Renault–Nissan–Samsung: одна родословная под дюжиной имён

Вся эта пёстрая семья выросла из двух событий. Сначала Nissan десятилетиями строил крепкие, ничем не примечательные платформы — тележки Sunny, седаны Maxima, вседорожники X-Trail. А в 1999–2000 годах возник альянс с Renault, и французы заодно подобрали обанкротившуюся Samsung Motors в Корее. С этого момента одна и та же машина могла выйти под тремя-четырьмя шильдиками сразу — в зависимости от того, какое имя лучше продавалось на конкретном рынке.

Компактная ветвь — самая запутанная. В Европе наследницей вечного Sunny стала в 1995 году Almera N15 — по сути японский Pulsar с новым именем. В 2000-м пришло следующее поколение, и тут дороги разошлись: в Японии Nissan убрал имя Pulsar и назвал седан Bluebird Sylphy (G10), чтобы сохранить живым уходящее имя Bluebird; в Европе та же машина осталась Almera (N16) и встала на конвейер в британском Сандерленде. А корейцы из Samsung перелицевали тот же Sylphy в SM3 — и вот он-то и разъехался по миру: в России и Украине как Almera Classic, на Ближнем Востоке как Sunny B10, в Латинской Америке как Almera B10, в Мексике и Египте как Renault Scala. Одна машина — пять имён.

Финальный поворот чисто российский: в 2012-м на АвтоВАЗе выпустили Almera G15. Имя и силуэт достались от Sylphy, но под кузовом — Renault Logan. Имя продолжилось, платформа сменилась: так дешевле было сделать свой бюджетный седан на проверенной «логановской» базе.

Бизнес-ветвь повторяет ту же логику уровнем выше. Прародитель — Maxima/Cefiro A32, с которого Samsung начал свой SM5 (1998). Дальше Nissan Teana J31 (2003) дала корейцам сразу две модели — SM7 и SM5 второго поколения, — а на экспорт тот же седан шёл как Renault Safrane. Когда альянс перешёл на общую платформу Laguna, из неё выросли SM5 третьего поколения, SM7, Renault Latitude (его продавали и у нас) и китайский Talisman.

Кроссоверы — самый наглядный пример «общих костей». Renault Koleos спроектировали французы, довели до ума инженеры Nissan, а собирали в Корее — где он звался Samsung QM5; роднёй ему по платформе были X-Trail T31, Qashqai и американский Rogue. Следующее поколение на модульной тележке CMF-CD дало ту же четвёрку заново: X-Trail T32 (он же Rogue для США), Koleos II, Samsung QM6 и Renault Kadjar.

Суть всей истории в одной фразе: альянс делал общий автомобиль один раз, а имя подбирал под рынок — знакомое местному покупателю или удобное под местные правила. Поэтому «преемственность» здесь двойная: по технике — через платформы Nissan и Renault, а по именам — через маркетинг, и эти две линии сплошь и рядом не совпадают. Лучший тому памятник — российская Almera, под именем которой за двадцать лет сменились три совершенно разные машины.

Nissan Sunny / Pulsar (N14), Nissan Almera N15 хэтчбек, Nissan Almera N15 седан, Nissan Bluebird Sylphy G10, Nissan Almera N16 хэтчбек, Nissan Almera N16 седан, Samsung SM3, Nissan Almera Classic (B10), Nissan Sunny B10, Nissan Almera B10, Renault Scala, Nissan Bluebird Sylphy G11, Nissan Almera G15, Nissan Maxima / Cefiro A32, Samsung SM5 (I), Nissan Teana J31, Samsung SM7 (I), Samsung SM5 (II), Renault Safrane, Renault Laguna III, Samsung SM5 (III, L43), Samsung SM7 (II, L47), Renault Latitude, Renault Talisman, Nissan X-Trail T31, Renault Koleos (I), Samsung QM5, Nissan Qashqai J10, Nissan Rogue S35, Nissan X-Trail T32 дорестайл, Nissan X-Trail T32 рестайл, Renault Koleos (II), Samsung QM6, Nissan Rogue (T32), Renault Kadjar, Samsung SM3 (II, L38), Renault Fluence, Renault Megane, Samsung SM6, Renault Captur, Samsung QM3, Renault Arkana, Samsung XM3, Nissan Primera P11, Renault Logan, Lada Largus, Nissan Sentra, Nissan Lucino, Nissan Sunny Neo, Nissan Tiida, Nissan Note, Renault Vel Satis

И в один из прекрасных летних дней, стоит МастЭр моего клиента на обслуживании, мне сообщают о его готовности и с чувством радости от почти законченного рабочего дня я иду выгонять автомобиль на улицу. Делов то.. сел за руль - задняя передача, даже рулем крутить не надо, 2 ворот проехал прямо, вот тебе и парковка. Мойщиков нет, перегонщик ушел. Я справедливо решил, что раз машина заехала на пост, значит она "обычной высоты". Поднял обе воротины "на мойку" и "на улицу", выезжаю с подъемника и БАААААХ ТАДЫЫЫЫЫЖ . Оказалось, что все таки тачка была из высоких.. и 2 секции сдвижных рулонных ворот я благополучно снес. На внешнем виде автомобиля клиента это не отразилось, к счастью для меня. Тут прибежал мой коллега, притащил специнструмент и с причитаниями, охами-ахами и матерями помог выбраться на улицу.

Казалось бы, при чем тут немцы?!

А вот причем =) На ужасные звуки краха ворот обратил внимание мой самый при самый главный начальник.(из тех что был в наличии) И он не мог оставить это без внимания (я его понимаю). Незамедлительно, по звонку в его кабинет были вызваны я и мой непосредственный руководитель. (про него тоже как нибудь расскажу смешнявочку) Далее диалог:

СуперБосс : - ты куда так торопился то?

я: - машину клиенту отдать, это последняя сегодня

СБ : - и как, успел?!

я:- он через 10-15 минут будет.

СБ: - ну а куда ты так торопился то?

я:- ну просто, что она в цеху стоит. *ну или как то так, кароч тупые отмазки *..

СБ: - за тобой что, немцы гнались с автоматами?! ЗАЧЕМ такая неосмотрительность?!

*СБ что-то дальше говорил, к его упрекам подключился непосредственный руководитель...но я уже не слышал их. Я вполне осознавал вину, готов был к тому что на меня "повесят" ремонт ворот или замену их, но их слов я не слышал, не осознавал, я закусил себе губу до крови, чтобы не засмеяться...у меня в голове было НЕМЦЫ НЕМЦЫ...С АВТОМАТАМИ..."

**у Супер Босса было отчество Адольфович **

Алан Джонс был идеальным партнером для руководителей команды «Уильямс» Фрэнка Уильямса и Патрика Хэда. С этим напористым и бескомпромиссным австралийцем команда проделала путь от аутсайдеров, стартовавших в хвосте пелетона, до завоевания чемпионского титула в 1980 году и последующего многолетнего лидерства в «Формуле-1».

Джонс, скончавшийся после непродолжительной болезни через три дня после своего 80-летия, с детства жил гонками. Его отец, крупный автодилер из Мельбурна Стэн Джонс, был одним из ведущих гонщиков зеленого континента, выиграв Гран-при Австралии 1959 года в Лонгфорде за рулем «Мазерати» 250F. После распада брака опека над сыном досталась Стэну Джонсу-старшему.

В возрасте 16 лет юный Алан сделал первые шаги в автоспорте, участвуя в гонках на холм за рулем «Мини». Однако затем автосалоны его отца обанкротились. В интервью Саймону Тейлору журнала «Мотор спорт» в апреле 2008 года Джонс рассказывал, что это превратило его из испорченного маменькина сынка, заносчивого мелкого ублюдка в человека, которому внезапно пришлось усвоить суровые жизненные уроки: «Если бы папа не обанкротился, вряд ли из меня получился бы толковый гонщик».

Истоки и становление: от тяжелых уроков судьбы до британской «Формулы-3»

К 1970 году, в возрасте 23 лет, Джонс прибыл в Эрлс-Корт с 75 фунтами стерлингов в кармане и непреодолимым стремлением пробиться в гонки. Вместе с соотечественником Брайаном Макгуайром они зарабатывали средства, продавая подержанные фургоны «Фольксваген» австралийцам и новозеландцам, заселившим этот район Лондона. Они купили болид «Формулы-Форд», но Макгуайр разбил его. Затем появился «Лотус» 41, который приятели планировали переделать под спецификации «Формулы-2» и продать обратно в Австралию, чтобы профинансировать свой сезон в «Формуле-3». Однако Джонс сломал ногу, разбив машину во время тестовых заездов на трассе «Брэндс-Хэтч», пытаясь уйти от столкновения с гонщиком, который внезапно пересек траекторию, чтобы свернуть на пит-лейн. Тем не менее Джонс, Макгуайр и новозеландец Алан Маккалли создали собственную команду «Острэйлиан Интэрнэшнл Рэйсинг Оганайзэйшн» для участия в сезоне «Ф-3» 1971 года. Их машины в оранжевой ливрее выглядели эффектно, но проект был крайне скромным по бюджету. Управляя «Брэбем» BT28, Джонс одержал свою первую победу в гонке чемпионата «Ф-3» в «Касл-Комбе» (будущий чемпион мира Джоди Шектер финишировал третьим) и занял итоговое четвертое место в серии «Ломбанк».

К 1972 году Джонс был женат на Беверли, и супруги сдавали комнаты в своем доме в Илинг австралийским, новозеландским и канадским постояльцам. Начинающий гонщик готовил для гостей завтрак, прежде чем отправиться на поиски спонсоров — или на трек. В том сезоне он выступал на технике «Брэбем», GRD и «Марч», но в 1973 году его ждал гораздо больший успех. Джонса рекомендовали шотландскому бизнесмену и будущему создателю автодрома Нокхилл Денису Добби, чья команда DART наняла его пилотировать GRD. Стэн Джонс, чье здоровье ухудшалось, переехал в Великобританию к сыну. Он скончался 16 марта, а два дня спустя Алан одержал победу на этапе серии Lombard North Central F3 в Сильверстоуне; лавровый венок победителя был положен в гроб его отца. Джонс выиграл и второй этап серии Lombard в «Сильверстоуне», однако главным чемпионатом для него стало первенство «Джон Плэйер». Джонс вышел на первое место в личном зачете благодаря победам в «Мэллори-Парке», «Зандворте» и «Оултон-Парке» и возглавлял таблицу перед финальным этапом с двойными очками на «Брэндс-Хэтч». Там на тренировке у него отказал двигатель, и из-за слабого запасного мотора, установленного на гонку, он не смог помешать Тони Брайзу обойти себя в итоговом протоколе чемпионата.

В то время в Великобритании набирала популярность «Формула-Атлантик», и в 1974 году Джонс перешел туда, после того как Добби потерял интерес к своей команде. Сначала он выступал на двухлетнем «Марч», прекрасно понимая, что его владелец не способен обеспечить необходимый уровень подготовки машины — несмотря на победу в «Сильверстоуне» в гонке на выбывание с высоким процентом сходов. Тем временем бывший чемпион «Ф-3» 1960-х годов, а ныне владелец гоночной команды Гарри Стиллер не добивался с пилотом Бевом Бондом тех результатов, которых заслуживал его абсолютно новый «Марч». Была достигнута договоренность, по которой Бонд перешел на должность менеджера команды, а кокпит занял Джонс. Джонс выиграл престижную гонку поддержки Гран-при Великобритании на «Брэндс-Хэтч», а также этап в «Оултоне», поднявшись на четвертое место в чемпионате, и был близок к победе во второстепенной серии Southern Organs, одержав там одну победу в «Мэллори».

Прорыв в высшую лигу: «Хескет», скандалы с «Сёртис» и триумф с «Шэдоу»

У Стиллера были большие амбиции в отношении своей команды и Джонса, и в 1975 году он договорился с «Хескет» о том, чтобы его подопечный выступал на машине, на которой в предыдущем сезоне гонялся Джеймс Хант. Его дебют в «Формуле-1» принес многообещающее седьмое место в «Интернэшнл трофи» в «Сильверстоуне», и в дальнейшем Джонс провел на «Хескете» четыре Гран-при чемпионата мира, начиная с печально известного испанского этапа на трассе «Монжуик-Парк». Однако Стиллеру пришлось уехать в США по налоговым соображениям, но Джонса приютила команда Грэма Хилла, которой требовалась замена Рольфу Штоммелену, пострадавшему в трагической аварии на Гран-при Испании.

Теперь Джонс оказался в паре со своим главным соперником по «Ф-3» и «Формуле-Атлантик» Брайзом. Большее впечатление производил англичанин, однако лучший результат показал австралиец: пятое место на Гран-при Германии на «Нюрбургринге». Это была его последняя гонка за Хилла, так как Штоммелен восстановился после травмы. «Будучи чемпионом мира, Грэм считал, что знает лучше своих гонщиков, как настраивать машину, — рассказывал Джонс Тейлору в 2008 году. — Он был упрямым и негибким. Прекрасный посол автоспорта, но отвратительный человек для работы». Ранее, в конце 1974 года, Джонс принял участие в разовой гонке «Формулы-5000» и теперь вернулся в этот класс, чтобы доехать сезон 75-го года в составе команды RAM Джона Макдональда. Используя 3,4-литровый двигатель «Косворт» GA, установленный на шасси «Формулы-1» «Марч» 751, Джонс стал настоящим открытием, одержав победы в «Брэндс-Хэтч» и «Сильверстоуне».

Сезон 1976 года вновь прошел под знаком выступлений как в «Формуле-1», так и в «Формуле-5000». Джон Сонтис уговорил Джонса подписать — прямо в зале вылета аэропорта Хитроу, перед посадкой на самолет в ЮАР на тесты в Кьялами! — двухлетний контракт в «Ф-1». Первой гонкой Джонса за рулем «Сёртис» TS19 стала «Гонка чемпионов» в «Брэндс-Хэтч», которую «Би-би-си» скандально сняла с телетрансляции из-за того, что на машине была размещена реклама контрацептивов «Дюрекс». Джонс провел блестящую гонку и финишировал вторым, однако очки в зачет чемпионата мира он набрал лишь в трех гонках, лучшим результатом стало четвертое место на Гран-при Японии на «Фудзи». Джонс устал от команды и не хотел продолжать сотрудничество в 1977 году: «Однажды Джон сказал мне: «Причина, почему машина недостаточно быстра, заключается в том, что у нее слишком хорошее шасси, оно не прогревает шины должным образом». На что я ответил: «Ну так сделай его хуже, Джон!»».

Параллельно со своими выступлениями в «Ф-1» Джонс выиграл ранний этап серии ShellSport International в «Брэндс-Хэтч» на «Лола» «Формулы-5000» команды «Теодор Рейсинг», после чего провел полноценный сезон в американском чемпионате этой категории. Соревнуясь с такими соперниками, как чемпион Брайан Редман и вице-чемпион Эл Ансер, Джонс и «Теодор» закончили сезон 1976 года на четвертом месте в личном зачете, одержав две победы — в «Моспорт-Парке» и «Уоткинс-Глен», — несмотря на то, что он не смог участвовать во всех гонках из-за пересечения календаря с «Формулой-1».

Джонс остался в «Теодор» на 1977 год, начав его с третьего места в серии Rothmans International в Австралии. Затем по настоянию руководителя команды Тедди Йипа он протестировал «Индикар» «Макларен» M16 на автодроме Онтарио, однако овальные трассы напугали его. Карьера в «Формуле-1» была на паузе, пока гибель Тома Прайса на Гран-при ЮАР не привела к звонку из «Шэдоу». Юридически Джонс не мог выступать в «Ф-1» из-за контракта с «Сёртис», но в «Шэдоу» уладили этот вопрос, и он вернулся на стартовую решетку в Лонг-Бич.

Заработав очки в Монако и Бельгии, Джонс подарил «Шэдоу» лучший день в их истории, одержав победу на трассе «Остеррайхринг» в дождевом Гран-при Австрии. Джонс, который также провел несколько гонок в серии «Кан-Ам» за рулем машины «Шэдоу» с двигателем «Додж», теперь стал лакомым кусочком на рынке пилотов, а его прорыв с 16-го места на старте на блестящую третью позицию в «Монце» только укрепил его статус. «Феррари» пригласила Джонса в Маранелло, где он подписал соглашение на 1978 год. Условием было то, что если появится гонщик из Северной Америки (крайне важный для рынка «Феррари», и подразумевалось, что речь шла о Марио Андретти), готовый составить пару Карлосу Ройтеману, то Джонс окажется не нужен.

За Джонса также боролись в «Уильямсе». Когда он узнал из автоспортивной прессы, что Андретти решил остаться в «Лотусе», он позвонил в «Феррари», но ему ответили, что североамериканское место уже занято Жилем Вильневым. Он снова связался с «Уильямсом», встретился с Фрэнком на обочине автострады М1, а затем поехал с ним на базу команды, где познакомился с Хэдом и болидом «Уильямс» FW06. Остальное — история… «Подписав Вильнева, Феррари оказала мне величайшую услугу в жизни», — размышлял он впоследствии.

Печальная ирония судьбы заключалась в том, что старый приятель Джонса Макгуайр, ставший первым гонщиком, выигравшим гонку за рулем машины «Уильямс» «Формулы-1» (когда он пилотировал экс-лаффитовский FW04 к победе в серии ShellSport в «Тракстоне» в 1976 году), погиб, разбив свой второй FW04 — переделанный в McGuire BM1 — на трассе «Брэндс-Хэтч» всего через пару недель после триумфа Джонса с «Шэдоу» на Гран-при Австрии.

Золотая эра «Уильямса»: мировой титул 1980 года и яркие победы

Джонс отлично вписался в «Уильямс», а болид FW06 стал огромным шагом вперед для команды. Он считал, что мог выиграть в «Лонг-Бич» в своей четвертой гонке за команду, если бы не пропуск зажигания в двигателе в тот момент, когда он преследовал победителя гонки — «Феррари» Карлоса Ройтемана. Позже в том же сезоне пик результатов пришелся на другую сторону Штатов — на «Уоткинс-Глен», где он занял второе место. Он также выступал за команду Карла Хааса на «Лола» в серии «Кан-Ам» и завоевал чемпионский титул, одержав пять побед в девяти гонках. Из-за масштабных трансатлантических перелетов Джонса босс спонсора команды Хааса в «Кан-Ам», компании Citicorp, настоял на том — и оплатил это, — чтобы его гонщик летал «Конкордом»…

В 1979 году Джонс сократил свое участие в серии «Кан-Ам», хотя в июне все же одержал победу в «Мид-Огайо». Это произошло как раз после того, как «Уильямс» представила FW07, ставшую настоящей сенсацией. Команда взяла за основу концепцию граунд-эффекта, предложенную «Лотус», и довела ее до совершенства. Машина была доработана к Гран-при Великобритании в «Сильверстоуне», где Джонс завоевал потрясающий поул и должен был побеждать, если бы не поломка водяного насоса. Вместо него клетчатый флаг первым увидел его напарник Клей Регаццони, но Джонс отыгрался, выиграв подряд Гран-при Германии, Австрии и Нидерландов, а затем добавив к ним победу в Канаде. Эта форма пришла слишком поздно, чтобы помешать гонщикам «Феррари» Джоди Шектеру и Жилю Вильневу в борьбе за титул, однако в 1980 году Джонс и «Уильямс» ходили в главных фаворитах. И они полностью оправдали эти ожидания. Теперь выступая в паре с Ройтеманом, Джонс выиграл первый Гран-при сезона в Аргентине, но затем ему пришлось ждать разгара европейской части сезона, чтобы пополнить свой багаж побед. Затем последовали победы на Гран-при Испании (правда, эта гонка лишилась статуса этапа чемпионата на фоне политических войн в «Ф-1» того времени), Франции и Великобритании (в «Брэндс-Хэтч»). Когда цирк «Формулы-1» отправился в Северную Америку на два заключительных этапа, единственным соперником оставался новый лидер «Брэбем» Нельсон Пике. Победа в «Монреале» гарантировала титул, а победа на «Уоткинс-Глен» стала отличным дополнением к нему.

У нас с Патриком были фантастические отношения, — говорил Джонс о Хэде. — Мы понимали друг друга настолько хорошо, что он буквально читал мои мысли. Если перед стартом, после прогревочного круга, мне требовалось изменить настройки на решетке, он точно знал, чего я хочу, еще до того, как я успевал об этом попросить. Фрэнк — лучший парень, под чьим началом мне доводилось гоняться, потому что он был великолепным мотиватором. Он был настоящим гонщиком до мозга костей». После завершения чемпионского сезона Джонс и «Уильямс» отправились на Зеленый континент для участия во внезачетном Гран-при Австралии на головокружительном автодроме «Колдер-Парк» (где поул был взят за 36,1 секунды!). Он одержал победу — повторив достижение своего отца 22-летней давности, — опередив на круг «Альфа Ромео» Бруно Джакомелли и пелетон местных болидов «Формулы-5000», лучшим из которых управлял Дидье Пирони. По сей день Джонс остается последним австралийцем, выигравшим свой домашний Гран-при. При поддержке British Leyland наряду с титульным спонсором Saudia, Джонс также был привлечен к участию в завершающем сезон внезачетном этапе британского чемпионата среди туринговых автомобилей за рулем заводского Rover SD1 компании BL в «Донингтон-Парке», где также одержал победу.

Сезон 1981 года тоже начался ярко: Джонс выиграл стартовый этап в «Лонг-Бич». Но это был год, когда мощный рывок совершили «Брэбем» и Пике, а также турбомоторы «Рено» и углепластиковый «Макларен». Фантастический прорыв на второе место в «Монце» позади «Рено» Алена Проста пришелся на уик-энд, когда Джонс сообщил «Уильямс» о своем решении уйти из спорта и вернуться в солнечный климат Австралии — подальше от тряских болидов «Формулы-1» того времени с их жесткой, как камень, подвеской, от которой болела спина. Кроме того, гонщик выступал со сломанным пальцем на правой руке после дорожной стычки в Лондоне… На финальную гонку — дебютный Гран-при Лас-Вегаса на ужасной трассе, проложенной по парковке отеля «Сизарс-пэлас» — Джонс прибыл уже вне борьбы за титул. Тем не менее он одержал красивую прощальную победу, отстав от чемпиона Пике всего на четыре очка.

Вернувшись в Австралию, Джонс поддерживал свою форму, доминируя в Чемпионате австралийского гран-туризма 1982 года за рулем «Порше» 935, и получил звонок от «Феррари» с предложением заменить Пирони после того, как француз получил травмы, поставившие крест на его карьере, на Гран-при Германии. «Я не стал отвечать на этот звонок, — признавался он в 2008 году. — Это была глупость с моей стороны, я просто проявил упрямство и теперь очень об этом жалею».

Он восстанавливался после падения с лошади, когда поступил звонок от команды «Эрроуз» по поводу сезона «Формулы-1» 1983 года. Руководители команды Джеки Оливер и Алан Рис возглавляли «Шэдоу» в 1977 году, когда там выступал Джонс, прежде чем разойтись и основать собственное дело. Была обещана серьезная финансовая поддержка, и Джонс согласился участвовать в Гран-при «Лонг-Бич». Ему пришлось сойти с дистанции из-за боли: боковина кокпита натирала штифты в ноге, травмированной в результате инцидента с лошадью, однако он все же привел «Эрроуз» к третьему месту в «Брэндс-Хэтч» на «Гонке чемпионов». Тем не менее стало очевидно, что обещанный спонсор так и не появится, и Джонс расторг соглашение.

Жизнь после «Ф-1»: «Лола», успехи в туринге и бессмертное наследие

С ростом популярности гонок «группы С» Джонс время от времени выступал в соревнованиях спортпрототипов. На заре карьеры, в середине 1970-х, он участвовал в нескольких этапах чемпионата мира на двухлитровых «Лолы» и «Шеврон», а также регулярно выступал в серии «БМВ» M1 Procar в 1979 и 1980 годах — как ни странно, на немецких машинах он так и не выиграл ни одной гонки, однако в 1980 году стал вице-чемпионом серии. Вскоре после выступлений за «Эрроуз» он занял пятое место в «1000 километрах Сильверстоуна» 1983 года за рулем «Порше» 956, а в следующем году финишировал шестым в «24 часах Ле-Мана» в составе той же команды, разделив кокпит с соотечественником Верном Шуппаном и Жан-Пьером Жарие. В 1985 году он также провел разовую гонку на «1000 километрах Брэндс-Хэтч» с командой «Ягуар» и ненадолго, но без особого успеха посотрудничал с японским коллективом «Тойота».

Джонс комфортно влился в сезон Чемпионата австралийских туринговых автомобилей 1985 года за рулем «Альфа Ромео» GTV6, когда начал вырисовываться новый амбициозный проект в «Формуле-1». Ему позвонил Чарли Крайтон-Стюарт, старый приятель по временам работы в «Уильямсе», который помогал создавать будущую команду «Лола». «Форд» согласился поставлять турбомоторы V6, бывший сотрудник «Макларена» Тэд Майер стал руководителем команды, экс-инженер «Уильямса» Нил Оутли занял пост конструктора, в команде работали два молодых аэродинамика по имени Росс Браун и Эдриан Ньюи, а всем процессом руководил давний партнер Джонса по выступлениям в «Кан-Ам» Карл Хаас.

Джонс вернул себе форму гонщика формульных машин благодаря впечатляющему выступлению в «Индикаре» за команду «Ньюман/Хаас-Лола» на трассе «Элкхарт-Лейк», где он заменил Андретти, сломавшего ключицу в аварии в Мичигане, и финишировал третьим. Команда «Биатрис/Хаас» вышла на старт «Формулы-1» на трех финальных этапах 1985 года, используя моторы «Харт» с турбонаддувом до тех пор, пока агрегаты «Форд» не были готовы. Затем последовал катастрофический полноценный сезон 1986 года. Мотор «Форд» страдал от нехватки мощности и ненадежности, Джонс не сошелся характерами с Майером, а очки команда набрала всего в двух гонках: четвертое и пятое места заняли соответственно Джонс и Патрик Тамбе в Австрии, а шестым Джонс финишировал в Монце. «Хаас» свернул программу в «Формуле-1», и финальный этап сезона в Австралии стал последним стартом в Гран-при как для Джонса, так и для Тамбе. «Все ингредиенты для торта были на месте, но духовку включить они так и не смогли», — иронизировал Джонс по поводу этого эпизода.

Начиная с 1990 года Джонс стал регулярным участником чемпионата Австралии по турингу, одержав за десятилетие пять побед в гонках. Его лучшим сезоном стал 1993 год, когда он выиграл три гонки и помог команде «Форд Фалькон» под руководством босса и чемпиона Гленна Сетона занять победный дубль (1-2) в итоговой классификации чемпионата.

В 1996 году Джонс создал собственную команду — «Пэк Лидэр Рэйсинг» — вместе с новозеландскими гуру инженерии Россом и Джимом Стонами, которые выкупили долю Джонса в конце 1997 года и переименовали коллектив в «Стоун брадэз рэйсинг». Последней серьезной кампанией для Джонса стал 1998 год, однако он продолжал выступать в качестве второго пилота в австралийских гонках на выносливость вплоть до 2002 года. Он также эмоционально вернулся в команду «Уильямс», когда его заявили за руль одной из их «Рено Лагуна» на «Батерст 1000» 1997 года в классе «Супер туринг». Он отлично справился, пробившись в топ-10 квалификационной перестрелки, но сошел с дистанции после аварии на пятне мазута во время своего второго отрезка. Джонс, дебютировавший в классической гонке на «Маунт-Панорама» за две недели до Гран-при Лас-Вегаса 1981 года, показал свой лучший результат в «Великой гонке» Австралии в 1995 году, заняв второе место в паре с Алланом Грайсом на «Фалькон».

В 1980 году Джонс был удостоен звания члена Ордена Британской империи за заслуги перед автоспортом, сделал успешную карьеру в качестве эксперта и аналитика «Ф-1» на австралийском телевидении, а также был ключевой фигурой в команде Австралии в «Кубке мира» A1GP, где одним из пилотов выступал его сын Кристиан. Но больше всего он запомнится как герой «Уильямса». Как однажды заметил Кеке Росберг, сменивший Джонса в 1982 году и выигравший в том же году чемпионский титул, говоря о «Уильямсе» и Хэде: «У меня всегда было ощущение, что они так до конца и не смогли простить мне то, что я — не Алан Джонс».

Алан Джонс, скончался 5 ноября после непродолжительной болезни. У него остались дети — Кристиан, Эмбер, Зара, Джек, Камилла и Эмма, — а также жена Аманда, которая опубликовала следующее заявление:

«Мы с глубокой скорбью сообщаем о кончине нашего любимого Алана.

Нам будет его очень не хватать; его будут с теплотой вспоминать самые близкие люди, а также многочисленные болельщики, за поддержку которых он всегда был искренне благодарен.

Алан посвятил свою жизнь автоспорту, создав наследие, которое продолжит жить в сердцах бесчисленных людей, чьих судеб он коснулся на своем пути.

Благодаря своим достижениям, страсти и неповторимому характеру как на трассе, так и за ее пределами, Алан оставил неизгладимый след в автоспорте как в своей стране, так и во всем мире.

От лица всей семьи мы хотели бы воспользоваться этой возможностью и поблагодарить каждого, кто был частью пути Алана, за многолетнюю дружбу, любовь и поддержку. Ему невероятно повезло окружить себя таким количеством замечательных людей».

Больше такого тут!