Педлагаю вам увидеть Тулу на исходе 1913 года.

Эта беспартийная, прогрессивная и общественно-литературная газета издавалась в Туле всего два года; редактором был Н. Г. Куприянов. Её экземпляров не найти ни в фондах областной библиотеки, ни в государственном архиве. Издание каким-то чудом уцелело только в отделе газет Российской государственной библиотеки. Здесь в читальном зале возможно получить все номера за 1913 год и большую часть номеров за 1914-й. Чем же интересно это дореволюционное СМИ?

А интересно оно прежде всего живописанием тульской жизни, даже в не самых значительных её проявлениях. Несмотря на то, что почти все печатные современники газеты так или иначе делились короткими и часто довольно остроумными сообщениями, превзойти «Тульское Утро» никому не удалось. Хотя, быть может, это дело вкуса. Как бы то ни было, редчайшее издание — наш новый источник сведений о быте предков в годы расцвета николаевской России и свободы слова, насколько то было возможно в условиях самодержавия.

Не затягивая более, предлагаю вам увидеть Тулу на исходе 1913 года.

Вегетарианство: pro et contra

«В ближайшее время в Туле предполагаются лекции г. Черткова о вегетарианстве. Можно иметь те или другие взгляды на этот способ питания, но нельзя не отметить, что это „учение“ имеет много последователей, хотя и немало противников... Лекция, несомненно, привлечет к себе внимание слушателей как трактующая все-таки более или менее интересную тему; заслуживает внимания и сама личность лектора — г. Черткова, этого друга Л. Н. Толстого, хотя эта дружба, кажется, за последнее время уже значительно подверглась сомнению».

Чуть позже под заголовком «Победа мясной пищи»:

«Мы слышали из достоверных источников, что администратор вегетарианской столовой решил в недалеком будущем прекратить действие столовой. Полагают, что причина сего — малое количество клиентов».

«Парижские» нравы, или тульские «огарки»

«Мы переживаем момент, когда танец французских притонов с недорогими женщинами покорил столицы и, как лавина, ползет по странам. Нет ни одного уголка, где бы не было криков о нем с обещаниями — „танго на сцене“, дома, в публике, в салонах, бал-базарах и в... уборных! (На маскарадах!) Бравурная музыка, соединенная с десятком явно постельных движений, с каждым днем всё больше и больше захватывает всех.

Всё течет, всё развивается! Появляется Кекуок (негритянский танец под аккомпанемент банджо, гитары или мандолины. — С. Т.). Мало! Танцы живота — мало? Да живет! Танго».

Падение нравов очевидно. И дело здесь не только в танго.

«Вчера, в 9 час. вечера, на Площадной ул. проходила какая‑то веселая, прилично одетая молодая компания, таща с собой куда‑то граммофонную трубу, на которой молодые люди для саморазвлечения и, наверное, для развлечения окружающих весело наяривали какой‑то довольно бравурный марш.

Компания, видимо, была под бахусом, что, кажется, наравне с их довольно оригинальным развлечением и составляло предмет зависти весьма и весьма многих обывателей...

Дойдя до городового и испугавшись его предложения вести себя потише, один из них, позвав извозчика и надев на голову граммофонную трубу, поспешил скрыться при восторженных криках оставшихся сотоварищей, также поспешивших убраться восвояси...»

Жив ещё великий Пан!

Страшно сказать, но грехопадение затронуло все части общества. Не миновала участь сия и блюстителей порядка.

«На первый день Рождества городовой 4-й части Гордиков, удрученный, по-видимому, тяжелым сознанием постового одиночества, сопряженного со специфическими

условиями его обязанностей, решился от горя выпить и с этой целью направил свои стопы к одному из своих знакомых, с кем и разделил компанию, нахлебавшись, что называется, „по-тульски“ и совершенно потеряв всякое представление о пространстве и времени. Пост же, естественно, в его отсутствие пустовал. Заметив сие нарушение городских и полицейских обязанностей, местный пристав отправил, конечно, не экспедицию, но одного из своих подчиненных, именно — городового Глазунова, искать пропавшего блюстителя уличного порядка. Но праздничные настроения — крайне заразительны.

Питью все возрасты покорны,

К нему порывы благотворны!

Глазунов также разделил компанию с пропавшим и в часть возвратиться тоже не мог без посторонней помощи.

Приблизительно такая же история произошла и с их другими коллегами, Фёдоровым и Мельниковым, которые также без надобности покинули свои посты и также позволили себе провести время, совершая обильные возлияния вечно старому и вечно юному богу веселия. Но тяжкая проза, как и всегда, покарала поэзию! Фёдоров и Мельников подвергнуты полицмейстером штрафу, естественно, в целях служебно-воспитательных, по два рубля каждый, дабы впредь не увлекались; судьба же Гордикова и Глазунова закончилась более драматично — приказом полицмейстера они уволены от службы».

Выводы о том, что такое «пить по-тульски», можно сделать из следующей заметки под заголовком «Ужасы или карикатуры жизни»:

«Вчера, в час дня, проходившей публикой по Каменному мосту, был замечен на берегу р. Упы ниже моста отводного канала оружейного завода какой‑то несчастный мужчина средних лет, судя по костюму — из низшего класса, как видно, решившийся лишить себя жизни; с этой целью, на глазах публики, перекрестившись, он бросился в воду, но ввиду мелководья в этом месте план его не удался, и он по пояс в воде пошёл обратно к берегу, где двое подоспевших мужчин и поставной городовой от Чугунного моста помогли ему выбраться на берег».

Благополучие расслабляет

И газета «Тульское Утро» это сполна подтверждает. Из заметки «Просветители» видно, что процесс затронул и городское хозяйство

«— Ты что, чёрт, толкаешься?! Или не знаешь — с кем имеешь дело?

— Простите... Такая тьма, ни зги не видно кругом. Настоящий день тьмы египетской...

— С кем имею честь говорить?..

— Вот я тебе покажу... с кем имею честь говорить... другой раз потолкаешься!

— Позвольте, — я, кажется, извинился перед вами, и такая дерзость с вашей стороны неприлична.

— А толкаться прилично? Соглашатель! Знаем мы вас, что вы за птица.

— Позвольте же, наконец, объясниться?

— Извольте, — я — городской фонарь.

— Очень приятно. Обыватель. Почему же вы, милейший, не светите? Я себе о вас голову разбил.

— Эка новость! Проваливайте лучше, добрый, пока я вас и совсем не придавил... От старости лет я не в силах уж держаться!»

Городской транспорт тоже не отличался надёжностью.

«Вчера, около часа ночи, мчавшийся на лихаче какой‑то офицер, неожиданно для прохожих, вылетел около булочной Филиппова (ныне возрождённой, правда только по названию. — С. Т.) из пролётки извозчика. Чья вина такого грандиозного „планирующего“ спуска, нам установить не удалось, ибо, поправившись, офицер моментально опять вскочил в пролётку и скрылся. Надеемся, что офицер отделался лишь испугом. Удивительно, что извозчик своим неумением управлять не повредил ему костей».

И снова коммунальные проблемы:

«Нас просят обратить внимание на допускаемый беспорядок в банях г. Абакумова в Чулкове. Посетители передают, что вода для питья в этих банях наливается в графин не только сырая, но зачастую прямо из кранов, обслуживающих бани и нередко покрытых мыльной пеной.

Это, думается, вполне недопустимо».

«Да когда же конец?!»

Так называется публикация, указывающая на то, что общая расслабленность сыграла на руку криминальному элементу.

«За последнее время на Прямой Беляевской (ныне Будённого. — С. Т.) улице развелось хулиганство, которое по вечерам делает прямо-таки непроходимой эту улицу. Ни девушка, ни женщина, ни даже девочка не могут спокойно, без оскорблений пройти по Беляевской, если с ними нет защитника.

Пары хулиганов разгуливают по этой улице и назойливо пристают к проходящим дамам и девушкам с циничными предложениями, а не принявших подобных предложений начинают оскорблять площадной бранью.

На днях был случай, что один из хулиганов напал на проходившего с барышней молодого человека и, сбивши его с ног, ударил несколько раз по лицу. Дикая сцена была прекращена одним из проходивших взрослых. Конечно, такое возмутительное хулиганство осталось безнаказанным.

Бедная и беззащитная наша Беляевская улица!»

* Цитата адаптирована к современной русской орфографии.

Рылся тут в архивных подшивках старых периодических изданий (благо, их сейчас можно находить в интернете — спасибо Российской национальной библиотеке, которая продолжает работу по оцифровке). И наткнулся на очень любопытный выпуск газеты «Коммерсантъ» от 24 августа 1913 года.

Если что, настоящий оригинальный «Коммерсантъ» — это ежедневная торгово-промышленная и финансовая газета, выходившая в 1909-1917 годах в Москве. Выходила бы и дальше, если бы не случился пожар рабоче-крестьянской революции.

Чтобы не пропустить другие интересные и полезные посты, подписывайтесь на фирменный телеграм-канал с авторской аналитикой и инвест-юмором.

Историческая справка о газете Коммерсантъ

В самом первом номере газеты, вышедшем 5 августа (23 июля по старому стилю) 1909 года, редакция так сформулировала задачи нового издания:

«В Москве, центре русской промышленности и торговли, до сих пор не существовало ежедневного органа печати, посвященного исключительно интересам торгово-промышленной жизни. … Русское Товарищество печатного и издательского дела, идя навстречу требованиям коммерческой жизни, предприняло издание ежедневной газеты «Коммерсантъ», поставив её задачей всестороннюю осведомленность по всем вопросам торгово-промышленной деятельности»

📰На страницах «Коммерсанта» публиковались бюллетени московских и петербургских бирж, списки торгов на подряды и поставки по всей России, отчёты конкурсных управляющих и другие материалы, касающиеся экономической жизни.

📊Кроме того, в газете можно было найти сведения о ярмарках, торгово-промышленную хронику, железнодорожные и судоходные известия. В 1909-1914 годах в качестве приложения к Коммерсанту выходили «Добавления к №», печатавшие, главным образом, списки приезжавших в Москву коммерсантов.

Короче, 115 лет назад это было примерно как Тинькофф Пульс, брокерская лента новых размещений и блог Сида в одном издании. Биржевые сводки и экономические новости московские предприниматели тех лет узнавали в основном оттуда.

💰В 1915-1917 годах подписчикам рассылались «Вопросы податного обложения», посвященные налогообложению. На страницах этого издания подробно разъяснялось действующее законодательство в этой сфере, судебная практика, возможности оптимизации налоговой нагрузки.

Газета была закрыта после Октябрьской революции. С декабря 1989 года в Москве выходит одноименная газета.

🔥Исключительный случай

Конечно же, в «Коммерсанте» публиковались и объявления о первичной продаже акций различных акционерных обществ в частные руки — такие вот дореволюционные IPO.

🤔Чем же меня заинтересовал выпуск от 24 августа 1913?

Прямо по центру первой полосы, непосредственно под «шапкой» издания, размещался анонс продажи акций свежесозданного промышленного акционерного общества.

(я адаптировал на современный русский язык):

«ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫЙ СЛУЧАЙ.

В крупном горнопромышленном предприятии желают принять участников с капиталом от 10 900 ₽. При реализации дела акционерному обществу, устав которого уже утвержден, участники получат наличными деньгами и акциями приблизительно в три раза больше своего вклада.

По подсчетам, акции будут приносить не менее 30% дивиденда. Подробности лично: утром от 11 до 13 часов и днём от 16 до 18 часов ежедневно, кроме праздничных и воскресных дней: МОСКВА, Садовая-Самотечная, соб. дом №7.»

Рекламодатель явно не скупился на маркетинг: место для объявления самое «козырное» во всём выпуске, да ещё и обведено жирной рамкой, чтобы читатель точно зацепился взглядом.

Очень напоминает современные агрессивные рекламные кампании перед каждым «хайповым» IPO, не так ли? Прямо один-в-один😀

💸Рубль в 1913 году

В 1913 г. за один рубль давали… нет, пока ещё не в морду, а целых пол-доллара США, 2.67 французских франков, 2.16 немецких марок, 2.67 итальянских лир, 2,54 датских крон.

Содержание золота в царском рубле — 0,774235 граммов. Таким образом, минимальный капитал для участия в упомянутом «IPO» должен был соответствовать 8,4 кг золота, что в пересчёте на современные бешеные цены составило бы 94,3 млн ₽!

Но из-за отвязки от золотого стандарта, нагляднее прикинуть в тогдашних заработных платах: дворник получал 40 ₽, подпоручик — 70 ₽, а тайный советник — 500 ₽. Получается, войти в капитал горнопромышленного общества можно было, уплатив примерно 270 месячных зарплат дворника или 22 месячных дохода тайного советника.

🐹Да уж, хомяки в таких размещениях точно участвовать не могли! Только весьма жирные упитанные морские свинки.

👉Источник курсов: «Народное хозяйство в 1913 году». Министерство Финансов. Редакция «Вестника Финансов» и «Торгово-Промышленной Газеты».

🎯Мысли по этому поводу

История рынков — это история одного и того же маркетингового паттерна. Меняются костюмы, технологии и слова («блокчейн», «AI», «крупный сырьевой холдинг» вместо «горнопромышленное предприятие»), однако суть песни остаётся прежней: «Доверьтесь нам, мы знаем золотую жилу, куда вы сами никогда не додумались бы сунуть свои денежки».

Но есть и фирменный исторический нюанс. Авторы 1913 года и не подозревали, что продают актив с уникальным, не заложенным в модель, риском — риском исчезновения ВСЕЙ правовой реальности. Они зазывали в «безопасное пассивное доходное бюргерское будущее», а через 4 года случилась всеобщая экспроприация и национализация.

Самый эпичный «Black swan» в истории российского рынка капитала поджидал за углом, и его не видели никакие «подсчёты».

Итог для современного инвестора: когда нам обещают «исключительный случай» и заоблачную доходность с минимальными рисками — давайте вспомним дом №7 на Садовой-Самотечной. И спросим себя: а какой «1917 год» (какой системный, немоделируемый крах) — может поджидать этот конкретный «исключительный случай» сегодня?

👉Подписывайтесь на мой телеграм — там всегда качественная аналитика, новости и инвест-юмор.

«Тульское утро», газета беспартийная, прогрессивная и общественно-литературная; № 4 за 12 (25) ноября 1913 г.

10 ноября, в 1 час дня, произошёл безобразный случай в гостинице Титова на Пятницкой (ныне Металлистов. — С. Т.) улице. В бильярдную гостиницы вошёл какой‑то подпивший субъект; не снимая шапки, он остановился у бильярда. Служащий бильярдной дерзко потребовал от него снять шапку, причём взял его за голову. Последний, говоря, что уходит, просил не трогать его, но в это время один из присутствовавших гостей ударил неизвестного по лицу. На вопрос неизвестного „за что?“ — ударивший и маркер бильярдной свалили его на стол и стали без пощады бить.

Один из посетителей, Алексей Золкин (постоянный гость), заметил маркеру, что так поступать и бить человека ни за что, ни про что — нельзя. В ответ на это маркер сказал: „Молчи, а то надаю и тебе по морде!“

Явившись на шум драки, хозяин гостиницы, не слушая, что ему заявляют посетители, и не разобравшись, отчего произошло, бесцеремонно берет избитого и выталкивает на улицу. По слухам — избитый какой‑то Михаил Остапов. В бильярдной по поводу этого происшествия было много разговоров. Надо заметить, что подобные безобразия и избиения в этой гостинице происходят уже не в первый раз.

Недавно там были избиты М., Кузнецов и С. Чуркин; при чем С. Чуркин, хозяин гостиницы, дал 50 коп. на врача. Кузнецов же сделал заявление в полицию, которая отправила его к городскому врачу. От последнего у Кузнецова имеется свидетельство о побоях. Но до сих пор всё это покрыто мраком неизвестности. 

* Цитата адаптирована к современной русской орфографии.