После еще нескольких вопросов мы наконец добрались непосредственно до водоснабжения.

— Тогда простой вопрос касаемо технологии. Способ подключения чугунной трубы к стальной?

На этом месте мои познания начали стремительно заканчиваться.

— Кажется, раздел ВК довольно далек от меня в общем его понимании. Точнее, от вашей специфики.

— Хорошо. Если вы берете новое направление, с которым раньше не сталкивались, сколько вам понадобится времени, чтобы погрузиться и начать более-менее нормально работать?

— Вопрос относительный, конечно, но порядка месяца-полутора уже даст мне знания, чтобы что-то смочь сделать. С оговорками и обращениями к более опытным сотрудникам, естественно.

После еще нескольких вопросов наниматели решили проверить уже не мои познания в проектировании.

— Давайте мы вам сейчас задачку дадим. Тут, в общем, математика второго класса: вместо букв надо поставить цифры.

Мне выдали какой-то буквенный математический ребус, условия которого я сейчас уже не вспомню, и оставили его решать. Я бился над ним все отведенное время, но то ли нервы шалили, то ли я действительно не дотягивал в тот день до второго класса, но решить его так и не смог.

Когда наниматели вернулись, посмотрели на мои потуги и перешли к зарплате.

— Девяносто тысяч — это не та сумма, которую мы можем предложить, исходя из вашей компетенции. Если ориентируетесь именно на нее, думаю, на этом диалог можно закончить. Если готовы рассматривать ниже — тогда обсудим.

— В принципе, готов рассмотреть ниже.

— У нас проектировщики получают от шестидесяти. Мы обсудим все с директором и потом направим вам предложение.

На том я оттуда и ушел.

На другом собеседовании меня встретила Виктория, которая, судя по всему, и руководила местным филиалом ПСК. Для начала она попросила рассказать, чем я вообще занимаюсь на нынешней работе.

- На данный момент основная деятельность связана с проектированием замены лифтового оборудования. То есть я разрабатываю полноценные проекты: пояснительная записка, электричество, подключение оборудования, сметы. Плюс занимаюсь проведением государственных экспертиз. Направляю туда документацию, сопровождаю ее, исправляю замечания, если они касаются моих проектов. Еще занимаюсь предварительной проверкой проектов по промышленной безопасности на какие-то недочеты, несостыковки, соответствие нормативной документации. Финально их, естественно, подписывает уже специалист.

- А со смежными отделами работаете?

- Ну, в принципе, если не считать того, что я проверяю различные разделы документации и выставляю замечания, то нет. Сам я в этих областях ничего полноценно не проектировал. Если объект какой-то незнакомой направленности, то сначала изучаю нормативку, ГОСТы, ФНП и все остальное, а потом уже проверяю документацию. Плюс, когда к нам приходили новые сотрудники, я занимался их обучением, потому что обычно нанимали либо студентов, либо людей практически без опыта. Надо было их как-то в мир стройки вводить.

- А чего тогда хотите от новой работы? Получить какую-то специализацию или, наоборот, общее понимание управления?

- Наверное, больше все-таки общее понимание управления. Просто у меня сейчас так получилось, что я больше трех лет работаю в проектировании, но какой-то конкретной направленности у меня нет. Обычно же ищут специалистов на разделы: КЖ, КМ, электрика и так далее. А у меня такой направленности нет. Поэтому хотелось бы либо продолжать работать вот в этой мультираздельной области, скажем так, либо уже получить какую-то конкретную специализацию. Но управление, наверное, все-таки больше превалирует. Мне кажется, этому сложнее научиться.

- Тогда вам как раз может подойти наша вакансия. Помощник ГИПа у нас — это связующее звено между специалистами и ГИПом. Он может не принимать каких-то конкретных решений, если не обладает компетенцией, но может отрабатывать вопросы с заказчиком, консультироваться с ГИПом, решать какие-то текущие вопросы. Работа достаточно самостоятельная. Ну и, естественно, есть возможность потом перейти уже в статус полноценного ГИПа.

Вот тут мне уже стало сильно интереснее. Еще несколько лет назад я вообще не знал, из каких разделов состоит проект, а теперь мне предлагали работу, из которой хотя бы теоретически можно было дорасти до человека, который всем этим проектом управляет.

- Я правильно понимаю, что полноценного ГИПа вы имеете в виду, по крайней мере пока, номинально? Просто для получения квалификации ГИПа же необходимо время, опыт.

- Конечно. Но мы сейчас набираем и помощников, и ГИПов. Если не хотите долго сидеть в помощниках и разбирать бумажки, то можно перейти и в должность ГИПа. Все зависит от умений. Я бы даже сказала, больше от желания, чем от базовых умений.

Дальше мы дошли до самого интересного вопроса любого собеседования.

- По зарплатным ожиданиям у вас указано девяносто. Девяносто для помощника, наверное, сразу нет. По крайней мере сначала. Но если все действительно так, как вы рассказываете, если вы можете проверять документацию хотя бы на уровне экспертизы промбеза, то для начала я точно могу предложить семьдесят.

Предложение уже выглядело интересно.

- Работа у нас непосредственно в офисе. Возможны командировки, причем не только по Ленобласти. ГИПы у нас обязательно хотя бы раз выезжают на площадку, помощники - по необходимости. Например, дособрать исходные данные, что-то уточнить или вместо ГИПа съездить на установочное совещание. Как вы относитесь к командировкам?

- К командировкам отношусь нормально. Я недавно в Иркутск летал как раз для того, чтобы провести замеры, собрать исходные данные.

- Ну вот, значит, знаете, что это такое. На самом деле, не так часто. Для помощника, может, несколько раз в год.

- Тут вопрос больше в том, насколько часто это будет. А так проблем с командировками у меня нет.

Под конец я решил задать вопрос, который на собеседованиях почему-то всегда немного неловко задавать.

- А касаемо переработок?

- Официально они никак не числятся.

- А неофициально?

- А неофициально они бывают, пока не выполнена работа. Все зависит от того, насколько продуктивен у вас день. Если не выполняете поставленную задачу, то ее все равно нужно выполнить. Никого заставлять работать до полуночи я не собираюсь. Выполняете свою работу - без проблем уходите вовремя. Не выполняете - сидите, пока не выполните.

Ну, по крайней мере честно.

Я поясню, почему вопрос переработок для меня критически важен. Я рос в семье, где мать была преподавателем химии в университете. И огромное количество времени после работы она проводила в бесконечных разговорах с дипломниками, написаниями статей, участия в конференциях и прочем, что по факту должно было быть в разрезе ее рабочего дня. Но тем не менее все протекало именно так. Я с детства видел, как работа съедает вечера, поэтому для себя решил, что систематические переработки — нахуй.

Я перезвонил Виктории еще через несколько дней и сказал, что я согласен, но мне нужно время чтобы уволиться. Мы договорились почти на месяц, то есть выйти я должен был в конце января. Конечно, я, как и Вася, хотел получить свою честно заработанную тринадцатую зарплату. Плюс у меня был неотгулянный отпуск. Спокойно доработав документацию по Иркутску и отдав ее на согласование заказчику, я ушел на новогодние праздники. Предварительно оформил себе отпуск сразу после новогодних, чтобы побольше отдохнуть. После конца новогодних праздников, как раз в первый день своего отпуска, я пришел к Воробью с повинной. Сказал, что хочу уволиться, потому что предложили интересную работу помощника ГИПа, на что он усмехнулся и спокойно меня отпустил. Мы договорились, что я после отпуска приду и заберу документы. В офисе за меня все порадовались, особенно Вася, который сам столько лет хотел уволиться, но в итоге я сделал это раньше.

После отпуска, я зашел в Ругу и забрал свою трудовую. Зарплату мне очевидно отдали без премиальной налички, а только голый оклад, но я и сам это подозревал.

Так получилось, что за все это время тот самый экзамен по нормативке, про который мне говорили с первого дня, я так и не сдал. А вспомнил о нем только когда шел из теперь уже старой работы домой собирать рюкзак и усмехнулся этой иронии.

Часть 10. Новая работа

За время новогодних праздников я понял, что хочу немного попутешествовать. Выбрав направление, я слетал в Калининград, погуляв по нему три дня, что для меня было шиком, так как командировки все у меня длились как правило один день. Город мне очень понравился, но я ездил туда не в сезон, в самом начале января, так что город был довольно бледен. Тем не менее, я успел и по нему погулять и про ближайшие пригороды не забыть. Возвращался домой я с мыслями, что надо как-нибудь слетать сюда еще и летом, потому что уж очень мне понравился Светлогорск. А может и пенсию в нем провести было бы очень славно, подумал я тогда.

И после этой поездки у меня началась новая глава жизни и новая работа помощника ГИПа.

В первый день в ПСК я пришел с ощущением, что наконец-то буду работать в серьезной фирме, а не в какой-то шарашкиной конторе. Меня сразу познакомили с коллегами, благо, их было немного и помешались все в одном кабинете. Стоит пояснить, что местная контора была обособленным филиалом, а главный офис располагался в Краснодаре. Помимо уже известной Виктории, которая на самом деле была руководителем этого филиала, было три сотрудника - Дмитрий, Егор и Ксения. Такой вот небольшой состав. Но мне сказали, что филиал открылся недавно, так что и сотрудников еще пока набирают.

ПСК был не обычным проектным институтом, а как потом было модно говорить, децентрализованным. Суть была в том, что фактически в компании были только ГИПы, их помощники и прочий необходимый персонал - бухгалтер, юрист, тендерный отдел, и так далее. А вот проектировщиков не было. Их надо было искать самостоятельно, под каждый объект. Благо была довольно внушительная база из порядка двух тысяч людей. И конечно же рекомендации других ГИПов.

За первую половину дня я управился с оформлением документов и подошел к Виктории с вопросом что же мне делать.

- Смотри, мы недавно заключили договор на крупный объект в Ульяновске, я тебе сейчас скину договор и ИЗ. Изучи их внимательно, составь список разделов, которые надо будет сделать, может быть найдешь какие-то подводные камни. И ближе к вечеру посмотрим вдвоем.

Изучать ТЗ и договора мне и раньше приходилось, а состав документации я знал назубок, так что проблем не было. Я ушел заниматься делом и радовался, что здесь меня не заставили нужно читать нормативку, а сразу дали какую-то ощутимую работу.

Сам объект оказалось несложным - надо было сделать пристройку к существующему складу на несколько метров с краном в ней. Так что справился я буквально за час. Виктория была занята совещанием, а остальные коллеги работали. Так что я занимался своими делами, попутно изучая новых коллег. Дмитрий был парнем немного помладше меня, но сидел сосредоточенно что-то постоянно печатая на клавиатуре. Егор много бубнил, размышляя про себя, и иногда вставал и, водя пальцем по генплану на стене, что-то продолжал бубнить. Иногда он звонил по телефону, а так как он сидел за мной, то я очень хорошо как там вечно что-то то ли шкворчит, то ли вода льется, то вообще непонятно что происходит. ИЛЬНУР, СЛЫШИШЬ МЕНЯ?! - громко спрашивал он у собеседника. А ГДЕ ЛИНИЯ 28/15? ЧТО ГОВОРИШЬ? НЕ СЛЫШУ! Так у него проходил каждый день. Егор занимался реконструкцией двух крупных заводов на Урале, поэтому дел у него было выше крыши.

Ксения же молча сидела и что-то постоянно кликала, часто подходя к Виктории с вопросами, несмотря на то что она единственная из троих была ГИПом. Егор и Дмитрий были помощниками Виктории.

Наконец, у Виктории было свободное время, и мы смогли сесть посмотреть то, что я сделал. В целом, было сделано верно, плюс мои комментарии по документам ей понравились, сказала, что надо учесть на будущее. Выдала перечень телефонов, с кем из проектировщиков на следующий день связаться в первую очередь для договора об исполнении и отпустила домой.

Первый день мне понравился - не было уже ощущения, что я тут просто так или что учить меня будут только через полгода. Так сказать, сразу взяли меня в оборот.

На следующий день мне показали систему менеджмента, которая у них была внедрена в работу, назовем ее Система, для простоты (сейчас это уже почти торговая марка, поэтому не хочу светить ее). И сразу дали мне в ней задание завести комплекты. Система была топорной до ужаса, с интерфейсом из нулевых (такой и осталась, хотя бы функционала ей подкрутили), и в ней работала вся компания, потому что это личная разработка компании под руководством технического директора Свинтковского.

Я закончил забивать комплекты в Систему, но пока мне работы новой поручить не могли, потому что все были заняты, а найти работу "зеленому" сотруднику довольно сложно. Но в итоге меня попросили помочь Дмитрию. У него была большая таблица с координатами участков, порядка 300 точек и их надо было перевести из одной координатной системы в другую. Я набросал небольшую программку в экселе, за часа четыре выполнил задачу и отдал Дмитрию на проверку.

Его по большому счету все устроило, но сказал, что будет по мере проверки спрашивать у меня, если что понадобится. Этим вечером мы с Дмитрием пошли из офиса вдвоем, и я решил начать задавать вопросы о компании.

- Дмитрий, а как вообще обстоит работа? Кто чем занимается? Давно ли работаете?

- У Егора вот два крупных уральских завода, он там уже с ума сошел с этими линиями. У Ксюши две газпромовских объекта, но там вообще кошмар. А я по большей части Ксении помогаю. Щас вот делаем реконструкцию склада, там у них система такая отвратительная - ASS. А принимают они документацию, только через нее. Завтра вот сдавать им новую партию, а мне еще ничего не прислали проектировщики. Бля, не знаю, что и делать...

- Да уж, ну понятно. А че все сидят, хотя уже больше шести?

- Так у них работы по горло, поэтому и стараются хоть что-то за день успеть.

- Да уж, пиздец, конечно, так работать совсем неприятно.

- Я тоже стараюсь не задерживаться, но на прошлой неделе уходил отсюда часов в 10 только, потому что надо было сдавать один проект.

Так, слово за слово, мы дошли до транспорта и разъехались. А невзначай кинутый мат стал для Димы маячком, что я нормальный парень и со мной можно спокойно общаться, как позже выяснилось. И в целом, с этого времени мы перешли на "ты".

Через пару недель, я уже нашел всех проектировщиков на свою пристройку, и мы долго и муторно ее колупали. А Ксения увидела, что я справляюсь и дала мне в работу еще один объект - как раз у того же заказчика, для которого Дима делал склад - КГВ.

Там делов-то было ни о чем - проложить трубу канализации от одного колодца до другого, максимум метров пятьдесят. Но чтобы класть их в земле, надо было провести изыскания. При помощи Ксении, я созвонился с местным изыскателями, и мы обговорили объём работ, договорились и по цене. Оставалось всего ничего - получить на них пропуск.

Но все было не так просто - КГВ был одним из тех заводов, на котором находится и газ, и прочие взрывоопасные жидкости. Поэтому для допуска туда надо было оформлять кучу бумажек и рассматривались они сто лет. Там нужны были лицензии на буровую, корочки буровиков, подтверждение, что машина проходит по нормам EURO, искрозащита на выхлопную трубу и куча всего еще. Закопался я в этих бумажках и созвонах с проверяющими заказчика по самое не могу.

Стоит отметить, что давали мне объекты не в личное управление, а так, в помощь Ксении. То есть решала все она, а я так, устранял мелкие проблемы, тряс проектировщиков, выбивал данные и согласования с заказчиков, а по всей умственной работе бежал к ней. И вот был еще один объект, по которому я тоже ей помогал. Там всего-то и надо было, что заменить насосы. Теперь то я понимаю, что работы было максимум тысяч на 50.

Вместе с тем, к нам приезжал коммерческий директор, который тоже ехал в Ульяновск на завод Y, и меня снарядили вместе с ним, потому что именно там и предстояло менять насосы. Мы доехали нормально, а на проходной я передал свой паспорт (надо сказать, что на обложке было написано МРАЗЬ. Мне как-то это обложка понравилась в одном из магазинов, и я ее купил).

- Евгений, ну что у тебя за обложка? Ты же серьезный человек, приехал на серьезное предприятие. А тебя такой паспорт… - сказал мне Вишнин после проходной.

- Да я как-то не думал, что это может быть проблемой. Хорошо, я ее поменяю, у меня есть нормальная.

- Поменяй обязательно, а то вообще какой-то позор.

Мы походили по объекту, и пока Вишнин там обсуждал интересующие его вопросы по дальнейшему сотрудничеству, я бегал с рулеткой и фотоаппаратом, собирал паспорта на насосы, рабочую документацию и все могло понадобиться. А после выезда, я начал искать проектировщика, который бы мне все это запроектировал. Но пока я его искал, я созвонился с одним забавным мужиком.

- Валентин, здравствуйте, я ищу проектировщика на замену насосов на заводе Y. Вы готовы рассмотреть ТЗ?

- Да, присылайте, конечно, всегда рад взять новую работу.

Спустя полчаса мы с ним созвонились снова уже для обсуждения деталей.

- Посмотрел я ТЗ, ну да, там ничего критичного, все ясно. Стоить будет 400 тысяч.

- Знаете, это сильно превышает мой бюджет. Может быть, я могу вам какие-то еще данные предоставить или пояснения, чтобы мы снизили стоимость?

- А сколько у вас бюджет?

- 80 тысяч…

- Нееет, да вы что! Это же опасный промышленный объект! Да вы хоть понимаете, какая это ответственность?! Это же и на меня, и на вас! А вдруг что случиться? Нет, я могу, конечно, снизиться по цене, но не ниже 350 тысяч.

- Так там же всего лишь насосы поменять. Снять текущие и поставить точно такие же новые...

- Да что вы, это ужасно ответственно. Это же и всякие ФЗ проверять, и ФНП. Там еще и Ростехнадзор, потом экспертизу проходить. Да и это ответственность, вы это понимаете?!! (Мужик уверенно то ли набивал себе цену, то ли реально в это верил. А мне тогда казалось, что он даже в чем-то прав)

С этим Валентином мы так и не договорились и нашли Станислава, который все сделал за 60 тысяч и без каких-то особых проблем мы закрыли договор.

Параллельно, так как у меня не было большой загрузки иногда я откровенно скучал, меня попросили помочь Ксении с ее объектами. В работе у нее была глобальная реконструкция газпромовских площадок, как я говорил, в Братске и Волгодонске. Я помогал ей с какими-то письмами, запросами. Структурировал собранные тома исходно-разрешительной документации и в общем делал все, что меня попросят. Работы было много, она была очень нужная, но забивала время между моими проектами и, в целом, не мешала.

Вернемся теперь к КГВ. За время, пока я занимался этими насосами, то есть около двух месяцев, справки все были получены и наконец состоялась договоренность о дате выезда.

Так как КГВ находился недалеко от нашего города, то Диму отправили в качестве сопровождающего - у него была машина. Договорились они на встречу с изыскателем в 8 утра на площадке. Где-то около того времени Диме звонит изыскатель, далее уже с его слов.

- Дмитрий, я тут уже подъезжаю. Но у меня еще коллега в машине, с ним же можно будет?

- Нет, конечно, вам пропуска два месяца делали. Его сейчас не пустят даже в АБК.

- А давайте он в вашей машине посидит тогда пока мы там работаем?

- Нет, не посидит. Пропуск нужен даже на парковку. Он посидеть разве что на камне в лесу сможет, за границей завода в принципе. Везите его в соседний город, пусть там в кафе где-нибудь сидит.

- Блин, ну ладно. Я тогда попозже буду, через час.

Спустя час он и правда приехал, и они с Димой пошли получать допуск на бурение. Там надо было подписать разрешение у всех сетевиков - чтобы все подтвердили, чтобы в местах бурения нет труб, кабелей и прочего. Один из подписантов сказал, что сам будет присутствовать, но время будет у него только после обеда. Второго они искали по всему заводу часа полтора. Третий и вовсе был в отпуске, а выяснилось это тоже долго. В общем где-то около 2 часов дня они начали собираться непосредственно к месту бурения. А бурить там предстояло аж целых ДВЕ скважины по 5 метров - непосильный и фантастический объём работы.

- Дмитрий, а я вспомнил, меня вот с этим пропустят? - с этими словами бурильщик достал ОГРОМНЫЙ мачете из багажника.

- Нет конечно, вы что, ебнулись?! Вы нахер его вообще с собой привезли?

- Да он в машине валялся, я и забыл про него. А можно тогда к вам в машину его положить? - с надеждой спросил бурильщик.

- Нееет, к себе я не дам положить. Пусть у вас лежит, если что, сами виноваты будете.

Буквально через минут 15 от этих событий Дима звонит мне.

- Жень, слушай, ну мы тут короче промудозались пиздец сколько времени, только щас бурить начали, я тебе потом расскажу, это полный пиздец. Так и че я звоню то - тут не бурится. В одной скважине скала через полметра, во второй через метр.

- Пиздец, так там же по старым изысканиям и генплану у них куча сетей проложена в земле. А как они это делали?

- Да мы тоже спросили тут у одного. Сказали, что вроде при постройке завода тут дохера взрывными работами прокладывали сети. А щас нельзя, потому что взровоопасность, сам понимаешь.

- Ясно. Ладно, блять, возвращайтесь, че делать.

- Ага. Слушай, меня этот изыскатель заебал, уже часа три ноет, что ему на другой объект надо.

Потом мы продолжили с проектировщиками делать этот объект, но концепцию пришлось поменять – вместо прокладки в земле, было принято решение вытащить эти трубы на эстакаду. Да, решение это было сильно дороже предыдущего, но другого выхода не было. Плюсом ко всему, мне пришлось у Димы научить работе в их системе ASS, потому что иначе, как я уже говорил, документы они не принимали. И в итоге вместо передачи одного файла, мне приходилось особым образом оформлять каждый лист документации и передавать его через программу. И вместо 5 минут на отправку письма, на передачу документации через ASS уходило по паре часов. Да, проектировщику пришлось заплатить в два раза больше, поскольку в земле то он успел уже все запроектировать, пока я бился с пропусками. Но договор был закрыт, а это главное.

К огромному сожалению, большое количество школьников выбирают биологический вариант при столкновении с агрессией: замереть и притаиться. Да, как некоторые животные, поскольку человек и есть по-прежнему зверь. Сообщаю сразу, что это не выход. Все подростки, которые обращались в наш центр социальной помощи, проходили этот этап. Он безрезультативен. Однако важно отметить, по какой причине вообще школьники выбирают биологический вариант развития действий? Все опять возвращается к семье, а именно к доверительным отношениям. На секунду отвлечемся и вспомним о себе. У нас есть друзья, с которыми мы можем поделиться проблемами, а есть друзья, которым о них мы не станем рассказывать. Есть проблемы, которыми мы поделимся с родителями или родственниками, а есть те, о которых они никогда не узнают. У подростка просто недостаточно лет, чтобы завести такие доверительные знакомства, которые выстраиваются годами. У подростка есть только семья и круг сверстников, которые ни на что не могут повлиять. Тем не менее, большинство из школьников забывает, что они пусть и несамостоятельная, но все же единица общества, и вправе обращаться к обществу за помощью. Более того, именно общество будет наиболее нейтральным и временным вариантом. Это удобно, поскольку после решения проблемы строить дальнейшие отношения с обществом не нужно. А вот с родителями придется не раз еще возвращаться к этой истории. Однако, не стоит думать, что родители никогда не узнают о произошедшем. Вы сами должны им об этом сказать. Только не в процессе ссоры, а во время комплексного решения проблемы.

Подростковый мозг часто склонен выбирать один вариант из предложенных. В том числе и в решении проблемы школьной травли. Либо-либо. Либо родители, либо школа, либо сторонняя помощь, либо ничего. Однако, самое эффективное решение - поднять всех сразу. И все же подростки далеко не глупы. Они понимают, если не сработает такая масштабная операция, то ресурсов на еще более глобальный шаг им просто не хватит. Это еще один стоп-кран, из-за которого школьники боятся обращаться за помощью. Они просто не представляют, что делать, если помощь не сработает, а травля станет лишь сильнее. И вновь мы возвращаемся к предыдущему посту. Держать группу в страхе с помощью показательных наказаний - и есть примитивная тактика агрессора. Тактика, у которой есть четкий сценарий. И в этом кроется та самая игла в яйце. Когда сценарий не работает - тактика ломается. Но перед сломом происходит, естественно, ее усиление, как закономерная психологическая реакция сохранить привычный для агрессора порядок вещей. Агрессор может усилить угрозы по отношению к жертве - и в этот момент многие жертвы отказываются от дальнейших действий, потому что пугаются. В этот же момент на сцену должен выйти родитель и мягко поддержать своего ребенка, сказав, что с ним до конца, и ничего плохого не будет. Именно поэтому важно не делать выбор "либо-либо", а подходить к решению проблемы комплексно. К сожалению, далеко не каждый родитель умен так, как подросток, и момент поддержки может просто упустить, тогда его сможет подхватить общество в лице команд, занимающихся данными проблемами.

Даже на Пикабу есть команды, которые занимаются помощью при школьной травле. Например, по этой ссылке (@ChelovkzKemerova). Первый шаг для подростка, который хочет изменить ситуацию и готов это сделать - отключить мозг. Потому что мозг будет искать тысячи причин, почему ничего делать не стоит. Мозгу страшно - это нормальная животная реакция. Но школьники же не животные, а люди (правда же?). Поэтому вторым шагом необходимо написать Команде на Пикабу, или найти в интернете любую другую организацию, которая помогает при травле, и детально описать им ситуацию. Самое важное: детально описать ВСЕ критические случаи травли. Особенно: насильственные действия, домогательства, мошенничество, шантаж, воровство, причинение ущерба личным вещам и т.п. Это не только поможет Команде Помощи оперативно определить срочность задачи, но и может стать доказательством в суде. Я знаю истории, когда школьники под давлением отказывались от своих показаний, потому что родители агрессора угрожали их родителям. ЭТО НЕ НОРМАЛЬНО, но это реально. Подростку тоже будет страшно, и он может удалить все сообщения, а значит, Команда Помощи потеряет важные доказательства. Подростку и его родителям необходимо держать в уме, что это не только их решение проблемы, но и решение проблемы всех прочих подростков, которые могут подвергнуться травле со стороны одного и того же агрессора. Представьте себе кого-нибудь слабее и боязливее вас: вы готовы решить проблему за счет того, что агрессор просто переключит внимание на него? (P.S. к слову, сострадание - уникальный психологический ресурс человечества, который иногда можно использовать для манипуляции).

Итак, обратите особое внимание, что сначала пишем Команде Помощи и только затем третьим шагом сообщаем родителям. Почему? Потому что родители - такие же животные, как и школьники, и все люди. И их первой закономерной реакцией может быть отказ от действий из-за страха. Нужно понимать, что это нормально, и это пройдет. Подросток может даже спросить у Команды Помощи о том, как сообщить родителю о своей проблеме. Некоторые Команды делают это вместе. На вашей стороне в борьбе с травлей уже две фигуры. Да, к слову о манипуляциях. Можете себя похвалить, ставить человека перед фактом - еще одна прекрасная манипуляция. Поэтому четвертым шагом, мы идем к классному руководителю в ближайший день и ставим его перед фактом, что Команда Помощи и родители уже знают о проблеме, теперь пора впрягаться педагогам. И СРАЗУ ЖЕ после этого пятым шагом идем к директору и сообщаем, что ТРИ фигуры в курсе проблемы, включая как минимум одного учителя. ВАЖНЕЙШАЯ ДЕТАЛЬ: список всех критических случаев травли должен быть распечатан и оказаться на столе классного руководителя и директора. Если ребенок забудет об этом, пусть распечатает родитель. Дополнительно можно рассказать о сторонних случаях, которые произошли с другими школьниками, перечислить имена и фамилии. Более того, шестым шагом, необходимо связаться с этими родителями и сообщить им о том, что вы начали процесс разбирательства над школьной травлей, в том числе и над травлей их ребенка. И предложить присоединиться к этому процессу. Как вы видите, число ваших сторонников растет, как снежный ком.

К огромному сожалению, далеко не каждый раз ситуация развивается именно так. В центре социальной помощи я видел подростков, которые тянули все на себе, к сожалению. В отказ могут уйти родители, персонал школы, другие родители. Именно поэтому первым шагом необходимо обращаться к Команде Помощи - они не уйдут в отказ. Более того, иногда школа вставала на сторону агрессора. Хуже были только ситуации, когда родители жертвы вставали на сторону агрессора. Жизнь - сложная вещь, но если сдаваться каждый раз, когда тяжело, легче она не станет. А если в любом случае будет непросто, то какая разница, насколько. В любом случае вы на 2/3 на пути к решению проблемы. Как вы сами можете представить, стол устоит лишь на трех опорах (давайте без ёрничества про стол на одной ноге). Одна опора - вы, вторая опора - Команда помощи. Осталось найти третью опору. Родители, школа, другие жертвы и их родители. Кто еще? Какой уже по счету шаг? Седьмым шагом мы ставим перед фактом региональный Минобр о проблеме и о том, что директор уже в курсе этой проблемы. Обратите внимание, что письмо должно быть написано не только от лица школьника и его родителей, но и от лица Команды Помощи. Два письма - не одно! А если это будет коллективное письмо от всех родителей жертв, простыми отписками уже не отделаться. Наконец, восьмым шагом, в случае, если имели место быть насилие, домогательства, порча имущества и т.п., вместе с родителями и Командой Помощи пишем заявление в полицию.

Почему в полицию так поздно? Во-первых, не поздно. Разговор с родителями, учителем и директором могут быть в один день. Во-вторых, полиция в любом случае обратится к представителям учебного учреждения, которые могут ничего знать. И весь процесс превратится в чехарду отписок и недопонимания. Но когда каждый элемент цепи будет уже оповещен о происходящем, полиция гораздо быстрее сможет провести оперативные действия, потому что все будут в курсе всего и подготовлены морально. Дальнейшее развитие действия зависит уже от Команды Помощи и их профессионализма. Поэтому активная роль подростка на этом почти заканчивается. И еще раз по шагам:

1. Отключаем мозг, который всего будет боятся и дрожать, как желе.
2. Находим контакты Команды Помощи и пишем письмо, максимально детально описывая все инциденты травли, включая ФИО, место и время.
3. Разговариваем с родителями и том, что обратились к Команде Поддержки. Рассказываем о травле, описываем также все инциденты (можно без деталей). Ждем реакции и просим о поддержке в этом деле. (Да, буквально словами говорим: мне нужна твоя помощи и поддержка).
4. Распечатываем все инциденты травли в двух экземплярах, договариваемся о ближайшей встрече с классным руководителем и проводим СПОКОЙНЫЙ разговор, передаем первый экземпляр списка инцидентов.
5. Идем вместе с учителем к директору и объясняем СПОКОЙНО ситуацию, передаем второй список инцидентов.
6. Связываемся с другими родителями, чьи дети подверглись травле, и предлагаем совместные действия.
7. Пишем ДВА письма в региональный Минобр: от себя и от Команды Помощи. Если другие родители присоединились, им также следует написать письмо (можно по общему шаблону).
8. В случае противоправных действий со стороны агрессора, пишем заявление в полицию.

Процесс запущен и его уже не остановить.

Что делать самой жертве после этого в школе?

Подобные действия могу вызвать совершенно различную реакцию от сверстников в школе в зависимости от уровня травли и запугивания. В некоторых случаях другие реально благодарны за это и проявляют большую симпатию. В некоторых случаях, наоборот, проявляют озлобленность, чаще всего из-за того, что сами запуганы и боятся стать следующей жертвой. Самый тревожный момент: как вести себя с агрессором. Ответ прост: дистанцироваться. На любую коммуникацию отвечать: я не хочу с тобой разговаривать или иметь какой-либо контакт. Более того, следует обратить особое внимание на слепые пятна школьного процесса. Именно в этих пятнах чаще всего и происходит особо агрессивная травля. Этими пятнами могут быть: школьная и спортивные раздевалки (!), школьная территория и близлежайший район, туалет и прочие места, где нельзя вести наблюдение камерами. Если случаи травли (и особенно насилия или домогательств) проявлялись в этих местах, необходимо отдельно обговорить с директором присутствие учителя в таких местах. Например, учитель физ-ры физически находится в раздевалке перед уроком и следит за порядком. Если учитель другого пола, то присутствовать может завуч или любой иной взрослый сотрудник школы. Главное - надзор и свидетель. И нет ничего стыдного в том, чтобы требовать от учителей контролировать ситуацию в туалетах. Или договориться о том, что жертва будет выходить в туалет во время занятий. Также необходимо встречать и провожать ребенка, или найти родственника/знакомого, который будет это делать хотя бы первое время.

Наконец, поведение самой жертвы должно максимально формальным. Конечно же, не стоит устраивать драму или вести себя агрессивно. Почему? Потому что с большой долей вероятности все госучреждения будут рассматривать равнозначную вину агрессора и жертвы, если дело не дошло до действительно противоправных действий (а иногда даже и в этом случае: домогательства из-за "неправильного поведения" - и такое бывало). А некоторые госучреждения еще и стараться замять историю, мол, жертва сама все выдумала. А девиантное поведение с ее стороны (прогулы, ссоры и пр.) лишь станет доказательством их слов в глазах других госучреждений. Если же жертва ведет себя, как обычный старательный ученик, то вывернуть ситуацию будет сложно, как бы не старались. И в конце я бы добавил от себя чисто психологический совет школьникам: нужно иметь занятие для души (отдушину). Звучит абстрактно, но именно подобные сторонние занятия помогают воспитать в себе уверенность и снизить уровень стресса. Это должно быть что-то: совместное, прикладное и времязатратное. Музыкальная школа, спортивная школа, творческое хобби (кружки, секции, группы), театральная студия и пр., что объединяет вас в комфортном кругу единомышленников, отвлекает от прочих процессов, а главное - позволяет видеть результаты собственных успехов (что и повышает самооценку). Об этом я уже говорил в прошлом посте: травля возможна только по отношению к аутсайдеру. Имея за спиной понимающих тебя людей, травля невозможна.

В следующем посте рассмотрим, как родителю распознать травлю в школе и какие действия предпринять, если сам ребенок отказывается.

Продолжение следует...

Я замер, нужно было рассказать Коле об этом парне. Я показал на парнишку — он скрючился ещё сильнее и начал сильно кашлять чем-то коричневым. Лужа этой субстанции росла под ним.

— В… вот смотри, ему как-то херово, ещё с начала линейки.

Коля посмотрел на меня, затем на него. Он пошёл было помочь ему, но я схватил его за руку.

— Не стоит.

Оттащил его обратно. Около парня уже столпились люди. Двор с одной стороны стал пустеть: многие уходили домой, кто-то заходил обратно в школу. Из толпы раздался вопль, девчачий, кто-то, видимо, кричал от боли.

— Что случилось? Кто кричит? — испуганно спросил сам себя Коля. Моё лицо оставалось без эмоций. Внутри толпы поднялась шумиха, все хватали свои вещи и как можно быстрее убегали прочь.

— Помогите! Пожалуйста! — душераздирающий крик пронзил уши каждого.

Это девушка, плохо, но слышно. Да что там, мать твою, происходит?

Толпа рассосалась, на земле показались два силуэта. Девочка и тот самый парень. Что за?.. Он дёргался рывками, а девушка лежала неподвижно. Я подошёл ближе. Это… Кровь?! Девочка застыла с лицом, полным ужаса, её одежда была разодрана, а тело изуродовано. Всё залито кровью, а из шеи она продолжала вытекать маленькой струйкой.

Меня шокировала эта сцена. Раньше мне доводилось видеть смерть, но не вживую. Дети и учителя, пытавшиеся помочь сначала пацану, а потом и девочке, бросились врассыпную. Этот чел вошёл в состояние ярости и схватил самого ближайшего парня.

Его взгляд был нечеловеческим: веки открыты на максимум, животный оскал и хищная осанка. Он не человек… Я тряхнул головой. Нужно срочно действовать.

— Бежим! — резко скомандовал я.

Коля рванул первым, я за ним. Парень остался позади, кусая того, кого поймал. Почему я не помог? Не хочу быть покусанным неизвестной тварью.

------------------

На этом пока всё. Книга полностью/активно пишется, и я планирую держать этот реалистичный планку до самого конца.

Буду рад конструктивной критике от местных знатоков жанра, выживальщиков и любителей хардкорной фантастики прямо здесь в комментариях!

Моя страница с книгой: Выбор: Жизнь