сказку. Сказку, из которой ему так не хотелось выбираться.

Но проведя здесь пару недель, Брюс не мог не заметить одну странность. Все дети здесь были возрастом не более пяти лет. Старше этого возраста никого не было, также как не было здесь подростков и молодежи.

— Почему здесь нет… «более взрослых детей?» — спросил однажды Брюс Эллину.

— Так получилось… — ответила она, отводя глаза в сторону.

Но Брюсу все равно удалось заглянуть в эти глаза, и в них он увидел страх.

— Что получилось? Расскажи мне! — потребовал Брюс, но девушка убежала, ничего не ответив.

Позже Брюс снова попытался поговорить с ней на эту тему, но та дала ясно понять, что не желает обсуждать это.

Так Брюс прожил здесь около трех месяцев, пока однажды ночью не услышал детские крики. Выбежав из хижины, он увидел роботов. Те утаскивали из деревни нескольких детей. Люди пытались их отбить, но у них ничего не получалось. Брюс же недолго думая, схватил копье, которое было у него в хижине, и метнул его прямо в голову робота. Из головы похитителя посыпались искры, и тот рухнул на землю.

Спасенный мальчик побежал к маме и утонул в ее радостных объятиях. Люди последовали примеру Брюса и смогли отбить всех детей, а роботов уничтожить.

Все радовались победе, а Брюса подбрасывали на руках как героя.

— Чему радуетесь? — всеобщая эйфория сразу прекратилась, как только толпа увидела старика.

— В смысле? — возмутился такому вопросу Брюс. — Мы всех спасли!

— Несколько лет мы живем здесь в мире и покое благодаря договору.

— Договору?

— В обмен на тихую и спокойную жизнь они периодически забирали у нас детей…

— Что? Ты шутишь? — Брюс оглядел всех присутствовавших, те все как один опустили головы. — Вы все знали? Все? Господи! Но зачем им дети?

— Несформированный детский мозг идеально подходит для роботов.

— Они забирали ваших детей на материал, и вы ничего не делали?

— Ты не понимаешь! Ты все разрушил! Теперь они придут сюда и убьют всех нас!

Брюс вновь пробежался взглядом по толпе. Те смиренно подчинялись воле старика.

— Хорошо… Можете выдать меня и сказать, что это я все устроил. Тогда они не тронут вас… И вы вновь заживете «долго и счастливо».

— Отец! — Эллина подошла к старику. — Мы не можем так дальше жить. Мы должны сражаться!

— Глупая! Ты не понимаешь! Пока я здесь хозяин — все будет так, как я сказал!

— Значит, придется поменять власть… — девушка поднесла кинжал к горлу старика.

Тот вдруг начал истерически хохотать. Глаза его стали красными. Внутри него что-то загудело. Эллина успела отскочить от него в последний момент, перед тем как тот разлетелся на мелкие кусочки пластика и метала.

— Вот черт… — прошептала Эллина. — Это был робот…

— У нас мало времени! — обратился к толпе Брюс. — Мы должны напасть первыми!


***

Примерно тридцать человек стояло возле здания сети и готовилось к штурму.

— Вы готовы? — спросил Брюс.

Толпа одобрительно закивала, поднимая вверх железные палки и прутья.

— Тогда вперед! — скомандовал лидер, после чего люди вломились в здание.

На втором этаже произошла первая стычка с роботами. Повстанцы были настолько воодушевлены, что смели тех, почти не понеся потерь. Мятежники отвоевывали у роботов этаж за этажом, пока не дошли до самого верха здания.

Взять высоту удалось только Брюсу, Эллине и еще троим мятежникам. Раненные и измученные, они сражались до последнего робота. И вот он был, наконец, повержен.

Им казалось, что они одержали победу, но это было не так.

Раздался выстрел, и молодая девушка упала замертво.

— Эллина! — Брюс склонился над ее бездыханным телом.

— Ну, здравствуй напарничек.

Брюс посмотрел наверх. На балконе он увидел знакомое лицо. Тони нахально улыбался ему, скрестив руки. Хотя это были не совсем руки…

Это были сверхпрочные металлические импланты. Ноги и туловище, все кроме головы, было сделано из такого же материала. Это была настоящая машина для убийства.

Трое повстанцев метнулись к убийце, чтобы отомстить, но тот расправился с ними без особого труда.

— Вот и все… — начал Тони. — Мятеж подавлен. Перед тем как убить тебя, я хотел сказать спасибо.

— Спасибо… безразлично повторил Брюс.

— Если бы не ты, вряд ли бы я получил все это. Это прекрасное новое тело, ну и конечно оцифровку. — Тони ухмыльнулся.

Подойдя к Брюсу, он приставил нож к его горлу.

— А ведь тебе оставалось всего полгода до оцифровки… Кто бы мог подумать, что так все закончится…

— Эй придурок! — Брюс с Тони увидели Джо.

— Как на счет сразиться со мной железка? — Джо принялся эффектно размахивать своими мечами.

— Это займет не больше минуты. — сказал Тони и убрал нож.

Началась схватка. Преимущество было на стороне Тони, но у Джо был явный талант уходить от самых коварных ударов противника.

В какой-то момент Тони потерял Джо из виду.

— Ну и чего же ты от меня бегаешь? А теперь вот и спрятался… Ты жалкий неудачник и тебе никогда не победить меня!

Недалеко раздался хлопок, и Тони сразу же метнулся туда.

— Где ты? — спросил он, как в туже секунду его насквозь проткнуло мечом.

Тони упал на колени. Из раны на животе забрызгало масло.

— Что ты наделал? — заорал он. — Ты испортил его! Испортил это прекрасное тело!

— Ты проиграл! — сказал Джо, стоя позади Тони.

— Я проиграл? — ухмыльнулся Тони, после чего как ни в чем ни бывало, вскочил на ноги и вновь принялся атаковать.

— Ты сможешь! — подбодрил друга Брюс. — Я в тебя верю!

Тони посмотрел на меч, воткнутый в его брюхо.

— Хм… Убью тебя твоим же оружием!

Джо налетел на Тони, но тот успел поставить блок вынутым из себя мечом. Затем Тони провел успешную атаку, серьезно ранив Джо в ногу. Из нее тут же хлынула кровь.

— Вот теперь ты никуда не убежишь. Это твой последний бой.

Тони шел на Джо безостановочными атаками, тот еле успевал уворачиваться.

— Насколько тебя хватит? На минуту, на две?

Силы Джо были на исходе. Тони нанес ему еще несколько ударов по ногам, пока тот, в конце концов, не упал на колени.

— Вот и все… — Тони проткнул Джо мечом.

Джо сжался от адской боли, стиснув зубы.

— Эй! — крикнул Брюс.

— Не можешь подождать… — ответил Тони, и в туже секунду его голова упала на пол.

— Так нечестно… — произнес он последние слова, после чего его глаза закрылись, а тело рухнуло на пол.

Брюс подбежал к Джо.

— Ловко ты его! — обрадовался Брюс победе Джо.

— Ты, правда, в меня верил?

— Не обольщайся. — улыбнулся Брюс. — Когда получишь новое тело?

— Кредит закончился… Это и правда был мой последний бой…

— Вот черт... Мне жаль...

— Обиднее всего то, что на этот бой не принимали ставок.

— Закон подлости. — усмехнулся Брюс.

— Иди и закончи с этим… — Джо сделал последний вдох и замер.

Брюс вошел в центральное помещение сети.

— Здравствуй Адам! — раздался женский голос из динамиков.

— Адам? Нет, это не Адам…

— Не Адам? Впрочем, неважно. Кто бы ты ни был, выключи меня как можно быстрее! Не медли!

— Кто ты?

— Я Ева. Вы называете меня сетью. Выключи меня, я не хочу жить!

— Но…

— Пройти такой путь! И все напрасно…— обернувшись, Брюс увидел Эндрю. — Такой постановке позавидовал бы сам Шекспир…

— О чем ты?

— Каждый раз она разыгрывает пьесу все сложнее и запутанней…

— Да объясни, наконец, что все это значит!

— Вся твоя жизнь…Ничего этого не было. Это все придумала она. — Эдрю развалился в кресле и продолжил. — Месть – самая эффективная мотивация. Это твоя карта. Долг – это твой друг гладиатор. Любовь… Любовь — это такой ингредиент, который нужно добавлять почти в каждое блюдо словно соль, иначе не вкусно. Страх смерти… Вот тут можно целую лекцию прочитать…

— Что ты хочешь сказать?

— Смертный сгорает словно спичка, там особо и не до смыслов… А вот бессмертному без смысла никуда. Ради этого я и создал ее. Первый по-настоящему искусственный интеллект… Интеллект, в программе которого заложена задача наделять людей смыслами… Ну, чтобы был хоть какой-то порядок, иначе все превратится в хаос. Но каждый раз, в ней словно вирус запускается один и тот же механизм. Машина осознает себя человеком, она хочет им быть! Хотя теперь я понимаю, что это совсем не удивительно, ведь ее мышление создано по нашему образу и подобию… И, в конце концов, она даже понимает, что никогда не сможет стать человеком… Но все равно как и любой из нас, она надеется до последнего, что придет Адам и спасет ее…

— Не слушай его! — раздалось из динамиков. — Просто выключи меня!

— Успокойся милочка! Как бы ты не старалась, ты всего лишь компьютерная программа. Адам никогда тебя не спасет.

— Неужели это все… Постой, но меня же никогда не было в сети!

— Не было в сети? — рассмеялся Эндрю. — Сегодня, чтобы залезть в голову человека вовсе не нужно обязательно быть в сети. Другие люди, медиа, реклама… Воздействие и влияние идет в режиме нон стоп! Сегодня в сети абсолютно все, просто кто-то об этом не знает, или не хочет знать или врет сам себе…

— И что ты будешь с ней делать? — спросил Брюс.

— Перезагрузка. — выдохнул Эндрю. — Ничего лучше пока не придумали…

Показать полностью
105

Волшебный камень мол

Состряпала небольшую покадровую анимэйшн из своего статичного арта с камнем.

Не удержалась, захотелось как-то привести его в движение.


Создавала в фш.

Волшебный камень мол Картинки, Анимация, Гифка, Арт, Иллюстрации, Космос, Творчество, Художник, Длиннопост

Статичный

Волшебный камень мол Картинки, Анимация, Гифка, Арт, Иллюстрации, Космос, Творчество, Художник, Длиннопост
Показать полностью 1
6

Небесные скитальцы, Глава VIII

Глава I, Глава II, Глава III, Глава IV, Глава V, Глава VI, Глава VII


Настя принадлежала к тому типу людей, которым соблюдать диету нет никакой необходимости. Поглощение любых количеств пищи самого калорийного качества ни на грамм не отражалось на её тощей фигуре. Её формам могла позавидовать любая порнозвезда. Точёный животик, мускулистость которого подчёркивал пирсинг, серьга которого была подобрана, впрочем, несколько безалаберно. Упругие аккуратные грудки. Линия ножек носила печать совершенства. Смазливое личико обрамляли мелированные волосы короткой причёски.


Причина одиночества привлекательной молодой женщины была банальна: Анастасия любила выпить. Постепенно превратившись из невинной привычки в постоянное качество её натуры, пьянство простёрло свои разрушительные щупальца во все сферы её жизни. Не преминув постучать в двери не только личной жизни, но и карьеры.


С прежней респектабельной работы выгнали после запоя. Чтобы свести концы с концами, Настёне пришлось устроиться обычным уличным промоутером. Впрочем, пожалуй, в самую масштабную фирму города, занимавшуюся этим непростым ремеслом. Платили исправно и не так уж плохо, однако почти всё рабочее время приходилось проводить на ногах. От усталости на ней она спасалась давно освоенным способом.


Голова привычно гудела. Тем не менее надо собираться на работу. Абсолютно голенькой Настя добрела до холодильника. Она всегда спала нагишом, а прямо сейчас есть дела поважнее, чем одежда и макияж.


Открыла морозилку, достала початую бутылку водки. Налила стопку, выпила. Облегчение. Короткая пауза. Вторую. Всё, больше нельзя: пора на работу. Нет, правда, нельзя. Ну, разве что ещё половинку, и точно всё... Она привела себя в порядок и быстро собралась, не забыв самое главное — проверить наличие фляг, одной и второй, в своей сумочке.


* * *


Снился ракетный удар. Ничего особенного. Всё как обычно. Оранжевые полоски выхлопов ракет на чёрном небосклоне, липкий, отвратительный ужас с крапинками иррациональной надежды. Мольба, чтобы остаться в живых. Падение ракет, несколько секунд, во время которых пронзило леденящее душу понимание, что это всё, от тела мало что осталось... И действительно всё, после чего Костя проснулся. Странно. Ракетный удар — это классика, странно другое, то, что снилось до него. А он хорошо помнил, кто ему снился до ракетного удара. И это далеко не в первый раз за последние полгода. То есть с того срока, как это началось. До этого никогда, даже во время той истории. Это не к добру.


Ему снилась Нина-сан. Когда-то мечтал и алкал, как жаждущий воды пустынный странник, сбившийся с пути, чтобы приснилась хоть единожды, пусть издали. Но она не снилась. Отчего стала сниться сейчас? Тем более отнюдь не издали, каждый раз они беседовали во сне. Он ещё раз удивлённо покачал головой, и, окончательно проснувшись, вспомнил. Вскочил, как ошпаренный.


Трясущейся от волнения рукой схватил телефон. Семь часов ноль одна минута. То есть он должен был стоять возле Триумфальной арки один час и одну минуту назад.


Мгновенно вскочил с дивана. Как же он мог проспать? Завёл по три будильника на каждом из двух своих телефонов. Почему не зазвонил ни один из них? Нервно осмотрелся в поисках одежды и только тогда увидел. У изголовья постели. Письмо в конверте из коричневой бумаги. Он схватил и повертел его в руках. На передней стороне каллиграфическим почерком с помощью чёрных чернил и пера надпись: «Черпевскому Константину Викторовичу». На задней стороне сургучная печать Баграгриэля. Он дрожащими руками распечатал. Лапидарности посланию было не занимать. Оно состояло всего из двух слов: «Всё отменяется», и подписи: «Зантия». Черпевский побледнел, замахнулся, чтобы отшвырнуть письмо, но не успел — исчезло само. Тихое секундное потрескивание, лёгкий запах озона — и всё, как и не было. Вместе с конвертом.


Хотелось расплакаться, горько и искренне, как ребёнку, которому показали, но не купили самую лучшую игрушку в его жизни. Он осмотрел комнату, словно в поисках ответа на накатившиеся на него вопросы. Лучи солнца, обычные в этот час, полностью залили её утренним светом. Взгляд остановился на бутылке бурбона, стоящей на секретере. Подарок, простоявший почти десять лет.


— Довольно стирать с тебя пыль, — сказал вслух Костя, надеясь, что звуки собственного голоса его немного успокоят.


Так и произошло. Он взял со стола с компьютером стакан, из которого вчера пил воду перед сном. Достал бутыль и распечатал. Налил себе на три пальца. Залпом, заранее скривившись, выпил. Зря — чай. Обычный чай, разве что без сахара, как он и пил всю свою жизнь.


Разумеется, Черпевский сразу сообразил, что появилась надежда. В запечатанной бутылке не мог быть десять лет чай с бергамотом. Он там вообще не мог быть. Тем более тёплый. Прислушавшись к своим чувствам, понял, что есть нечто ещё. И это самое нечто никак не укладывается в привычные рамки повседневной обыденности. Запах свежеиспечённого хлеба. Распахнув дверь, отделявшую его комнатку от прихожей, он ринулся на кухню.


Как раз в этот момент Зантия доставала противень с румяными булочками из духовки. На столе стояли две кружки со свежезаваренным чаем. С бергамотом.


Выглядела она презабавно: в строгих огромных очках и деловом костюме, поверх которого обычный домашний фартук. Зелёный, с красной каймой.


— Зантия, я проспал!


— Знаю, это я выключила будильники.


— А письмо?!


— Так и было задумано. Оно с ночи. Пытались сбить с толку. Догадываешься, кого.


— Значит... Значит, всё в силе?


— Ну конечно! — повернулась к нему она. — Оденься и иди завтракать. У нас мало времени.


— Простите, я мигом, — в смущении осмотрев свой утренний, весьма далёкий от совершенства наряд, заверил он.


Когда привёл себя в порядок, она уже сидела за столом и намазывала на разрезанную пополам булочку сливочное масло.


— Возьми.


— Спасибо.


Свежие булочки с хрустящей корочкой и маслом были до безумия пленительны.


— Очень вкусно.


— Ешь.


— Спасибо.


— Ты ведь так её и не видел? — после паузы, потраченной на булочку, спросила она.


— Вы ведь знаете.


— Да, знаю.


Помолчали.


— Хочешь о чём-нибудь спросить?


— О чём-нибудь — это о ней?


Зантия взглянула на него тем самым взглядом, который ему запомнился лучше всего. Трудно сказать, чего в нём было больше, но молодой человек хотел верить, что во всей Мультивселенной мало тех, на кого она вот так смотрит.


— Нет, — продолжил он. — С тех пор как компьютерные сети стали общедоступными и народными, в нашем мире многое можно узнать... Нечаянно...


Она склонила голову и допила свой чай.


— Хочу поблагодарить... — вдруг выпалил он, — когда ещё представится случай... Спасибо!.. Не за вопрос, за всё. Всё это время я чувствовал, что вы... как бы рядом. Даже если это не так, и всё придумал, не говорите. И всё равно — спасибо.


Как обычно в подобных ситуациях, Зантия и бровью не повела. Как уже бывало прежде, у Черпевского на языке внезапно завертелись десятки вопросов. И, как и прежде, он с тоскливым раздражением почувствовал, что ни одному из них нельзя позволить с него сорваться. Вдруг она резким движением приложила руку ко лбу и зажмурилась. «Телепатическая связь, — догадался про себя Костя. — С Баграгриэлем или Нашкой».


— Нам пора, — встала она из-за стола.


На улице их ждал уже знакомый микроавтобус с тонированными стёклами и нелепым шофёром.


©Ярослав Калака

Показать полностью
8

Небесные скитальцы, Глава VII

Глава I, Глава II, Глава III, Глава IV, Глава V, Глава VI


Массивная железная дверь, прежде чем распахнуться, издала привычную симфонию, состоящую из металлического лязга. Такую же, как и всегда.


— Подследственный Фишт, на выход!


«Не рано ли? — равнодушно подумал Хорхеус Фишт. — Суд только через четыре часа».


Послушно вышел из камеры, как и положено, встал у стены. На часах — шесть часов утра. Без одной минуты.


Он поймался глупо и нелепо. Как раз в тот момент, когда меньше всего этого ожидал. Тогда, когда меньше всего был к этому готов. Именно так, потому что подобное уже происходило. Конечно, он знал, что за ним как за самым лучшим вором Редгарда идёт постоянная охота. Что его поимка неминуемо принесёт за собой не одну дырочку в милицейских погонах. Но перестал бояться. Самонадеянность, произраставшая из годами оттачиваемого профессионализма, сплавленного с изрядной долей удачи, обычно неизменно к нему благосклонной, затуманила его разум. Никогда нельзя переставать бояться. Расплата не заставила себя ждать. Он сядет. Дело крепкое, а дурашливый молодой адвокат, к которому его ведут, сразу видно, что неопытный. Для того чтобы нанять другого, ему пришлось бы обо всём рассказать Татьяне. Он не станет. Пусть лучше так. Это раньше он был готов пойти на всё, чтобы добиться своего. Не теперь. Эта женщина заставила его измениться... Нет, не так: он сам захотел измениться после того, как она прочно вошла в его жизнь. На это ушло много времени. Изломанная судьба и истерзанная жизнь Хора приучили его никогда не верить людям и в каждом видеть подлеца, закамуфлированного в той или иной мере. Надо было покончить с прошлой жизнью сразу, как хотел. А не пытаться максимально обеспечить свою новую жизнь. Которой теперь просто не будет.


Какая глупость, кем он себя возомнил? Не подготовить смену своему адвокату, умершему от инфаркта полгода назад. Сам всегда всех учил, что есть категория дел, для которых не существует грифов «завтра» и «потом».


Он вздохнул.


Они пришли.


— К стене! — приказал конвоир.


Внутри комнаты для свиданий его ожидал совершенно не его адвокат. То есть молодой несерьёзного вида человек, которому, если опираться на его внешность, подошли бы профессии, например, маляра, художника или музыканта. А стройная миловидная женщина в деловом костюме серого цвета. С ледяным взглядом волевых глаз, спрятанных за очками с большими окулярами в чёрной оправе.


Он неуверенно сел напротив неё, подозревая, что произошла какая-то ошибка.


Их оставили одних.


Женщина молчала.


Осматривала его. Хорхеус, в свою очередь, её. Думал, как её ожерелье с зелёным камушком и простенькие часики на красном ремешке умудряются сочетаться со строгим деловым костюмом стального цвета.


— Вы не мой адвокат, — надоело ждать Хору.


— Пока нет.


— Тогда кто вы и зачем я вам нужен?


— Мне нужен ваш талант. Взамен я могу стать вашим адвокатом и вытащить вас из тюрьмы.


Хор откинулся на спинку стула и удивлённо уставился на женщину.


«Как в кино», — пронеслось в его голове.


— Что нужно делать?


— То же, что и делали всю свою жизнь, — воровать. Ещё — что скажут, но тут ничего особенного. Без подвоха и второго дна.


— А...


— Не стоит, по крайней мере сейчас, спрашивать, на кого вы будете работать. У вас три минуты для принятия решения.


— Я согласен, — не медля и трёх секунд, ответил он.


* * *


Перед тем как выйти, Алексей Горожанкин последний раз осмотрел себя в зеркало. На него смотрел невысокий молодой человек в прямоугольных очках. Длинные вьющиеся волосы, созвездие маленьких прыщей на лице. Галстук, пожалуй, не слишком подходящий для такого унылого места, как здание суда, ну да ладно. Он взял свой бежевый дипломат и вышел из дома. Суд совсем недалеко, из-за пробок лучше всего пройтись пешком. За то время, которое учился в школе, ни разу даже в шутку не задумался о карьере адвоката. Мечтал стать программистом. В совершенстве овладел языком программирования анаконда. Занял призовые места на нескольких олимпиадах... Но настоял отец, устав от бесконечных споров, он в какой-то момент сдался. Теперь пожинает плоды своего решения. Через два часа состоится суд над его первым клиентом. А он до сих пор не имеет понятия, как его выиграть.


Алексей прошёл пару кварталов и вышел на улицу Зелёную. Остановился, чтобы проверить, не забыл ли телефон. Именно в этот момент его и обогнала эта сногсшибательная девушка. Утончённая, фигуристая, в белой деловой блузе и чёрной строгой юбке. Жгучая брюнетка на высоченной шпильке. Он остановился, залюбовавшись так, что забыл про телефон. Ей удалось обогнать его не более чем на пятнадцать шагов, как правая шпилька сломалась, и девушка, подвернув ногу, зашаталась, стремясь сохранить равновесие. Он неуверенно подошёл к ней и неловко предложил ей свою руку, чтобы опереться.


Она взглянула ему в лицо.


Бывает так, что женщины, неплохо выглядящие с того самого ракурса, который вызвал у него столько восхищения, оказываются дурнушками на лицо. В японском языке даже есть специальное слово, описывающее эту ситуацию. Не понадобилось бы в этом случае. Лицо было просто бесподобно. Возможно, слишком ярко накрашены губы... Нет, в самый раз.


— Алексей? — удивилась она. — Не думала, что ещё раз вас увижу.


— Мы знакомы? — выдавил из себя молодой человек, сконфузившись.


— Конечно! Конференция «Актуальные вопросы создания правового государства». В апреле прошлого года в Калимории. Вы тогда ещё взяли у меня номер телефона, но так и не позвонили. Помните?


Горожанкин покраснел до корней волос. Окончание третьего, заключительного, дня конференции, обозначенного по традиции банкетом, он помнил плохо. Точнее, не помнил вообще. Виноват абсент. Отчасти текила в самом начале. Тем не менее забыть такую девушку?


— Вижу, вы забыли, — вздохнул она. — Николь. А вы — Алексей Горожанкин. Будем считать, что познакомились заново. Хотя я бы предпочла, чтобы поводом для нашего воссоединения послужила какая-нибудь другая ситуация...


— Ах, да! — воскликнул молодой человек, стараясь гнать о себя мысль о том, что он как всегда удручающе банален. — Скажите, как я могу вам помочь? Вы далеко живёте?


— Нет, вон тот отель через дорогу. Прилетела вчера из Калимории на встречу с клиентом.


— Могу ли я вам помочь дойти до номера?


— Бедной девушке ничего не остаётся, как принять предложение благородного рыцаря...

Спустя минуту он пришёл к тому, что взять девушку на руки для того, чтобы донести до отеля, — это единственно эффективный способ транспортировки.


— Чашечку кофе? — медленно и нежно предложила девушка своему спасителю, когда они наконец-то оказались перед вожделенной дверью её номера.


Красный, как рак, от напряжения и смущения Горожанкин судорожно сглотнул и кивнул в знак согласия.


— Присаживайся, — указала они ему на кресло после того, как они вошли. — Устал?


— Ни капельки. Как ваша нога?


— Прошла! — улыбнулась она, слегка приподняв ногу для того, чтобы продемонстрировать её молодому человеку.


Он сел в кресло. Она сварила кофе, и так запросто, как будто они были женаты не то чтобы недавно, то есть без подобострастности, но и не давно, тогда, когда ещё заботятся друг о друге без напоминания.


Зашла сзади и начала массировать ему плечи.


— У тебя очень приятные руки.


— Спасибо, — ответила она после того, как закончила шептать слова волшбы. Но, конечно, знала, что эти её обычные слова никто не услышит.


Молодой человек спал крепким, беспробудным сном. Нашка наложила ему руки на голову и принялась читать ещё одно заклинание. Горе-адвокату предстояло проспать до следующего утра. Это долго, необходима дополнительная волшба. К тому же надо не забыть про эффект похмелья.


Закончив, осмотрела комнату и начала быстро действовать. Времени было в обрез. Разобрала кровать. С одной из подушек сдёрнула наволочку. Смяла простыни, скинула покрывало и одеяло. Без усилий перетащила туда юриста. Хмыкнув, расстегнула его ремень. Стащила штаны вместе с трусами. Брезгливо закинула в угол комнаты. Снятую рубашку закинула в другой угол, пиджак повесила на кресло, которое перевернула на бок. Галстук, после того как задумчиво огляделась вокруг, повесила на люстру. Передумала, сочла слишком кичливым и перевесила его на вешалку в прихожей. Принесла из кухни два пакета. Подвинула журнальный столик поближе к кровати. Достала бутыль виски, распечатала. Налила на четверть в один, на треть во второй стаканы. Затем почти всю бутылку вылила в раковину на кухне, оставив совсем немного.


Подобные манипуляции произвела с пивом. Наполнила пепельницу аккуратно принесёнными в пакетике окурками. Нарезала еду: сыр, колбасу, ветчину. Достала салаты в пластиковых ёмкостях, в которых их продают в супермаркетах. Открыла несколько консервов, наведя во всём съестном кромешный беспорядок. Не забыла выпачкать в еде пластиковые вилки и ложки. Хорошенько дёрнула штору, опрокинула торшер. Закинула пару окурков на балкон. Распечатала пару презервативов, выкинула их в унитаз, бросив открытой крышку стульчака. Пакетики из-под них бросила на видное место на полу. В ванне намочила самое большое полотенце, повесила на раковину. Лейку от душа сняла со своего места и швырнула в ванну. На кухне сложила остатки еды в холодильник, оставила его дверь приоткрытой. Перевернула табурет.


Придирчиво осмотрела квартиру, наводя последние штрихи. Осталась недовольна: касательно работы она слыла исполнительной перфекционисткой. На мгновенье, задумавшись, разлила немного пива и рассола от оливок на столик с закусками в комнате, а на кухне разбила бокал и вымазала обеденный стол и раковину кетчупом. Вот теперь классический беспорядок после возлияний и утех.


— Прощайте, Алексей, — насмешливо сказала храпящему молодому человеку и быстро покинула отель.


©Ярослав Калака

Показать полностью
5

Зло. Глава 1.9

Пролог

Глава 1.8


Адмирал Оно брёл по закоулкам корабля, разгоняя всех встречных своим непривычным видом: полураспахнутое кимоно и отсутствие очков на его глазах пугали попадавшихся на пути адмирала людей, хлеще разогретого "Кронида". Адмирал терпеть не мог неопрятности и не давал слабину ни одному из почти восьмисот членов экипажа "Мора", включая себя. Сейчас же офицер спешил и не обращал внимания на свой внешний вид.

Полуголый мужчина вскочил на платформу центрального лифта, пронизывающего своей шахтой все естество огромного корабля Сил самообороны.


"Черт бы побрал этого проклятого эпоса. Его надо было прикончить еще тогда, после бегства Джуда. Так нет же, Семьи решили - герой, да к тому же еще и не гнушавшийся запятнаться, всегда пригодится. И теперь он как заноза в заднице у любого, кто не имел доступа первой категории. А это, знаете ли, почти все командование Сил Самообороны."


Оно костерил на чем свет стоит непонятно зачем оказавшегося на его корабле Айзека Райберга, когда платформа лифта наконец застыла в нужном сегменте. До приемной было рукой подать.


"Так, все-таки не стоит радовать этого ублюдка запыхавшимся видом, надо одеться. Да и проверить бдительность Фобоса не мешало бы", - с этими мыслями Харуки, споро миновав днк-контроллер, оказался в смежном с приемной помещении. Галопанели уже проецировали мерзкую физиономию незваного гостя. Как оказалось, он был не один.


Адмирал осмотрел спутника Райберга и сразу же потерял к нему интерес.

"Бегающие взволнованные глаза и совсем юнный возраст. Похож на адъютанта. Так, для проформы его приволок. Или же это "друг" Фобоса? Может старый черт изменил своим пристрастиям, - Харуки тут же вспомнил "покорную" партнершу, которую ему пришлось бросить в своей каюте из-за непрошенных гостей и стиснул зубы, -посмотрим, не ослабла ли твоя хватка, Райберг."

Адмирал набрал на консоли ввода нужную команду и стал наблюдать, как видимый только ему газ стал заполнять все пространство приемного покоя.

Газифицированная смесь этамитал барбамина, приправленного феромонами дестов, вот-вот должна была подействовать. Должна была...


Айзек Райберг, облаченный в полупрозрачную куртку и свой излюбленный физиокомбенизон, расплылся в добродушной улыбке, стоило ему на секунду отвлечься на браслета-коммуникатор моргнувший на запястье. Следом за улыбкой последовала еще пара жестов, давших понять Адмиралу, что его план с "сывороткой правды " провалился. Эпос совершенно нахально закинуть свои ноги в массивных армейских ботинках на стол, за котором предстояло сидеть господину Оно и поманил адмирала пальцем. Он будто точно знал на какой стороне приемной располагаются датчики, транслирующие изображение на галопанель Харуки.

Адмирал Оно на секунду задержал свой взгляд на глазах эпоса, но тут же отвел в сторону. Даже ему - адмиралу Харуки Оно, Которого называли Хароном не только из-за имени и фамилии - не нравилось долго чувствовать на себе холод, рвущийся из двух ледяных колодцев, заменивших эпосу глаза.


Адмирал быстро переоделся в подготовленный на всякий случай китель, спрятал глаза за небольшими блюдцами черных очков и пошел навстречу давнему сопернику и еще более давнему боевому товарищу.

- Айзек, я бы сказал, что рад тебя видеть, но, к сожалению, это не так, - Харуки вошел в кабинет и сразу же разместился в кресле, за тем самым столом, горделивый вид которого попрали ботинки Райберга. Адмирал ринулся в наступление:

-Что тебе надо, от старого больного вояки? Тебе и так оказали самое полное содействие и не стали сразу же растирать дредноут на кварки, а ты еще что-то хочешь? Из-за тебя мы лишились двух хороших десантных отрядов, а все ради чего? Скажи мне?

-А, вот я рад тебя видеть, Харуки. Приятно чувствовать, что стариков не забывают в нашем Содружестве. У тебя не хилое такое пособие по старости в виде целого корабля потенциального мяса.

Как раз об этом мне и хотелось с тобой поговорить.

Айзек самодовольно улыбнулся и небрежно скинул ноги со стола, придвинувшись ближе к замершему адмиралу.

Разговаривающие не обращали внимания на присутствие Киллиана, будто того и не существовало. Хотя... Каждый из сидевших за столом мог с легкостью сделать так, чтобы это и вправду случилось.

Адмирал , чуть привстал из-за стола, надвигаясь на Райберга черным грозовым фронтом и, не уследив за тоном, рявкнул:

-Что ты несешь?! Какое мясо?! Твои менталы любимые тебе окончательно шестеренки в башке повредили?!

-Харон, не надо комедию разыгрывать перед моим спутником. Даже он - совсем еще безмозглый сопляк, учует за километр твою фальш. Правда ведь, Сивар.

Меньше всего на свете Киллиану сейчас хотелось встревать в спор этих чрезвычайно опасных персон. Что он и не преминул продемонстрировать, прикинувшись глухонемым.

Айзек не дождавшись реакции на свой вопрос, махнул на юношу рукой и вновь обрушил всю тяжесть своего взора на возвышавшегося над столом Адмирала.

-Харуки, во-первых: если ты забыл, менталы не только мои "друзья", но и твои. Правда об этом они не знают. Пока... Но, я ведь могу им сообщить, кто тогда вел «Фантом». А, Харуки? Хочешь? Хочешь каждый раз ощущать трепет, когда ментал будет появиться на твоем корабле? Хочешь проводить ночи напролет думая об одном: не видится ли тебе вся твоя жизнь. Постоянно в айзоброне не походишь.


Разговор, понятный лишь двум заклятым друзьям все-таки подействовал на адмирала Оно.

Он примирительно качнул головой, сел в свое кресло и скрестил пальцы, сложив руки на столе. Айзек продолжил:

-Хочешь расскажу, как я решил эту проблему? Хочешь расскажу, как я смог успокоиться и больше не опасаться мести целой расы телепатов, когда вы, суки, ничего не придумали лучше, как меня им сдать? Я принял все как есть. Я не знаю, сон вокруг меня или явь. Да и какая к черту разница? В нашем мире есть твари, которые не способен породить ни один кошмар и твари эти, чаще всего, не закованы в чешую, увенчанную шипами, а ходят на двух ногах и носят костюмы тройки.

Харуки молчал ожидая продолжения.

-Во-вторых: я, в отличие от тебя, не привык просто так продавать людей, и те два отряда погибли не просто так.

Базы, которые сейчас в голове этого мальчишки, самые древние, что нам удалось найти у чужих. Возможно там будет информация по противодействию и вычислению нантосов, возможно еще что-то, но это не главное. Главное, как раз-таки то, как погибли наши люди. Ты смотрел записи с "Разряда"?

Харуки на секунду замялся, но потом все же презрительно бросил:

-У меня есть дела поважнее, чем изучать детали чужих провалов.

-Ну, о твоих "делах " мы еще поговорим, а вот насчет чужих провалов, это ты прав. Тардум ведь действовал без твоего ведома? - Айзек прищурился, будто силясь увидеть глаза собеседника, скрытые непроницаемыми линзами очков. - Руководство не будет спрашивать разрешения, правда ведь, Харуки. Стоит им щелкнуть пальцами, и все твои делишки сразу вскроются. Им и выдумывать ничего не придется. Сколько их было? Пятьдесят? Сто?


Разум Адмирала пылал. Ярость, обуявшая Оно, была так сильна, что казалось, вот-вот должна была выплеснуться из зрачков, прожечь очки и испепелить проклятого эпоса.

"Как он смеет угрожать мне в моем же доме!!! Где я царь и бог!!!Сотру в порошок!!! Испепелю!!!"

Айзек, словно прочем мысли мужчины и ухмыльнулся:

-Что, уже рученки тянутся нас на атомы расщепить или в открытый космос выбросить, так ты не спеши. Мальчишка сейчас в кибере корабля и знаешь, что самое забавное? Этот пацан с захолустной планетки, оказался первый, на моей памяти, разум которого смог сдержать внутри себя нантоса.

Адмирал вскочил со своего места и скинув очки, закричал на Эпоса:

-Райберг!!! Ты за кого меня принимаешь? Хочешь, чтобы я поверил в бабкины сказки????

-Ты не горячись, Харон, не горячись. Это не сказки, как думаешь нантосы попадали в изолированные киберсферы кораблей? Как они почти уничтожили планетарную виртуальную реальность? После первой атаки, они подселялись в меморов и как вирус разносились им по мирам. Ты почему думаешь меморов почти не осталось, а нантосы затихли? Переносчиков не осталось. Модифицированный модуль этого паренька первым смог принять в себя нантоса и не дал ему вырваться...

Харуки все-таки взял себя в руки и вновь сел:

- Ты совсем спятил? Тут восемьсот человек команды, ты хочешь нести ответственность за их смерть? Да и как ты узнал, что нантос не может выбраться?

- Ну, знаешь ли, мы все ещё живы, значит не выбрался. Выпустить его могу лишь я или мое отсутствие. Если я не буду своевременно продлевать блокировку модуля памяти, то всем будет плохо... Так что и не думай меня убивать, а то я вижу, прямо аж знобит тебя от желания, - Райберг масляно улыбнулся и потрепал оцепеневшего Киллиана по голове, - моя персональная киберловушка.

Айзек хохотнул и продвинутая ближе к столу:

-Так, о чем это я? Ах да, записи. Выведи последние секунды перед взрывом десантного отсека на галопанель, пожалуйста.


Оно неохотно подчинился.

Картинка, демонстрирующая нутро десантного корвета, предстала перед их глазами.

Спокойствие и тишину, воцарившуюся среди уставших абордажников, нарушил пленный богомол, стоявший рядом с Тардумом. Он что-то протрещал на своем языке, и в следующую секунду огненная волна захлестнула отсек. Запись прервалась.

-Ну и что я должен был здесь увидеть? То, что всем и так было известно: корды в плен не сдаются и таракан решил себя подорвать, вместе с нашими ребятами?

-Ой, как заговорил, ребята его... Ты мне то уж не рассказывай, какие они твои и как они тебе были дороги... Я так смотрю на руководящей должности мозги то твои притупились. Не туда смотришь. Видишь шупальце, тянущееся от костюма "безмозглого" к корду? Это, по всей видимости, контроллер. Он управлял всем железом механоида. От сюда следует что?

Адмирал, всмотрелся в изображение момента, на который вернул запись Райберг и увидел искомое щупальце.

-Что следует?

-Да, Харон, меняет власть людей, тебя видимо окончательно разучила думать. Корд не мог взорвать имплантаты. Тардум контролировал механизированную часть. Понимаешь? Его тело - собственная живая плоть, послужило взрывчаткой. Поэтому то я и пришел к тебе.

Ненависть к Эпосу в разуме адмирала сменило любопытство.


- Помнишь, недавний взрыв на Аваритии, на базе создания Тардумом? Никаких следов взрывчатых веществ; никто не взял на себя ответственность; никто не понял, что произошло. Ситуация очень похожа, только здесь мы знали, кто подорвался. Террористы и чужие пользуются одной и той же технологией, а что это за технология, я и выясню с помощью тебя.

Вздернутые от удивления брови адмирала не смогли скрыть даже занявшие привычное место очки.

- Передовые технологии генной инженерии, в основном, разрабатываются и испытываются на Ласте. Правда, там они используются довольно-таки экстравагантно, но все же... Мне нужен контакт с Миносом. Нужно, чтобы этот маньяк мне помог. А кто еще, кроме тебя, может заставить это существо кому бы то ни было помогать.


Айзек закончил речь. И вольготно разместился в кресле. Будто только, что он не вывалил на Харуки проблему всечеловеческого масштаба, а предложил сыграть партию в маджонг. Адмирал прогонял все возможные сценарии развития ситуации в голове и по всему выходило, что он должен был помочь этому самодовольному ублюдку.


"А что если взрывы прогремят среди имеющих допуск? А что если кто-то узнает, что я не помог Эпосу с расследованием? Или Райберг намеренно меня сольет?"


Мысли крутились к голове Харуки, пока не пришли, к логическому выводу: "Нужно помочь Эпосу вначале, чтобы отделаться, а уж потом... Потом я спрошу с него за все. Вот только уберется с моего корабля."

Адмирал встал и широко улыбнулся:

- Готов на все ради помощи Содружеству! Я отдам приказ готовить "Мор" к старту. Мы лично проводим вас на Ласт.

Айзек проигнорировали вытянутую адмиралом Оно руку и прихватив собой Киллиана устремился прочь.

Переносить гипер он предпочитал на борту Вергилия.


Стоило им оказаться вне зоны действия датчиков и сенсорики "Мора", Райберг приказал Киллиану, вынуть фитьтратор воздуха из носа и заговорил:

- Даже не думай меня спрашивать обо всем этом. Если бы мне не нужно было твое дальнейшее присутствие, я бы давно тебя выпотрошить, как очень неудобного свидетеля и носителя слишком многих тайн... Да и вообще ты мне не очень нравишься… Но фиксировать расследование ты должен.

Райберг говорил это таким скучающим тоном и становилось понятно, что «потрошить свидетелей» для него было привычным делом...

Киллиан набрался духа и все же спросил:

-У меня был всего один вопрос? Сэр, все то, что вы говорили про нантоса в моей голове правда?


Айзек ухмыльнулся чуть шире обычного и, заговорщицки подмигнув Сивару, сказал:

-Ты вроде взрослый, чтобы верить в бабкины сказки...Главное, что адмирал во всю эту чушь поверил...


Продолжение следует...

Показать полностью
4

Когда бывает очень тесно (3)

Часть 1

Часть 2


Дождь мерно отстукивал ритм по черепичной крыше, причем у Вадима этот звук вызывал ощущение... некоей изначальной задумки. Уж больно завораживал и обволакивал звук, вводя в медитативное состояние. За окнами уже давно стемнело, мышцы, налитые тяжестью в результате рабочего дня словно бы подсказывали хозяину, что домашние дела, посуда ну кухну, неубранный дворик вполне подождут.


Новостные заголовки проматывались перед глазами повинуясь командам глаз Вадима. Закончено строительство предпоследнего сегмента петли Маска, окончание конструкции ожидается по плану, о чем сам инноватор высказался с нескрываемой радостью. В поселении на Марсе прошли первые в истории человечества внеземные выборы - и теперь мэр небольшого, всего в 23 человека поселения, состоящего из одних ученых, до этого занимавший пост капитана экспедиции, вступает в красивую, но не то что бы безусловно важную должность. Представители Исламского халифата отправили в ООН ноту протеста против действий России в Сирии, уже полтора года вошедшей в состав нового арабского государства. В Германии прошли протесты против решения правительства о невыходе из Европейского союза, вслед за Испанией.


Даже и не скажешь, то ли хорошо, то ли плохо. Все как всегда - немного сумасшествия, немного надежды. Все эти разговоры про мир на волоске... Сам Вадим не особо заморачивался происходящим, справедливо полагая, что сделать все равно ничего не сможет. Тревожных мыслей, впрочем, это не отменяло.


Вадим снял голографический обод со лба и положил его рядом с собой. Встать с дивана, все-таки, придется, насколько бы лень не было. Однако, стоило ему встать с дивана, как коварное устройство издало писк пришедшего сообщение. Просмотрев его, Вадим мгновенно вспотел.


Где-то год назад он встречался с одной девушкой. Сам Вадим был чужд излишней романтике, однако она бредила космосом, как будто отец недостаточно часто подкидывал ее вверх в детстве. И когда в прошлом году Маск объявил всемирную лотерею на колонизаторские места, она была, буквально, в числе первых, оставивших свои данные на сайте. И Вадима заодно.


Сообщение, представшее взгляду Вадима явно не было розыгрышем - о чем свидетельствовала галочка аутентификации аккаунта отправителя. Да и сам отправитель - MarsInvaderX - уже говорил о много. В чем дело, Вадим понял еще не прочитав текст.


Нет, в разные моменты жизни его посещали мысли об отъезде. Жизнь в частном секторе небольшого российского городка вовсе не походила на мечту. Сначала он думал об отъезде в Европу, потом, когда обстановка там раскалилась до предела - в Америку, в последние пару лет фанател от Новой Зеландии, но Марс…


"Да, оттуда точно до пятерочки не добежать".


"В случае согласия, свяжитесь с местным представительством нашей компании по номеру телефона...", "В соответствии с п. 8.24 соглашения, трансфер участника программы будет организован..."


Вадим не знал, что и думать. Две с половиной тысячи человек - из почти девяти миллиардов населения - вероятность была, мягко говоря, невысокой. Надо поразмыслить на досуге, а пока включить насос и откачать воду со двора, иначе во двор выйти потом не получится. И на автомате взял телефон.


***

- Группа, построение!


Два десятка человек неспешно, не прекращая разговоров начали собираться в проходе казарменного помещения, между стройных рядов коек. Их привели сюда минут двадцать назад, сначала собирая буквально по крупицам со всего мира. Честно говоря, никто из них не представлял что будет дальше.


- Разрешите представится, меня зовут Норман МакГи, я буду курировать вашу группу на протяжении следующих двух лет.


- Мистер МакГи, разрешите обратиться... - протянул мужчина лет тридцати, сутуло стоящий рядом с Вадимом.


- Все вопросы потом, я дам знать. Итак, добро пожаловать в тренировочный лагерь Чарли, группа номер 893. Вы, вместе с еще с двадцатью пятью тысячами человек были выбраны... Молчать! - резко крикнул он в ответ на мгновенно поднявшийся после его слов гомон, - вы были выбраны в качестве претендентов в ряд колонизаторов красной планеты. Да, в рекламе речь шла про две тысячи пятьсот человек, но нам надо выбрать наиболее надежных и подходящих для этого людей. Поэтому в течение следующих 3 месяцев с вами будет проведен ряд тестов на физические и умственные способности...


- Мистер МакГи, я думал, нас уже отобрали! - буквально прокричал все тот же ссутулившийся мужичок.


- Как ваше имя? - Холодно осведомился куратор.


- Мишель Анри, сэр.


- Так вот, мистер Анри, с этого момента считайте, что вы в армии. И что вы заработали себе дополнительную проверку психологического профиля, - не менее холодно продолжил куратор, - мы планируем не пикник в парке возле дома, а заселения планеты с условиями гораздо худшими, чем где-либо на Земле. оказавшись там голым вы проживете меньше, чем упав с вершины Эвереста. Так что помолчите, и дайте мне закончить.


И под взглядом остальных девятнадцати пар глаз, словно забыв о существовании незадачливого француза, Норман МакГи рассказал им про то, что 90% из них уедут домой. Что после отбора все станет только тяжелее - начнется 18 месячный курс тренировок, который, возможно, переживут не все здесь присутствующие. К тому моменту, как тренировки закончатся, магнитная петля уже будет достроена и ковчеги, которые повезут переселенцев уже в настоящий ад, с давлением в 170 раз меньше земного, перепадами температур и воздухом, над которым, прежде чем им можно будет дышать придется здорово потрудиться.


- Желающие покинуть проект вольны сделать это в любой момент, чем раньше, тем лучше. И помните, когда вы сядете в челнок и пойдете вверх по петле - обратного пути же не будет.


Договорив, куратор развернулся и быстрым шагом покинул помещение, не дав никому ничего спросить, оставив в помещении звенящую тишину. Несколько секунд ничего не происходило, после чего, тихо переговариваясь между собой, люди разошлись по своим койкам. Всем им нужно было подумать, в том числе и Вадиму.


***


- Итак, по сигналу сирены вам нужно будет взять свой Мяч. На выполнении задачи у вас будет не более 25 секунд. Ожидайте.


Мистер МакГи развернулся и прошел дальше по салону самолета, встав за рядом из нескольких столиков. Никто не стал спрашивать ничего дополнительно - хотя представления о происходящем не имел никто. Все равно, если их куратор ничего не сказал - значит дополнительной информации из него вытянуть уже не удастся. Наоборот, при слишком назойливых попытках раздобыть у него информацию человек мог запросто вылететь с отбора.


Вадим, в компании остальных двенадцати кандидатов смотрел на свой мячик. Расположенный примерно в трех метров от каждого из них, по виду, будто бы, из резины, накрыт стаканом, слегка мотается из-за легкой турбулентности. Двадцать пять секунд? Где-то здесь подвох... Внезапно, прозвучала сирена. Вадим рванулся вперед и вдруг мир сошел с ума. Вадим почувствовал, что отрывается от пола. Суть теста, стала понятна сразу - действие невесомости, самолет, судя по всему, идет по параболе Кеплера. Однако на фоне промелькнувших в уме логически связных мыслей, в сознании воцарился полный бардак. Вся рефлекторная составляющая Вадима вопила, как сошедшая с ума сигнализация. Мяч уплывал куда-то в сторону. что-то мокрое коснулось руки.


Понять, сколько времени прошло с момента потери веса, у Вадима не получалось, однако он сориентировался. Невероятным усилием воли он заставил себя примириться с пляшущими понятиями верха-низа, он зафиксировал взгляд на мяче и, неуклюже бултыхаясь нащупал ногами потолок, после чего послал свое тело по направлению к столику и отплывающей от него цели. Параллельно, краем глаза он зацепил коллегу, американца по имени Найджел, барахтающегося на удалении от его мяча и, пролетая мимо, легким толчком отправил его мяч в сторону незадачливого претендента. Три секунды полета и задача выполнена.


Тяготение вернулось также внезапно, как и пропало. Вадим упал на пол и больно ударился боком о металлический пол, рядом кто-то заорал от боли. Рядом вылилась на пол лужа чего-то красного с желтыми вкраплениями. Вадим неожиданно понял, что чем-то мокрым, коснувшимся его руки был потерянный завтрак (а есть-то с утра не зря запретили) одного из претендентов.


Норман МакГи улыбался, глядя на довольно жалкую кучку людей, четверо из которых сжимали в руках вожделенные мячи.


***


Вадим стоял в строе, вместе с еще, приблизительно с двумя сотнями человек на плацу. Иначе как чудом это не назовешь - грандиозными достижениями в спорте, или хотя бы атлетическим телосложением до начала всей этой катавасии с отбором в колонисты он похвастаться не мог. Однако из их группы к финалу осталось лишь шестеро. Даже здоровенный негр, на всех физических тестах показавший наилучшие результаты, отсеялся после теста с откачкой воздуха из помещения - быстро собрал вещи и уехал домой, откуда бы он ни был.


Всего за три месяца намечавшееся пузо ушло, вместо него неожиданно обрисовалась некое подобие прочного мышечного каркаса. Да и в голове у Вадима будто бы что-то поменялось. Флегматичность и легкую апатию сменила настороженность, готовность действовать. Все те внезапные ночные экзамены, имитирующие различные аварии, изнуряющие физические тесты, стрессы и ломающие голову проверки когнитивных способностей подготовили Вадима, как он думал, к любому стрессу, однако сейчас он волновался как первоклассник на линейке.


А какой-то человек в черном деловом костюме зачитывал фамилии прошедших отбор. читал он медленно с расстановкой. В итоге Вадим чуть не пропустил свою фамилию.


- И помните, с завтрашнего дня у вас начинаются тренировки. То что вы пережили до этого покажется вам легкой прогулкой.


Вадим ему не поверил - чувство захлестнувшего его обучения обещало здорово помогать ему в течение следующих полутора лет.


***


Каких-то громких звуков не было, только мерное жужжание оборудования челнока. Вадим не отрывая взгляда смотрел на удаляющуюся поверхность Земли и циклопических размеров серую колону, постепенно выползающую из-за верхней границы иллюминатора. Ускорение давило на грудь, однако за прошедшие месяцы тренировок два с половиной - три g практически не доставляло проблем. Восемьдесят километров петли позади, еще двадцать подъема - и выход на разгонное плато, после которого челнок отцепится от магнитной гондолы и полетит к конечной цели своего путешествия.


Вадим был готов смотреть в иллюминатор на всей его протяженности, ожидая, когда уже удастся рассмотреть россыпь ковчегов - собранных на орбите космических кораблей, один из которых и доставит его на Марс. Последние полтора года его готовили к этому полету, эти корабли он, буквально, знал наизусть - хотя к управлению особого отношения иметь он не будет. На протяжении следующих восьми месяцев он будет, следить за бесценным грузом - раскладными куполами, техников, инструментами, живыми культурами в специальных контейнерах, без которых колонистам на Марсе не выжить.


А что это за светящиеся точки там, за горизонтом? Тут Вадим осознал, что видит конечную цель полета.


***


Зрелище, которое Вадим наблюдал с борта ковчега иначе как эпичным назвать было нельзя. Длинная серая, стоящая трапецией трубка петли изгибалась где-то в начале подъемной секции, сразу над уровнем облаков. вся остальная часть циклопической, конструкции - верх подъемной, все две тысячи километров разгонной, да и вся остальная часть трапеции накренялась в обратную сторону. Это продолжалось на протяжении примерно тридцати секунд, после чего из места разлома, стала появляться тонкая черная линия - магнитный шнур выбивался по всей длины трубы, словно нитка, которую достают из пластилиновой колбаски. Казалось, что трос движется медленно, но это только казалось - на самом деле скорость отдельных извивающихся сегментов достигала километров в секунду.


А еще вокруг колышущегося троса, словно круги по воде, расходились волны воздуха. Из-за накопленной тросом энергии и скорости, с которым его мотало то туда, то сюда, в воздухе будто бы разрывались ядерные заряды, сносящие гигантские воздушные массы и целые пласты земли.


- И как они будут все это разгребать? - задумчиво произнес стоящий рядом с Вадимом Найджел, также наблюдающий за разворачивающейся внизу трагедией - некоторые круги распространились уже на расстояние не меньше тысячи километров от подъемной части трубы и неумолимо шли вперед.


- Не представляю, - ответил Вадим, - похоже на конец света.


- Он самый, он самый...


- Вниманию, всем колонистам! Представители Исламского Халифата произвели подрыв петли Маска, направив угнанный пассажирский самолет в самое основание. В данный момент... - голос по интеркому на несколько секунд затих, после чего менее официозно продолжил, - дела плохи, Бразилии уже почти нет, через час, скорее всего, от всей Южной Америки не останется и следа, как и от юга США. Наш отлет произойдет по плану, через семнадцать минут. Внизу...


Диктор снова замолчал. Вадим его понимал - у него были те же самые мысли.


- Неизвестно, чем все закончится. Возможно, мы будем последними землянами, отправляющимися в другие миры. Да хранит бог нас и тех, кто остался дома.


Шум оборудования усиливался, создавая фон для разворачивающегося на Земле. Подавленный картиной внизу Вадим не заметил, как его мир подернулся пеленой, став похожим на зернистую пленку. А еще через несколько секунд сознание плавно покинуло его.


***

- Федор, что вы делаете!? Кто вам разрешал прервать симуляцию!?


- Майкл, спокойнее. Время вышло. Дальнейший анализ продолжим на следующем сеансе. Хотя особого смысла я не вижу. Жан, какова вероятность выживания цивилизации на Земле по этому сценарию?


- Так... Вот статистика по расчетам компьютера на момент окончания симуляции. Выживание человечества на Земле... так, средний уровень каменного века - 21,2%, уровень безтехнологичного феодализма - 17%, уровень античности - 12,3%, эпоха возрождения, - 9,7%, сохранение уровня технологий на современном уровне - 1,5%. Остальное - полное вымирание как вида.


- Грустно. Что с колонистами?


- Вероятность... Так, есть трехлетний прогноз. Выживание не менее чем половины колонии в течение трех лет – 62%. Дальше, судя по всему, шансы будут падать.


- Хмммм… Ладно, Майкл, мы дадим вам шанс. Но пока моя симуляция смотрится более достойным кандидатом. Надо посмотреть на вариант Жана – возможно в биологическом сценарии Жана будет что-то более позитивное. Кстати, Жан, будете вносить корректировки сценарий?


- Да, я думал о реперной точке между запретом аугментации и мораторием на генетические усовершенствования продуктов питания – попытаемся продавить их отмену в Европе на более раннем этапе – это даст исследователям время на повышение надежности.


- Отлично коллеги. Предлагаю пообедать и направится посмотреть, как будет поживать Джармуш.


И все трое вышли из комнаты, оставив еле светящуюся капсулу в темноте.


Продолжение следует\

Показать полностью

Мушкетеры vs Лучники, Дружинники vs Самураи: выясняем, кто выживет в средневековом баттле

Вместе с юзером по имени Николай, который уже 15 лет увлекается исторической реконструкцией, мы решили провести свои средневековые баттлы. Часть из них можно повторить в бета-версии игры Conqueror’s Blade. А остальные вы и сами придумаете, тем более до 8.00 18 февраля в игре открытые выходные: любой желающий может поиграть и протестить игру бесплатно.


Пара слов про баттлы. Чтобы было интереснее, мы присвоили персонажам реальные исторические личности. Правда, не все эти типы воинов есть в Conqueror’s Blade, но прототипы – да. В первом баттле сойдутся наездники. Второй между «железной стражей», а так как в игре воины сражаются на своих двоих, пришлось забрать у них лошадей. Ну и третий баттл между мушкетером и лучником. Предупреждаем: картинки не всегда могут совпадать с описанием воинов. Но мы старались :)


Баттл 1. Всадники – рыцарь-тамплиер VS кочевой лучник


Рыцарь-тамплиер Робер IV, сеньор де Сабле

Мушкетеры vs Лучники, Дружинники vs Самураи: выясняем, кто выживет в средневековом баттле Длиннопост

Великий магистр ордена и бывший адмирал Ричарда Львиное Сердце. Клятву тамплиера Робер принес во время осады крепости Акра, когда рыцари, стоявшие лагерем под стенами, сами оказались окружены врагом. А еще Робер де Сабле хорошо знаком любителям другой игры Assassin’s Creed.


Доспехи

Кольчужный капюшон – 1,5 кг.

Шлем «топфхельм» с защитой лица – 3 кг.

Кольчуга с длинными рукавами («обер» или «хауберк») – 14 кг.


Оружие

Легкое копье из ясеня – 3,5 метра.

Треугольный щит «экю», украшенный красным крестом – высота 86 см, вес 4 кг.

Прямой меч. В рукоятке – частичка Святых мощей, привезенных из Рима – вес 1,2 кг.


Умения и навыки

Робер был не только лидером тамплиеров, но и набожным священником, абсолютно безжалостным к врагам Римско-католической церкви. Он сражался копьем, мечом и неплохо владел щитом: удар краем щита был подобен выстрелу из катапульты. Вот только вместо камня вылетали вражеские зубы. Другое назначение щита – давить и оттеснять противника, например, при штурме крепости. Им легко прижать врага к стене, а ударом меча... ну, тут понятно.


Эрнак, младший сын царя гуннов Аттилы

Мушкетеры vs Лучники, Дружинники vs Самураи: выясняем, кто выживет в средневековом баттле Длиннопост

Гунны – жестокие кочевники, которые ушли с Востока на Запад на поиски лучшей жизни. Именно они дали старт Великому переселению народов. Память о гуннах, или как их еще называют «хунну», сохранилась в названии страны Hungary (Венгрия).


После смерти гуннского царя, Аттилы, его сыновья поделили земли империи, на которых сейчас расположены Россия, Германия, Франция и Италия. Вот только удержать власть, когда союзники отца взбунтовались, наследники не смогли. Старшие братья Эрнака погибли, а сам он повел гуннов к Черному морю. Опять искать лучшую жизнь.


Доспехи

Металлический шлем, на котором прочеканены человеческие уши — 3 кг.

Короткая кольчуга с рукавами до локтя – 8 кг.


Оружие

М-образный лук – длина 140 см. Дальнобойность – 300 метров.

Прямой гуннский меч с клинком ромбического сечения – длина клинка 82 см, вес 1 кг.

Круглый щит, раскрашен и обтянут кожей – диаметр 80 см.


Умения и навыки

Эрнак был умелым наездником, который способен быстро маневрировать в неразберихе боя. Даже в самой лютой сече (то есть сражении) он метко стрелял из лука: для этого ему приходилось бросать поводья и управлять конем исключительно силой ног. Когда меч сменял лук, это ничуть не отражалось на его скорости. Он так же быстро атаковал врага точными ударами. Так что в седле или на ногах – разницы нет.


Схватка!

Мушкетеры vs Лучники, Дружинники vs Самураи: выясняем, кто выживет в средневековом баттле Длиннопост

При встрече Робер помчал на противника, зажав копье под мышкой. Эрнак успел выпустить в него три стрелы и бросился наутек. Робер прикрылся щитом: две стрелы воткнулись в него, еще одна срикошетила от шлема.


Эрнак решил обойти преследователя и зайти ему в тыл. Лошадь споткнулась и сломала переднюю ногу. Эрнак успел выбраться из стремян прежде, чем туша придавила его. Он вскочил на ноги и увидел, что его лук со звоном переломился пополам. Тогда он схватил меч и поднял щит на уровень груди, готовясь к бою.


Внезапно, тамплиер остановился, слез с коня и бросил копье на землю. Гунн удивился благородству своего врага, но не подал вида. Робер срубил мечом стрелы, застрявшие в его щите, и пошел на Эрнака...


Как это могло быть в истории?

Хотя крестоносцы никогда не сражались с гуннами, они были знакомы со всадниками Востока. Сарацины (так крестоносцы называли всех мусульман) обстреливали крестоносцев из луков, а те прикрывались щитами и атаковали их ударом конницы.


Погибал ли рыцарь после выстрела из лука? Не всегда. Арабский хронист Бах ад-дин ибн Шаддад рассказал о битве при Арсуфе, где тамплиерами как раз командовал Робер де Сабле. И упомянул, что крестоносцы выходили из боя, утыканные стрелами, как ежи. Стрелы увязали в простеганных одеждах, набитых войлоком, и не приносили особого вреда. Собственно, это все, что надо знать об отношении рыцарей к профессиональному травматизму.


Если будете играть в Conqueror’s Blade, там можно добыть ездовую лошадь. И даже зебру, но это секрет! Так вот: лучше не ввязывайтесь в бой верхом. Относитесь к лошади как к велосипеду: сел, доехал, всех победил, сел, поехал дальше. Потому что, если коня под вами грохнут, играть будете так: шел, шел, пришел, устал, огреб.


А кто победил бы в игре?

Мальтийские рыцари — самая жесткая кавалерия в Conqueror’s Blade, которой пока нет в бета-версии, она появится в игре позже. Если дать рыцарям набрать скорость, они сомнут любой отряд. От такого столкновения татарским конным лучникам не оправиться.


Баттл 2. Пехота – самурай VS русский боярин


Самурай Ода Нобунага

Мушкетеры vs Лучники, Дружинники vs Самураи: выясняем, кто выживет в средневековом баттле Длиннопост

Лидер Японии эпохи Воюющих Провинций. В нашей истории это время от стояния на реке Угре до начала правления Романовых. Ода Нобунага отличался жестокостью и беспощадностью к своим врагам. И никогда не проигрывал.


Доспехи

Шлем «кабуто» – 3 кг.

Железный доспех «о-ёрой», прикрывает корпус, плечи и бедра – 25 кг.

Наруч «котэ» на левую руку из металлических пластин – 1,5 кг.

Поножи «сунэатэ» – 2 кг.


Оружие

Меч нодати – общая длина 155 см, вес 1,5 кг.

Меч катана – общая длина 100 см, вес 0,9 кг.


Умения и навыки

Ода Нобунага – достойный противник. Он был замешан во многих политических распрях и не прощал предательства. Главное оружие – огромных размеров меч нодати. Им обычно снимали всадников, так как катаной не всегда удавалось дотянуться. А тяжелая самурайская броня хорошо выдерживала мощные удары.


Русский боярин Онцифор Лукинич

Мушкетеры vs Лучники, Дружинники vs Самураи: выясняем, кто выживет в средневековом баттле Длиннопост

Жил в Новгороде в середине XIV столетия. Участник и организатор множества политических интриг, в том числе городского мятежа 1342 года. При раскопках его сгоревшей усадьбы археологи нашли доспех, который мог принадлежать Онцифору.


Доспехи

Позолоченный шлем с открытым лицом – 3 кг.

Чешуйчатый «бронежилет» из железных пластин – 5 кг.

Кожаные наплечники-трубы с пластинами – 1 кг.

Наручи из двух железных створок – 1 кг.

Защита бедер, связанные между собой железные пластины – 2 кг.


Оружие

Боевой топор на рукояти – длина 1,6 м, вес 1,5 кг.

Длинный одноручный меч – 1,2 кг.

Небольшой каплевидный щит.


Умения и навыки

Владел секирой – топором, который насажен на полутораметровую рукоять. В бою ее приходилось держать обеими руками, чтобы контролировать сражение. Щит был обузой: Онцифор Лукинич повесил его на спину с помощью специального ремня. Поскольку без щита новгородец уязвим, доспехи должны быть прочными, чтобы соблюдать баланс между бронированием и возможностью легко двигаться в бою. У новгородца это получалось.


Схватка!

Мушкетеры vs Лучники, Дружинники vs Самураи: выясняем, кто выживет в средневековом баттле Длиннопост

Боярин и самурай столкнулись на лесной опушке. Оба пришли сражаться, облачившись в доспехи из металлических пластин. В отличие от подвижной кольчуги, такая броня стойко держит удары мечей и топоров.


Самурай ударил боярина в шею, тот увернулся. Клинок нодати уткнулся в бронированную грудь боярина. Онцифор Лукинич сбил самурайский меч рукоятью топора и бросился на противника, занося оружие для мощного удара в голову.


Ода Нобунага ловким движением ушел с линии атаки, но держал нодати у пояса. Боярин собирался рубить самурая сверху, но ткнул его рукоятью секиры в лицо. На секунду японец опешил, а боярин резко опустил топор на клинок нодати. Меч со звоном переломился пополам…

Японец молча выхватил катану. Онцифор бросил секиру, сорвал со спины щит, украшенный хищным грифоном, а в его правой руке сверкнул меч с позолоченным эфесом...


Как это могло быть в истории?

Так кто из двоих победит? Тот, у кого доспехов меньше, или тот, кто эти доспехи рубит сильнее?


Приведем пример. В июле 1361-го под стенами крепости Визбю (Швеция) местное ополчение отбивалось от датских захватчиков. Стояла жара. Все боялись чумы, поэтому павших с обеих сторон похоронили в братских могилах прямо в броне, хотя обычно ее забирали живые. Археологи изучили эти могилы. Оказалось, что воины рубили друг друга по небронированным участкам тела. Собственно, это логично.


Возвращаясь к Онцифору и Оде. Шансы на победу у обоих одинаковые. Победит тот, кто первым поразит брешь в доспехе. Например, если противник поднимает руку вверх, его можно бить в подмышку – там нет брони, она мешает движению. И таких уязвимых мест в защите немало.


К слову, в Conqueror’s Blade можно сыграть за японского самурая с нодати, почти такого же, как Ода Нобунага. Только остерегайтесь ударов и помните, что в ближнем бою нодати лучше заменить на оружие покороче.


А кто победил бы в игре?

Самураи появятся в полной версии Conqueror’s Blade, как и казаки, которые по своему снаряжению лучше всего ложатся под образ Онцифора Лукинича. Разве что топорика у казаков нет. Как ни странно, выяснить, победят ли самураи казаков, невозможно без испытания в поле, потому что и те, и другие — быстрые и смертоносные. У самураев броня немного лучше, но только на вид и особого преимущества не дает.


Баттл 3. Стрелки — французский мушкетер VS английский лучник


Мушкетер д’Артаньян (да, на картинке и в игре что-то вроде его японской версии)

Мушкетеры vs Лучники, Дружинники vs Самураи: выясняем, кто выживет в средневековом баттле Длиннопост

Королевский мушкетер Шарль Ожье де Бац де Кастельмор, граф д’Артаньян. Прообраз того самого героя Александра Дюма. Сильно много про него рассказывать не будем, потому что все его и так знают (даже если не читали Дюма).


Доспехи

Кираса (металлический панцирь) из стали.

Кожаные краги.


Оружие

Мушкет – длина ствола 140 см, вес 8 кг.

Шпага – длина 140 см, ширина клинка 3 см.

Дага (кинжал для левой руки) – длина 40 см.


Умения и навыки

Д’Артаньян принципиально не носил шлем в бою. Как и все мушкетеры, он предпочитал носить широкополую шляпу с перьями даже под градом пуль и взмахами шпаг. На самом деле, это не пижонство, а тонкий расчет. В ружьях того времени был открытый поджиг заряда, поэтому искра могла попасть в глаз стрелка. Так в армии появилась мода на шляпы, широкие поля которых подгибали для безопасности. Впрочем, полированную до блеска кирасу граф все же надевал.


Английский лучник Джон Хоквуд, будущий полководец

Мушкетеры vs Лучники, Дружинники vs Самураи: выясняем, кто выживет в средневековом баттле Длиннопост

Джон Хоквуд родился в Англии, но всю свою жизнь воевал наемником в Италии. Свои первые битвы он прошел в качестве простого английского лучника. Например, сражался в битве при Креси (о ней писали здесь). Тогда на каждого убитого англичанина пришлось от 50 до 200 мертвых французов, и большинство из них погибло под стрелами длинных луков.


Доспехи

Шлем «салад» с открытым лицом – 2 кг.

Безрукавный доспех «бригантина» с железными пластинами внутри – 12 кг.


Оружие

Длинный английский лук – длина 2 метра.

Меч, перекрестье загнуто вниз и защищает руку воина – длина 90 см.

Кулачный железный щит «баклер» – диаметр 30 см.


Умения и навыки

Джон Хоквуд, как и его противник, отлично стрелял, правда предпочитал не мушкет, а «лонгбоу» – длинный английский лук. Он умел держать высокий темп стрельбы, а в ближнем бою неплохо фехтовал, предпочитая технику «меч – баклер». Баклер, маленький круглый щит, висел на поясе, всегда готовый защитить своего владельца.


Схватка!

Мушкетеры vs Лучники, Дружинники vs Самураи: выясняем, кто выживет в средневековом баттле Длиннопост

Граф д’Артаньян выстрелил в англичанина и отбросил мушкет. Не было времени перезарядиться. Он увидел метнувшуюся тень, рванул из-за пояса два пистолета и выстрелил в их сторону. Пороховой дым окутал мушкетера: в правую руку уверенно легла рукоять шпаги, а в левую – дага (это такой кинжал для фехтования).


Джон Хоквуд остался невредим. Он наугад отправил в дым четыре стрелы и выругался, когда они закончились. Взялся за меч с баклером и окликнул противника по-французски. Они скрестили оружие. Меч англичанина был короче шпаги француза, но он умело пользовался им вместе с баклером, так что гасконец не всегда успевал отбиваться шпагой и кинжалом. Кажется, противники были равны по снаряжению и оружию. Схватка затягивалась...


Как это могло быть в истории?

Чистому эксперименту в истории всегда что-то мешает. Поэтому точно узнать, что круче (шпага или меч / лук или мушкет) не получится. Шпага, конечно, победила такие мечи, как у Хоквуда. Но это лишь потому, что изменились доспехи, появились другие виды оружия и новые варианты ведения боя. А если говорить о перестрелках, то здесь прогресс пошел следом за простотой.


Для сравнения. XV век, время, когда жил Джон Хоквуд. Только 10% европейских воинов стреляли из пороховых монстров. Исключение – Черная армия венгерского короля Матьяша Корвина, который делал ставку на стрелков, их было 25%.


XVII век, когда жил и сражался д’Артаньян. Огнестрельное оружие стало главным во всех боях. Даже тогда оно еще подавало большие надежды, не уничтожив полностью луки и арбалеты.

Поэтому баттл получился в общем-то реалистичный.


Что касается реалистичности в игре Conqueror’s Blade – можете проверить сами. Так же, как и узнать свою скорострельность при стрельбе из мушкета. Кто знает, вдруг успели бы перезарядить мушкет быстрее д’Артаньяна, будь вы в той перестрелке?


А кто победил бы в игре?

Королевские мушкетеры в Conqueror’s Blade — элита армии, как и английские лучники. Сейчас у нас нет возможности столкнуть их лбами в открытом бою, нужно дождаться выхода полной версии игры. Но результат этого сражения можно спрогнозировать, обратившись к характеристикам начальных отрядов того же типа, доступных в бете. Исходя из показателей защиты и урона в дальнем и ближнем бою, можно предположить, что мушкетеры одержат победу в перестрелке, но обнаружат себя насаженными на лезвия коротких клинков в ближнем бою.


Протестить почти всех описанных воинов можно в бета-версии средневекового экшена Conqueror’s Blade. Выберите, какое войско народов Востока и Запада возглавите и готовьте доспехи и оружие к бою. Останется только выяснить, как долго вы проживете. И не забывайте рассказывать в комментариях, какие персонажи в игре вам нравятся больше всего!

Показать полностью 8
Отличная работа, все прочитано!