Прочитал про Балакшина... Рвался человек из кожи вон, пытался целую индустрию построить, с мировыми конкурентами тягался... А ему что? То банкиры-москвичи кредиты "пилят" мимо Сибири, то госбанк жмёт копейки, то вообще ПМВ начинается...
И читаешь это, и думаешь: а вот если бы вместо "королей-банкиров" были бы люди, которые реально в производство вкладывались, как те же австралийцы или датчане, – может, и не было бы нужды потом пенять на Первую мировую? Или это у нас просто такой национальный вид спорта – сначала создать себе все проблемы, а потом героически их не решать? Исконная русская смекалка, не иначе! 😉
Представьте: Вы руководитель крупной организации. Россия уже третий год ведёт бессмысленную войну, все маршруты поставок перекрыты санкциями, а все ваши сотрудники ушли на фронт. Но... как мы здесь оказались? Давайте разбираться.
Союз Сибирских Маслодельных артелей процветал. Основанный совместно с англичанскими UNION (но мы выяснили в прошлый раз что он основан-то был скорее этими самим англичанскими чем нашинскими) процветал еще больше. Но недолго. Если быть точным то неполных 2 года кормили королеву сибирским маслом, ибо основан он был в конце 1912 года, а уже в августе 1914 года началась... что? Правильно, Великая Война (западный вариант) и Вторая Отечественная (русский вариант) сегодня известная нам как Первая Мировая.
Николай 2 зачитывает манифест об объявлении войны Германии 2 августа 1914 года. Всё как всегда: малой кровью на чужой территории за 3 дня. Да ладно, не говорил он такого. Опыт русско-японской войны явно сказался.
Цель благородная: защитить сербов, которых уже восемьдесят лет обижают австрияки. Народ поддерживает в едином порыве.
Плакаты тоже бравурные. Англия и Франция - наши надёжные союзники, все вместе то мы точно немцам с австрияками наваляем.
Мода тех лет - рисовать очертания стран на карте в виде людей или животных. Разумеется, образ той или иной страны сильно зависел от стороны, занимаемой художником. Угадайте за кого этот художник?
Ход войны смысла подробно пересказывать, наверное, нет его итак все знают.
1914 год. Русская армия провела успешные операции в Галиции и Восточной Пруссии, оттянув на себя значительные силы Германии и Австро-Венгрии. Однако уже к 1915 году стали очевидны проблемы со снабжением — не хватало винтовок, патронов, артиллерийских снарядов.
1915 год. Германия сосредоточила усилия на Восточном фронте, вытеснив русские войска из Польши и Галиции. Огромные потери, русская армия отступает.
1916 год. Русские войска под командованием генерала Брусилова осуществили Брусиловский прорыв, нанеся удар по австро-венгерской армии. Однако этот успех не был развит из-за общей усталости войск, недостатка резервов и нарастающего кризиса в тылу.
Короче: первоначальные успехи сменились великим отступлением и поражениями. Война затянулась и стала очень не популярной. В нашем фильме про сибирское маслоделие сделали такую интерпретацию тех событий:
А что союз? На самом деле проблемы у него начались еще до войны. Продукция австралийских и новозеландских конкурентов отличалась лучшим качеством, но была дороже сибирского масла. Сибиряки же, похваляясь своим географическим козырем, попросту расслабились. Ведь австралийцам и новозеландцам для доставки масла в Лондон приходилось преодолевать огромные морские просторы, да ещё и в знойных южных широтах, пересекая сам экватор. А масло – продукт капризный, не терпящий долгих переездов и жаркого климата.
Но заокеанские конкуренты не сдавались и искали выход: приобретали системы охлаждения, постоянно работали над тем, чтобы создать партии масла с типичным стабильным вкусом — настоящим марочным качеством. В России же достижение стандарта качества — да еще в такой буквально текучей, живой отрасли, как молочное хозяйство, — являлось проблемой.
Балакшин, человек проницательный, прекрасно осознавал всю серьезность положения: русское масло повсеместно теряло свои мировые позиции, а его кооператоры отчаянно плыли против мощного рыночного течения. Австралийцы и новозеландцы, словно акулы, методично вытесняли русский продукт с самого лакомого куска – британского рынка. Цифры, приведенные "Народной газеетой", говорили сами за себя: в 1912 году Россия смогла поставить на британский рынок лишь чуть более 2 миллионов пудов масла, в то время как Австралия и Новая Зеландия отправили туда свыше 2,7 миллиона пудов.
Как мы все помним из прошлой статьи, стало ясно, что место председателя правления нового общества — на Туманном Альбионе. В 1913 году Александр Николаевич сложил с себя полномочия директора Союза сибирских маслодельных артелей и вместе с женой переехал в Лондон. Причём ему на тот момент уже было 70 лет.
Сыновья Балакшина — Андрей, ставший директором Союза, и Сергей, инженер и владелец курганского турбинного завода, — остались на родине. В 1914 году Александр Николаевич навестил штаб-квартиру Союза, но вернулся в Лондон до того, как начался хаос Первой мировой.
А вот масло застряло сразу же с объявлением войны. В основном в Виндаве. В Балтике уже курсировал враждебный германский флот. Сбыт масла на европейские рынки прекратился. Из Кургана до русских портов на Балтике — Виндавы (Вентспилса) и Риги — масло ехало в вагонах-ледниках восемь дней, а потом по морю и Темзе — до Лондона. После вступления России в Первую мировую войну железнодорожный транспорт перешел на военное положение, специальные «масляные» вагоны простаивали, либо были переоборудованы под нужды фронта
Вагоны-ледники, загрузка льда.
В первые два-три месяца после начала войны вывоз сибирского масла был практически прекращен. Обсуждалась срочная переброска портящегося товара через Архангельск. Чертили новый путь поставок: Вятка — Котлас — Архангельск, дальше морем. Был и другой вариант: из Новониколаевска (Новосибирска) по Оби до Карского моря, дальше по Северному морскому пути и по Темзе. Еще один: через Финляндию, Швецию и Норвегию. "Если против какой-нибудь болезни предлагается очень много средств, то это значит, что болезнь неизлечима" — эта чеховская фраза как нельзя лучше подходила к ситуации. Масло не ждало новых логистических решений. Оно портилось, а привычные рынки занимали конкуренты. Союз даже купил собственные корабли на Оби, но с тогдашними технологиями и уровнем освоения севера идея была изначально утопичная.
Собственный пароход Союза Сибирских маслодельных артелей «Кооператор» у пристани с. Камень Барнаульского уезда Томской губернии. Фото 1914 г
Закономерно возникли проблемы с производством масла, поскольку мобилизация лишала заводы квалифицированных кадров. Вот отправка на фронт мобилизованных в Кургане, Троицкая площадь. На месте Троицкого храма сегодня областная филармония. Улица уже тоже не Троицкая, сегодня она Куйбышева.
Молебен на Троицкой площади г. Кургана Тобольской губернии перед отправкой ополченцев на фронт. Фото 1914 г.
Местные артели лишались кредитов, что привело к резкому падению цен – от 5 до 8 руб. за пуд (до 1914 г. стоимость составляла 13-14 руб. за пуд).
Как не парадоксально, начались проблемы даже с бочками. До войны сибирские маслоделы пользовались буковой клепкой, ввозившейся из Дании и Германии. С объялением войны доставка заграничной клепки прекратилась. Маслоделы были вынуждены удовлетворяться частью старой клепкой, частью местной кустарной. Но местное производство березовой клепки не получило развития, потому создался кризис, грозящий сокращением производства.
Бондари в деревне Передергиной Падеринской волости Курганского округа Тобольской губернии.
Казалось бы всё, конец?
В годы Первой мировой войны в армию было призвано более 10 млн солдат. Государству пришлось развернуть масштабные заготовки продовольствия в сентябре 1914 года. Будучи коммерсантом, лишённым излишних сантиментов, Александр Балакшин увидел «золотую жилу» для Союза. Он заключил договор, предоставлявший право на исключительную поставку масла. Цена закупки устанавливалась на уровне 12 рублей 20 копеек за пуд продукции, тогда как рыночная стоимость продукта не превышала 10 рублей.
Также с первых месяцев войны стала вводиться новая форма заготовок, предусматривавшая своеобразные фьючерсные контракты в виде ссуд Государственного банка производителям под залог масла через союз. В это же самое время «несоюзных» маслоделов в приказном порядке заставляли сдавать масло на армейские склады по цене чуть выше себестоимости. Власть союза на сибирском аграрном рынке стала безраздельной.
Государству пришлось развернуть масштабные заготовки продовольствия. Удачно справившись со сбытом масла, Союз Сибирских маслодельных артелей принял на себя новые обязанности по другим заготовкам. Военное интендантство закупало через Союз сено, зернофураж, сбрую, кожи овчины и другие товары.
Благодаря получению стабильного дохода, Союз вышел из критического финансового состояния вызванного войной, а закрывшиеся ранее заводы возобновили свою работу. В 1915 г. через Союз было вывезено из Сибири 1.303.000 пудов масла, а общий вывоз составил 4.612.000 пудов. В 1916 г. вывоз составил 3.177.000 пудов, а в 1917 г. – 3.494.000 пудов. К 1918 г. Союз контролировал до 90% всего произведенного сибирского масла.
Группа военнослужащих-сибиряков в действующей армии.
Деятельность Союза в имела крайне разносторонний характер: от поставок продовольствия для нужд армии до благотворительных акций в пользу раненых и пленных солдат. Война стала мощным стимулом для ускорения процесса аграрной кооперации. Кооперация превратилась в ведущую силу на сельскохозяйственном рынке Сибири. Это стало возможно благодаря тесному взаимодействию с представителями государственного заготовительного аппарата, сделавшими ставку на сотрудничество с кооперацией как главным и наиболее выгодным контрагентом казны.
То есть всё-таки всё хорошо было? Ну... не совсем. Появились многочисленные свидетельства, что ССМА, пользуясь монопольным положением и обладая достаточными запасами, торговал маслом и на внутреннем рынке, продавая его розничным торговцам чуть ли не по двукратной цене. В адрес лидеров ССМА посыпались обвинения в злоупотреблениях и стяжательстве, авторитаризме и т.д. Рядовых артельщиков возмущали хронические задержки платежей: за масло, сданное союзными артелями, платёж обычно поступал несколько месяцев спустя, что в условиях нарастающего экономического кризиса вызывало дополнительные трудности у крестьян. Сыграла свою роль и страшная сибирская засуха 1915 года: существенно сократилось поголовье молочного скота. В результате на очередном собрании Союза произошёл раскол. Ревизионная комиссия выявила многочисленные нарушения в работе руководства: бешеные «накрутки» на товары, отпускаемые артельщикам, несправедливые надбавки на масло, продаваемое в розницу, и прочие «шалости». Алтайское отделение Союза в полном составе вышло из ССМА, взбунтовался и уральский филиал, вскоре, правда, вернувшийся в состав кооператива. Как бы то ни было, репутация была капитально подмочена, и былой авторитет Балакшин сотоварищи больше так и не вернули.
В фильме я визуализировал эту ситуацию вот так:
Были ли они уникальны в этом? Категорически нет. В русском языке есть пословица: «Кому война, а кому мать родна».
Первая Мировая война положила начало грандиозному и нескончаемому «пиру во время чумы», в котором участвовали все, кто был приближен к кормушке военных заказов. Ведь объемы и цены на вооружение и обмундирование для царской армии многократно возросли.
В это смутное время как грибы после дождя расплодились сотни частных предприятий, которые в лучшем случае производили вооружение и снаряды для фронта по завышенным в десятки раз ценам — по сравнению с ценами на казенных заводах. Стоимость любого военного заказа на частных предприятиях ВПК превышала стоимость такого же заказа на казенных заводах в десятки, а то сотни раз. Доля их участия в общем оборонном заказе на самом деле оказалась ничтожной.
Начальник Главного артиллерийского управления генерал Маниковский писал: «От военно-промышленного комитета не получил ни одного снаряда. Эти комитеты «мобилизовали» около 1300 предприятий средней и мелкой промышленности, которые выполнили за войну примерно половину полученных заказов, что составило 2–3 процента от общей стоимости заказов военного времени».
Генерал Алексей Маниковский. После революции уйдёт к красным.
По воспоминаниям того же генерала Маниковского, на защиту воров встал не кто-нибудь, а сам император, попенявший как-то заслуженному генералу, всячески пытавшемуся остановить этот произвол: «Мне рассказывают, что вы притесняете промышленников, поставляющих в армию вооружение и снаряды». «К сведению Вашего Величества, они просто наживаются на нашем трудном положении со снабжением снарядами, накручивая более 1000 процентов прибыли!», — ответил генерал. «И пускай себе накручивают — не воруют же». «Но это же справедливей назвать настоящим грабежом!». «И все-таки не мешайте им выполнять свою работу по снабжению действующей армии». По понятным причинам, промышленники настаивали на отставке Маниковского и почти добились своей цели.
Были и просто воры, которые создавали псевдопатриотические конторы по типу печально известных «МММ». В числе них оказались многочисленные «фонды помощи» раненым, беженцам, вдовам. Некий «Городской общественный комитет», получив от казны на благотворительные цели 312 000 рублей, выдал беженцам 3 (три) тысячи, а остальные деньги израсходовал на зарплату семидесяти служащим комитета.
Но главное же было сделано: ПетерБУРГ переименовали в ПетроГРАД. Так и победим?
И что же происходило в отсутствии контроля? Пара известных примеров на эту тему:
1). Правительство приняло своевременные меры к тому, чтобы цены на нефть, которую добывали в России, не поднимались чрезмерно. Промышленники Баку, где находились основные места добычи нефти, ответили, что пуд нефти, как это было и раньше, будет стоить 42 копейки. Но перевозкой нефти по Волге занимались те же самые нефтяники — товарищество братьев Нобель, синдикат «Мазут» и Черноморско-Каспийское товарищество. И стоимость доставки нефти они повысили до 400–500%, а, например, в том же Нижнем Новгороде вместо прежних 12 копеек с пуда стоимость перевозки возросла до 70 копеек. Таким образом, в Нижнем Новгороде нефть стоила не 55–56 копеек за пуд, а 1 рубль 12 копеек.
Доставка нефти судами товарищества братьев Нобель
2). Во время войны курс рубля в Персии катастрофически падал. Единственной действенной мерой, чтобы его поднять, казалось, является отправка в пределы Персии достаточного количества сахара. Сахар было разрешено отправить нескольким сахарозаводчикам Юго-Западного края… но это нисколько не изменило курса нашего рубля. При расследовании этого вопроса получили данные, что сахар через таможни в Персии прошел в сравнительно незначительном количестве, а остальной сахар куда-то исчез. Затем были получены сведения, что значительное количество сахара выгружалось на других станциях Закавказской железной дороги и переправлялось в Персию через границу вне таможенных постов… Из Персии были получены сведения, что русский сахар в очень большом количестве проходил через Персию только транзитным путем, попадал в Турцию и направлялся в Германию». Таким образом, господа сахарозаводчики снабжали продовольствием врагов России.
Перед началом Первой мировой войны, в августе 1914 года, золотой запас Российской империи составлял 1 миллиард и 695 миллионов рублей, что равняется 1311 тоннам благородного металла. После войны размер запаса золота оценивался в 1101 миллион рублей.
Первая мировая война разделила русское общество на две неравные части: тех, кто зарабатывал на ней и тех, кто нет. Сверхприбыли позволили военно-промышленной элите вести настолько роскошную жизнь, что посетители «Бродячей собаки» на их фоне могли бы сами сойти за бродяг. Тратили заработанное на госзаказе на дорогие дамские туалеты, на экзотическую еду, на содержание свиты и на досуг.
Знаменитый придворный ювелир Фаберже выпускает серию "Фаберже — война". Появляются броши, кулоны, булавки в форме сабель, аэропланов, пушек, снарядов из золота и драгоценных камней. Самая популярная форма браслета в 1915 году — в виде "ведущего пояска": медного кольца, обхватывающего артиллерийский снаряд.Несмотря на войну, петроградская публика одета по последней парижской моде, молодые люди, непонятным образом не призванные в армию, ходили в синих демисезонных пальто с широкими отворотами, в шелковых кашне. Ботинки, конечно, без калош (калоши для Москвы и провинции), светло-серые гетры, пуговички — сбоку.
В итоге в крупных городах сформировался рынок сверхроскоши. Например, пока обычные люди искали, где купить граненые стаканы, в столицу доставляли контрабандную богемскую стеклянную посуду из вражеской Австро-Венгрии и продавали по заоблачным ценам. В 1916-17 годы страницы газет и журналов были заполнены рекламой английских автомобилей, люксовой мебели, дорогостоящей парфюмерии и ювелирных изделий.
Обед фабриканта в Петрограде
Ну и чем же всё это кончилось в 1917? Сегодня без спойлеров, интрига!
Но об этом в следующей части. Если вам эта понравится, конечно.
Китайская компания Ubtech впервые в истории поставила армию человекоподобных роботов на сумму свыше $110 млн. Машины направлены на заводы BYD, Geely, Foxconn и другие предприятия, где они заменят людей на сборочных линиях.
Пока, правда, показали только, как эта партия немного пофлексила и загрузилась в контейнеры, чтобы отправиться на заводы. Двигаются они довольно неплохо, интересно было бы посмотреть, как они будут работать, и как скоро смогут заменить людей.
Почему то, от просмотра ролика, у меня возникло некая ассоциация с отправкой людей в концентрационные лагеря. Хотя отправляют тут вовсе не людей, а машины. А людям, остается лишь надеется, что их заменят не слишком быстро. Что не будет массовой безработица и прочих страстей антиутопий.
Из возможных вариантов видятся два: светлое будущее, практически бесконечные блага, пенсия с рождения, и работа ради работы; и второй вариант, минимальное количество сверх богачей, небольшое количество обслуживающего робоинфраструктуру персонала, и нищее большинство население, живущее за непреодолимыми стенами в гетто.
В какую крайность мы все попадем, вопрос открытый 😉
