Чженхеотериды - млекопитающие из Ляонина
Эволюция млекопитающих, как дисциплина, является крайне сложной и малоизученной, в отличие от тех же динозавров, с их безусловными проблемами и недосказанностью. Мы знаем что ближайшие предки териевых млекопитающих жили ещё в Триасе, а вот, как и от кого произошли однопроходные, несмотря на наличие массы кладограмм, до сих пор остаётся загадкой, а ещё ведь есть всякие докодонты, технотерии и прочие эухарамииды, которых обозревать не переобозревать…
Но давайте для начала разберёмся с симметродонтами, названными как – симметричные зубы, из-за строения моляров, в горизонтальном сечении напоминающих равносторонний треугольник, что, вроде как, симметрично. Однако как только до исследователей начало доходить, что основываться только на морфологии зубов, которых конечно максимальное количество в находках, уже не комильфо, ведь есть и другие признаки, да и сами зубы товар крайне неопределённый и легко изменяющийся в процессе эволюции, симетродонты канули в лету, жаль, что только до сих пор ещё не для всех. Но кюнеотерий им судья, а мы для начала посмотрим на зверька давшего имя таксону.
Чженхеотерий квинкекуспиденс (Zhangheotherium quinquecuspidens) – название дано по местонахождению и пяти бугоркам на молярах. Голотип состоит из фрагментированных, но достаточно хорошо сохранившихся краниальном и посткраниальном скелетах, описанных в 1997 году китайско-американскими исследователями, да, такое тоже бывало и не раз. Длина около 15 сантиметров, с неизвестной массой. Краниальный скелет дорсально впечатан в породу, поэтому к исследованию предлагается только челюстная часть и основание черепа. Зубная формула следующая: три пары резцов, одна – клыков и две пары премоляров на обеих челюстях, пять пар моляров на верхней, и шесть на нижней челюсти. Резцы конусообразные, направлены кпереди, особенно первая пара нижней челюсти. Клыки в значительной степени редуцированы, премоляры пирамидообразные, двухкоренные, имеют признаки моляризации, моляры типичные для «симетродонтов», образуют равносторонний треугольник, имеют пять вершин и ещё не типичный, но слабовыраженный таланоид. Строение коренных зубов таково, что они входят в промежутки аналогов на ответной челюсти, таким образом, достигается окклюзия, однако подобный тип смыкания способен только к прокалыванию и раздавливанию пищи, но не к срезанию и перетиранию. Зубная кость вытянута, симфиз, не сросшийся, и вероятно мог быть подвижным при жизни, мыщелковый отросток изогнут к верху, венечный отросток наклонён кзади и не имеет углового отростка.
У чженхеотерия имеется окостеневший меккелев хрящ, что свойственно для нетериевых млекопитающих, однако строение чешуйчатой кости, в частности челюстного сустава и примыкающих областей, напоминают таковые у настоящих териев, как сумчатых, так и плацентарных. Мыс, в котором располагалась улитка, имеет пальцеобразную форму, что говорит о том, что улитка ещё не была свёрнута, но забарабанная и над барабанная выемки, соответствуют таковым у более продвинутых млекопитающих. Таким образом, наш герой имеет как ряд примитивных, так и ряд прогрессивных признаков, и это только в черепе.
Посткраниальный скелет состоит из 7 шейных и 13 грудных позвонков, поясничные, крестцовые и хвостовые позвонки фрагментарны и представлены отпечатками. Имеются несросшиеся шейные рёбра, напоминающие таковые у морганукодонтов и мультитуберкулят, грудинные рёбра крепкие и краниально-каудально сжаты. Имеется межключичная V-образная перемычка, перекрывающая частично грудину снизу и переходящая в грудинный киль. Ключица имеет подвижное сочленение с межклюцией и акромионом лопатки, что наблюдается у многобугорчатых. Строение ключицы и лопатки таково, что позволяют ключице выступать в качестве шарнира для более подвижного движения лопатки, как у современных опоссумов. Плечевая кость крепкая, имеет гребень и скручивание, угол между концами составляет примерно 30 градусов, что немногим меньше чем у более близких к териям млекопитающих, как например, винселест. Передние конечности, вероятно, имели примитивное расставленное в стороны, расположение. Локтевой сустав соответствует таковому у терий, унаследованный от более примитивных млекопитающих. Тазовые кости тонкие, подвздошная длинная и имеет форму стержня, в трое длиннее седалищной, судя по отпечаткам седалищно-лобковой пластины, таз был по видимому не глубоким. Головка бедренной кости отделена от стержня выраженной шейкой. Имеется крупный бугорок на пяточной кости, а её таранный отросток соприкасается с малоберцовой костью, что является плезиаморфным, то есть, групповым признаком, унаследованным от общего предка, для всех териев.
Таким образом, чженхеотерий, совмещает в своей морфологии, признаки как достаточно примитивных млекопитающих, как морганукодонты, так и атрибуты вполне современных млекопитающих, что с большей уверенностью указывает на то, что данная клада размещена правомерно у ствола териевых млекопитающих. К сожалению, датировка довольно размыта, от конца Юры, до начала Мелового периода. Само животное, вероятно, имело низкую внутривидовую агрессию и питалось мягкотелыми насекомыми. А вот самим чженхеотерием питались некрупные тирранозавриды, что известно по находкам нижней челюсти млекопитающего в районе желудка динозавра.
И следующим нашим героем будет маотерий синенсис (Maotherium sinensis), наименование которого можно расшифровать как шерстяной зверь из Китая, но мы-то все знаем, в честь какого Мао его вероятней всего назвали! Описанный Гильермо Рожером, в 2003 году, всё из тех же слоёв провинции Ляонин. И если посткраниальный скелет маотерия, плюс-минус соответствует таковому у чженхеотерия, то вот череп имеет несколько значимых отличий, а так же, мы можем наблюдать один из немногих сохранившихся отпечатков покровов мезозойских млекопитающих. Зубная формула имеет следующие параметры: по три пары резцов и паре клыков на обеих челюстях, две пары премоляров и три моляров для верхней, и три пары премоляров и шесть пар моляров для нижней челюсти. Форма зубов, более продвинутая по сравнению таковой у чженхеотерия, имеет непрерывную режущую кромку между вершинами и более мощный таланоид. Наблюдается качественный износ некоторых зубов. Суставной отросток зубной кости загнут кпереди, суставная впадина узкая и удлинённая. Предполагается, что эти признаки могут говорить о питании маотерия более грубой пищей, например жесткокрылыми насекомыми. Строение черепа примитивно, мозговая полость и другие кости напоминают таковые у морганукодонтов, что говорит в пользу увеличения мозга у более развитых млекопитающих. Интересен так же сохранившийся отпечаток шерсти, располагающийся практически по всему контуру тела, с присутствием, как покровных волос, так и подшерстка, с краниально-каудальным расположением роста волос, то есть спереди кзади.
Так же, уникальным для маотерия отличием, будет предположительное крепление кости среднего уха – молоточка, к окостеневшему меккелеву хрящу, что является переходным признаком между маммалиаморфами и ранними териями. А мы переходим к последнему на сегодня, млекопитающему из Ляонина.
Ориголест лии (Origolestes lii), в данном случае без перевода, так как по находке имеется буквально одна статья, пусть и обширная, но без каких либо пояснений по данному поводу. Зато это первое млекопитающее, представленное полностью в 3Д формате, благодаря качественному сканированию находки в компьютерном томографе с высоким разрешением. Голотип представлен почти полным скелетом, который перед захоронением свернулся калачиком, наподобие того как это делают современные домашние кошки. Так же, рядом с голотипом представлен фрагмент другого скелета этого же вида, что может указывать на совместное проживание особей в одном жилище, про внутривидовую агрессию, точнее предполагаемое её отсутствие у чжанхеотерид, я говорил ранее. Если не касаться строения среднего уха, мимимишной реконструкции и просто более качественных изображений, морфология ориголеста, мало чем отличается от маотерия и чженхеотерия. Но вот про ухо пару слов сказать стоит, а собственно, тот самый молоточек, в отличие от маотерия, уже независим от меккелевой борозды, и как следствие не примыкает к нижней челюсти, таким образом, мы можем наблюдать первое млекопитающее, с ещё примитивным, но уже современным строением среднего уха. По всем же остальным параметром, это типичный чженхеотерид.
Вот так благодаря хорошей сохранности в слоях провинции Ляонин и конечно качественной работе китайских, а так же американских палеонтологов, мы можем наблюдать как проходила эволюция у стволовых териевых млекопитающих, особенно по таким важным признакам как строение внутреннего уха.
Видеоверсию данного поста, а так же многое другое о палеонтологии млекопитающих и не только можно посмотреть на канале - https://www.youtube.com/@Memento_maiores
О звериных ручках-ножках...
Здравствуйте.
Гуляю последние пару дней по таким местам, врагу не пожелаешь, то пашня, то пойма и мимо не пройти...Все ноги переломал, аж трясутся, или о конечностях млекопитающих.
Ручки-ножки, или передние и задние конечности млекопитающих условно делят два раза на несколько групп.
Первая это их длина, в большей части своей определяющая способ передвижения, кто-то бегает (зебры, например), кто-то скачет (зайчики), а кто-то и вовсе почти ползает (барсук).
На мой скромный взгляд, лапки первое что имеет приспособительные видоизменения к экологической нише. Тут и лапы-лопаты крота (подземные), и ласты тюленей (полуводные), и даже рука-крыло у летучих мышей (единственные звери способные к настоящему полёту и адаптированные к воздушное среде) или лапки-коротыши у норников (вряд ли с метровыми как у лося ногами удастся нору даже не вырыть, а залезть в нее. Как пример, те же барсуки или сурки).
Но говоря про конечности, мне кажется менее известным, и как следствие более интересным второй принцип деления животных, а именно опора на грунт. Соответственно в названии этих групп четко прослеживается на чем звери стоят на земле: Стопоходящие, пальцестопоходящие, пальцеходящие и фалангоходы.
Особенно малоизвестны последние, кто же это? А это копытные, с их огромными фалангами. И снова зебра (и прочие лошадки) здесь уникум, палец всего один, зато какой, вот и получается что они ходят на фалангам, а их копыта ничто иное как сильно-сильно увеличенные ногти.
Нейроэстетика музыки
Всем привет! Недавно был постик про картины с точки зрения нейрофизиологии. Сделаю логичный шаг - про музыку. Ага?
Ага. Ну правда, почему кому-то заходит Моцарт, а кому-то - рэпчик из ушатанного в хлам дребезжащего сабвуфера в багажнике потасканной иномарки?
Всё просто! У любителей басов из раздолбанной тачки - маленькие пиписьки! Компенсируют, сублимируют.
Не. Были, кстати, исследования, где искали какую-нибудь явную связь анатомии и физиологии со стремлением к громкости, и убедительной связи не нашли.
Ну, хотя бы на полшестого у них будет висеть? Задолбали басами своими, окна трясутся!
А вот это уже ближе к истине. Но исследования на этот счёт - слегка спекулятивные. Во-первых, они опросно-анкетные (т.е. невысокого уровня), а во-вторых любитель басов - вряд ли в остальном ЗОЖник. И не очень понятно, что именно привело его к полшестому: басы, пиво пит, водка жрат, кальян курит, или ещё что, а то и в совокупности. Я пока про другое.
Почему музыка вообще приносит удовольствие? Эволюционно музыка - штука спорная, по мнению некоторых - вполне себе бесполезная. Она не кормит, не согревает, не спасает от хищников. И мы не поём песни по случаю совершившейся овуляции, не сигнализируем ими о готовности к спариванию. Пустое, в общем. А почему тогда человечество тратит на неё столько времени и дофамина?
Ответ - в т.н. предсказательном кодировании. Мозг - это такая хитрая машина, которая постоянно предсказывает, что произойдёт в следующую секунду. Когда вы слушаете музыку, вы бессознательно ждёте следующей ноты, аккорда, ритмического удара. Если ожидания совпадают с реальностью - вы получаете маленькую дофаминовую награду. Что занятно, если не совпадают - тоже получаете, но другую.
Исследование (ссылки в конце) показало, что музыкальное удовольствие возникает из комбинации неопределённости (насколько вы уверены в следующем аккорде) и сюрприза (насколько реальность отличается от ожидания). Мозг любит, когда он и предсказывает, и ошибается - но в правильной пропорции. Ошибка должна быть некритичная, маленькая и частично ожидаемая - тогда мозг порадуется и ей.
Когда мы слушаем музыку, которая нравится, активируется мезолимбическая дофаминовая система. Она же включается от вкусной еды, хорошего секса и наркотиков, если уж на то пошло. Причём дофамин выделяется не только в момент кульминации, но и за несколько секунд до неё - в момент предвкушения. Это как если бы вы знали, что сейчас будет лучший кусок/что через минуту вас накроет оргазм, и уже от этого получаете удовольствие.
Но дофамин - это не "молекула удовольствия". Это молекула предсказания и мотивации. Он выделяется, когда:
Вы предсказываете что-то приятное - и это случается.
Вы предсказываете одно - а происходит лучше, чем ожидали.
Вы предсказываете одно - а происходит хуже, и вы учитесь.
То есть дофамин - это не "вкусно", а "я угадала" или "я ошиблась, но запомнила". Почему куча народа обожает танцевать? Да потому, что мозг такт за тактом предсказывает ритм, и движения тела - именно предсказательные. Motor prediction. Так-то звук (музыка) меняется быстрее, чем мы можем его услышать, обработать и двинуться по услышанному. Тут именно предсказание. Мы в танце именно угадываем, и попадаем в такт. В итоге - море дофамина, чистый восторг.
А я ненавижу танцевать! Женщина, я не танцую, хватит улыбаться, нормально с ориентацией.
А это у вас просто стресс. В продолжительном стрессе кортизол бьёт по дофаминовому конвейеру. Кому ж это понравится? Закономерно, не танцуете.
Так и почему одним нравится Моцарт (конфеты такие есть, ага), а другому - недошансон, где "суслики ползут по нашей зоне/сусликам преграды нет в пути"? Потому что у каждого мозга своя обученная модель музыки. Дофамин выделяется не на "объективно красивую музыку" (хз что это вообще такое), а на совпадение или удачное нарушение твоих собственных предсказаний. А предсказания формируются опытом.
Первое: предсказательная модель строится с детства. Мозг учится музыке так же, как языку - статистически. Если чувак с детства слышал классику, его модель "знает", как разрешаются аккорды у Моцарта, куда пойдёт мелодия. Он предсказывает - и получает дофамин.
Но если он с детства слышал шансон, рэп и т.д., его модель обучена на других паттернах. Моцарт для неё - набор непредсказуемых звуков. Ошибка предсказания слишком большая => не награда, а раздражение.
Да, нам чаще нравится то, что мы уже слышали. Это эффект "простого знакомства" (mere exposure effect). Чем больше раз мы слышали трек, тем лучше мозг его предсказывает, тем больше дофамина. Вы любите свои плейлисты и включаете их периодически? Вот и я, свои.
Поэтому попса может зайти человеку, который слышал её сто раз в маршрутке, а Моцарт - нет, потому что он его не слышал ни разу. Это не про качество музыки. Это про обученность модели.
Ну и музыкальный вкус - это не только нейроны, но и социальная идентичность (которая тоже нейроны, но другие). Если ты вырос в среде, где нормально слушать шансон, рэп или метал, твой мозг связывает эту музыку с принадлежностью к группе. Это тоже дофаминовая награда - но не за звук, а за социальное принятие.
Моцарт в этой системе может восприниматься как "музыка для других", "не моё", "скучное". И это тоже обученная реакция.
А ещё есть разная чувствительность к сложности музыки. Есть данные, что люди с высокой когнитивной потребностью (need for cognition) предпочитают более сложную музыку - джаз или классику. Люди с низкой - более простую и предсказуемую. Это не значит, что одни умнее других. Это значит, что разные мозги ищут разный уровень новизны и сложности. Кому-то нужен Моцарт, чтобы получить "правильную" ошибку предсказания. Кому-то - три аккорда, два прихлопа, потому что там ошибка минимальна и мозг кайфует от узнавания.
Ещё, музыка намертво связывается с личными воспоминаниями. Если рэп звучал на свадьбе хорошей подруги, а Моцарт - на скучном уроке музыки, твой мозг будет тянуться к первому и морщиться от второго. Это тоже не про ноты. Это про память и эмоции.
Ну и под занавес: дофамин - не универсальная кнопка "всем сделать одинаково кайфово". Дофаминовая система работает у всех, но у кого-то физиологически больше рецепторов, и он(а) любит интенсивность и новизну; у кого-то меньше, и он(а) предпочитает предсказуемость и комфорт; у кого-то связь слуховой коры с системой награды ослаблена (музыкальная ангедония) - и ему/ей вообще пофиг, что играет.
Короче, дофамин выделяется не на звук, а на совпадение - а совпадает у всех разное и по-разному. Нет "объективно хорошей" и "объективно плохой" музыки. Есть мозг, который обучен на определённых паттернах, и музыка, которая либо попадает в эту модель, либо нет.
А если кто-то говорит, что твоя музыка - отстой, вспомни: возможно, он/она - просто мудак его/её мозг не получает от неё того же дофамина, что твой. И это не вопрос вкуса. Это вопрос нейронных связей.
И это прекрасно.
Я - Злобная Биохимичка. Напрминайте мне, что обещала обсудить и забыла, через тэг @ryskaa. За донаты спасибо!
Пабмед:
Предсказательное кодирование и дофамин:
Эффект простого знакомства (Mere Exposure):
Музыкальная ангедония и индивидуальные различия:
Подводные обеды и шоу фонтанов
Кто бросил в океан ящерицу и почему она даже не нервничает, а стоит себе спокойно на глубине, да ещё и водоросли лопает?
Никто ящерицу не бросал, она нырнула сама. Дело в том, что перед вами, друзья, морская игуана – единственное современное пресмыкающееся, которое на регулярной основе кормится под водой, отправляясь на промысел в солёные океанические воды. Живут эти удивительные животинки на Галапагосских островах, и на разных островах архипелага морские игуаны тоже немного разные. Но заметить эти отличия можно не всегда.
Большую часть года все подвиды морских игуан выглядят тёмными и неброскими, разве что размерами отличаются. Такая окраска позволяет им быстрее нагреваться на солнце и быть совершенно незаметными на поверхности вулканических пород. Однако в брачный период, когда самцы примеряют свои «свадебные наряды», отличия между ними становятся особенно заметны. На одних островах джентльмены окрашиваются в контрастные зелёные и голубые оттенки, на других – щеголяют жёлтыми и чёрными пятнами, но самые необычные костюмчики у игуан с островов Эспаньола и Флореана: тела и хвосты местных женихов расцвечиваются красным, а спинные чешуи и лапки становятся насыщенно бирюзовыми. За такою окраску их даже кличут рождественскими игуанами.
Но вне зависимости от костюмов, жизнь все подвиды морских игуан ведут примерно одинаковую. Очень морскую жизнь.
Ребятки эти – растительноядные. Вообще, когда слышишь, что какая-то животина – поклонник вегетарианской диеты, то как-то автоматически думаешь, что еду ей найти не слишком сложно, однако это не тот случай. Для того, чтобы питаться сплошной клетчаткой животному необходима армия микроскопических помощников в пищеварительной системе, и если среди млекопитающих поклонники «салатика» с длинными, населёнными микрофлорой, ЖКТ – это частая история, то среди рептилий растительноядностью славятся в основном черепахи.
А вот морские игуаны пошли по своему пути. Жёсткая трава и кустарники им в пищу не годятся, зато вполне подходят куда более легко усваиваемые водоросли. Однако усвоить – дело второе, для начала их нужно добыть. И если недурно плавать умеют многие ящерицы, то вот глубоко и надолго нырять, задерживая дыхание – это исключительная фишка морских игуан. Набрав побольше воздуха, они погружаются на глубину в 10-15 метров, а порой и куда глубже, цепляются острыми когтями за камни, чтобы вода не вытолкнула их назад, и начинают шустро есть.
Продолжаться такой ужин может от 10 до 30 минут, а самые крупные, полутораметровые особи могут провести под водой и около часа. Естественно, за такое время в процессе активного питания просто невозможно не наглотаться солёной воды. Для большинства наземных животных попадание в организм большого количества солёной воды очень опасно, но морские игуаны «научились» справляться и с этой напастью, развив совершенно потрясающие слёзные железы.
Солёные слёзы так-то для рептилий не редкость. Этим, например, славятся крокодилы, но у них слёзная жидкость просто потихоньку сочится из уголков глаз, а у морских игуан она способна выстреливать под серьёзным таким напором. Вот только не из глаз, а из носа – ну словно из детского водяного пистолетика.
Их удивительные железы густо оплетены кровеносными сосудами и непрерывно забирают избыток ионов натрия, хлора и калия прямо из крови, формируя внутри себя суперконцентрированный солевой раствор. При этом драгоценная пресная вода удерживается в организме. Отфильтрованный концентрат по специальным протокам стекает в носовые пазухи, ну а когда те наполнятся, игуана сильно чихает и давление воздуха буквально выстреливает белые соляные фонтанчики через ноздри. Вы только представьте себе эту картину: наевшиеся игуаны выходят из океана, укладываются погреться на прибрежные камни, и то тут, то там над лежбищем в воздух взметаются струйки солёной воды. Ну просто шоу фонтанов какое-то!
Ещё больше интересного о живой природе на канале ЗУБ: записки учителя биологии: в Телеграм | в Макс
Почему морские черепахи плачут на берегу и как они находят пляж по магнитному полю Земли: некоторые интересные факты о рептилиях
Физиология размножения морских черепах таит в себе невероятный парадокс — у них полностью отсутствуют половые хромосомы. Пол будущих черепашат зависит исключительно от температуры песка, в котором лежала кладка яиц во время инкубации. Биологи называют это температурным определением пола. Если песок прогревается выше +29°C, на свет появляются только самки, а если температура опускается ниже +27°C — вылупляются исключительно самцы. В условиях глобального изменения климата этот древний механизм ставит вид под угрозу, так как на многих пляжах баланс полов начинает критически смещаться.
Ещё один поразительный медицинский факт — это их абсолютная невосприимчивость к сильнейшим природным токсинам. Некоторые виды, например, кожистые черепахи, питаются исключительно медузами, включая смертельно опасных Португальских корабликов (Physalia physalis). Их пищевод изнутри выстлан плотными ороговевшими шипами-зазубринами, которые перемалывают склизкую пищу и полностью защищают нежные ткани от страшных ожогов стрекательных клеток. Организм черепахи впитывает яд без какого-либо вреда для здоровья, превращая саму рептилию в ходячую токсичную ловушку для крупных хищных акул.
ℹ️Источник информации:
• Исследовательский реестр Международного общества морских черепах (International Sea Turtle Society — ISTS)
• Научные отчёты Океанографического института Вудс-Хол (Woods Hole Oceanographic Institution, USA).
Необъяснимые факты из биологии
До конца неизвестно, зачем вообще нужен сон. Мы знаем процессы, связанные со сном, и знаем, что длительное лишение сна крайне вредно. Но единого объяснения, почему эволюция сделала сознание выключаемым, всё ещё нет.
Как вообще возникает сознание - очень большой вопрос и не только в биологии. Это называют «трудная проблема сознания».
Гомохиральность. Все живые организмы на Земле используют «левые» аминокислоты и «правые» сахара. Но почему? Во вселенной молекулы встречаются примерно поровну. Почему жизнь выбрала одну сторону и жёстко её придерживается — неизвестно.
Мозг способен исцелять тело или вызывать реальные физические боли исключительно из-за веры человека в таблетку-«пустышку» (плацебо).
В геноме человека (ДНК) огромные участки раньше считали "мусорными". Недавно обнаружили более 1700 «тёмных» микробелков (6 мая 2026 года об этом сообщил консорциум ученых TransCODE), ранее эти белки вообще не замечали. Что делает большая часть молекул (ДНК) — неизвестно. Есть теория, что "мусорные ДНК" совсем не мусорные.
Медуза Turritopsis dohrnii - умеет возвращаться из взрослой стадии обратно в полип и так до бесконечности (омоложение). Учёные изучили клеточный механизм процесса, но почему это свойственно только этому виду — загадка для исследователей.
Речные раки и омары почти не стареют со временем благодаря ферменту теломеразе, который защищает ДНК. Они не умирают от старости, а гибнут лишь от болезней или истощения.
Перелетные птицы чувствуют магнитное поле Земли с помощью белков-криптохромов в глазах. Они «видят» магнитные линии, но физика этого процесса неизвестна.
Аксолотль - земноводное из отряда хвостатых (их много в Мексике). Он может отрастить целую конечность, причём в правильной форме. Полностью понять, как организм «знает», какую именно структуру нужно построить и где её закончить, учёные пока не могут.
Растения способны передавать друг другу химические предупреждения. Повреждённое растение может изменять выделение летучих веществ, после чего соседние растения меняют экспрессию генов и химическую защиту. Вопрос в том, насколько широко растения «обмениваются информацией». Общение растений только только исследуются.
























