Вспоминая ту далёкую‑далёкую галактику

Авторы: Дэн Мэдсен и Джон С. Дэвис

Обычное утро вторника в Северной Калифорнии. Энтони Дэниелс отдыхает в гостиничном номере после долгого перелёта из Англии, который состоялся накануне. Он гладит одежду и говорит по‑японски.

Вскоре выясняется, что Дэниелс готовится не к отпуску на Востоке, а к съёмкам телевизионной рекламы с участием персонажей «Звёздных войн» для японского рынка.

«Сейчас C‑3PO станет очень популярен в Японии благодаря этим рекламным роликам, — с явным удовольствием говорит Дэниелс. — Когда я был в Японии раньше, реакция на R2 и 3PO оказалась просто поразительной! Я думал, они будут популярны в Америке, но японцы просто пришли в восторг! Они по‑настоящему прониклись к роботам. Я чувствовал себя там как дома. Я понимал лишь немногое из языка, но по улыбкам людей мог догадаться, о чём речь. В Японии есть восхитительная привычка — дарить подарки в любой момент. Я стараюсь привить эту традицию англичанам и американцам! Люди знают, что я большой сладкоежка: когда я раздаю автографы, кто‑нибудь обязательно подходит с огромным пакетом M&M’s и говорит: „Это вам!“ Обычно я сам их не покупаю — иначе бы всё съел. Поэтому, если кто‑то дарит их мне, я просто обязан их съесть! Однажды я точно получу сахарное отравление из‑за всех этих сладостей».

(Выше: человек за золотой маской — Энтони Дэниелс — и его всемирно известный персонаж C‑3PO. Ниже: 3PO в трёх своих самых знаменитых приключениях: спасает Люка и его спутников в „Звёздных войнах“, ремонтирует ногу с помощью R2 в „Империи наносит ответный удар“, переводит для эвоков в „Возвращении джедая“.)

Дэниелс не новичок в съёмках телевизионной рекламы. Он появлялся в роли 3PO во множестве роликов, и особенно гордится одним — тем, который написал сам.

«Рекламный ролик, который я написал, пришёлся на время, когда я болел и не смог прийти на премьеру „Империи наносит ответный удар“, — вспоминает он. — Я лежал в постели в больнице, ко мне зашли медики, и я сказал: „Знаете, я всегда хотел отучить детей от курения. Мне бы очень хотелось сделать рекламный ролик“. Они ответили: „Ну так напишите!“ И я написал ролик, лёжа в постели в больничной рубашке, у которой есть выбор — разрез спереди или сзади. В любом случае это довольно неловко! Особенно если на ней повсюду маленькие ромашки! Но мне понравилось писать этот ролик, а потом видеть его на телевидении».

До успеха в роли C‑3PO в «Звёздных войнах» Дэниелс мечтал стать театральным актёром. В детстве его вдохновляли талантливые артисты, которых он видел в местном театре.

«Я всегда хотел играть, — заявляет Дэниелс, — но обычно думал только о театре. Я никогда не задумывался о кино. Я ходил на детские утренние сеансы по субботам, но никогда не представлял себя в кино. Я всегда считал театр чуть более значимым. Впрочем, я постоянно играл в детстве. Мы устраивали небольшие представления с друзьями и утомляли всех! Думаю, мои родители считали это временным увлечением, от которого я со временем откажусь, но этого не произошло».

«Актёрская игра — это своего рода зависимость, — добавляет он. — От неё очень трудно отказаться. Думаю, это было заложено в моих генах. Знаете, можно рассуждать о неуверенности в себе и безопасном способе самовыражения (ведь, глядя на актёров, вы можете думать, что знаете их, но на самом деле это не так)».

На протяжении последнего десятилетия Дэниелса во всём мире ассоциируют с C‑3PO. Однако сейчас, оглядываясь назад, он живо вспоминает свои первые впечатления от получения роли золотого робота из «Звёздных войн».

«Я был удивлён и оскорблён, — смеётся он. — Мне казалось, что это не работа для настоящего актёра. Но позже я понял, что это потрясающий персонаж. Джордж Лукас, очень харизматичный человек, явно интересовался C‑3PO, и я подумал: „Ну, значит, это должно быть хорошо!“ Но в 3PO есть меланхолия, с которой я солидарен. Между ним и R2‑D2 есть некая обречённость. Их словно носит по вселенной, швыряет туда‑сюда по событиями. Думаю, они в некотором смысле воплощают человеческую участь».

Узнав, что получил роль, Дэниелс должен был сесть и решить, как он будет её воплощать. В конце концов, сыграть робота — не та роль, в которой у большинства актёров есть многолетний опыт.

«Я много об этом думал и планировал разные вещи, — говорит он. — Я видел эскизы костюма, который создавали для меня, и продумывал, что буду делать, оказавшись внутри него. Однако всё это сразу пошло прахом, потому что, надев костюм, я не смог сделать ничего из задуманного! Так что 3PO сложился сам собой в первый же день съёмок, честно говоря».

«Должен признаться, находиться в этом костюме не слишком весело. Это довольно тяжело! Думаю, именно поэтому у 3PO нет чувства юмора! В костюме случаются нелепые ситуации, потому что у меня нет периферического зрения. Я не могу правильно сориентироваться. Обычно вы видите по сторонам и можете коснуться чего‑то сбоку, даже не глядя на это. Я не вижу по сторонам, поэтому мне приходится постоянно оборачиваться, пока я не увижу то, на что хочу посмотреть».

«На съёмках „Звёздных войн“ я находился под тентом в пустыне, ожидая начала съёмок сцен на Татуине, и это было ужасно! Было очень жарко! Примерно в 7 утра я снимался в сцене, где 3PO идёт по песчаным дюнам в утреннем свете, и все были поражены, насколько хорошо это выглядит. В этот момент образ 3PO и сложился. Это было странно. Он просто взял верх, и я чувствовал себя очень необычно».

Ещё одна отличительная черта C‑3PO — его безупречный британский акцент. Хотя Энтони Дэниелс родом из Британии и имеет естественный акцент, голос 3PO не является его естественным голосом. Он отмечает: «Это стало частью того, как персонаж сложился сам по себе». Внезапно появилось это довольно нервное, боязливое качество. Кроме того, в его речи есть некая чистота. Его речь очень чёткая. Я обычно говорю немного небрежно и использую много протяжных звуков, тогда как 3PO гораздо более чёткий и в некотором роде машинный. Думаю, я просто собрал в голове разные черты: он машина, он нервный, он такой‑то и такой‑то, и так далее. И я нажал на кнопку — и это вышло».

«Знаете, людям нравится одна конкретная фраза, которую я произнёс. Все обожают фразу: „Мы обречены!“ Дети всегда подходят ко мне и говорят: „Вы говорите голосом и говорите: „Мы обречены!““ Именно это люди и помнят о C‑3PO — что он обречён».

На экране 3PO неоднократно оказывался на грани катастрофы, но для Дэниелса каждая секунда, проведённая в золотом металлическом костюме, ощущалась как настоящая обречённость.

«Я ощущал некую отстранённость, находясь внутри костюма и работая с тем, что не является живыми актёрами, — признаётся он. — Когда тебе приходится „оживать“ то, что сделано из резины и жести, ты в каком‑то смысле теряешь ощущение собственной личности. Я обычно проводил вечера более оживлённо, в компании людей — так сказать, восстанавливая свою человеческую сущность. День с R2‑D2 — это как день без солнца. Он милый, но с него достаточно. Впрочем, всё не так уж плохо.

Скажу вам, я продолжу участвовать в проектах по „Звёздным войнам“ — отчасти из большой ностальгии, потому что мне нравится тот мир, который они пробудили. Примерно четыре года назад, после „Возвращения джедая“, я подумал: „Ну, наверное, хватит“. Потом задумался: „А почему? Я очень люблю 3PO, и другие люди тоже. Я, безусловно, зарабатываю на этом. Так зачем отказываться из принципа?“ Поэтому я остался — и удивительно, как он продолжает возвращаться. У 3PO какая‑то любопытная долговечность. Я действительно думал, что после 10‑летнего юбилея я, вероятно, оставлю это. А потом мы начали обсуждать эти японские рекламные ролики и прочее».

Дэниелс — скромный человек. Хотя многие считают, что успешное воплощение образа 3PO во многом обусловлено талантом актёра внутри костюма, сам актёр не вполне разделяет это мнение.

«3PO и R2, безусловно, самые узнаваемые образы из фильмов, — говорит Энтони Дэниелс. — Они словно постоянно сталкиваются с приключениями, одиночеством и опасностью. Думаю, люди видят в их отношениях отголоски своих отношений с другими: хорошие и плохие времена, споры, привязанность и страх».

«Очень приятно, что люди так говорят, — замечает Дэниелс, — но это как пойти в ресторан, заказать курицу и обнаружить, что она великолепна. Вы не попробовали говядину, а она тоже была потрясающей. Оба блюда были хороши, но вы выбрали одно, а не другое. Если бы всё сложилось иначе, люди могли бы говорить, что им больше понравилось исполнение роли 3PO другим актёром. По сути, вам было предложено только моё исполнение. У вас не было свободного выбора — но, тем не менее, я ценю комплименты людей».

«Знаете, я до сих пор подшучиваю над Джорджем Лукасом, говоря, что он ненавидел мою игру в роли 3PO в „Звёздных войнах“. Это было совсем не то, что он задумывал. Боюсь, ему это просто не нравилось. Он хотел другого персонажа, а я пришёл и сыграл так, как сыграл. Это было не то, чего он хотел, но, полагаю, сработало».

Нечасто фильм находит столь широкий отклик у публики, как «Звёздные войны». Серия фильмов породила беспрецедентный развлекательный феномен, сопровождаемый огромным количеством товаров по всему миру. При всём многообразии популярных персонажей и космических кораблей самый узнаваемый образ по‑прежнему — C‑3PO и R2‑D2.

«Они, безусловно, самые узнаваемые образы из фильмов, — признаёт Дэниелс. — Знаете, вы всегда видите высокого и низкого рядом. Они словно постоянно сталкиваются с приключениями, одиночеством и опасностью. Думаю, люди видят в их отношениях отголоски своих связей с другими: хорошие и плохие времена, споры, привязанность и страх. А 3PO без проблем выражает страх! Думаю, в каком‑то смысле людям это нравится, потому что мы все стараемся его скрывать.

Думаю, больше всего в 3PO мне нравится его уязвимость и то, что ему постоянно нужен кто‑то, кто будет о нём заботиться, — продолжает Дэниелс. — Он очень ласковый и предан друзьям почти до саморазрушения. Думаю, мы все мечтаем о таких друзьях. Это не значит, что у него нет раздражающих черт. Но их можно как‑то простить. Эти черты, конечно, никак не связаны со мной, — смеётся он. — 3PO совсем не похож на мою личность, спросите кого угодно! Иногда, когда я долго играю 3PO, я начинаю беспокоиться о вещах, которые на самом деле не имеют значения. Это ерунда, но персонаж немного проникает в меня. Я начинаю слишком переживать. Я часто замечал это на съёмках „Возвращения джедая“».

Хотя можно подумать, что почти каждый когда‑либо слышал о «Звёздных войнах», всё же есть те, кто, по словам Дэниелса, ничего не знает об этой популярной космической саге.

«Иногда я встречаю человека, который никогда не слышал о „Звёздных войнах“, — говорит Дэниелс. — Например, у меня есть друг, который говорит: „Джон, я хочу познакомить тебя с Энтони. Он играет золотого робота C‑3PO в „Звёздных войнах““. И добавляет: „Ты ведь видел „Звёздные войны“, не так ли?“ А человек отвечает: „Нет“. „Ты слышал о них?“ — спрашивает друг. Человек снова говорит: „Нет“. В конце концов, мой друг говорит: „Энтони, расскажи ему о „Звёздных войнах“!“ А я просто отвечаю: „Это был очень успешный космический фильм“ — и на этом заканчиваю.

Но большинство людей узнают R2 и 3PO, потому что видели их в рекламе или где‑то ещё. Когда кто‑то просит меня описать 3PO и R2, я говорю, что это оригинальная странная парочка из Детройта. Они действительно архетипический дуэт: высокий, элегантный, считающий, что знает всё, и низкий, толстый, неуклюжий, вечно попадающий в неприятности. 3PO выходит из ситуаций благодаря своей привлекательности! Знаете, 3PO и R2 — это роботизированная версия Лорела и Харди. Они оба странные и немного глупые. Никогда не знаешь, кто из них на самом деле умнее.

Одна из сложностей игры 3PO — это чувство одиночества, когда ты работаешь с „переносным мусорным ведром“. Я на самом деле не работаю с другим актёром, и от R2 не исходит никаких звуков — поэтому наш диалог несколько односторонний. Все его звуки добавляются позже, а мне нужно просто помнить всю сцену. У меня есть ужасная склонность немного переписывать текст — наверное, это признак плохого актёра? Иногда люди не понимают природу отношений между R2 и 3PO. Они могут быть смешнее, чем написано в сценарии. Иногда сценаристы слишком осторожны, а я делаю их чуть глупее».

«Одно из моих самых любимых выступлений с R2‑D2 было в телешоу „Улица Сезам“. Он подходит ко мне с грустным видом и говорит: „Бип, бип, бип“. А я спрашиваю: „R2, что случилось?“ Он отвечает: „Бип, бип, бип“. Я говорю: „Ты влюбился?“ — „Бип, бип“. — „В кого?“ — „Бип, бип“. — „Ты не знаешь её имени?“ — „Бип, бип“. — „Она невысокая?“ — „Бип, бип, бип“. Потом он ведёт меня знакомиться с ней. Мы стоим на тротуаре, и я говорю: „Но, R2, это же пожарный шланг!“ (Смех.) Этот небольшой эпизод до сих пор периодически повторяют в шоу — думаю, уже лет восемь. Он такой милый. По‑моему, у R2 какие‑то проблемы с гормонами! И у него, и у 3PO есть чувства, которые они направляют друг на друга самым приятным образом».

До премьеры «Звёздных войн» многие считали, что это будет скромный маленький фильм, который не вызовет всеобщего восторга. Затем наступила эпоха бурного расцвета мерчандайзинга — и «Звёздные войны» оказались повсюду. Это стало неожиданностью, но в то же время было ожидаемо, если фильм окажется очень успешным. Однако никто не предвидел, что фильм успешно адаптируют для радио — об этом Дэниелс вспоминает с особой теплотой.

«Думаю, одно из самых приятных воспоминаний — блестящие сценарии, написанные Брайаном Дейли, — вспоминает он. — Он взял 30‑минутный сценарий из фильма и превратил его в 10‑часовой — это гениально! Он проделал отличную работу. Также было приятно тесно сотрудничать с Марком Хэмиллом в течение нескольких дней — он очень хороший актёр.

Было очень сложно долгое время озвучивать 3PO. Это сильно утомляет, потому что робот не дышит — у роботов нет лёгких! Нормально произнести одну‑две реплики на высокой скорости, с энергией и напором — это несложно. Но день за днём, часами подряд — это выматывает. Тем не менее это было очень благодарное занятие. Я люблю радио. Я вообще много работаю с озвучкой, так что это было прямо по моей части. Мне очень жаль, что мы так и не сделали радиоверсию „Возвращения джедая“».

Помимо работы над радиоверсией «Звёздных войн», Дэниелс также использовал голос 3PO в других проектах — например, в аттракционе Star Tours в Диснейленде.

«Я считаю, что Star Tours просто фантастический, — восклицает он. — Думаю, это одно из лучших наших творений после фильмов. Я постоянно это повторяю! R2 остаётся свежим и живым благодаря тому, что люди до сих пор могут прийти и увидеть его. Это ещё и потрясающий аттракцион. К тому же он заметно превосходит некоторые другие аттракционы в парке — настолько он хорош. Я ужасно горжусь тем, что причастен ко всему этому».

«Как мы работали над ролью C‑3PO: сначала я записал голосовую дорожку для 10‑минутной сцены, где 3PO разговаривает с R2 о космическом корабле. Затем меня сняли на видео, как я исполняю эту роль — просто в джинсах и свитере, чтобы показать, как я двигаюсь. Потом специалист по аниматронике скопировал мои движения, используя гидравлику и механизмы внутри одного из моих старых костюмов. Они наполнили один из моих старых костюмов деталями, которые заставляли его двигаться, как я.

Я очень переживал, чтобы всё было точно как в фильмах, и они проделали абсолютно блестящую работу! В одном из эпизодов 3PO смотрит на космический корабль, затем поднимает взгляд на информационную панель, а потом вдруг опускает глаза на зрителей, которые проходят мимо. Я стоял и наблюдал за этой последовательностью, и вдруг он посмотрел на меня — это был самый удивительный опыт! Это было похоже на то, как будто я смотрю на самого себя. Я не смотрел в зеркало и не смотрел фильм — я видел себя в реальной жизни. Это был первый раз, когда он посмотрел на меня, и это было очень, очень странно. У меня возникло самое странное ощущение! А потом он просто продолжил смотреть на корабль и так далее. Но это был потрясающий опыт работы с Disney — и с инженерами, и с сотрудниками парка. Мы отлично повеселились».

Несмотря на то что сотни миллионов людей видели проекты по «Звёздным войнам», в которых участвовал Дэниелс, он признаёт, что даже сегодня большинство людей не узнают его или его голос при личной встрече.

«Иногда это может расстраивать, но я научился с этим мириться, — говорит он. — Знаете, видео по‑прежнему поддерживает интерес к этой истории. Я встречаю детей, которые даже не родились, когда мы снимали „Звёздные войны“, а теперь они — настоящие поклонники всей этой истории благодаря видео. Для детей это по‑прежнему очень ценная история.

Думаю, я бы сильнее ощущал свою причастность к феномену „Звёздных войн“, — добавляет он, — если бы играл персонажа, чьё лицо было бы видно, как у Люка или Хана. Я не особо чувствовал эту связь, потому что был за маской. Если приходится всё время объяснять людям, кто ты, это немного лишает волшебства.

Знаете, 3PO — мой лучший друг, — с улыбкой говорит Дэниелс. — Так что я в каком‑то смысле забочусь о нём. Я хочу, чтобы ему было весело».

Однако недавно Дэниелс побывал на мероприятии, где почти все знали, кто он такой. В мае прошлого года более 5 000 фанатов собрались в Лос‑Анджелесе, чтобы отметить 10‑летний юбилей «Звёздных войн». И Дэниелс был одной из главных звёзд трёхдневного праздника.

«Когда я приехал в аэропорт Лос‑Анджелеса на юбилейный конвент, я сильно опоздал, — вспоминает Дэниелс. — Меня ждала лимузин, и мы поехали в отель. Когда я приехал, я увидел очередь людей, выстроившихся вдоль всего здания. Мы проехали мимо них, и я отчаянно пытался найти кнопку, чтобы опустить стекло и помахать им. Никто не видел, что я в этом шикарном лимузине, потому что у него были тонированные стёкла! И я не мог найти кнопку, которая опускает стёкла! Так что никто не знал, что я прибыл с шиком! Но было очень волнительно видеть всех этих людей в очереди.

Прелесть статуса звёздного гостя в том, что тебя всегда стараются провести незаметно. Обычно это чёрный вход — там, где кухни и мусорные баки. Ты всегда попадаешь в отель через эту вонючую мусорную зону! Это не самый лучший способ прибытия! Получается, что ты оказываешься на обоих полюсах этих крайностей».

«Но юбилейный конвент был настоящим удовольствием, — продолжает он. — Джордж Лукас очень нервничал перед выступлением перед фанатами, потому что он очень застенчивый. Я говорил ему: „Не о чем волноваться, ведь все здесь любят вас!“ Фанаты говорили: „Мы вас любим, Джордж! Спасибо за „Звёздные войны“!“ и так далее. Я сказал ему: „Просто помните об этом, когда будете говорить с ними“. Он глубоко вздохнул и вышел на сцену.

В конце своей речи они аплодировали, аплодировали и аплодировали! Я, в костюме 3PO, подошёл к Джорджу и сказал: „Думаю, нам уже стоит уйти, Джордж“. А он не обратил внимания. Я сказал: „Джордж, мы можем уйти сейчас“. А он всё ещё не реагировал. Наконец я сказал: „Джордж, уходи со сцены!“ Он ответил: „Но они всё ещё аплодируют!“ Я сказал: „Джордж, уходи со сцены, пока они ещё аплодируют!“ А он не уходил! (Смех.) Он так любил аплодисменты, что не хотел уходить! Он любит фанатов! Думаю, он был удивлён тем, насколько люди любят его работу. Не думаю, что он осознавал, насколько люди ценят его фильмы при личном общении — и, думаю, он был очень тронут. Фанаты действительно показали ему, как сильно они любят „Звёздные войны“.

Я также думаю, что если фанаты хотят, чтобы Джордж сделал ещё „Звёздные войны“, им стоит сказать ему об этом. Потому что, независимо от того, что мы делаем, всем нам нужна поддержка в любом деле. Так что, возможно, фанатам стоит задуматься об этом».

Просмотр новых фильмов по «Звёздным войнам», безусловно, был одной из главных тем обсуждения в тот памятный уик‑энд. Фанаты с удовольствием обсуждали, что, по их мнению, может произойти в будущих фильмах, и с нетерпением ждали объявления о новом фильме о той далёкой‑далёкой галактике.

Джордж Лукас заявил, что, если фильмы по «Звёздным войнам» будут продолжены, он вернётся к первой трилогии — главам 1–3, действие которых происходит до рождения Люка, Хана и Леи. Однако на протяжении всех фильмов неизменно будут присутствовать знакомые фигуры 3PO и R2.

Если сага продолжится, чувствует ли Дэниелс, что можно вновь ощутить ту самую магию?

«Я совершенно уверен, что можно, — отвечает он без колебаний. — Думаю, во втором и третьем фильмах мы немного утратили невинность. Думаю, если вы показали, что люди не всегда хороши, вы всегда можете вернуться к первой части и продолжить её.

Я думаю, что зрителям нравится некая общая канва — они знают среду, в которой мы снимаем эти фильмы. И хотя там не будет Харрисона Форда или других актёров, зрители всё равно будут знать, какие проблемы и опасности могут возникнуть, и какие приключения могут произойти. Думаю, зрители будут в восторге от поворотов сюжета, которые придумает Джордж.

Так что я не думаю, что возникнут какие‑то проблемы — но это огромная ответственность для Джорджа, потому что, уверен, если он продолжит снимать фильмы, он захочет убедиться, что они сделаны правильно».

«Если фильмы продолжатся и 3PO будет в них участвовать, есть ли какие‑то изменения или дополнения к персонажу, которые Дэниелс хотел бы увидеть?»

«Думаю, было бы интересно узнать, почему он такой, какой есть, — отвечает актёр. — Может, его подключили не к той розетке или что‑то в этом роде? Ему сложно быть инициатором событий. Он скорее тот, кто вынужден следовать за действием, а не двигать его — такова природа его персонажа. Было бы любопытно найти способ придать ему больше смысла. В „Империи наносит ответный удар“ он практически лишился какой‑либо функции. В „Джедае“ он вернул её — благодаря переводу для эвоков и тому подобному. Думаю, иметь цель в фильме крайне важно — а не быть просто украшением».

«Я бы хотел, чтобы в любых будущих фильмах 3PO и R2 оставались вместе, — добавляет Дэниелс. — Это было одним из моих главных опасений в „Империи наносит ответный удар“. Я обсудил это с Джорджем после завершения фильма, и он объяснил, почему так должно было случиться. Но он знает, что они лучше всего работают вместе. Забавно наблюдать за таким партнёрством. Думаю, в любых будущих фильмах мы будем вместе — потому что именно так мы работаем лучше всего».

Проведя 10 лет жизни в работе над «Звёздными войнами», Дэниелс сохранил множество тёплых воспоминаний. Когда его попросили вспомнить самый яркий момент съёмок каждого из фильмов, актёр без труда назвал свои любимые эпизоды.

«В „Звёздных войнах“ больше всего мне запомнилась сцена, где я, Марк Хэмилл, Алек Гиннесс и R2 стояли на вершине горы и смотрели вниз на космопорт Мос‑Эйсли. Мы были действительно высоко. Я стоял там в костюме 3PO, смотрел на пустыню — и не видел её края, потому что она была бескрайней, а я — таким маленьким. Тогда я почувствовал настоящее удовлетворение от того, насколько я мал: это означало, что на самом деле ничто не имеет значения. Учитывая размеры космоса, я меньше песчинки — и мне не стоит так сильно переживать из‑за мелочей. Это был один из немногих моментов медитации в моей жизни. Я испытал необычайное ощущение, стоя там и глядя в пустоту. Это было очень умиротворяюще. Потом, конечно, прозвучало „Начали!“, мы перешли к диалогам — и вернулись в реальность. Но для меня это был особенный момент».

«Больше всего в „Империи наносит ответный удар“ я ценю огромную симпатию Ирвина Кершнера, режиссёра. Он чрезвычайно, чрезвычайно умён. Мы с ним очень хорошо понимали друг друга — почти как отец и сын. Наверное, это самое яркое воспоминание: он очень любил 3PO. Он говорил, что сначала ничего не знал о 3PO — но потом увлёкся и постоянно просил, чтобы 3PO появлялся почти в каждой сцене! Он был очень тёплым и поддерживающим. Наверное, я вынес из этого фильма его дружбу — больше, чем что‑либо ещё».

«Самое потрясающее воспоминание о „Возвращении джедая“ — это увидеть Харрисона Форда, которого вот‑вот приготовят на обед, — смеётся он. — Я так смеялся над этим! Но, наверное, лучшее воспоминание — это просто получить сценарий, переворачивать страницы и думать: „О, это так хорошо!“ Я был очень рад, что Джордж написал для 3PO такую прекрасную роль. Знаете, 3PO — мой лучший друг, так что я в каком‑то смысле забочусь о нём. Я хочу, чтобы ему было весело — поэтому я был рад, что в „Джедае“ у него появилось больше дел».

Немногие фильмы имели такой международный резонанс и влияние, как «Звёздные войны». Три фильма стали критическим и зрительским успехом во всём мире. Многие пытались определить, что сделало их такими значимыми. Но никто не смог найти причину их успеха — это всё равно что искать иголку в стоге сена.

«Думаю, даже Джордж не знает, — заявляет он. — Думаю, у него в голове был образ школьника, и он решил воплотить его — а всем это понравилось. Чтобы ответить на этот вопрос, нужно быть им, а я не уверен, что даже он сам может это сделать. Думаю, есть неосязаемые факторы, которые заставляют это работать. Думаю, Джорджу было бы очень сложно изложить на бумаге, почему это сработало».

«Можно говорить о привлекательности в стиле комиксов, юморе и динамике — но было множество неосязаемых факторов, которые сложились воедино благодаря усилиям самых разных людей — тех, кто был в жестяных костюмах, меховых, резиновых или вообще без них. Успеху способствовало множество вещей. Сценарий тоже был важен. Он был странным, но хорошим. Помню, когда я впервые прочитал сценарий, я подумал, что это ерунда — так же, как и Марк Хэмилл. По дороге на съёмки мы ехали вместе и смеялись над репликами друг друга, возможно, не самым добрым образом. Но я говорил Марку: „По крайней мере, я знаю, что на мне маска — никто из моих друзей не узнает, что я произношу эти слова!“ (Смех.)»

«Скажу вам, я бы прошёл через всё это снова. В каком‑то смысле „Звёздные войны“ сделали для меня невероятно много хорошего. Я обрёл множество новых друзей — особенно в Америке, — которых никогда бы не встретил, если бы не „Звёздные войны“. Я побывал в местах, куда никогда бы не попал — и многое другое. Никто не знает, что было бы, если бы „Звёздные войны“ не появились. Если бы я остался обычным актёром, я, вероятно, подрабатывал бы официантом, чтобы свести концы с концами. Так что, думаю, было хорошей идеей согласиться на роль 3PO».

С тех пор как Дэниелс получил роль в «Звёздных войнах», его жизнь кардинально изменилась. Он не только смог появиться на большом экране и развлечь миллионы зрителей, но и перенести своего персонажа из фильмов «Звёздных войн» в другие связанные проекты. При этом Дэниелс остаётся скромным человеком. Даже самое ценное его сокровище, напоминающее об участии в саге «Звёздные войны», довольно простое — и кому‑то оно может показаться незначительным.

«Одно из моих самых гордых приобретений — красиво оформленная и помещённая в рамку карточка из игры Trivial Pursuit, — заявляет актёр. — На ней написано: „Какую роль Энтони Дэниелс сыграл в „Звёздных войнах“?“ Мы поместили её в рамку и повесили в моей ванной. Я повесил её там, чтобы развлекать гостей. Но не только это, — заключает Дэниелс с улыбкой, — это был единственный вопрос, на который я мог ответить во всей игре».

(Ниже: 3PO и R2 из «Империи наносит ответный удар». Выше: Дэниелс и режиссёр Ричард Маркуэнд обсуждают сценарий на съёмочной площадке «Возвращения джедая».)

Это продолжение моего автопутешествия по Европе: из Франции в Италию и обратно.
К этому моменту я уже накатал по Тоскане столько, что перестал смотреть на карту — просто ехал туда, куда тянуло. И именно так, почти случайно, в маршруте появился Ареццо.

Город, о котором я не знал ровным счётом ничего. А такие места, как показывает практика, запоминаются сильнее всего.

Получив несколько дней назад в Ницце машину, под завязку залитую газолином, я беззаботно колесил по извилистой провинциальной Европе, расходуя чужое топливо, казалось бы, напрочь забыв о неумолимо надвигающейся расплате.

Конечно, я осознавал, что что-то подобное рано или поздно произойдёт, но настойчиво отбрасывал от себя эти мысли, в какой-то момент перестав боязливо коситься на приборную панель, но… как это всегда бывает, строгий огонёк вспыхнул настойчивым красным совершенно неожиданно, аккурат, когда я выехал из Пьенцы.

Завернув на первую попавшуюся и довольно живописную заправку, я дорого и мучительно для кошелька залил полный бак, украл из кабинки рулон туалетной бумаги, съел над раковиной в туалете персик и, восхищаясь собственной смелостью, поехал в Ареццо – мой следующий город, о котором я почти ничего не знал. Вернее вообще ничего, и в этом прелесть спонтанных путешествий, когда мозг пытается впитать любую информацию как губка, делая всё вокруг чуточку роднее и понятней. В такие минуты зрение улучшается, слух работает, как сонар у дельфина, а статьи о городе проглатываются с академическим любопытством.

Через двадцать минут я уже стоял на парковке у парка с развалинами, где среди камней паслись чугунные животные. Закурил сигару. Медленно пошёл в город — и только там начал читать, куда вообще приехал.

... закурил сигару и побрёл, озираясь вокруг, в город, чтобы наконец почитать, где я нахожусь, почти сразу уперевшись в площадь под странным, довольно крутым наклоном. Там я провалился в изучение статей о городе, сидя на каменных ступенях Пьяца Гранде, с аппетитом жуя огромный кружок мортаделлы похожий на носовой платок, качая головой, и с каждой выпитой строчкой всё больше и больше восхищаясь исторической нагрузкой, давившей на город.

И тут началось.

Я довольно быстро выяснил, что Ареццо – родина выдающихся людей прошлого и парочки современников, один из которых режиссёр и актёр Роберто Бениньи, в чей неунываемый и весёлый характер я влюбился посмотрев фильм «Жизнь прекрасна». Чего стоило награждение Бениньи Оскаром, когда он по спинкам кресел вышел на получение. Восторг!

И Ареццо был его родиной. А ещё Ареццо был родиной Гвидо Аретинского, человека, переосмыслившего ноты, которые с триумфом дошли до наших дней, застряв в сердцах Столярского, Глинки, трёх сестёр Гнесиных и много в чьих ещё.

Но это ещё не всё! Площадь, на ступенях которой я сидел, оказалась той самой площадью из фильма "Жизнь прекрасна", которую на велосипеде пересёк герой Роберто Бениньи, повстречавший свою любовь. Ну конечно! Как же иначе? Роберто-режиссёр тут родился, и как ему было не увековечить на плёнке дань любви родному городу? Блестяще! Ареццо мне нравился всё больше. Но сидя мало что увидишь, и я нехотя встал и побрёл по его узким улочкам...

На тёпло-жёлтом фоне города разноцветными карандашами были нарисованы везде, и всюду, и вдоль, и поперёк гуляющие люди, их бесчисленные объятия и искренние улыбки. Как же мне всё это нравилось...

Я любил всё это! Все эти безжизненные вещи, которые всегда такие, какими я их представляю, никогда не обманывают и не предают. В них я нахожу то, что никогда не мог найти в тех, кто обладал жизнью.

Но гуляя под безжизненными взорами мраморных статуй...

Глядя на каменные башни, людей, строительные леса... ведомый сердцем, но не душой. Душа в какой-то момент закричала "пей", ища одно — очередную тосканскую энотеку, собираясь познать регион через его великие погреба!

В итоге я присел перевести дух в один из сотни милейших ресторанчиков, заказал бутылку вина и молча наблюдал за течением жизни. Как мимо проходят люди. Как молчат каменные путти. Как кивают кипарисы. Как день мягко влюбляется в город.

Я очнулся. Нужно было собираться, ведь в голове рапидом била одна запланированная цель и совершенно не случайный город – Сиенна, чей собор я собирался увидеть. Но об этом я расскажу в своём следующем рассказе.

Предыдущие части путешествия:

Часть 1 — Из Москвы в Стамбул

Часть 2 — Из Стамбула в Ниццу и аренда машины

Часть 3 — Грас, парфюмерная столица

Часть 4 — Сан-Ремо. Итальянская любовь с первого ужина

Часть 5 — Специя и Чинкве-Терре. Ворота в сказку

Часть 6 — Пиза и самое красивое кладбище на планете

Часть 7 — Тоскана: сладкий сон, умноженный на вечность

Часть 8 — Монтепульчано и вино, которое умеет молчать

Часть 9 — Пьеца и мечта об «Идеальном городе»

Далеко не самый известный роман Жюля Верна. Я о нём никогда не слышал, пока случайно не обнаружил в Букинисте неприметную книжку. Заинтересовался, купил, прочитал, делюсь впечатлениями.

На этот раз титульный герой не отважный капитан, географ или журналист, а, внезапно, депутат! В то славное время даже депутаты не были лишены духа авантюризма. Так вот, в парижском парламенте прения: одна часть ратует за наделение негров в колониях всеми гражданскими правами, в том числе правом голоса на выборах, другая часть считает, что чёрная нация ещё маловато окультурилась и голосовать им рано. Принимается решение снарядить экспедицию в так называемую «Петлю Нигера», малоисследованную колониальную область центральной Африки. Чтобы на месте убедиться на чьей стороне правда. Возглавляют экспедицию два непримиримых соперника, уже известный нам Барсак, ратующий за права негров и Бодрьер, придерживающийся противоположного мнения. В то же время, мы узнаём печальную историю жизни престарелого лорда Бакстона. Чей старший сын Джордж – капитан регулярных колониальных войск, был обвинён в мятеже и зверском обращении с местным населением, за что и был убит. Младший сын Льюис – директор агентства центрального банка, пропал при ограблении офиса и подозревается в присвоении денег. Пасынок Вильям Ферней – вёл разгульный и маргинальный образ жизни, пока не был изгнал из замка лордом, и не пропал без вести. Дочь лорда Жанна Бакстон, решает обелить честь семьи, и снаряжает свою экспедицию в Африку, при помощи своего племянника Сен-Берена (который старше её по возрасту и воспитывал Жанну в детстве). Пути двух экспедиций пересекаются, и наши герои следуют к своим целям совместно.

Помимо многочисленной свиты сопровождения, у нас классический костяк команды путешественников: смелый лидер Барсак, любознательный журналист Флоранс, добрый доктор Шатоннэй, рассеянный чудак Сен-Берен, дама в беде Жанна Бакстон (которая отвечает и за романтическую линию), преданный слуга негр Тонганэ. Далее нас ждут обычные дорожные приключения с интригами, предательствами, необъяснимыми явлениями и похищениями. Казалось бы, ничего необычного, но тут заканчивается первая часть романа и начинается вторая. Настроение повествования меняется кардинально. Герои попадают в неведомый никому город, в центре пустыни. Город генерирует вокруг себя оазисы, где на полях пашут рабы. В городе есть завод, производящий фантастические винтокрылые машины. А руководит всем этим таинственный «доктор Зло» по имени Гарри Киллер. Который построил свою злодейскую империю и теперь вынашивает коварные планы по захвату мира… Сильно повеяло классической джеймсбондовщиной. Только в пику суперзлодею у нас не появляется супергерой, а всплывает безумный учёный, который сначала мучается угрызениями совести, о том, что десять лет помогал претворять в жизнь злодейские планы, а потом, без тени сомнения, планомерно уничтожает город, не считаясь с жертвами.

Были два сюжетных твиста, которые меня удивили. Это настоящая личность Гарри Киллера и личность его таинственного узника. Причём, когда это уже знаешь, то такие повороты кажутся очевидными. Но я до последнего надеялся, что бесчестно погибший капитан Джордж всё же восстанет из мёртвых, а на такие бульварные клише семья Вернов всё же не пошла (и это к лучшему). Почему же семья? Как мне в последствие стало известно у Жюля были лишь наброски нескольких романов, которые его сын Мишель переработал в одно произведение, ещё и самостоятельно дописав вторую часть. Отсюда становятся понятны многие неточности и не логичности в тексте. Например, титульный Барсак на самом деле главным героем не является, лишь эпизодически напоминая о себе какой-нибудь репликой. Другие персонажи, бывает, просто выпадают из сюжета на какое-то время, а тот же Бодрьер, расставшись с Барсаком на развилке, и вовсе исчезнет навсегда.

Первая часть романа – обычное верновское путешествие-приключение, вторая – квинтэссенция идей из романов «500 000 000 Бегумы» и «Робур-завоеватель»

Несмотря на все недостатки, читать было интересно и увлекательно. И, в отличии от того же «Робура-завоевателя» и «Властелина мира», есть чувство целостности и законченности произведения, несмотря на такую сложную судьбу его создания.