Сексуальная фрустрация автора продуцирует избыточное в контексте данной статьи количество наукообразных терминов, единственным результатом которых является демонстрация необходимости двойной пенетрации.
Девушка, купите вибратор! Два! И не экономьте батарейки!
Таким образом, подытожив представленные особенности, заостренные тенденции в развитии культуры моральных ценностей, мы можем сказать, что акцентуация переживания жертвенной любви и слияния с высшими моральными ценностями определяет особую трансформацию картины мира: возникновение дуализма, разделение высшего и низшего, появление иерархической организации, что в свою очередь вызывает изменение всех основных категорий культурного сознания.
Пространство воспринимается как неравномерное, дискретное, иерархически структурированное высшим смыслом, оно активно в отношениях с человеком и организует его поведение. Время в этом эсхатологическом мироощущении прекращает свое круговое движение и превращается в застывшую линейную реплику вечности, пронзенную ее вертикальными векторами. Его аффективный центр тяжести - в будущем, в вечности, и оно также активно в отношениях с человеком. Тело и все телесное принадлежит "низу" мира, им произвольно жертвуют ради утверждения себя в вечности. Человек выделяется из жизни рода как индивидуальность, становится смертным, но обретает свободу выбора между индивидуальным миром телесной, конечной, жизни и миром вечных идеальных ценностей.
Основным способом познания мира становится символическое мышление, установление иерархического подчинения, классификация. Личность также видится как иерархия качеств, поведение организуется моральными требованиями эсхатологического сознания, стабильность душевной жизни, победа над страданием обретается приобщением к высшим ценностям. В этом сознании рождаются религиозные отношения с высшими силами. С одной стороны, человек отделяет себя от них, переживая дуализм телесного и духовного, с другой - заключает моральный союз с Богом. Бог дает человеку Закон, исполнение которого позволяет человеку утвердить себя в вечности.
Представляется, что эти акцентуированные культурные формы могут быть прямо соотнесены с реконструированными нами формами четвертого уровня индивидуального сознания, ответственного за регуляцию отношений человека с людьми, развитие произвольных форм организации жизни.
Они соответствуют друг другу по типу основного переживания, по его иерархическому строению, опосредованности индивидуального переживания оценкой другого человека, которая здесь имеет для индивида высшую ценность. Именно этот тип переживания позволяет сформироваться и иерархической структуре картины мира, в организации которой основная роль принадлежит знаковой функции, на его основе развивается способность и культура символического мышления.
И в том, и в другом случае мы видим особое значение знаковой функции, слова в организации произвольного поведения человека. И модель четвертого уровня, и культура нравственного сознания направлены на организацию правильного поведения человека. Этому способствует сама нравственно упорядоченная картина мира, в которой даже восприятие времени и пространства активно структурировано высшими моральными ценностями.
Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000
Файл базы данных Групп Интересов
Идентификатор: GOI-888 («Пустышки»)
Дата первичной регистрации: 14.03.2011
Текущий статус: Активен. Уровень угрозы: Евклид
Курирующий отдел: Отдел Тактической Технологии
1. Общая информация
1.1. Официальное наименование
«Кулак Авеля» (Abel's Fist). Самоназвание отсылает к мифологическому сюжету о первом убийстве, трактуемом группой как акт освобождения духа от оков плоти. Внутренние документы группы используют аббревиатуру AF.
1.2. Внутренний код Фонда
GOI-888, оперативное прозвище — «Пустышки». Основание для прозвища: все боевые единицы группы являются людьми, прошедшими процедуру полной лобэктомии лобных долей с последующей кибернетической аугментацией. Оригинальная личность уничтожена. Тела функционируют как дистанционно управляемые биологические платформы.
1.3. Внешняя легенда
Официально группа не существует. В разведсводках Интерпола и ООН проходит как «Неопознанная высокотехнологичная вооружённая группировка». Причастность к ряду нападений на колонны снабжения армий стран третьего мира списывается на локальные повстанческие движения. Следы ведут к фиктивной ЧВК «Grey Matter Solutions», зарегистрированной в офшорной зоне Невис.
2. Идеология и догматическая база
2.1. Основная доктрина
«Кулак Авеля» рассматривает свободную волю и эмоции как фундаментальный недостаток в конструкции человека, ведущий к неэффективности и ошибкам. Их цель — создание идеального солдата, лишённого страха, сомнений и способности к предательству. Текущая деятельность подаётся как «полевые испытания» прототипа постчеловеческой армии. В отличие от многих аномальных культов, группа не имеет метафизической или эсхатологической повестки. Их мотивация носит сугубо утилитарный военно-коммерческий характер.
2.2. Центральный артефакт/источник технологии
Источником технологии является не аномальный объект, а человек — доктор Элиас Кейн, бывший ведущий инженер Отдела Роботизированных Систем Фонда (уволен в 2009 году за несанкционированные эксперименты по нейроинтерфейсному управлению живыми объектами). Кейн не обладает аномальными способностями. Его разработки являются передовыми, но полностью укладываются в рамки физики — прямая нейростимуляция моторной коры через имплантированные электроды, дистанционная передача данных по зашифрованным квантовым каналам.
3. Технологический инструментарий и ограничения
3.1. Методология
Боевая единица GOI-888 (далее — «Манекен») представляет собой человеческое тело, прошедшее хирургическое удаление лобных долей головного мозга и имплантацию комплекса «Кукольник-7». Комплекс включает:
· Приёмник квантово-запутанного сигнала управления.
· Стимуляторы моторной коры.
· Систему тактической сенсорики (оптические импланты, заменяющие глазные яблоки, с подключением к зрительной коре).
· Подавитель болевых рецепторов.
Манекены не обладают сознанием, не испытывают боли, не подвержены психологическому давлению. Управление осуществляется удалённо операторами, находящимися на защищённых командных пунктах. Вооружение: переносные электромагнитные ускорители массы (гаусс-пушки) модели AF-3, способные пробивать стандартную броню Фонда на дистанции до 1200 метров.
3.2. Ключевые ограничения и уязвимости
· Задержка сигнала: При управлении на расстоянии свыше 6000 км наблюдаются критические задержки передачи данных (свыше 40 мс), что приводит к нарушению координации движений. Эффективная операционная зона ограничена радиусом действия сети ретрансляторов.
· Уязвимость ретрансляторов: Командные пункты и ретрансляторы представляют собой стационарные объекты с высокой энергопотребностью. Их обнаружение и уничтожение полностью парализует подразделения Манекенов в секторе.
· Эффект отсечки: При прерывании сигнала управления Манекен переходит в автономный режим, ограниченный набором примитивных рефлексов (стоять, идти вперёд, стрелять при обнаружении движения). Отсутствие тактического мышления делает их уязвимыми для организованного сопротивления.
· Отсутствие адаптивности: Манекены не способны к импровизации. Действия строго ограничены программными алгоритмами. Нестандартная тактика Фонда регулярно позволяет выводить их из строя.
4. Организационная структура и внутренняя динамика
4.1. Руководство
Единоличный лидер — доктор Элиас Кейн (см. досье сотрудника 347-У). Возраст 49 лет. Бывший эксперт по интерфейсам «мозг-машина». Причина увольнения из Фонда — несанкционированное тестирование технологии «Кукольник» на персонале класса D, повлекшее смерть трёх подопытных. Кейн не является аномальной сущностью. Его мотивация — доказать превосходство своих разработок бывшему работодателю и выйти на рынок вооружений в качестве поставщика живой силы без моральных ограничений.
4.2. Фракции
Внутренние расколы отсутствуют ввиду авторитарного стиля управления. Однако служба внутренней безопасности фиксирует рост недовольства среди операторов управления. Причина — психологическое выгорание, связанное с постоянным управлением телами, лишёнными инстинкта самосохранения. Операторы наблюдают гибель «аватаров» в режиме реального времени, что ведёт к развитию тяжёлых форм деперсонализации.
4.3. Комплектование и ресурсы
Исходный материал для Манекенов — живые люди. Вербовка осуществляется через сеть наёмнических контрактов в зонах боевых действий, похищения лиц без документов, а также закупку «биологического материала» у криминальных структур в регионах с ослабленным контролем. Операторы набираются из числа бывших военных и геймеров, демонстрирующих высокие показатели в симуляторах боевых действий. Контракт предусматривает значительное денежное вознаграждение и полную анонимность.
5. Взаимодействие с Фондом и глобальная оценка угрозы
5.1. Основная цель
Коммерциализация технологии «Кукольник». Кейн стремится продать партии Манекенов заинтересованным государствам и корпорациям. Текущие нападения на объекты Фонда и правительственные конвои являются не самоцелью, а демонстрацией возможностей продукта потенциальным покупателям.
5.2. Причина присвоения уровня угрозы Евклид
GOI-888 не оперирует аномальными объектами и не ставит целью разрушение маскировки. Однако массовое внедрение технологии «пустых солдат» способно привести к дестабилизации глобального баланса сил и, как следствие, к раскрытию сообщества аномальных организаций. Кроме того, метод закупки «расходного материала» создаёт риск случайного захвата носителей латентных аномальных свойств, что может привести к непредсказуемым последствиям.
5.3. Зарегистрированный инцидент (Протокол 888-МАРИОНЕТКА-04)
· Дата: 23.11.2023
· Участники: Мобильная оперативная группа Бета-7 («Безумные Шляпники»), агенты Риччи, Сато.
· Место действия: Складской комплекс №17, промышленная зона г. Триест, Италия. Предполагаемый пункт ретрансляции.
· Ход событий: Проникновение осуществлено в 01:00. Обнаружены 12 единиц Манекенов в состоянии ожидания. При подходе к ретранслятору агенты были замечены оптическими сенсорами Манекенов. Активирован оборонительный протокол. Манекены открыли огонь из гаусс-пушек. Агент Сато получил сквозное ранение плеча, бронежилет пробит. Агент Риччи применил ЭМИ-гранату, что привело к временной дезориентации 8 из 12 целей (нарушение работы имплантов). Оставшиеся 4 единицы перешли в автономный режим и продолжили огонь по зафиксированным координатам, не реагируя на смену позиции агентов.
· Результат: Ретранслятор уничтожен направленным зарядом. Управляемые Манекены полностью обездвижены. Автономные единицы ликвидированы выстрелами в голову. Потери: агент Сато госпитализирован с травмой плеча, проникающим ранением и ожогом 2 степени. Захвачен один неповреждённый имплант «Кукольник-7» для изучения в Отделе Обратной Разработки. Кейн и основной командный пункт не обнаружены. Согласно перехваченным данным, демонстрационный показ для неустановленного покупателя перенесён на другой объект.
6. Идентификационные маркеры
6.1. Внешний вид
Манекены носят стандартизированную серую униформу без знаков различия, поверх которой крепятся элементы облегчённой композитной брони. Глазные яблоки заменены цилиндрическими оптическими модулями матово-чёрного цвета без зрачков. На висках и затылке видны металлические порты подключения. Кожа имеет землистый оттенок из-за нарушенного кровообращения, несмотря на работу имплантированных стимуляторов. Движения механически точны, лишены естественной плавности. Рот, как правило, приоткрыт, челюсть фиксирована в расслабленном положении.
6.2. Сенсорные признаки
· Звук: При движении Манекены издают тихое жужжание сервоприводов в суставах ног (импланты компенсации равновесия). При активации гаусс-пушки слышен характерный высокочастотный свист конденсаторов, переходящий в хлопок при выстреле.
· Запах: Устойчивый запах антисептика, исходящий от тела, смешанный с лёгким ароматом горелой изоляции (результат работы силовых элементов имплантов).
· Тепловой след: Повышенное тепловыделение в области имплантов позволяет идентифицировать Манекенов в инфракрасном спектре на дистанции до 800 метров.
---
Приложение Б: Дополнительные директивы
· При обнаружении ретрансляционного пункта GOI-888 приоритетной целью является его уничтожение, а не захват.
· Захваченные Манекены подлежат содержанию в изолированных камерах с постоянным подавлением сигнала квантовой связи. Попытки допроса бесполезны.
· Любой сотрудник, контактировавший с имплантом «Кукольник-7», должен пройти проверку на наличие несанкционированных нейроинтерфейсных вмешательств.
· Использование ЭМИ-вооружения рекомендовано как первичное средство противодействия.
Рассмотрим, как в мифологической культуре строятся взаимоотношения человека с миром, как видится ему картина мира. Образец его организации - это живое, одушевленное человеческое тело (Лосев А. Ф., 1991а). Микрокосм и макрокосм для этой культуры едины. Человек не чувствует своей отдельности, обособленности от жизни природы, ее ритмов и воспринимает окружающий мир как огромное живое тело, подобное его собственному, тесно связанное, взаимодействующее с ним (Гуревич А. Я., 1984). Так, индейцы одного из наиболее обособленных племен Амазонки, осваивая новое место жительства, рисуют на своем теле что-то вроде карты местности. Уподобив новое место своему телу, они начинают считать его в какой-то степени обжитым и безопасным.
В мире взаимодействующих тел рождается совершенно особое отношение к пространству. Так, пространство в мире готов, по А. Я. Гуревичу (1984), измеряется индивидуальным телом человека, его ступней, локтями, саженями, трудовыми затратами: расстояние - его дневными переходами, площадь участка - числом дней, за которые хозяин может его вспахать. Надел может определяться тем, сколько земли за день может обойти его хозяйка с коровой на привязи. Пространство неразрывно и индивидуально связано со своим хозяином, а хозяин со своей землей.
Человек именуется по своему месту жизни, он не может продать свой родовой участок. Пространство всегда имеет свой центр - место, где живет человек, его усадьбу. Оно делится на освоенное, хорошее, имеющее форму и имя, и неизвестное, плохое, - пространство злых сил Хаоса. Таким образом, пространство в архаическом сознании неоднородно - оно не имеет постоянной меры, отражает индивидуальные телесные свойства своего хозяина - отсюда его описываемая многими авторами "лоскутность".
В мифологическом понимании пространство замкнуто, конечно и заполнено (по Лотману Ю. M., 19926), это не континуум, а совокупность отдельных объектов, носящих имена. Важно, что это - пространство, в котором находятся тела, поэтому в промежутках оно может прерываться, и перемещения от одного объекта к другому субъективно растягиваются и сжимаются во времени. Поскольку в разных местах пространство имеет разное качество, то и перемещенный субъект или объект - в другом месте - может изменить свои свойства и имя.
Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000
Идеал сознания осуществленного в формах традиционной культуры характерен для архаического общества, стоящего у истоков развития цивилизации, однако его аналоги можно найти и в современном мире, например, в изолированных крестьянских сообществах.
Первые исследователи традиционных культур видели в них, как известно, прежде всего примитивную аффективность и рассматривали архаическое сознание как магическую, творящую миф, дологическую форму понимания мира и взаимодействия с ним (Леви-Брюль Л., 1930, 1937; Тейлор Э. Б., 1989). Считалось, что эти примитивные, иррациональные формы отражения действительности впоследствии изживаются, преодолеваются, и таким образом человек достигает возможности научного понимания мира и построения с ним рациональных взаимоотношений. Это мнение закрепилось в самом названии - архаические сознание и культура. Сходным образом рассматривал магическое сознание и Ж. Пиаже (1932) как раннюю, позже преодолеваемую стадию психического развития ребенка.
В настоящее время, однако, исследователи становятся более осторожными в оценках и ранжировании культур. С одной стороны, накоплены данные, ставящие под сомнение примитивность архаического миропонимания, с другой - нарастает разочарование в его современных формах. К. Леви-Стросс (1994), М. Мид (1984) и многие другие авторы говорят о некорректности заключений о ценностной иерархии и закономерной последовательной смене архаических, примитивно-аффективных культур высшими рациональными формами. В настоящее время общепринято представление о разновариантности и взаимном дополнении культур - архаических и современных.
В частности, показано, что дело не в неспособности человека архаической культуры мыслить рационально и абстрактно. К. Леви-Стросс свидетельствует о его принципиальном умении использовать абстрактные символы, например не единичны свидетельства о том, что туземцы, объясняя сложные связи тотемов, чертят диаграммы на песке. Ю. М. Лотман и Б. А. Успенский (1973) приводят данные исследования П. Ворсли, обнаружившего у австралийских аборигенов одновременное сосуществование логического и мифологического мышления, и сами исследуют активность мифологических пластов живого современного языка.
В целом созрело понимание того, что мифологическое сознание - это не только категория архаической культуры или определенного возрастного периода развития человека, но и непреходящая, необходимая сторона сознания человека и его бытия вообще, выражающая его насущные потребности (Лосев А. Ф., 1991а), и что при определенных условиях именно эти мифологические формы сознания отвечают главным потребностям организации жизни человека.
Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000
Обсуждая общие закономерности аффективной организации сознания, мы говорили о том, что в зависимости от актуализации различных конкретных задач адаптации, на ее общей основе могут создаваться множественные функциональные системы. (Аналогично тому, как А. Р. Лурия рассматривает создание функциональных систем на основе общей деятельности мозга.) Акцентуация развития механизмов разных уровней определяет формирование различных, более или менее стойких, конфигураций сознания. Далее, мы проанализируем возможность развития устойчивых индивидуальных типов аффективной организации, связанных с нашими врожденными индивидуальными особенностями - с различиями в активности и чуткости в разноуровневых контактах с миром.
Точно так же особые условия жизни и биологическая предрасположенность, а также адаптационная необходимость могут потребовать и от конкретного сообщества особой сосредоточенности на разработке определенных слоев культуры и тем самым определить своеобразие черт целостного культурного уклада, особые акценты в развитии всей системы их отношений.
Это создает предпосылки для развития разных конфигураций культуры. М. Мид (1988) приводит мнение Рут Бенедикт о том, что каждая культура из всех возможных выбирает свой нормативный набор основных ценностей, особая культивация которых и определяет их индивидуальность. И. Хейзинга (1992) считает, что всякая культура содержит стремление, направленность на некий особый идеал, благо, следовательно, тоже может рассматриваться как функциональная система, созданная на основе общей модели культуры. Выбор основных ценностей отражает приоритеты стоящих перед сообществом адаптационных задач.
Избранные приоритеты сообщества рождают множество культур, неповторимых и уникальных, со своим мироощущением, своими формами, идеями и страстями, собственной логикой развития - жизнью и смертью, рождают, по словам Шпенглера, особый индивидуальный стиль культуры, "иначе организованные души" (Шпенглер О., 1993, с. 45).
Шпенглер (1993, с. 35) говорит о существовании морфологического сродства явлений одной культуры - политических событий, идей математики, форм орнамента и архитектуры, тенденций главных искусств, о том, что "существует глубокая общность форм между дифференциальным исчислением и династическим государственным принципом эпохи Людовика XIV, между государственным устройством античного полиса и Эвклидовой геометрией, между пространственной перспективой западной масляной живописи и преодолением пространства с помощью железных дорог, телефонов и дальнобойных орудий, между контрапунктической инструментальной музыкой и системой кредита".
Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000
Нам представляется, что рассматриваемые в этом ракурсе системы аффективной организации сознания и поведения ребенка приобретают новый смысл, позволяющий выделить единые движущие силы когнитивного и аффективного развития. Появляется возможность конкретизировать предложенное Л. С. Выготским понимание возраста ребенка как качественно особой структуры его сознания, увидеть, как и с помощью каких механизмов происходит его закономерная возрастная перестройка. И самое главное: такой взгляд помогает адекватно оценить возможности, сильные и слабые стороны каждого возраста и отнестись к нему разумно - не поторопить и не помешать психическому развитию, помочь ребенку успешно пережить кризисные моменты и выйти из них с необходимым для дальнейшей жизни опытом.
Индивидуальная аффективная организация поведения и сознания складывается внутри общей системы, объединяющей ребенка и его близких. У ребенка исходно существуют все потребности, вокруг которых в будущем смогут выстраиваться уровни его сознания. Средства их удовлетворения находятся в руках взрослого, но ребенок имеет возможность побудить его к нужному действию. Эмоциональный комфорт близких зависит от того, насколько малыш проявляет свое удовлетворение и радость. И взрослые с первых дней жизни заботятся не только об обеспечении его конкретных телесных нужд, но и ответ чают за его общее аффективное благополучие, поддерживают активность, аффективную стабильность в отношениях с миром.
Сначала взрослый полностью берет на себя функции защиты ребенка и адаптации в случае неожиданных изменений обстоятельств, и первыми общими достижениями становятся единый аффективный стереотип жизни и общее осмысление эмоциональных правил ее организации (механизмы адаптации к стабильным условиям жизни). Складывается удобный обоим уклад, в котором опредмечивание потребностей ребенка взаимодействует со становлением материнской манеры ухода и эмоционального контакта.
Успехи в развитии механизмов стабильных уровней всегда сопровождаются повышением чувствительности ребенка к нарушениям привычных, уже отработанных форм жизни. Уязвимость ребенка стимулирует взрослого к развитию новых, более действенных средств стабилизации аффективных переживаний ребенка, борьбы с возникающими страхами. Успех, достигнутый в этом направлении, в свою: очередь дает толчок к возникновению у малыша новых, более активных отношений с миром. Как мы проследили выше, все новые механизмы организации сознания и поведения, новые способы решения реальных задач адаптации появлялись и вызревали сначала в русле регуляции аффективных процессов.
Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000
Если попытаться так же кратко и схематично оценить то, что происходит с развитием системы организации поведения в период его подросткового кризиса, то можно сказать, что его проявления связаны с самостоятельным освоением ребенком механизмов адаптации к меняющемуся миру. Их использование становилось актуально уже в периоды кризисов года и трех лет, однако тогда ребенок еще не мог действовать сам, и выход из кризиса осуществлялся с помощью включения этих механизмов в общую с близким систему организации поведения. Условия их присвоения возникают лишь к подростковому возрасту как результат развития индивидуальных механизмов адаптации к стабильным условиям.
Как мы уже обсуждали выше, осваивая механизмы второго уровня и выстраивая индивидуальный жизненный стереотип, ребенок четко определяет границы своей пластичности в отношениях с миром и устанавливает дистанцию в контактах. Иначе говоря, он создает условия для самостоятельной работы механизмов первого уровня, которые начинают активно пробоваться им в русле игры для удовлетворения потребностей саморегуляции.
Точно так же индивидуальное освоение механизмов эмоционального контроля четвертого уровня, достижение ребенком возможности произвольно организовывать свое поведение открывает ему путь к получению большей свободы и в поле экспансии. Он оказывается в состоянии выйти за пределы напряженного поля разрешения отдельной аффективной задачи, учитывать последствия преодоления препятствия, начать самостоятельно структурировать, осмыслять, соподчинять цели своей экспансии. Сначала эти возможности также начинают активно использоваться им для саморегуляции: взаимодействие в компании сверстников позволяет ребенку опробовать механизмы экспансии для выбора личных целей и установления иерархии отношений. Однако до подросткового возраста эти достижения актуализируются в основном в игровой стихии.
В подростковом возрасте на фоне физического созревания и скачка в интеллектуальном развитии ребенок встает перед реальными задачами самостоятельной адаптации к меняющемуся миру и экспансии в социальной области. Он должен научиться пользоваться механизмами первого и третьего уровней и не только ввести их в смысловой контекст своей системы организации поведения, но и координировать с социальными нормами.
Если у маленького ребенка экспансия проявлялась как стремление к преодолению препятствия, к конкретному достижению, то для подростка актуально направленное присвоение механизмов экспансии - утверждается самостоятельность выбора, идет реальное испытание собственных сил в игре с обстоятельствами. Известно, что подростковый возраст характеризуется не только развитием способности к логическому мышлению, но и наибольшей чуткостью к новому, легкостью в его принятии, способностью к нахождению творческих неординарных решений. И это тоже является показателем активности в развитии механизмов динамической адаптации первого и, в особенности, третьего уровней.
Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000
