Сообщество - Сообщество фантастов
Добавить пост

Сообщество фантастов

5 317 постов 9 839 подписчиков

Популярные теги в сообществе:

49

В помощь постерам

Всем привет :)

Буду краток. Очень рад, что так оперативно образовалось сообщество начписов. В связи с тем, что форма постов в этом сообществе будет иметь вид текстов (а также для того, чтобы не нарушать правила сообщества), предлагаю вашему вниманию пару удобных онлайн-сервисов для хранения текстов. Было бы здорово, если бы админ (если есть такая возможность) закрепил этот пост. Если нет - то добавил бы ссылки в правила сообщества. Итак:


http://pastebin.ru - довольно удобный онлайн сервис, хотя и используется в основном, насколько я знаю, для хранения кодов. Можно настроить параметры хранения - приватность, сроки и т.д. Из минусов - не очень приятный шрифт (субъективно), зато не нужно регистрироваться.


http://www.docme.ru - так сказать, усложнённая версия. Можно хранить документы в различных форматах, такие как pdf, doc, и прочие популярные и не очень форматы. Из минусов - для комфортного пользования необходима регистрация.


UPD.

http://online.orfo.ru, http://text.ru/spelling - сервисы онлайн проверки орфографии. Простенькие, понятно как пользоваться, кому-то, возможно пригодится (возможно, и этому посту тоже:))


UPD2.

http://www.adme.ru/zhizn-nauka/24-poleznyh-servisa-dlya-pish...

Больше (24) различных сервисов, много полезных, и не только для художественной литературы. Смысла перепечатывать всё сюда не вижу, итак всё собрано в одном месте.


Предлагаю следующую форму постинга - пикабушник (ца) выкладывает отрывок из своего опуса, а сам опус заливает на вышеуказанные сайты и даёт ссылки. Так посты будут выглядеть прилично, не будет "стен текста".

Собственно, наверное всё. Если есть, что добавить - пишите в комментах.


P.S. Надеюсь, я правильно понял систему сообществ:)

Показать полностью
5

Пламя дальнего космоса

Камни горели безмолвно. Пламя ползло по их плавным краям и поднималось к вытянутым плоским верхушкам, уходившим далеко в небо. Камни были так высоки, что отдельные из них задевали стратосферу, но огонь полыхал даже там.

Ной проводил величественный камень взглядом. Нагромождение гальки и симметричных кругов слиплось, словно застывшая когтями лава. Высота не сочеталась с шириной: в некоторых местах камни так ужимались, что сравнивались с карандашом, но это не мешало удерживать равновесие. На всей планете было не найти ни одного поваленного камня.

Ной не понимал их мистической природы, однако огонь не обжигал и не причинял вреда. Требовалось взять пробы, чтобы убедиться, но пока опасности на незнакомой, чужой земле им не встретилось.

Пламя дальнего космоса Фантастический рассказ, Авторский рассказ, Рассказ, Космос, Космическая фантастика, Инопланетяне, Первый контакт, Фантастика, Длиннопост

— До сих пор мурашки пробирают, как посмотрю. Сложно привыкнуть.

Аида, искусственный интеллект корабля, была запрограммирована на человеческое общение. Режим можно было в любой момент переключить, но Ною нравилась компания компьютера. В одиноком полете к краям вселенной Аида выполняла функции не только помощника в работе, но и друга.

Обернутая сиянием, Аида зависла над песком, приняв форму шара с женским лицом. Маленькие кубики трепетали, постоянно перестраиваясь. Несмотря на их механичность, в этом участке космоса присутствие Аиды было самым человечным из всего, что окружало Ноя.

— Как думаешь, подойдет для временного дома?

— Нужно больше данных.

С орбиты они изучали планету двенадцать дней и собрали все данные, какие могли: твердое ядро, приемлемая температура и пусть разряженная, но атмосфера. В затухающем, холодеющем космосе пригодных для жилья миров осталось катастрофически мало. Ной странствовал в поисках нового дома для людей по всей вселенной и хватался за каждую возможность.

Он достал маленькую коробочку из прозрачного ящика и зачерпнул образцы оранжевого грунта. Пока Ной упаковывал его в плотный пакет, Аида просветила соседний камень инфракрасным излучением, потом ультрафиолетом.

— Ничего нового. Приступаю к записи.

Они условились делать не только снимки и видео-съемку, но и записывать колебания огня, их амплитуду. На планете, сплошь покрытой песком, ветра не было, но пламя всегда пребывало в движении как морские волны. Оно дышало, и в этом было нечто завораживающее.

— Готово.

— Хорошо, тогда последняя часть.

Крайне медленно, опасаясь повредить конструкцию, Ной отколол кусок горящего камня, тот отпал сухой веткой на перчатку. Пламя не жгло, но вспыхнуло ярче и продолжало трепетать, пока образец убирался в банку. И даже с плотно закрученной крышкой оно все еще горело.

Ной выдохнул, спрятав образец в короб. Было не по себе.

— Запускаю шаттл? — спокойно осведомилась Аида.

— Будь добра.

Стоявший на возвышенности вдалеке от камней маленький белый аппарат прогрел двигатели. Ной направился к нему легким шагом, постоянно пружиня и подпрыгивая. Гравитация здесь была слабее земной в четыре с небольшим раза. При таких значениях атмосфере следовало быть более разряженной, чем-то средним между Марсом и Луной, но она оставалась плотной и показывала насыщенный небесный цвет. Будто бы необычные пальцы-камни удерживали ее насильно, цепляясь за границу орбитального купола.

Вернувшись на корабль, Ной пообедал и отоспался, предоставив Аиде анализировать данные.

Когда он проснулся, к концу подходил их четырнадцатый день на орбите. Как правило, двух недель хватало для полной оценки планеты, оттого сегодня следовало решить, остаться у нее или продолжить поиски.

— Нашла что-нибудь?

Ной проглотил каплю энергетика и запил переработанной водой. Во рту вспыхнул ярким чувством шоколадный вкус — его любимый. Настоящий шоколад он ел лет пять назад, до того, как покинул на тот момент главную планету новых землян. Да и там шоколад считался очень дефицитным товаром.

Экран, до того смотревший на планету и демонстрировавший ее странную, вытянутую форму затуманился. Маленькими кубиками на нем проступило лицо Аиды. Рядом отразились строки цифр и графиков, усеянные пульсирующими точками и засечками.

— Я обнаружила закономерности в цепочке горения. Отдельные промежутки повторялись с различимой частотой, схожей со сверхдлинными радиоволнами. Я переложила их на различимую для человеческого уха частоту и смогла получить это.

Картинка сменилась проигрывателем, на котором колебались волны звука, наложенные поверх трепетавшего пламени. При каждом поднятии звук менял ноту, при смене цвета он углублялся или вскакивал на октаву, образуя протяжную песню на фоне шипения. Она лилась удивительно чуждым, но практически знакомым мотивом, время от времени выходя за пределы человеческого слуха. Находясь в их рамках, она напоминала пение дельфинов, перекликавшихся между собой.

— Я выделила двадцать восемь одинаковых сигналов, которые составляют последовательные цепочки. С тобой все в порядке?

Ной взмок. Его руки тряслись от воодушевления и страха одновременно, на лбу выступила испарина. Услышанное не походило ни на один другой звук космоса, записанный человеком ранее. Обычно планеты говорили безжизненными и ровными голосами, но здесь все было иначе. Тут прослеживалась четкая интонация, и это пугало.

— Да, я в порядке… Полном, — Ной сглотнул и переспросил осторожно, боясь поспешить с выводами: — Верно ли я понимаю, что это похоже на земной язык?

— Основываясь на известных нам образцах, голос планеты соответствует волнам живого существа в атмосфере, но не космического объекта.

Ной кинулся в лабораторное крыло. Там, под крепким куполом, стоял камень. Повиснув в вакууме, он горел, словно этот огонь и не был пламенем вовсе, будто он являлся неотъемлемой частью камня.

Недолго думая, Ной натянул защитный костюм и подошел к камню, замерев напротив. Показалось, что пламя вспыхнуло ярче.

— Неужели ты живое?

— Человечество не фиксировало подобных форм жизни, если их можно так назвать, — отозвался ровный голос Аиды, переместившейся на экран лаборатории, — я отмечаю возмущение волн, соответствующее символам шесть, девятнадцать, два, восемь. Последовательность повторяется.

Равномерная цепочка звука завертелась на мониторе, похожая больше на молекулу ДНК, чем на волну. Она расширялась, сужалась и скручивалась там, где компьютеру не удавалось расшифровать сигнал. Ной долгую минуту наблюдал за ней, после вернулся к куполу и коснулся его ладонью. В этот раз пламя сменило цвет, заалев прожилками на розоватом фоне.

А потом камень начал расти.

Его плотная структура набухла желто-красными ягодами. Из них вылупились новые ветви, которые дотянулись до стенок купола рядом с пальцами Ноя. Камень скопировал их положение и застыл. Его кожа-покрытие потухла, вернувшись к привычной серости.

Ной испуганно отпрянул.

— Аида, перенеси отлет.

— Надолго?

— Пока не выясним, что это такое.

Они остались на орбите. В корабле, смотревшем иллюминаторами на загадочную прекрасную планету.

Прошел день, два, неделя. Камень повторял один и тот же протяжный сигнал, тонкий и низкий, утробный будто плач кита. Ной выучил его наизусть.

День за днем он приходил к камню и долго на него смотрел, говорил с ним, проводил опыты. Он пускал кислород и углекислый газ, усиливал и снижал атмосферное давление, держал камень в полном вакууме — ничего не менялось. Пламя горело ровно, однако перестало менять цвет. Оно застыло в бело-сизом состоянии и больше не трансформировалось.

— Аида, что-то изменилось?

— Все стабильно.

От края каюты до лаборатории и обратно — Ной мерил шагами помещения и думал только о цифрах. Шесть, девятнадцать, два, восемь.

— Аида, ты можешь разгадать этот шифр?

— Я сопоставила его с известными человеческими языками, совпадений не найдено. Сходство с земными млекопитающими, обитающими в океане, жизнеспособно. Сходства с космическими объектами не выявлено.

Они подождали еще три дня, а на четвертый пламя вдруг опустилось. Оно сделалось ниже и слабее, истончилось. Его цвет сливался с воздухом по структуре и размывался, как гонимые ветром облака.

— Что с ним?

К этому моменту Ной воспринимал камень как абсолютно живое существо. Изменения его неприятно поразили.

— Колебания замедляются. Их протяженность снижена в шесть раз, амплитуда — в два с половиной. Можно судить об истощении импульса.

Спустя два дня ситуация ухудшилась.

Пламя вяло как лепестки сорванных цветов. Алые язычки срывались, тлея шариками в невесомости. Их цвет перетекал из красного в оранжевый, затем в желтый и белый, а после бесследно исчезал. Состав воздуха не менялся, и только опустевшее место на камне не зарастало, проплешина оставалась в нем насовсем.

— Оно умирает, — наконец, заключил Ной, созерцая поредевший плоский бок.

— Если принять во внимание человеческие понятия, я могу согласиться. Образец теряет силу.

Ночь Ной провел в размышлениях. Он почти не спал, а когда удавалось уснуть, неизменно видел тлевшее пламя. Оно мучило навязчивой идеей, целиком заняв его мысли.

Невыспавшийся, с кругами под глазами, Ной в очередной раз явился к камню и долго на него смотрел, игнорируя все вопросы Аиды. Не зная, сколько времени провел так, он в итоге сказал:

— Давай, отвезем его обратно.

Синее лицо сформировалось на экране, выразив слабое удивление — отголосок запрограммированных человеческих эмоций.

— Ной, меня беспокоит твое состояние. Я предлагаю связаться с материнским кораблем и запросить помощь.

— Не стоит, просто… Давай просто вернем его обратно.

— Может…

— Аида. Я приказываю: готовь шаттл.

— Слушаюсь.

Она пропала, занятая подготовкой к спуску на странную планету.
Ной осторожно, будто баюкал собственное дитя, переложил камень в походный контейнер, потеряв несколько лепестков пламени. Они осуждающе растворились в свете искусственных ламп.

Уже через пять часов шаттл приземлился. Несмотря на точные расчеты, Ной не узнал того места, откуда взял образец. Тогда камни стояли лесом, тянулись высоко, теперь же сквозь них просматривалась отчетливая брешь. Она открывала вид на незаметный с первого взгляда объект, укрытый одинаковыми столбами. Ранее надежные охранники потеснились, изобразив извилистую тропинку.

— Ландшафт не совпадает с моей графической памятью. Это неизведанная территория.

Машинный голос Аиды отрезвлял. Сияние голубого шара не перебивало полыхавшего бесконечным морем огня.

Ной взглянул на камень в защитном контейнере: по темной корочке пробежали золотые жилы. Они опутали образец коконом, и Ной мог поклясться, что видит пульсацию, когда смотрит на камень слишком долго. Это странным образом не пугало, а придавало решительности. Ной ступил на дорожку, отринув сомнения.

Немые камни, с обеих сторон облепившие тропинку, разгорались ярче при каждом его шаге. Их пламя краснело, а самые язычки наливались фиолетово-синим оттенком. Они росли не заметно для глаза, но становились все больше, а просветов между ними — все меньше, пока не свернулись сплошной стеной.

В конце пути появился подъем. Ступеней не было, однако земля отчетливо вела вверх по склону к круглой площадке.

Взойдя на нее, Ной обернулся: путь за его спиной закрылся. Камни сомкнулись неприступной преградой, за которой спрятался шаттл и даже само небо. Кругом существовал лишь горевший каменный мир.

Посередине идеально ровного круга возвышался камень, в очертаниях которого Ной узнал планету. Такая же странно вытянутая, но приплюснутая с полюсов, схожий красно-оранжевый цвет. Золотые прожилки сеткой закрывали коричневое пространство корки, они пульсировали набухшими венами, и маленький камень в контейнере отзывался им в такт.

В центре зияла черной дырой выемка. В отсутствие вен всю ее покрывала как вуалью непроглядная чернота, в которую не пробивался ни свет пламени, ни отблеск Аиды.

— Я испытываю помехи, расчеты затруднены. Перехожу в режим энергосбережения, — шумно и с помехами заявила Аида, после чего ее свет погас.

Ной вскрыл контейнер и дрожащими руками переложил образец в выемку, тут же сроднившийся с чернотой.

Золотая сеть расползлась поверх темноты, смазав форму камня. Она распространилась по всей поверхности единым полотном, срослась узлами как световые дороги земного города, наблюдаемого с орбиты.

По кромке вспыхнуло пламя. Оно взобралось по жилам до углубления и залило его жидким огнем, заполнив проплешины. Обуяв их яркостью, оно вылечило их, восстановило и схлынуло, оставив камень целым с идеальной овальной формой.

Действо продолжалось меньше минуты, и Ной не отводил взгляда. Когда он поднял голову, то каменные своды расступились, открыв бесконечное звездное небо с далеким пульсаром на горизонте. Вместо облаков по краям бежали искаженные пламенем радужные разводы. Они формировали спирали и волны, повторяли рисунки галактик. Ной никогда не видел ничего прекраснее.

— Докладываю: помехи устранены; приступаю к проверке функций. Проверка окончена, все приборы в норме. Начинаю сканирование окружения. Сканирование завершено: следов инопланетной жизни не обнаружено.

Лес поредел. Он вернулся в то положение, каким впервые его застал Ной. Образец врос в камень на пьедестале, стал частью его, которую нельзя изъять. Ной и не пытался.

Скрытая тропа превратилась в широкую дорогу, внизу нее ждал шаттл.
Ной бежал с планеты со смесью страха и благоговения, стыда и чудесного счастья. Словно он прикоснулся к сокровенному знанию, какого не понимал и не мог осмыслить. Ной представлялся себе песчинкой, случайно занесенной солнечным ветром в чужой мир и нарушившим его покой. Гостем, которому давно пора уходить.

Из иллюминатора шаттла он смотрел на планету и думал о том, как прекрасна и многообразна вселенная, как велика и непонятна; как много в ней непознанного.

Когда планета достаточно отдалилась, пламя многочисленных камней сменило цвет. В огромной, бесконечно загадочной земле, в ее углублениях, завихрениях ее огненных облаков и выпуклостях живых гор Ной узнал свое лицо.

Планета выложила его огнем с точностью до морщины, до складки бровей. Языки пламени на полюсе вытянулись волосами, а губы — губы улыбнулись.

Через секунду черты истаяли, смешались пылевым вихрем и растворились. Инородный мир отпустил охваченного священным ужасом путника, и тот спасался, больше не оглядываясь.

Ной не рассказал о своей находке и удалил все собранные данные Аиды, боясь, что другие люди вторгнутся, испортят удивительный мир вмешательством, как сделал он сам. Но, путешествуя далее в поисках нового дома, он больше никогда не встречал ничего столь же удивительного и жуткого одновременно.

Изредка, расшифровывая сигналы, он натыкался на странный шифр, повторявший как мантру: “Шесть, девятнадцать, два, восемь”. Тогда Ной вспоминал горящие камни, планету с человеческим лицом и гадал, для кого поет она на этот раз, кого зовет обратно сквозь одинокий холодный космос.

Иногда он думал, что эта песня для него.

Показать полностью
8

Глория Г (часть 1 глава1)

Каменный шар, размером с кулак, приятно грел ладонь. Марк задумчиво катал его по столу, любуясь переменами цвета, странным образом зависящими от направления движения. Катясь налево, окраска идеально ровной поверхности приобретала небесно-голубой оттенок. А при движении направо он становился царственно пурпурным. При вращении же на месте весь шар охватывался спиралью, разноцветной змейкой соскальзывающей вниз.


Это удивительное творение природы Деневера Марку посчастливилось отыграть в затяжной партии в керпо - одной из разновидности карточных игр, процветающих на межзвездных торговых кораблях. И теперь он размышлял - стоило ли толкнуть каменюку дальше, монетизировав выигрыш, или оставить при себе на память об этом перелете.


...


Заскочить в уходящий "поезд" на Виктории посчастливилось в самый последний момент, когда агенты старпола уже плотно сидели на хвосте, и до окольцовывания наручниками оставались считанные минуты. Чутье опытного мошенника еще никогда не подводило Марка, спасло и на этот раз. Небольшое дельце с продажей контрабандой партии земных алмазов благополучно завершилось - клиенты удовлетворенно испарились, и удачливый торговец отправился отметить сделку в ближайшем кабаке.


Процесс дегустации местных напитков катился легко и непринужденно от легких напитков к более тяжелым и обратно. Самодеятельный джаз-банд лабал безостановочно жуткую смесь стилей и направлений. Атмосфера, царившая вокруг, казалась дружеской и приятной. Но после очередного большого "круга", когда он достаточно "созрел", чтобы пригласить к своему столику сидевшую по соседству блондинку, очередной глоток местной "Маргариты" неожиданно встал поперек горла, перекрыв разгоряченное от ожидавшихся перспектив дыхание. Проявившийся в мяте привкус миндаля недвусмысленно указывал на скрытую угрозу. Хмель, казалось бы надолго обосновавшийся в сознании, испарился буквально в мгновение, оставив после себя только визитную карточку: "Был, не понравилось, ушел" да легкий звон в голове.


Осторожно, не привлекая лишнего внимания, обладатель двух миллионов галактических кредитов наличными осмотрелся, отметив угрожающе изменившиеся цвета интерьера. Приятно приглушенный, в момент начала праздника души, пурпур сейчас устрашающе алел сигналом опасности; а окружавшие весь вечер приятные лица местных завсегдатаев внезапно превратились в маски, под которыми угадывались суровые черты агентов старпола. Марк почувствовал себя главным участником представления, которое вот-вот должно было переродиться в трагедию. Незаметно вытащить из саквояжика хотя бы пару пачек кредитов, не привлекая к себе внимания, вряд ли было осуществимо - молодой человек все-таки был мошенник, а не престидижитатор. Он с усилием протолкнул в желудок, как оказалось, последний глоток "Маргариты".


Ситуация требовала быстрых и неординарных решений. Впрочем, к этому ему было не привыкать. В качестве варианта спасения вырисовывался гамбит оборотным капиталом. Демонстративно оставив саквояж полный наличности на стуле, Марк продифилировал к напрягшейся блондинке, мило улыбаясь, застолбил продолжение совместного вечера. Затем, бодро насвистывая "Турецкий марш", неторопливо вышел в туалетную комнату. Расчет оказался верным - никто из агентов не смог предположить, что он вот так запросто откажется от наметившейся интрижки и бросит всю сумму ради своего спасения. Окно в туалетной комнате не смогло сдержать его стремления и дальше путешествовать вольной птицей - тихо охнув лопнувшим стеклом, предоставило путь к свободе. Молча вознеся молитву Богу, в которого никогда не верил, счастливец спрыгнул со второго этажа на камни мостовой. Не заметив поблизости никому ненужных свидетелей, быстро зашагал подальше от переполненного агентами кабака. Из всего разнообразия капиталов, имевшихся на начало вечера, на текущий момент оставались при нем только с пяток природных алмазов, ловко подмененных в общей проданной массе на своих искусственных собратьев.


Символично испортившаяся погода сопровождала холодным дождем и ветром. Местная звезда уже села и сиреневые тучи молча жались к крышам невысоких домов. Отсутствие утепленного плаща, оставленного на вешалке в заведении, ощущалось каждым дюймом тела. Пока спина покрывалась гусиной кожей, мозги интенсивно работали, ища варианты выхода из кризиса. К сожалению судьба предоставила не так много возможностей для выбора: путь к спасению оставался только один - надежно спрятаться на планете с ее двумя десятками небольших городков в прибрежной зоне не представлялось возможным. По дороге в космопорт, в который раз уже пожалел, что не является гениальным Эриком Вайсом, чьи способности освобождаться от оков в ближайший час могли оказаться очень даже востребованы.


Небольшой зал ожидания с кассами вдоль стены укрывал от непогоды вряд ли более двух десятков ожидавших отправления. Возможность приобрести билет в общем порядке на ближайший старшип даже не рассматривалась. Да и раствориться среди разряженной толпы, равномерно распределившейся по всему залу, казалось непосильной задачей и для профессионального иллюзиониста. Старпол не дремал, и Марку не хотелось снова шутить с судьбой, и так уже сегодня позволившей подышать еще какое-то время воздухом свободы. Пришлось искать пути через служебный ход, где ушлый контролер на вертушке, оказавшийся так некстати неплохим геммологом, заставил расстаться с одним из брюликов - из тройки предложенных на выбор камней, он безошибочно выбрал единственный, являвшийся природным алмазом. Впрочем, в благодарность за проявленную щедрость неожиданный специалист по камушкам отдал форменную куртку техника портовой обслуги.


Оставив старполовцев шерстить полупустой зал ожидания, Марк вышел на летное поле и быстро оценил обстановку. На огромном поле в зоне досягаемости предстартовую подготовку проходили три огромных старшипа. Прекрасный пассажирский лайнер уже закрыл все наружные люки и аппарели, готовясь покинуть планету. Два грузовых стояли поодаль под загрузкой. Выбор представлялся небогатый. Понадеявшись на свою удачливость, беглец заскочил на платформу одного из автоматических грузовиков, сновавших между кораблями и портовыми складами. Ироничная судьба привела к загружавшемуся огромными ящиками с провиантом неуклюжему гиганту - старому трудяге дальнего космоса. Кто-то из экипажа в офицерской фуражке гражданского флота ругался с погрузочной командой роботов, возле одного из крупногабаритных контейнеров. Марк зашел с непросматриваемой стороны, прикидывая варианты проникнуть на корабль.


- Ты куда это задвигаешь, б..., железяка тупоголовая? - Офицер не стеснялся в выражениях, чем сразу выдавал свою принадлежность к работникам электромеханической группы. - Стоп! Стоп, я сказал! С...!


- Команда не принята. Время на исходе. Нарушение регламента, - робот тараторил, раскинув верхние конечности и не давая помешать нескольким молчаливым погрузчикам, с усилием запихивавшим негабаритный ящик в грузовой люк корабля.


Судьба явно предоставляла шанс. Марк прикинул варианты и, подойдя сзади, треснул словоохотливого суперкарго по шарообразной голове отрезком выдернутой из ближайшей укладки трубы. Щелкнул разряд, молниями осветив внутренности под треснувшим пластиком оболочки, и робот, мгновенно замолкнув, завалился на бок. Пораженный красочным эффектом от неожиданного вмешательства, офицер с грузового балкера замер, удивленно переводя остекленевший взгляд с поверженного робота на улыбающегося Марка. Видимо, настолько эффективный способ общения с бестолковой погрузочной командой он встречал впервые.


- Не надо меня благодарить, еще будете иметь возможность это сделать позднее, - Марк приветливо протянул руку, - Марк. Специалист по кризисным ситуациям. Я проходил мимо и заметил некоторые трудности.


- Да... - собеседник с трудом справился с потерей дара речи, - Вы что тут наделали!? Мы как теперь стартуем?


- Помочь? Я же сказал - я специалист по кризисным ситуациям. А с развороченным грузовым люком вы бы и так никуда не улетели.


Офицер в растерянности посмотрел на прикорнувшего робота, из головы которого шел сизый дымок и неприятно воняло горелой изоляцией. Скарабееобразные погрузчики, лишившись руководителя, замерли с грузом.


- Мое предложение следующее: вы берете меня на борт, а я организую погрузку всего этого хлама, и мы дружно стартуем с этой поднадоевшей всем планеты. И стоит поторопиться с решением, пока местная администрация не обратила внимание на пропажу связи со своими погрузчиками.


Пока механик, подтверждая многочисленные анекдоты об умственных способностях обитателей нижних отсеков, лупал выпученными глазами, Марк ловко вскрыл коробку ближайшего "скарабея". Приобретенные в свое время за немалую плату знания робототехники оказались как нельзя кстати. Местная разновидность роботов не отличалась продвинутостью и вполне соответствовала уровню давно устаревшего третьего поколения. Пользуясь своим универсальным ножом, претендент на звание нового члена экипажа достал приемник и перекинул мостик на оголившейся плате. Своим коммуникатором настроил соединение и запустил нехитрую программку погрузчика. Скарабеи задвигались, подчиняясь командам нового ретранслятора, перевернули никак не проходивший по ширине груз на ребро и аккуратно впихнули его в черное зево корабля.


- По рукам? В смысле включения меня в боцманскую команду? - Марк улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой.


- М-м-м... - Ошарашенный быстротой принимаемых собеседником решений офицер почесал затылок и ... - Давай! Вещи есть?


- Из вещей, только мое жизнелюбие и находчивость.


Марк подождал, пока последний ящик не будет водворен на грузовую палубу и надежно принайтован, и гордо взошел в свой новый дом.


- Эй! - Офицер сделал предостерегающий жест рукой, когда увидел, что нежданный "благодетель" потянулся к пульту закрытия грузового шлюза, - Выпусти погрузчиков...


- А кто будет в следующем порту заниматься разгрузкой? Считай это и есть мой личный груз. - И нажал большую красную кнопку.


Скарабеи покорно вцепились в палубу своими сочленениями и отключились. Им было плевать и на оставленного на взлетном поле своего бывшего старшого, и на покидаемую навсегда родную планету.


Офицер только обреченно пожал плечами, не успевая переваривать фортели своего нового помощника.


- Третий терминал! Ответьте мостику!


"Третий терминал" подошел к передатчику:


- Терминал слушает мостик!


- Какого х...! Вы там совсем о...! Б...!


- Мостик! Слышимость плохая, повторите! - Механик явно растерялся от непрерывно наваливающихся со всех сторон проблем.


- Это что за на х...! Ох...ь совсем! Почему диспетчер дает красный?! Что там случилось?


Пока офицер неторопливо соображал, что ответить, специалист по кризисным ситуациям осмотрел через иллюминатор взлетное поле - "пассажир" пока стоял неподалеку. Возможно до разборок с проштрафившимся грузовиком взлет и ему запретили. Движением плеча Марк оттер своего будущего сослуживца от микрофона:


- Алле! Мостик, ответьте терминалу!


- Это кто там? Что у вас там, дьявол, творится?!


- На связи новый член экипажа.


Мостик наконец заткнулся, от нежданно привалившего счастья.


- Предлагаю передать в диспетчерскую информацию о вышедшей на запредельный режим разбега энергетической установке. Ориентировочное время начала неконтролируемого деления - пять минут.


Гробовое молчание из громкоговорящей связи было отражением охватившего ходовой мостик ступора. Складывалось впечатление, что там наверху все выпали в осадок, не в силах достойно оценить всю комичность ситуации. Наконец посыл нашел кого-то из приверженцев неординарных решений, и в параллельной связи раздались слова:


- Диспетчер порта, ответьте грузовому старшипу "Глория Г".


- Слушаю ГГ.


- У нас нештатная ситуация на борту: вспомогательный реактор энергообеспечения пошел в разнос, начало неконтролируемой реакции деления - пять минут.


Реакцию диспетчера необязательно было наблюдать непосредственно - звук отваливающейся челюсти услышал каждый любопытный, подключенный к внутрипортовой связи. Пикантность ситуации придавал пассажирский лайнер, находившийся в непосредственной близости от ожидавшегося скоропостижного ядерного взрыва.


- ГГ немедленный старт! Не-Ме-ДЛе-ННый!!!


Марк подмигнул офицеру. Тот только ошарашенно покачал головой и кивком указал на противоперегрузочные кресла.


- Мостик терминалу! - Судя по металлу в голосе, в стартовую процедуру вмешался лично капитан корабля. - Если здраво не объясните, что там у вас творится, протянем каждого под килем Монарха!


Удивленный Марк стал свидетелем того, как здоровая бледность, от свалившихся на лысеющую офицерскую голову перипетий, соседа по перегрузочному креслу начала замещаться синюшными предвестниками скорой смерти. Запоздалая мысль: " И куда это меня черт занес?" - оказалась погребена под оглушительным грохотом стартовых ускорителей и пятикратной перегрузкой.


...


- Докладывайте. - Капитан старшипа сидел в командирском кресле и смотрел на ходовые экраны. Новое "пополнение" экипажа он не удостоил и косого взгляда.


По мере продвижения из глубин грузовых отсеков на капитанский мостик Марка начали грызть смутные сомнения в адекватности своего выбора средства покинуть негостеприимную планету. За время своей активной жизни баловень Меркурия передвигался на много каких старшипах как ближнего, так и дальнего космоса. Бывало отдыхал в качестве банального пассажира, но это было редкостью. Ну, если только по случаю удавалось вымутить билет - платить из личного кошелька за перелеты казалось излишней условностью. Чаще примерял роль почетного гостя, представителя какой-нибудь дипломатической миссии с никому неизвестной планеты, или, в крайнем случае, пролезал членом экипажа с необременительными обязанностями. Необходимость разбираться в устройствах и назначении космических кораблей требовала принадлежность к многочисленной когорте мошенников.


Предоставленный судьбой старшип не походил ни на один из кораблей, на которых до того бывал Марк. Это точно не относился к многочисленному классу грузовиков обыкновенных, шнырявших в рутинных каботажных рейсах внутри звездных систем. Размеры его намного превосходили межпланетных тружеников внутренних рейсов. Да и мощные ходовые двигатели, импульс ускорения которых пришлось прочувствовать на своей шкуре при разгоне, свидетельствовали скорее о средних размерах межзвездном перевозчике. Но вот чего перевозчике? Банальной перевалкой грузов тут и не пахло. Проходя по грузовым палубам, Марк отметил устойчивое амбре, более подходящее для какого-нибудь передвижного зоопарка. А в жилых коридорах явно обитала не только небольшая команда грузового транспортника. Уж слишком много народа шлялось в проходах для вахтового графика. Вдобавок ко всему, праздношатающиеся выглядели поразительно разношерстными - в прямом и переносном смыслах этого слова. Словно Марка занесло на какую-то современную интерпретацию Ноева ковчега, где плюсом к каждой паре по паре, добавились еще и различные инопланетники. Присутствовали ли они все в том же классическом для спасения популяции составе, проходя мимо, сказать было сложно. В общем, когда они все-таки оказались в капитанской рубке, голова новоиспеченного члена экипажа изрядно шла кругом от новых впечатлений.


- Второй помощник, я жду пояснений, что это было на Виктории? - Капитан наконец развернулся вместе с креслом, предоставляя отличную возможность рассмотреть не только затылок и часть уха...


На удивление, для командира огромного межзвездного корабля он оказался изрядно стар. Растрепанные седые волосы, приличная небритость - еще, конечно, не борода, но уже давно не джентльменская пятидневная щетина. Черная повязка на правом глазу или его законном месте, бледное лицо, выдававшее в говорящем нечастого гостя планет земного типа. Не хватало только треуголки и пиратского флага на гюйсштоке, для полноты погружения в атмосферу средневекового разбойничего клипера.


- Капитан, проклятые портовые погрузчики в самый ответственный момент чуть было не разворотили нам грузовой люк. - Второй помощник, докладывая чистую правду, выглядел как нашкодивший и завравшийся школьник. - Я как мог пытался предотвратить непоправимое...


Если бы Марк самолично не участвовал во всей этой байде с погрузчиками, он бы решил, что помощник нагло юлит и банально выгораживает себя.


- Проклятье! Как можно предотвратить непоправимое, когда ваша мамаша не озаботилась своевременной контрацепцией? А?


Провинившийся, остававшийся все это время смертельно синеватым, начал закатывать глаза, изрядно испугав Марка.


- Сколько можно повторять дилетантские ошибки? Я простил вашу беспомощность на Ригеле, где вы запороли простейший прием двух Тулхов, и мы так и не смогли их потом отловить. Это стоило нам двух дней задержки и оплаты по двойному тарифу. А на Церере?


Пока кэп выносил мозги своему помощнику и размазывал их на глазах мрачно помалкивающей вахты, Марк огляделся в рубке. Пара пилотов, сидевшая за рулевой панелью, выглядела вполне привычно. Если, конечно, не принимать в расчет, что это были сиамские близнецы. А вот на мгновение высунувшаяся из дверного проема в штурманскую образина человеком явно не являлась. Либо начиналось жуткое похмелье с галлюцинациями. Во всяком случае, как еще можно было объяснить замысловатую форму черепа или что там у него было под чешуйчатой кожей головы. Инженеры за пультом ходовых систем не были даже человекообразными. При этом Марк заметил, как они похихикивали, прикрывая этакими четырехпалыми псевдоподиями свои речевые отверстия. Хотя, возможно, это только в человеческом восприятии они смеялись, а на самом деле оплакивали своего нерадивого однополчанина. Неожиданно Марк понял, что в данный момент речь зашла о его персоне.


- А кого ты приволок на мой корабль? Тебя разве мама в детстве не научила двум главным правилам настоящего мужчины: не совать свой интересный орган куда ни попадя и не таскать с улицы всякую дрянь? Хотя о чем это я, в самом деле? Если она даже простейшим абортом не обременила себя, спасая мир от очередного дебила. Кто это? Убийца? Разыскиваемый старполом известный мошенник? - Марка словно обожгло: кэп оказался далеко не промах, с развитым чутьем, которому позавидовал бы и сам Холмс. - Безжалостный пират дальних линий?


- Позвольте, я представлюсь. - Марк попытался направить внимание капитана в иное русло рассуждений. - Я в порту предложил вашему офицеру свои услуги риск-менеджера, поскольку едва не сподобился присутствовать при проявлении неизбежного. Еще бы пара минут, и сидеть вам на планете лишних трое суток. При этом, как мне стало известно, на планете начиналась синюшняя лихорадка Майкрофта, и вы вполне могли угодить под карантинные мероприятия на требуемые противоэпидемическим законодательством полгода. Которые, к слову, длятся там верные два земных года.


Капитан пока слушал, не вмешиваясь в монолог незваного гостя, что прибавило Марку красноречия.


- Как вы понимаете, официальные органы никогда бы не озвучили угрозу туристическому бизнесу, но вы видели рядом туристический лайнер, готовый незамедлительно стартовать. В общем, пришлось несколько ускорить процесс. И я считаю, что мы отделались легким испугом.


Теперь все присутствующие посмотрели на помощника. Но тот слишком был занят закатыванием глаз и на общее внимание не отвлекался.


- Хм-м-м. Складно-складно. И не проверить никак... Казалось бы.


Последнее "казалось бы" Марку очень не понравилось. И что бы это могло для него означать?


- И так. Старший помощник вполне нагреб на однократное килевание. А там будем посмотреть.


Решение капитана окончательно подкосило слабохарактерного члена экипажа, и провинившийся выпал бы в осадок, но вовремя подставленные псевдоподии инженеров спасли его от встречи с жесткой палубой. Для амебоподобных существ, эти двое перемещались поразительно прытко. Так подхваченный под руки, в полуобморочном состоянии он и покинул помещение. Кэп сдержанным кивком предложил и Марку следовать вослед. Развитое чувство опасности мгновенно проявилось бесчисленными мурашками, устроившими веселый хоровод вокруг позвоночного столба в районе крестца. Такой энтузиазм с их стороны проявлялся впервые, и чего следовало ожидать в дальнейшем от судьбы злодейки, предсказать не взялся бы и самый надутый экстрасенс. Марк впервые оказался в самой гуще настолько извращенной клоунады, что оставалось только понадеяться на свою извечную везучесть.


Огромный ангар заполняла разношерстная братия. Присутствующие толпились, оставляя свободным небольшой кружок в центре. Шум и гвалт стоял приличный, словно все ожидали захватывающее представление. Марк воспользовался возможностью рассмотреть подробнее население грузовика. Как он и предположил ранее, это был совсем не грузовик. В отличие от обычных для такого типа судов, экипаж которых составлял не более двадцати человек, в ангаре набиралась добрая сотня бездельников. В центре свободной площадки стояли капитан и его помощник, поддерживаемый двумя амебоподобными инженерами. Самостоятельно сохранять равновесие провинившийся был не в состоянии и буквально висел на псевдоподиях. Инженеры, судя по тому, как крепко удерживали подопечного от падения, представляли из себя какое-то подобие формованного баллистического геля. И были столь же прозрачные. Ранее таких существ Марку видеть не приходилось. Но это было не единственное его открытие. В окружающей толпе взгляд периодически выхватывал ну очень странных существ, описать которых без использования ненормативной лексики язык не поворачивался. И не факт, что здесь присутствовали все жители этого «ковчега».


- Внимание! - слово взял капитан, - С последней стоянки нам пришлось срочно уносить ноги. По независящим от нас обстоятельствам. Виною всему, хорошо вам знакомый человек. Выношу на обсуждение - предлагаю его незамедлительно килевать.


Толпа зашумела, активно участвуя в обсуждении предложения. Судя по возбужденному гомону, Марку предстояло стать свидетелем далеко нешуточного представления.


Неожиданно в центр вышел еще один человек, одетый во что-то, напоминающее своим кроем сутану с прямым воротничком, застегнутым под самую шею. Длинные волосы, ниспадающие на непрозрачные сиреневые очки, делали его вид довольно странным, если не сказать более - неприятным. Он поднял руку, и все замолкли. Марк сделал вывод, что это еще один представитель руководства корабля.


- Капитан, а кто вам дал право распоряжаться не вашей собственностью? С каких это пор Монарх стал членом экипажа?


Командир старшипа стоял молча, особо пока не вступая в словесную перепалку, отчего Марк даже засомневался, кто же из них более главный. Иерархическое распределение руководящих должностей на корабле оставалось пока для него загадкой.


- А если вы все-таки обращаетесь с просьбой выделить Монарха для тестирования вашего провинившегося подчиненного, то надо оговаривать цену контракта. Мы вам за аренду корабля платим полным счетом и даже больше. Называйте цену. Иначе, выбрасывайте оболтуса сразу за борт. А Монарх пусть отдыхает.


- Добро. Увеличиваю норму потребления воды на пять процентов. По рукам?


Чувак в сиреневых очках поднял обе руки обращаясь к окружающим.


- Братья! Принимаем устный контракт на Монарха?


Все кругом одобрительно загудели. Марку покуда смысл всего этого цирка оставался недоступен. Кто такой Монарх, о котором шел горячий спор и одно упоминание вызывало у помощника ступор? И в более широком смысле - кто вообще эти существа и люди кругом? Почему братья? Марк попал в секту, путешествующую с проповедями по Галактике? Но никаких религиозных атрибутов на корабле он покуда не встречал. И мало походил на фанатичного проповедника этот чувачок с длинными волосами.


Неожиданно в дальнем конце круг разомкнулся, и в него медленно вползло еще одно странное существо. Нечто, напоминающее большую улитку с шестью рожками в виде короны на кожистой голове и огромным мясистым горбом на спине. Огромные глаза на рожках смотрели внимательно и слегка слезились. Оставляя за собой полоску липкого следа, Монарх дополз до центра и уставился всеми шестью глазами на чувака в очках.


- Монарх, нужна помощь. Вот этот чел проштрафился. Можешь проверить его на устойчивость? Если посчитаешь нужным, можешь его съесть...


Марку стал понятен иррациональный страх перед Монархом. В довесок к очень неприятному внешнему виду, улитка еще и плотоядно облизнулась осмотрев с ног до головы помощника. Все кругом закричали:


- Монарх! Монарх!


Инженеры бросили своего клиента на палубу и, смешно подскакивая, мгновенно ретировались. Видимо, им также был неприятен огромный слизень. Хотя, возможно, до кучи он мог закусить и баллистическим гелем. Монарх медленно, не сводя с оцепеневшего провинившегося своих пугающих глаз, начал наползать на бедолагу подобно катку. Марку стало не по себе от царящих здесь нравов. Он впервые оказался в подобном обществе, где так запросто отдавали на съедение инопланетному слизняку человека. Однако лезть со своим уставом в чужой монастырь он пока поостерегся. Да, и не монастырь это был сроду... А как здесь обходились с нарушителями корабельного кодекса, Марк пока не уяснил и тупо рисковать здоровьем не собирался. В это время улитка вползла на помощника, только пара ног осталась торчать из под ее подошвы. И дрогнув несколько раз, они обмякли...


Присутствующие хранили благоговейное молчание, ожидая развязки: переварит Монарх человека или просто раздавит. Глаза слизняка затянула полупрозрачная кожистая пленка, и некоторое время он пребывал в недвижимости. Наконец мягкое тело дрогнуло и медленно сползло с человека. Марк вздрогнул, увидев открывшееся страшно обезображенное лицо - ни носа, ни глаз, сплошное ужасное месиво. Неожиданно помощник зашевелился, сел и брезгливо начал обтирать физиономию. Марк с облегчение понял, что это только слизь, обильно покрывавшая наказуемого с ног до головы. Наконец "казненный" встал и пошатываясь вышел из круга. Все почтительно расступались перед ним.


Чувак в очках поднял руки:


- Правосудие свершилось! Невиновен!


Все начали расходиться, обсуждая вполголоса увиденное. Иногда бросали на Марка косые взгляды. Правда он ничего не понял из увиденного, но с облегчением вздохнул: все оказалось не так страшно, как могло бы быть.


Капитан подошел к нему:


- Тебе повезло. По непонятной для меня причине Монарх решил, что твое приобретение нам на руку. Так что, считай спас этого болвана. Монарх отказался пробовать его на ужин.


Марк пока пребывал в расстроенных чувствах - стоит ли радоваться благополучному освобождению от тесных объятий старпола или следует начинать переживать по поводу своего нынешнего места жительства.


- Сам процесс проверки Монархом на предмет соответствия нашим правилам ты видел. Не рекомендую косячить. Процесс дефекации у улиток очень сложный, не советовал бы изучать его изнутри.


Марк был с кэпом в этом щекотливом вопросе полностью согласен.


- Мне бы где-то пристроиться, день был очень насыщенный на впечатления, и ознакомиться со своими новыми обязанностями.


- Вещи есть?


Марк развел руками:


- Только моя одежда, - решив, что надо как-то объяснить такое странное состояние, добавил, - Пришлось все бросить из-за эпидемии. Очень заразная зараза.


Кэп назначил Марку в сопровождающие странного типа, представив его баталером. Но хотя бы человекообразного и быть может даже из рода млекопитающих.

Показать полностью
5

Зеркала. Часть 2. Глава 3. ч.3

Естественно раскрываться перед врагом ни у кого желания не было, но спорить с Александром желания было ещё меньше. Вопросительный взгляд Апраксина был направлен на толстячка со звучной фамилией Пузиков и тот уже понимал, что выбор сделан в его пользу.

Леониду было очень некомфортно в данной компании. Его изнутри беспрестанно сверлила совесть, заставляя думать, что он поступает неправильно. Но его журналистский (а именно журналистом он работал последнее десятилетие) интерес частично заглушал внутреннее сверление. Чтобы совсем отвлечься он гнетущих чувств он решил поугадывать, какие же мотивы свергнуть Даниила были в головах у этих людей. Мотивы Бена, Пузикова и Кумара были очевидными. Бена прислали в Россию пендосы, чтобы через него, как обычно, подсказывать всем, как надо жить в демократии. Куда же мы без янки-то? Пузиков тоже казался легко предсказуемым. Скорее всего был чинуша мелкого посола в Иркутской области, по головам шёл к своей наворованной цели, а тут появился Даниил и выгнал его, забрав всё, что тому с таким трудом удалось наворовать. В первые две недели Леонид насмотрелся на тысячи ему подобных. Ну а Кумар - приблатнённый нарик, таких Даниил вышвыривал из области, не разбираясь. Все просто, ничего интересного.

А вот Антоныч и Марина Павловна вызывали интерес, потому что с ними все было не так однозначно. Антоныч явно имел какие-то авторитетные рычаги в криминальных сферах. Его глаза выдавали в нём зверя. Но что ему хотеть от Даниила? Не понятно. Наоборот, благодаря Даниилу многие зеки, после выбывания из Иркутской области получили УДО, так как тюрьмы были переполнены таким наплывом нового контингента. И Марина… Эта женщина наоборот - служитель закона. И складывалось чувство, что свою работу она любила и ценила. За что Даниил её выгнал, что она на него обиделась? Или он её не выгонял, и она покинула область по собственной воле? В любом случае скоро узнаем.

Рассказ начал Пузиков, и Леонид даже громко вздохнул от досады. Он угадал его на сто процентов.

- Я родился на севере. В жопе, - начал рассказ толстячок, - Мне то вас, областных, понять не сложно. А вот вам, вряд ли суждено понять, каково там жить. Но, не поверите, люди там живут. И я там жил. Родился я в Ербогачёне, в семье простых рабочих. И, естественно, как и любой здравый человек, живущий там, я ненавидел свою жизнь. Я хотел большего. Мне не хотелось всю жизнь бегать в туалет на улицу в трескучие морозы, я хотел жить комфортно, как минимум срать в тепле. И уж тем более я не хотел быть простым рабочим. Я искал все возможные средства, чтобы вырасти и свалить из этой дыры.

- Судя по твоему пузу, вырасти тебе удалось, - хихикнул Кумар, остальные улыбнулись.

Однако Пузиков был увлечён погружением в прошлое, да и к своей внешности он относился, видимо, нормально. Поэтому на подколку отреагировал нормально.

- Ну, так зря хотел, что ли? В пузо тоже надо умудриться вырасти, - продолжил толстячок, - К концу средней школы я уже физически не мог находиться в той дыре, в которой меня произвели на свет родители. Спасибо им, сука, за это большое. Закончив девять классов я уговорил их отправить меня на учёбу в колледж в Братске. Тоже не столица, конечно, но после той дыры Братск казался для меня просто раем. Я поступил в Братский Торгово-Экономический Колледж, который был тогда филиалом Иркутского нархоза.

- Хотел поступить в Нархоз? – уточнил Леонид.

- Конечно! Иркутск – областной город! По факту-то оказался такой же серой дырой, как и всё что за МКАДом. Но двадцатилетнему пацану из жопы мира тогда этот город казался пиком желаний. Закончил я коледж лишь с надеждой отправиться в Иркутск, учиться в самом нархозе, но! Мой нищебродный папаша не смог бы оплатить моё обучение! И мне пришлось вернуться в это сраное село! Как я тогда ненавидел своего отца! В последствии, осознав, что мне никуда из Ербогачёна не выбраться, я решил стать королём хотя бы там. Во-первых, у меня было неоконченое высшее, а во-вторых, во время учёбы я завязал кое какие дела с Братской братвой, и благодаря связям попал в нефтяную компанию. От компании получил высшее образование, да и неплохую должность. Там же познакомился и, в последствии - женился - на дочке одного из депутатов. Таким образом попал в управленческие круги, ну и когда должность мэра Ербогачёна должна была очередной раз освободиться, я уже к тому времени был широко известен там. Братской братве не помешал бы свой человек в на управляющей должности Ербогачёна. Вовремя подкормив нужных людей, меня избрали мэром Ербогачёна. Я был на вершине счастья. Первая ступень на пути к счастью осуществилась. Я мог, наконец, расти дальше.

- И тут пришёл Даниил? - скучающим голосом предположил Леонид.

- Да, сука, верно!!!! Пришёл этот «ангел» и сверг меня. Тогда, когда я наконец получил ключ от счастья! Но это не самое противное. Противно то, что я всю свою жизнь провёл в этом сраном селе. Я всеми силами прогрызал себе дорогу наверх, чтобы достичь того, чего достиг, а этот тепличный выродок, из областного города за несколько дней достиг намного большего.

- Ясно. Банальщина.

- Чего?

- Да того! Ты думаешь - ты особенный, Александр? Вас таких «бедных» пачками выпроваживали из области. А знаешь почему? Вот ты говоришь, что ты всеми силами прогрызал дорогу на верх, а Даниилу всё досталось даром. Да. Даниил семьёй своей и здоровьем заплатил за то, чтобы добиться того, что сейчас имеет…

Это была очень интересная информация. Расчёт Александра был верен. Не спрашивая напрямую, а с помощью этих нудных душеизлияний он развяжет язык Лёне. К тому же его козырь уже витает в воздухе и медленно, но верно затягивается на шее Леонида. Уже скоро Саша получит любую информацию от него, которую пожелает.

- А ты всю жизнь шёл по чужим головам. Ничего от себя не отдав. Разве я не прав? Уж не обижайся, но будь я на его месте, я бы поступил с тобой так же, – закончил мысль Леонид.

«О, на его месте ты никогда не будешь!» - смеялся про себя Александр.

Бывший мэр Ербогачёна оскалил зубы в выражении ненависти, но промолчал. Слишком боялся разозлить Александра.

Тем временем Леонид продолжил.

- Теперь, я бы хотел услышать рассказ Антоныча.

Александр вопросительно посмотрел на старика, но тот отрицательно кивнул в ответ.

- Я если что и расскажу о себе, - пробасил он, - То только в самом конце.

Леонид уже открыл рот, чтобы возразить, но Александр его опередил.

- Лёня-Лёня… стой! Давай не будем спорить. Хотя бы из-за уважения к чужому мнению. Антоныч же сказал, что расскажет. Просто сделает это в конце. Не каждый готов легко расставаться со своими тайнами. Давай пока послушаем Ваню. Расслабимся. Проспойлерю немного, - ехидным голосом закончил Саша, - У него любовная история…

- К Даниилу что ли? – удивлённо уточнил Леонид.

Иван аж поперхнулся. Марина звонко рассмеялась. Даже Пузиков, сидевший до этого с обиженным лицом захохотал.

- Я вам не гомосятина какая-то! – завозмущался Иван.

- Дикарьи… - чуть слышно произнёс Бен.

- Ну, да! - услышал его Иван и закончил, - До cих пор баб трахаем!

- Ладно-ладно! – начал успокаивать всех Саша, - Ещё не хватало нам интернациональной вражды на почве толерантности. Развей миф о своих сексуальных пристрастиях, Ваня. Расскажи нам свою историю. Почему ты хочешь лишить Даниила силы?

- Я? Лишить его силы? Я не хочу лишать его силы. Я хочу, чтобы он, внатуре, просто исчез.

- О как! – удивился Леонид, - За что ты его так?

- За что? За Польку, млин.

- Ты про Полину что ли? – удивился Лёня, никак не ожидая такого поворота.

- Точняк.

- Ты её откуда знаешь?

- Так мы в одном классе учились. Я знаю её с садика. И, наверно, оттуда же, люблю её, в натуре. Ой, какая она была девочка! Этот бантик её на первом звонке! А в старших классах… Знатной чиксой стала! Её лицо, грудь, бёдра! Ещё ее этот пацанский стиль! Просто бомба! Всё бы отдал за ночь с ней!

- Прямо всё? Что тебе мешало?

- Да отшивала она меня постоянно. Я к ней и так и этак подкатывал, а ей хоть бы что. Уж не знаю, что ей было надо? Друзья говорили: «Брось ты эту целку!», а я не мог, уж больно шишка при ней дымилась. Я всё делал как надо! Цветочки ей там всякие дарил. Что ей во мне не нравилось не понимаю, да только не соглашалась она. Говорила: «Иди кури свою дурь со своими друзьями, а ко мне не лезь». Как будто бы я только дурь курить умею.

- А что ты ещё умеешь?

- Ну… Мы с братвой много чем занимались. Всего, блин, не упомнишь.

- Ага, пили пиво и детишек гоп-стопили наверно?

- Ну, не без этого, - гыгыкнул Ваня, вспоминая прошлое, - Это часть жизненного опыта. Это каждый сам должен пройти как может.

- Да ты – философ, Ваня.

- А то!

- Ну, тут всё ясно! Вот ты её «любил-любил», а она взяла, да и кинула тебя с Даниилом, да?

- Да, чёрт его подери! Я старался ухаживал как мог! Думал денег поднакоплю и за ней в Иркутск перееду, а тут раз и появился этот хер. Он её, видимо, даже не любил никогда, в отличие от меня! А она за ним бегала и бегает до сих пор, мля. Он, уверен, её этими своими мозговыми силами заставляет его любить. Эх, мне бы так.

- Ментально.

- Чё?

- Воздействие на сознание человека называется ментальным воздействием. Увы, Ваня, но когда они познакомились с ней, он тогда ещё им не обладал. Да и к тому же, почему ты, если так её любишь, не встретился с Даниилом? Не вызвал его на дуэль? Трухнул?

- Чё? Я – трухнул? Ты чё пургу гонишь?! Ему просто повезло тогда. Мы с братвой тогда в одно дело ввязались, менты и всё такое. Мне пару лет отсидеться надо было где-то, вот я в Кабанск и уехал. А когда вернулся, там уже и не помню чё было. Он же «ангелом» потом стал.

- Ага. И шика твоя Полину так и не попробовала. Ясно, - он перевёл взгляд на Александр, тот сидел и слушал всё со своей ниспадающей ехидной улыбкой, - Очень романтичная история.

- Ну, что есть! – подтвердил тот, - Давай, Бэн, раз уж идём против часовой, давай теперь ты.

- Да, легко! Только, что я могу такого ньеобычного рассказать? Тут я по порьчьению моего правительства. Моя задачья следить, что бы сьетуация с мутатном не выходьила из-под контроля. Всячьески поддерживать любые направленьия для решения данной ситуации.

- Понятно, Бэн. Опять америка суёт свой нос куда не просят, - голосе Леонида звучало пренебрежение, и он грубо перебил иностранца, - С тобой всё понятно. Можешь не продолжать. Давай, Марина Павловна, лучше ты. Чего же такого Даниил сделал тебе?

Губы женщины чуть заметно задрожали. Ей потребовалось некоторое время, чтобы собраться, но она всё же нашла в себе силы и начала.

- Я сирота. Никогда не знала, что такое семья. Я жила в детском доме. Очень… не хорошем детском доме. Самый близкий для меня человек тогда была моя воспитательница. Не знаю почему она ко мне хорошо относилась, но благодаря ей я оставалась человеком. И я её очень уважала. Она всегда говорила: «ты должна учиться, чтобы чего-то добиться», и я училась. Благодаря её поддержке. Наверно это странно для ребёнка из детдома, но я очень хорошо закончила школу и, подготовившись, поступила в институт МВД на юр. фак. Всегда обожала историю и очень хотела помогать людям. Мне нравилось учиться, и ещё в ВУЗе у меня появились друзья. Не те друзья, которые предлагали мне курить травку и сбегать с детдома, а настоящие друзья. А ещё я устроилась на подработку. Позже, благодаря помощи моих друзей и собственными стараниями, мне удалось взять в ипотеку комнату в одном из общежитий МВД в Иркутске. Да, это не квартира, но это была моя крыша над головой и я была безумно рада своим двенадцати квадратным метрам. Потом я окончила ВУЗ и пошла работать следователем по делам несовершеннолетних. Мне ужасно нравилась моя работа. А ещё мне нравилось, что я работаю с детьми. Я любила детей. И даже эти, в основном из неблагополучных семей, дети оставались для меня детьми. Я легко находила с ними общий язык, так как сама была выходцем из их среды. Моя воспитательница из детдома переписывалась со мной вплоть до своей смерти, и, видя мои успехи, она была счастлива, потому, что верила, что сумела вырастить из меня человека. Я тоже была счастлива. Но, общаясь с таким количеством детей, мне всё больше и больше хотелось своих. А время шло и шло. Я уже было отчаялась кого-нибудь найти, но всё же судьба и здесь от меня не отвернулась. В моей жизни появился любимый человек. Как же было жаль, что Таисии Семёновны (моей воспитательницы) уже не было в живых, она бы порадовалась за меня. Она очень хотела увидеть меня в кругу семьи. Мы с Егором сыграли свадьбу. Мне было тридцать два, ему тридцать семь. И через два года… - глаза Марины наполнились слезами, - через два года у нас родился Андрюшка. Андрюшечка мой, - женщина не смогла совладать с собой и заплакала.

Александр по-отцовски нежно приобнял её за плечи и протянул ей стакан воды.

- Выпей Марина, она с лимоном…

Женщина, протирая слёзы сделала несколько глотков. Видимо там был не только лимон, так как женщина со старым лицом начала быстро успокаиваться и хоть слёзы ещё шли из её глаз, она нашла силы продолжить…

- Прошло шесть лет… Самые счастливые шесть лет моей жизни. Но в тот день… - она снова начала трястись мгновенно сделала ещё несколько глотков из стакана, - Егор с Анрюшей в тот проклятый день, возвращаясь домой с прогулки. Я часто работала допоздна, как и в тот день. Они часто гуляли без меня. Я была на работе, когда мне сообщили, что… Что они… Что эта тварь… за рулём… был пьян…

Марина ещё даже не преступила к рассказу подробностей, но по обрывкам её тонущих в слезах фраз сознание само рисовало страшную картину… Толпа зевак. Патруль ДПС. Разбитый посреди тротуара, автомобиль и два тела, изувеченных металлом и стеклом, лежат рядом. Пустые смятые оболочки, в которых больше не было жизни.

Смотреть на старую рыдающую женщину становилось невыносимо.

- Ладно, Марина Павловна, - начал Леонид, - Давайте не будем продолжать…

- Нет уж! – возразила она, - Не-ет, Дорогой, теперь ты дослушаешь! Ты хотел послушать мою историю! Я расскажу тебе всё! Расскажу, как я стояла и не могла поверить звонку от инспектора! Я была уверена, что это чей-то дурацки розыгрыш. Что я сейчас прибегу туда и ничего там не увижу! Это шутка! Этого не может быть! Только не со мной! Но то были мысли отчаяния. Как шок, заглушающий боль, они заглушали моё сознание, чтобы я не сошла с ума. Они давали мне надежду, пока… Пока я не увидела их. Среди толпы зевак. Эти людишки стояли и смотрели, как из моего сына и мужа вытекают мозги и кровь. Я их всех ненавидела тогда! Будь они все прокляты! Я хотела поехать с Андрюшей и Егором, но мне не дали! Я пыталась прорваться к ним, я звала их, ждала, когда Андрей откроет глаза и, улыбнувшись, скажет «Мамочка, привет!» Но он не открывал глаза, не звал… Меня держали и держали, как бы я не рвалась, не пускали к ним. Потом мне не вкололи какую-то дрянь санитары из скорой, и я стала плохо соображать. Истерика сменилась апатией и сильно захотелось спать. Опустошённую меня завели в карету. Дальше я почти ничего не помнила. Проснулась я уже в больнице. Боль вернулась и меня не отпускали. Даже на похоронах я была в сопровождении врачей, после чего вернулась в больницу, где меня продолжили лечить. Говорят, время лечит всё… Нет! Оно не лечило. Я бы покончила с собой, но мне и этого не давали. Меня пичкали разной дрянью, что бы я могла продолжать существовать… Это продолжалось бесконечно, пока я морально не угасла. С работы меня попросили. Благо на пенсию я тогда уже наработала, да и погоны были далеко не пустыми. Так я и жила потом. Каждый день одна в пустой квартире. С бутылкой виски. Врала себе, доказывая, что это было неизбежно. Что никто не мог их спасти. А, что произошло потом? Пришёл сам ОН! – она картинно развела руки в стороны, а после сложила их в молитвенный жест, - Этот крылатый ублюдок! Что он пообещал? Вспомни, Лёня?

- Что теперь здесь никто не умрёт.

- Верно! Теперь никто не умрёт! Теперь будут счастливы под его аурой! А я? Я тоже буду счастлива? Где моё счастье, Лёня? Почему он мне не вернул мужа и сына? Как я могу быть счастлива-то без них? Почему все должны быть счастливы, а я нет? Почему никто не умрёт больше, а они успели? Это несправедливо! Я ненавижу эту дурацкую избирательную систему! Почему некоторые не могут умереть, хотя и заслуживают, а некоторые умирают незаслуженно? И их никто не вернёт, даже твой «Ангелок»! Нет уж, пусть всё вернётся как было. У моих родных не было выбора и у остальных его быть не должно. Это просто нечестно по отношению к таким людям, как я.

Рассказ Марины, очевидно, не знал никто, кроме неё и Саши. И теперь он тяжёлым комом стоял в горле у каждого. Даже у американца. Хотя до этого Леонид думал, что этим янки вообще нет ни до кого дела, кроме самих себя. Тишина стояла гробовая. Горе женщины передалось всем, даже каменному Антонычу. Он, что бы как-то разрядить обстановку, заговорил своим басом.

- Видимо, настало моё время исповедоваться.

История Антоныча тоже была всем интересна, поэтому ему быстро удалось переключить внимание на себя. И, даже, заплаканная Марина повернулась к нему, с профессиональным интересом вслушиваясь в его слова.

- Я надеюсь, каждый понимает, что я не горю абсолютно никаким желанием делиться своей историей, но раз уж обещал Александру, то слово надо держать. Однако я настоятельно требую, чтобы эта история дальше людей, присутствующих на данном собрании, не уходила. Иначе я буду очень недоволен. Видеть меня недовольным не рекомендую никому.

Антоныч держащий всё это время руки под столом, вынул их и положил на стол. Тем самым он став выглядеть ещё страннее. Помимо его плаща, совершенно неуместного в помещении, кисти его рук были заточены в чёрные кожаные перчатки.

- Антоныч, - не удержался Ваня-кумар пялясь на его руки, - Неужели ты…

Ваня запнулся боясь выговорить это слово, но старик поддержал его сказав:

- Говори!

- Ты «левша»?

Удивление прокатилось по залу. Даже Леонид не ожидал такого поворота.

«Левшей» было очень мало. Это чуть ли не штучные экземпляры. Этим термином окрестили тех людей, которые делали до прихода Даниила или сделали уже после его прихода что-то такое, что вывело из себя «Ангела». Всем было известно, извиняюсь за каламбур, ангельское терпение Даниила. Даже Александр пятнадцать лет назад испытал его, выстрелив при Данииле капитану в лицо и отделадся простым вылетом из Иркутской области. Но «левши», это были люди, деяние которых Даниил был не в состоянии простить. Так как он шёл по пути гуманизма, убить этих людей он, хоть и хотел, но не мог. Он придумал им более суровое наказание.

Левая рука таких людей самовоспламенялась и горела, пока не сгорала полностью. Боль, которую испытывал хозяин данной руки при этом никуда не девалась. Но он ничего не мог с этим сделать. Ни заглушить боль сторонними веществами, ни потерять сознание от болевого шока. Он был обречён терпеть эти муки, пока рука полностью не отгорит. После чего она начинала отрастать снова и когда полностью восстанавливалась, снова воспламенялась. И так бесконечно. Пока жив хозяин руки. Даниил не был садистом и не стал делать этот цикл наказания моментальным. Рука отгорала какое-то продолжительное время, после чего восстанавливалась несколько дней. Так что «счастливый» обладатель данного проклятия мог жить эти дни, нормальной жизнью, но точно зная, что скоро боль вернётся.

Это одновременно было и клеймом, и наказанием для данных людей. «Левшей» мало кто видел в живую, так как они сами по себе были большой редкостью, да ещё практически все они кончали жизнь самоубийством через несколько циклов отгорания руки. И надо обладать огромной силой воли, чтобы терпеть это. В принципе мотив Антоныча уже был понятен и без слов.

- Да, - Антоныч состроил гримасу ненависти и стянул перчатку с левой руки. Рука старика напоминала руку Фредди Крюгера. Кожа на ней отсутствовала. Но кости уже были восстановлены покрыты мышцами и жилами, среди которых виднелась кровеносная система, - Нравится?

- Сколько тебе осталось до следующего цикла? – спросила Марина, заинтересованно рассматривая руку.

- Тридцать девять часов, - ответил Антоныч и повернулся к Леониду, - Надеюсь ты получил ответ на свой вопрос, почему я хочу остановить Даниила. Я делал много плохих вещей в своей жизни и не спорю, что заслужил наказание. Но вот это! – он с ненавистью кивнул на свою руку, - Это ни в какие рамки не идёт! Это бесчеловечно! Лучше бы он убил меня тогда! Но нет! Он проклял меня! Пятнадцать лет я живу с этим и не привык ни на толику к этой боли. Вы даже не представляете каково это. И если есть шанс закончить это, я готов ради него сделать всё.

- Ну, что же, Леонид, - подытожил Александр, - Теперь ты знаешь наши мотивы. Есть глупые, банальные, смешные… но, как видишь, - он перевёл взгляд на Антоныча, а потом на Марину, - Есть и серьёзные. Так что мы тут не в обиженных мстителей играем, Лёня, а реально ищем возможность сделать всем лучше. Возможно внутри Иркутской области людям хорошо живётся, и Даниил действительно заботиться о них, но есть и другие, которые тоже нуждаются в заботе. И вся их надежда только на нас. Помоги нам. Поделись информацией, которую знаешь. Возможно совместно мы найдём способ остановить несправедливость.

Рассказы Антоныча и Марины тронули Леонида. Хоть остальных тут, включая Сашу, он и считал мусором. Однако старика он понимал, а женщину жалел. Да и пришёл он сюда не просто так. Он ещё до данной встречи питался идеями того, что с монархией Даниила надо что-то делать, а эти ребята были замотивированы хорошо и, возможно, с ними что-то и получится сдвинуть в этом направлении. В конце концов, что такого серьёзного они могут сделать Даниилу? Если хотя бы просто удастся собрать немного информации о его силе – уже хорошо.

Леонид ещё раз внимательно осмотрел всех присутствующих. Их лица больше не вызывали отвращения. Он их понимал. Может не разделял их идеи, но понимал их. А ещё в воздухе стоял волшебный запах ванили. И как Леонид сразу не почувствовал этот приятный аромат. Всё вокруг было так… хорошо. А значит, тут точно что что-то не так. Лёня уже не мог сопротивляться атмосфере, но мог сделать ещё одну вещь.

Он посмотрел на Марину Павловну и его глаза сверкнули еле заметной радужной плёнкой. Женщина вздрогнула, заметив это, но ничего не сказала. Саша был так поглощён ожиданием ответа, что не обращал на такие мелочи внимания и данный визуальный контакт Леонида и Марины прошёл мимо его внимания.

- Хорошо, Александр, - обратился, наконец, Леонид к Апраксину, - Я принял решение вам помочь.

В глазах Александра плясали плохоскрывемые огни радости.

- Однако я сам не обладаю абсолютно никакой полезной для вашего дела информацией. Но у меня есть идея, как её можно добыть…

Показать полностью
18

Обзор сериала «Орвилл». Ждет ли нас будущее, которое показано в сериале?

Этот обзор я уже выкладывал пару лет назад, но тогда совершенно не умел хорошо писать. Статья получилось сырая. После редактуры и добавлением материала, выкладываю новую версию. Чтобы можно было в подборку включить. Приятного прочтения!

Обзор сериала «Орвилл». Ждет ли нас будущее, которое показано в сериале? Научная фантастика, Обзор, Космическая фантастика, Орвилл, Star Trek, Фантастика, Космический корабль, Инопланетяне, Длиннопост

В сентябре 2017 года на экраны вышел фантастический сериал «Орвилл» (The Orville). Сериал задумывался как пародия на известный сериал «Star Trek», но стал чем-то бо́льшим. Я большой поклонник мира сериала «Star Trek», и с большим интересом смотрел «Орвилл». В этой статье хочу рассказать про «Орвилл», рассмотреть мир, в котором живут персонажи, и рассказать о своих впечатлениях.

Обзор сериала «Орвилл». Ждет ли нас будущее, которое показано в сериале? Научная фантастика, Обзор, Космическая фантастика, Орвилл, Star Trek, Фантастика, Космический корабль, Инопланетяне, Длиннопост

В сериале «Орвилл» показано общество будущего XXV века. В будущем космические путешествия — это обычное дело. Различные инопланетные цивилизации организовали Планетарный союз, в котором стараются взаимодействовать друг с другом. Общество в своём развитии смогло преодолеть капитализм. Многие герои даже не знают, что такое деньги. Это было показано в 7 серии 1 сезона, когда экипаж высаживается на планету, развитие которой соответствует нашему, земному XXI веку. Для взаимодействия с населением экипажу понадобились деньги, которые были синтезированы на корабле. В будущем никто не нуждается в чём-либо. Каждый человек или инопланетянин, которому доступны технологии (есть цивилизации, которые не знают о существовании Планетарного союза и живут в изоляции), может получить одежду, еду и другие необходимые для жизни вещи из репликатора. Возможно, такие технологии позволили преодолеть капитализм и товарно-денежные отношения. Людям общества будущего не интересно накопление капитала и погоня за прибылью. Каждый может реализоваться так, как сам захочет. Кто-то становится музыкантом, кто-то становится учёным и так далее. Весьма заманчиво по сравнению с тем, что мы видим в нашем XXI веке. Очень хорошо то, что в популярных сериалах пропагандируется такое устройство общества, где деньги не играют роли в жизни человека.

Обзор сериала «Орвилл». Ждет ли нас будущее, которое показано в сериале? Научная фантастика, Обзор, Космическая фантастика, Орвилл, Star Trek, Фантастика, Космический корабль, Инопланетяне, Длиннопост

Теперь перейдём к сюжету сериала и к персонажам. Сериал рассказывает про экипаж космического корабля «Орвилл». Главный герой — Эд Мерсер. Он мечтал о том, чтобы стать капитаном, но из-за проблем в семье совсем опустил руки и стал жить кое-как. В начале первой серии адмирал Хэсли предлагает Эду возглавить корабль «Орвилл». Недолго думая главный герой соглашается. На роль рулевого приглашает своего старого друга, лейтенанта Гордона Маллоя. Несмотря на то, что он считается лучшим рулевым на флоте, из-за одного неприятного случая его отправили на дежурную службу. Тогда он потерял груз, пытаясь произвести впечатление на девушку. Гордон соглашается, так как это шанс проявить себя после инцидента, и они вместе отправляются на «Орвилл». Создатели сериала подошли с творчеством и юмором к личностям героев. Второй помощник — капитан-лейтенант Бортус, который принадлежит к расе моклан. Эта раса примечательна тем, что на их планете в основном рождаются только мужчины, и их пары состоят из мужчин. Есть сюжетная линия во втором сезоне, что один из моклан осуждает гетеросексуальность другого, так как это неправильно. В этом моменте гомофобия играет уже в другую сторону. Доктор Клэр Финн очень опытный врач и психолог, но боится брать на себя ответственность по управлению командой. Она на корабле вместе со своими сыновьями. Офицер Айзек, который относится к искусственной форме жизни, с Кайлона-1. Кайлонцы рассматривает биологические формы жизни как низшие. Айзек служит на «Орвилле» для того, чтобы лучше изучить биологические формы жизни, их поведение и характеры. Кайлонцы решают, вступить им в Планетарный союз или нет. Для этого им нужен отчет Айзека о своем наблюдении за биологическими видами. Старпом Келли Грейсен — бывшая жена Эда. Её назначили на эту должность, так как она помогла Эду стать капитаном через знакомых и сама попросилась на корабль. Навигатор лейтенант Джон Ламмар, который также очень грамотный инженер, с неохотой признающий свои способности и ум. Начальник службы безопасности — офицер Алара Китан. Она из расы кселеянов, которые очень сильно превосходят людей как в силовых показателях, так и в интеллектуальных. В отличие от того же сериала «Star Trek: Discovery», персонажи в сериале «Орвилл» очень живые. Создатели сериала не боятся очеловечивать героев, показывают некоторых как любителей выпить, пошутить, притом пошутить весьма пошло, устроить ссору и тому подобное. Этим сериал меня и зацепил. Ты понимаешь, что если в настоящей жизни — даже через 4 века — и будут космические корабли с людьми и/или другими расами, то персонажи не будут, как идеальные герои фильмов XX века, а будут такими, как мы. Ведь в нашей жизни есть весёлые посиделки с друзьями (с алкоголем или без), шутки, любовь, дружба, обиды и недопонимание — словом, всё, как и в нашем современном мире. Вместе экипаж путешествует по Вселенной, выполняет различные исследовательские миссии, доставляет людей, грузы и просто помогают тем, кто нуждается в помощи. Можно с уверенностью сказать, что создатели сериала перенесли дух старых сезонов сериала «Star Trek».


Я не считаю, что сериал «Star Trek: Discovery» можно ставить в один ряд с оригиналом. В этом сериале мы видим то, что персонажи развиваются с каждой серией, меняется их отношение друг к другу, меняется отношение к определенным моральным выборам. Во многих сериях очень хорошо показан моральный выбор, где зритель сам не понимает, что хорошо, а что плохо. Возможно, многие зрители сделали бы иной выбор, и этот вариант оказался бы лучше или хуже. В этом и есть одна из главных ценностей сериала «Орвилл»: Мир не делится на добро и зло. Он такой, какой есть, и нам необходимо в нём жить и принимать те или иные решения. Уже во второй серии мы видим, что один из персонажей нарушает прямой приказ возвращаться на базу и остаётся, чтобы спасти своих товарищей. При этом видим, как из не уверенного в себе члена команды персонаж превращается в настоящего товарища, на которого можно положиться в будущем.


Очень хочется выделить пару серий, которые мне понравились. Одна из них — это 11 серия 1 сезона под названием «Новые горизонты». Экипаж корабля сталкивается с аномалией, и ему необходимо пройти через неё. Эта аномалия — проход в двумерное пространство, где только два измерения. Серия примечательна тем, что в ней раскрываются реальные научные теории про двумерное пространство. Возможно, и мы ограничены только тремя измерениями и не видим другие.


Создатель сериала — Сет Макфарлейн, который также исполняет главную роль, ещё и продюсер нового научно-популярного сериала «Космос: Возможные миры», в одной из серий которого астрофизик и популяризатор науки Нил Деграсс Тайсон как раз и рассказывает про двумерное пространство. Мы видим то, что популяризация науки становится частью сюжета.

Следующая серия, которая заслуживает внимания, — это 12 серия 1 сезона, «Безумное поклонение». По сюжету серии внезапно перед кораблём появляется планета из аномалии. Часть экипажа решает высадиться на неё, чтобы исследовать. Развитие общества на планете находится примерно на уровне бронзового века. Келли видит, что маленькая девочка-абориген калечится, и решает ей помочь с помощью устройства, которое лечит раны. Рана у девочки заживает, и Келли вместе с экипажем улетает. Но так как развитие на планете находится на достаточно примитивном уровне по сравнению с обществом XXV века, местные жители посчитали Келли богом и создали вокруг её личности религию. Планета исчезает в аномалии и через некоторое время опять появляется. На планете прошло несколько сотен лет, и общество развилось до уровня нашего Средневековья. Религиозные верования в честь Келли широко распространились среди населения планеты. Дошло до того, что преступникам делают надрез на теле, и если надрез не заживает моментально, значит, преступник виновен, и его необходимо казнить. В этой серии мы отлично видим, как из-за мышления древних людей, которые ещё слабо представляют, что происходит вокруг, появляются религии, и многие столетия или тысячелетия эти религии управляют людьми и их поступками. В сериале показано безбожное будущее. Люди отказались от бога, так как он уже не вписывается в их мироустройство. В нынешнее время мы наблюдаем, что атеистов или хотя бы агностиков становится всё больше и больше.


Практически в каждой серии, если не во всех вообще, глубокий и продуманный сюжет. Во втором сезоне мы наблюдаем астрологов-нацистов, которые готовы загонять в концлагеря своих жителей, потому что те родились не под той звездой. После просмотра таких серий зритель задаётся вопросом: «А всё ли хорошо в нашей реальности? Может, нам стоит отказаться от пережитков прошлого и начать более отчётливый путь в будущее?»

Есть ещё много серий, про которые можно рассказать, но правильнее будет, чтобы вы сами при желании ознакомились с сериалом. Возможно, будут от меня какие-нибудь заметки про интересные моменты, где я буду разбирать их с моральной точки зрения или с научной.

Я очень рекомендую к просмотру этот сериал тем, кому нравится фантастика и космические приключения. Также считаю, что «Орвилл» зайдёт тем, кому нравятся юмористические сериалы с хорошим сюжетом и наплывом драмы. Фанатам вселенной «Star Trek» смотреть обязательно, так как именно в сериале «Орвилл» вы вспомните про то, какими были старые серии вашего любимого сериала.


P.S. А это арт от художницы Пети, где я в образе капитана корабля «Орвилл»!

Обзор сериала «Орвилл». Ждет ли нас будущее, которое показано в сериале? Научная фантастика, Обзор, Космическая фантастика, Орвилл, Star Trek, Фантастика, Космический корабль, Инопланетяне, Длиннопост

Мой паблик в ВК

Мой канал на Дзене

Мой Telegram

Показать полностью 4
6

Адмирал Империи - 3

Пограничные звёздные системы Российской Империи атакованы ударными флотами Американской Сенатской Республики. Мы начинаем наши «Хроники» с описания одного из самых кровопролитных и беспощадных столкновений начала 23 века. В мировой историографии этот конфликт назван – «Второй Александрийской войной». В наши учебники истории его первый этап вошёл под названием: «Отечественная война 2215 года»...


Глава 6(3)

— Шесть минуть двенадцать секунд, — услышал он ответ.


— Черт, как долго! — Дорси судорожно сложил руки в замок и стал молиться на глазах у всех присутствующих. — Господь Всемогущий, прошу, сохрани жизнь мне и моим морякам! Пусть милость Твоя снизойдет на нас и пусть архангелы своими крыльями укроют наши корабли от адского пламени! Господи, если Ты поможешь и мы выживем, то обещаю, что брошу пить и никогда больше не ударю Марту(видимо жену)! Даже на лейтенанта Хендриксона я не буду больше никогда кричать по утрам! Вверяю Тебе, Господь Вседержащий свою грешную душу и души моих парней…


— Аминь, — тихо произнес лейтенант Хендриксон, в глазах которого начинала теплиться надежда, что жизнь его может кардинально измениться, и он больше не будет отгребать от своего сурового шефа.


Не знаю, Господь ли смилостивился над бедолагой Дорси или другие высшие силы, но как не старались Белов и Хиляев, они так и не смогли уничтожить ни одного из четырех кораблей американцев. Линкоры и тяжелые крейсера авангарда Дорси сумели выдержать сорокаминутный обстрел и, несмотря на то, что были сейчас похожи на дырявые корыта, сумели дотянуть до активации кольца перехода.


Как и предполагал Дорси, «Висконсин» ранее всех развернувшийся и побежавший к «вратам» пришлось утаскивать в портал с помощью магнитных тросов, так как силовые установки линкора русские успели обнулить. «Олбани» и «Трентон» несмотря на собственные страшные повреждения, смогли взять «Висконсин» на буксир и затянули его в энергетическое кольцо.


Последним, пятясь назад на тормозных двигателях и прикрывая огнем остальных, в переходе исчез флагман. Можно сколь угодно смеяться над «янки», но не признавать их в качестве достойного противника было нельзя. Когда надо и когда прижмет, они умели показать характер, не запаниковать и в итоге выбраться из западни…


Кондратий Белов был крайне недоволен тем, что ни одного дредноута уничтожить не удалось. Однако поздравления он и вице-адмирал Хиляев от командующего все же получили. Самсонов даже такому исходу скоротечного боя был рад неимоверно. Еще бы, Парсон в одночасье лишался сразу четырех лучших вымпелов своего флота – «Пенсакола» и остальные еще долго не смогут участвовать в дальнейших боевых действиях и после таких повреждений вынуждены будут отойти в глубокий тыл на ремонт и восстановление систем. У нас же ни один вымпел не получил сколько-нибудь серьезного урона, даже малыши-эсминцы остались целыми и невредимыми.


— Отлично сработано, господин адмирал, — Иван Федорович по видеосвязи решил лично поблагодарить Белова за службу. — Такое соотношение потерь меня полностью устраивает. Дорси еле унес ноги или что там у него…


— Оставьте, Иван Федорович, — Белов был зол на себя и никакие похвалы не могли улучшить настроение адмирала. — Я мечтал о том, как расквитаюсь с Парсоном за те трое суток непрерывного бегства от него, и вот ничего не вышло… Да, да, я знаю, что вы на это скажите, но поверьте мне от ваших слов легче не будет, потому как не так много у нашего флота стопроцентных возможностей, чтобы сыграть в одну калитку.


— Даже не думайте корить себя, господин адмирал, вы за полчаса выключили из кампании на целый месяц сразу четыре корабля первого класса, сами не потеряв ни единого вымпела, — ухмыльнулся Самсонов. — Даже мне такое не удавалось сделать, по крайне мере с американцами… Что касаемо стопроцентных возможностей, то их у нас не убавилось. Через пару часов адмирал Козицын релирует о разгроме сразу двух дивизий врага – этим мы с вами и с «янки» и поквитаемся…


— Не жалко отдавать победу над теми, с кем так долго сражался? — задал вопрос Белов, внимательно посмотрев на своего командира. — Ведь Козицыну достанутся все лавры…

— Было бы нескромно отстранять от командования дивизией ее начальника и самому возглавлять операцию, — ответил командующий. — Война только началась, Кондратий Витальевич, так что славы хватит на каждого…


— Или крестов на похоронных гробах, — не поддержал позитивный настрой Самсонова его комдив.


Друзья, здесь вы можете прочитать цикл Адмирал Империи целиком

Показать полностью
6

Адмирал Империи - 3

Пограничные звёздные системы Российской Империи атакованы ударными флотами Американской Сенатской Республики. Мы начинаем наши «Хроники» с описания одного из самых кровопролитных и беспощадных столкновений начала 23 века. В мировой историографии этот конфликт назван – «Второй Александрийской войной». В наши учебники истории его первый этап вошёл под названием: «Отечественная война 2215 года»...


Глава 6(2)

Весь спектр противоречивых чувств сейчас испытывал на себе вице-адмирал Дорси – командующий 22-ой «линейной» дивизией, четыре вымпела которой во главе с флагманским линкором «Пенсакола» попали под плазменный душ.


— Сэр, лобовые энергощиты перестали генерировать защитное поле! — скороговоркой сообщал все более и более печальные известия дежурный оператор, обращаясь с Дорси, мерившему рубку широкими шагами. — Первые попадания по броне…


Дорси и сам это прекрасно понимал, чувствуя как под ногами от ударов русских канониров по «Пенсаколе» вибрирует пол.


— Как там дела у остальных? — коротко спросил адмирал.


— У «Олбани» вообще никаких щитов не осталось, кроме как кормового, — ответил офицер. — Тяжелый крейсер «Трентон» потерял главное орудие… «Висконсин» пока держится лучше остальных, но мощностей его полей хватит не более чем на пять-семь минут перестрелки…


— Сколько времени осталось до зарядки батарей кольца перехода? — Дорси мог и сам посмотреть на таймер портала, горящий перед изображением «врат» на трехмерной карте, и спрашивал скорее на автомате.


— Четырнадцать минут, — был ответ. — После того, как кольцо будет активировано, наши действия сэр?


— Лейтенант, вы идиот! — Дорси даже ненадолго отвлекся от лицезрения сражения и повернулся к молодому оператору.


— Нет, сэр… Не знаю…, — растерялся тот. — Просто изначально был план послать в соседнюю систему зонд с информацией для остального нашего флота… Поэтому я подумал…


— Какой к черту зонд! — заорал адмирал. — Зонд мы бы запустили, если все было нормально и нас бы сейчас не поливали огнем сразу тридцать русских кораблей! Вы хотите, чтобы мы расплавились и навсегда остались в этой проклятой «Бессарабии»?! Здесь нет ни одного корабля из авангарда адмирала Дрейка, который поклялся Парсону, что когда мы придем, эта система уже будет захвачена дивизиями 6-го флота и османами. Вы хоть один американский вымпел видите на сканерах, лейтенант Хендриксон?!


— Нет, сэр, кроме нас и огромной кучи русских кораблей здесь больше никого нет, сэр! —отрапортовал дежурный.


— Вот именно, поэтому не зонд полетит обратно в «Новую Сербию», а мы с вами и как можно быстрей, пока не расплавился последний слой нимидийской брони на нашей любимой «Пенсаколе»! — воздел руки к воображаемому небу Дорси. — Мы убираемся отсюда, только бы хватило времени!


Между тем Белов и Хиляев ни на секунду не прекращали обстрел американского авангарда, со своей стороны понимая, что времени у них в обрез и портал скоро заработает. Опытные командиры в неизвестную систему, где возможна была встреча с противником, посылали свои самые защищенные корабли, именно для того, чтобы в случае неудачи у них было больше шансов продержаться до обратного прыжка. Если бы вместо дредноутов первого класса Дорси ввел в «Бессарабию» эсминцы или фрегаты – их бы уже не существовало под огнем русской артиллерии. А «Пенсакола» и остальные все еще держались, хотя и из последних сил.


Прошло еще несколько минут ожесточенного обстрела и орудийные платформы крейсера «Трентон» полностью замолчали. Вся артиллерия американского корабля была выбита канонирами дивизии Кондратия Белова, одно орудие еще работало, но это уже было не серьезно. Вот уже линейный корабль «Висконсин» с обнуленным лобовым защитным полем самовольно начал разворот носом к еще не заработавшему порталу, подставляя под обстрел свои основные силовые установки…


— Что он делает?! — взбесился Дорси, видя как «Висконсин» трусливо ломает строй.


— Видимо, когда вспыхнет кольцо, хочет побыстрей уйти в подпространство, — предположил лейтенант.


— Сейчас его двигатели русские превратят в металлолом, и он уже ни в какое подпространство попасть не сможет, кроме как в подпространство того света! — вице-адмирал понимал, что постепенно теряет контроль над боевой группой. — Сколько осталось до активации?


Друзья, здесь вы можете прочитать цикл Адмирал Империи целиком

Показать полностью
8

Варела (5)

Варела (4)

О чем я писал тогда, в молодости? О конце света, апокалипсисе. Описывал свои сны. Тяжелые сны. Которые как мне сдается, были не совсем снами. Часть меня путешествовала в других мирах и реальностях.

«Ветер! Ветер! Неистовый как необъезженный конь, с налитыми кровью и скошенными от бешенства глазами, с раздувающимися ноздрями, с жадностью всасывающими милю за милей. С кровавой пеной у безумно оскаленного рта. Рта, жаждущего смерти. Конь мчался галопом, едва касаясь земли. Его тугие мышцы, мощностью сотней ураганов, легко несли тяжёлое бесформенное тело, от которого вместо пота отделялась и поднималась чёрная мгла. Его рыжая грива, сотканная из множества песчинок , со свистом рассекала воздух, взмывала к самому небу, закрывая печальное солнце. Там за горизонтом, грива цепляясь за холмы и вывернутые с корнем деревья, рвалась в клочья. Клочья слоем песка оседали на выжженную дотла землю, выжженную раз, и надолго.

Конь видел цель и шёл к ней. Подойдя вплотную, он поднялся на дыбы и рухнул.

Рухнул на город. Обрушился вниз, ломая ветхие здания и крыши домов, разбрасывая листы шифера как промокашки, ломая и круша всё, что можно сломать ,снести, сокрушить, перевернуть. Всё на что у него хватало сил. Но ветер рухнул и разбился.

Разбился о безмолвие каменных домов, мёртвых домов, брошенных раз и надолго.

Ветер раскололся на тысячу яростных псов, и псы разбежались по городу, по улицам, проспектам ,переулкам. Понеслись, поднимая тучи пыли, обрывки газет, бумаг, картонных ящиков, пластиковых пакетов, плёнок и ещё чёрт знает чего. Псы швыряли песок в стёкла окон, били их как отпетое хулиганьё, хлопали пустыми оконными рамами,

визжали в рассохшихся и открытых настежь дверях, гнусаво выли в проводах уцелевших линий. Псы с неизведанной тоской поднимали весь этот мусор и хлам к сердитому свинцовому небу, и обессиленные роняли вниз. Вниз, на пустующие дома, смотрящие мёртвыми глазницами окон.

Песок ел глаза, скрипел под ногами и на зубах. Забивался в волосы, уши, за пазуху – в общем, куда только мог. Ракшас собрал слюну с пересохшего рта, скрипнул зубами и сплюнул. Узкими, как бойницы щёлками глаз обвёл улицу, дома, крыши.

Пусто. Попрятались твари, вяло подумал он, прислушиваясь к звукам, доносившимся из домов. Но тишина. Только ветер свистит, и от свиста заложило уши. Внезапно, не поворачиваясь, Ракшас молнией выбросил левую руку назад и услышал слабый невнятный вскрик. Метрах в двадцати от него ползла тощая облезлая кошка, изо всех сил упираясь передними лапами в землю. Небольшой, но весомый кусочек железа перебил ей хребет и торчал чуть пониже лопаток. Ракшас неспешна подошёл к кошке и вытаскивая свою штуковину, наступил на кошачью голову. Хрустнуло. Невесть откуда взявшийся, ветерок швырнул пригоршню песка в лицо и голову человека. Ракшас откинул густые, серые от пыли и сплетённые на затылке в косу волосы, оскалился ,обнажая белые ровные зубы, и проводил ветерок взглядом. Тот стушевался и пропал за углом ближайшего дома.

Пустая затея, искать тут людей, думал Ракшас, шагая по улице. Реки рядом нет,

может статься, что и людей нет. Если к вечеру не найду, вернусь за кошкой, только бы её к тому времени не съели крысы.»

Предчувствие плохого конца цивилизации мучили меня. Но он не случился тогда. Да, развалилась страна. Но войны не было. Не пришла она ни в конце тысячелетия, ни в 2012. Хотя видимо Майя не предрекали конец, просто устали вести свой календарь. Но сейчас, сейчас, когда мне это сказал человек из будущего, ему сложно было не поверить. Не могу сказать, что я боялся смерти. Своей нет. Достаточно пожил, но за детей, за будущее внуков мне было страшно.

А вот объяснить жене, чтобы она поверила, труда не составило. Она не пророк, но интуит. Её предчувствиям можно было верить практически всегда. Если взяла с утра зонтик, значит – будет дождь.

***

- Я так понимаю, Сергей, что дело ты ведешь недавно? – Спросил Афанасьев, откинувшись спиной на спинку стула.

- Почему вы так решили?

- По твоим вопросам. С одной стороны, ты вроде бы факты знаешь, а вот обдумывать не обдумывал. Решения же на блюдечке с голубой каемочкой, я тебе преподносить не хочу. Думай своей головой, учись делать выводы из материала. Материалов у тебя много?

Краевский провел ребром ладони по горлу, показывая жестом сколько материалов. И понимая, в кого Олег Алексеевич Кудряшов такой пошел, «думай, материал есть…»

- Ты пей чай, пей…остыл уже, вон конфетки есть, печеньки возьми, не стесняйся.

Если честно, есть Краевскому хотелось зверски. За ночь он уничтожил запасы печенья в офисе, но его мутило от кофе, и было неудобно показать старому полковнику, что он голоден, как собака.

- Чай я предпочитаю Китайский, зеленый. Если кофе, несомненно, лучшее, произрастает в Сомали и Эфиопии, то чай нужно пить китайский, в чае китайцы понимают. А шоколад нужен для работы мозга и никакой сахар ему не замена.

- Я одно не пойму Павел Сергеевич, за что именно Колдун в розыске?

- Хым, ты знаешь, что случилось с твоим предшественником?

- Нет. Этого в деле нет. .., - отрицательно замахал головой Краевский, - Видел его рапорт об увольнении.

- А тебе не приходилось ещё писать рапорт об увольнении? – спросил, хищно надвинувшись на Сергея, старик, и как-то нехорошо улыбнулся, - без даты…

- Вы хотите сказать, что Колдун его?

- Я сказал только то, что сказал, - отмахнулся Афанасьев. – Всё на этом, товарищ лейтенант, - хлопнул ладонью по столу Павел Сергеевич, давая понять, что разговор окончен.

- Устал я, здоровье уже не то, прилечь мне надо..

Свою последнюю фразу старик завершил закашлявшись. И по его лицу было понятно, что это не наиграно, ему действительно трудно дышать.

- Большое спасибо Павел Сергеевич, я пойду. Служба.

- Давай, давай…Успехов.

Выходя из кухни, Лейтенант бросил быстрый взгляд в гостиную, стараясь запомнить обстановку. Комната походила на небольшую библиотеку деревенского масштаба. Стеллажи вдоль всех стен от пола и до потолка. Его очень заинтересовала большая пухлая явно старинная книга, лежащая на столе, название было написано готическим шрифтом, и вроде на немецком, он не разобрал, а подойти ближе к ней не рискнул. Поэтому постарался запомнить интересный тисненый знак на кожаном переплете. Овал, а посреди овала меч в петле.

***

«Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город.»

Вот и меня накрыло разом. Тьма в глазах, головокружение. Тошнота. Температура подскочила до 39. Хватило сил только перебраться с женой со съемной квартиры, до дачи её сестры, а там я отвалился. Поэтому на следующий день встретиться со старой лисой Павлом Патрикеевичем, как я окрестил его по молодости, был не в состоянии. Было в лице главы местной конторы, что-то лисье, хитрое, что не знаешь, куда он носом поведет. И хоть я честно валял дурака, изображая, что ничего такого не понимаю, и никаких перпетум-мобиле больше сочинить не могу. Успокоиться он не мог, нарыл где-то воздушку, которая после моего рукоблудства, пробивала бетонные стены. Заставил пострелять из Макарова в тире, и даже проверив, что пули стены не пробивают, долгое время не мог успокоиться, и я чувствовал себя под колпаком Мюллера.

И даже спустя долгие годы, он как-бы случайно несколько раз сталкивался со мной в городе, и всякий раз намекал, чтобы в случае чего к нему обращался. А при последней встрече оставил номер своего телефона, на который я и отправил сообщение.

Нет, наверное, он не помог бы с фальшивыми документами, но он был единственный, который наверняка мне бы поверил. Третья мировая не шутка. Об этом надо сообщить, предупредить, чтобы сообщил - кому надо, и были готовы.

Слег. Буквально. Бревном, на даче свояка. Температура. Насморка нет, кашля нет. Полный упадок сил, и ощущение приближающейся смерти. Голова ватная. Мысли еле шевелятся. И все мысли об одном : «Что это? За что? Почему так? На Марсе простудился?» Смешно. Я там даже холода физически не ощущал, только эмоционально. Вечером, когда из бара вышел, дождь шел, но я так быстро добежал до съемной квартиры, что не успел промокнуть.

Что-то мне там говорил векхтер, что я поплачусь за свой поступок…но я пропустил мимо ушей. Вывел же людей, и живой. А векхтер говорил, что неправильно. Нужно было открыть проход со стороны нормального мира в зал ожидания и запустить людей. Тогда не было бы никаких стражей, тогда все было бы нормально. Поскольку зал ожидания это пространство вне пространства и времени, и к нему есть доступ из любой реальности. А так… так это нарушение закона. Какого закона? Мне неизвестно. Но судя по моему предынсультному состоянию, не знание закона, не освобождает от наказания.

Одно радовало. По скудной информации из общения с группой зачистки на Марсе. За варелами – будущее. Именно варелы способствовали космической экспансии, возможности освоением человечеством других миров. И никаких тут космических кораблей, и прочих материальных и финансовых затрат.

Оля натерла меня пихтовым маслом, я даже в нос его закапал и помазал виски и затылок. И пахнув как новогодняя ёлка, забылся тяжелым сном, под старым ватным одеялом. Меня морозило.

***

- И что сказал Афанасьев? – спросил Олег Алексеевич, выглядевший с утра бодро и свежо, и улыбнулся. Улыбка всё испортила, поскольку выявила желтые прокуренные зубы, и превратилась в оскал.

- Он не стал отрицать, что Колдун ему назначал встречу, но на встречу в сквер у телевышки не пришел.

- Понятно, - кивнул, полковник, - Всё из за твоего прокола стажер… Колдун решил, что это Афанасьев его сдал.

Надо же, как у них ход мыслей совпал, - сокрушенно подумал Краевский и промолчал.

- Просмотр камер наблюдения ничего не дало. Дальнейший путь Колдуна установить не удалось, - сказал лейтенант после секундной заминки.

- Ну, раз он связывался с Афанасьевым, значит, что-то у него случилось, далеко уйти не должен, - кивнул Кудряшов, - Но и время выжидать не стоит. Необходимо обойти близь лежащие кварталы с фотороботом Колдуна, и поспрашивать у местных бабок на лавочках. Они всегда в курсе, если чужой где-то поселился. Действуй лейтенант, отдыхать потом будешь.

- Так точно. Разрешите идти? – спросил Краевский, поднимаясь со стула.

- Действуй.

Сергей вышел от полковника с задумчивым видом, и уже на выходе из приемной, вдруг обернулся.

- Надежда Константиновна, а рапорт об увольнении Савченко у вас? – спросил он, обращаясь к престарелой секретарше. Она Берию ещё помнит молодым, шутили сотрудники.

Та удивленно уставилась на него рыбьими глазами, увеличенными толстыми линзами очков.

- Молодой человек, документация в отделе кадров.

- Ах! Да! – извините, сокрушился Краевский и вышел.

Вопреки рекомендациям полковника, он не бросился сломя голову по подворотням выискивать пресловутых бабок на завалинках. Вспомнилась ему одна прописная истина:

«Кто не умеет работать головой, работает ногами.» Пора было начать работать головой.

Чем больше он узнавал, тем больше у него появлялось вопросов. Идти в кадры, как-то не тянуло. Да и с какой стати ему будут показывать в кадрах документы из чужого личного дела? А вот эмблему на книге душа желала прояснить….Гугл в помощь, не помог. Помог поиск в Яндексе по эмблемам. Клеймо оно самое:

Немецкое Аненербе. – дал перевод надписи. Далее друг вики-педик, выдал краткую информацию. И что это нам дает? Интересные книги читает старый полковник. Но ничего понятнее для Сергея не стало. Взглянув на часы, отметил, что полчаса уже пролетели. Пора было идти на опрос старушек. И хоть в успех предприятия верилось не особо, но исполнять надо. Приказ, есть приказ.

Выйдя из здания, Краевский увидел, куряшего у входа, дежурного.

- Петрович, дай закурить.

- Ты же вроде не куришь?

- Да, …так…

- Понятно. – доставая из пачки сигарету, произнес Петрович, - Полкан вздрючил?

- Не без этого…, - сокрушенно вздохнул лейтенант, затягиваясь сигаретой от заботливо поднесенной зажигалки .

- Петрович, а ты Савченко хорошо знал?

- Ну, знал, - без энтузиазма, отозвался Петрович.

- А где живет, не знаешь?

- Зачем тебе? – удивился старшина.

- Да хотелось бы пообщаться…., - неопределенно отозвался Сергей, скосив глаза на дождевую лужу у входа. Словно черное зеркало, обрамленное сорванными ветром тополиными листьями, подумал Краевский.

- Это у тебя точно не получится… Нет его.

- Уехал куда?

- Вперед ногами он уехал..

- Да, ну?

- Давно похороны были?

Петрович. Не ответил. А только странно посмотрел на молодого лейтенанта, и, кинув свой окурок в урну, взялся за ручку входной двери.

***

Показать полностью
7

Вино с человеческим прахом

Аттракцион будущего с афишей: «Последние мгновения помпеянца перед извержением Везувия» - броско, чувственно и правдиво! Недешево, но эмоции вы получаете трансцендентные!»


17 августа 2068


Вдалеке еще не курится Везувий. Небо чистое, без единого облачка.


Я сижу на открытом балконе и наблюдаю за концом. Я знаю, что вулкан извергнется и разрушит Помпеи - город, где я нахожусь, кажется, не пару мгновений, а целую вечность.


На улицах начинают бесноваться животные, но люди пока не понимают их тревогу. Глупые - знали бы язык зверей, уже боялись бы.


Жарко. Всё-таки итальянский август. Солнце беспощадно опаляет землю, каменные коробки домов и головы обреченных людей.


В кувшине моем белое вино, нагретое солнечными лучами и от этого прибавившее в аромате. Именно белый виноград распространён в этом регионе. Крупные гроздья его заполоняют равнины и долины, набираясь цветом и соком, чтобы затем быть бережно собранными и перемятыми в забродивший напиток. С каждым его глотком кровь в жилах ускоряется, затуманивая разум и призывая радость да веселье.


Интересно, кто же придумал давить виноград и делать вино? Наверно, боги. Во главе с римским Юпитером или греческим Зевсом. А потом какой-нибудь альтруист, подобно Прометею, подарил этот терпкий напиток людям, за что был обречён на вечные муки. Однако оно того стоило. Это еще вопрос, какой дар человечеству ценнее - огонь или вино…


Земля как будто притаилась: только мелкие сотрясения прерывают ее чуткий сон. Но ей-то что - сгорит этот город, но на его месте через много лет возникнет какой-нибудь другой.

Оракул предсказывал, что Помпеи будет погребён под слоем золы и пепла. А предсказатели не врут…


Я взглянул в сторону соседнего дома и увидел в дверях человека, в страхе озирающегося по сторонам. Каким-то образом я сразу понял, что это именно тот оракул. Он выскочил из дома и скрылся в переулке.


Этот не соврал; правильно делает, что верит своему предсказанию. Интересно, где же он спасётся? Разве что взлетит высоко-высоко, подобно Икару, и не обожжет свои крылья. Эти оракулы все могут, они без стука входят в дома богов.


Кто-то заметил убегающего предсказателя и закричал:


- Он бежит! Оракул бежит!


В один миг людей на улицах стало больше. Кое-кто подбежал к дому оракула, намереваясь проверить, точно ли тот сбежал. Кое-кто в панике тряс очевидца побега и пытался выведать, не врет ли он. А кто-то уже бежал вперемешку с чужими ослами и коровами, давя кур и детей, снующих под ногами. Бежавших становилось все больше, ведь паника - самая заразная болезнь.

Животные и люди постепенно сливались в боязливом потоке. Крики, вопли, визги, - все это превращалось в гармоничный гул на едином языке живых организмов.


Я на мгновение закрыл глаза и вслушался в эту песнь. Мое воображение вмиг перенесло меня к реке Стикс, где утомленный Харон перевозит души, недовольные уходом в загробный мир. Кажется, гул грешников похож на тот, что сейчас доносится до моих ушей, только чуть менее разборчив.


Наверно, если бы я действительно умирал, то мои круги (если верить Данте) - со второго по пятый, для невоздержанных. Конечно, это не каноническое церковное распределение грехов, его не стоит принимать безоговорочно, но все же этот вариант чем-то да привлекает.


Я никого не обманывал по-крупному, не насиловал и не предавал. В моей жизни чернеет единственное пятно - похоть. Таковы моя кровь и моя ненасытная плоть, ежедневно требующие удовлетворения низменного, но прекрасного желания.


Возможно, мне предстояло бы гореть в одном котле с Казановой, де Садом и даже самим Дорианом Греем! О да, это было бы великолепное время в великолепной компании! Мы бы с высокомерием взирали на души, проходящие мимо нас на более глубокие круги, изнывающие от предстоящих мук и молящие нас спрятать их. Нет! При жизни нужно думать о своей судьбе, а не грешить направо и налево! Какой я, конечно, небожитель…


По правде говоря, многие из этих людей, снующих в страхе под окнами, наверняка попадут в Ад. В крайнем случае - в Чистилище. В те древние времена каждый второй был жутким грешником. Даже я - со своим единственным пятном похоти - горел бы в котле вместе с Казановой и де Садом. Хотя это и не самая плохая участь.


По винной глади задребезжали волны. Землю сотрясает. Конец уже близко!


Птицы давно улетели прочь, а те, которые почему-то задержались, вспорхнули в небо сейчас.

Хотел бы я быть птицей? Однозначного ответа не дам. Конечно, прекрасно быть человеком, ощущать эмоции, чувства, расти и развиваться, но иногда хочется и отвлечься от всего, стать tabula rasa, бессознательной и отрешенной, повинующейся лишь природным инстинктам. Стать глупой птицей…


Человек порой слишком сложен для жизни. Даже сейчас он слишком сложен, чтобы спастись от огня Везувия. Птицы же просто улетят в другое место и даже не вспомнят про Помпеи.


Я пригубил вино. Хоть оно и прибавило в аромате, когда нагрелось, но стало сильно терпким - пить его теперь совершенно невозможно.


Земля снова задрожала, посильнее, и теплое вино немного расплескалось из кувшина.

Меня это отчего-то рассмешило, и некоторые из пробегающих мимо людей, наверно, даже остановились на мгновение и уставились на меня.


Все ещё улыбаясь, я прокричал «In vino veritas!», - сделал глоток терпкого и горького вина и со всего маху разбил глиняный кувшин о землю.


Я ещё больше рассмеялся, когда пробегающие мужчины и женщины инстинктивно пригнулись, прижались друг к другу, прокричали что-то невнятное в испуге и еще быстрее ринулись вперед, распихивая всех на своём пути. Они приняли треск моего кувшина за извержение вулкана! В этот момент я почувствовал себя если не богом, то точно маленьким божком.


Вскоре вдалеке и правда взорвался Везувий. Клубы чёрного дыма вперемешку с пламенем вырвались наружу и затмили солнце; настали серые сумерки.


Люди продолжали бежать во всех направлениях, надеясь на свои слабые человеческие ноги. Бессмысленные и инстинктивные попытки спастись! О, люди! Какие мы беззащитные животные в минуты страха. Спасающаяся толпа была похожа на стаю кур, которым снесли головы, но тела их продолжили хаотично бежать.


Потоки лавы устремились вниз. Скоро они добрались до окраинных домов, сметя их без промедления. Город загорался бурным пламенем, взрывался и вздымался в небеса, моля богов о помощи. Бегущие задыхались и останавливались, тупо озираясь по сторонам, как загнанные звери. Взрослые прижимали детей, своих и чужих, обнимали незнакомцев и плакали, прощаясь. Наверно, каждому уже пришло осознание бессмысленности беготни. Люди ведь не птицы.


Эх, не нужно было разбивать кувшин с вином! Стоило выпить перед концом.


Я вспомнил, что на кухне стоял ещё один кувшин и побежал за ним. В спешке налил себе вина и снова вышел на балкон.


Небо совсем почернело. Было душно и жарко, так что капли пота покрыли все мое тело. Как приятно было ощущать эту влагу! Я сделал глоток, наблюдая за наступающим огнём, прячущим семьи в своей утробе.


Дыма становилось все больше и больше, отчего дышалось уже трудно. Я закашлял, сначала легко, а потом с надрывом. Затем медленно вдохнул через воротник и залпом выпил вино - вино с человеческим прахом.


Погибель близко, она подбирается к стенам этого дома. Она уже у порога!


Я спустился вниз навстречу ей.

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!