Посмотрел фильм «Бессмертный 2» или, в оригинале, Sisu 2, и пересказываю, если вдруг вы и хотели бы посмотреть, да времени нет. Напомню, в первой части финский мужик по имени Аатами в 1944 году искал финское золото и защищал его ценой жизни всех, кто был против. Поскольку против были в основном бродячие нацисты, никого было не жалко.

И вот прошло время. 1946 год, Советский Союз захватил часть Финляндии преимущественно в области Карелии и жители были вынуждены уйти глубже в Финляндию, бросив свои дома.

У Аатами тоже был дом в Карелии, но он ушел оттуда не насовсем. И вот из глубин Финляндии Аатами приближается к границе на грузовике модели КрАЗ-255 и со своим верным псом породы финский пудель на пассажирском сиденье.

Аатами подъезжает к зловещим воротам со звездой и надписью «СССР», предъявляет финский паспорт и проходит границу. Русские пограничники сразу узнают Аатами, шушукаются, но пропускают.

Аатами приезжает к своему дому, некоторое время ходит по нему, прижимаясь щекой к косякам и щеколдам, и тоскует по убитой семье. А потом разбирает дом по бревнышку и складывает его в свой КрАЗ. Дом Аатами поедет с ним обратно в Финляндию, такая вот сделка с недвижимостью.

Тем временем из глубин русской тюрьмы выпускают специального заключенного, который в бороде и в рубище очень похож на Льва Толстого. Он сидел там в специальной камере без потолка и на него вообще всегда сверху лил дождь. Заключенного зовут Йегор Драгунов.

Как это обычно бывает, дождливой ночью из русской тюрьмы никто просто так, без боевого задания, не выходит. Вот и сейчас мрачный МГБшник кратко напоминает Йегору, что его, Йегора, отряд, выжигал целые финские деревни, убил сотни мирных жителей и даже двоих малолетних детей. Вот, кстати, поэтому мы тебя и позвали, Йегор. Их папа Аатами с тех пор вообще как увидит кого-то в форме Красной армии — то его прямо не удержать.

Теперь Йегору нужно найти легендарного Аатами и убить его. После чего Йегор станет богат и вернется домой. МГБшник обещал!

У Йегора загорается глаз.

К утру Аатами складывает в грузовик то, что можно сложить, сжигает то, что сложить нельзя, и выдвигается обратно к границе, везя на себе свой дом, словно огромная шестиколёсная улитка.

На полевой дороге ему преграждает путь один русский джип, а сзади подъезжает второй. В заднем джипе сидит Йегор. Он подстрижен, не считая усов, одет в круглые очочки и ватник. Военные из обоих джипов начинают медленно и подозрительно подходить к Аатами. Один из них достает финку и идёт к машине сзади. Второй отпивает водки из бутылки, потом вставляет в горлышко тряпку, поджигает её и идёт к машине спереди. Что же он собирается делать?

Аатами ждёт, пока человек с водкой подойдёт поближе и бьёт его дверью. Всё в водке и в огне.

Аатами даёт заднюю, но не в смысле храбрости, а в смысле передачи. Он давит подходящего сзади военного, но не совсем, а чисто немного его поддавливает.

После чего Аатами даёт переднюю и сильно жмёт на газ. КрАЗ прыгает вперёд, колёса прокручиваются, поддавленный военный вылетает из под колёс, летит по дуге назад, как барон Мюнхгаузен, и вонзается в лобовое стекло джипа Йегора.

Аатами таранит второй джип, преградивший ему дорогу — его он уже не поддавливает, а прям полноценно плющит. И начинает мчаться.

Слегка оторвавшись от преследователей, Аатами устраивает им мини-засаду, а которой выживает только Йегор. Йегор некоторое время ждёт подмоги и к нему подъезжают четыре бронированных мотоциклиста. Прямо в латах и железных шлемах на всю голову.

Происходит второй этап погони. Аатами стреляет по мотоциклисту из пистолета, но мотоциклист, повторимся, бронированный, и пули отскакивают у него от шлема.

Главный шик любой погони с грузовиком — забраться на крышу грузовика и атаковать героя сверху. Мотоциклист забирается, но Аатами сбрасывает его. Сброшенный мотоциклист с металлическим звоном катится по дороге, но не умирает, а останавливается и садится на асфальте, ощупывая себя.

В этот момент его сбивает джипом едущий следом за всеми Йегор. Мотоциклист без мотоцикла ему не нужен плюс он в тюрьме сидел и давно никого не убивал, а ему прямо надо. Ну и что, что мотоциклист был свой? Может, это он сейчас свой, а потом мало ли, что ему в голову придёт.

Йегор включает дворники, чтобы стереть с лобового стекла мотоциклиста, и погоня продолжается. Второй главный шик автомобильной погони с грузовиком — открыть пассажирскую дверь и через нее атаковать водителя ногами, чтобы он выпадал через водительскую дверь и висел там на волоске.

Атакованный Аатами послушно висит, а к нему слева приближается еще мотоциклист. Третий главный шик автомобильной погони с грузовиком и мотоциклом — вставить что-нибудь мотоциклу в спицы переднего колеса. Аатами вставляет туда гранату. Мотоцикл подлетает и взрывается.

Всё ещё свисающий из водительской двери Аатами дотягивается рукой до крюка лебёдки — КрАЗ оборудован лебёдкой спереди — обматывает конец вокруг головы проникшего в кабину мотоциклиста, выбрасывает мотоциклиста вон, а сам возвращается на водительское и включает лебедку. Мотоциклист медленно наворачивается на лебедку. Отчаянно хрипя, он затягивается сначала по переднему крылу, потом ползет по капоту, а потом на краю капота он застревает и дальше лежит там уже без головы.

Йегор понимает, что мотоциклисты тоже кончились и занимать менеджерскую позицию позади более нельзя, поэтому он поддаёт газу. Поравнявшись с грузовиком Аатами, Йегор поджигает очередную бутылку водки и мечет её в грузовик.

Сложенные на грузовике бревна загораются, а Аатами никак не может допустить, чтобы враги сожгли родную хату. Он высовывается из кабины, хватает лежащего на капоте безголового мотоциклиста, выдергивает чеку из гранаты у того на поясе и сбрасывает его на дорогу.

Мотоциклист падает, пружинит от дороги, подпрыгивает и прилепляется на лобовое стекло джипа Йегора, словно большой жук. Йегор видит через лобовое, что у гранаты нет чеки и надо спасаться.

Вопреки четвёртому главному шику автомобильных погонь с применением взрывчатых материалов, Йегор не выпрыгивает из автомобиля на ходу, а просто быстренько перебирается на заднее сиденье. Мотоциклист взрывается, выведя из строя всю переднюю часть джипа, а заднюю часть с Йегором оставив.

Тем временем Аатами сворачивает с дороги и мчится по кустам. Кусты хлещут грузовик по бокам и тушат горящие бревна.

Выбравшись из подорванного джипа, Йегор достаёт портативную рацию и командует в неё устроить ад. Команда «Ад» вызывает два истребителя Ил-2. Они пикируют на Аатами и стреляют по нему из пулемётов.

Аатами въезжает в амбар, стоящий у дороги, и затаивается. Затаивание это довольно условное, потому что больше вокруг никаких строений нет и оба истребителя видели, куда именно заехал Аатами.

Пока истребители уходят на круг и занимают позицию для бомбометания по амбару, Аатами некоторое время тактически выжидает, а потом даёт по газам и вырывается из амбара. Амбар взрывается. В отчаянном рывке Аатами преодолевает полосу открытого пространства и въезжает на лесную дорогу.

За ним на лесную дорогу влетает один из истребителей с креном в девяносто градусов и палит по Аатами из пулемёта.

Пятый главный шик автомобильной погони с грузовиком и летательными аппаратами: Аатами бьёт по тормозам, а истребитель так не умеет. Поэтому он врезается в грузовик нижним крылом и расплющивается всмятку.

Аатами едет дальше. Он выезжает из леса на открытое пространство. Справа бескрайнее солнечное поле, слева высоченный обрыв над морем — вот такая Карелия, другой нет. Второй самолет заходит спереди и собирается запулемётить Аатами, но тут у него заканчиваются патроны. Пилот направляет самолет прямо на грузовик, а сам катапультируется. То, что реактивного катапультируемого кресла в самолетах Ил-2 нет, пилота не смущает. У него есть.

Аатами видит, что прямо на него летит неуправляемый самолет, но к этому моменту Аатами ушел вошел в режим Сису, а Сису не пристало уворачиваться от всякой мелочи.

Аатами снова бьёт по тормозам — в целом, ему даже оружие не нужно, он одними тормозами сегодня уже уложил человек пять. От резкого торможения несколько бревен из кузова съезжают вперед через кабину и утыкаются концами в дорогу, образуя направляющие.

Самолет — хоп! — бьётся в бревна, — у-ух! — подпрыгивает, перелетает грузовик и — ха-быдыщ! — разбивается где-то позади.

Не давая Аатами передышки, из облаков, гудя, вылетает бомбардировщик. Аатами быстренько закидывает сползшие бревна обратно в кузов, садится и удирает от бомбардировщика, но тот начинает его коврово бомбометать. Аатами сворачивает с дороги в обрыв, грузовик падает в море и начинает погружаться. Он всё погружается и погружается, и нет этому конца. Из последних сил Аатами развязывает канаты, удерживающие бревна, грузовик тонет, а бревна, Аатами и его финский пудель — всплывают.

В следующей сцене на взморье выходит Йегор. Он смотрит, как внизу красноармеец-водолаз сидит в лодке и показывает ему жестами, что грузовик он нашел, а Аатами, пуделя и брёвна — нет.

Йегор неприятно щурится подбородком.

Некоторое время спустя в вечерних сумерках к заболоченным берегам Карелии пристаёт Аатами. Всем бедам назло он сделал из дома плот. И он вовсе не так уж плох.

Аатами причаливает и видит, что прямо на берегу стоит танк. В смысле, «откуда это все»? Эхо войны.

Нам показывают ворота с надписью «СССР». Проезд перекрыт бетонными блоками, мешками с песком, противотанковыми ежами, противотанковыми пограничниками с винтовками и пулеметами и расслабленно дремлющим Йегором в ватнике.

Они все ждут. На дороге появляется танк с Аатами внутри и связками бревен. Танк выезжает на прямую дорогу к воротам и останавливается на проверку всех систем, как самолёт перед началом разгона.

«Чёрт тебя подери, как ты долго», — говорит Йегор. Но Аатами его не слышит, он в танке.

Прямо внутри танка Аатами поджигает какой-то бикфордов шнур, после чего трогается и едет в сторону ворот. Но танк старый и едет слишком медленно, поэтому Аатами разрезает ножом топливопровод внутри танка. Набирает в рот топлива из канистры. И под давлением в один Сису вдувает танку топливо!

Из выхлопных труб вырываются струи огня, танк взбрыкивает и несётся. Пограничники стреляют по танку из пулеметов и винтовок.

Тут нам показывают, куда всё-таки вёл бикфордов шнур. Вся задне-нижняя часть танка увешана взрывчаткой и противотанковыми минами.

Аатами всё рассчитал. Он подъехал вплотную к воротам и тут шнур догорел. Бам.

И так уже ускоренный вдуванием топлива, танк от взрыва подлетает в воздух, делает сальто вперёд, пролетая точнёхонько над верхней планкой ворот, не задев её — высота взята, все судьи десять баллов — и плашмя приземляется на гусеницы на финской стороне.

Аатами контужен. Финский пудель, кажется, тоже контужен. В пылу контузии Аатами берёт нож и зубами откусывает ножу деревянную рукоятку. Зачем? Мы не знаем.

Потом он кое-как выползает из танка и падает навзничь. Йегор, который только что удивленно наблюдал, как над ним пролетает танк, собирается пристрелить Аатами, но тут с советской стороны подъезжает командование и говорит, что Аатами им нужен живым. Раньше говорили, что мёртвым, но начальство на то и начальство, чтобы корректировать стратегию.

В следующей сцене Аатами подвешен в товарном вагоне. Он весь в крови, а дюжий красноармеец бьет его электрическим проводом под напряжением поперёк спины. Аатами похож на гриль.

Входит Йегор.

Йегор медленно, с расстановкой опытного душегуба рассказывает, скольких он зарезал, скольких перерезал, но не помнит из них никого, кроме Аатамиевой семьи. После чего говорит, что убивать Аатами они не будут, а отвезут его... правильно, в Сибирь.

Йегор уходит из вагона под стук колёс. Видимо, поезд уже едет в Сибирь.

Оставшийся в одиночестве Аатами яростно кричит и окончательно превращается в Сису. Он подтягивается, закидывает ноги вверх, упирается ими в потолок вагона и начинает толкать, пытаясь вырвать крюк из потолка. От натуги Аатами кровоточит буквально весь.

Крюк вырывается, Аатами глухо бумкает об пол вагона. Охраняющие снаружи вход два красноармейца тревожно прислушиваются. Они заглядывают в вагон через смотровое отверстие и видят, что Аатами без чувств лежит на полу. «Это не хорошо», — констатируют часовые и разыгрывают на камень-ножницы-бумага, кому из них идти проверять.

Мы тем временем понимаем, зачем Аатами в танке раскусывал рукоятку ножа. Чтобы вынуть клинок и спрятать его у себя в ноге. Что? Да. Он аккуратно, насколько это можно сделать с широким двадцатисантиметровым клинком, всунул его себе под кожу бедра и вот сейчас он как раз пальчиками достает.

Одного часового убивает Аатами, разрезав его пополам. Второй часовой убивается сам, когда Аатами показывает ему верхнюю половину товарища.

Теперь Аатами нужно из своего последнего вагона поезда попасть в первый — если, конечно, нумерация у идущих в Сибирь поездов начинается с головы состава.

Тем временем в первом вагоне происходит праздничный ужин старшего комсостава. Все смеются, тряся огромными погонами, пьют из бокалов и поднимают чарочки за Йегора. Йегор мрачно сидит вместе со всеми и ждёт, когда его уже сделают богатым и отпустят домой. Обещали же!

Пока все пьют за Йегора, Аатами сначала пытается пройти вагоны со спящими красноармейцами скрытно, по стелсу. Он даже в лучших традициях сцен с поездами решает прокрасться по крышам вагонов, но тут у него случается казус с трубой.

Пока он шел по крыше, поезд проезжал водонапорную колонку — там сверху есть труба, через которую паровозы заправляют водой. Вот вместе с обломком этой трубы Аатами и пролетел два вагона назад и с грохотом провалился сквозь крышу. Тут-то его все заметили, поэтому дальше он уже продвигается, густо шпигуя личный состав свинцом из ППШ с двух рук.

Чуткий к опасности Йегор первым и единственным улавливает сквозь шум поезда далекие автоматные очереди, поэтому просто выходит из первого вагона и отцепляет остальной состав.

Всё, Йегор потерян. Поезд, как говорится, ушёл.

Но нет.

Второй по счету вагон — это платформа, на которой лежит что-то цилиндрическое, игриво прикрытое брезентом. Что же это?

Аатами срывает брезент. Это ракета.

Пока Аатами тайно советуется с Тарантино, что бы ему сделать с этой ракетой, нам опять показывают Йегора.

Он возвращается в вагон и как изначально заявленный безжалостный убийца убивает там всё командование. И забирает свой чемоданчик с деньгами. И прислушивается к приближающемуся шуму.

Это шумит Аатами. Он отцепил платформу с ракетой и запустил у ракеты двигатель. Поэтому теперь платформа несется с ужасной реактивной скоростью, а Аатами стоит рядом и тоже летит навстречу ветрам.

Платформа стремительно догоняет поезд и врезается в него. Аатами по инерции летит вперед, пробивая собой несколько дверей, долетает до Йегора, вскакивает на ноги и прямо сразу начинает с ним драться.

Но Йегор перед этим не висел под потолком вагона, его не били кнутом, он не получал железной трубой и в целом был более благополучен, поэтому сейчас Йегор побеждает. Он бьёт Аатами сначала руками, потом столовыми приборам, а потом и лопатой.

От удара лопатом Аатами отлетает обратно на платформу с ракетой. Йегор уже готов нанести финальный удар, но тут Аатами откручивает у ракеты критическую гайку.

Ракета срывается со стапелей и начинает гнаться за Йегором по вагону в сторону головы состава. Йегор робеет перед ракетой и пятится крабиком, пока ракета наползает на него своим советским туловом.

Наползает, наползает... но буквально чуть-чуть не доползает до Йегоровой головы и останавливается. Йегор хмыкает над тем, как же здорово ему повезло, но тут ракета находит в себе силы и остатки топлива, ещё чуть-чуть проползает вперед, втыкается в твёрдую Йегорову голову и, наконец, взрывается.

Аатами издалека наблюдает исполинский взрыв. Он не стал дожидаться, пока там ракета доползёт до Йегора, а всё это время тормозил платформу и оказался вне зоны поражения.

В следующей сцене к железнодорожной границе с Финляндией из утреннего тумана медленно выплывает платформа, движимая встроенной дрезиной, движимой, в свою очередь, Аатами. На платформе сложены брёвна. Окровавленной рукой Аатами протягивает финскому пограничнику обгорелый паспорт.

В конце фильма Аатами уже наполовину восстановил свой дом на пригорке, но тут к нему подходит группа людей. Аатами привычно вскидывает топор, примеряясь, кого бы из них первого зарубить, но старший из подошедший спрашивает, не нужна ли Аатами помощь с домом.

Непривычный к помощи, Аатами совершенно обезоружен таким предложением. Он опускает топор.