Ришелье. Интриги и котики
19 постов
19 постов
41 пост
36 постов
23 поста
5 постов
7 постов
Кто бы знал, что там, за незримой гранью,
За полночным боем часов.
Может, вьюга льдинками нас изранит
Или снегом метнёт в лицо.
Никаких подарков уже не надо –
Тут бы просто дышать да жить.
Дед Мороз. Под ёлочку нам пощады
С милосердием положи.
Увяжи спокойствия хоть бы малость,
Год был малость катастрофичным во всех отношениях. Так что же и удивляться, что самое яркое воспоминание для меня лично – стихийное бедствие.
В ночь на 10 июля родной Могилёв накрыло грозой с ураганом, которого не видели даже старожилы.
Это было в 2 часа ночи. А мне как раз в 4 утра нужно было встретить маму с прибывающего поезда. Так что я решила принять ва-а-а-анну после жары.
…до чашечки кофе дело уже не дошло, потому что внезапно электричество начало над головой инфернально мигать. Очень, очень похоже на фильмы ужасов. Потом захлопали створки окон и балконной двери.
Когда я выскочила, в квартире творился форменный полтергейст: вздымалась тюль на окнах и немножечко летали бумаги, и электричество всё ещё мигало. Отчего мне пришлось экстренно совершать прыжок лосося к компьютеру, который, бедолага, бесконечно включался и выключался.
Ещё я успела задраить окна. И тут началось…
Мимо окон рванула серая мгла, в которой неслись ветки, листья и что-то ещё, чего нельзя было разглядеть. Молнии лупили ежесекундно, но из-за ветра ощущались они как постоянные вспышки. В общем, «Бесперерывно гром гремел, И ветры в дебрях бушевали…»
А кошка спала. Прямо на балконе. Ей, в общем, норм было спать, пока вокруг немножко апокалипсис.
Снимать в таких условиях было бы немножечко недальновидно, так что я во всех смыслах старалась не отсвечивать.
Бесчинство природы длилось минут 20. И ещё потом около часика под окнами гуляли встревоженные мужики с матами и фонарями – проверяли, на чью машину и что упало.
А меня нагнала необходимость таки идти и встречать маму и её чемодан. Доброе такси запросило всего-то 40 р. (1000 российских) за километр с лишним пути до вокзала. Я подумала, что я не настолько щедрая душа, дождалась сигнала «Проехали Шклов» - и вышла в сумрак и хаос. В 4 утра, ага.
Но зато я видела это одной из первых. Поваленные веером деревья. Переломанные, как тростинки, толстые стволы. Разорванная троллейбусная линия, провода, лежащие на земле. Искорёженный металл.
По дороге ничто не смогло бы проехать. В предрассветном сумраке я переступала через стволы. А один раз вообще свернула на траву – и чуть не порезала ногу скрученной железкой. В железке опозналось бывшее расписание с остановки.
Недалеко перед выходом на центральную улицу возле дома флегматично курил мужичок. Увидев меня, поинтересовался: «Там не проехать, да?» - и продолжил курить.
А питерский поезд, честь ему и хвала, не опоздал совсем.
Возвращались мы уже другим путём, насмотревшись на переломанные деревья и поваленные заборы вдоволь. И уже где-то около 6 утра я всё-таки решила хоть немного запечатлеть этот беспредел, сгребла мобильник и рванула обратно в поля.
Люди шли на работу, переступая через стволы и ветки. Временами сворачивая во дворы, потому что – не пройти же. МЧСники громко жужжали бензопилами и растаскивали удачные кадры прямо на глазах. За оградой поликлиники то ли уборщица, то ли санитарка пыталась подметать листья возле сломанной ивы.
В нашем дворе переломило вишню, уже с поспевшими ягодами. Вишню задумчиво обирала женщина с пакетиком.
Дворовые коты залезли на стволы поваленных деревьев с видом «Это я тут хозяин».
Дела, в общем, налаживались.
Но ещё долго основным звуком в городе, кажется, был звук бензопил. Повсюду лежали стволы деревьев, а частный сектор запасался дровами до конца года. Потом мы узнали, что ураган стоил жизни одному человеку. Несколько оказались в больнице.
Всякого странного тоже хватало. У человека унесло будку с собакой (собака выжила). А с одного из балконов улетела вывешенная на просушку шуба. Но её нашли и вернули за вознаграждение.
Катастрофы всегда запоминаются, верно?
Пусть в новом году их будет поменьше. И катастроф, и стихийных бедствий, и всяких прочих бед и невзгод.
Всем желаю, чтобы самыми яркими воспоминаниями следующего года – были самые добрые.
Тут не так давно Франция выкатила новое прочтение Дюма – с Атосом, которому под 60 и с виду он старый Боярский. И с миледи, которая Ева Грин и курит. И я после него решила пересмотреть другие всякие-разные интересные фильмы про мушкетёров. Да, даже английский, в котором Д`Артаньян смуглее обычного, а сорокалетнему Ришелье лет этак 78-90 с виду.
Дошли наконец руки и до французской экранизации 1961 г. с Жераром Барре и Милен Демонжо. Той самой, которую французы считают лучшей, и не только французы.
И таки там есть, на что посмотреть. Особенно именно что посмотреть, потому что фильм ну очень красивый. Тут и костюмы, и дворцы, и каменные монастыри, и замки, брусчатка, таверны – ах! И актёры прекрасны и колоритны – правда, немного промахнулись по возрасту и выдали всем, от королевы до Д`Артаньяна стойкое “под 40” (житие у них тяжкое было, ну). Но тут хоть не акцентируются на “много, сударь, много, 18”. В общем, давайте не всё везде и сразу, давайте подробно.
Традиционные предупреждения. В тексте есть СПОЙЛЕРЫ к роману Дюма и к сюжетным поворотам из французской экранизации. И ТС - душнила.
Актёры и персонажи
Если отбросить юнца-Д`Артаньяна, который уже явно повидал пару десятков войн, то в глаза бросается ещё возраст Людовика и Ришелье. Людовик, которому на время описываемых событий, где-то 27, в фильме нежного предпенсионного возраста. Сорокалетний Ришелье явно пенсию уже получает (возможно, даже в современной России). При этом играют все хорошо, но ты невольно придираешься к Ришелье, потому что… в общем, это глубоко личное.
Во-первых, у кардинала нет кошек и отца Жозефа. Что, как бы, не проблема, потому что у книжного Ришелье тоже ни кошек, ни отца Жозефа, ни Комбалетты, сплошные рошфоры с миледями, поэтому он злой такой! Но, во-вторых, тут кардинал – это чистый разум, это хмурый государственный муж с думой на челе. Он постоянно зависает над картами и думает о благе Франции. Он высокомерен. Он воплощение своего портрета кисти де Шампеня.
Между тем как в реальности кардинал был чувствительной натурой, могущей и порыдать, и поостроумничать, и в доверие втереться. Да и в книге он хитрый и живой. А тут он даже в Анну Австрийскую не влюблён, да и подвески ему не очень-то нужны, и непонятно – зачем он хочет отправить королеву в ссылку. Чтобы что – единолично рулить королём? А им рулит королева? В общем, вместе с эмоциями у кардинала убрали мотивацию. И в-третьих, Ришелье таки был красивым мужуком. В молодости прям взгляды привлекал. А тут такое… в общем, непонятно, чьи он там взгляды привлекал, с таким-то выражением лица, но на такого сурового кардинала и поглядеть-то боязно!
А ещё в повествовании есть слуги, и их ввели очень даже органично. Особенно блистает Планше, который прямо-таки везде-везде. И в этом местами проблема.
Сюжет, сценарий и адаптация книги
Первый час первого фильма (а в экранизации ещё и две части, "Подвески королевы" и "Месть миледи") – это чистое удивление работой сценаристов. Потому что вот так, почти без фраз из романа дать экспозицию, представить персонажей, показать каноничные и нет сцены… Над сценарием очень хорошо поработали… но только вначале. Потому что в первую очередь авторы хотели сделать авантюрный приключенческий фильм, но никак не адаптацию Дюма.
И поэтому они много внимания уделяют знакомству героев, дракам, истории приезда Бэкингема в Париж … а вот истории с подвесками королевы не уделяют внимания совсем. Это не центральная интрига части, а очередное небольшое приключение. Есть драка, где весело кидаются скамейками и летают табуретки. Потом Д`Артаньян доезжает до Лондона, миледи не успевает украсть подвески, а никого из мушкетеров не ранили и не особо задержали – так они вчетвером в Париж и приезжают. Нет, препятствия обставлены интересно – тут и комическая сцена избиения гвардейцев мешками, и тот же досмотр на воротах, но… а напряжение? А жертвы? А беспокойство за друзей?
Во втором фильме авторам явно захотелось сэкономить на Ла-Рошели, потому Ла-Рошели в фильме нет. И подвига с обедом в захваченном бастионе нет (у авторов талант выкидывать из сюжета центральные моменты). Зато есть куча всего другого: тут у нас Д`Артаньяна то арестуют, то миледи его похитит, то Констанцию угрожают пытать – и всё это ради того, чтобы узнать, а что ж там такого Бэкингем написал королеве. А написал он, что плывёт в Ла-Рошель. А кардинал такой: «Хм-м-м, а куда, куда плывёт этот большой английский флот, у меня шпионов-то нет больше, надо колоть Д`Артаньяна и Бонасье!»
Причём все, решительно все приключения проходят по одной схеме: мушкетеры куда-то скачут с воплями: «Один за всех и все за одного!» (эта фраза у них немножко пароль и отзыв, как про «продавать славянский шкаф»). Хитрый Планше с хитростью на роже следит/отвлекает внимание/дурачит гвардейцев. Случается драка. Если поблизости есть мебель – в драке настолько активно используют мебель, что Джеки Чан от зависти бы скамейкой зашибся. Враг посрамлён – мушкетёры вылезли из воды сухонькими.
При таком раскладе выглядит всё это довольно… однообразно, что ли. И на втором фильме приедается. При этом основные драматические или сюжетные сцены, опять же, талантливо прозёваны. Как вам Атос, который по локоть запускает руку в корсаж вопящей миледи? Это он так записку кардинала отбирает, вы не думайте. Как вам тот же Атос, который эту же миледи шпагой и закалывает в финале? Ну-у-у, просто он её в первый раз не повесил, а прогнал, а теперь вот добил. В книге один раз убил - в фильме один раз убил, нечего придираться! Рошфора, кстати, тоже шпагой запыряли. А Констанцию кинжалом. У сценаристов прямо-таки фетиш на смерти от колотых ран. При этом неистово доставляет сцена, когда раненная в живот Констанция шепчет Д`Артаньяну: «Бегите, догоните миледи!» - и все бегут ловить миледи, а Бонасье мееееедленно сползает по стеночке и валится на землю. А Атос оборачивается такой: о! Сползла! И ДАЛЬШЕ БЕЖИТ ЛОВИТЬ МИЛЕДИ. Потому что ну не может же Констанция быть просто раненой, раз уж она там живот зажимает – стало быть, померла. А Д`Артаньяну потом при случае скажем. Может быть.
Вообще, видно, что создатели фильма очень, очень торопились и пытались ужаться. А это было непросто. Потому они наращивали темп повествования. Потому страдают самые важные, самые драматичные моменты. И получается комедия, местами с фарсом. И всё бы оно хорошо, но только нужно вспомнить, что французы-то очень ревниво отнеслись к советскому мюзиклу. Где – внезапно – адаптация сюжета куда более бережная и все основные моменты соблюдены! Ха! «И эти люди учат нас ковыряться в носу…»
Но чего не отнять у фильма – это красоты и духа эпохи.
Внешний вид и дух эпохи
О-о-о, тут пир для глаз и для слуха. Исключительно красивые костюмы, средневековые замки, и манеры, реверансы, всякие там мелочи, массовка… Это действительно хороший, колоритный костюмный фильм. Наверняка, конечно, можно найти кучу не соответствующих эпохе мелочей (чёлочки у дам, например, самую малость не 17 века), но обычному зрителю можно смотреть и наслаждаться.
И этим, и диалогами – пусть не совсем по Дюма, но тоже прекрасными.
- А мушкетеров в схватке сколько было?
- Три.
- А стало?
- Четыре.
- Ничего-то я не понимаю в этой вашей арифметике…
Кардинал иногда придает историчности и бросается великими планами или намекает на то, что будет дальше: «А нам рано воевать с Испанией… пока». То и дело всплывает Ла-Рошель или гугеноты. Да и Людовик, кстати, относится к кардиналу куда каноничнее, чем в книге: он прямо говорит, что доверяет ему и что тот ему необходим.
Удивил разве что Тревиль, который искренне помогает мушкетерам протащить Бэкингема во дворец. И который потом такой: «У меня дурные новости, в Лондоне убили Бэкингема». И самое главное – Бэкингема убивают ДО осады Ла-Рошели. То есть он и на остров Рэ не успел набежать, и Фелтона обидеть своим отказом в повышении не успел – и как тогда складывалась осада Ла-Рошели, вообще неясно. А это ведь французская история. Это как… ну я не знаю, в каком-нибудь русском фильме Кутузова замочили бы до 1812 года.
«Трёх мушкетёров» 1961 г. многие называют лучшей экранизацией романа Дюма. Согласиться с этим я, пожалуй, не могу. Прежде всего потому, что это не совсем экранизация. Авторы оставили лишь авантюрную и комическую часть романа, придумали множество своих приключений, убрали значимые части сюжета, а линии многих героев просто исказили. Это скорее фильм «по мотивам» - однако фильм красочный, яркий и очень интересный (и мне кажется, отчасти некоторыми моментами фильма вдохновлялись советские киноделы). Стоит ли его смотреть? Стоит. Я тут, конечно, ужасно наспойлерила, но ещё много всего хорошего осталось.
Эх-х, на какую бы экранизацию ещё замахнуться? Может, на Франция-Италия 1953 г., где происходит славная сходка пенсионеров? Или на сериал Жигунова, где Д`Артаньян – ушибленная кирпичом по каске девочка из анекдота, король – гопник, а Ришелье – Лановой? Или посмотреть на американцев, у которых Арамис – Дракула, Бэкингем - Леголас, миледи – Мила Йовович, а ещё там есть летающие корабли, и они бороздят просторы Вселенной!
В общем, я продолжаю вести наблюдение.
Мы уже поговорили о том, какой могла быть третья часть романа – «Семь подземных королей» (Какой была книга "Семь подземных королей"?). На этот раз нашим блюдом будет «Тайна заброшенного замка» - последняя книга шестикнижия. Вернее, первая редакция книги. И здесь всё куда сложнее.
Традиционные предупреждения. Много текста. Есть спойлеры. ТС - душнила и знает об этом.
Начал работу над этой частью Волков в 1969 г. А шестидесятые - это полет Гагарина, все бредят звёздами, юные читатели просят написать что-нибудь этакое… Для Волкова тема была довольно-таки чуждой, но он таки собрался и наваял первую версию за 22 дня. При этом сам уже был глубоко больным и очень пожилым человеком (который начал писать книгу в 80 лет!). Поэтому написать-то он написал, а потом начал не спеша доводить до ума.
Первые редакции публиковались в казахстанской газете «Дружные ребята» в 1971 и 1976 годах. Разные версии, в сокращении – но для Волкова такое было нормально.
В самой первой пришельцы были клювоносыми и круглоглазыми. Во второй версии клювы пропали, уже появились арзаки и менвиты. Вот разве что арзаки были фиолетовыми. А у менвитов не было гипнотического взгляда.
А вот с полной версией не заладилось: писатель умер в 1977 г. И расширяли и дополняли книгу в редакции. И варианты 1971 г. (тут вообще только отрывки глав), 1976 г. и 1982 г. отличаются достаточно серьёзно. При этом сам Волков тоже текст правил до самой смерти, потому не очень понятно – где и чьи правки и кто и что переписывал.
Потому давайте не будем гадать, где и чьё, а просто посмотрим на сходства и различия.
Что у ранних и поздней версий общего?
В целом, линия арзаков, менвитов, Тима, Энни и Фреда – осталась. Как и похищение Ментахо и Элли, безобразия Тима под невидимостью в лагере пришельцев. Но изменений много.
Начнём с того, что было в версии 1971 г.
Посольство к Стелле и к Летучим обезьянам. Пришельцы хотят уничтожить город при помощи вертолётов (а это отчасти – из первой редакции «Семи подземных королей», там-то была драконская авиация). И герои отправляются на драконе к Стелле, чтобы с её помощью призвать Летучих обезьян.
"Тим рассказал, что защитники Изумрудного города рассчитывают на помощь Летучих Обезьян. Только они с их храбростью и ловкостью способны выдержать воздушный бой с эскадрильей Пришельцев.
Стелла после недолгого раздумья сказала:
- Да, это самое лучшее, что можно придумать. Узнаю находчивость Страшилы Мудрого. Я помогу вам заручиться содействием Обезьян. Их предводитель Уорра дал мне слово, что если мне когда-нибудь о ч е н ь понадобится их помощь, они мне ее окажут. В знак этого я должна послать им невянущую розу из моих волос. Обезьяны узнают ее по неповторимому запаху."
Есть целая глава с визитом к предводителю обезьян Уорре и разговором с ним. И с обратным путешествием, в описании которого есть действительно забавные цитаты:
«Крылатая рать вылетела из Треугольной Долины на рассвете. Дракон Ойххо, сопровождаемый тучей мохнатых зверей, походил на броненосный крейсер, окруженный шлюпками.»
Операция «Страх» в результате была совсем другой. Очень сильно напоминающей военные операции из пресловутой первой редакции третьей книги. Более стратегичной и жёсткой. Тут и Дин Гиор, и расстановка обезьян эшелонами, и общий патриотический дух:
«Предложение Дина Гиора о выводе в лес всего небоеспособного населения было отвергнуто женщинами с презрением. Они тоже перебрались на стены и дежурили у больших медных котлов с водой, готовые каждую минуту развести под ними огонь и встретить неприятеля потоками кипятка. В лес были отправлены только дети под надзором древних стариков и старух, да и те чуть не взбунтовались, заявив, что у них достаточно сил для защиты родного города».
Да, там и тактика, и начитанность, и продумывание Фредом стратегии – куда бить:
«Молодой инженер не служил в армии, но был начитанным человеком. Летательные машины тяжелее воздуха существовали на Земле только в фантастических романах, например, в жюльверновском «Робуре-завоевателе», но этого было достаточно, чтобы Фред имел о них понятие. Он знал, что если на летательной машине установить легкое орудие, то оно будет стрелять только горизонтально или немного выше и ниже. Направить его ствол прямо вверх невозможно, выстрелом также нельзя поразить цель, находящуюся под брюхом вертолета».
И, конечно, тут у нас кровавейшее месиво с летучими обезьянами и вертолётами (ну, мы помним, да? Волков такое любит). С перерубанием обезьян надвое и прочей красотой. Есть мнение, что в редакции курящими после этой сцены стали все, кто не закурил после чтения первой редакции «Семи подземных королей»…
«В этой битве не просили и не давали пощады. Сильные мохнатые лапы хватались за выдающиеся части машин, отламывали колеса от шасси, массивные тела бросались на лопасти несущих винтов и, разорванные в клочья, летели вниз вместе с обломками. Скорострельные пушки работали впустую: нападающие держались выше или ниже линии обстрела. Зато лучевые пистолеты то и дело находили себе жертвы. В воздухе пахло паленой шерстью и горелым мясом, полусожженные трупы падали на лес, на дорогу, вымощенную желтым кирпичом».
В версии 1976 г., кстати, это всё выглядит поскромнее. А в окончательной версии и вовсе вся линия обезьян вырезана, а они заменены на орлов.
Теперь посмотрим, что было в редакции 1976 г. И что изменилось.
Подвиг Гориэка присутствовал. Но из строя радары вывели дуболомы. Притом, радары остались подключёнными. Но Лану Пироту пришлось побыть электротехником (глава так и называется «Лан Пирот - электротехник»):
«Лан Пирот не смог бы разобраться в сложном приборе, но предусмотрительный Ильсор раздобыл чертеж радара и снял с него копию. На этой копии Ильсор красным карандашом отметил переключатель, который достаточно было повернуть, чтобы разъединить пушку с радаром. Дуболом щелкнул переключателем, и дело было сделано! Пусть теперь возле радара появится человек: сигналы об этом не дойдут до пушки, пушка не выстрелит.»
Дальше идёт посольство к Стелле, операция «Страх» с обезьянами, похищение Энни, дни Безумия Вещей и сюжет с усыпительной водой. Пробежка с «Мыши заснули» тоже была.
И усыпление менвитов. Только вот послание Ильсора на Рамерию серьёзно отличалось. Поскольку «Диавона» была кораблём разведки – за ней должна была следовать армада военных кораблей. Потому Ильсор отписал от имени Кау-Рука тайным шифром, что ой, тут земляне проникли в тайны природы, наших всех поубивали, мы с ними бороться никак не можем. Заканчивалось прочувственно:
«И теперь я решаюсь обратиться с предсмертной мольбой, высказанной только для блага нашей священной родины. Отзовите космическую эскадру, посланную на завоевание Беллиоры! Ее ждет здесь неминуемая гибель!
Удар, который предполагалось нанести по Беллиоре внезапно, не будет неожиданным: земляне готовы его отразить. Сквозь амбразуру нашего укрепления я вижу стволы дальнобойных пушек, грозно нацеленных на наш лагерь. Над базой проносятся сверхскоростные бронированные самолеты...
Я мог бы еще много сказать о необходимости отзыва эскадры, но вынужден закончить: земляне готовятся к штурму.
Генерал Кау-Рук, командир базы разведчиков на Беллиоре.
14-го оргора 9891 года рамерийской эры».
Притом, понадобилось ещё одно добивающее послание, прежде чем на Рамерии поверили и эскадру таки отозвали.
Ах да. И ордена «За инициативу» арзакам таки вручили.
А чего в книге не было?
- Всей линии Урфина Джюса. Да-да, все Дни Угощения, все сюжетные ходы с изумрудами, камнем Гингемы, придуманным кладом – это поздние добавления (неясно, Волкова или редактора всё-таки). Потому что…
- Не было гипноза менвитов, менвиты просто поработили арзаков. Поэтому и изумруды в качестве освобождения не были нужны.
- Кау-Рук отсутствовал как персонаж и личность. Присутствовало только его имя. Он был рядовым менвитом.
- Ильсор не был инженером и не проектировал корабль. Хорошенького понемножку.
- Ильсор не был целым вождём сопротивления. Он возглавлял только одну ячейку – именно на «Диавоне».
Вот такие вот первые версии книги. Много чего изменилось в окончательной версии? Не так уж много, если честно. Общая канва осталась прежней и явно авторской. Да, где-то ранние версии были логичнее, техничнее и жёстче. А в последней зато шире линии персонажей, есть Кау-Рук и Урфин. В общем, примерно то на то и выходит, не то чтобы совсем другая книга – как это было в случае с «Семи подземными королями». Но ознакомиться можно.
Разная фэнтезятина и смешные пересказы, большей частью нахаляву - тут: https://author.today/u/steeless/series
Я тут рассказывала про первую редакцию книги Волкова «Семь подземных королей». По уму, надо бы следом рассказать про «Заброшенный замок», но я не сделала домашнее задание. Потому, господа, сейчас будет трэш и угар.
Добро пожаловать в мир стрёмных кроссоверов и странных фанфиков! Ибо в своих попытках найти материалы про Волкова и Урфина Джюса я нашла книжку Леонида Владимирского «Буратино в Изумрудном городе». Как вы понимаете, я тут же и погрузилась. Зря, очень зря я сделала это без акваланга. Сейчас как начну обтекать – успевайте уворачиваться.
Предупреждения. Будет много текста. Будут спойлеры и странные цитаты. Отсутствует любовь к произведению. Возможен шок тонкой литературной натуры. ТС – душнила и в курсе об этом.
Леонид Владимирский – это такой талантливый художник, он иллюстрировал «Золотой ключик», шесть книг Волкова про Изумрудный город и ещё кучу всего. Рисунки Владимирского – канон во веки веков, давший книгам Волкова новую популярность. Писатель с художником крепко дружил и сильно советовался. Например, в книге про семь подземных королей количество королей именно такое, потому что Владимирский посоветовал. Его не радовала перспектива 12 штук рисовать, да и текст сильно перегружался.
И вот в середине 90-х Владимирский таки решил «подружить» своих любимых персонажей и пнуть Буратино с папой Карло в Волшебную страну. Плевать, что возрастные категории у текстов разные, сеттинги разные, подход к логике разный и стиль до кучи не одинаковый. Художник смело повязал бульдога с носорогом, и вышло… да-а-а…
- Лиса-Алиса теперь кассирша у Карабаса.
- Ещё она клофелинщица и подкидывает в театр Карло пирожные, накачанные сонными порошками.
- Буратино жрёт все пирожные и впадает в сахарно-клофелиновую кому.
- Гудвин опять летает на своём шаре. Ну, просто потому что хочет (канон Волкова, пшшшёл вон!). В общем, все выдвигаются спасать Буратино на том самом шаре.
- Тем временем Урфин Джюс в Волшебной стране просто так идёт в лес за грыбочками. А в землянке людоед, заходи-ка на обед! Аппетит, говорит, прекрасный… тьфу ты. В общем, людоед из первой части, а не какой-то новый людоед. Это тот, которого Дровосек разрубил вдоль! (канон Волкова, пшшшшёл опять!). Правда, травма топором оставила Людоеду шрам на лбу. Теперь он Избранный и немножко, наверное, волшебник.
- Поэтому Урфин трусит перед Людоедом, предлагает ему захватить власть в Изумрудном городе (этот чел великанше Арахне только что фиги не показывал. И да, канон Волкова, вся арка искупления Джюса, вы там где? Пошли отсюда вон!!)
- Власть захвачена, людоеда теперь зовут Людик (спасибо, не Гарри), он сидит на сундуке, куда положили Страшилу. Доминируй, властвуй, унижай.
- Кукол и Карло, прилетевших на шаре, берут в плен. Людоед хочет жениться на Мальвине (па-ма-ги-те…)
- Урфин решает женить людоеда на Арахне, которая не мертва с пятой книги (что-то много у нас тут не-мёртвых. Прямо-таки вечеринка мертвяков). Арахна живёт в пропасти и жрёт там змей. Очень хочет замуж (алло, она ж там 15 метров ростом, да как она пропиталась змеями, да и муж не маловат ли? А впрочем, канон ты чего тут? Пшшшшёл отсюда!).
- Людик от такой жены прыгает в окно. Не признал, знать, судьбу свою.
Ещё там есть гигантский клоун Эот Линг. И порошок живительный у Урфина не так уж кончился (у автора точно не кончался). И эпическая битва из аж целых двух дуболомов. И гигантский орёл, который куда-то там уносит жрать Джюса (канон, молчать!). И счастливый конец, и Мальвина, которая чуть не стала феей… И чудовищные стихи.
Чего там точно нет – это минимального уважения к обоим первоисточникам. Ладно, «Буратино» - сказка и её автор не настолько плотно связаны с Владимирским. Но ведь он читал тексты Волкова, рисовал к ним карты, давал советы. Чтобы с таким упоением разрушать это? Чтобы о чём-то даже не вспомнить (рыцарь Тилли-Вилли не появляется, дуболомов в тексте буквально 3, ну и так далее). Оживить тех, кто умер давным-давно – и даже не объяснить, как они ожили-то. Уничтожить арки, которые пройдены героями.
За Урфина обидно отдельно: Волков провёл персонажа через осознание, искушение и искупление. А тут выходит, что потрясающий совершенно момент перерождения («Кровь, снова кровь, людские страдания, слёзы…») Волков как бы зря писал. И да, Джюс всё равно лучший персонаж даже в этом бездарном фанфике. Он пытается выкрутиться из дурацких ситуаций, созданных автором, местами язвит и фейспалмит – и в целом довольно-таки повторяет реакцию читателя.
Надёргала феноменальных цитат, кто хочет – зацените (в акваланге).
***
Его стало подташнивать и очень захотелось спать. Буратино сел за стол и положил голову на руки. Он только успел подумать: «Я плохой…» И уснул.
***
Джузеппе наклонился над Буратино и горестно зашептал:
— Это я виноват. Это я тебя убил. Прости! Прости!
***
— Какая кр-расивая! — продолжал рассматривать Мальвину людоед. И неожиданно спросил Урфина: — А жена у меня будет?
Главный министр на мгновение растерялся, но тут же сообразил, что вопрос вполне обоснованный: у каждого короля обязательно должна быть королева.
— Подберём, ваше величество, в ближайшие дни вам самую красивую девушку.
— Не надо подбир-рать! — замотал головой повелитель. — Я женюсь на этой! — И он указал пальцем на Мальвину.
Тут уж Урфин, действительно, растерялся. Такого поворота событий он не ожидал.
— Но… но… ваша светлость, я уже вам говорил, что она — кукла из ваты, — попытался он вразумить людоеда.
— Это хор-рошо! Значит, я её не съем! — заулыбался король.
— Но она совсем маленького роста! Какая же она будет королева, если её на троне видно не будет? Да и корона ей велика…
Людоед захлопал глазами, что-то с трудом соображая, и радостно провозгласил:
— А ей надо усиленное питание! Кор-рмить как следует! В день давать пять кило мяса. — Подумал, подумал… — Нет! Десять! Не меньше! И чтобы всё съедала!
Урфин схватился за голову:
— Но это не поможет! Она всё равно не вырастет!
Людоед встал во весь рост, сверкнул глазами, заскрежетал зубами, сжал кулаки и грозно зарычал на Урфина:
— Пр-р-риказываю р-р-раскормить! Чтобы стала большая! Как я! К воскр-ресенью! Иначе — я тебя самого сожр-ру! Ба-га-ра! Ма-га-ра! На-фи-га-ра!
Мальвина и Пьеро стояли на полу перед огромным людоедом, маленькие и беззащитные. Что было делать?
— Вы не смеете! — как можно громче, бесстрашно выкрикнул Пьеро. — Она моя невеста!!!
— Вы… вы… — не находила слов возмущённая Мальвина. Наконец ей на ум пришло самое бранное, самое обидное из её слов. — Вы… вы… страшный бя-ка!!!
— Кто, кто? — переспросил с любопытством людоед.
— Бя-ка!!! — смело повторила Мальвина.
— Мне это слово нр-равится! — заявил людоед. — Тепер-рь я буду обзываться «Кор-роль Людик Пер-рвый Бяка»! Здор-ро- во, да?!
***
«Жалко деда», — подумал Дин Гиор.
***
Вдруг в трубе раздался шум, посыпалась зола, и прямо на дрова спрыгнул кто-то чёрный.
— Ой, чёрт! Чёрт! — воскликнула в ужасе Мальвина и вскочила ногами на кресло. (В обычной обстановке она, конечно, так бы не сделала.)
***
— Эй! Колдунья!…
— Дунья-дунья! — повторило эхо.
— Замуж хочешь?…
— Очешь-очешь!
Тут из пропасти угрюмо загудело:
— Чего надо-о-ть?…
— А! — обрадовался Буратино, — нашлась-таки невеста! Вылезай из своего логова, пойдёшь замуж!…
***
Беги в столицу на свадьбу! Торопись!
— Пись-пись! — схулиганило эхо.
Арахна, боязливо поглядывая на орла, выбралась из пропасти и, не раздумывая, бросилась бежать, перескакивая через валуны и трещины, прямо на юг к Изумрудному городу.
— Во даёт! А ещё говорят, хромая! Сразу выздоровела, как про свадьбу услышала, — засмеялся Буратино. — Ну, приятель, — обратился он к орлу, — задание мы выполнили. Теперь можно и обратно лететь. — Потом почесал пятку и добавил: — А ты, орёл, молодец. Не струсил. Я тобой доволен.
***
— Ура! Ура! Скоро Мальвина и Пьеро будут на свободе! Эта Ax-на и людоед уже играют в догонялки! Значит, поженились!
***
Великанша вскинула руки и обняла людоеда. Фата откинулась в сторону, и — о ужас! — он увидел…
— Кар-раул! — завопил он в панике и стал вырываться. — Это не Мальвина!!! Об-ма-ну-ли!!!
Оттолкнув колдунью, людоед огромными прыжками бросился к раскрытому окну и выпрыгнул из него.
— Людик! Дорогой! Куда же ты? — запричитала Арахна и, согнувшись, выпрыгнула в окно вслед за мужем.
«Вот и всё, — с облегчением подумал Урфин Джюс. — Теперь людоед будет бегать от Арахны всю оставшуюся жизнь. Наконец-то, я от него избавился». И он сел на трон.
***
Псы, послушайтесь приказа:
Покусайте Карабаса,
Дуремара и лису,
Сверху, сбоку и внизу!
В общем, ребятушки, это плохо со всех сторон. Персонажи, сюжет, язык («Оттянуть время» и «Жалко деда» − отдельно доставили), ужасное отношение к канону и логике. Это такое одно сплошное и большое «На-фи-га-ра»? И автор бяка, видимо. И непонятно, чем такое можно оправдать. Было бы это пародийной шуткой-капустником… всё равно странно, эх.
Правда, Владимирскому было 75, когда он писал. И книга создавалась в 90-е, там все такое писали («Простоквашино» с братками читали, а?). Притом, это был не первый подобный опыт, до этого была книга "Буратино ищет клад" (тоже... довольно своеобразная). И всё-таки, это художник писал. Не догадываясь, что желательно бы быть немножечко писателем. Он писал-писал, а потом выяснилось, что он особо и не умеет.
Даже фанаты лучше умеют. Они вон как-то собрались и написали книгу в стиле Волкова!
Но о ней в другой раз.
Тут живёт моя фэнтезятина разных жанров и смешные пересказы мифологии: https://author.today/u/steeless/series
В посте про Урфина Джюса я спросила, хотят ли читатели нездоровых сенсаций про первую авторскую редакцию "Семи подземных королей". Оказывается, хотят. Их есть у меня!
Традиционно - предупреждения. Много текста. Есть спойлеры. ТС - душнила и осмеливается высказывать своё мнение.
Так вот, пока я копала по Волкову – я наткнулась на старый форум про Изумрудный город. Где настоящие фанаты делятся всяким эксклюзивным и непосильно нажитым, добытым невероятными способами (вроде переписки с родственниками Волкова). И оттуда я принесла настоящую сенсацию лично для себя - авторскую редакцию книги «Семь подземных королей». Во-первых - всегда интересно посмотреть на авторскую задумку. Во-вторых, в этот раз задумка трансформировалась до неузнаваемости.
Потому что это совсем другая книга. Даже так… СОВСЕМ. ДРУГАЯ. КНИГА.
Тут надо сказать, что я нежно люблю третью книгу из серии про Изумрудный город. Она очень нетипична в жанровом плане. После второй книги, где были дуболомские войны – внезапно огромная экспозиция, длиннейшее описание подземной страны, путешествие Элли и Фреда и попытки выживать в темноте. Вместо острых конфликтов – момент с Усыпительной водой, вместо битв – инженерное решение проблемы и план Страшилы по усыплению всех королей разом. Сейчас мне очень нравится эта книга.
Но в детстве она была любимой наименее. Мне было мало старых и полюбившихся героев из Волшебной Страны, мне было обидно за Смелого Льва, которого будто бы вообще забыли в текст досыпать. Третья книга слишком отличалась от второй. После «Урфина Джюса и его деревянных солдатов» хотелось чего-то… такого же, но ещё круче. Возвращения Джюса. Ещё каких-то приключений, какого-то экшона, ну вот чего-то, чего жаждала мальчишеская часть души, видимо.
И первая редакция книги… она была именно такой, вообразите себе. Возвращение Чарли Блека, гигантская Кагги-Карр, рудокопы-завоеватели, неслабая такая линия Джюса и кровавейшие битвы, и шпионские миссии… и воздушный бой с драконами! И звериное войско под предводительством Льва!
И ещё там Виллина, антагонист-Ментахо, новый герой-рудокоп, расширение роли Руфа Билана и прочие мозговыносяшки.
Итак, что у нас тут такого примечательного, чего нет в самой книге «Семь подземных королей»?
1) Нет никакой Усыпляющей воды. Нет и всё. Острая ситуация с королями не может разрешиться с её помощью. Зато в тексте есть источник воды, от которого быстро растут волосы. Тоже волшебный, кстати (он явно перекочует в четвёртую книгу, в долину марранов, но станет грязевым, а волосы от него начнут выпадать, а не расти).
2) Руф Билан – не сюжетный двигатель, а полноценный персонаж-предатель. Он попадает в плен к рудокопам, и это его глазами, а не глазами Фреда и Элли мы видим чудеса подземной страны. Многие моменты из этого видения потом перекочевали в окончательный вариант книги, но ушли к другим героям. Именно Руф Билан подговаривает рудокопских королей начать полноценное вторжение в Волшебную страну, а то рабсилы не хватает на обеспечивание хотелок. В финале изменник не усыпляется. Его вешают.
3) Рудокопы тут выступают в качестве полноценных антагонистов-завоевателей (эта роль потом перешла к Марранам в четвёртой части). Они порабощают Жевунов и Изумрудный город. Угоняют в плен трудоспособное население и обращают в рабов. При этом пользуются авиацией, в смысле, драконами. И только Мигуны им выписывают звездюлей, потому что…
4) Звёздный час Смелого Льва! Полноценное звериное войско и битва с участием зверей. Наведение мостов зверями. Авиация из орлов, стервятников и грифов. Всё очень изобретательно и отважно. И-и-и-и кровавенько, просто зацените цитатки:
"А тут ещё прихлынули запоздавшие в походе крысиные орды. С противным писком крысы карабкались по лапам драконов, грызли живое мясо, казавшееся им таким вкусным после сухой степной травы".
"Грифам понравились фосфорические шарики на шлемах воинов, и они, паря над ними, старались сорвать шлем, хотя бы с головой".
"И постепенно, насытившись боем, с окровавленными клювами и когтями, воздушные воины Смелого Льва отставали от неприятеля и возвращались к Фиолетовому дворцу".
"Командиры частей доложили Смелому Льву, что армия голодна, и просили разрешения съесть убитых в бою. Но Лев заявил, что это было бы позором для победителей и приказал с честью похоронить павших, как зверей, так и людей. Он только разрешил желающим воспользоваться драконьим мясом, но оно оказалось таким жёстким, что его ели только хищные птицы да крысы".
Но Волков явно таким грешил постоянно, потому что первая редакция «Заброшенного замка» тоже… изобилует.
5) Альфреда Каннинга нет в тексте, зато есть дядя Чарли! И отправляется за ним с Элли огромная Кагги-Карр. Потому что теперь на стороне наших – Виллина. Она-то и сотворила из вороны и её племянницы мега-орлов (гигантские птицы ушли в четвёртую книгу) и отправила за помощью. Элли, кстати, активно пользуется помощью Рамины и вообще помогает. Особенно когда нужно завербовать Урфина Джюса.
6) Ага. Вся линия искупления Джюса из пятой книги – здесь. И это… более логично: попробовал – был сокрушён – опомнился. Но вот само изменение персонажа написано менее убедительно, без медленного преображения. Раз – Урфина душит злоба, два – депрессия, три – осознание, и вот он уже выкладывает душу перед Элли и восторженно соглашается помочь, хоть бы и пришлось погибнуть. Да, это вот прямо полное преображение и исправление, и это мечта многих читателей – понаблюдать, как Джюс полноценно взаимодействует с положительными героями. Просто это очень быстро.
Но сюжетно линия Урфина радует. Тут и внезапное открытие того, что Джюс – наполовину рудокоп (потому что очень похож на нового персонажа, рудокопа Арриго, и да, это не просто так тут ввели, происхождение Урфина обусловлено сюжетно). И сведения о детстве героя, и миссия «под прикрытием», и опять работа с резцом над дуболомами, и полноценное решение пожертвовать собой в ходе битвы… И уморительное взаимодействие с Топотуном – именно он, а не Гуамоко, становится спутником бывшего короля.
7) Насчёт королей. Здесь у нас немного прибавилось политики, да и сами короли рудокопов выступают довольно ярко и интересно. Особенно Ментахо. Его можно назвать одним из достойных антагонистов (в противовес Билану, который просто предатель). Умный, стратегичный враг. Который принимает решения, всячески затрудняющие героям жизнь и финальные битвы.
8) Финальный экшон – нечто из нечт! Армия гигантских ворон дерётся с армией драконов. Огромный Тотошка. Две части армии атакуют противника с разных сторон. Дуболомы, шестилапые и революция в подземке. Дровосек мочит топором напропалую. Нечто подобное мы увидим потом в последней кни… а, к чёрту. Это – самая массовая и самая отмороженная битва из всех у Волкова! Этакая Битва Пяти Воинств, если вы понимаете, о чём я)
Кровавых моментиков тоже автор подвёз, извольте откушать:
"— Клянусь всеми чертями ада, — кричал Чарли Блек, — славная битва!..
И он выпускал пулю за пулей, целясь в огромные жёлтые глаза драконов, пытавшихся наброситься на Кагги-Карр. И какой вопль торжества вырывался из его груди, когда отвратительный летучий зверь, кувыркаясь, летел вниз с цеплявшимся за него седоком".
"Но в этот момент в укрепление влетела шестилапая кавалерия. Под безжалостными ударами вожаков звери рассвирепели, чуя кровь, они подминали воинов мощными лапами, кусали острыми зубами..."
В общем, как-то так. Да, в языке заметны архаизмы, выпадения из стиля и явные шероховатости. Так у нас тут текст, не прошедший редактуру. Потому что потом были советы – как текст изменить и переписать. Многие моменты редакторам просто не зашли, они посчитали, что нужно бы взять курс на волшебство и подальше, подальше от военной темы с завоевателями, политикой, митингами и прочим таким. И за образец была взята история из «Приключения Тома Сойера» - где Том и Бекки потерялись в пещере. И текст был изменён и переписан, и стал другим, и Волков был ужасно удивлён, когда третья книга понравилась юным читателям больше второй.
А он-то так старался…
И да, мне искренне жаль эту не изданную, не дошедшую до читателей книгу. Тут такой весёлый расколбас с огромными воронами, звериной ратью, драконьей ратью, шпионажем и прочим. Здесь куда лучше расставлены акценты по персонажам, свой вклад смогли внести и Дин Гиор, и Фарамант, и Виллина. Так что теперь какая-то часть меня всё-таки сожалеет, что в детстве я не прочитала именно этот, первый авторский вариант.
Однако то, что получилось в итоге, всё же было прекрасным. И да, я всё ещё очень, очень люблю третью книгу Волкова. Теперь я люблю её ещё и за то, что без неё не было бы «Огненного бога Марранов» и не такими были бы две следующие книги.
Так что в конечном счёте - всё, наверное, к лучшему.
Разная фэнтезятина и смешные пересказы, большей частью нахаляву - тут: https://author.today/u/steeless/series
Шестикнижие Волкова о Волшебной стране и Изумрудном городе можно назвать феноменом по многим параметрам. Начать с того, что пересказ первой книги Баума спустя многие годы после первой публикации (более 20 лет) дал жизнь самостоятельной и крайне изобретательной серии, в которой литературному критику есть чем умилиться, а молодому автору – поучиться. Разнообразие жанров, логика повествования, умение прописывать мир в детской сказке и давать экспозицию, смелость при введении новых элементов в текст, «взросление» книг – там можно восхититься многим. Но я тут буду говорить о феноменальном персонаже.
Но сначала предупреждения.
В посте много текста. В посте много Волкова. В посте много Джюса.
В посте много любви к текстам Волкова и Джюсу. И ещё ТС - душнила.
А теперь встречайте Урфина Джюса: дважды тирана Изумрудного города, а попутно – столяра и огородника, а не какого-нибудь там колдуна или министра. Встречайте храброго, волевого, умного, трудолюбивого, изворотливого злодея, которому можно сопереживать (чем читатели активно и занимаются до сих пор). Мрачного и угрюмого мизантропа, который стал сложным персонажем в авторской сказке. И первого персонажа в авторской сказке с полной аркой искупления и перерождения.
В авторской сказке всё вот это – обычно немножечко нонсенс. Но Волков уже во второй своей книге прыгнул куда выше простой авторской сказки и вырулил куда-то в авторские небеса. А теперь по порядку: почему у нас Урфин Джюс – феномен?
1) Рабоче-крестьянское происхождение и трудовая профессия (да, стебусь, но немного серьёзно). В изначальных планах автора был честолюбивый волшебник, который решил высунуться после гибели Бастинды и Гингемы. Звали волшебника Урфаном – а потом он уже стал Урфи́ном.
Однако потом Волков выкинул неожиданный финт: он сделал Урфина всего лишь помощником злой Гингемы, столяром-неудачником, который терпеть не может людей.
И дал ему фамилию Джус/Джюс (в дневнике отметив, что обозначает она «Завистливый»). И это было… крайне смело. Даже не в смысле цензуры, а в смысле подхода. Злодеем оказывается сирота, воспитанник столяра! Вместо того, чтобы плести коварные замыслы, антагонист сам берётся за рубанок или как одержимый борется с сорняками! Он сам продумывает стратегию и тактику, обучает своих солдат, а в четвёртой книге – спасает гигантского орла и несёт цивилизацию Марранам! В отличие от колдунов или знатных злодеев со множеством прихлебателей, Урфин вообще всё сам и всюду сам. И у него всё получается крайне неплохо.
2) Это потому что Урфин обладает прорвой положительных качеств, которые автор в него насадил. Прежде всего – воля и упорство, которые проявляются хотя бы даже в том, что Жевун по происхождению медленно и методично отучает себя жевать. Урфин может спасать огород от сорняков чуть ли не до потери пульса, может 10 лет ждать подвернувшегося шанса, делает руками буквально всё. Кроме всего прочего, хитрый и изобретательный – и умеет в недурные мистификации. Взять хотя бы то, как он стал боженькой у марранов. Или то, как притворялся волшебником и глотал пиявок из шоколадного теста. При этом он ещё и в военном ремесле разбирается неплохо, и обладает определённой смелостью и достоинством. Не просить пощады у победителя. Защитить раненого гигантского орла с колом в руке. Обнажить грудь перед этим же орлом со словами: «Что ж, рази, только сразу насмерть».
Да, весь этот гигантский потенциал направлен на дурное. И это даже подчёркивается в книге. И автор совершает потрясающее – он показывает, насколько страшен может быть по-настоящему талантливый, умный, смелый человек, когда он – честолюбивый гордец, который всеми силами старается дорваться до власти.
И это могло бы отлично сработать на образ антагониста, и читатели бы возненавидели Урфина, если бы…
Да, если бы автор не дал ему столько времени в книге.
3) Огромное количество «экранного времени». Урфин Джюс стоит в центре двух книг, и вторая и четвёртая книга не зря буквально называются «Урфин Джюс и его деревянные солдаты», «Огненный бог Марранов». Читатель невольно идёт вслед за персонажем, смотрит его глазами и проникается его проблемами. Волков дал читателю следовать за антагонистом, – и это уже само по себе феномен, потому что никогда в сказке не смотрели вот так – с самого начала «с другой стороны». Мы видим, как Урфин трудится, переживает, боится, шутит, ошибается и исправляет ошибки, досадует, набивает шишку за шишкой, манипулирует – и невольно проникаемся персонажем, очаровываемся им. Потому что ну он ведь такой живой, с этими своими воплями и побегами от медвежьей шкуры, вылавливанием деревянной армии из реки, разговорами с филином… Волков написал Джюса слишком хорошо. По сути, он дал ему лишь грехи гордыни и честолюбия (а угрюмость – особенность характера, но об этом позже). Волков сделал своего антагониста классическим «эту б энергию – да в мирное русло»…
И читатели откликнулись на это. И полюбили персонажа. Полюбили, может быть, потому, что слишком уж он отличался от сказочных Страшилы и Дровосека. Что он был неволшебным. Что он был сильнее и сложнее. И не так уж сильно отличался от моряка Чарли Блека – такой же умелый, изобретательный вот разве что вектор не туда…
И произошло литературное чудо. Писатель понял, что именно он сделал. Он рассмотрел, что создал сложного персонажа. И уступил просьбам своих любимых читателей. Он совершил доныне невозможное в авторской сказке.
Он переродил персонажа.
4) Арка перерождения, осознания, искупления. Исправлялись злодеи в авторских сказках до этого? Ну, в общем, очень редко, потому что злодей-то должен быть что? – наказан. А если да, то… как-то неубедительно и за кадром. Быстренько извинились, покаялись, были прощены и стали новыми людьми. Или расколдовались. Но чтобы дважды тиран, который два раза войну развязывал, стал новым человеком – такого не было.
Потом пришёл Волков и сделал. И не просто развернул герою вектор в пятой книге, «Жёлтый туман». Не-е-ет, он протащил Джюса через полноценное мучительное духовное перерождение, когда он сначала медленно добирается домой, вторично побеждённый и униженный, потом начинает прозревать, что вокруг хорошие люди, а он им зло причинял. Потом начинает осознавать, что и не был-то счастливым, пока был правителем – и непонятно, чего он искал, когда к власти рвался. А потом хрррясь по голове шансом начать заново! Вот оно, то самое растение, давай, делай сколько угодно живительного порошка, ну же, айда, и ждать не надо!
И сейчас я процитирую несравнимый по силе момент, которого в авторской сказке до того ещё не бывало.
«Он присел на пенек и долго думал, внимательно рассматривая каплю крови, расплывшуюся на пальце после укола шипом.
— Кровь… — шептал он. — Опять кровь, людские слезы, страдания. Нет, надо покончить с этим раз и навсегда!»
Это – момент рефлексии с показом окончательного выбора антагониста. И переходом в сложные персонажи.
То есть у Волкова герой проходит через осознание злодеяний, муки совести, смирение, потом искушение, рефлексию и перерождение. Полный путь преображения, господа. Аплодисменты, занавес… авотфиг.
Автору было мало этого – он показал полный путь преображения. Урфин становится отшельником, примиряется с действительностью, мастерит теперь уже не уродливые игрушки, а добрые, дружелюбно общается с гномами – посланцами Арахны. И в конце концов крайне достойно ведёт себя с самой Арахной. Отказываясь идти к ней на службу, а потом и придумывая своё средство от Жёлтого тумана. Тут у нас окончательный переход в положительные персонажи.
Можно было бы сказать, что окончательно положительным Урфин стал в «Заброшенном замке», шестой книге. Где он известный огородник, выращивает разное невиданное, его все любят, делают праздники Угощения, а ещё Урфин тыбрит изумруды у злого инопланетянина-менвита, спасая добрых арзаков… Но эта арка – не Волкова. Её написали те, кто дописывал текст за умершим автором. В вариантах Волкова её нет. Однако те, кто дописывал текст, тенденцию уловили и сохранили, честь им за это и хвала.
А особенно хорошо они заметили один момент.
5) Волков изменил только вектор персонажа, но не всего персонажа. Да, Урфин у него стал дружелюбнее к людям, смирился со своим положением, занял чёткую позицию. Но он не стал слащаво-положительным. Он по-прежнему хвастает перед филином, он насмешлив и всё ещё нелюдим и не желает жить в обществе. В шестой книге это очень хорошо продлили и показали. Характер персонажа остался при нём.
И всё это вместе создают настоящий феномен.
Тут добавлю немного личного. В своё время арка Урфина Джюса просто взорвала мне мозг. В хорошем смысле этого слова. Я впервые встретилась с антагонистом такого типа, и впервые отчаянно сочувствовала антагонисту, и впервые страстно желала, чтобы он прозрел и увидел мир иначе, чтобы автор провёл его всё-таки по пути искупления. И… знала, что этого не будет. В сказках злодеев перевоспитывают или наказывают. Точка. Урфин был слишком сильным человеком, чтобы его можно было вот так взять и кем-то перевоспитать.
Я даже не могу описать, что со мной как с читателем стало, когда я взяла в руки «Жёлтый туман» и увидела главу «Искушения Урфина Джюса». Это было какое-то огромное «А что, так можно было?!», сопряжённое с читательским счастьем невероятных пределов. Впервые антагонист не был наказан или перевоспитан, но был преображён автором. Впервые персонаж на моих глазах изменился настолько и изменился сам, самостоятельно осознав свои косяки, пережив их и осознанно выбрав исправление. Впервые он не стал слащавым и бледным подобием себя, а остался собой, только выбравшим другой путь.
Волков показал: персонажей можно развивать и менять до бесконечности. И любить – даже тех, для кого, кажется, нет уже надежды.
Потому для меня (как для крайне персонажецентричного автора и читателя) персонаж Урфина Джюса – лучший литературный феномен во веки веков.
И потому мне хотелось бы рассказать о нём ещё всякого. Например - какой была его арка в первой авторской редакции "Семи подземных королей" (потому что да, там была его арка). Или о том, как художник Владимирский написал книгу, где Урфин пытался людоеда на Мальвине женить...
И если читателям захочется - я возьму да и расскажу.
Книги, всякие, в основном бесплатные - тут: https://author.today/u/steeless/series
Так сложилось, что люблю я рассказывать о разных феноменах, литературных и киношных. Потому что разные интересные феномены я очень люблю. Просто у меня о них понятие своеобразное.
И сейчас я вам расскажу про ну со всех сторон феноменальный сериал, который называется «Кобра Кай». Потому что это – идеальный образец того, как надо снимать сиквел полнометражки. Через 30 лет после полнометражки.
И ещё это о том, как снять сериал и не загубить его 6 сезонов. И закончить все линии на высокой ноте, развязать все узлы, довести персонажей – куда они там шли… Феноменально же! Потому что временами кажется ─ не снимают же уже так. Без повесточки, без голубизны, со здоровыми бромансами, чёткими кульминациями, любовными линиями, сочетанием юмора-драмы-семейности-драк… В общем, есть о чём поговорить, потому давайте же скорее!
Но сначала, как всегда, предупреждения:
Будет долго. Будет душно. Присутствуют некоторые спойлеры.
Сначала будет шутка, в которой есть только доля шутки. В сериале «Как я встретил вашу маму» есть такая серия, где главный герой должен справлять свой мальчишник и написал виш-лист. Где значится «Привести карате-пацана» - в смысле, актёра из одноименного фильма 80-х. И вот друзья подгоняют ему вечно молодого Ральфа Маччио, который главного героя и играл. А жених им такой: «НЕЕЕЕЕЕТ! Ненавижу Ральфа Маччио! Настоящий «Карате-пацан» ─ это Джонни, которого сыграл Уильям Забка, а персонаж вот этого гада одолел запрещённым приёмом!» Ну, и потом, конечно, появляется Уильям Забка, и все счастливы, вообще.
Но кто-то явно посмотрел сериал про «вашу маму» слишком внимательно. И полез пересматривать «Карате-пацана» (или «Парня-каратиста», у нас по-разному называется). А там обычная такая, в общем, подростковая карате-драма, в которой мальчик Дэнни (Ральф Маччио) приезжает в новый город, его травят карате-мажоры, главный из которых Джонни (Уильям Забка). Мальчик Дэнни встречает мудрого японского учителя Мияги, тот его за шесть недель натаскивает по карате до уровня чемпиона, и Дэнни на одной ноге выносит действующего чемпиона в турнире Долины, чего уж там. Так, что даже сам мажор и булли Джонни проникается непобедимым духом противника и отдаёт ему награду лично. Ну, кто смотрел «Карате-пацан» в перезапуске, с Джеки Чаном и сыном Уилла Смита – те должны знать эту историю. В 80-е это всё насчёт соревнований, силы духа и победы было очень популярно – хоть и «Рокки» взять…
В общем, потом наснимали ещё три фильма про карате, учителя Мияги и мальчика Дэнни. И там появляется злая школа карате «Кобра Кай». А Джонни больше, считай и не появляется. Но почему-то создатели сериала решили сделать сериал про него.
А потому бывший мажор Джонни Лоуренс после своего давнего проигрыша 30 лет деградировал и удеградировал ныне на самое дно. Живёт на последние, бухает пиво, подрабатывает разнорабочим, сын в разговоре по телефону его зовёт неудачником – ну, и прочее. А потом как-то случается совершенно омерзительный день, в финале которого бывший булли не выдерживает и влезает в драку с великовозрастными дебилушками, которые издеваются над соседским пацаном-заморышем. И понимает вдруг, что всё, чего он хотел в жизни и что умел – это карате. И соглашается тренировать того самого заморыша Мигеля. И возрождает «Кобру кай».
А у бывшего заморыша Дэниэла Ларуссо теперь всё в шоколаде: сеть автосалонов, жена-красавица, двое детей. И тут он видит, что его старинный недруг открыл ТУ. САМУЮ. «КОБРУ КАЙ». Этому немедленно нужно помешать! Ну, и заверте… На шесть сезонов.
Для начала скажу о перекличке с 80-ми. Тут она очень сильна и чрезвычайно важна. Создатели не просто пересмотрели фильмы про «Парня-каратиста». Они их разобрали до атома, а потом на протяжении шести сезонов показывали отсылки, закрывали старые линии, выстраивали переклички, зеркальные моменты, сквозные моменты, какие угодно моменты. Они вернули всех – ну то есть ВООБЩЕ всех, кого могли найти из этих фильмов. Иногда – вплоть до очень второстепенных персонажей. Герои, злодеи, бывшие девушки, учителя – и всё это через 30 лет, и все, кстати, актёры удивительно хорошо сохранились, отлично выглядят и играют.
Много отсылок есть на фильмы 80-х – особенно на «Рокки», все части. Притом, фильмы цитируются, их вспоминают (потому что ведь юность героев прошла именно в те годы). Да и вообще, в кадре у нас поколение восьмидесятых сталкивается с современным, и иногда это бывает преуморительно. Особенно на материале Джонни, который благополучно пробухал всю юность и теперь вынужден входить в век высоких технологий с нуля.
Определённые штампы и сюжетные ходы боевичков из 80-х и семейных драм тут тоже есть. Здесь и жестокие и необычные тренировки, быстрое исцеление травм, постоянное превозмогание, всякое любовное и подростковое, необходимость учителя поддерживать духом ученика – чтобы тот вышел и победил… В общем, оно могло бы показаться стандартным, да. И слишком штампованным. Если бы герои и идеи местами не были настолько жизненными. И не показывались бы настолько разнообразно.
Пожалуй, одна из центральных тем – тема буллинга и его жертв, и здесь она раскрыта во всей красе. Что может быть причиной травли? Откуда берутся булли? Насколько хрупкой на самом деле может быть показная маскулинность и насколько это – прикрытие для уязвимостей и травм? Что будет с жертвой травли, если ей дать власть? Можно ли прекратить конфликт и насколько в жизни применим девиз «Бей первым, бей сильно, без пощады»? Насколько важен пример взрослого, пример отца и учителя? И ещё огромное количество подобных вопросов, и ответы мы видим через разных персонажей, и ответы уходят во вторую центральную тему – взросления и изменения. Потому герои тут меняются, совершают ошибки, меняют стороны ─ и всё яснее проступает центральная идея: меняться не поздно, становиться лучше – не поздно. Люди могут меняться и должны. Может, звучит банально, но лично я от такого тащусь как удав по стекловате.
Лучше всего моменты с «меняться» показаны через Джонни Лоуренса, который проходит путь от полного ничтожества и неудачника, нищего алкаша – до уважаемого сенсея. Герой падает, ломается, поднимается заново, как на ринге, мучительно осознаёт старые и новые ошибки – и исправляет их, борется с самим собой, избавляется от старых привычек. А попутно ухитряется задружиться с бывшим недругом Дэнни. Броманс этих двоих – нечто потрясающее. Это очень хорошо показанная постепенно возникающая дружба противоположных людей – с недоверчивостью, ссорами, немножко драками и прощением и поддержкой.
А совсем уж поразительно то, что именно задира Джонни во многих стычках ведёт себя более достойно, чаще уступает или идёт навстречу, несмотря на взрывной характер. И вообще как будто более придерживается философии «ненападения» сенсея Мияги, о которой Дэнни не замолкает ни на миг! Создатели сериала каким-то образом ухитрились показать: не всегда люди, которые постулируют что-то хорошее, такими являются по натуре. И не всегда победители, когда они пробились в жизни, понимают побеждённых. Дэниэл, вроде бы, отличный семьянин, хороший член общества, да и вообще со всеми ладит и привык себя считать положительным героем в истории. И это его подводит: именно бывший «плохой парень» часто оказывается более понимающим, милосердным и – чего уж там – благородным. А вот «вечно правый» Дэнни, который слишком уж привык не ошибаться, временами даёт разительный зазор между тем, чему его учили и что он сам проповедует – и собственными же поступками.
Дружбе бывших врагов тут вообще посвящено много времени – Дэниэл себе реально коллекцию бывших противников-друзей насобирает. И на примерах молодого поколения это тоже замечательно прописано. А ещё – раскрываются темы учителя и ученика, отца и сына (влияние учителя на личность ученика – третья центральная тема). В основном через Мигеля и Джонни, но ещё и через Джонни и его бывшего учителя. И вот туууууут…
И вот тут я присела, потому что в сериале потрясающие антагонисты. Тоже вернувшиеся оттуда, из старых фильмов, но как же их раскрыли, как прописали их отношения, насколько же их иногда бывает жаль – и насколько они же вызывают ужас… Что Джон Криз, что Терри Сильвер – и этого персонажа вообще можно считать одним из лучших злодеев, когда-либо прописанных в принципе (привет ушедшей волне). Это умный, колоритный, манипулятивный, крайне жестокий и крайне несчастный персонаж, который сыгран так, что ну просто невозможно оторваться (а там ещё и сам актёр – реальный каратист и для своих 60 весьма горазд махать ногами, и на это приятно смотреть).
Вообще, цепочка того, как учителя передают свои травмы ученикам, калечат их, а они потом вырастают и калечат других – изображена на диво ярко. И тут мы упираемся в младшее поколение, где тоже собрались прекрасные, интересные персонажи, с отличными историями и хорошей игрой. Тут и превращение бывшего ботана в булли с ирокезом, тут и чемпионский путь Мигеля, тут и сын Джонни – Робби, с вечным ощущением брошенности и преданности…
Да и вообще, в сериале, где в каждом сезоне по 10 серий (в 6-м - 15), а в каждой серии – 30-40 минут, ─ есть на диво много. Драчки и поединки, соревнования – ну, куда ж без них. Превозмогание, тяжёлые травмы, мотивирующие истории того, как выстоять и подняться – а то ж! Красиво прописанные любовные линии – есть. Подростковые разборки с любвями, страданиями, уходами и изменами – есть. Истории дружб, много и разных – есть. Комедия – до уморительно смешных моментов и комичных персонажей – есть. Уничтожающая сатира на американскую систему образования, безопасности, толерантности – о да-а-а-а, куда ж без того. Серьёзная драма, трогательные моменты, смерти персонажей, поразительная музыка (саунтрек просто нереальный какой-то) – да кажется, что в этом сериале вообще есть всё, отчего его жанр определить очень сложно.
Но ведь должны же быть какие-то закавыки, да? Хоть что-то да неидеальное, а? Ну, к концу сериала от некоторых подростковых драм начинаешь уставать. Мне лично не понравился персонаж Кенни и вся его арка, связанная с сыном Дэниэла Энтони. Во-первых, мы уже на материале Хоука ранее видели, как жертва травли сперва начинает травить сама, а потом обретает мозги. Вот только нам это качественнее показали. Во-вторых, сам персонаж вышел ну вот очень неприятный. Все с ним носятся, все ему должны, а он сам такой весь хороший: «Никто меня не понимает, уйдите, я буду мудаком, а потом даже не извинюсь, просто примите меня, да и ваааще». Ну, фу же. Может быть, это как-то связано с тем, что Кенни… ну…
А может, и не связано, кто там знает. Вторая претензия, пожалуй, будет к ЛаРуссо и его дочке. Где-то к шестому сезону их показная святость начинает уже немножечко бесить. Я так понимаю, что создатели сериала разделяли мнение героя из «Как я встретил вашу маму»… местами. Потому Дэниэл к концу уже реально ходит и такой: «Мияги-Мияги-наследие Мияги-мой сенсей-но это же не Мияги, а надо Мияги…» И носится с прошлым своего сенсея так, что хочется уже галоперидолом подколоть – мол, алло, сенсей помер, переживи уже эту давнюю потерю, пойди полечи башку! Ну, и дочь ЛаРуссо слишком уж местами похожа на своего отца и пытается выйти в ангелы, распахивая глаза и невинно ими хлопая. Однако же приводят всё-таки персонажей, куда задумывалось и куда надо.
Ну и в по мелочам – где-то идёт смещение на новых персонажей (недолго и не до конца и надо же вводить новых антагонистов). Где-то появляются «злые рюсске» и проявляются национальные стереотипы в духе тех же 80-х (немного, ненадолго). Кому-то покажутся нереалистичными или слишком зрелищными бои или тренировки…
Но в целом – это поразительный сериал. Поразительный особенно в плане того, что создатели железной рукой провели каждого из персонажей именно по той тропе, которая задумывалась (это чувствуется). Завершили каждую арку на высокой ноте. Показали ровно то, что захотели, и зафиналили явно так, как захотели и даже теми же словами. Это идеальный пример произведения, где автор таки контролирует процесс творчества.
И на фоне бесконечных странных высосанных из пальца концовок, неоконченных сериалов, задушенных повесточкой сериалов, оборванных в пустоту сюжетных линий – «Кобра Кай» действительно смотрится как феномен. Словно далёкий привет из времён, когда умели с любовью снимать незамысловатые с виду, но глубокие и душевные истории с хорошей мотивацией, красивыми и харизматичными актёрами и крепким посылом.
Потому очень советую заценить.
Разные книги, в основном бесплатные и фэнтезийные, временами - смешные пересказы: https://author.today/u/steeless/series