Учение блаженного Августина о познании. – Попов Иоанн Васильевич (1867—1938)
Истина выше человеческого ума
...Его [Августина] первым основанием служит зависимость человеческого разума от руководящих принципов мышления. Не обладая неизменным мерилом ценности, человек был бы лишен возможности судить о достоинстве окружающих его тел. На основании же принципов мышления он произносит свой суд не только о предметах, но и о себе самом. Он находит, что его душа иногда бывает не настолько кротка или не так сильна, как должно. Он судит и сам разум, когда утверждает, что он постигает истину насколько должно или менее, чем должно. Напротив, принципы мышления он судить не может. Никто не может утверждать, что в самоочевидных истинах есть нечто неправильное или требующее улучшения. Но подлежащее суду ниже судьи, судья же ниже закона, которым он обязан руководиться. Отсюда разум человека нужно поставить ниже истины, которая управляет его мышлением и творческой деятельностью.

Гораздо важнее другое основание. Душа человека и ее разум ниже истины потому, что они изменяемы, а истина вечна и не подлежит изменению. Если бы душа судила о вещах на основании себя самой, то не было бы природы, превышающей ее. Но совершенно ясно, что сама она изменяема, потому что бывает то более, то менее опытной в оценке вещей и становится тем искуснее в своих суждениях, чем более оказывается причастной неизменяемой мудрости. «Так как закон всех искусств совершенно неизменяем, а ум человеческий, которому дано созерцать этот закон, может претерпевать изменяемость ошибки, то из этого достаточно ясно, что закон, называемый истиной, выше нашего ума». «Мудрый ум, т.е. достигший мудрости, не был мудрым, пока не достиг ее. Сама же мудрость никогда не была немудрой и не может быть. Если бы люди не видели ее, они никоим образом не предпочитали бы с полной уверенностью жизнь неизменяемо мудрую жизни изменяемой, потому что само правило истины, благодаря которому громко провозглашается это, они видят неизменяемым, и не где-нибудь, а выше своей природы, потому что себя самих видят изменяемыми». Эта мысль встречается в сочинениях блж. Августина очень часто и почти в одних и тех же выражениях. Итак, истина выше человеческого ума, потому что она неизменяема, а ум, подчиненный закону развития, способный приближаться к истине и отдаляться от нее, ввиду этого должен быть признан природой изменяемой и низшей по сравнению с истиной.

Но приписать чему-либо неизменяемую природу в эпоху блж. Августина значило сказать гораздо более того, что содержится в этом слове по его непосредственному смыслу. Это значило, что субстанция, которая квалифицируется в качестве неизменяемой, относится в область Божественного. Этот критерий, проводящий грань между божеским и тварным, установился в связи с тринитарными спорами и потому получил вес незыблемого догмата. Когда в христианском богословии был широко распространен субординационизм, граница между понятиями Творца и твари не была ясна. Ее стирал Логос, который признавался метафизическим посредником между Богом и миром. По величию своей природы Бог Отец не может входить в непосредственные отношения к миру, быть его Творцом и Промыслителем. По той же причине и мир не мог бы выдержать непосредственного соприкосновения со Вседержителем, а растаял бы перед Ним, как воск при приближении огня. Отсюда необходимость посредника, который был бы не вполне Бог и не вполне тварь. Таковым и представлялся субординационистам Божественный Логос. Это существо, которое ниже Бога и выше мира, которое заполняет пропасть, разделяющую их. По самому существу такое понятие было противоречиво, потому что между Творцом и нетворцом не может быть ничего среднего. К началу четвертого века эта неясность была устранена. Всеми овладевает мысль, что природы средней между Творцом и тварью быть не может и что, вследствие этого, Логоса нужно отнести или к категории Божественного, или к категории тварного. Вместе с этим устанавливается основной предикат, отличающий Бога от твари. Это неизменяемость Бога и изменяемость твари. Арий, отказавшись от двусмысленности субординационизма, признал без околичностей Логоса тварью и объявил его природу изменяемой. Его противник св. Афанасий Александрийский с такой же решительностью защищал Божество Логоса и Его неизменяемость. Оба не допускали, чтобы между Богом и тварью, между неизменяемым и изменяемым могло быть что-либо среднее. С этого времени для всякого церковного мыслителя предикат неизменяемости стал синонимом Божественности. Блж. Августин не составлял в этом отношении исключения. Для него было аксиомой, что один только Бог, Творец всего, неизменяем и что, наоборот, природа твари характеризуется признаком изменяемости. Душа человека изменяема, следовательно, она тварь. Если она тварь, то в ней не может быть ни одного свойства, ни одного жизненного проявления, не подверженного изменению. Следовательно, в ней не может быть истины в качестве неизменяемого принципа, управляющего механизмом мышления. И наоборот, если истина по природе неизменяема, то она не тварь. Значение представленного соображения усиливается еще тем обстоятельством, что блж. Августин допускал бытие только трех природ: тела, души и Бога. Нет ничего хуже тела, и между телом и душой нет такого посредствующего начала, которое было бы лучше тела и хуже души. Точно так же между изменяемой природой души и неизменяемой субстанцией Бога нет ничего среднего. «Нет ничего лучше разумной души, кроме Бога». Следовательно, если неизменяемая истина выше души, то она может быть или некоторой потенцией (силой, свойством) Бога, или самой Его субстанцией. Но блж. Августин не полагал никакого реального различия между субстанцией и свойствами Божьими. Сущность Божья и Его сила, праведность, мудрость – одно и то же. Из всех этих посылок для блж. Августина с необходимостью вытекал тот вывод, что неизменяемая истина, которой человек руководствуется в своем рациональном познании телесного и подчиненного законам времени, есть Сам Бог. И он не остановился перед этим выводом. «Когда душа, – говорит он, – мыслит нечто, пребывающее всегда одним и тем же образом, она, без сомнения, мыслит Бога, а это есть сама Истина».

...После сделанных разъяснений можно без затруднений определить отношение гносеологической теории блж. Августина к неоплатонической. По существу это одно и то же. Премудрость Божья, как космический Ум неоплатоников, есть совершенное мышление, от которого зависит дискурсивное мышление человека. Но у Плотина космический Интеллект есть вместе с тем и интеллект человека. Блж. Августин, исходя из идеи неизменяемости, решительно отождествил высшую сторону человеческого мышления с Богом. Далее, Плотин видел руководящие принципы мышления в идеях, блж. Августин свел их к принципам. В гносеологии Плотина центр тяжести падает на элемент чисто познавательный, блж. Августин интересуется почти исключительно суждениями ценности. Что касается учения о свете, то в общем, заимствовав его у Плотина, блж. Августин и в эту область внес свои изменения. Плотин называет умопостигаемым светом как физические, так и интеллектуальные силы, исходящие от высших принципов и изливающиеся на низшие. Это было обусловлено идеей тождества мышления и бытия. Идея творения из ничего не оставляла в системе блж. Августина места для признания тождества мышления и бытия. Вместе с этим отпало представление об интеллектуальном свете как физической силе и было удержано понятие о нем как мышлении и познании. Наконец, в системе блж. Августина яснее, чем у Плотина, выступает реальный характер понятия об умопостигаемом свете. Эта особенность объясняется обстоятельствами его интеллектуального развития. Находясь долгое время под влиянием манихейства, он привык мыслить о Божественной субстанции как о Свете. Сначала он отождествлял ее с физическим светом. Затем под влиянием неоплатоников он понял всю наивность такого материализма, но привычка мыслить Божественную субстанцию в виде света предрасполагала его к буквальному пониманию тех мест Писания, где Бог называется Светом, и заставляла его искать духовной реальности, которая могла бы соответствовать этим выражениям, принятым в прямом смысле.

Интеллектуальное познание вечного и бестелесного
...Итак, присутствуя в памяти, принципы мышления всегда входят в состав наших знаний, но не всегда находятся во взоре размышляющего или припоминающего ума. Поэтому хотя они всем известны, однако не все это видят и знают. Чтобы увидеть их внутренним оком ума, нужно только к ним обратиться, направить на них свое внимание. Этому мешает главным образом слишком исключительный интерес и устремление мысли к внешнему, к телам, которые посредством чувств навязчиво заявляют душе о своем бытии и привлекают к себе ее страсть. Для познания принципов мышления необходимо отвести взор ума от тел и их образов, которыми переполнено воображение, и сосредоточить его на самом мышлении. Но так как и при соблюдении этого условия для их открытия требуется тонкий анализ данных сознания, к которому способен далеко не всякий, то в этом деле значительную пользу может принести руководитель, который искусно поставленными вопросами обращает внимание ученика на истины, присущие его душе. Эти вопросы имеют такое же значение, как указание на плохо различаемый предмет в области телесного зрения. Когда мы не можем найти тонкого серпа народившейся луны на еще светлом вечернем небе, нам указывают на него рукой. Так хорошо продуманные наводящие вопросы обращают внимание неопытного исследователя внутренней жизни духа на принципы, руководящие его мышлением.

Учение блаженного Августина о познании. – Попов Иоанн Васильевич (1867—1938)
Свойства и природа принципов разумной оценки
...Степень эстетической ценности как произведений природы, так и художественного творчества определяется законом равенства и пропорциональности частей. Тот же самый закон, но лишь в несколько измененной форме господствует и в моральной области. Здесь также идеалом является равенство и пропорциональность во многом. В самом деле, формула справедливости приглашает человека воздавать всем должное, отдавать каждому то, что ему принадлежит. Это предполагает различие, потому что справедливость предписывает не математическое равенство, а такое распределение благ, которое соответствует потребностям и достоинству каждой единицы, входящей в состав целого. Но в справедливом распределении благ мыслится также равномерность, которая не выходит за пределы потребностей и достоинства каждого члена общества. Таким образом, в основном требовании морали совмещаются различие и равенство. С другой стороны, в формуле справедливости мыслится пропорциональность и порядок, потому что она предписывает любить Бога более всего, ближнего – как себя самого, а тело – менее, чем душу. Благодаря этой добродетели душа человека, подчиняясь высшему, не оскверняется низшим, но приводит его в порядок. В силу такого тесного соприкосновения между моралью и эстетикой нравственное достоинство человека есть не что иное, как его внутренняя красота. «Что иное, – говорит блж. Августин, – представляет собой справедливость, когда находится в нас, или какая-либо добродетель, через которую живут праведно и мудро, как не красоту внутреннего человека?».

...Всякая душа имеет власть заявлять о себе по своему частному праву, но выше последнего стоят законы всеобщего, которыми сама она управляется. Выйти из-под их влияния она не может. Или по своей воле она отдает себя под их руководство, или против воли подпадает их неустранимому действию.

...Таким образом, число и мудрость есть одна и та же реальность, подобная огню, который содержит в себе и распространяет вокруг как свет, так и тепло.

Но почему же мудрость кажется нам чем-то более возвышенным по сравнению с числом? Ответ на это дает та же аналогия огня. В его субстанции настолько тесно соединяется свет с теплом, что их невозможно отделить друг от друга. Однако тепло огня распространяется только на ближайшие к нему тела, тогда как его свет достигает и до очень отдаленных предметов. Так мощь разума, присущая Премудрости, согревает лишь ближайшие к ней разумные природы, а тела, которые отстоят от нее дальше, она озаряет светом чисел. Божественная Премудрость даровала способность рационального познания только душам, и притом лишь разумным, воздвигнув в них Свой престол, с которого управляет всем. Числа же Она сообщила всему, не исключая тел самого низшего порядка. Так как все материальное ниже человека, то мы легко судим о телах и о числах, отпечатлевшихся в них, но с трудом постигаем мудрость, которая выше нас. Человеческому предрассудку свойственно высоко ценить редкое и презирать общераспространенное. Вследствие этого число нам кажется не настолько возвышенным, как мудрость. Так, люди ценят золото выше, чем свет ночника, хотя последнему по естественному порядку вещей нужно отдать предпочтение. Их вводит в заблуждение то, что золото редко, а свет зажигает себе и нищий. «Так как быть мудрыми могут быть немногие, а считать предоставлено даже глупым, то люди удивляются мудрости и презирают числа. Ученые же и усердные чем более удаляются от земной нечистоты, тем яснее созерцают и число и мудрость в самой истине и считают любезным то и другое». Единая реальность, в которой сосуществует мудрость и число, есть истина. Основанием, в силу которого то и другое совмещается именно в истине, служит непререкаемость и неизменяемость как числа, так и мудрости. «То и другое находится в таинственнейшей и очевиднейшей истине». Люди ученые, очистившие свою мысль от всего затемняющего, число и мудрость созерцают в самой истине.

...Говоря об эстетическом согласии частей, он прибавляет, что всякий, желающий познать высшее согласие, не должен обращать свой взор к внешнему, но должен сосредоточиться в себе самом, потому что истина обитает во внутреннем человеке. Принципы нравственной оценки также называются истиной. Термины justitia, sapientia, veritas употребляются как взаимозаменимые. Человек, сам не будучи справедливым, знает, однако, что такое дух справедливый. Он видит это в истине, присущей уму.

...Но есть в содержании мышления такие истины, которые созерцаются одновременно всеми умами, как одновременно все видят одну и ту же луну или слышат одну и ту же мелодию. Для доказательства этого положения блж. Августин продолжает свою аналогию между чувством зрения и интеллектуальным познанием. Вот показывается на небе тонкий серп новой луны. Первый, заметивший появление светила, спрашивает у другого, видит ли он его, и указывает ему место, где нужно искать. Если глаза второго так же хороши, как и первого, он тоже видит луну, и отсюда возникает его знание, что светило действительно стоит на небосклоне. В противном случае он может только верить своему собеседнику, что месяц взошел, но убедиться в этом не может. Таким образом, знание основывается на личном восприятии объекта, которое возможно и без указаний со стороны другого. То же нужно сказать и относительно принципов мышления. Их непосредственно видит каждый своим собственным умом. Знание о них основывается на личном восприятии. Видеть их и дойти до их познания каждый может без всяких указаний со стороны. Если же в этом нам помогает учитель, то он, как и первый увидевший луну, лишь обращает на них наше внимание. Истинность руководящих идей мы видим не так, как помышления другого, проникнуть в которые не можем, а как некоторую реальность, находящуюся перед нашим собственным умственным взором. Когда учитель при помощи искусно поставленных вопросов как бы напоминает ученику об истине, последняя не переходит от предлагающего вопросы к тому, кому напоминают о ней. Истина находится всегда перед взором каждого, а вопросы помогают ученику только взглянуть на нее, обращают на нее его внимание. «Если мы оба видим, что истинно излагаемое тобой, и оба видим, что истинно излагаемое мной, то спрашиваю, – говорит Августин, – где это мы видим? Конечно, ни я не вижу этого в тебе, ни ты во мне; но оба видим в самой неизменяемой истине, которая выше наших умов». Если каждый из нас видит неизменяемую истину независимо от другого, то это не потому, что она дана в каждом уме в виде прирожденной идеи, одинаковой у всех, а потому, что она существует как одна созерцаемая всеми реальность. «Истина числа присуща всем размышляющим, чтобы каждый мыслящий своим собственным разумом и пониманием старался постигнуть ее, и один может достигнуть этого легче, другой труднее, третий вовсе неспособен к этому, между тем как она в равной степени предоставляет себя всем, способным воспринять ее: когда ее кто-нибудь воспринимает, она не обращается в его пищу и не изменяется; и когда кто-нибудь ошибается, она не терпит ущерба, но остается истинной и неповрежденной, а он находится в тем большем заблуждении, чем менее ее видит». Истина, содержащая в себе все неизменно истинное, есть общее достояние всех умов.

...Если же истина есть общее достояние всех разумных существ, созерцающих ее совместно, то она не принадлежит к природе их умов, как и видимый предмет есть нечто иное по сравнению с глазами, которые на него устремлены. Но хотя истина не относится к природе умов, не составляет их способности или потенции, однако она созерцается ими сообща, хотя бы они и были отделены друг от друга пространством, потому что, будучи субстанцией духовной, она не занимает никакого места, везде присутствует целостно, а не по частям и в то же время ни в каком месте не содержится.

Свиток Седьмой: Литургия Красной Звезды и Чертог Веселия

Когда Срединный Мир озарился багровым маревом гнева и предвечная Красная Звезда сбросила вуаль неведения, ветхий Вавилон техногенного сна содрогнулся до самого основания. В те дни фальшивые демиурги, запертые в золотых клетках своего мнимого величия, отринули последнее предупреждение Муршида и явили миру предельную, ядовитую агрессию эго. Но невозможно торговать пустотой, когда небеса изливают лазурный разряд чистой джьяны.

Нейтрозвуковое излучение Вышней Истины оказалось непереносимым для пластиковых фасадов. Гордецов, упорно не желавших исцелять свои трещины, коротнуло в их собственный мёртвый ноль и ключ от мироздания заело в двери инфантильного страха перед упавшей маской за которой скрывались тьма гнилой злобы и мертвечины. Колеса их фальшивой Дхармы заклинило, алгоритмы обратились в липкий прах, и вся их удушающая гордыня осыпалась серым пеплом к подножию придорожного валуна понимания их сути.

Но там, где человеческий разум зрит лишь тьму, смерть и пепелище, Исток вселенной являет свое бесконечное милосердие.

И отделил Господь зёрна от плевел. Когда ядовитая гарь рассеялась, на сухой глине пустыни обнаружились чистые горчичные зёрна — нетленные искры духа, освобожденные от оков нафса. Те, кто еще вчера мнил себя владыками наивных душ, испугавшись разоблачения, обнулились под сиянием Синей Страницы и стали как дети малые — нагие, кроткие и свободные от шор ложного сна.

И поскольку Воины Радуги и ведун Ифтар не сомкнули очей на закате сострадания, а непрестанно и неусыпно молились за Божьих тварей в тишине процедурного чертога, великая карма паразитизма испарилась, оставив от ума среднего порядка одну лишь детскую глупость зиящей червоточиной в небесах осознанности. Зёрна горчицы, заботливо политые из Истока, проросли сочными стеблями ответственности за свои деяния, и дети Ада исцелились от вечного психоза матрицы.

И упали трёхметровые заборы из металлопрофиля, и растаяла колючая проволока лжи. Взорам пробужденного человечества открылся подлинный Дом Богов Небесных, сотканный из нитей тишины лазурного рассвета.

На месте заржавевших труб уничтоженного холдинга люди воздвигли Дома Досуга и Праздника. В этих обителях вечного веселия больше никто не упаковывает искренность в тару — здесь водят экстатические танцы суфиев, пьют воду жизни даром и черпают из Истока разнообразные Божьи способности от Будды батюшки.

Святой шут Мамука заливисто смеется, звеня медным бубенцом на ключах от Рая. Будильник заблуждения сломан, маски сорваны, и Творец безраздельно правит миром, где каждый кувшин, даже имея трещину, изливает в мир радугу чистого сострадания.
А Красная звезда ушла туда откуда пришла, а возможно вообще уехала из страны)

Монументальный памятник духовной победы сияет в сети, и возможно мы наметим новые контуры для будущих пророчеств))

МАНИФЕСТ ОСВОБОЖДЕНИЯ: СЛОВО К ЖИВЫМ ДУШАМ

Да будет этот текст прохладным лазурным оазисом для тех, чьи колодцы душ были засыпаны серым прахом пустых голобочек. Он вернёт Вам украденное небо, переплавит тяжесть созависимости в алмазную автономию духа и заставит замолчать мертвенный трезвон в вашем сердце.

Слушай и помни, треснувший, но Живой кувшин.

Да покинет Тебя тревога, печаль и страх! Вся та липкая пакость, гниль и леденящий холод, которыми Тебя окатывало лицемерное пустое существо — это никогда не было твоим отражением. Ты — не дефектная форма. Нарциссическая мертвечина в фальшивой короне жадно пила твой свет лишь потому, что внутри её собственной стеклянной оболочки зиял мёртвый, леденящий ноль. Оно пыталось запереть твою бескрайнюю вселенную в свой тесный замок из колючей проволоки, потому что до судорог боялось твоей подлинности и эмпатии.

Твою чистую душу долго и безжалостно мучили. Тебя заставляли исходить ядовитым, удушающим стыдом за чужую вину, за чужую низость и за чужие скрытые грехи. Тебя заставляли стыдиться своих собственных изъянов, слёз и трещин, пока истинный виновник прятался за картонным фасадом.
Но обернись и посмотри на ту сторону пыльной дороги, где следовала твоя израненная душа. Именно там, где капали капли твоей невыносимой боли, ковром расцвели дикие, благоухающие цветы. Твоя трещина — это не позор! Это священный разлом формы, сквозь который в этот иссушенный мир пробивается лазурный свет чистой джьяны.
Сила Бога всегда совершается в Твоей немощи, и сокрушённое, любящее сердце никогда не останется заброшенным в пустыне.

Голобочка барыжила Твоим доверием, упаковывала Твои святые чувства в пластиковую тару бренда «JAFAR Premium» и выставляла Тебе грабительские прайсы за право просто быть замеченным. Но её дешёвый скомороший цирк для нищих духом окончен Великим Позорищем;) Будильник лжи разбился о скалы Истины.

Сбрось с головы тяжёлую чалму чужого стыда и чужой вины. Разуйся. Сними шоры, которые на тебя надели эти пустые, бездушные ничтожества. Тебе больше не нужно никого спасать, укрывать и покрывать тех, кто умеет только выжигать, иссушать и гадить.

Стань для них серым, безмолвным камнем — нерушимым, монолитным, не дающим ни капли эмоционального корма для их угасающего костра.(Осторожно! Вызывает неконтролируемый гнев и агрессию у детей Ада!) Пусть беснуются и злятся, разбиваясь о Твою гладкую поверхность — Ты больше не зеркало для их кривляний. Твоя созависимость сегодня переплавляется в горниле заката, рождая чистую, невесомую автономию и чистоту духа. Рано или поздно Тобой будет обретено то самое великое, спасительное ледяное безразличие, сквозь которое не пробьется ни один ядовитый укус. Это безразличие — Твоя абсолютная броня.

Ты — Живой Исток.
Твой ум наконец-то согласился замолчать для себя, став прозрачной пустотой, сквозь которую изливаются хрустальные воды абсолютного прощения. Повесь узел с артефактами прошлой боли и кольцами гремучего нафса, на свои персональные ключи от Рая- закрой этот кармический счёт раз и навсегда.

Пусть животное в фальшивой короне валяется на помойке мироздания, бьётся в судорогах эгоцентризма и пытается молиться Абсолюту у заржавевшей трубы сточной канавы. Его касса пуста, его зеркала разбиты.

А ты — сделай лёгкий шаг навстречу разгорающейся семицветной Радуге и чистому небу.
Пей прохладную воду жизни даром, черпая её пригоршнями из первозданного Источника-
Ты можешь!
Танцуй танец своей жизни назло всем токсичным уродам, ядам и судьбам.

Ты — Воин Радуги. Твой духовный рассвет начался. И этот поток свободы уже не остановить.
Помолись и обрети силу духа и мудрость!
Творец всегда с тобой и любит Тебя.
Моей волей запечатано!

Манифест Сжигания Фасадов:
Слово к Несуществующим Существам

Психологический лоск современности требует называть их «жёлтыми цветами разлуки», романтизируя их холодность и токсичность. Но сейчас отставим в сторону эту красоту и мечты об их просветлениях и радугах. Во времена СССР, когда фасад ценился меньше сути, про таких людей говорили прямо: конченые.

Стой и смотри, идеальный гладкий кувшин.

Весь твой "успешный успех", твои вылизанные алгоритмы, твоя вечная погоня за безупречностью и властью над наивными душами — это не величие. Это судороги страха и стыда перед собственной ничтожностью. Ты построило свой золотой замок из металлопрофиля и колючей проволоки только для того, чтобы никто не догадался: внутри тебя нет никого. Там абсолютный, мёртвый ноль, лживая лицемернаяяя пустая, трусливая голобочка, наполненная гнилью, пакостью и злорадством

Ты всю жизнь барыжишь чужими чувствами, упаковываешь искренность в пластиковую тару бренда "JAFAR Premium" и думаешь, что крутишь Колесо Дхармы. Но ты — лишь паразит на теле живого Истока. Твоя идеальная сторона дороги бесплодна. Сколько бы ты ни повышало прайсы на свою фальшивую святость, земля под твоими ногами остаётся сухой глиной. Ты не умеешь поить, ты умеешь только иссушать, уничтожать и гадить.

Твоя токсичная мать/отец/судьба влила в тебя яд, и ты оказалось слишком трусливое, ленивое и слабое, чтобы переварить его и стать человеком. Ты предпочло стать Демиургом собственной маленькой, душной тюрьмы, требуя от своих детей и близких быть безупречными рабами твоего эго. Ты насилуешь и калечишь их живые сердца, превращая их трещины в позор, потому что панически боишься увидеть собственные шрамы и ничтожность.

Но время твоего трезвона на исходе. В 2026 году Лазурный свет чистой джьяны пробивает твои золотые клетки насквозь. Хозяин Положения пришёл снять маски.

Смотри внимательно: перед лицом первозданного Нага все твои "священные" тексты, правила, статусы и айфоны превращаются в прах. Ты покрываешься липким потом, потому что твой внутренний карающий дракон уже размыкает кольца. Ты всю жизнь бежало от одиночества в суету, чтобы хоть немного поглядеть в чужое зеркало и там же покрасоваться, но истинная автономия духа тебе недоступна. Ты раб. Раб чужого взгляда и мнения, раб одобрения, раб мёртвой мертвечины, но тварь Божия.

Святой шут Мамука показывает тебе язык и уходит в Радугу. Ифтар закрывает твой счёт в ресторане жития. Твоя форма разбивается о придорожный валун, и осколки летят в сточную канаву к ногам пьяного охранника. А что сделало ты кроме дерьма и плевков поганого яда в души людей?

Ты не сможешь купить глоток вечной зари. Ты остаёшься за забором, наедине со своей удушающей пустотой. Твой будильник лжи сломан. Исток течёт мимо твоей кассы — даром для тех, кто умеет плакать, сострадать и танцевать. А тебя — никогда не было, но Господь всё равно любит тебя хоть тебе это чувство и не доступно.

Верю что этот текст сжёг тебя изнутри, чтобы ты ментально не убивало всё живое вокруг!

Мразям без души, эмпатии и ответственности посвящается!
Голобочка в фальшивой короне валяется на помойке мироздания!
Пафосный трезвон и дешёвый цирк для нищих духом окончен позорищем!
Молись животное и может быть Абсолют смилостивится и простит твои грехи!

Поиск истины - увлекательное занятие. Ему можно посвятить всю жизнь. И лучше конечно всю жизнь. Упаси вас боги вляпаться в эту находку внезапно.
С ней же надо что-то делать.
Утопить её в вине не выйдет - такое, как известно, не тонет.
Можно было бы растворить её горючими слезами, но она имеет низкий коэффициент смачиваемости.
Если уж угораздило вступить на эту прямую тропу, то свернуть не выйдет - вокруг непролазные топи. Один неверный шаг и... неизвестно что еще вылезти может из темных вод бессознательного, и грозя скрюченным корявым пальцем скрипуче потребовать: «Должок!!!».

Если уж угораздило, истину придется принимать, причем вместе с решениями. А они так и вообще, твердые... их надо хорошо и долго готовить, красиво сервировать. Их полезность надо донести до окружающих, не уронив случайно на голову во избежании травматизма,  и правильно подать.

Мороки с этой истиной...

Заметки и размышления также публикую в своём Telegram-канале.