Вы, скорее всего, встречали такой нос: бугристый, набрякший, багровый, будто к лицу приклеили картофелину. Народная молва тут же выдаёт владельцу диагноз: «пьёт».

А вот и не факт.

Этот нос называется ринофима. Конечная станция болезни, которая стартует с самой невинной вещи на свете: лёгкого румянца на щеках.

Мы в Гельтеке на рынке больше 30 лет, начинали с медицинских гелей для УЗИ и ЭКГ, косметику варим лет десять, держим свои лаборатории и Центры диагностики кожи. Дорога от румянца до картошки на носу длинная — сегодня пройдём её всю и разметим съезды, на которых можно сойти.

Что происходит с сосудами при куперозе

Купероз — это патология капилляров, очень похожая по своей форме на варикоз сосудов конечностей. Капилляры теряют эластичность, где-то истончаются и деформируются, а где-то компенсаторно начинают патологически разрастаться.

Есть простое правило: клетке нужно находиться не дальше 700 микрон от нормального сосуда, иначе она начинает страдать от нехватки кислорода и питания. Если сосуд рядом барахлит, клетка деградирует, а на её место приходят более живучие, но не такие полезные соседи.

В этот момент подключаются фибробласты — клетки, которые синтезируют коллаген, эластин и остальной белковый каркас, из которого состоит кожа. В норме это хорошие ребята: чинят раны, латают дефекты. Но при хронической нехватке кислорода они начинают работать сверхурочно и не там, где надо, постепенно превращая нормальную кожу в участки фиброзной ткани.

Когда в этот процесс втягиваются сосуды, нервные окончания и соединительная ткань лица одновременно, формируется розацеа.

По данным метаанализа более чем 26 миллионов человек, розацеа встречается примерно у 5,5% взрослых, то есть у каждого восемнадцатого. Болезнь особенно любит светлокожих европейцев. Женщины страдают втрое чаще мужчин, особенно после сорока, когда выработка эстрогена начинает угасать.

Почему женщинам везёт (пока не наступит менопауза)

Тут интересный факт из статистики: женщины почти не умирают от инфарктов и инсультов до пятидесяти, и с гипертонией у них тоже как-то попроще, если не считать врождённых сосудистых аномалий.

Разгадка в эстрогенах.

В сосудах, гладких мышцах и клетках сердца сидят рецепторы, чувствительные именно к этому гормону, и вся эта система годами защищает женские сосуды от повреждений и атеросклероза. Пока мужики прилежно выращивают бляшки в артериях, у женщин сосуды почти в идеальном состоянии.

Но эволюции, как известно, наплевать на особь после того, как она отфертильничала своё. Как только яичники сворачивают лавочку с наступлением менопаузы, все бонусы резко заканчиваются, и организм начинает получать по счетам, от которых раньше был защищён.

А проблемы с кровообращением, на секундочку, — один из главных факторов старения вообще.

Кто виноват

Из внешних причин — ультрафиолет, суровый мороз, сухая жара и чрезмерная любовь к химическим пилингам. Плюс еда и напитки, которые резко расширяют сосуды. Острая пища вносит свой вклад, но главный виновник, конечно, алкоголь. Масштабное исследование почти 82 тысяч женщин показало дозозависимость: чем больше алкоголя, тем выше риск, а у тех, кто пил больше всего, риск розацеа был выше в полтора раза по сравнению с непьющими.

Из внутренних — инфекции кожи, некоторые эндокринные нарушения и клещ демодекс, о котором уже отдельно рассказывали. При избыточном размножении этот подлец вполне способен спровоцировать и купероз, и розацеа. У людей с розацеа демодекса в среднем находят заметно больше.

Правда, это скорее «курица и яйцо» — тёплая воспалённая кожа сама по себе — отличный курорт для клеща, так что кто запускает процесс первым, до конца не ясно.

Когда нос превращается в картошку

Одна из форм розацеа выглядит особенно узнаваемо: постоянный «румянец» из-за непрерывно расширенных сосудов, чаще всего на носу и щеках, иногда добирается и до ушей.

Причём чем тоньше и прозрачнее кожа, тем виднее проблема.

Самый тяжёлый вариант — фиматозная форма. Фибробласты в этом случае формируют настоящие фиброзные наросты, которые вместе с разросшимися сальными железами превращаются в бугристые разрастания кожи, известные как фимы. Классический пример — ринофима, разрастание на носу. В тяжёлых случаях эти наросты свисают, закрывают ноздри и рот, мешают дышать и есть, серьёзно меняя лицо человека.

И если розацеа в целом чаще выбирает женщин, то до этой самой тяжёлой стадии в основном доходят мужчины — по разным оценкам, ринофима встречается у них в 5–30 раз чаще.

На этой стадии спасает только хирургия: врачам приходится срезать слои гипертрофированной кожи и восстанавливать нормальный контур лица.

Чем лечат розацеа

В доказательной медицине для воспалительной формы в ходу топический ивермектин, азелаиновая кислота и низкие дозы доксициклина, а от стойкой красноты — бримонидин, который сужает сосуды. Но у него есть подвох: краснота уходит на несколько часов, а после отмены иногда возвращается даже сильнее. Азелаиновая кислота — рабочая лошадка: в одном из клинических испытаний 15%-й гель за несколько недель снизил число воспалительных элементов почти на 73% и обошёл по эффективности метронидазол. Схему лечения должен подобрать дерматолог.

Чинить сосуды на функциональной стадии проще, чем разбираться со структурными изменениями. Первый шаг — убрать травмирующие факторы. Живёте в холодном климате — защищайте лицо от мороза и не допускайте переохлаждения. Живёте в жарком — не давайте коже пересыхать, тут в дело идут увлажняющие средства (у нас есть, например, «Интенсив-омоложение»). И раз ультрафиолет — один из главных провокаторов, для реактивной кожи стоит взять привычку к ежедневному SPF, причём минеральному, а не химическому — такие фильтры мягче для сосудов, которые и так в ужасе.

Дальше — питание. Если есть предрасположенность к болезни, стоит расстаться с соусами уровня Habanero и Trinidad Moruga Scorpion, да и остальную острую еду разумно сократить. Отдельный разговор про алкоголь: бокал вина раз в месяц ничего не решит, а вот регулярное употребление хронически расширяет сосуды кожи и напрямую провоцирует заболевание.

Как вернуть сосудам тонус

После того как убрали провокаторов, нужно заняться собственно микроциркуляцией и тонусом стенок сосудов. Здесь два пути.

Первый — приём препаратов внутрь. Диосмин и гесперидин — активные вещества, давно применяемые при варикозе вен на ногах, — работают и здесь. Плюс не стоит забывать про витамин С: он критично важен для прочности сосудистой стенки, вспомните хотя бы кровоточивость дёсен при цинге.

Второй путь — местное применение тех же самых компонентов, чтобы доставить их прямо в проблемный участок. Проблема в том, что при нарушенном кровообращении вещество часто просто не доходит до места назначения в нужной концентрации.

Собственно, так мы разработали антикуперозный гель.

Главная техническая сложность тут — кожа в принципе создана, чтобы не пропускать всё что угодно вглубь. Иначе первый попавшийся стафилококк радостно занялся бы подкожной жировой клетчаткой. Поэтому в составе геля рабочие компоненты — низкомолекулярные, способные проникать достаточно глубоко и добираться до сосудов, а более крупные молекулы работают на поверхности, укрепляя защитный барьер.

Что внутри геля

Основа состава — растительные экстракты с вазопротекторным действием: конский каштан, иглица, центелла азиатская (в которую втираются тигры, вот тут пост), виноградные листья, плющ, гречиха и биофлавоноид троксерутин.

Важный компонент — гиалуроновая кислота. Это биополимер, без которого невозможен нормальный внеклеточный матрикс кожи (его же вводят инъекционно при моделировании лица). В высокомолекулярной форме гиалуронка формирует защитный барьер, не давая коже терять влагу. А для кожи с розацеа и куперозом, у которой и так гиперреактивный, разболтанный иммунный ответ, усиленная защита — это необходимость.

Дальше идёт ДМАЭ (диметиламиноэтанол) — компонент не ключевой, но подтягивающий эффект у него выраженный и быстрый. Обычно его применяют, чтобы вернуть тонус коже после долгих перелётов или подтянуть атоничную, тусклую кожу.

И самый занятный компонент — ниацин, он же витамин РР, В3, никотиновая кислота. Участвует практически во всех биохимических реакциях, важен для метаболизма жиров и синтеза АТФ и вдобавок имеет слабое антикоагулянтное действие. Что-то отдалённо похожее на гепарин, но значительно мягче. За счёт него улучшается реология крови и усиливается общий эффект. Есть у ниацина и побочный эффект: в высоких концентрациях он вызывает локальное покраснение, потому что мощно расширяет капилляры.

В геле его меньше 1%, и обычно этого недостаточно для заметного покраснения, но примерно у 5% людей всё равно бывает повышенная чувствительность. Поэтому перед использованием стоит протестировать гель на внутренней стороне предплечья.

Короче, Склифосовский!

Разработать такой гель — нетривиальная задача: тут пришлось поработать с целой командой химиков-технологов старой закалки. Но конечный смысл всей этой истории такой: сосудистые проблемы кожи лучше ловить на самой ранней, функциональной стадии, пока дело не дошло до структурных изменений и тем более до фим.

Важно: этот материал носит информационный характер и не заменяет консультацию врача, диагностику или индивидуально подобранное лечение. Описанные симптомы и признаки не позволяют самостоятельно поставить диагноз. При стойком покраснении кожи, воспалении или других изменениях стоит обратиться к дерматологу. Информация о методах лечения и косметических средствах приведена для общего ознакомления и не является рекомендацией применять их самостоятельно.

А если вам интересно, как мы разрабатываем новые средства, или вы хотите с нами пообщаться, то заглядывайте в телеграм-канал с хрониками нашей уютной лаборатории.