BURDUK1973

Глава 16

Зима настала за одну ночь. Ещё с вечера пронизывающий ветер гнал по небу серые рваные некрасивые облака. Ивану не спалось и он накинул куртку, вышел на лоджию с сигаретой.
На улице лежал снег- мерцающий под фонарями, чистый, ещё не тронутый обувью и колёсами машин. Лишь кое -где виднелись редкие цепочки следов птиц и собак. Вдыхая табачный дым вперемежку с холодным воздухом, Иван думал обо всём сразу и ни о чём. О том, что на концерт Танькиной группы они так и не сходили, о том, что если всё будет хорошо, то весной он поедет в Китай вместе со знакомым вьетнамцем и тогда можно будет уходить от Луизы, которая, наверно будет шибко против.
На лоджию тихо вышла Вера и и молча прижалась к спине Ивана. На плече у нее сидел Базилио.
- Этот засранец тебя любит больше чем меня- улыбнулся не оборачиваясь Иван
- Потому , что он мужчина, а я женщина- тихо засмеялась Вера
С приходом Веры холостяцкое жилище Ивана изменилось. Стало чище, в ванной, как водится, появилась батарея бутылочек- баночек и коробочек. А ещё появилась клетка с большим попугаем какаду Жорой.
- Вот и всё моё, по большому счёту, приданое- смеясь, сказала Вера- остальное заработаю.
Базилио, вначале попытавшийся было проверить нового жильца на вшивость, когда тот вышел из клетки, жестоко просчитался. Жора не испугался протянутых к нему лап. Он встал в стойку, будто каратист и подняв свой гребень разразился таким угрожающим клёкотом, переходящим в лай, что бедный Базик убежал от греха подальше под диван и ещё долго оттуда таращился на диковинного жильца. В конце концов между ними выкристаллизовался даже дружеский нейтралитет- Базилио разрешалось сидеть рядом с Жорой и рассматривать его со всех сторон, а попугай в свою очередь лакомился из миски кота.
Иван и Вера некоторое время молча стояли на лоджии, обнявшись.
- Вот и наступил первый день зимы, хотя ещё ноябрь- сказал Иван- интересно, какая будет сегодня торговля- эх, поскорее бы свою точку открыть.
Но Вера, по примеру Тамары Иванны, смотрела дальше.
- Лучше не на рынке, Тамарик правильно говорит. Пока в ТЦ площади дешевые, там надо открываться.
Иван зевнул
- Там видно будет. Может так забогатеем, что и там и тут откроем.
После того, как Вера перебралась к Ивану, они договорились откладывать большую часть заработка, чтобы потом вложить его в дело.
На рынке к их роману а потом и к совместному сожительству Ивана и Веры отнеслись, в общем, положительно.
- Трудовая династия. Ударники капиталистического труда- сказала Тамара Иванна.
Но Луиза осталась недовольна и со слов Жени, уже сетовала, что Верка скоро забеременеет и её придется искать нового продавца. Иван усмехался этим словам. Через полгода, если всё будет хорошо, ей придётся искать не одного продавца, а двух, да ещё в добавок, грузчика. Неужели она думает, что они будут работать на неё до старости? Без отпуска, больничного и трудового стажа?
Социалка на рынке не была больной темой потому, что она просто отсутствовала. Конечно были «отпуска», когда продавец мог уйти отдыхать на пару недель, но, естественно ни о каких отпускных речи не шло. То же самое касалось больничных и всех элементарных удобств, таких как вода или туалет. Туалет на рынке был платный и стоил пять рублей. Вроде не дорого, если посетить его один раз. Но если ходить в него весь день, то набегала кругленькая сумма, иной раз перекрывавшая то, что люди продали за день. А если учесть, что практически все продавцы рынка болели циститом- этой профессиональной рыночной болезнью, когда ты не можешь терпеть и у тебя только одна задача- добежать, до заветного домика, то поход в туалет составлял немалую часть расходов продавцов. Но даже не смотря на всё это люди работали, предпочитая социалке и отсутствию комфорта наличные деньги. Работали годами, десятилетиями, а некоторые и всю жизнь.
*****
Сезон зимней торговли был такой слабый, что Иван был сильно разочарован. То ли Луиза привезла плохие модели, то ли народ не доносил предыдущие, но даже в «козырный день» он продал всего две пары зимних сапог. Люди мерили, смотрели в зеркало, которое услужливо держал Иван и говорили фразу, которую во все времена люто ненавидели продавцы- я ещё похожу посмотрю и вернусь.
Зато у Файзоли, которому привезли кучу китайских пуховиков, торговля шла так, что с основного рынка им пришел помогать брат Феди - огромный батыр, который чуть не задевал головой потолок контейнера.
Снег, выпавший утром, конечно же растаял и к вечеру всё потонуло в сырости и слякоти. Но погода не успокоилась на этом и начался снег с дождём. Промокшие грузчики, ёжась складывали палатки и последние точки.
Иван и Вера брели к остановке, с одним желанием встать под душ, поужинать и забраться под одеяло, чтобы свив там гнездо, наблюдать за трудной жизнью бандита Саши Белого. Пересекая рыночную площадь, Иван и Вера увидели толпу, обступившую кого-то.
- Опять, бомжи в Кровавый спорт играют- засмеялся Иван.
Но это бы не спарринг бомжей а один из видов лохотрона, чем-то похожий на напёрстки.
В окружении зевак на детском стульчике сидел подвижный маленький мужичок. Перед ним находился ещё один стул, побольше, на котором стояла фанерка. Но не со знаменитыми тремя стаканами, а с пятью приклеенными к ней пронумерованными мыльницами. Под крышкой каждой из мыльниц находилось два кубика. Играло сразу пятеро желающий попытать счастья. Они указывали на мыльницу с номером и говорили предполагаемый прогноз, какие цифры должны быть под крышкой, после чего мужик начинал трясти свою мыльную лотерею. Естественно, никто не угадывал, но желающих поиграть от этого не убывало.
- Давай, пацаны- подбадривал мужик двоих студентов- это вам не напёрстки, тут всё по чесноку! Вон, усатый уже третий раз выигрывает.
Дюжий усатый бугай, который был подельником мужика, неталантливо разыгрывал радость, но для невзыскательных рыночных зевак и этого было достаточно Студиозы вытащили две тысячные бумажки и вручили их «крупье», который начал трясти фанеркой с прикроенными мыльницами так ретиво, будто это был лоток золотоискателя, хотя в принципе, так оно и было.
На этот раз не угадал даже усатый. Он вяло ругнулся и достав толстую пачку денег снова сделал ставку. Но до студентов неожиданно дошло, что их обманули.
- У тебя магнит в руке! Тебе подставные подсказывают! Кубики ненастоящие!- как знатоки, которым дали минуту, начали накидывать версии студиозы, но мужик уже не слушая их снова голосил:
- Подходим! Числовая лотерея! Это вам не наперстки!
- Идём- потянул за руку Иван свою подругу- у них крыша у ментов. Сколько раз ни вызывали, они всё равно играют.
- Пацанов жалко- отозвалась Вера.
Вид у неё был такой расстроенный, что казалось, она сейчас вытащит кошелёк и вернёт незадачливым игрокам деньги. Но Иван ещё решительней потянул её на остановку:
- Так им и надо. Это как прививка. Сейчас переболеют в легкой форме, потом выработается иммунитет.
Вера улыбнулась и поцеловала Ивана.
- А у тебя, смотрю, Волков, иммунитет врожденный
Требовался последний рывок- занять места в автобусе. Толпа на остановке, увидев подходящую «гармошку», начала бесноваться, как на рок-концерте, а когда транспорт встал, у его дверей началась жестокая рукопашная, в которой не было пощады ни старикам ни детям ни женщинам. Полная бабушка, пять минут назад жаловавшаяся на боли в спине и прочие недуги, действовала как заправский боец без правил, раскидав лезущих на штурм здоровых мужиков, и заняв призовое место рядом с печкой. Следом за ней проскользнул Иван, который тоже успел занять два места и держать оборону до прихода Веры.

(продолжение следует)

Глава 15

Иван приехал за Женей, около которой стоял её друг- валютчик Марк. Он что -то увлечённо рассказывал Жене, та смеялась и хлопала себя ладонями по коленкам.
Они стояли достаточно далеко, чтобы Иван не слышал о чём они говорят. Он кивнул Марку и принялся за работу. С Марком у него были нейтральные отношения- привет- привет. Женька рассказывала , что он звал её замуж и обещал увезти в Ереван. Но она категорически не хотела уезжать, на что Марк ей говорил, что женится только когда они уедут. После той памятной вечеринки ни Иван больше не просился проводить Женю, ни Женя больше не звала Ивана пить ром. О том, где он побывал, Иван никому не сказал, а Валера, которого он встретил через несколько дней на рынке, только пучил глаза и говорил, что вообще ничего не помнит.
Иван уже всё сложил на телегу, когда Марк, попрощавшись с Женей вышел с рынка в одни из не главных ворот. Иван увидел довольное лицо Женьки и не удержался от подкола. Он сказал тоном Высоцкого- Жеглова, рассказывающего историю подельницы Ручечника Волокушиной:
-..и однажды уговорил!
Женька снова рассмеялась. Похоже, Марк на самом деле имел серьезные намерения.
- На свадьбу хоть позовёте?- с улыбкой спросил Иван
- Пол- рынка звать надо- вздохнула Женя, но пока больше ничего не скажу.
Иван уже взялся за ручки телеги, готовясь начать движение, как из за ворот раздался дикий женский вопль:
- Человека убили!!
Все кто это слышал, бросились за ворота. Иван схватил первого попавшегося китайца- помогайку- коротко приказав- карауль, метнулся за Женькой.
То, что увидел Иван, навсегда запечатлелось в его памяти. Посредине улицы, на пересечении трамвайных путей, лицом вниз, раскинув руки, лежал Марк. Из под лица извиваясь текла небольшая струйка крови. Джинсовая куртка с лева тоже намокала красным, видимо стреляли два раза- в сердце и в голову.
- Скорую, скорую, ментов!- шумели вокруг
Женька упала на колени рядом с Марком. Её пытались удержать , чтобы она ничего не трогала до их приезда, но она , с нечеловеческой силой вырвавшись, перевернула его на бок.
Марк был мёртв. Его чёрные, ещё пять минут назад игриво подмигивающие Женьке глаза были полуоткрыты и неподвижны. Рядом с ним валялась борсетка, которую убийца то ли не успел, то ли не захотел взять.
Женька громко и страшно завыла, тряся безжизненно болтающуюся голову Марка.
- Кто стрелял-то?- спросил муж Луизы, тоже прибежавший на вызов.
Оказалось, что не смотря на большое количество зевак никто толком не мог вспомнить, кто стрелял.
- Трамвай как раз шел, гремел больно- говорил старик с орденскими планками- я смотрю идёт мужик, вдруг раз- и упал. У нас снайпер так под Курском..
Его не стали дослушивать. Женька продолжала выть и Иван с с трудом стал отрывать её от убитого. Помогла ему в этом приехавшая «Скорая»
- Укол поставить? - спросил уставший небритый врач
- Не надо- несколько придя в себя, всхлипнула Женя.
Вскоре приехали менты- ещё более уставшие и недовольные чем скорая.
- Расходимся- лениво кричал один из них- свидетели, кто что видел, останетесь для дачи показаний.
Иван взял Женю за руку и увёл обратно на рынок, к телеге. Прибежали Марго, Вера, Тамара. Иван успел подумать, что хорошо, что с Женькой , как во время наводнения, не было Андрея. На Женьку теперь напала апатия.
Тамара вытащила из сумки фляжку с коньяком. Женька запрокинула голову и выпила всё что там было не останавливаясь.
- Он Андрюхе трансформера вчера купил- вдруг сказала она и снова зарыдала- мы венчаться хотели.
Иван потрясённо молчал. Вот так живёшь, строишь планы, а через пять минут лежишь на трамвайных путях с простреленной головой и тебя уже больше ничего не интересует- ни женитьба, ни курс доллара. А в церковь ты попадешь не венчаться, а совсем для другого обряда.
В каком-то полусне, Иван увёз Женину точку, после все они собрались в Севане, где Марка тоже знали.
- Мужа убили у меня, теперь вот Марка- плача говорила Женя- да что ж за судьба то такая ё..ная?!
Она зарыдала в голос, закрыв лицо ладонями.
-Он мне ничего никогда о работе не рассказывал- глотая слёзы говорила Женька- у него всегда по его словам всё хорошо было и на тебе..
Иван выпил целый стакан водки, не чувствуя вкуса а вместо закуски, закурил. Вообще-то в помещении Акоп курить не разрешал, но сегодня он ничего не сказал.
Женьку остались утешать Тамара и Марго. Вдвоём с Верой Иван вышел на улицу. О походе на концерт никто не упомянул. Они молча сели в автобус и не вымолвили ни слова пока не вышли из него.
- В конское время живём- наконец сказал Иван, купив в киоске банку пива- живёшь себе живёшь, а может патрон который для тебя уже в стволе..
Он вдруг понял, что сегодня не хочет никого больше видеть. Даже Веру, которая ему нравилась и которая , он чувствовал, была бы не прочь сейчас подняться к нему. Он проводил её до дома и чуть не бегом вернулся к себе. Кое- как раздевшись, он рухнул на диван и почти мгновенно уснул. Базилио, выбравшись из укромного места , вздохнул и устроился около хозяина, укоризненно поглядывая на него желтыми тарелками глаз.
Следствие долго опрашивало Женьку, валютчиков, свидетелей, но так никого и не нашло. По рынку ходили слухи, что Марк перешел дорогу каким-то влиятельным людям, о которых лучше не говорить.
Женька несколько месяцев ходила осунувшейся и молчаливой, так не похожей на ту безработную хохотушку, какой знал её Иван. Но постепенно время брало своё
А между тем кончалась сухая и длинная в том, 2001-м году осень вместе с осенним обувным сезоном. Наступало межсезонье. По утрам всё чаще случались заморозки с корочками льда на лужах, секциях палаток и на телегах.
Часть гастарбайтеров уехала домой, передав свои торговые места и телеги своим сородичам, прибывшим в Россию на заработки. Получалась этакая вахта, когда одни уезжали, другие приезжали. Только братья Файзоли и он сам так и остались на рынке. Светка по прежнему с попеременным успехом работала у Феди. Однажды он изобличил её завышении цен на товар, но даже после этого не выгнал, что по рыночным неписаным законам не лезло ни в какие ворота.
Завышение цен на товар- это было то, за что чаще всего хозяева торговых точек выгоняли проштрафившихся продавцов. Если, к примеру пара туфель стоила триста пятьдесят рублей, то продавец пользуясь тем, что хозяина нет на рынке или хотя бы рядом, отрывал ценник и со спокойным лицом говорил покупателю, спросившего цену, что туфли стоят пятьсот. И если покупатель брал их, то в карман продавцу шло не несчастные сорок рублей, которые официально полагались с пары, а сто девяносто, про сто пятьдесят из которых хозяин понятия не имел.
Естественно, хозяева точек периодически устраивали всякие хитроумные проверки, засылая тайных покупателей или неожиданно появляясь в разгар торговли. И горе было тому продавцу, кто был пойман на этом. Увольнение следовало мгновенно невзирая на квалификацию продавца, дружеские отношения с хозяином и былые заслуги. Причём продавец получал что-то вроде черной метки. Его никто больше не брал торговать в приличное место, разве что стряпней с тележки. Но не смотря на кары цены всё равно задирали. В два иногда и в три раза. На этом же погорел товарищ Ивана Лёва Верёвкин, попавшийся ещё и на том, что покупал в секонде дешевые брюки и втихаря менял их на хорошие, наивно надеясь, что фокус прокатит.
Боясь, что Верёвкин заявит на него ментам, Ильдус не стал бить Льва, который оказался вовсе не львом, а крысой. Он просто сказал ему «пошел на х.й» и без лишних объяснений принял нового продавца.
Верёвкин ещё долго, лебезя, ходил за Ильдусом, но жестокий но справедливый закон рынка был соблюдён. Ивану Ильдус с укором сказал:
- Ай, Ваня я тебя понимаю и претензий не имею, хоть ты и поручался за этого гондона. Но больше ко мне ни с какими просьбами не обращайся. Да.
Иван кивнул, соглашаясь. Это было справедливо и он ещё легко отделался.

(продолжение следует)

ЦКР

Глава 14

Наступил памятный сентябрь 2001-го года с кричащими заголовками газет «Терракты в США», «Мир на пороге третьей мировой» Милениум шагал по планете новой поступью войн, ссор и международных конфликтов.
Луиза, как и обещала, съездила и вернулась из Китая, а вслед за ней в Кольчугино пришел вагон с обувью, одеждой и ещё много чем, что купили в Поднебесной кольчугинские предприниматели.
Это был вдвойне трудный день для Ивана. Вагон приходил в одиннадцать часов вечера. Нужно было вместе с Луизой принять товар, проверить его, погрузить на машину, отвезти на рынок и за ночь рассортировать, что и на какую точку идёт. В эту ночь грузчики либо вообще не спали, подбадривая себя лошадиными порциями кофе, либо поочередно просились прикорнуть на полчасика в будку охраны.
Иван заметил, что Луиза делит товар не на пять, а на шесть частей. Странно - подумал он, на всякий случай пересчитав- я, Марго, Танька, Женя, Тамара Иванна.
- Ещё одну точку открываю- будто прочитав его мысли, сообщила Луиза- рядом с навесом.
Иван удивился. Места в рядах, где был навес, считались самыми дорогими. Хотя чего удивляться- дела у Луизы идут хорошо, а её мужа- валютчика- тем более. Может он решил преподнести с цыганского щедрого плеча своей дорогой дорогой подарок?
- Хорошие новости- улыбнулся Иван- продавца-то нашла уже?
Однокашник Ивана Лёвка Верёвкин уже второй месяц работал на брюках у Ильдуса, чуть ли не каждый день обещая Ивану «проставу», но почему-то забывая. Лёвка сделался такой надменный и важный, будто сам был хозяином точки. Иван посмеивался про себя- вот как меняют человека деньги.
Луиза сверяясь с артикулами моделей , не расслышала вопроса Ивана, переспрашивать он не стал. И так всё станет известно через пятнадцать минут.
Всё стало известно гораздо раньше.
- Здравствуйте- услышал Иван за спиной.
Он обернулся и брови его удивлённо дрогнули. Это была та самая девушка , которую он уронил накануне той памятной вечеринки. Лицо девушки тоже вытянулось, а в зелёных, дерзких её глазах плеснулось замешательство.
- Привет- бросила Луиза не заметив удивления обоих- пришла? Ваня тебя вывезет, а девчонки покажут что почём.
Луиза показала на пол- дюжины новеньких деревянных ящиков с новыми коробками:
- Вот твой твой товар, Ванька вези её!
На шее у Луизы закурлыкал и задергался маленький мобильный телефон- один из первых на рынке. Она долго искала, как принять вызов, а после чего начала темпераментно жестикулируя, орать в трубку.
- Всё, побежала я- спокойно казала она, наоравшись- подойду к вам потом.
Они остались вдвоём. Иван молча грузил ящики в телегу, борясь с желанием спросить, как поживает её брат- мент, который хотел стереть его в порошок
- Это..Извини пожалуйста- потупившись сказала девушка, покраснев
- Забыли - великодушно сказал Иван- у нас тут всякое бывает- ещё насмотришься и даже поучаствуешь. Всегда такая злая?
Девушка, поняв, что возмездия не будет, облегчённо рассмеялась.
- Да меня тогда с работы вытурили. Месяц в магазине работала, а менеджер , козёл, придрался и уволил, так и не заплатив. Меня Вера зовут, а тебя Иван?
Она не успела договорить, как с соседнего контейнера, где работал Файзоли со своей подругой- продавцом, раздалась ругань. Светка, топнула ногой и с плачем куда-то рванула, а несчастный Федя бросился за ней с воплем «Суэта, подожди-и!!
«Суэта» и Федя то дружно работали, бросая друг на друга влюбленные взгляды, то начинали ругаться, что обычно заканчивалось слезами и примирением, после чего Светка, на следующий день, начинала щеголять какой- нибудь обновой.
- Детский сад, честное слово- усмехаясь, сказал сосед Файзоли- пожилой татарин Азат- куда только братья у этого балбеса смотрят.
Иван привёз ящики Веры под навес, где уже ждала Луиза и выгрузив, поехал вывозить остальных- время поджимало. Осенний сезон был в разгаре и дорог был каждый час.
Торговля и в самом деле радовала, Иван продавал по пятнадцать- двадцать пар ежедневно, а в субботу и воскресенье , бывало и по сорок. Но опытный Азат говорил:
- Зима впереди, Ваня. Узнаешь, что это такое.
Вера как-то сразу влилась в коллектив, найдя общий язык со всеми продавцами. Как-то сидя в Севане, впятером и вспоминая первые посиделки, Танечка спросила
- Вань, а помнишь, ты говорил, что какую-то мартышку сбил в наушниках и она тебе братом -ментом грозила?
Вера вдруг подавилась пивом и долго кашляла, а Иван пожал плечами и неопределённо, как седой мудрец произнёс:
- Давно это было..
Вера с благодарностью просмотрела на него.
Она оказалась нормальной девчонкой- простой и компанейской, любительницей музыки и концертов, поэтому она особенно сдружилась с Танечкой и Иваном. Никакого брата у неё, конечно же не было.
Однажды Иван спас Веру если не от смерти, то от серьёзной травмы.
Было утро и Иван привычными, отработанными движениями составил ящики Веры буквой П и посмотрев на часы, решил, что ещё успеет выкурить сигарету, обсуждая с Верой последний альбом ДДТ. Внезапно Иван увидел, как стена из ящиков, словно началось землетрясение, медленно крениться на ничего не стоявшую к ним спиной Веру. Она увидела, что у Ивана резко изменилось выражение лица. В следующую секунду он схватил Веру за руку и резко рванул на себя, выдернув их центра буквы П. Вся двухметровая конструкция ящиков к глухим грохотом рухнула рядом, сопровождаемая истеричными воплями соседей. из -за которой всё это собственно и произошло. Не удержались и Вера с Иваном, растянувшись рядом, причём как в дешевом романтическом фильме- Иван свалился на Веру.
Громкий мат Вериной соседки Беллы нарушил идиллию.
- Придурок! Опять ящики неровно поставил! Я нахер, уволю тебя к х..ям собачьим, поедешь обратно в свой аул!!
«Помогайка» Беллы- молодой таджик, недавно приехавший, видимо, неровно поставил ящики, и они рухнули, упав на соседские вызвав цепную реакцию. Белла подскочила к Ивану с Верой
- Живы? Не ушиблись?
- Да всё нормально- морщась сказал Иван.
Ящик пребольно задел его за плечо, содрав кожу.
Иван помог Вере подняться и потирая ушибленное место сказал:
- Вам, девушки, нужно в касках работать.
Он повернулся к помогайке и укоризненно закончил:
- А тебе, бача, руки оторвать за такую работу.
- Считаю, что Верка Ване прославиться должна- басом сказала ещё одна соседка, видевшая весь инцидент- а то бы ей ящик прямо на башку бы свалился.
- Сочтёмся- улыбнулась Вера, отряхиваясь.
Падающие ящики и особенно споры продавцов из за места были самой частой темой конфликтов. Каждый торговец, как в геополитике, хотел немного прирезать от территории соседа, показывая какую- нибудь метку в асфальте и уверяя, что это тот самый пограничный столб, на который и надо равняться. Сосед, в свою очередь предъявлял свои границы. Иногда пограничные конфликты удавалось разрешить мирными переговорами и компромиссом, но иногда случались жестокие драки, с поваленными ящиками, рассыпанным товаром и попавшими под раздачу ни в чём не повинными покупателями, которые оказались не в том месте и не в то время.
- Ну тогда с тебя должок- сказал Иван Вере- сегодня нас Танька на свой концерт пригласила.
- Может обувь с собой возьмем и там продавать будем?- со смехом спросила Вера.
Но концерт в тот день им попасть было не суждено.

(продолжение следует)

Глава 13

Иван достал свой видавший виды кассетный плейер и надев наушники направился к остановке. Выйдя на улицу Пушкина, прилегающую к ЦКР, он не заметил несколько милицейских уазиков, целиком поглощённый новым альбомом «Короля и шута». Очнулся он только тогда, когда прочувствовал довольно сильный толчок по плечу. Он оглянулся. Перед Иваном стояло двое будущих полицейских, за спинами которых желтела машина в просторечии именуемая канарейкой, бобиком или луноходом.
- Документы- вежливо сказал один из ментов, ласково поглаживая рукоятку своей дубинки.
Иван всё понял. Какой же он придурок! Ведь знал, что менты по воскресеньям постоянно рыбачат у рынка, винтя пьяных продавцов, а так же вылавливая гастарбайтеров, вымогая у тех и других деньги. Дятел! Лучше бы у Женьки остался!
- Мужики, документов у меня нет- примирительно отозвался Иван- я домой иду, я нормальный, нафиг я вам сдался?
Иван и в самом деле не был сильно пьян- около трёхсот граммов водки под обильную закуску. Да он мог легко выпить ещё столько же, но не расскажешь же об этом ментам.
- Да ты же пьяный- дружелюбно сказал мент- от тебя водкой разит и язык, вон, заплетается.
- Ничего не заплетается! Хотите я вам стихи прочту? Пушкина любите?
Менты засмеялись. Со стороны могло показаться, что они встретили своего хорошего знакомого в штатском.
Один из них открыл дверцу канарейки:
- Сам залезешь или помочь?
Иван предпринял последнюю отчаянную попытку спастись. Он сунул руку в карман и вытащил всё , что у него осталось от пиршества- около пяти тысяч рублей.
- Мужики, давайте по хорошему.
Мужики вновь тепло и по дружески рассмеялись. Казалось, сейчас один из них хлопнет Ивана по плечу и скажет - да какой базар, братан, иди себе на здоровье! Погода-то какая!
Но вместо этого один из блюстителей улыбаясь подошел к Ивану и без размаха ударил его в печень коротким болезненным и профессиональным ударом. Иван хрюкнул и схватившись за живот, стал оседать на землю, но и этого ему не дали сделать. Второй милиционер дал ему такого пендаля, что Иван в один присест миновал гостеприимно распахнутые двери бобика, которые тут же захлопнулись за его спиной. Последнее, что он услышал от ментов, как рация одного из них похвасталась, что «задержали десять чёрных»
Иван ругнулся и кое как сел на полу, держась за руку в стене. Попал!
Вскоре он обнаружил, что в заточении он не один. На узкой неудобной сидушке у стены скорчился..Иван присмотрелся. Ба! Да это же Валера, тот самый грузчик, что в первый день учил его азам профессии! В отличии от Ивана, Валера был так пьян, что едва ворочал языком, бубня что-то нечленораздельное. Видимо тоже отмечал «козырный день», позабыв о бдительности.
Иван потряс товарища за плечо, но тот лишь недовольно мычал. Да..вот такого может и правильно повязали, так как он мог запросто не дойти до дома, но его то, Ивана Волкова, за что?! Тьфу ты!
Машина некоторое время колесила по городу, то и дело поворачивая, наконец она остановилась и двери распахнулись.
- Выходим!
Иван спрыгнул и помог выбраться несколько пришедшему в себя Валере.
- Мен..ты- удивлённо пробубнил он, хотев ещё что-то добавить, но Иван вовремя зажал ему рот ладонью.
Вывеска на сером обшарпанном здании развеивала последние сомнения, куда они приехали- Медицинский вытрезвитель Индустриального района города Кольчугино.
- Проходим!
Таща Валеру, будто раненого в бою товарища, Иван зашел в помещение с грязным желтым кафелем. Посредине комнаты стоял стол, за которым сидела женщина в белом халате. Она взглянула на Валеру и стразу вынесла приговор:
- Этого можно сразу отправлять. Завтра выясним, кто он и откуда.
Двое милиционеров подхватили несчастного Валеру и утащили в какую-то боковую дверь. Тётка уставилась на Ивана.
- Да трезвый я!- разозлился он- ну почти!
Он, как на медицинской комиссии сноровисто вытянул вперед руки, несколько раз присел и дотронулся пальцем до носа.
- Где живёшь?
Тут Иван совершил ещё одну ошибку.
- Нахимова.
- О-разочаровано протянула тётка- сейчас ночь, автобусы не ходят- а вдруг с тобой что случиться. Раздевайся и марш! Завтра домой поедешь.
Иван понял, что проиграл. Он скинул с себя всю одежду, кроме трусов и сложив руки за спиной с пафосом сказал молодому лейтенанту, будто собирался на казнь:
- Веди!
Хлопнула дверь и Иван оказался в большом зале, уставленном железными койками. Ни матрасов ни подушек ни одеял не было. Койки были застелены желтыми , с отвратительными разводами клеёнками. Примерно половина коек была занята узниками вытрезвителя. Часть из них спала тихо, часть стонала во сне, кое-кто переговаривался. Иван увидел, что на одной коек спит, улыбаясь во сне, тоже уже раздетый Валера. Иван вдруг почувствовал , что на самом деле устал, что ноги его налились свинцовой тяжестью, в горле першит. Он рухнул на одну из коек, и подложив под голову кулак, мгновенно уснул.
Проснулся он скрежещущего звука открываемой двери и громкого голоса
- Есть кто на выход?
Иван торопливо вскочил со своего ложа. Голова гудела, хотелось пить.
- Я!
Он посмотрел на Валеру. Тот уже не улыбался. Лицо его выражало муку и страдание, но он, тем не менее спал и Иван не стал будить его.
- Ну скоро?!- крикнул раздраженный голос
- Иду!
Иван снова оказался в знакомом помещении, где ему выдали вещи. Он расписался в какой- то бумаге и вышел на улицу.
Светать только начало. Туман заволакивал пустые улицы. Сквозь него мутными огоньками виднелись фары редких машин.
Иван отошел подальше от гостеприимного дома, где он ночевал, сунул руки в карманы джинсов и куртки и похолодел, хотя и догадывался, что ничего там не найдёт.
Забрали всё- деньги, даже мелочь, сигареты, зажигалку Зиппо, чётки , которые дарила ему сестра. Но больше всего Ивану было жалко плейер. Настоящий, японский, с автореверсом и радио! Единственное, что не забрали за своим услуги радушные и хлебосольные милиционеры- это были ключи от дома, на которых висел ключ от контейнера.
Он остановился, чтобы передохнуть. На душе было так отвратительно, что Иван попытался заплакать, но кроме сухого кашля у него ничего не вышло. Хорошо, что ключи остались. А ещё хорошо, что он не взял с собой все деньги, которые у него были вчера.
Автобусы ещё не ходили и Иван отправился к рынку до которого был примерно час ходьбы. Его била противная похмельная дрожь. Временами он садился на корточки, как гопник, и отдыхал, после чего снова продолжал свой путь. Надо дойти. На рынке, в контейнере деньги и недокуренная пачка Мальборо.
Он почему-то вспомнил рассказ Джека Лондона «Любовь к жизни», как человек - голодный и оборванный упрямо шел к цели, где в тайнике его ждала еда и патроны.
К туману добавился мелкий моросящий дождь, который принято называть противным, но сейчас он действовал освежающе.
Вот и рынок. Охранник в будке узнал Ивана и открыл одну створку ворот. Посмотрев на его изможденное лицо, он понимающе хмыкнул, ничего не став спрашивать. Иван открыл контейнер и нащупал среди ящиков с обувью маленькую коробочку с деньгами. Вот они родимые. Он сходил к круглосуточному ларьку через дорогу и купив пару банок пива, вернулся обратно.
Пиво прохладной живительной влагой разлилось по организму. Как любила говорить Женька- «побежал ток по проводам». Чувствуя, что возвращается к жизни, он включил маленький радиоприёмник, который обычно слушал, когда продавал обувь. Сейчас он возьмёт тачку на рыночной площади и поедет домой спать, а нынешнее приключение запомнит на всю жизнь.
По «Нашему радио», будто иллюстрируя состояние Ивана и всё, что происходит вокруг, пел, а точнее декламировал покойный Майк Науменко:

Серый туман и дождь.
Светает. Шесть утра.
Вот и наступило то самое завтра,
О котором я что-то слышал вчера.
И звезды на небе гаснут,
И звезды рок-н-ролла ложатся спать,
А я, я возвращаюсь домой,
Всю ночь резвились опять.
И восприятие очень обострено,
Все любопытно, все не просто так,
Я смотрю на себя, и я смотрю вокруг
И в голове царит сплошной бардак.
И люди спешат к метро,
Кому работать, кому — служить,
Кому — на учебу, кому — в дорогу,
А мне… Мне некуда спешить.
О, город это забавное место,
Он похож на цирк, он похож на зоопарк.
Здесь свои шуты и свои святые,
Свои Оскары Уайльды, свои Жанны д’Арк.
Здесь свои негодяи и свои герои,
Здесь обычные люди и их большинство.
Я люблю их всех… Нет, ну, скажем, почти всех.
Но я хочу, чтобы всем им было хорошо.

(продолжение следует)

ЦКР

Глава 12

Стол и в самом деле был великолепен. В тарелках дымилась долма, стояли блюдца с нарезанной ветчиной, зелень, армянский сыр чанах. Во главе стола стояло большое блюдо фруктов, подле которого , будто охранники, высились вспотевшая бутылка водки «Флагман» и его пузатый друг- коньяк «Васпурикон»
-Прошу девушки- Иван, как Ленин, сделал широкий жест рукой.
- Ну ты, Ваня, купец- сказала Тамара Иванна- сколько ты угрохал на этот стол?
- Ещё заработаем- уклончиво отозвался Иван
О том скользко он отдал Акопу за всё это великолепие и за забронированный столл, женщинам лучше не знать.
- А ты чего смурной какой-то?- подозрительно спросила Таня- с товаром всё порядке?
Иван успокоил Танечку, вкратце рассказав, о своём приключении.
- Да забей- заявила она- сама виновата, нех.й, по рынку в наушниках ходить.
- Ну что, за тебя, Ваня- улыбаясь, сказала Женя- чтобы не задерживался тут, работая на Луизу, а открывал своё дело.
Женя, Марго и Иван пили водку, Танечка отхлёбывла пиво «Три медведя», а интеллигентная Тамара Иванна цедила коньяк.
- Да - протянула она- время идёт, может Путин хоть какой- никакой порядок наведет в стране, чтоб хоть зарплату вовремя платили. Тогда бы я снова в учителя пошла. Если бы взяли.
- А чего не взяли бы?- удивилась слегка захмелевшая Марго
Тамара помедлила:
- Да-а.. Раньше я ругаться не могла, не говоря о большем, а теперь, если какой-то ученик начнёт кочевряжиться, я и втереть ему могу.
Все расхохотались. Иван вспомнил, историю, рассказанную Женей.
Тамара только постигала азы торговли. Сосед по палатке истеричный торговец джинсами по кличке Лось сразу приметил безответную тётку, и стал методично изводить её придирками и подколками. Однажды, после того, как придравшись, что палатка Тамары «заступила за черту», он не только обматерил её, но и так толкнул, что несчастная Тамара Иванна чуть не свалила свои ящики. Тамара, мучаясь и краснея сказала слово «блядь», достала из сумки, припасенный заранее молоток и тут же сломала Лосю нос. Тот рухнул на ворох джинсов, окрашивая их кровью, а подоспевшая Луиза и её муж, довершили разгром врага. Лось пытался что-то мычать в своё оправдание, но многочисленные свидетели следствия, проведённого по горячим следам, показали, что Лось давно скрёб на свой лосиный хребет. До ментов, как почти всегда водилось на рынке, конфликт не дошел.
- Давайте выпьем за двадцать первый век, в котором мы все состаримся и умрём- пропищала Танечка
Все снова рассмеялись
- Оптимистка ты наша- сказала Женя- я лично пока Андрюху на ноги не поставлю, умирать не собираюсь, да Андрюш?
Но Андрей смотревший беззвучные мультики «Том и Джерри» по телевизору под потолком кафе и жевавший печенье, даже не услышал мать. Женя вздохнула.
- Хоть бы войну в Чечне поскорее закончили. А то у меня Андрюха растёт.
Тамара сделала большой глоток из своего бокала
- Закончится в Чечне, начнётся ещё где нибудь. Уж такая у нас страна.
- Какая? - хором спросили все.
- Большая- отозвалась Тамара- границы длинные. Вы вспомните историю. Всё время к нам кто-то лезет, всем от нас чего-то надо.
- Ой, Тамарик- засмеялась Женя- у тебя взгляды советские, старорежимные- ну кто на нас нападёт? Сейчас время другое. Мы со всеми дружим. Да и вообще, какие войны могут быть, когда у всех ядерное оружие есть!
- Дружим- рассмеялась Тамара- Женечка, проверь учителю истории- не было у нас друзей за всю историю. Все нас обманывали и предавали. И ещё не раз предадут.
В отличии от Марго, которая от алкоголя добрела, Тамара Иванна наоборот , становилась упрямой и раздражительной.
- Ой, всё, товарищи- весело перебила Марго- хватит о политике- подеритесь ещё! -Слышали, по улице Ленина строят торговый центр?
- Пока построят, да пока откроют- беспечно отозвалась Женя- на наш век рынка хватит.
- Эх, девочки, не умеете вы вдаль смотреть- сердито сказала Тамара- вот именно в этих центрах и есть наша, образно говоря, смерть, как в той игле кощеевой. Новое время наступает. Настоят их много. Красивых, удобных, современных. Кому нужен будет наш рынок с его грязью, крысами и примеркой на картонке?
- Дамы, не будем о грустном- вмешался Иван- идёмте лучше покурим.
Вся компания, кроме Андрея, который продолжал пялиться в телевизор, вышла на улицу. В кафе «Огни востока» напортив уже вовсю гремели нетленки Руки Вверх и Ласкового мая и разноголосый пьяный женский хор вопил:- и снова седая ночь, и только ей доверяю я!! На крыльце «Огней» тоже стояла толпа посетителей, среди которых Иван увидел парочку - Файзоли и «Суэта». Причем, судя по приторно-сладковатому запаху, курили они что-то не очень разрешенное законом.
- Ох, испортит он девушку- вздохнула Тамара Иванна
- Может наоборот?- засмеялся Иван
Марго затянулась длинной чёрной сигаретой:
- Да я эту мартышку знаю немного. Оторва, без мыла в жопу влезет.
Из рассказа Марго выходило, что Светка была продавцом у четверых хозяев, но нигде не прижилась.
Все вернулись к столу, продолжив пировать. В голове Ивана медленно начал разгораться алкогольный пожар. Гости Севана тоже стали шумными и развязными. Сын Акопа Генри то и дело включал музыку. Веселье разгоралось.
- Медляк давай!- шумела половина гостей
- Шатунова!!- перекрикивала вторая половина
Голос малочисленных мужчин, требующих «Владимирский централ» был почти не слышен. Победил «медляк». По залу поплыл всем до боли знакомый «скорповский» «Ветер перемен»
Иван галантно пригласил Тамару Иванну, Марго и Таню пригласили из грузчики с соседнего столика, которые сидели без женского общества, а Женя, чей друг сегодня по каким то причинам отсутствовал, схватила Андрея, который стал со смехом вырываться.
Было уже темно, когда вся компания вышла на улицу и направилась к автобусной остановке.
- Ванька, а ты почему до сих пор не женат?- наседала на него Марго- вот хоть на Таньке женись!
- Делать мне нечего- пропищала Танечка- мы альбом пишем, скоро гастроли слава, концерты, а вы меня борщи варить хотите заставить да пелёнки стирать?!
Как раздухарилась- усмехнулся Иван- от трезвой слова не дождешься. Как она там в своей рок- группе поёт?
Тамара, Марго и Таня уехали.
- Провожу вас- сказал Иван Жене, которая жила недалеко от рынка.
- Да я нормальная- заверила Женя- у меня ж Андрюха.
- Не спорь.
Они пересекли дорогу и пройдя один квартал, оказались около Жениной хрущёвки.
- Зайдёшь?- спросила Женя- у меня ром есть- дядька с Польши привёз.
Иван, чтобы выиграть время, долго доставал сигарету и прикуривал так ко времени барахлящей зажигалкой. Нет, Женька, конечно, ничего девчонка, хоть и старше его. Но стоит ли ломать нормальные дружеские отношения сексом, после которого всё будет по другому? Тем более, у Женьки есть друг.
- Спасибо, Жень- мне на сегодня достаточно- ухмыльнулся он и протянул руку Андрею- пока, Андрюха!
Женя ничуть не обиделась или искусно замаскировала свою обиду. В конце концов, что там Иван себе нафантаазировал? Может она на самом деле звала его просто ром попробовать? Тоже мне, герой- любовник!
Они попрощались. Хотя, если бы Иван знал, что произойдет с ним через десять минут, он бы, возможно, и согласился бы остаться у Жени.

(продолжение следует)

ЦКР

Глава 11

В воскресенье утром, раскладывая товар, Иван увидел, что вместе с Файзоли копошиться молодая русская деваха. Красивая, но изрядно потасканная. Федя перехватил взгляд Ивана и что-то сказав девахе, подошел к Ивану.
- Нового продавца нашел- гордо сказал Файзоли- а то я один не успеваю- братьям помоги, товар прими, товар убери..
- Намаешься ты с ней- ухмыльнулся Иван- думаешь в её лице и продавца и ППЖ заиметь?
Файзоли замотал головой, требуя объяснить, что такое ППЖ, а когда понял засмеялся.
- Девка ничего так.
«Ничего так девка», видимо, почувствовала, что говорят про неё, и сердито посмотрела на Файзоли с Иваном. На вид ей было не больше двадцати пяти. Плохо прокрашенные белые волосы, чуть припухшее лицо, голый живот в пупок которого была продета какая-то блестящая мерзость. Когда она повернулась спиной, на пояснице , которую открывали низкие джинсы девахи, Иван увидел татуировку и полоску стрингов. Такие девушки ехали в миллионный Кольчугино , в основном, из деревень и умирающих моногродков, в надежде попытать счастья. Как пела группа «Секрет»:

Им тоже хочется иметь последней моды шелка,
Выходит, нужно всё успеть, покуда грудь высока.

Кто-то из них шел на рынок, кто-то в проститутки, приставая на улице Коммунистической к прохожим, кто-то пытался любой ценой найти богатого любовника. Сколько из них спилось, потеряв к тридцати товарный вид, сколько село за торговлю наркотиками и воровство..
- Суэта, стой, не так надо!- крикнул Файзоли и глядя масляными глазами на круглый зад «Суэты», подбежав, стал сам развешивать детские шмотки.
Торговля началась. Суббота и воскресенье были самыми трудными и суматошными днями на рынке, так как на него ехали с отдалённых микрорайонов и городов -спутников. Уже к обеду толпа была настолько плотная, что Иван, бросившийся было на основной рынок за нужным размером к своим, безнадёжно завяз и вместо пяти минут в будний день, продирался двадцать минут. Когда он, растрепанный и вспотевший, прибежал к своему контейнеру, покупателей уже след простыл. Впрочем тут же у стойки стали толпится другие жаждущие купить туфли, ботинки, босоножки и сабо. Сабо были особенно популярны у кольчугинских девушек и женщин. Чёрные, блестящие, джинсовые, с узорной подошвой, с аляповатыми розочками и прочими вывертами китайской дизайнерской мысли. Иван с удовлетворением смотрел, как за стойкой растёт горка пустых коробок. Краем глаза он наблюдал за Суэтой и Файзоли. У них покупателей тоже хватало. Новая продавец освоилась довольно быстро и теперь сама покрикивала на Файзоли. То ли ещё будет- усмехнулся Иван, доставая очередную пару и чувствуя приступы голода.
Если в будний день он мог спокойно отлучиться пообедать, то в выходные это не получалось. У нас один летний день десять зимних кормит- как-то говорил Ивану бывалый продавец Борис, работавший на рынке ещё с советских времён- зимой ещё настоимся по нулям.
Наконец ближе к шести вечера толпа стала спадать, неохотно уступая место многочисленным телегам. Иван тоже закрыл контейнер и заспешил за своими продавцами.
- Сегодня не расходимся, передай Марго, Тане и Тамаре Иванне- объявил он Жене- все собираемся в Севане!
- О, Ваня сегодня в куражах-томно отозвалась Женя- люблю, когда мужчина угощает, а то последнее время всё жмоты какие-то попадаются- ну Севан так Севан.
Севаном называлось одно из многочисленных кафе, расположенных на территоори рынка, где хозяевами была семья армян- Акоп, его жена Гаяне и их сын Генри, или же просто Гена.
«Севан» славился своей чистотой, что было редкостью на рынке и довольно неплохой стряпнёй.
Но до похода в Севан с Иваном случилось приключение, повлиявшее на всю его последующую жизнь. Торопясь увезти Танечку, которая была последней, он отправил её в Севан, где все уже были в сборе, а сам с телегой пересёк одну из улиц рынка и резко повернул на право. Внезапно, прямо перед ним, откуда-то сбоку возникла девушка в наушниках и вопль Ивана «берегись!» никак не отреагировала. Когда же она повернула голову, было поздно- Иван, хоть и успел затормозить, толкнул девушку грудью и она отшатнувшись, села на асфальт, растопырив ноги, как кукла, но тут же вскочила и опередив Ивана, окатила его такой бранью, что таджики и узбеки, торговавшие неподалеку ремнями и подтяжками, с интересом стали прислушиваться.
- Падла!- орала девушка- я брату скажу, он мент, он тебя на куски порвёт! Ты тут работать больше не будешь! Запомни, урод!!
Спорить было некогда. За Иваном уже скопилась пробка из возмущенно гомонящий грузчиков.
- Сама виновата!- только и успел крикнуть Иван, снова берясь за ручку телеги. В конце концов, ничего не случилась. Девчонка жива- здорова, подумаешь, на жопу села. Хотя при других обстоятельствах он бы обязательно объяснил бы ей что те слова, которые она орала, категорически нельзя говорить мужчине.
Козырный день заканчивался, точнее заканчивалась работа и наступало веселье. Иван сходил на колонку умыться. Около неё роилась самая мелкая рыночная пехота- дети гастарбайтеров от шести до десяти лет. Они возили по рынку маленькие пластиковые ящики из под фруктов, груженые баночками с Пепси и Колой и гортанно кричали детскими голосами- холёдный напитк!
А чтобы «напитк» был действительно «холёдный», дети время от времени съезжались к колонке, без конца проливая свои банки водой , что, впрочем мало помогало.
Не без труда растолкав маленьких растратчиков халявной воды, Иван с наслаждением стал плескаться, смывая с себя трудовой пот и пыль. Какое же это удовольствие! Конечно встреча с этой полоумной девахой несколько подпортила его настроение, но.. Если собрать и воплотить все проклятия, какие посылали покупатели на головы несчастных грузчиков, Иван бы уже давно в корчах скончался.
Он вернулся и вытершись, облачился во всё сухое и чистое, предусмотрительно оставив половину денег за неделю в контейнере, соблюдая золотое правило- идёшь на пьянку- бери денег в меру.
Закусочный, харчевен, шашлычных и даже диско- баров на рынке было великое множество. Причём часть из них была сугубо этническая, где собирались представители одной национальности, а на заскочившего чужака все присутствующие смотрели как негры на Данилу Багрова в «Брате-2», когда он зашел в их заведение.
В других барах собирались по сословному принципу- в одном торгаши, в другом охранники, в третьих продавцы и грузчики. Собирались в воскресенье, ибо это был единственный день, когда в голове не висела мысль о завтрашней работе, так как в понедельник у рынка был выходной.
Кроме того в августе был ещё один выходной день, в который рынок не работал- день ВДВ. Стал он таковым с середины 90-х, когда несколько десятков десантников, одетые в тельняшки и береты, устроили на рынке такой погром, что облавы ОМОНа по сравнению с ним были детской игрой в песочнице. С тех работники рынка первого августа поднимали тосты за ВДВ и за свой редкий выходной, втайне удивляясь, куда смотрят пограничники, танкисты и лётчики.
Иван уже подошел к «Севану», когда увидел, что вся его компания в сборе. На крыльце стояли и курили Тамара Иванна, Женя, Марго и Танечка.
- Опаздываем , молодой человек- капризно сказала Женя.
Около её ног тёрся Андрей, не расстававшийся со своим тетрисом.
- Значит мне положена штрафная- отшутился Иван.
Он вошел в знакомое помещение, у входа которых стояли две большие дубовые бочки с фикусами. Хоязин «Севана» Акоп уверял, что привёз эти бочки из самого Еревана, куда они, в свою очередь, попали с горы Арарат, с того самого ковчега. На стенах красовались картины с пейзажами, за столиками шумно отмечали «козырный день» продавцы и грузчики. В колонках томно вздыхала Энигма.
Хозяин заведения, увидев Ивана, успокаивающе помаячил ему и показал на свободный, уже накрытый столик. Зря что ли Иван ещё в начале недели договаривался с Акопом, внося оплату за всё то великолепие , которое сейчас стояло за столом?
- Ва-аня- озадаченно- восторженно протянула Марго, оглядывая стол- мы тебя любим!

(продолжение следует)