Мир кошмаров и приключений

Я придумал логотип корпорация Vireon Dynamics во вселенной "Выморков".

Одна корпорация, исследуя кибернетическое видео-НЛП (нейро-лингвистическое программирование), модифицирующее тело и разум, решает создать сверх-человека, но эксперимент порождает сущности плохо поддающиеся контролю.

Вот отрывок из оригинального сценария "Выморков" о том как стартует эта видео-чума:

В это время зрители уже заходят в кинозал, они рассаживаются, гаснет свет, на экране начинается демонстрация фильма: виден лес, поле, дорога, машина едет по дороге, в машине семья, дети, собака, родители разговаривают между собой, они смеются, потом погода портиться, на хмуром небе видны молнии и вот после вспышки очередной молнии в кинофильме на экране начинают мерцать вспышки, потом появляется зеленый шрифт программного кода, он с огромной скоростью пробегает снизу вверх по экрану, потом мерцает фрактал, потом опять вспышки. В этих вспышках видны глаза зрителей. Они меняются, их зрачки фиксируются на экране, они расширены. Опять вспышки с щелкающим металлическим звуком, опять код. Код, вспышка, фрактал, код, вспышка, фрактал. Вспышки, код, фрактал. В каждой вспышке видно, как у зрителей меняются лица, становясь бледными-белыми. Губы чернеют, а под глазами появляются черные круги. Рты открыты, их руки ощупывают пространство рядом, на руках проступают черные вены. Это видно крупным планом. Программный код сменяется потоком цифр, вспышки перемежаются с ним равномерно. Слышен рев первых, начинающих обращаться. Металлический лязг, вспышки, опять экраны с алфавитно-цифровым заполнением. Далее – экран переходит в режим стробоскопа, грохот, зрители вскакивают с мест, они, толкая друг друга, всей толпой бегут на выход, там в фойе видно, как они хватают и вцепляются в посетителей кинотеатра, потом всей массой они наваливаются на двери и, рыча от ярости, выбегают на улицу. Люди реагируют по-разному. Кто-то кричит от ужаса, кто-то думает, что это просто массовое рекламное мероприятие и со смехом снимает на смартфон происходящее. Впрочем, реальность быстро расставляет все по местам.

Вот оригинальный сценарий "Выморков"

https://proza.ru/2026/04/12/1944

А в моих предыдущих публикациях на ПИКАБУ есть мои арты к этому сценарию.

Когда ему выплачивали премию, он заканчивал фразу с усмешкой: «Для оплаты кредита». В ожидании выходных слова превращались в волшебный ключ: «Для того, чтобы оторваться». А в тёмные дни, когда от него ушла жена, финал пульсировал болью: «Для неё». Так каждый день, прячась от чужих глаз, он мчался к бочке, чтобы создать новую фразу – свою мантру для мира, с которым он никогда не ладил.

Сегодняшним девизом Данилы было: «Всё для перемен». Действительно, дела у Данилы Дурова шли из ряда вон плохо, и в этом был виноват в первую очередь сам Данила. Однако признаться в своей вине он мог разве что бочке. Данила истратил последние деньги на новую удочку, тогда как подходил срок оплаты ипотечного платежа; бывшая подала на него в суд за неуплату алиментов, а ржавая «девятка» окончательно сдохла, выпустив последнее в своей жизни облачко углекислого газа в атмосферу.

В состоянии полного отчаяния, когда Данила медитировал перед бочкой, не торопясь возвращаться к своим скучным и унылым обязанностям, на него могло повлиять всё что угодно: будь то облако, принявшее форму танка, или муха, севшая на плечо. На самом деле он даже ждал чего‑то такого, поскольку в силу некоторых особенностей своего характера не хотел и боялся принимать решение.

Данила докурил сигарету, сунул бычок в отверстие бочки и зашёл в помещение банка, где цифры на записках операционисток превращались в реальные деньги на счетах клиентов, а доходы и расходы непрерывно переливались из одной банковской карты в другую. Здесь всё служило тому, чтобы посетитель сразу мог ощутить себя мелким и жалким по сравнению с силой капитала – святилищем которого банк являлся. Непомерно гигантские золотые люстры, просторное помещение, способное вместить в себя физкультурный зал и столовую, строгие стойки информаторов, высокие столы и идеальный дресс‑код персонала – белые блузки и синие брюки – заставляли любого, в особенности Дурова, почувствовать себя жалким червяком в могучей и безжалостной машине, перемалывающей толщи банкнот ежедневно.

В предобеденный час в холле было полно посетителей и сотрудников, которые словно бы не замечали Дурова. Пробираясь между ними, окружённый гулом и шёпотами, он на какое‑то мгновение почувствовал себя призраком. Его цель – стеклянная стена, отделяющая столы операционистов от остального зала, – манила спокойствием за пределами хаоса.

У двери, когда он достал связку ключей, его охватила лёгкая тревога. Дуров ощутил, как пальцы начали подрагивать, перебирая ключи в поисках нужного. Магнитный кругляш не сразу вошёл в паз, вызывая у него раздражение и страх того, что дверь может оказаться закрытой для него навсегда – словно преграда на пути к спасению. Однако наконец замок поддался, и дверь открылась с приглушённым стуком – для Дурова это стало сигналом к краткому, но столь необходимому облегчению.

Остановившись у двери, он отстегнул от ремня связку ключей и долго с ними провозился, подыскивая нужный. Магнитный кругляш не сразу лёг в гнездо, заставив Дурова понервничать, но в конце концов дверь приветственно брякнула и открылась.

Дуров зашёл за стойку и направился прямо к кофейному автомату, где заметил угрюмого уборщика Кешу. Здоровенный детина, он постоянно носил синюю бейсболку с надписью «I’m the Boss» и такого же цвета линялый комбинезон, в нагрудном кармане которого неизменно торчали карандаш и небольшой блокнот. Кеша работал с понедельника по пятницу, махал своей шваброй и пропадал к концу рабочего дня так же внезапно, как и появлялся.

Дуров давно привык к присутствию Кеши, как и Кеша – к нему. Оба они были своего рода незаметными для окружающих их в банке людей – считай, те же предметы мебели, о существовании которых знают, но никто не обращает внимания. Наверное, поэтому они оба начали понемногу общаться. Время от времени Кеша приходил постоять у бочки и послушать россказни Данилы о его злоключениях. Иногда последний заглядывал в душную каморку Кеши – посидеть у старого радиоприёмника среди пластиковых вёдер и бутылей для кулера.

Кеша кивнул, и Дуров кивнул в ответ. Он молча подошёл к кофейному автомату и стал выбирать напиток, обводя пальцем рисунки на электронном табло. Обычно он пил «Американо» с двумя порциями сахара, поскольку «Американо» не так сильно бил по его кошельку, как тот же «Моккачино». Однако сегодня он решил себя побаловать и остановил палец на рисунке с дорогим кофе – этот напиток должен был немного скрасить всю паршивость ситуации Дурова. Он потянулся за банковской картой, когда его буквально подвинула девушка в белой блузке и синих брюках. Она молниеносно стукнула пальцем по табло, взмахнула картой и встала перед ним, скрестив на груди руки.

В первую секунду Дуров хотел возмутиться и даже вступить в перепалку, но одного взгляда на госпожу Кожебееву хватило, чтобы его запал испарился. Кожебеева была финансовым менеджером, и большинство того, что происходило в отделении за стеклом, происходило с её ведома и согласия. Она представляла буквально апофеоз всего, чего Дуров боялся и что ненавидел в женщинах: была властной и сильной, одним своим видом подавляла не только подчинённых, но и некоторых начальников.

Сегодня Елена Кожебеева была во всеоружии: чёрные длинные стрелки у хищных ястребиных глаз, ярко‑алая помада и шишка из волос с воткнутыми в них палочками. Обычно такой вид она принимала перед самыми крупными сделками, и Дуров это прекрасно знал – ведь он только и делал, что изо дня в день наблюдал за людьми в банке. В такие дни Кожебеева становилась стервой в квадрате, и Дуров сдался без боя. Он даже отступил на пару шагов от кофейного автомата, чтобы чего с ним не случилось.

Кожебеева ждала кофе. Нервные пальцы стучали по мобильнику, когда настойчивый голос прервал её:

— Елена Александровна, срочно в третий кабинет! Нужна ваша помощь!

Она вздохнула, выругалась и уронила связку ключей – они упали у ног Дурова. Ключи коротко звякнули, и от этого звука в помещении образовалось напряжение, словно всё происходило не в банке, а у высоковольтной линии электропередач. Время словно остановилось: ни гула компьютеров, ни разговоров операционистов.

Взгляд его упал на маленькую красную флешку с логотипом «КЭП». «Остановись, не делай этого! Замри!» — кричал голос в его голове. Но он не остановился. В тот миг словно кто‑то насильно заставил его наклониться, сдёрнуть флешку с кольца и спрятать в ладони.

Он поднялся и с невинной улыбкой протянул связку Кожебеевой. Она могла бы заметить его маленькую и такую небрежную кражу, но её внимание всецело было увлечено срочным вызовом.

Кожебеева фыркнула, схватила ключи, резко развернулась и зашагала к выходу.

Когда она покинула зал, Дуров почувствовал, как у него начинает звенеть в ушах от накатывающего адреналина. Его захлестнула волна храбрости, превращая меланхолию в решимость.

«Всё для того, чтобы выбраться из дерьма», — думал он. Образы побега обжигали его сознание.

Он в красках представлял, как сможет заполучить огромный куш и смотаться куда‑нибудь с кучей денег – например, на Кипр или в Мексику. Он никогда не бывал ни там, ни там, но оба этих места казались ему такими далёкими и недосягаемыми до этого самого момента. Именно там он осядет и будет пить пина коладу из длинного бокала, глядя, как заходит солнце над побережьем. От предстоящих перспектив на лице Дурова нарисовалась блаженная улыбка, которую заметил только Кеша. Он совершенно не понимал такой реакции друга и потому в очередной раз пожал плечами.

Дуров и Кеша дождались, пока Кожебеева покинет отделение операционистов. Потом он повернулся к своему приятелю и, понизив голос, сказал:

— Идём.

Дуров повёл своего друга к выходу. Он быстро шагал, с трудом подавляя желание побежать. Они вышли в общий холл, оттуда направились в кабинет Кожебеевой.

Из‑за закрытой двери доносился голос радиоведущего, который предлагал слушателям прислать короткое сообщение о том, что бы они сделали, если бы у них оказался миллион долларов. Дуров готов был сразу ответить на этот вопрос. Чёрт возьми, да он выпалил бы целую сотню вариантов того, куда можно потратить миллион! Он прислонился ухом к двери и на всякий случай подергал ручку. Голос ведущего сменился рекламой: «Просто сделай это – и вся твоя жизнь изменится!»

Они вошли в кабинет. Дуров знал его как свои пять пальцев: не раз обходил весь банк перед закрытием и надолго останавливался здесь. Не кабинет, а мечта любого служащего: панорамное окно с видом на парк, белые стены, небольшая обеденная зона с микроволновкой и широкий стол с компьютером. Над столом висел постер с мешком зелёных денег и надписью «MAKE MONEY». Ещё здесь по‑особому пахло – запах был приятный: смесь мандарина и горького шоколада. Дуров не мог понять точно, но пару раз замечал в мусорке палочки для ароматизатора.

Он тяжело сел в кожаное кресло, которое приятно заскрипело под ним. Монитор засветился сразу, как только мышь сдвинулась с места, — и появился главный экран с изображением львицы. Она стояла, высоко подняв голову, и смотрела прямо на Дурова. Одна лапа упиралась в тушу зебры, шерсть на шее была окрашена в ярко‑алый оттенок, пасть широко раскрыта. Торчащие острые клыки производили устрашающее впечатление. По телу Дурова пробежал холодок.

На его плечо опустилась огромная ладонь – он даже подпрыгнул от неожиданности. Кеша сунул перед лицом блокнот с надписью, выведенной корявыми буквами: «Что ты делаешь?»

Его буквы подскакивали и выглядели странно. Он всегда писал небрежно и с ошибками из‑за старой травмы руки, полученной на тренировке по боксу. Повреждённые пальцы плохо слушались, и о красивом почерке оставалось только мечтать.

Дуров порылся в кармане и вытащил на свет красную флешку. Выглядело это так, будто он достал какой‑то волшебный артефакт, который вот‑вот засияет.

— Видишь это? — спросил Дуров.

Кеша кивнул.

— Это электронная подпись. Такие штуки используют, чтобы получить доступ к важной информации. Считай, что у нас личная подпись суперстервы! Ключ от всех этих данных! — возбуждённо говорил Дуров, водя мышкой по экрану монитора.

Кеша перелистнул блокнот и вновь зашуршал по нему карандашом. «Это опасно. Нас могут застукать», — прочитал Дуров.

— Суперстерва ушла обслуживать важного клиента. У нас полно времени, — небрежно парировал Дуров.

Кеша перелистнул очередную страницу. «Ты сможешь перевести нам деньги?»

— Нет, балда! Я понятия не имею, как это сделать! — замотал головой Дуров.

«Тогда зачем мы здесь? Лучше уйдём», — появился следующий листок блокнота.

— Ты что, струсил? В этом всё дело? — Дуров брезгливо посмотрел на своего приятеля.

Крепкий здоровый мужик, который мог уложить быка, боязливо озирался на дверь. Он отрицательно покачал головой.

Его товарищ одобрительно кивнул и сосредоточился на двух рядах иконок, расположенных по сторонам от львицы. Он отыскал ту, в названии которой было слово «База. Клиенты», и дважды щёлкнул по ней мышью. На экран выскочило окно для выбора электронной подписи. Оно скрыло морду львицы, и Дуров почувствовал себя более уверенно.

— Я пару раз наблюдал, как работают с этими штуками. Если разобраться, то ничего сложного. Всё, что нужно, чтобы получить данные клиента, — это вставить флешку! Данные богатеньких клиентов, Кеша. Понимаешь? — ответил Дуров, вставляя её в компьютер.

Кеша не понимал. Он растерянно пожал плечами.

— Сейчас всё будет. Сейчас, — бормотал себе под нос Дуров.

Флешка ожила и замигала красной лампочкой. Дуров выбрал для подтверждения входа подпись на имя Кожебеевой, и программа вывела на экран данные последних клиентов, с которыми работала менеджер. Дуров и Кеша уставились на фотографию клиентки, которая приняла на счёт фирмы «Проект „Люмен“» кругленькую сумму денег.

Девушка на фотографии сразу не понравилась Дурову. Она была потрясающая – просто красотка. Эти безупречные пепельные локоны до плеч, такие пронзительные глаза и пухлые губы… Таким всё достаётся просто так: внешность, деньги, Кипр и Мексика. Только на кой чёрт ей такие отвратительные цыганские серьги? Дуров даже на мгновение не хотел поверить в то, что девушка могла достигнуть чего‑то сама.

«Красотка», — появилась новая надпись в блокноте Кеши. «Ты ведь не хочешь…»

— Конечно! Именно это я и хочу! Узнать, где живёт и сколько денег ей перевели! — проговорил Данила.

«Деньги не настоящие. Они на карточки».

— Если она ворочает таким баблом, то, значит, деньжата у неё и дома водятся. Поверь моему опыту! — раздражаясь, сказал Дуров.

Он отправил на печать файл с карточкой блондинки и откинулся в кресле, положив ноги на стол.

— Это всё изменит, Кеша! Раньше я даже не думал о таком, но сейчас… Сейчас самое время, чтобы заработать деньжат! Мы ведь с тобой не раз это обсуждали, помнишь?

«Мы просто фантазировали», — новая запись. Кеша сконфуженно покачал головой.

— Да не дрейфь! — Дуров потянулся к принтеру, взял свеженапечатанный лист, свернул и спрятал за пазуху.

Он закрыл клиентскую базу как раз в тот момент, когда дверь кабинета отворилась. За ней появилась Кожебеева. Её взгляд метнулся к Дурову, который всё ещё держал ноги на столе, к Кеше, который замер с записной книжкой в руках. На лицах обоих отражался не страх, а просто ужас. Лицо её перекосилось от злости.

— Вы! Двое! Что вы здесь делаете? — закричала она.

Дуров осторожно убрал ноги со стола, а Кеша отшатнулся от него, словно мог заразиться какой‑то смертельной болезнью.

— Я спрашиваю! Что вы здесь делаете? — гневно повторила Кожебеева.

Ещё мгновение оба не могли шелохнуться, и выражения их лиц не менялись. Кожебеева продолжала переводить взгляд с одного на другого – яростная и готовая к атаке, как львица на экране её компьютера. Дуров отчётливо ощущал себя зеброй в её когтистых лапах.

В конце концов Дуров и Кеша не выдержали. Сначала Кеша опустил взгляд, а потом Дуров поднялся с кресла. Парочка могла бы ещё выкрутиться, если бы не допустила ошибку – критическую ошибку. Оба переглянулись и посмотрели на красную флешку, которая всё ещё мигала в компьютере.

— Чёрт бы вас побрал, идиоты! Вы хоть понимаете, что нарушили закон? Это моя личная подпись! Я сейчас же доложу руководству! — кричала Кожебеева.

Она и дальше бы продолжила кричать и втоптала бы начинающих грабителей в пол, но телефон в её руке разразился громким жужжанием. Она глянула на экран. Увиденное заставило её умолкнуть. Глаза её округлились: видно было, что этого звонка она никак не ожидала. На несколько секунд Кожебеева замерла, подобно восковой статуе. Поднесла телефон к уху и прислушалась.

До Дурова долетел чей‑то голос с другого конца трубки Кожебеевой – знакомый мужской голос, который он не раз слышал. Однако никак не мог понять, кому принадлежит этот голос.

— Елена Александровна, — проговорил он твёрдо и властно.

— Да, я слушаю, — ответила она.

— Мне доложили, что вы по своей небрежности потеряли электронную цифровую подпись.

— Я, но… Я…

— Наш охранник. Вы его знаете. Он доложил, что нашёл её в кофейной луже. Я беспокоился, что подпись может быть испорчена, и попросил его пройти в ваш кабинет и проверить её работоспособность. Надеюсь, вы не против?

— Я… Я… Нет… Конечно.

Перед Дуровым и Кешей теперь стояла не львица, а испуганный ребёнок, которого застали врасплох за кражей конфет.

— Вы меня очень огорчили. Такое халатное отношение к электронной подписи… Вы хоть представляете, что было бы, если бы она попала не в те руки? Хорошо, что её нашёл наш охранник. Надеюсь, вы поблагодарите Дурова за помощь. Он очень славный малый.

— Я… Да. Больше не повторится. Вообще, я бы никогда… — залепетала Кожебеева.

— Тоже надеюсь, что меня больше не будут отвлекать по пустякам и мы не вернёмся к этому разговору. До свидания, — громко и отчётливо произнёс голос.

Дуров и Кеша вылетели из кабинета Кожебеевой и направились по своим делам. Дуров хотел добежать до комнаты охраны через главный холл. Он обогнул пару колонн и проскользнул между несколькими посетителями, но за очередным поворотом врезался в одного из клиентов – высокого и крепкого мужчину в джинсах и рубашке. Тот тут же оттолкнул от себя Дурова.

Дуров был худенький – как говаривала его бывшая жена: «Мог и ветерок унести». Он замахал руками и едва не упал, когда его подхватил кто‑то из посетителей.

— Данила, — раздался мужской голос.

Дуров поднял глаза на незнакомца с телефоном в руке.

— Слушай внимательно. Я сегодня помог тебе, когда ты попался, — сделал важный звонок, — мужчина подмигнул.

— Но как ты?.. — удивился Дуров.

— Это не важно, — перебил его тот. — Скоро мы встретимся, и ты получишь дальнейшие указания. Я знаю, что ты задумал, и в наших интересах, чтобы у тебя всё получилось. Очень важные вещи на кону.

— Ничего я не задумал!

Мужчина наклонился к уху Дурова и прошептал:

— Мне всё известно. Не вздумай облажаться.

С этими словами он быстро направился к выходу из банка, а Дуров ещё несколько секунд растерянно смотрел ему вслед.

Миранда висела на стене.

Руки раскинуты в стороны, над головой, в каждом запястье — гвоздь. Большой, кованый, вошедший в дерево по самую шляпку. Ноги тоже раскинуты, в каждой лодыжке по гвоздю. Она была повернута вниз головой — светлые волосы свисали к полу, слипшиеся, темные от крови. Платье разорвано. На коже — следы пальцев, синяки, уже начавшие темнеть.

Рот был зашит. Черной нитью. Стежки неровные, торопливые. Кто-то делал это быстро. Кто-то хотел, чтобы она молчала, но не сразу умерла.

Она была еще жива.

Грудь двигалась — едва, почти незаметно. Ноздри раздувались. Глаза закрыты, но веки сжаты. Напряжены. Она еще чувствовала.

Я шагнул в комнату. Что-то хрустнуло под сапогом — глиняная плошка с подоконника.

Подошел вплотную.

Вблизи все было еще хуже. На запястьях вокруг гвоздей — разорванная кожа. Она пыталась вырваться. Нить на губах грубая, такой зашивают мешки с зерном.

Я стоял перед ней и не двигался.

В голове было пусто. Я видел что-то настолько несправедливое, что разум просто отказался это обрабатывать.

Она пошевелилась. Едва. Пальцы правой руки чуть согнулись и разогнулись — как будто пыталась схватить жизнь.

Я вытащил кинжал.

Металл был холодным.

Я знал, что нужно сделать. Это не было решением — выбора не было. Она умирала. Медленно, в темноте, в этой комнате, где еще пахло мылом и чистым телом.

«Тебя я запомню», — сказала она тогда.

Я поднял кинжал. Рука не дрожала. Три секунды до смерти. Это была милость. Единственное, что я мог ей дать.

Лезвие коснулось ее шеи, проступила первая капля.

И кинжал стал ледяным.

Не просто холодным. Ледяным так, как бывает лед в разгар зимы — не температура металла, а что-то глубже, идущее из самого сердца клинка. Иней выступил на рукояти — белый, тонкий — и пополз вниз по лезвию.

Я нажал.

Кинжал вошел в ее шею, и меня согнуло надвое. Внутри лопнул нарыв, и гной хлынул внутрь, в грудную клетку, в горло, в глазницы. Я перестал быть один. Они все были там. Все, кого я убил. Похоть из переулка у фабрики, ревность Сэма, жадность стражника, страх Лютого — все вышли на волю.

Незваные гости.

И стало темно….

👉 Если зашло, милости прошу, совершенно бесплатно:

https://author.today/work/578795

- Нет, Лика, я не издеваюсь, - раздраженно ответил он. – Но подумай сама, если он знает об этих псах, значит, есть вероятность того, что это он их и вызвал. Потому что иначе они бы давно уже его сожрали.

- Но зачем?

- Пока не могу сказать.

Сколько бы не сверлила она Всеслава напряженным взглядом, он не реагировал.

- Начала разговаривать сама с собой, красавица?

Голос Игоря прозвучал как гром среди ясного неба. Лика непроизвольно повернулась в ту сторону, где мгновение назад стоял Всеслав. Он все еще был там, вот только не как живой человек, а как восковая фигура в черных штанах, темной рубашке и черном плаще.

- Зачем ты это делаешь? – охрипшим голосом спросила она у Игоря, продолжая рассматривать Всеслава. – И что тебе известно об адских псах?

- О моих малышах? О них мне известно все, - рассмеялся мужчина.

- Малышах?!

- Конечно! Разве они не прелесть? Эти создания питаются смертью и страданиями, я долго обеспечивал их едой, поэтому они меня не трогают.

- Что это значит? – холодея, спросила девушка. – Каким именно образом ты их кормишь?

- А ты думаешь, квесты я просто так провожу?

- Но ведь ты не можешь безнаказанно убивать людей! Куда смотрит полиция?

- А полиция никуда не смотрит, ведь я убиваю не всех, во время моих квестов и без того страданий и ужаса хватает. – Игорь с наслаждением втянул носом чуть затхлый запах выставочного зала. – Эти глупые людишки сами подписывают со мной договор, в котором четко прописано, что никаких претензий ко мне они не имеют.

- Ты что, демон? – почему-то шепотом спросила Лика.

- Демон? – расхохотался Игорь. – Что ты душенька, конечно же, нет, я такой же человек, как и ты. Только я, в отличие от тебя, знаю, чего хочу, и иду к своей цели.

- И чего же ты хочешь? – тут же откликнулась она.

- Денег и власти, конечно, - пожал плечами мужчина. – Видишь ли, я…

- Нашел! – раздался истерический крик.

Девушка вздрогнула. Она уже и забыла, что здесь есть кто-то еще, кроме нее и Игоря. Сам автор квеста уже спешил к тому, кто нашел подсказку.

- Потрясающе, великолепно, невероятно! – восхищался он. – Вот видите, если очень захотеть, можно в космос полететь! Ну что ж, пришло время следующей подсказки. Холод и голод его породили, древние страхи он будит в сердцах. Если хотите, чтобы дальше вы жили, найдите подсказку в его глазах.

К сожалению, Лика очень хорошо знала, какое существо следует искать дальше. Вот только она плохо представляла, как посетители доберутся до глаз вендиго, если высотой он был больше двух метров. Да и рыться в пустых глазницах черепа… брр, ужас какой. А если он оживет? Кстати… Это идея!

- Всеслав, - зашептала девушка, бесцеременно дергая фигуру за руку. – Всеслав!

- Это кощунство, знаешь ли, портить музейный экспонат, - раздался позади нее голос мужчины.

Лика ойкнула и отшатнулась от фигуры.

- Ты? Но как? Я думала…

- Думала, что статуя оживает? – хмыкнул он. – Ну-ну. Я всего лишь воплощение, дух, который здесь скрывается. Но далеко и надолго покинуть это восковое тело я не могу. Хотя благодаря тебе в последнее время мне удается гулять намного дольше.

- Что значит, благодаря мне?

Ощущение, что она сходит с ума, накрыло Лику с новой силой. Сначала парень, который заявляет, что прикормил адских псов, теперь некий дух, который может благодаря ей спокойно гулять по городу. И даже на работу вон устроился.

- Во сне ты делишься со мной своей энергией, - снисходительно улыбнулся Всеслав. – Тебе это большого дискомфорта не доставляет, а мне приятно.

- Да пошел ты! – воскликнула Лика и побежала вперед по узкой дорожке между экспонатами.

Она знала, что сейчас за ней погонятся или охранники Игоря, или адские псы, но ей было все равно. Где-то здесь должен быть еще один выход, просто не может не быть, она обязательно уйдет отсюда. Лика бежала и бежала, пока не выбилась из сил. Она рухнула на колени, и только теперь поняла, что пыльная ковровая дорожка музея сменилась холодным камнем. Вокруг была пустынная равнина, ночное небо и разбитая дорога, убегающая далеко вперед. Ни единого строения, ни единого деревца или куста не было вокруг. Лика поднялась, пытаясь унять дрожь в ногах. И что это значит? Где она? Девушка обернулась в надежде отыскать что-то похожее на вход в свое измерение (дожили, она уже так спокойно думает о других измерениях!). Ведь была же тогда дверь в том странном ресторане. Но сзади тоже ничего не было, только дорога и пустошь. Так какое выбрать направление? Вперед или назад? Лика поежилась от холодного ночного воздуха и посмотрела на небо. Чистое, насыщенного черного цвета, а звезды… Стоп, что? Только сейчас девушка осознала, что наверху не было ни одного светлого пятнышка. Может, тучами затянуто? Но нет, не похоже. Интуитивно Лика почувствовала, что это нехорошая темнота, неживая, и ей лучше не оставаться на месте. Неважно, куда, лишь бы двигаться.

И девушка пошла вперед. Сначала медленно, осторожно, потом все быстрее и быстрее, пока сама не заметила, как перешла на бег. А в голове был вихрь вопросов. Куда она попала? Почему здесь так темно, но при этом она хорошо различает и дорогу, и местность вокруг? И как, в конце концов, ей вернуться назад? Сквозь свист ветра в ушах Лика вдруг различила легкий шум. Остановилась, тяжело дыша, внимательно осмотрелась вокруг. Но здесь никого и ничего не было, лишь темнота и пустота. Ну вот, опять… Девушка резко повернулась к источнику шума. Ничего, лишь где-то на краю сознания как будто что-то мелькнуло. Лика осторожно двинулась вперед, прислушиваясь к каждому звуку. Эта мертвая тишина начала ее раздражать. Ведь так не бывает, в нормальном мире обязательно должны быть какие-то звуки. Шум ветра, шорох песчинок, звук насекомых. Почему здесь так тихо? Лика прошла еще немного, натянутая, как струна. И вдруг посреди этой пустоты раздался женский визг на грани истерики:

- Беги!

И Лика побежала. Она не знала, кто кричит, ей ли вообще кричали, и есть ли здесь кто-то еще, кроме нее, она просто неслась вперед, подгоняемая паническим, животным страхом. И вскоре краем глаза заметила, как по пустоши параллельно с ней несется еще одна фигура. Лика ускорилась, существо не отставало. Но, возможно, этот кто-то хочет ей помочь? Девушка, рискуя растянуться на неровной дороге, все-таки повернула голову в сторону бегущей тени. И чуть не упала в обморок от страха. Параллельно с ней по полю несся ее двойник, который хотел утянуть ее во сне на дно озера. Сердце застучало как сумасшедшее. Утопленница с ее лицом не сводила с Лики пристального взгляда мертвых глаз. Девушка постаралась бежать еще быстрее, но сердце и так уже колотилось как сумасшедшее, еще немного, и выскочит из груди. Она не хотела думать о том, что будет, когда она остановится. Но сил больше не осталось. И в тот момент, когда Лика замедлилась, позади нее раздалось приглушенное рычание.

- Нет, нет, только не это! – она всхлипнула, не в силах сдержать слезы.

Так не должно быть, она не может погибнуть неизвестно где, растерзанная адскими псами. Взвизгнув, чтобы подбодрить себя, девушка с новыми силами рванула вперед. Пусть ей суждено погибнуть, но она так просто не сдастся. Оборачиваться, чтобы посмотреть, как за ней несутся эти злобные существа, она не смела, иначе окончательно потеряет разум. Но Лика слышала рычание и глухой стук их лап о мертвую землю, и выжимала всю энергию из своего уставшего тела. Как ей спастись? Есть ли хоть одно место, хотя небольшая хижина, где она могла бы спрятаться, закрыться, передохнуть какое-то время? Девушка быстро окинула взглядом окрестности. Ничего. Зацепившись кроссовком за выпирающий камень, Лика чуть не упала, но удержалась на ногах. Бежать становилось все труднее, дорога впереди нее теперь, казалось, вся состоит из торчащих камней. Так она далеко не убежит. Девушка замедлилась. Надо решиться и уйти с дороги, расстилавшаяся впереди пустыня хоть и пугала ее, но там была хотя бы ровная поверхность. Лика уже готова была занести ногу на бордюр и спрыгнуть, когда впереди раздался злобный окрик:

- Не смей!

Она так и замерла с поднятой ногой, наблюдая, как к ней подбегает… Всеслав?

- Что ты здесь делаешь? – воскликнула она.

- Как только ты коснешься земли, тьма поглотит тебя, - рявкнул он, проигнорировав ее вопрос.

- Тьма? Какая тьма?

- Та, что сверху, - процедил он сквозь зубы.

- Но как тогда мне сбежать от адских..

Лика оборвала себя на полуслове. Псы давно должны были догнать ее, она потеряла столько драгоценного времени из-за этого идиота. Почему же тогда она до сих пор жива? Девушка обернулась. Дорога была пуста. Даже утопленница исчезла.

- Где они? – шепотом спросила она – не могла заставить себя говорить громче.

Вместо ответа Всеслав просто повернул ее туда, где раньше был ее мертвый двойник. Лика ахнула. Большой черный смерч приближался к дороге, взметая столбы пыли с мертвой земли. От него шустрыми ручейками разбегались черные полосы, некоторые уже добрались до дороги, моментально превращая каменную кладку в труху.

- Что… что нам делать? – крикнула Лика.

Всеслав не ответил, просто потащил ее вперед по разрушенной дороге. Кроссовки обтрепались, легкие жгло огнем, ноги болели от камней и бега по неровной поверхности, но это были пустяки по сравнению со смертельным ветром, который неумолимо приближался к беглецам. Сколько они так бежали, Лика не знала, время как будто остановилось. Иногда ей хотелось просто сесть на землю и ждать своей участи, но Всеслав как будто читал ее мысли, и всякий раз, когда она начинала так думать, сильно дергал ее за руку, заставляя бежать быстрее.

Но вот впереди показалось покосившееся строение, в которое упиралась дорога. Как будто именно к нему она тянулась через всю эту мертвую равнину. Девушка не знала, что там, но вмиг почувствовала себя лучше. Пусть Всеслав был не тем спутником, которого она хотела бы видеть рядом с собой, он хотя бы знал об этом месте больше, чем она. Но стоило ей обрадоваться долгожданному укрытию, как сзади снова раздалось рычание, а потом высокий, на грани ультразвука, душераздирающий вой. Лика закричала от охватившего ее ужаса. Плотно прижатые к ушам ладони не давали облегчения, этот вой, казалось, звенел в голове, в самом ее сознании. Не в силах сопротивляться искушению, она обернулась. На дороге стояли с десяток адских псов. Глаза светились огненными всполохами, шерсть стояла дыбом, а с огромных клыков тягучей нитью стекала слюна. Вожак, стоявший впереди, пригнул голову и зарычал, низко, угрожающе.

- Бежим, Лика, бежим! – закричал ей на ухо Всеслав, пробуждая от наваждения, и девушка понеслась за ним.

Псы тут же сорвались с места, как будто только того и ждали. Строение, темневшее впереди, стало путеводным маяком, у Лики как будто второе дыхание открылось. Девушка знала – как только они попадут внутрь, она сможет хоть немного перевести дыхание, успокоиться и отдохнуть. А там, возможно, они что-то придумают.

Всеслав одним прыжком добрался до строения и распахнул дверь. Еще несколько шагов, и Лика будет в безопасности. Вдруг острая боль охватила ногу девушки. Клыки, острые, крепкие, пронзили ее кожу, вгрызаясь в мышцы. Девушка закричала от боли и потеряла сознание.

Селена подняла взгляд — прямо на него, через дождь и их два года молчания. В глазах — вопрос. Почему ты стоишь там, а не здесь?

Каин отшатнулся. Полог хлопнул его по руке, будто отрезая вход. Он развернулся и пошёл прочь. И где-то глубоко внутри, под всеми слоями брони, шевельнулось облегчение. Не пришлось быть настоящим.»

Мужество и Слава.

На свете есть немного вещей, которые огры не могут съесть, и их большие кишки свидетельствуют об этом. Для огров кишечник имеет первостепенное значение в их жизни — социальное, физическое и даже духовное. Помимо кишечника ограм важен также и размер их живота, так как он является символом статуса, богатства и власти. Самые большие и впечатляющие кишки принадлежат Тиранам — их вождям и племенным королям, которые правят большими группами огров. Все огры защищают свои внутренности большой круглой «кишечной пластиной», надетой поверх животов. Обычно они сделаны из металла, но менее зажиточные огры используют шкуры и кости, добытые ими на охоте.

Warhammer Fantasy. Архитиран Гризус Златозуб

Warhammer Fantasy. Гарк Железнокожий

Warhammer Fantasy. Тираны

Warhammer Fantasy. Огры-Охотники

Хоть огры, несомненно, тучны, под всем их жиром скрываются массивные плиты чистых мышц. Их толстые руки заканчиваются большими кулаками, которые со смертельной лёгкостью орудуют большими дубинками. Ноги огров крепки и неутомимы. Благодаря своей толстокожести огры могут выживать в холодных условиях гор Скорби и способны не обращать внимания на незначительные раны. По этой причине только самые богатые и элитные огры скрывают свои животы под доспехом, и вместо этого простые огры шагают в бой с обнажённой грудью. Среди многих племён огров принято татуировать себя или мазать себя боевой краской, но, поскольку огры ни в малейшей степени не соблюдают гигиену ни в каком виде, трудно отличить, что является племенным знаком, а что — послеобеденным хрящом.

Warhammer Fantasy. Людоеды

Warhammer Fantasy. Громилы

Warhammer Fantasy. Железнобрюхие

Warhammer Fantasy. «Быки»

Warhammer Fantasy. Горы Скорби

Сила и Мощь.

Один огр способен одолеть дюжину человек в бою, а дюжина огров может сокрушить целую деревню и съесть лучшую половину её защитников. Целая армия огров способна на многое большее. Каждый полк огров — это потная, ревущая масса, в едином устрашающем рывке врезающаяся в дома подобно таранам. Армия огров состоит из множества подобных полков, и она обрушивается на врагов подобно лавине — огромная, стремительная волна сокрушительного разрушения. Но огры не идут на войну пешком: они едут верхом на неуклюжих горных животных — волосатых и громоздких созданиях, пойманных в горах Скорби, — а сопровождают их создания, что живут под горами и охотятся только по ночам.

Warhammer Fantasy. Риноксены

Warhammer Fantasy. Саблезубы

Warhammer Fantasy.Морнфанги Кавалеристы

Warhammer Fantasy. Камнерноги

Warhammer Fantasy. Ихети

Warhammer Fantasy. Горгеры

Причина, по которой ограм так нравится война, заключается в том, что, сокрушая и завоевывая всё на своём пути, огры захватывают всё, что им приглянется в качестве еды. Когда заканчивается сражение, огры расходятся кто куда: одни возвращаются в горы Скорби, другие продолжают сражаться в качестве дорогих наёмников у тех, кто больше предложит еды. Независимо от того, сколько еды или добычи они захватывают, этого никогда не хватает надолго.

Warhammer Fantasy. Хротиогг

Warhammer Fantasy. "Людоеды Голгфага"

Warhammer Fantasy. Голгфаг Людоед

Warhammer Fantasy. Брагг Храбрец

Грубая изобретательность

Огры не могут похвастаться утончённой и изысканной изобретательностью — схоласты Империи описывают их как «толстых существ, двигающихся на двух коротких ножках», хотя они также отмечают, что огры могут забить своими руками почти всё, что движется.

Среди людей Империи ходит поговорка, характеризующая образ мышления огров: «Если приложить ухо к голове огра, то можно услышать шум океанских волн». На практике эту поговорку никто из имперцев проверять не спешит, поскольку никто в здравом уме не осмелится поднести ухо так близко ко рту такого хищного существа, как огр. Но в этой поговорке есть зерно истины: огры, в силу своего образа жизни, не изобретают вещей и не создают ничего прекрасного или прочного. Тем не менее у огров есть успехи в создании грубых и больших вещей, созданных из подручных материалов.

Дубины огров являются идеальным образцом их грубой изобретательности. Хоть они и являются грубым оружием, простым по конструкции и функции, все они «улучшены» их владельцами. Некоторые из огровских дубин увенчаны камнями, изогнутыми лезвиями или обмотаны цепями. Существуют даже образцы со своим «сладким местом» — так огры называют ту часть дубины, которая бьёт с наибольшей силой, — участки с окованным железом, узловатыми металлическими выступами или даже зубами одного из многих хищников, живущих в горах Скорби, на которых любят охотиться огры.

В элементах быта огров можно найти идеи или же запчасти, созданные людьми, — такие как части военной машинерии или хижины из шкур животных. Находчивость огров, проявляющаяся в использовании природных ресурсов, смешанная с навыком использования любого лома, который подвернётся под руку, помогает ограм в их странствиях по негостеприимным местностям, в которых они периодически селятся.

Warhammer Fantasy. Оружие и артефакты огров

Вездесущие голодные странники

Огры — это раса племён‑кочевников, готовых разбить лагерь в любом месте, где есть хорошая и сытная еда. Огры часто забредают далеко от своих родных мест, и, когда их армии находятся в движении, они оставляют за собой след из обглоданных костей и руин.

Громкий звук жевания «крамп‑крамп‑крамп» армии огров на марше не встречает радостных криков приветствия, потому что огры нападут и разграбят любое поселение, которое им встретится на пути. Таким образом армии огров пополняют запасы провианта на ходу, уничтожая всех, кто достаточно глуп, чтобы остаться и защитить свои дома, а затем поедают весь домашний скот и пленных, если такие остаются.

Любая еда, которая не съедается немедленно на месте, уносится, поэтому огров и их огромных боевых зверей часто можно увидеть с огромными окороками мяса и грудными клетками, привязанными к их телам. Как бы ни было опасно племя в походе, племя, вставшее на привал, ещё хуже.

Привалы огров

Когда огры разбивают свои лагеря, первым делом они устанавливают палатки из видавших виды шкур животных, затем огры выкапывают огромную церемониальную яму в центре лагеря. Когда приходит время «приступить к делу» — а дело для огров означает либо пополнение провианта, либо ведение войны, чтобы заполучить ещё больше еды и приятных глазу огров трофеев, — вдоль дорог, горных перевалов или других очевидных протоптанных маршрутов огры выставляют наблюдательные форпосты. С любого путешественника взимается дань; тех, кто не может её предоставить, съедают. Подобные гастрономические ультиматумы с требованием высокой десятины доставляются ограми в близлежащие поселения.

Большинство огров в наши дни достаточно искусны в своих требованиях: помимо провианта они берут и оплату в виде валюты, но существуют племена, которые всё ещё не поняли принципов денежных систем. С теми, кто отказывается платить, расправляются быстро: Тираны приказывают полномасштабно атаковать, чтобы получить то, что они хотят, более привычным образом.

Чтобы предотвратить собственное уничтожение, многие из угнетённых рас охотно отдают скот по требованию огров. Иногда менее беспринципные расы предпочитают отдать в виде дани часть своих соплеменников, чтобы избежать безнадёжной битвы с ограми. Огры преуспевают в агрессивном пополнении провианта и весьма неуступчивы во время переговоров. Поскольку большинство огров не особенно сообразительны, их можно обмануть, но только самых медленно думающих огров можно поймать на один и тот же трюк дважды.

Warhammer Fantasy. Племена Огров

Брутальная практичность

Огры прямолинейны, их совершенно не беспокоят такие вещи, как мораль или беспокойство по поводу вопросов добра или зла. Если огры могут получить то, что они хотят (еду и богатство), не сражаясь, они сделают это, но если будет выгоднее уничтожить и съесть своих противников, то они это сделают.

Огры применяют свой прагматизм почти без скрытого злого умысла, и, хотя они далеки от сложных дум, у них есть феноменальное инстинктивное чутье на ситуации, сулящие им выгоду, — это позволяет ограм понять, кто сколько стоит живым или мёртвым.

Когда жители близлежащих деревень платят десятину скота каждый цикл луны, чтобы предотвратить нападение огров, это хорошо для огров. Со временем такие договорённости потенциально становятся для огров налаженным торговым потоком, но если огры не увидят перспективности в живых людях, то они просто в массовом порядке спускаются с гор и съедают всех жителей.

Особенно успешные племена получают сразу много десятин за один заход: обильный поток еды льётся в их поселение, при этом огры не шевелят ни одним своим пухлым пальцем. Однажды племя Громыхающих Кишков, вернувшись из Скверноземелья, рассказало, что они получили огромные богатства из тех краёв при помощи многочисленных сделок с шестью племенами орков и с некими раздражительными людьми, живущими по другую сторону Кровавой реки.

Но если огры обнаружат недостаток в назначенной им оплате или поймут, что их обдурили, огры тут же расправляются с наглецами на месте, чтобы они послужили другим кровавым примером.

В бою огры образуют большие боевые порядки и устремляются к врагу, двигаясь со скоростью, которая противоречит их неуклюжим формам. Огры бросаются в атаку с тем же удовольствием, которое они проявляют во время еды. Они являются опытными бойцами: в сражении огры сражаются большими дубинками, молотами и даже своими массивными телами. Удар наотмашь от огра обладает достаточной силой, чтобы сломать спину лошади, а один атакующий огр может разнести стену щитов вдребезги. Если их первоначальный удар не рассеивает врага, огры будут давить своих противников в ближнем бою. Благодаря своим огромным размерам и толстой коже огры могут выдержать много попаданий, так как они такие же толстокожие, как и их родные горы: сражаться с ограми — всё равно что бороться с надвигающимся оползнем.

ВЕЛИКАЯ ПАСТЬ

На протяжении многих тысяч лет огры жили далеко на востоке, в области обширных бескрайних степей. На границах далёкого Катая простирались плодородные травянистые земли, терявшиеся за горизонтом, — именно там огры процветали и множились. Они жили кочевыми племенами, следуя за многочисленными стадами пасущихся зверей, бродивших по этим открытым просторам.

Говорят, что огры узнали секрет огня и основы металлообработки у своих соседей в Катае, и на их общей границе не было конфликтов. По мере того как всё больше и больше племён рыскали по степям в поисках пищи, оставалось лишь вопросом времени, когда набеги огров проникнут в Катай, а некоторые огры начнут охотиться на своих соседей, даже выработав пристрастие к катайской плоти. По мере разрушения мирных отношений Император Небесный Дракон из Императорского дворца Катая изменил своё мнение об ограх.

В это время в небе появилась вспышка света. Сначала её можно было увидеть только ночью, но с каждым днём объект становился ярче, пока не засиял подобно второму солнцу. Ночью сияющая сфера становилась ещё более яркой, затмевая свет двойных лун. Пылающий свет трещал и искрился над равнинами, повергая в ужас животных и монстров. Корона болезненно‑зелёного света сияла, пока комета ежедневно приближалась, и впечатлительные наблюдатели даже утверждали, что у нового небесного тела есть лицо или, точнее, рот.

Однажды роковой ночью комета врезалась в родные земли огров с такой силой, что это ощущалось на половине мира. Вся жизнь вокруг места удара была мгновенно уничтожена. Две трети населения огров погибли, словно поражённые разгневанным богом. Лишь те, кто находился у края равнин, избежали немедленного уничтожения. Бушующие огненные бури, последовавшие за падением кометы, испепелили всё на многие мили вокруг, и очевидцы издалека говорили, что казалось, будто звери из живого пламени охотятся на этих землях. Если бы кто‑то смог подойти достаточно близко, чтобы заглянуть в массивный кратер, он увидел бы, что комета проникла глубоко в сердце мира.

Но не все огры были уничтожены — выжили те, кто находился дальше всего от места удара, но для них худшее было ещё впереди. Когда‑то живые равнины превратились в обжигающую пустыню с воющими песчаными бурями и ядовитыми туманами. Травянистые земли исчезли, стада зверей погибли, и в этой пустоши не осталось ничего, что могло бы дать пропитание, так что оставшиеся огры вскоре начали умирать от голода. Быстро распространился каннибализм, и неестественный голод разъедал некогда полные животы огров. Возможно, вся эта катастрофа была спланирована ковеном астромантов Императора Дракона, или, возможно, это был какой‑то злой поворот судьбы, обрушивший комету прямо в сердце их родины. Для огров казалось, что мстительное божество обрушилось на них, поглощая всё на своём пути: великая и ужасная Пасть, существующая исключительно ради насыщения. Так родился ненасытный и безжалостный бог огров.

Warhammer Fantasy. Великая Пасть и Первый Жрец

Warhammer Fantasy. Скраг Мясник

Warhammer Fantasy. Огнепузы

Warhammer Fantasy. Мясники

СУРОВАЯ НОВАЯ ЭРА

Число оставшихся огров сильно сократилось, но выжившие оказались сильнейшими представителями своего вида — слабые долго не продержались. С животами, ноющими от голода, отчаянные племена бродили по пустошам в поисках любого пропитания, настороженно следя за редкими бурями, терзающими пустые равнины. Тех, у кого не хватало силы или стойкости, вскоре съедали их же соплеменники. Но сколько бы огры ни объедались, они никогда не могли полностью утолить свой вечный голод. Погрязшие в бесплодных пустошах, без пищи и терзаемые бесконечными приступами голода, выжившие практически не имели выбора, кроме как двигаться дальше. Огромное облако ядовитых испарений висело над следом кометы, перекрывая все восточные пути в сторону Катая, так что огры были вынуждены отправиться на неизведанный запад.

ПЕРВЫЙ ПРОРОК ПАСТИ

Легенда огров рассказывает о Гротхе Однопалом — пророке среди своего народа, который перед уходом из старых земель осмелился повести своё племя в путешествие через смертоносную пустыню, чтобы увидеть это новое могущественное божество и принести ему жертву. Путешествие к месту столкновения было непростым делом. Голод, терзающие плоть циклоны и безымянные монстры преследовали Гротха и его племя. Когда они приблизились к зоне удара, яростные ветры внезапно изменились. Вместо того чтобы бесцельно кружиться, ветер теперь устремлялся внутрь, к отверстию кратера. Тяга была настолько сильной, что ограм приходилось бороться за каждый шаг, чтобы поток не затянул их в огромную яму.

Когда Гротх и его племя достигли края, пригибаясь и цепляясь за край изо всех сил, то, что они увидели, поразило их и с тех пор изображается на бесчисленных кишкопластинах и знамёнах, навсегда запечатлевшись в сознании расы огров.

Зияющая дыра, простиравшаяся перед Гротхом, была огромна, словно недавно появившееся внутреннее море, только без воды внутри — лишь пустая, головокружительная чернота. Её край был усеян грядой за грядой зазубренных зубов и пульсирующих, содрогающихся мышц, уходящих в бескрайнюю пустоту. Здесь была глотка настолько бездонная, что могла поглотить всю расу огров и всё равно жаждать большего.

Гротх и несколько выживших вернулись с рассказами, наполнившими оставшихся огров благоговением. С тех пор прошли тысячи лет, но многие огры до сих пор следуют по стопам Гротха, ибо Великая Пасть всё ещё существует — мерзкое пульсирующее божество, ниспосланное миру мстительными небесами. Не все, кто отправляется в это путешествие, возвращаются, ибо путь смертельно опасен. Там, где когда‑то паслись огромные стада, теперь скрываются гигантские насекомые с лезвиями вместо конечностей, поджидающие, чтобы вырваться из‑под опустошённой земли и атаковать неосторожную добычу. Крупные птицы‑падальщики парят высоко в восходящих потоках воздуха, зорко выискивая следующую жертву. Но самое опасное из всего — сама Великая Пасть, ибо она всё ещё голодна.

Присутствие Великой Пасти извивается в сознании всех огров, маня их вернуться, встать на этот могучий обрыв. Так огры стали беспокойной расой, вечно стремящейся убежать от шёпота в глубине своего разума, который тянет их обратно к их прожорливому, но ненасытному богу. Некоторые огры, те, что обошли вокруг света, даже утверждают, что на другой стороне мира в океане есть ещё одна Пасть — огромный зубастый водоворот, поглощающий любой корабль, подошедший слишком близко.

Но никакое расстояние недостаточно велико, чтобы избежать притяжения и соблазна Великой Пасти, ни один ритуал или пир не могут полностью утолить её вечный голод, и пока она всё ещё голодна, её варварские сыновья будут есть, есть и есть, пока не поглотят весь мир…

Warhammer Fantasy. Великая Пасть и Первый Жрец

Warhammer Fantasy. Мясники

Огры Мясники

Мясники — это огрский эквивалент шаманов или жрецов. Они возглавляют племенные ритуалы в честь Великой Пасти. Покрытые кровью Мясники готовят пиры, которые для огров являются самым священным действием из всех событий: еда и поклонение считаются в их социуме одним и тем же. Хотя Великую Пасть невозможно по‑настоящему насытить, лучшие подношения Мясника могут несколько ослабить вечный голод, грызущий нутро огров.

БОЛЬШАЯ МИГРАЦИЯ

Племена, не уничтоженные при появлении Великой Пасти, поначалу оставались на своей родине. Но когда в земле, истерзанной неестественными бурями, есть было нечего, кроме друг друга, многие Тираны решили увести свои племена прочь. Огры направились на запад, начав восхождение в горы Древних Земель Великанов. Путь был тяжёл: ограм приходилось бороться с ледяным холодом, лавинами, воющими ледяными бурями — и, конечно, с постоянным крутым и опасным подъёмом.

Однако самыми опасными оказались звери этих земель. Долгие годы огры наслаждались щедротами равнин внизу, где жирные стада становились лёгкой добычей, а из немногих хищников огры были самыми крупными и свирепыми. В высокогорных краях это уже не соответствовало действительности.

Во время этих изнурительных и крутых переходов те огры, кто отставал или сбивался с пути, неизменно гибли. Саблезубы — огромные кошки с длинными клыками, предназначенными для потрошения добычи, — подстерегали в засаде, чтобы наброситься на неосторожных огров. Стада лохматых риноксенов и чрезмерно воинственных камнерогов бродили по склонам гор, с готовностью затаптывая всё, что подходило слишком близко к их стадам.

Во время частых снежных шквалов видимость сокращалась до нескольких шагов вперёд. В условиях почти полной слепоты нередко можно было услышать звуки жестокой расправы неподалёку, хотя при ближайшем рассмотрении часто обнаруживались лишь кровавые разводы на снегу — след из запекшейся крови, указывающий направление, в котором утащили огра.

Поначалу пещеры казались ограм желанным спасением: даже их прочная шкура не могла выдержать бесконечного холода таких высоких высот. Однако, вскоре огры научились обходить скальные расселины стороной: чаще всего они оказывались логовами огромных когтистых медведеподобных существ — грозных морнфангов, — или, если ограм особенно не везло, огромного пещерного дрейка или химеры.

ПИР ИЗ СКАЙТИТОВ

Те огры, кто преодолел первые горные вершины, сделали судьбоносное открытие. Верхние пики гор постоянно окутывал туман, но стоило прорваться сквозь эту облачную завесу, как становилось ясно: эти могучие горы вздымаются ещё выше, несомненно являясь самым высоким и крутым горным хребтом в мире. Именно там, высоко над облаками, огры впервые увидели скайтитов и их огромные стада.

Скайтиты были древней расой, гораздо более высокой (и куда более разумной), чем современные великаны. Они вырубили в самих горах огромные крепости — массивные мегалитические цитадели, возвышающиеся над мерцающими морями облаков, пронзёнными большими скальными островами, на которых стояли другие замки. По натуре своей отшельники, скайтиты давно забыли о других расах мира, ибо были довольны своим уединённым царством, скрытым от остальных неприступностью вершин и окутывающим их облачным покровом.

Скайтиты редко спускались ниже границы леса — разве что для присмотра за стадами пещерных зверей и огромных мамонтов. Именно с этими гигантскими созданиями огры столкнулись впервые. Поначалу прожорливые огры решили, что достигли некоего золотого царства изобилия, настоящей земли обетованной из красного мяса. Однако они оказались совершенно не готовы к тому, что животные в стадах окажутся столь свирепыми и опасными. Многие огры обнаружили, что вместо обильного пира их пронзают могучие бивни или затаптывают насмерть грохочущие копыта. Огры быстро поняли: единственный способ одолеть таких созданий — действовать сообща, отделяя одно животное от стада — совсем как хищные звери огры наблюдали за гигантскими волками, охотящимися на заснеженных склонах.

Заметив растущие потери в своих стадах, скайтиты вскоре осознали, что на горы взобралась новая страшная угроза. Хоть жители гор были мирным народом, скайтиты были далеко не беспомощны: они обрушили на врагов грозы с молниями и лавины, сбрасывали огров с горных склонов навстречу гибели. Так началась война, которую огры называют Войной в Небесах, — противостояние последних выживших племён огров и скайтитов.

Всегда выступавшие в роли нападающих, огры окружали и осаждали каждую вершину, в то время как скайтиты защищали свои замки с помощью огромных пушек, крупнейших и самых преданных животных из своих стад и, наконец, собственных исполинских тел — топча огров или хватая и швыряя их на огромные расстояния, чтобы те падали сквозь облака и разбивались насмерть на много миль внизу.

Хоть численность огров сильно сократилась, они по‑прежнему превосходили скайтитов численностью сто к одному. Более того, огры атаковали сообща, племенами, тогда как скайтиты жили поодиночке в своих похожих на крепости вершинах, слишком обособленно, чтобы когда‑либо объединиться под единым знаменем. Война была жестокой, но с каждой победой огры становились сильнее, ведь каждое сражение давало им абсолютное изобилие плоти. Одна за другой изолированные горные крепости падали, и в их колоссальных залах стали проходить кровавые пиры. Более удачливым жертвам уже не было больно, когда начиналось пиршество, — но далеко не всем так везло.

Продвигаясь дальше в горный массив, огры заметили, что горы не только становились всё выше, но и скайтиты росли в размерах. Самые древние представители этой долгоживущей расы достигали исполинских масштабов, однако за долгие века жизни скайтиты становились всё более малоподвижными, пока наконец не уподобились самим горам. Многие огры верили, что последние вершины, на которые они взобрались в Древних Землях Великанов, были вовсе не горами, а старейшими из скайтитов, титанами ныне навечно застывшими в живом камне. Если это так, то титаны были последними представителями своего вида: огры не нашли больше скайтитов и решили, что пожрали всю расу до последней косточки. Ходили слухи, что последние несколько скайтитов освободили свои горные вершины и уплыли прочь на облаках, но если это правда, никто не мог сказать, куда беженцы направились и добрались ли они благополучно до конечной цели своего путешествия.

МЕРЦАЮЩИЕ ВЫСОТЫ

Не удовлетворившись полным уничтожением скайтитов, огры истребили их стада и буйствовали на вершинах, сбрасывая замки в долины внизу. Сегодня лишь несколько разбитых каменных оболочек и россыпь огромных руин на дне долин свидетельствуют о некогда гордой расе кротких гигантов и поразительных высотах, которых они достигли благодаря своим архитектурным чудесам.

Какое‑то время огры были довольны тем, что остались на месте, расположившись на развалинах замков скайтитов и питаясь скудеющими стадами теперь уже бесхозных существ. Но со временем, живя на самой крыше мира, огры начали ощущать пагубные последствия жизни на такой высоте.

Огромные моря обломков, поднятые взрывом при появлении Великой Пасти, продолжали переноситься ветром с востока и обильно осыпали эти высочайшие вершины. Ночью небо мерцало неестественным северным сиянием, и инстинктивно огры поняли, что должны двигаться дальше. Некоторые безрассудные особи остались, решив жить высоко над облаками вопреки дурным предчувствиям.

Хотя огры оказались особенно устойчивы к мутагенному воздействию Хаоса, они отнюдь не были полностью неуязвимы. За столетия огры, оставшиеся жить среди запылённых небесных замков, деградировали, став дикими и звероподобными существами. Они обросли белым лохматым мехом, отрастили длинные когти и приобрели новую устойчивость к жестокому холоду, в котором жили. Так родилась горная раса ихети. Cо временем ихети распространились по многим другим высокогорным регионам мира, где стали охотится на всех, кто осмеливается ступить в их морозные владения.

НОВЫЙ ДОМ

Когда большинство племён огров спустилось с колоссальных гор Древних Земель Великанов, они направились дальше на запад, в горный массив, известный как горы Скорби. Там огры нашли воздух более пригодным для жизни: неестественные бури и их мутагенные эффекты растратили свою ярость на более высоких склонах, которые огры оставили позади. Пики и долины гор Скорби оказались богатыми охотничьими угодьями, полными головокружительного множества существ.

Племена огров обосновались там, обустраивая логова и стоянки среди скалистых долин. Хотя пришлось провести множество сражений, чтобы изгнать чудовищных созданий, и полномасштабные войны с племенами зеленокожих, кланами скавенов и даже с несколькими отдалёнными дварфскими шахтами, которые нужно было захватить и хорошенько разграбить, вскоре огры настолько полностью подчинили эти земли, что область стала известна как Королевства Огров.

Warhammer Fantasy. Горы Скорби

Warhammer Fantasy. Путь Слоновой Кости

Warhammer Fantasy. Карак Азорн

Warhammer Fantasy. Драконы Огры

Warhammer Fantasy. Ужасные Пасти

Warhammer Fantasy. Треллы Огров: Гноблары. Часть Первая

Warhammer Fantasy. Треллы Огров: Гноблары. Часть Вторая

Warhammer Fantasy. Великаны

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ОГРОВ

Откуда именно произошли огры и какое место они занимают среди других рас Известного Мира — вопрос, который задавали себе многие схоласты. Разумеется, самим ограм такие вопросы никогда не приходят в голову: они вовсе не склонны к наукам, не умеют ни читать, ни писать.

Огры ценят легенды — зачастую преувеличенные рассказы о подвигах, которые звучат у костров, — и фиксируют важные события с помощью наскальных рисунков. Но для огра история — это его последний приём пищи, а древняя история — пиршество перед ним. Огры куда больше озабочены поиском следующей трапезы, чем рассуждениями о том, как и почему они появились на свет.

Эльфийские хранители знаний полагают, что Древние — загадочные существа, создавшие множество существ, населяющих Известный Мир, — сотворили огров, чтобы те присоединились к борьбе против растущих сил Хаоса. Однако эльфы предполагают, что раса осталась в некотором роде незавершённой, когда полярные врата рухнули, впустив в мир поток сил Хаоса. По мнению эльфов, это объясняет грубую и невыносимо вульгарную природу огров. Поэтому изящные правители Ултуана обычно презирают огров как низшую и недалёкую расу.

Схоласты‑люди, ведомые странно пророческим имперским философом Альбрехтом из Нульна, считают, что огры — близкие родственники расы халфлингов, возможно, произошедшие от какого‑то общего предка, но в какой‑то момент разделившиеся на два разных вида — возможно, из‑за какой‑то мерзкой мутации.

Мужду ограми и халфлингами есть несколько сходств:

• обе расы устойчивы к воздействию Хаоса;

• у обеих есть сопоставимая и всепоглощающая потребность искать следующую трапезу;

• обе обладают необычными поведенческими чертами: у огров — потребность крушить и есть всё подряд, у халфлингов — непреодолимое желание прихватить всё, что не прибито гвоздями.

КОРОЛЕВСТВА ОГРОВ

Бродячие армии огров можно встретить повсюду — они прокладывают себе путь, сея разрушения по всему миру, и у них немало крепостей в далёких и экзотических землях. Несмотря на столь широкое распространение, все огры считают своим родным краем разрозненные королевства, расположенные вдоль склонов и речных долин гор Скорби. Именно здесь, среди этих вершин и низменностей, огры властвуют в своих жестоких владениях. Хоть огры могут годами грабить самые отдалённые уголки мира, наниматься на службу в качестве наёмников или оставлять за собой следы разрушений в разных странах, огр всегда стремится вернуться в горы Скорби — хотя бы для того, чтобы похвастаться своими подвигами.

Горы Скорби — обширный и протяжённый горный массив, известный суровым климатом и смертельно опасными обитателями. Заснеженные вершины поднимаются над пепельными равнинами Тёмных Земель и тянутся на восток, пока их не затмевают исполинские горы Древних Земель Великанов. Подняться в горы Скорби — значит оставить линию деревьев позади и вступить в царство льда и снега, в скалистую землю каменных выходов и отвесных утёсов. Огромные пласты породы вздымаются вверх, достигая зазубренных высот далеко над облаками. Прежде чем скрыться в густом тумане, можно бросить взгляд на запад и увидеть пелену, нависшую над равнинами Тёмных Земель, — её прорезают далёкие языки зловещего оранжевого пламени: вулканы или огромные кузнечно‑фабрики дварфов Хаоса. На таких высотах воют ветра, кружась во всех направлениях и принося внезапные перемены погоды: невероятно голубое высокогорное небо в мгновение ока может смениться слепящими снежными зарядами, метелями и ледяными бурями, способными в считанные мгновения заморозить даже огра.

ЗВЕРИ ГОР СКОРБИ

Несмотря на негостеприимную погоду, горы Скорби кишат жизнью. Стада огромных мохнатых зверей в изобилии бродят по усеянным валунами склонам и заснеженным плато в поисках пищи. Это первобытные создания, которые не менялись с тех пор, как мир ещё был покрыт льдом. Из‑за суровых условий обитания звери выносливы, но погода и крутые высоты — не единственная опасность: по горным склонам рыщут многочисленные крупные и особенно свирепые хищники.

Чтобы выжить среди множества хищников, даже самые скромные стадные травоядные выработали колоссальные размеры, огромную силу или какие‑либо иные защитные черты для борьбы с такими хищниками как саблезубы.

Риноксены — распространённые стадные животные — опускают свои впечатляюще большие рога и бросаются на всё, что не пахнет их сородичами. Парные рога риноксена способны прочертить борозду на поверхности утёса, и ни один хищник не желает оказаться на пути атаки даже одного зверя, не говоря уже о несущемся в паническом бегстве стаде.

Не меньшей боязни заслуживают и мамонты — покрытые сосульками толстокожие гиганты колоссальных размеров, каждый из которых вооружён длинными бивнями. Потребовалась бы целая стая обезумевших от голода морнфангов или нечто столь же массивное, как ледяной дракон, чтобы осмелиться на лобовую схватку со взрослым самцом мамонта.

Будь то хищник или жертва, охотник или травоядное — все звери гор вырастают крупными и свирепыми. Слабые особи в горах Скорби долго не живут: они гибнут от стихий или бродячих чудовищ, а их туши достаются падальщикам. Даже среди этой низшей ступени животной эко системы скрытные падальщики в горах Скорби вырастают угрожающе крупными.

Хоть кровавые стервятники или клыкастые хорьки — всего лишь досадная помеха для огра, такие вредители вполне способны одолеть и убить неосторожного гноблара. Горы Скорби изобилуют гнобларами, особенно возле лагерей огров, где эти вороватые существа ведут паразитический образ жизни, ютясь в трещинах и расщелинах.

Гноблары — близкие родственники гоблинов — вечные слуги огров: те считают гноблар слишком тощими, чтобы есть, — по крайней мере, если рядом есть что‑то более мястное. Некоторые племена огров даже позволяют этим мелким заморышам приносить разные вещи или таскаться следом на битвы.

ЗЕМЛЯ ПЕЩЕР

Горы Скорби испещрены множеством пещер, за обладание которыми идёт ожесточённая борьба. Некоторые из этих каменных логовищ служат пристанищем мутировавшим чудовищам: трёхгорлое завывание химеры или раскалывающий скалы рёв разъярённой мантикоры здесь — не редкость.

Логова особо свирепых монстров стали своего рода достопримечательностями. К примеру, ледяные пещеры, где извивается змееподобный вирм Имдирдак, — ледяной дракон столь могущественный, что его дыхание однажды превратило целое племя огров в ледяную глыбу, похожую на ледник. Затем чудовище по своей прихоти извлекало и поедало замёрзших огров одного за другим.

Большинство разумных рас избегают подобные печально известные логова, однако они являются магнитом для безрассудных огров, стремящихся доказать свою доблесть. Каменные статуи, возникшие у Шипящих Ям, свидетельствуют о полчищах огров, которые стремились убить Балорита Скального Глаза — большого и коварного василиска, который обитает в этом регионе на протяжении нескольких столетий.

Большинство огров воспринимают пещеры как места для охоты либо (если расщелины расположены ниже по склонам гор) — как удобные места для сброса отходов. Хотя огры и не приспособлены к жизни под землёй, они используют пещеры, чтобы укрыться от самых свирепых бурь, а некоторые племена даже селятся в них.

Те огры, что обитают в пещерах высоко среди вершин, — одни из самых выносливых представителей своего рода. Они стойко переносят ледяной климат и постоянно сражаются с огромными зверями за обладание лучшими логовами.

ДОРОГА К ВЕЛИКОЙ ПАСТИ

Всех огров влечёт вернуться в древние земли их предков: увидеть легендарные пустоши и встать перед великим обрывом своего живого бога. Непрерывные битвы, тяжёлые странствия и, более всего, обжорные пиры могут на время отогнать мысли о Великой Пасти — но они всегда возвращаются.

Если огр живёт достаточно долго — то есть, если битвы или бродячие чудовища не заберут его раньше, — он в конце концов должен откликнуться на этот манящий зов. Чаще всего это случается с отдельными особями или небольшими группами: они просто незаметно уходят, отправляясь в путь, не говоря ни слова. Иногда же целые племена поддаются этому влечению и сворачивают лагерь ради долгого путешествия.

Путь Слоновой Кости вьётся через крутые долины и взбирается на горные перевалы. В некоторых местах тропу отмечают большие менгиры, многие из которых несут нацарапанный знак Великой Пасти или, возможно, отметины проходящих племён.

Вдоль дороги возникают лачужные городки гноблар — поселения из палок, сломанных осей и наваленных обломков. Здесь хитрые существа продают объедки, шкуры и краденые вещи случайным паломникам, которые с трудом бредут мимо, — и, разумеется, пользуются любой возможностью, чтобы порыться в мусоре и стащить всё, до чего могут дотянуться их цепкие пальцы.

Дорогу подстерегает бесчисленное множество опасностей: морнфанги и саблезубы постоянно рыщут поблизости. Там, где тропа петляет под окутанными туманом вершинами Древних Земель Великанов, она часто огибает обширные руины разрушенной кладки — прежде чем, наконец, выйти к краю пустынных пустошей.

Последний торговый пост — Шамблер‑таун (Shambletown) — кишит гнобларами и изгоями. Они впаривают сомнительные куски мяса и поддельные безделушки, выдавая их за амулеты Пасти или счастливые камни, которые Великая Пасть якобы выплюнула, — а может, и за саму дубину, которую носил сам Грот Однопалый.

Это опасный путь, и многие не добираются до конца. Ещё меньше тех, кто возвращается из путешествия: они либо теряются в пустошах, либо поглощаются самой всемогущей Великой Пастью.

СТРАННИКИ

Некоторые огры покидают горы Скорби — зачастую они нанимаются на службу в качестве наёмников, влекомые прибыльными сражениями. Огров можно встретить по всему Старому Миру: в беззаконных землях Порубежных Княжеств, кишащих зеленокожими Бесплодных Землях, в Аравии и даже в Наггароте.

Те, кто уходит, намереваются однажды вернуться — хотя сумеют ли они выжить и воплотить этот замысел, вопрос отдельный. Огры, остающиеся в горах Скорби, всегда радушно принимают таких путешественников: им не терпится услышать рассказы об иноземных битвах и экзотических существах, которых можно было бы отведать.

Некоторые огры на время оседают в этих далёких краях, соблазнённые перспективой богатой добычи. К примеру, Племя Железного Кулака обосновалось на восточной стороне Перевал Пиков в горах Края Мира. Многие племена часто наведываются в долину Хрящей — укрепление огров в Серых горах.

Огры отважны: Племя Крушителей Спин (the Backbreaker) печально известно тем, что разбило лагерь всего в нескольких часах пути от города Альтдорфа. Крушители Спин успели собрать немало пошлин, прежде чем их вытеснила армия под предводительством самого императора Карла Франца.

Рассказ. Огры против демонов Хаоса.

Тиран-огр Грагус Браулхаммер из Племени Большой Дубины издал глубокий утробный рык. Когда отзвуки могучего возгласа разнеслись эхом по окрестным горным склонам, Грагус произнёс церемониальное объявление:

«Я обошёл весь мир и съел всё, что ходит. Но лишь когда мы вернулись в эти горы, я едва не встретил достойного соперника. Это чудище, — сказал Грагус, взмахнув окороком мяса виверны, который и дюжине мужчин было бы не поднять, — едва не съело меня. Но я убил его, и сегодня мы его съедим!»

Это, разумеется, вызвало бурные возгласы одобрения у племени: огры вскинули в воздух свои могучие куски мяса в знак приветствия. По меркам огров речь вышла довольно длинной, и соплеменники были рады вернуться к трапезе. Однако их Тиран хотел сказать ещё кое‑что:

«Я никогда не встречал достойного соперника, — заявил Грагус, — и никогда не встречу».

Не успел он закончить хвастливую речь, как над ближними вершинами прокатился отдалённый раскат грома. Огры подняли головы и увидели, что пик горы Мрачной Точки над ними озарился багровой молнией, за которой последовал какой‑то потусторонний рёв.

Над горами нередко можно было увидеть странные полярные сияния, а из Пустошей Хаоса порой налетают свирепые бури, так что событие почти никто не заметил — за исключением племенного Мясника, у которого внутри всё сжалось от дурного предчувствия. Он знал: близится битва… и очень скоро.

Ослепительная молния ударила в вершину горы Мрачной Точки, и из образовавшейся трещины восстал демон — грозный кровожад, окутанный дымом. Так Краггазр вновь был послан в материальный мир по воле своего повелителя, Кхорна, — чтобы сразить несразимого, чтобы унизить могущественнейших из смертных. Пылая ослепительным огнём, Краггазр расправил крылья и издал звериный клич, бросив вызов ночи.

По зову его громогласного рыка материализовалось огромное демоническое воинство, и тьма заполнила небеса, затмив звёзды. Краггазр принюхался, определил направление, где скрывалась его добыча, и начал долгий спуск с горы — глубокий снег с шипением таял перед его надвигающейся яростью.

Первыми местными существами, которых встретили демоны, оказалось стадо риноксенов. Это конкретное стадо преграждало демонам путь к цели, и столкновение стало неизбежным. Хотя риноксены не видели, что спускается с горы им навстречу, они почуяли опасность и поступили так, как всегда поступали: развернулись навстречу нападавшим и ринулись в неуклюжую атаку.

Краггазр врезался в стадо с топором и рогами. От сокрушительного удара полдюжины зверей подбросило высоко в воздух, и они полетели с горного склона в темноту внизу. Топор Краггазра с лёгкостью рассекал закалённые мышцы и кости. Легионы демонов последовали за ним, превратив склон в бойню: повсюду разлетались куски плоти риноксов и демонической крови.

За резнёй наблюдали многие пары глаз: как и большинство великих гор этого хребта, гора Мрачной Точки была испещрена пещерами. Из входов, скрытых глубоким снегом и льдом, вышли огры-охотники, чтобы натравить на демонов многочисленных хищников, находившихся под их началом. Саблезубы крались по краям демонического войска, набрасываясь на тех, кто отбивался от строя. Иногда этих зверей встречали когти или адские клинки, но немало демонов было утащено навстречу гибели.

У подножия горы огры Грагуса заметили надвигающуюся опасность и отправили свою кавалерию Скорбных Клыков вверх по склонам, чтобы встретить угрозу.

Когда бормочущие ужасы наконец отогнали шумных зверей злобной магией, множество демонов уже было раздавлено или отброшено обратно в эфир. Ещё больше адского воинства погибло в ямах ледяных червей или от засад скальных чудовищ, но самый большой урон нанёс камнерог. Подстёгиваемый своим охотником Гаргогом Рыжим, камнерог вынырнул из ледяного тумана, словно мстительный дух горы, и протаранил багряные ряды кровопускателей, раздавливая их своими мощными конечностями.

При каждом яростном повороте головы каменные рога зверя рассекали демонетток пополам, а их ответные удары едва царапали каменистые бока чудовища.

До этого момента демон Краггазр не обращал внимания на растущие потери среди своих приспешников и неумолимо спускался вниз, думая лишь о хвастливом огре Тиране Грагусе. Но теперь он был вынужден подняться, чтобы встретиться с могучим зверем камнерогом, и его рёв‑вызов сотряс гору. Огр охотник Гаргог развернул огромное чудовище лицом к кровожаду.

Сопоставив грубую силу с воплощением битвы, две могучие силы столкнулись. Демон Краггазр первым пролил кровь: удар топора глубоко вошёл в широкие плечи камнерога. Рывком назад камнерог вонзил один из своих рогов в чрево демона, и чёрная жижа, вытекая, стала прожигать землю.

Каждый из бойцов напрягался, пытаясь опрокинуть противника, когда с треском, похожим на раскалывающийся ледник, высший демон Краггазр переломил рог зверя пополам, освободившись, чтобы снова замахнуться топором. Усиливаемый нарастающей яростью, кровожад наносил удар за ударом, пока наконец камнерог не рухнул. Огр охотник Гаргог так же был повержен.

Только тогда кровожад остановился, чтобы вытащить массивный обломок рога из своего тела. На мгновение Краггазр словно замерцал, его сущность на миг стала полупрозрачной. Затем, дымясь от напряжения, демон издал победный рёв и вновь обрёл плотность среди поверженных врагов.

Небо светлело на рассвете, когда измождённое демоническое воинство вступило в долину под горой Мрачной Точки. Там они обнаружили, что племя Большой Дубины выстроилось перед ними, готовое к битве. Во главе орды огров стоял Тиран Грагус Браулхаммер — его дубина-булыжник небрежно висела на могучем плече огра.

Мгновение обе стороны оценивали друг друга, взвешивая силы, прежде чем ринуться вперёд — убивать или быть убитыми. Тяжёлые дубины огров скрестились со смертоносными адскими клинками кровопускателей; неповоротливая мощь великанов — с быстро режущими когтями демонетток. Свинцеплюи обрушивали опустошительные залпы на бронзоводоспешных джаггернаутов, в то время как железнобрюхие скрещивали ржавые клинки с мерзкими чумоносцами.

В эпицентре этого водоворота находились Краггазр и Грагус — два исполинских предводителя обменивались ударами, пока вокруг них бушевало сражение.

И вот тут легенды огров начинают расходиться. Одни говорят, что Грагус победил кровожада и продолжил долгую и славную карьеру. Другие утверждают, что Краггазр сразил Тирана и забрал его череп для трона своего тёмного повелителя. Большинство же огров считают, что исход боя до сих пор не решён.

Согласно одной из историй, грохот битвы был настолько яростным, что вызвал лавину, похоронившую обе стороны. Хотя большинство погибло под немыслимой тяжестью, Грагус и Краггазр до сих пор сражаются в каких‑то подземных катакомбах, обмениваясь ударами топора и дубины. Племенные старейшины указывают на периодические подземные толчки в этом районе как на доказательство легенды.

Какова бы ни была правда, нельзя отрицать, что на вершине горы Мрачной Точки зияет огромная чёрная трещина, а долина под ней погребена под колоссальным оползнем. Нельзя отрицать и того, что из завала теперь выступает великий восьмиконечный монолит. Однако ни огры ни демоны с тех пор не возвращалась сюда — предпочитая оставить эту часть холодного края в покое.

Судьба сказала своё слово в тот день: воистину, если обитатели Королевств Огров вас не одолеют, то это сделают сами горы…

ПЛЕМЕНА ОГРОВ

Огры с самых первых дней своего существования живут племенами на равнинах. Такие объединения позволяют ограм брать то, что они хотят, — будь то в бою или на охоте: мало кто способен выстоять против массивной стены надвигающихся огров.

Численность племени может варьироваться: от нескольких десятков особей до крупных групп, насчитывающих многие сотни. Но независимо от размера племя организовано в соответствии с узнаваемой иерархией и следует гордым традициям огров.

Чтобы племя оставалось сильным, слабых или нескладных отпрысков отсеивают: их бросают в пещеры в качестве подношений Великой Пасти перед тотемом Зубом Пасти. Это мрачный, но практичный подход: ограм требуется много пищи, и выжить могут лишь те, кто достаточно силён для охоты или боя.

КРУПНЫЙ И ГЛАВНЫЙ

Вождей племён называют Тиранами — это самые крупные и доминирующие особи. Они естественным образом приходят к власти и правят железной рукой (в буквальном смысле: огры часто носят шипастые рукавицы именно для этой цели).

Следующие по величине огры после Тирана известны как Громилы. Эти претенденты на власть в племени выполняют менее значимые командные обязанности.

Разногласия внутри племени (да и за его пределами, если уж на то пошло) устраняются внезапным и предсказуемым насилием. Любой, кто ставит под сомнение решения Тирана, должен быть готов сразиться с вождём в поединке насмерть.

Перед таким поединком каждый огр снимает свою кишечную пластину — зловещий знак: победитель в таком состязании, как ожидается, должен полакомиться внутренностями проигравшего. Огры называют это традиционное состязание «выпотроши потроха»

Восхождение на вершину власти в племени не передаётся по наследству: всё, что нужно сделать огру, — победить нынешнего Тирана. Поскольку самые могущественные огры, как правило, дают самое сильное потомство, самые серьёзные вызовы Тирану бросают его собственные отпрыски.

Подобный образ жизни передаётся поколениями: в конечном итоге Тиран сталкивается со своим самым амбициозным сыном в поединке за власть. Чтобы остаться правителем, Тиран должен одолеть и съесть своего мятежного отпрыска — или быть съеденным сам. Огры, будучи теми, кто они есть, считают это нормой и с гордостью говорят о родственниках, которые достойно показали себя в бою.

ПИРЫ УДЕЛ СИЛЬНЫХ.

Среди множества ритуалов, общих для всех племён, составляющих Королевства Огров, важнейшими являются пиры. Пиры — это особые трапезы со участием всего племени, которые могут длиться днями или даже неделями.

Употребление мяса для огров — вопрос религиозный: съесть какое‑либо существо означает продемонстрировать над ним превосходство, а также подражать Великой Пасти — всепоглощающему божеству огров.

Пиры — это не просто еда. Центральное место в любом крупном событии занимают состязания. Одни носят шутливый характер и дают право на похвальбу — например, соревнования по отрыжке или метанию гноблар. Но большинство — это испытания на силу, такие как «пробивание животов» (gut‑barging), «ломание лиц» (face‑cracking) и тому подобное.

Турниры проходят в яме, пока остальное племя подбадривает участников или насмехается над ними. Вызовы лидеру и сведение личных счетов часто происходят во время особых пиров. И независимо от исхода тот, кто победит, несомненно, вылезет из пасти‑ямы (maw‑pit) и потребует ещё больше угощений.

Только Архитирант может созвать Великий Пир — собрание всех племён. Лучшие огры из каждого племени преодолевают огромные расстояния, чтобы попасть на Великий Пир, таща с собой самую крупную добычу, которую они или связанные с ними охотники смогли убить.

Особенно одарённые огры (например, самый громкий "Ревун") удостаиваются чести нести Зуб Пасти (Mawtooth) своего племени. По прибытии на Великий Пир каждый Зуб Пасти размещают вокруг пасти‑ямы, воссоздавая зубастую пропасть — образ божества огров.

Гризус Златозуб, нынешний Архитирант и правитель Племени Золотозубов, особенно известен своими масштабными многонедельными мероприятиями. На них верным племенам раздаются дары, а те, кто впал в немилость, зачастую сталкиваются с несчастьем — кровавым и зрелищным.

ПЛЕМЕННЫЕ ОСОБЕННОСТИ

Королевства Огров состоят из сотен различных племён, каждое со своими обычаями и репутацией жестоких воинов. Поскольку огры прямолинейны и откровенны, название племени зачастую отражает его самые явные черты.

Например, Племя Охотников за Черепами прославилось успешными охотами, а границы их королевства чётко обозначены черепами зверей настолько огромных, что в их существование трудно поверить. Племя Древесных Молотов известно тем, что его члены носят непомерно большие дубины, а Племя Окровавленных Кулаков узнаваемы по характерным боевым отметинам, сделанным кровью их врагов.

Каждое племя стремится улучшить свою репутацию — и чаще всего это делается традиционным для огров способом, то есть посредством выдающихся актов насилия.

К примеру, Племя Собирателей Плоти под предводительством своего огромного Тирана Ногфлага Раздутого складывало в завоёванной территории всё, что нельзя было унести или сразу съесть, в одну гигантскую кучу, а затем воздвигало на вершине этой кучи грубый трон. Ногфлаг взбирался на кучу и величественно восседал на троне во время победного пира. После празднеств огры уходили прочь, оставляя позади огромный монумент разрушения, отчётливо помеченный племенными символами. По следу из разрушений можно было легко проследить путь Собирателей Плоти, когда они покидали горы Скорби: огры оставляли за собой кучи из остатков различных деревень, крепостей, логовищ и твердынь, которые они разорили.

Независимо от различий, большинство огрских племён проживают в собственных долинах в горах Скорби — по крайней мере, какое‑то время. Огры редко задерживаются надолго в одном месте: это связано с их страстью к странствиям, кочевым наследием и общим представлением о том, что оседлость навлекает гнев их устрашающего божества.

Хотя об этом никогда не говорят вслух, среди огров бытует поверье: «Если слишком долго оставаться на одном месте, небо упадёт на тебя». Пока племя находится в долине, это означает перемещение между стоянками, сбор и установку заново огромных хижин, покрытых шкурами, рытьё новых пасти‑ям (maw‑pits) и тому подобное. Однако через какое‑то время даже это временное поселение становится слишком тесным для огров, и тогда Тиран ведёт своё племя в путь — иногда далеко за пределы привычных земель, сея разрушения на своём пути.

Помимо оружия, племена огров обычно берут с собой немного вещей, поэтому всегда готовы к перемещению. Один из самых ценных предметов любого племени — его Зуб Пасти: камень, на котором нанесены нацарапанные знаки и символы племени. Этот символ переносят в каждое новое место и устанавливают на видном месте в каждом новом лагере — часто рядом с хижиной Тирана или в круге гигантских камней, окружающих некоторые огрские лагеря.

СОТРУДНИЧЕСТВО (ИЛИ ЕГО ОТСУТСТВИЕ)

Огры воспринимают другие племена как конкурентов в борьбе за пищу, и потому демонстрируют окружающим, что в их племени воины крупнее и сильнее. С этой целью огры постоянно устраивают наглядные демонстрации силы — например, взбираются на отвесные скалы, швыряют огромные валуны или вытаскивают гидр из их скалистых логовищ.

Столкновения между племенами — обычное дело, и обычно они заканчиваются тем, что более слабое племя поглощается победителем. Однако племена не всегда сражаются: бывают случаи, когда сотрудничество оказывается выгодным.

Например, когда варвары люди с севера в прошлый раз в огромных количествах хлынули из Пустошей Хаоса, их удалось отбить благодаря союзу Окровавленных Кулаков и Пожирателей Гор. Эта великая победа до сих пор отмечается обоими племенами: они ежегодно встречаются, чтобы провести праздник: Жарку Отродья.

Время от времени племена объединяются под властью Архитиранта — правящего короля, который держит власть над всеми прочими Тиранами. Чтобы иметь хотя бы незначительное влияние на отдалённые племена, не говоря уже о полном подчинении, требуется исключительно сильная личность.

Когда есть Архитирант, гораздо чаще случается так, что несколько племён объединяются, чтобы завоевать более обширные территории: огромные армии огров обрушиваются на мир и сметают любое сопротивление, забирая всё, что пожелают.

ОГРЫ ХАОСА

Будучи воинственными и одержимыми жаждой странствий, многие неукротимые племена огров отправляются в Пустоши Хаоса, чтобы испытать свою силу. Там они сражаются с северными племенами и фантастическими обитателями этих земель, расширяя свой рацион за счёт весьма неестественных существ.

Некоторые огры даже присоединяются к варварским племенам, упиваясь разрушениями и возможностью вдоволь насытиться плотью убитых. Хотя огры в некоторой степени устойчивы к мутациям, длительное воздействие пагубных энергий способно исказить их облик.

Те, кто провёл десятилетия в Северных Пустошах, зачастую обретают дополнительные головы или конечности, рога, либо щупальца. Отдельные огры начинают поклоняться Тёмным Богам — так же, как и люди этих земель.

Огры Хаоса кажутся своим собратьям в горах Скорби немного странными, но их не боятся и не презирают. Скорее наоборот — другие огры, возможно, даже немного завидуют: ведь дополнительный рот или пара рук значительно быстрее помогают поглощать ещё больше пищи!

ПРИШЕСТВИЕ ЖНЕЦА КРОВИ

Мясники пользуются почтением у всех здравомыслящих огров, ибо те знают: лишь повелители мяса способны направить разрушительную силу самой Великой Пасти. Но одно имя почитается превыше всех во всех Королевствах Огров — ибо все говорят о Скраге Жнеце Крови приглушёнными голосами.

Скиталец без собственного племени, Скраг шагает через горы Скорби, волоча за собой свой огромный котёл для мяса. Скраг следует велению самой Великой Пасти, и таким образом странствует от одной битвы к другой.

Именно Скраг своими заклинаниями переломил ход сражения против вторгшегося стада в Битве у Скала Содранной Кожи — а после лично руководил приготовлением жаркого из множества минотавров, павших в тот день.

Бесчисленные племена рассказывают истории о том, как Скраг появлялся — зачастую прибывая как раз вовремя, чтобы склонить чашу весов в пользу победы огров. Также огры с восхищением говорят об искусстве Мясника по части приготовления триумфального пира.

Воистину, когда Скраг вступает в бой, огры знают: Великая Пасть с ними, а победа и грандиозный пир уже совсем близко.

ВЕЛИКИЕ ИМЕНА

Когда огры обретают такую славу, что их подвиги рассказывают по всем королевствам, говорят, что они «заслужили имя» и получают соответствующие титулы. Огр, который сразился с великаном и одолел его, добавляет к своему имени почётное прозвище — например, Сокрушитель Великанов или Большой Крушитель.

Подобная известность крайне важна для того, чтобы стать успешным Громилой или Тираном. Огры Людоеды, путешествующие по миру, часто приобретают иностранные титулы или обозначения — вроде «капитана» или «нечистоплотного», — которые тоже включаются в их имена, даже если огры не до конца понимают их смысл.

Иногда результат получается комичным — однако любой, кто окажется настолько глуп, чтобы посмеяться над именем огра, очень быстро окажется по ту сторону нагрудника (то есть станет жертвой его гнева).

С годами имена могут становиться всё длиннее, и нередки случаи, когда у могучих личностей накапливается столько почётных прозвищ, что им приходится держать при себе гноблара, единственная задача которого — помнить полное имя огра.

Анатомия огров

Фрагменты медицинского журнала одного исследователя.

После первых вскрытий предмета исследования в отвоёванных разрушенных казармах Адольфуса я сделал множество замечательных открытий.

Хорошо известно, что у огра ненасытный аппетит, и народные сказания уверяют нас: огр, когда голоден, может съесть почти всё. Как только я вскрыл брюшную полость, причина этого стала очевидной.

Анатомические особенности пищеварительной системы огра.

Огромный желудок, занимающий большую часть брюшной полости огра, кажется, способен сильно растягиваться — чтобы вместить очень большие количества пищи или что‑нибудь ещё (подробный перечень содержимого кишок см. ниже).

Ключевые особенности строения:

• Защитный мышечный каркас. Брюхо огра сформировано не жировыми отложениями (как я полагал вначале), а мощными мышечными пучками. Эти слои брюшных мышц:

• создают характерную массивность живота;

• не являются признаком плохого здоровья;

• способны работать независимо друг от друга.

• Механизм переваривания. Во время пищеварения желудок огра периодически сжимается — это позволяет перемалывать и перетирать особенно твёрдую пищу (в т. ч. кости и даже металл). Примечательно, что данные брюшные мышцы очень трудно разрезать.

• Химическая обработка пищи. Внутри желудка образуются чрезвычайно едкие кислоты. Они обеспечивают переваривание практически любых веществ — но для этого требуется достаточно продолжительное время.

Оказывается, что внутри желудка образуются различные чрезвычайно едкие кислоты, позволяющие огру переварить почти всё попавшее туда за достаточно продолжительное время.

Вот список содержимого кишок, обнаруженного мною на разных стадиях переваривания:

Список содержимого кишок, обнаруженного на разных стадиях переваривания

• Тридцать фунтов сырого мяса (ранняя стадия переваривания).

• Декоративная рукоятка меча восточного образца.

• Пять валунов. Этот факт может указывать на использование ограми гастролитов — камней, проглатываемых для облегчения переваривания и перемалывания больших кусков пищи.

• Почти полный скелет лошади (по строению костей идентифицирован как бретонский).

• Кости, предположительно принадлежащие небольшому гоблиноиду (3 экземпляра).

• Различные обрывки одежды (возможно, изначально были частью упомянутого выше сырого мяса).

• Разбитый бретоннский латный воротник с шейными позвонками:

• плоть полностью переварена;

• металлические элементы находятся в состоянии крайнего разрушения.

• Искривлённый наконечник рыцарского копья (в состоянии крайнего разрушения).

• Типовой дуэльный пистолет фирмы «Геммлер и Ko».

Трепанация черепа

Трепанируя череп огра, можно увидеть небольшую мозговую полость. Сам мозг немного больше, чем у волкодава, хотя защищён лучше. Кости черепа несут следы повреждений и срастания, особенно на лбу, где череп удивительно утолщён.

Очень мощные зубы глубоко укреплены в челюсти и специализированы для выполнения различных функций. Выделяются крупные клыки, используемые для того, чтобы убить и разорвать пищу; коренные зубы с истёртой поверхностью — от перетирания твёрдых субстанций; и резцы — для откусывания пищи.

Кость огров чрезвычайно плотная и тяжёлая, состоит из многочисленных слоёв, соединённых вместе, что делает её более прочной. Есть многочисленные свидетельства травм, однако при этом повреждается только несколько слоёв, что позволяет конечности продолжать выполнять работу, когда обычная кость была бы сломана.

Толстая шкура подобна дублёной коже. Я обнаружил, что её очень трудно разрезать, и предполагаю, что она весьма устойчива к экстремальным температурам и, скорее всего, малочувствительна.

Лёгкие и сердце огра имеют столь колоссальные размеры, что легко представить: эти создания, обитая на высочайших вершинах, будут ощущать лишь небольшое недомогание, а также вполне способны выдержать длительное физическое напряжение — хотя для поддержания их могучих тел требуется очень много продовольствия.

Самое интересное — это смерть этого изверга. За эти годы он получил невероятное количество повреждений: среди имеющихся у него шрамов — рубец восьми дюймов глубиной под левой подмышкой, соответствующий большой колотой ране от проникающего оружия (рыцарское копьё?). Недавно огр получил несмертельные повреждения, включая четырнадцать ранений мечом в голени и пах, три из которых попали в кость; не менее восьми ран от арбалетных стрел в груди, шее и лице (извлечено шесть стрел) и пять огнестрельных ранений от мушкетных пуль, которые, сильно сплюснутые, были извлечены из верхней части торса. Смертельная рана получена, кажется, случайно, во время поедания противника, вооружённого пистолетом: оружие было найдено в пищеводе изувера, и прямое пулевое ранение, проходя через горло, проникает в основание черепа. Сигмар, помоги нам всем! Если всего один огр смог причинить такое разрушение, что же могло бы совершить целое племя?

Примечания

• Действительно, я затупил несколько ланцетов, пытаясь проникнуть через толстые, жилистые слои мышц.

• Два ножа, мой анатомический стол и несколько каменных плит были непоправимо испорчены, когда я, наконец, проник через эластичную стенку желудка (примечание: должен возместить господам Брукенхейму и Реубенсу).

• Гоблин?

Сказания огров

Поскольку огры не имеют письменности, об их истории известно крайне мало. Ниже приведено традиционное сказание, изображённое на стенах многих пещер во всех Королевствах Огров и истолкованное пресловутым неблагонадёжным мариенбургским торговцем Йоханом Честным. Ходят слухи, что он и его спутники были съедены, когда он пытался обмануть огровское Племя Яростного Кулака.