Заметила, что плотно так вернулись в книжные, да и не только, миры лешие, Свароги, банники и ритуалы под луной. Везде торчат уши старой веры. Это не случайно. Просто люди снова полезли в духовный «дедовский сундук». Почему?
1️⃣ Нам тесно в бетонных коробках. Цифра, айфоны, офисы... Чувствуете, будто оторвались от земли? Вот и тянет на природу, на её ритмы. Это как духовный детокс от асфальта и экранного света.
2️⃣ Потерялись в мире. Когда всё смешалось (культуры, бренды, мемы, информационный поток), хочется найти своё, родное, с душой. Вот и копают: «А кто тут до христианства жил? Сварог? Один? Дайте два!» Это попытка найти уникальный «культурный код».
3️⃣ Традиционные религии теряются. У многих чешется духовный зуд, а «старые» храмы кажутся слишком политизированными. А тут – свобода. Хочешь – реке молись, хочешь – дубу. Никаких попов, только ты, природа и ощущение личной магии.
4️⃣ Запрос на психоустойчивость. Когда мир лихорадит (политика, пандемии, экономика), древние боги и мифы — как скала. Они прошли тысячелетия. Вот и ждём поддержки.
Когда мир вокруг кажется шатким, мы активно интересуемся древностью, своими предками, зовом природы и корнями.
А вы как? Тянет на лесные тропинки и старые мифы? Или терпеть не можете домовых? 😁😀
Старуха Баба Яга (Езибаба, Едзибаба, Дайбака) в не старых сказках славян , XVIII-XIX веков, выступает как злая колдунья. Она вредит людям, жарит детей в печи. А вот в сказках ранних веков, наоборот, она является помощницей сказочных героев. Дает им волшебные предметы, помогает найти дорогу, рассказывает, как победить чудовищ. Вероятно, изменение характера Бабы Яги было связано с тем, что сторонники христианства не любили ее культ.
Художник И. Билибин (1876-1942) изобразил Бабу Ягу такой, какой она была представлена в его детстве. На его рисунке Баба Яга страшная и опасная.
Она всегда была старой? Ведь она древнейший персонаж славянского сказочного пантеона. Непременные атрибуты Бабы Яги — летающая ступа, волшебный посох и метла. По этим предметам можно проследить истоки этого мифического персонажа.
В шумерских хрониках содержатся сведения о богине Иштар. В более поздних, аккадских хрониках, она же присутствует под именем Инанна. Иштар была внучкой Ану - главного среди богов. И, одновременно, его женой. Опуская сложные перипетии этого инцеста, укажу лишь, что Иштар была несчастна: боги воспротивились ее связи с земным человеком, единственным, кого богиня любила, и коварно расправились с ним. Иштар им этого не простила и сделалась доброй покровительницей землянам. От земных мужчин она рожала и ее дети стали первыми царями Аккада.
Вы замечали, в русских сказках Баба Яга - персона, что называется, "с прошлым", но проникнуть в её прошлое не удается, она его скрывает, как будто не любит о нем вспоминать.
Изображение Иштар и ее "пепелаца" с шумерской таблички
В чем же схожесть нашей старухи и древней богини? Вот атрибуты Иштар-Инанны: летающая капсула, в которой она передвигалась, жезл, которым она поражала врагов. Посох бабы Яги – тот же жезл Иштар. Ступа отличается от шумерского пепелаца лишь тем, что не имеет крыши. А метла? Да вот она – на фотографии.
Быстро движущееся тело в верхних слоях атмосферы вызывает появление конденсата в виде белого шлейфа. Откуда это было известно шумерам? - ой, лучше не думать об этом.
Аккадская Инанна умела лечить. Она знала целебные свойства не только трав и веществ, но и огня. Зачем сказочная Баба Яга жарила детей в печи? В старину на Руси применялся такой способ лечения простуды: детей, да и взрослых, помещали в нагретую печь. Конструкция русских печей позволяла париться в ней не только детям, но и взрослым. В дохристианские времена Баба Яга не убивала детей, она их лечила. Вы знаете, что одним из древних методов дезинфекции является обработка огнем.
В конце ХХ-XXI веке в новых, кинематографических версиях старинных русских сказок и легенд Баба Яга снова стала положительным персонажем. Она снова помогает героям победить зло.
Если обратиться к альтернативным толкованиям сказок и фольклорных источников, то можно увидеть, что образ Бабы-Яги предстаёт перед нами в совершенно ином свете. Согласно некоторым версиям, она является проводником в иной мир. В большинстве славянских сказок избушка Бабы-Яги находится на опушке леса, то есть на самом краю чащи.
Вопрос. А почему лес имел такое огромное значение для славян? Почему с лесом связаны многие существа славянского бестиария, а сам он является ничем иным, как потусторонним миром?
Для этого нам надо разобраться, почему первобытные индоевропейцы почитали леса/деревья и рощи. Во-первых, для охотников и собирателей в среде индоевропейцев дерево — это материал, из которого можно сделать себе не только жилище, но и предметы культа, быта и оружие.
Во-вторых, деревья дарят нам плоды, которые мы можем употреблять в пищу: яблоки, груши, орехи, оливки и многие другие. Яблоки являются священным плодом в греческой, римской, скандинавской, славянской, индуистских мифологиях.
В-третьих. Дерево – податель огня для древних людей, это топливо для костров. Огонь – это тепло и горячая жареная пища, и обожжённая глина. Тем более в расцвет верования в Отца-Небо (Deus Pater), стали почитать и его атрибуты – грозы, гром и молния. Удар молнии в дерево – это символ божественной благодати. С давних времён люди верили, что молния чаще всего попадает в самые высокие и мощные деревья. Это стало символом их особой связи с небесами и божественными силами. Примером такого дерева может служить дуб, обладающий хорошей электропроводностью и почитаемый во всех индоевропейских религиях.
Культ почитания деревьев был неразрывно связан с культом верховного божества. Уже позже каждое дерево символизировало собственного бога. Следы этого почитания мы находим буквально повсюду. Кельты использовали так называемое «огамическое письмо».
Определение: Огамическое письмо — это система письменности, которую использовали древние кельты и пикты на территории Ирландии и Великобритании. Оно существовало наряду с латиницей и, предположительно, использовалось как тайнопись.
Как известно, словом «огам» называли не только письменность, но и особый тайный язык. Одной из его особенностей было то, что буквы в определённых слогах заменялись их названиями.
Большинство дошедших до нас памятников с надписями, сделанными огамическим письмом, были созданы в V–VI веках нашей эры. Это письмо было распространено в Ирландии и Британии.
Возможно, огам возник под влиянием другого алфавита. Чаще всего в качестве источника называют латинский алфавит, который был широко распространён в Римской Британии, и германский футарк. Огам, скорее всего, был создан в четвёртом веке нашей эры.
В огамическом письме многие знаки отождествлялись с такими деревьями, как береза, ольха, ива, дуб, орешник, вяз, ясень… У скандинавов есть руна Иваз (тис) и Беркана (берёза).
Пример огамического письма
В целом, мы можем сказать, что у индоевропейцев было своё видение и отношение к лесу.
У германцев почитались священные рощи:
Есть на острове среди Океана священная роща и в ней предназначенная для этой богини и скрытая под покровом из тканей повозка; (Тацит, Германия 40)
Почитались рощи и у греков (Теменос), у римлян (Лукус), у кельтов (Неметон). Какое же отношение к лесам было у славян?
Южная граница ареала славян всегда проходила по лесостепи, а к северу леса становились всё гуще и гуще. В северной части обитания славян были смешанные и хвойные леса. Леса имели такую же амбивалентную сущность, как и все существа славянского фольклора. Он мог быть как защитником (например, во время набегов степняков), так и врагом. Почва в ареале обитания славян была скудна, поэтому они использовали подсечно-огневое земледелие. В бескрайних лесах можно было заблудиться и умереть, пасть жертвой диких хищников. Поэтому в представлении славян лес был местом обитания враждебных существ, таких как лешие и кикиморы. Лес часто выступал в роли трансцендентного мира, чужого и таинственного, который крестьянин понять не мог. Кстати, такое отношение было и к пастухам. Верили, что пастухи заключают договор с лешим. Леший помогает пасти стадо, а пастух должен оказать ему какую-либо услугу в ответ.
Таким образом лес для славян являлся совершенно иным миром. Не стоит забывать о том, что раньше у людей было совсем иное представлении о времени и пространстве. Вся их жизненная ось и космогоническое место во вселенной определялось мифологией.
Поэтому, жилище Бабы-Яги на опушке леса не случайно. В детстве мне почему-то казалось, что Баба-Яга должна жить в страшном дремучем лесу. Но на самом деле она жила на опушке. Почему?
2. Мертвец в домовине.
Здесь образ Яги тесно переплетается с функцией «охранительницы» царства смерти. Этот персонаж является психопомпом.
Определение: Психопомп — это проводник душ умерших в загробный мир. Верования о психопомпах можно найти во многих религиях. В роли психопомпа могут выступать духи предков, сверхъестественные существа, такие как животные или птицы, божества, ангелы и шаманы.
Очевидно, что костяная нога символизирует двойственную природу персонажа и позволяет ему находиться в мире мёртвых. Подобно Одину, который оставил один глаз в источнике Мимира, чтобы смотреть в потусторонний мир и знать, что там происходит.
В этом случае её избушка – домовина, представляет из себя вход в потусторонний мир, а Баба-Яга – проводник героя, который сможет проникнуть в мир мёртвых благодаря совершению определенных ритуалов. Часто этот потусторонний мир называется «Тридевятым царством», и оно отделяется от обычного мира какими-либо преградами. Густым и дремучим лесом, водной преградой/морем, пропастью или другим препятствием. В некоторых сказках упоминается, что дорога к Тридевятому царству преграждает река Смородина. Эта река имеет сходство с такими реками, как Стикс в Греции, Вайтарани в индуизме и Гьёлль в скандинавской мифологии. Как мы помним, и Стикс, и Гьёлль протекает непосредственно вблизи мира мёртвых, о чем говорит и название реки Смородина. Нет, её название произошло не от ягоды, а от слова «смрад». Вероятнее всего, это обусловлено тем, что в этой реке плывут трупы людей.
По мнению исследователей, путешествие в далёкое Тридевятое царство и последующее возвращение-воскрешение героя есть ничто иное, как символическая инициация, уходящая своими корнями в древние представления о загробной жизни. Таким образом, избушка на опушке дремучего леса свидетельствует о пограничье двух миров, и она является своеобразным переходом из одного пространства в другое.
Подтверждением того, что Баба-яга является покойником (однако, которая присутствует в физическом, а не потустороннем мире) является и то, что Яга узнает путников по запаху.
«Фу-фу, русским духом пахнет!»
Нет, это отнюдь не русофобия. Просто для Яги запах живых так же противен, как и нам запах мёртвых. Очевидно потому, что Баба-Яга сама была из царства мёртвых. Таким образом, запах является своеобразным маркером, позволяющим отличить одних от других.
В североамериканских сказаниях есть легенда, в которой человек хочет отыскать свою умершую жену и проникает в подземное царство. В загробном мире герой находит дом, и его хозяин хочет съесть незадачливого путешественника. Однако хозяин дома с отвращением говорит:
"Он очень воняет! Он не мертв!"
У зулусов тоже есть характерная сказка:
"Говорится, если человек умер тут на земле, что пошел он к умершим, и они говорят: сначала не подходи к нам, ты еще пахнешь очагом. Они говорят: оставайся вдалеке от нас, пока не остынешь от очага"
После того как Яга узнала от героя сказки причину, по которым он явился к ней, она начинает топить баню, чтобы выпарить героя. А затем она кормит его. О чём это свидетельствует?
3. Баня как место проведения обрядов.
Выпаривание в бане главного героя является отголоском древнего обряда ритуального омовения. Сейчас мы поговорим о ритуалах, которые были распространены у славянских народов. Не будем касаться обрядов других этнических групп, так как это тема для отдельного разговора.
Древние славяне в бане не только мылись, грелись и лечили свои болячки. В бане проводились свадебные и похоронные обряды и занимались колдовством. По мнению русского фольклориста и историка Аничкова, у славянских и финно-угорских племён баня считалась чем-то вроде храма, где почитались духи умерших родственников и поклонялись божествам. По своей сути баня являлась границей между миром живых и миром мёртвых. Подобной границей у славян являлись определенные леса, о чем я говорил выше. Перекрёстки также являлись междумирьем в славянской традиции и считались местом обитания чертей. Именно поэтому в средневековье на перекрёстках большаков ставились распятия, чтобы спасти путника от присутствия нечистой силы. Часто на перекрестках совершалось колдовство и гадания, полагая, что граница между нашим миром и миром потусторонним намного тоньше. Часто славяне, переходя перекрёсток, задабривали нечисть – русалку мёдом, ведьму – хлебом, а лешего – яйцом, салом или блинами.
Богатырь на перекрестке
Банная традиция была распространена в северных регионах, где жили восточные славяне — в Новгородской, Псковской и Смоленской землях. Это может указывать на то, что славяне переняли традицию купания в бане у финно-угорских народов или имели с ними общие корни банной традиции.
Основательница этнографической науки в Карелии Тароева Роза опубликовала данные, по которым после выноса из дома гроба с мертвецом, его подносили к стенам бани и оставляли там на некоторое время, чтобы мертвый попрощался с баней.
Таким образом, мы можем говорить о том, что Баба-Яга очищает героя сказки от запаха живых, так называемого «русского духа», чтобы он смог спокойно войти в мир мёртвых. Об этом говорится прямо в одном североамериканском сказании:
Два брата пошли в лес и остались там скрытыми в течение месяца. Каждый день они купались в озере и мылись сосновыми ветками, пока они не стали совсем чистыми и нисколько не распространяли запаха человека. Тогда они поднялись на гору Куленас и нашли там дом бога грома.
4. Почему Баба-Яга кормила ритуальной пищей.
После ритуального очищения в сказках Баба-Яга нередко кормит своего гостя. Этнографы, историки и фольклористы полагают, что эта пища была «покойницкой». По факту, герой, употребляя эту пищу, показывает то, что он не боится эту еду, а имеет на неё право. И всё это для того, чтобы войти в мир мёртвых.
У славян действительно существовал такой обряд. После омовения на тело покойника, которое находилось в красном углу дома, клали блин или хлеб. Также пищу могли положить на крышку гроба. В этом случае гроб выполнял функцию поминального стола. Гости угощаются этой едой прямо в доме, а затем остатки хлеба раздаются скорбящим на могиле усопшего. В течение сорока дней на могиле и подоконниках оставляют пищу для души. После сорокового дня душа, как считается, отправляется в иной мир.
Ритуальная пища встречается у всех народов мира.
У маори:
даже переправившись через реку, отделяющую живых от мертвых, еще можно вернуться, но кто вкусил пищи духов, тот не вернется никогда
У североамериканских индейцев:
Но старая женщина, мышь, предупредила молодых людей, чтобы они не ели того, что им даст Комокоа, иначе они никогда не вернутся на верхний свет
В сказке «Старуха-говоруха» есть такая строка:
Избушка на курьих ножках, пирогом подперта, блином покрыта.
Этот текст можно понять так: ритуальная еда была положена на домовину.
Таким образом, Баба-Яга предлагала герою сказки провести ритуалы, характерные для мертвецов. И именно таким образом герой попадал в потусторонний мир, то есть проходил обряд инициации через символическую смерть и символическое воскрешение.
Есть ещё несколько атрибутов, которые говорят о том, что Баба-Яга связана с миром мёртвых. Например, в сказках у Яги распущенные волосы.
У славян присутствовала традиция покойным женщинам расплетать косы. Признак того, что распущенные волосы являются атрибутом нечисти, появился неспроста. Тело покойника омывали в бане, и для этого приходилось расплетать косу.
Часто можно встретить описание нежити с распущенными волосам:
«Сказывают, в лощине допреже прудок был небольшой, только дюже глубокий; ну, и утопла в нем одна женщина. Теперь и ходит ночами по лощине, плачет тонким голосом; сама в белой рубахе, косы распущены и, как кого увидит, к себе манит. Видно, нет ей спокою: она ведь неотпетая и без покаяния кончилась. Утопла она Великим постом, а как пошла полая вода, снесло весь пруд в речку, ее и не нашли. Бывает еще: вылезет она на край лощины, сядет и плачет. Много кто у нас ее видел. Даже собаки хвост подожмут, брехать на нее зачнут, выть, только близко к ней не подходят. Нехорошо тут у нас от нее в лощине; жуть какая берет, ежели ночным делом мимо идти» ([Семенова 1898, с. 232] — Рязанский у.).
Здесь идёт речь о русалках. Напомню, что русалки являлись нечистью, чаще всего которыми становились утопленницы.
Не ходи в жито, а то русалка изловит. Возьмет, косы распустит и замотает тебя этими косами
В южнославянской традиции есть существа вилы. Это юные бледнолицые девы с длинными распущенными косами из потустороннего мира.
Вопрос о том, является ли Яга божеством смерти, духом или покойником-психопомпом до сих пор открыт. К сожалению, у нас не хватает источников и фактов, чтобы соотнести этого персонажа с каким-либо образом.
Ещё одним важным атрибутом Бабы Яги является домовина, о которой мы уже упоминали. Я думаю, стоит поговорить о ней более подробно.
5. Домовина.
Домовина на старинном кладбище, Архангельская область
На старообрядческом кладбище в селе Усть-Цильма (республика Коми) можно увидеть уникальные могилы. Например, могила младенца, которая является историческим свидетельством старинных обычаев.
d
Старообрядцы, исповедующие поморское согласие, хранят в своих обрядах многочисленные элементы языческого прошлого. В их домовинах и голбцах вырезаны медные иконки и кресты, что символизирует их стремление совместить старые верования с христианством, несмотря на то что многие из этих ценных деталей были украдены с кладбищ.
Древлеправославная поморская церковь (ДПЦ) — это крупнейшая религиозная организация староверов поморского согласия, которая имеет официальный статус в настоящее время. Общины имеют духовных наставников, которые возглавляют их. У поморцев таинства крещения и исповеди проводятся мирянами.
Самый знаменитый храм ДПЦ — Знаменский соборный храм в Санкт-Петербурге.
Когда человек умирал, его родственники заказывали мастеру гроб, который должен был стать новым домом для покойного. Гроб изготавливали из цельного куска дерева, иногда даже заранее, чтобы он точно соответствовал размерам умершего. Это было важно, чтобы усопший чувствовал себя комфортно в своём последнем пути. Нередко гроб выносили из дома через дверь ногами вперёд, чтобы умерший не смог вернуться. А возле кладбища сани переворачивали в сторону погоста — чтобы покойный не захотел вернуться домой. Я думаю, что те, кто жил в деревне, часто слышали от своих родителей, бабушек и дедушек о том, что нельзя спать ногами к двери. Всё это идёт с самой глубокой древности.
Таким образом, обряды погребения и поминания у старообрядцев сохраняют древние обычаи и символику, что позволяет нам реконструировать быт славянских и финно-угорских предков.
Местные поморские обычаи включают различные ритуалы. Например, ориентация могилы с помощью креста или голбца относительно сторон света позволяет определить, где находится восток и запад. Крест устанавливается на восточной стороне, у ног усопшего, а тело покойного кладётся лицом к кресту, головой на запад. На таких могилах иногда можно увидеть окошки на торце. Через них родственники могут класть пищу или ценные предметы. Некоторые этнографы считают, что выражение «Костяная нога Яги» связано с тем самым окошком, в котором можно было увидеть ногу истлевшего скелета.
После того как славяне приняли христианство, традиция делать домовины не исчезла, а видоизменилась. Вместо домовин появились голбцы, которые до сих пор используют старообрядцы.
Голбцы
Домовина с крестами
Мы не будем разбирать о том, появились ли домовины на территории смешения финно-угорского и славянского населения или были продуктом одной из этих культур. Домовины были широко распространены на территории Древней Руси, поэтому мы не можем точно определить место, где зародился миф об избе на курьих ножках. Возможно, в будущем будут опубликованы исследования и монографии, которые дадут ответы на эти вопросы.
6. Сравнительная мифология. Баба-Яга в других мифологиях.
Декоративная маска Перхты
Образ Бабы-Яги присутствует практически у всех славянских народов, и в целом их описание и функции сходны: Ежибаба и Йендза у западных славян, у южных славян — Баба Коризма, Горска Майка.
В румынском фольклоре есть такой персонаж, как Мума Пэдурии (Muma Pădurii) — сумасшедшая и уродливая старуха. Само её имя переводится как «мать леса», причем слово «Muma» — архаичная версия слова «mamă» (мать). Она живёт в самом сердце густых и неизведанных лесов на старом могучем дереве или в обычной хижине. Румынская версия Бабы-Яги является защитницей лесов, животных и растений, умеет варить зелья и помогает животным. Считается амбивалентной сущностью. Её двойственная природа заключается в том, что она помогает животным и растениям, но может навредить тем, кто портит лес.
Удмуртская Обыда и марийская овда. Здесь стоит обратить внимание, что оригинальные фольклорные тексты были собраны только в конце XIX века среди удмуртов, которые проживали за пределами Удмуртской Республики. Образ Обыды в удмуртской культуре формировался под влиянием марийских мифологических воззрений, это свидетельствует о культурном обмене между этносами. Первое упоминание об Обыде зафиксировано этнографами только в конце XVIII века.
Что же касается образа Обыды, обычно она изображается как старуха с вывернутыми ступнями и огромными обвисшими грудями, которые она могла закидывать за плечи. Это характеризует это сказочное существо как представителя потустороннего мира. Не только среди индоевропейских и финно-угорских народов существует персонаж с гипертрофированными первичными половыми органами, но и у тюрок, например у башкир.
Современное представление Обыды как удмуртской бабы-яги связано с влиянием восточнославянских сказок и популяризацией в массовой культуре. Здесь фольклористам сложно определить, имеют ли славянская Баба-Яга и финно-угорские Обыда и Овда общий источник, или одна мифология повлияла на другую.
Пожалуй, одним из самых интересных образов является Фрау Перхта. Известна в австрийской, швейцарской и южногерманской мифологии, а также словенцам и чехам. К сожалению, фольклористам не удалось узнать происхождение имени этого сказочного персонажа. Есть мнение, что имя Перхта произошло от древненемецкого слова beraht, что значит светлая. Другой вариант повествует о том, что имя этого персонажа означает "скрытый" от древненемецкого слова pergan.
Перхта была связана с плодородием земли прядением, одна её нога была гусиной и у неё был железный нос. Согласно Якобу Гримму, в X веке на древненемецком языке о Перхте говорили как о фрау Берте. Считалось, что это богиня в белом одеянии, которая управляла прядением и ткачеством. Гримм полагал, что Перхта была женским эквивалентом Берхтольда и иногда выступала лидером Дикой охоты. Некоторые же исследователи полагают, что Перхта является симбиотическим образом богини Фрейи и древним образом Бабы-Яги, который появился уже после христианизации земель Каринтии.
Теперь я коротко расскажу об историческом контексте. Около 660 года нашей эры, в ходе расселения славян было основано независимое государственное образование в Восточных Альпах — княжество Карантания. Спустя чуть меньше века оно попало под влияние Баварии, а потом было включено и в состав Франкской империи. Расселение карантийских словенцев полностью совпадает с местом почитания/известности Перхты. Вероятно, что этот персонаж был привнесен в южногерманскую и швейцарскую традицию этими самыми карантийскими словенами. Впоследствии образ Бабы-Яги адаптировался под культуру германцев и был наделен собственными атрибутами и функциями, и появился образ Перхты.
Обратите внимание на расселение словенцев
7. Заключение.
Образ Бабы-Яги сложен и многогранен. Как за счёт амбивалентности, так и за счёт скудности источников. Вероятнее всего, истоки этого сказочного персонажа лежат за пределами языческого мира и уходит корнями в эпоху, когда славяне поклонялись духам, а не богам. Наличие у Бабы-Яги в помощниках животных, растений и природных явлений иллюстрирует н связь данного образа с древними представлениями о женском начале, о матери нской сущности всего живого.
В сказках, мифах и легендах она предстаёт перед нами, как амбивалентное существо. В ряде сказок Яга злая колдунья и ведьма, насылающая проклятья. А иногда она выступает в качестве помощника и защитника главного героя. Яга людоедка и похитительница детей, но она помогает своим гостям и является стражем двух миров. Она позволяет героям сказок приоткрыть завесу того самого неизведанного мира мёртвых, то самое "Тридевятое царство".
Сам Пропп считал образ Бабы-Яги - посредником между мирами, со всеми присущими атрибутами:
«Яга как явление международное обладает признаками посредника между миром смерти и жизни в очень широкой степени: им всегда присущ атрибут разложения: полая спина, размякшее мясо, ломкие кости, спина, изъеденная червями»
Пропп полагал, что образ Яги является переходной ступенью от животного человека, ведь человек с животной ногой является распространенным у всех народов архетипом. У Яги не было животной ноги, однако стоит вспомнить ту же самую Фрау Перхту у которой одна нога была гусиной. К подобным примерам можно отнести Пана или тех же фавнов. Вероятно, тесная связь Яги со смертью сделала её костеногой.
Таким образом, в Бабе-Яге воплощается древнейший образ богини Жизни и Смерти, которую можно попросту назвать "Матерью-Землей". Он восходит к эпохе неолита и указывает на первичное женское начало. Доказательством этому может служить:
- Её амбивалентный/двойственный образ.
- Власть Бабы-Яги над силами природы.
- Власть Бабы-Яги над проходом в потусторонний мир, мир мёртвых. Об этом свидетельствуют характерные атрибуты, вроде костяной ноги или большого носа, упирающегося с гроб/домовина.
- Важная роль в обряде инициации. Женщины, которые проводили эти обряды, представляли из себя воплощении Богини-Земли.
Конечно, это только гипотеза, и таких гипотез еще довольного много. Я постарался рассмотреть Бабу-Ягу с разных ракурсов и сторон.
В заключение, важно отметить, что образ Бабы-Яги остаётся одним из самых загадочных и интересных в славянской мифологии. Она одновременно олицетворяет страх и мудрость, ужас и помощь, что делает её уникальным персонажем в народных сказках. Её фигура помогает понять глубинные аспекты человеческой природы и архетипы, которые живут в нашем сознании с древних времён. Эта двойственность отражает сложность и многогранность человеческого восприятия мира. Таким образом, Баба-Яга является важной частью культурного наследия, воплощая в себе древние мифы, верования и символы.
«Перуном» раньше называли молнии, а в украинском и белорусском языках это название сохранилось до сих пор. У Перуна есть двоюродные индоевропейские братья- громовержцы. Литовский Перкунас, индийский Парджанья, скандинавский Фьергун.
На сколько знаю индусский пантеон - Перун это скорее не Парджанья, а Индра, царь полубогов. А Парджанья его подчиненный, т.с. "оруженосец".
Условное дерево индуиского пантеона:
Вишну и Шива - полноправные Боги, а так же их жены, Лакшми и Ади Шакти.
Брахма - Полубог, сотворенный Вишну для построения материальной вселенной, а так-же его жена Сарасвати.
Индра-дев и подчиненные ему полубоги, менеджеры различных явлений и напрвлений.
Так что вряд ли подчиненный удостоился чести быть "Перуном" у славян. Ну и Зевса забыл автор упомянуть.
Насчет Ящера.
в индусском фольклоре есть Шеша:
Шеша - одна из форм Бога в индуизме и ведийской религии — тысячеголовый змей, царь всех нагов. Шеша выступает олицетворением вечного времени. Согласно «Бхагавата-пуране», Шеша — это аватара Вишну, также известная по имени Санкаршана.
Так что ели насчет змея там серьезно написано, то нужно искать его спутника, схожего с Вишну или Кришну. И кстати Калия - водоплавающий.
Рыбаков в «Язычестве Древней Руси» весьма подробно пишет о Ящере – владыке подводного и подземного мира.
Кем был Велес на самом деле для славян, мы, конечно же, не знаем. Но, путем сложных ментальных усилий, некоторые исследователи пришли к мнению, что Велес имел отношение к мертвым и владычествовал загробным миром.
Это же прямой намек на Шиву, который по индусскому фольклеру "живет в местах кремации", за что его любил упрекать Праджапати Дакша, сравнивая с нишим побирушкой.
Проанализировав персонажа по имени Боян,
Боян - это странствующий мудрец Нарада, правда у Нарады был другой музыкальный инструмент.
Дажьбог. Первая часть – это индоевропейский корень *dagh со значением «день», «жара», и имя в целом логичнее всего переводить именно как «бог света».
Дажьбог - это Сурья, бог Солнца?
Род и рожаницы.
По одной легенде сначала был Вишну, который сотворил Шиву, по другой легенда Шива сотворил Вишну, а его Шивы вторая половина - Богиня Ади Шакти (которая по легенде сотворила все формы живой природы) стала 3-мя женами "Большой тройки богов": Сати, Лакшми и Сарасвати.
Вот вам Род и Рожаницы, если легенды "моль проела".
Все это конечно ИМХО. Проводим аналогии без каких-то гарантий.
Приветствую вас на очередном сеансе общения с духами предков.
Низшую мифологию мы худо-бедно рассмотрели. На очереди боги.
Как бы я этот момент не оттягивал, пришло время ступить на охрененно тонкий лед. Если вдруг кто-то читал первый пост серии, а тем более помнит, о чем там шла речь (серьезно, вы настоящие герои, горжусь вами!), то вы помните и главную проблему славянской мифологии.
Если про низшую мифологию мы знаем более-менее хорошо, то про богов мы знаем… Да ни черта мы не знаем. Все, расходимся!
Про часть богов мы не знаем вообще ничего, кроме их имени. Даже характер их божественных сил. Существование некоторых богов вызывает до сих пор споры, ибо напрямую они не упоминались нигде. Однако их вывели в научной лаборатории, долго скрещивая разные древние тексты, добавив капельку воображения. То, что в итоге получилось, вызывает сомнения в научной среде.
Начнем, естественно, с тех, кто точно не вызывает сомнений в своем существовании. Информации будет чертовски мало, и даже та, по большей части, является предположениями и теориями.
Безусловно, в сети можно найти информацию даже про размер белья каждого бога и их любимые блюда. Серьезно, даже заповеди есть. Но откуда эти сайты черпают информацию – то великая тайна. Возможно, они напрямую общаются с богами.
Штош, погнали.
Для начала небольшое отступление для ввода двух главных персонажей славянского пантеона.
Повесть временных лет четко разделяет русов и славян.
И пошли за море, к варягам, к руси. Ибо те варяги назывались русью, как другие зовутся шведами, а другие норманнами и англами, а еще иные готами, – так вот и эти. И от тех варягов получила название Русская земля.
А славянский народ и русский един. От варягов ведь стали зваться русью, а сначала были славяне, хотя и полянами звались, но речь была славянской.
А также разделяет их профессии. Русь – это воины, а славяне – купцы. Русь – это викинги, воины, совершавшие походы в славянские земли и на Византию. С собой они приносили свою культуру, однако и быстро ассимилировали культуру славян.
Олег, имя которого произошло от скандинавского имени Хельги, почитал не Одина, а Перуна. Нестор в повести временных лет не только противопоставляет эти два народа, но и подчеркивает, что «славянский народ и русский един». В итоге религия Руси была и не скандинавской, и не славянской. Она сочетала в себе черты обеих культур.
Два народа действовали сообща, но при этом различались и почитали разных богов. Воины почитали громовержца Перуна, а купцы бога изобилия.
Это все согласно норманской теории, я буду придерживаться именно ее. Для антинорманистов, впрочем, особо ничего в мифологии не поменяется: просто подставьте вместо скандинавов любой народ на выбор. Не суть важно.
Перун
Представляю вашему вниманию главу славянского пантеона. У всех крутых ребят был свой бог-громовержец, а мы ничем не хуже.
«Перуном» раньше называли молнии, а в украинском и белорусском языках это название сохранилось до сих пор. У Перуна есть двоюродные индоевропейские братья- громовержцы. Литовский Перкунас, индийский Парджанья, скандинавский Фьергун.
К сожалению, фотографии и видео с Перуном не сохранились, ибо древнерусские флэшки были совсем никудышными. Поэтому о его внешнем облике можно лишь гадать.
Мы знаем, что в символике Перуна важную роль играли золото и серебро.
Владимир (тот, который князь, а не дзюдоист) ввел культ Перуна, сделав его верховным богом, отодвинув всех прочих. Напомню, что Перун – это бог воинов. В почете был тогда больше другой бог, но о нем отдельно.
И стал Владимир княжить в Киеве один и поставил кумиры на холме за теремным двором: деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, и Хорса, и Даждьбога, и Стрибога, и Семаргла, и Мокошь. И приносили им жертвы, называя их богами, и приводили своих сыновей, и приносили жертвы бесам, и оскверняли землю жертвоприношениями своими.
Как известно, реформы Владимира через восемь лет после этого закончились принятием христианства. Можно предположить, что и введение культа Перуна было именно политической многоходовочкой, а не религиозной. После принятия христианства Владимир поручил прочие идолы порубить и сжечь.
Но для Перуна были приготовлены особые условия. Нестор описывает это так:
…повелел повергнуть идолы – одни изрубить, а другие сжечь. Перуна же приказал привязать к хвосту коня и волочить его с горы… и приставил двенадцать мужей колотить его палками… Когда влекли Перуна к Днепру, оплакивали его неверные, так как не приняли они еще святого крещения. И, приволочив, кинули его в Днепр. И поручил Владимир <людям>, сказав: «Если пристанет где к берегу, отпихивайте его, пока не пройдет пороги, тогда только оставьте его».
А. Баркова предполагает, что тут было больше не глумление над поверженным идолом, как преподносит Нестор, а аналог похорон с отданием последних почестей. Эти 12 молодцев были, скорее всего, дружиной, которая сопровождала своего бога в последний путь.
Велес (Волос).
Из повести временных лет мы видим, что культы Перуна и Велеса были в одно и то же время и существовали практически на равных. Если Перуна почитали воины, то Велесу поклонялись и им клялись славяне.
Это тот самый «скотий бог». Вспоминаем медведя, чью лапу вешали в хлеву и называли так же. Медведь, Леший и Велес – тут определенно можно отследить развитие и усложнение персонажа со временем. Будь как медведь, верь в свои силы, и у тебя все получится.
На момент возведения Владимиром идолов в Киеве, Велес был в большем почете у простого люда, чем Перун.
Однако Велесу Володя запамятовал вручить пригласительный билет на свою божественную тусовку, поставив идолы всем, кроме него. Идол Велеса стоял угрюмо в нижней, торговой части города, особняком. Обидно, наверное, но на то он и бог, чтобы терпеть невзгоды.
Кем был Велес на самом деле для славян, мы, конечно же, не знаем. Но, путем сложных ментальных усилий, некоторые исследователи пришли к мнению, что Велес имел отношение к мертвым и владычествовал загробным миром. Но не в современном негативном представлении, а на примере медведя и лешего, где «тот» мир был источником знаний и всяческих богатств.
Проанализировав персонажа по имени Боян, которого в «Слове о полку Игореве» называют Велесовым внуком, можно чуть больше расширить функционал скотьего бога. Возможно, есть в Велесе что-то схожее со скандинавским Одином, который был богом мудрости, правил павшими воинами и обладал поэтическим даром (да, да, помним его медовое дристалище).
Хорс и Дажьбог
Про этих двоих известно еще меньше. Они упоминаются в перечне главных богов, обычно следуя сразу за Перуном. В «Слове о полку Игореве» Хорс назван «великим».
Единственный источник информации, откуда можно набрать хоть что-то – это этимология их имен.
Наиболее надежной считается трактовка Хорса как божества иранского происхождения, и тогда это имя происходит от xuršēt – «сияющее солнце» (ср. с современным осетинским «хур» – солнце»).
Дажьбог. Первая часть – это индоевропейский корень *dagh со значением «день», «жара», и имя в целом логичнее всего переводить именно как «бог света».
В общем и целом, все, что можно предположить про этих двух – это бог света и бог солнца. Наличие одновременно бога света и бога солнца в мифологиях - это не редкость.
Мокошь (Макошь).
Рыбаков трактует слово «Макошь» как мать урожая. Однако лингвисты и филологи называют такую трактовку абсурдной. Современная этимология связывает его с корнем, имеющим значение «прядение».
Можно предположить, что культ Мокоши был проявлением универсального женского божества.
В мифологическом календаре день богини – пятница (как и день Венеры, скандинавской Фрейи – Friday); устойчивый запрет на женское рукоделие в пятницу говорит о том, что и на Руси пятница посвящалась богине женщин. Когда в народном православии ее культ поглотила Параскева-Пятница, эти черты были перенесены на культ Пятницы. В обрядах чествования Пятницы ее изображала женщина с распущенными волосами, что неизменно вызывало гнев церковников.
Семаргл
Это нечто с крыльями. Бог Владимирова пантеона, имеющий иранское происхождение. Он давно сопоставлен с иранским грифоном Симургом.
Но есть предположения, что грифон и Семаргл, то бишь бог, – это разные персонажи. Его имя содержит корень marg – «птица» на языке сарматов и аланов (предков осетин). Но даже в таком случае, про Семаргла можно сказать не больше того, что это бог в облике исполинской птицы.
Вы уже успели поразиться обилием информации про славянских богов? Так вот, дальше еще хуже.
Стрибог
Единственное, что нам о нем известно, кроме имени – это цитата из «Слова о полку Игореве».
А вот уже ветры, Стрибожьи внуки, веют с моря стрелами на храбрые полки Игоря.
Добавить нечего.
Сварог
Ссылаясь на скудность данных, некоторые ученые делают вывод о том, что такого бога вообще не было, имя же Сварог является искусственным, образованным от «Сварожич», где «Сварожич» – не отчество, а уменьшительная форма.
Данные о Сварожиче из поучения против язычества – «Слова некоего христолюбца»: некоторые «молятся огню, называя его Сварожичем», в другом месте сказано «молятся огню под овином». Перед нами – тот же образ огненной печи (как мы уже говорили, огонь разводили в яме под овином).
Эмм… Бог зажигалки?
Далее пойдут боги, которых, возможно, вообще никогда не существовало. О них до сих пор спорят. Выводы делайте сами, я лишь их перечислю.
Ящер.
Рыбаков в «Язычестве Древней Руси» весьма подробно пишет о Ящере – владыке подводного и подземного мира. Но это имя не встречается в древних текстах, а является научной реконструкцией.
Род и рожаницы.
Согласно концепции филологов, Род – это божество типа домового. Рыбаков возражает им, опираясь прежде всего на два текста середины XII века – «Слово об идолах» и «Слово Исайи пророка». Где у автора этих текстов полыхает праведное гузно от тех, кто «ставит трапезу Роду и рожаницам».
Из этих текстов становится понятно, что культ Рода и рожаниц был универсальным. От египтян он перешел к грекам, после к римлянам.
Так и до славян дошло. И вот славяне начали ставить трапезу Роду и рожаницам прежде Перуна, бога их. А прежде того совершали ритуалы в честь упырей и берегинь. После святого крещения Перуна отринули, а приняли Христа Господа Бога нашего, но и ныне по окраинам молятся проклятому их богу Перуну, Хорсу, и Мокоши, и вилам, но то совершают тайно.
Из этого текста можно осторожно предположить, что культ Рода и рожаниц был после веры только в низшую мифологию и до веры в полноценных богов. Как некий переходный этап.
Марена
Это западнославянская богиня. Марену, Маржану, Морану сравнивали с римской Церерой, греческой Гекатой, с Персефоной Прозерпиной. Это дает образ богини преисподней, воплощающей жизнь и смерть в двуединстве. У западных славян так называлось чучело, с которым ходили на празднике, аналогичном русской Масленице. Однако русская Масленица не носит имя Морены. Вероятно, на Руси произошло низведение культа этой богини. О ней ничегошеньки не осталось.
Чернобог, Белбог, Подставьсвойцветбог
…
Кто там еще есть?..
Пу-пу-пу… Да вроде никого и нет больше.
Вот такая мифуйня омлята.
Верить или нет в красочные описания богов на разных ресурсах, коих развелось немало, дело ваше. При желании можно и самим что-то домыслить. Тех же, кого ущемляет отсутствие у славян собственной великой мифологии, могу уверить, что она несомненно была. Была, и скорее всего ничуть не хуже, чем у других. Просто не сохранилась. Если вам зачем-то вдруг понадобился повод для гордости, то это он и есть.
А на этой прекрасной ноте серия постов про славянскую мифологию подходит к концу. Уже третью серию подряд у меня получается 7 постов, ни больше ни меньше. Это уже, можно сказать, стало традицией.
Спасибо, что дотерпели до конца, а также всем, кто читает, комментирует и плюсует.
Искры взлетали к наливающемуся светом небу, где и таяли, угасая, сливаясь с заревом восходящего солнца, словно приветствуя приход в мир Хорса (бог солнца), салютом. Погребальный костер пожирал в гудящем пламени, последнего представителя некогда великого племени великанов. Огромного доброго человека, до конца оставшегося верным чести. Воином, погибшим от подлости, но не запятнавшим свое имя позором.
Они вывезли его тело из мрачного ельника. Чащун категорически отказался проводить обряд «Упокоения усопшего», на территории ведьмы. С ним согласились все. Не дело — это провожать в последний путь там, где подлость пустила свои поганые корни. Где казалось сам воздух пропитан ненавистью к чести и совести.
Крома везли на срубленных жердях, перевязанных между собой уздечками, и закрепленных между двух лошадей. Федогран не принимал в их изготовлении никакого участия, да в общем-то никто этого от него и не требовал. Парень сидел на поваленном дереве, полностью погруженный в свое горе, ковыряясь палкой в углях незатухающего костра и ненавидел себя.
Перед глазами стояла картина улыбающегося гиганта, сложившего свою голову ради него. Он, сейчас, готов был отдать все то немногое, что имел, ради того, чтобы поменяться местами, с этим, практически незнакомым ему, но в одно мгновение, ставшим дорогим, человеком. Он не представлял, как сможет дальше жить, с таким грузом в сердце. Но назад время не вернуть.
Он сунул руку, убившую великана, в костер. Попытка, хотя бы так наказать себя за совершенное преступление, и получить прощение от терзающейся муками души, дала противоположный эффект. К внутренней, душевной боли добавилась боль от ожога – физическая, не такая сильная как первая, но все же еще одна боль. Он заскулил от такой несправедливости, стиснув зубы, и на глазах показались слезы.
На его плечо легла рука, и рядом присел, окутавшись дымом, Чащун. Во взгляде старика читалось понимание.
- На ка вот, сынок, отхлебни пару глотков, помочь конечно не поможет, но хоть слегка заглушит боль. – Дед протянул кожаную флягу с медом.
Федогран сделал глоток безвкусной жидкости. Не почувствовав ничего, сплюнул, и повернул голову к колдуну, посмотрев на него красными, влажными глазами.
- Почему? – Произнес он и поперхнулся комом в горле. – За что мне это? – Справился он наконец с дрожью в губах, не дающую говорить. – Я ведь был простой парень. Ходил в школу, любил девчонку, вернее гулял с ней, целовался, хулиганил в конце концов, и получал «ремня», за это от отца. Все было просто и понятно. А теперь? Зачем я здесь? Я монстр, убивший собственной рукой друга. – Он вновь осекся и отвернулся к костру. – Как я дальше буду жить?
- Хватит ныть! – Внезапно рявкнул клубами дыма Чащун, и плечи парня вздрогнули. – Распустил нюни: «Зачем? Почему? Ах, я монстр! Прощения нет!», сопли подотри, богатырь недоделанный. Кром ради тебя погиб. Что бы ты дурак жил. Поверил он. Не мог по-другому поступить. Выбора у него не было. Смерть его ради будущего нужна была. Поверил, что ты продолжишь его дело, и потому ушел к предкам, вместо тебя. Прекращай девку, сомневающуюся в выборе жениха, из себя строить. Вставай и пошли. Пора уже. Крона надо в последний путь проводить. Должен ты ему. Помни об этом.
На опушке леса разложили огромный костер, достойный великого воина. Весь сушняк по округе собрали, и стволы засохшие повалили. Федор включился в работу с остервенением рубя, доставшемся ему от великана топором, деревья, не замечая капающей крови с сорванных с ладоней мозолей, и не чувствуя боли.
- Не надо его сейчас трогать. – Донесся до него тихий голос колдуна, остановившего пытавшегося подойти к другу Вула. – Перетерпеть ему это надо, есть минуты в жизни, когда даже друзья становятся врагами, мешаясовести пожирать боль. Он справится, поверь старому духу жизни, надо просто не мешать, и подождать. Он сильный. Молодой еще и глупый, но сильный. Кром сразу разглядел. Оставь парня. Не трогай.
- Велесе, Отче наш! Даруй покой душе Внучка Дажбожьего! Пусть прибудет с ним радость бытия вечного, в Свете Рода Всевышнего! Пусть обступят его Боги Светлые и защитят от тоски и печали Навной, пусть прибудет с ней Дух Рода Православного, чтобы прибывал он с Предками и Потомками в согласии! Мы добрым словом его помянули, деяния славим и перед Богами свидетельствуем единство рода нашего в трех мирах! Слава Богам!
Чащун дочитал молитву простирая руки к восходящему солнцу.
– Прощай брат. – Поклонился он еле тлеющем остаткам костра. Навек ты останешься в моем сердце. - Окутался дымом, запрыгнул на рысь и повернулся к скорбящим друзьям. – Пора. Ваш путь лежит в Новгор, к воеводе. Там вы сейчас нужны. А я в другую сторону. Надобно мне разобраться во всем, что в последнее время происходит. Прощайте. Даст Род, найду вас.
Он развернул свою огромную кошку, и скрылся в лесной чаще оставив после себя облако дыма. Постояв еще немного у догорающих углей, друзья поклонились в пояс останкам,вскочили на коней, и развернулись в другую сторону. Пора было возвращаться. Жизнь продолжается. Что их ждет впереди, даже боги не знают. Вот только Федор теперь стал другим. Боль потери и вины, легли на душу, пройдя по ней когтями совести, и сделав более черствой. Теперь он был готов ко всему. Но как же он ошибался, думав так.
Их встречал весь город, высыпав к воротам и криками радости приветствуя героев. Слухи об их похождениях уже достигли ушей любопытных кумушек, и уже с их подачи, гудящей волной прокатились повсюду, обрастая сплетнями и придуманными подробностями. Впечатляющая расправа над ульем кровососов, где с каждым пересказом количество упырей увеличивалось вдвое, впечатлило всех, сделав из наших путешественников былинных богатырей, а коварный поступок князя, добавляла к их облику печать борцов с несправедливостью.
Ревущая восторгом толпа по краю дороги и бегущие следом мальчишки с восхищенными глазами, провожали их до самого крыльца терема воеводы. Хозяин города встречал их в полном боевом облачении. Он обнял каждого гулко похлопывая по спине, исключением стал только шишок, который ввиду своего маленького роста мог утонуть в огромных ладонях, и потому обошелся забавным рукопожатием, хотя это действие вызвало беззлобный смех толпы, на что мохнатый коротышка не обратил никакого внимания, гордо задрав подбородок.
Алина, встретив Федора у ворот города и провожала его до крыльца терема взявшись за стремя, показывая тем самым, завистливым товаркам, что это ее жених, герой, и никому его отдавать она не собирается. Никаких поцелуев между влюбленными не было, целоваться позволялось прилюдно только супругам, да и то только при встрече мужа из дальнего похода. (Невместно поступать так-то невенчанным.) Только взгляды, глаза в глаза. И эти взгляды расшевелили наконец закостеневшую душу парня, показав ему то, ради чего стоит жить дальше.
Воевода накрыл огромный стол в горнице. Отвергнув сразу все разговоры о делах, он гостеприимно махнул рукой, приглашая присаживаться, и угощаться тем, что Велес послал, и разлив по глиняным чашам мед произнес тост.
- Еще совсем недавно, к нам в город пришли новые люди. Два неумелых мальчишки, один из которых более походил на скелет, а второй хоть и вышел статью, но был дурак дураком, да еще оборотень, про которого, до этого многие слышали, но не видели, и от того относились потому с подозрением. Отдал я их на воспитание к Яробуду, известному своим нравом злобным, на справедливым. Воину, воспитавшему не одного великого ратника. Скажу честно. Не верил я что получится из всей этой моей затеи, что-то путное. Теперь прошу принять мой низкий поклон с извинениями. – Митрох низко поклонился, мазнув рукой по полу. – Не прав я был. Богатыри получились истинные, несмотря на юный возраст. Беру в дружину их, но не новиками, а ратниками. Выпьем други за их здоровье. Любо!
- Любо! – Рявкнули все присутствующие за столом, и гремя доспехами вскочили, подняв в верх руки с полными меда чарками. Округа загудела праздником.
Гуляли весь день. Герои наши частенько выходили на крыльцо, где их встречали те, кто не поместился в воеводском тереме, но при этом, не был обижен ни закусками, ни выпивкой. Столы стояли под открытым небом, и восторженная подвыпившая толпа горожан развлекалась обжорством и танцами под балалайку, в руках знаменитого мастера этого древнего инструмента – Куземы, вытворявшего такое, чему позавидовали бы современные представители шоу-бизнеса. Частушки лились из него нескончаемой рекой, заставляя иногда краснеть и бывалых воинов. Что уж там говорить о девках, «прыскающих» в кулак и опускающих глаза.
Расходились уже глубокой ночью. Общем решением, несмотря на всеобщие протесты, желающих пригласить к себе на ночлег героев, отправились на конюшню. Привычнее там, роднее что ли, словно домой вернулись, и не стеснили никого своим присутствием заодно.
Зарылись в свежее, ароматное сено, перекинулись порой слов и уснули, крепко, как и положено - по-богатырски.
Разбудил их не петух, как бывало обычно. Яробуд, ожидая от него подобной пакости, даже сапог рядом с собой положил, чтобы сказать: «Доброе утро», -хвостатому будильнику. Но не понадобилось. Ни свет ни заря поднял их посыльный от воеводы, который едва и не получил этим самым «будильником» в лоб, от не ожидавшего такого пробуждения, и злого потому, конюха.
- Митрох к терему кличет, рать собирает, беда у нас. – Выпалил скороговоркой молодой кучерявый парень, сверкая в лунном свете встревоженными глазами.
- Орда. – Выпалил тот, потом попытался видимо еще что-то сказать, но решив, что этого достаточно, махнув рукой, выскочил из конюшни вон.
— Это серьезно. - Нахмурился дед. – Давненько сюда степняки не хаживали. Последний раз я как раз ногу в драке с ними потерял. Помнишь Вул. – Обернулся он к оборотню.
- Конечно. – Кивнул тот и потянулся. – Знатная была битва. – Только больно уж суетливо все начинается. Зачем будить так рано. Они же не у стен города стоят. Или дозоры проспали?
- Вряд ли. У воеводы с этим строго. Но раз собирает спозаранку, значит повод для беспокойства есть. Пойдемте послушаем, что старшой скажет.
Как будто и не расходились. Опять весь город у крыльца. Только лица не радостные, а взволнованные, да бабы кое-где носами хлюпают, да завывать пытаются, их мужья успокаивают, убеждая, что: «Ничего страшного. Все это не впервой. Бывало уже. Отобьемся».
К воеводе подбегали воины, что-то говорили ему, и вновь убегали, получив задание. Суета и тревога витала в воздухе. Такое ощущение, что ее можно было даже потрогать. Только руку протяни. Все ждали, что скажет глава города.
- Беда у нас горожане! – Наконец заговорил он, подняв руку вверх для привлечения внимания. – Степняки малой ордой вошли в наши земли. Уже разорили дальний хутор и двигаются к городу. Я приказал всем селениям, что стоят у них на пути, бросать скраб и уходить сюда в город. Жизнь людей дороже барахла. Скоро беженцы будут здесь. Примите их как родных. Хлебом солью поделитесь, так как делали и завещали нам предки. – Толпа одобрительно загудела.
- Далее, что хочу сказать. Так как орда идет малая, то справиться своими силами должны. К князю я гонца, конечно, послал, но до прихода его рати, город наш уже окружен ворогами будет, а все вокруг разорено. Решил я их в поле встретить, в честной сече. Думаю, справимся своей дружиной, но и от помощи ополчения отказываться не будем. – Снова гул одобрения. Воевода дождался тишины и продолжил.
- Потому всех мужчин прошу в строй становиться. Вперед их не пошлем, а вот тылы от поганых они прикроют, и мой поклон и уважение заслужат, так же как и почет у всего города. – Он замолчал, и вопросительно посмотрел на затихшую толпу, словно каждому в глаза заглянул.
- А! Чего уж там! – Хлопнул шапкой о землю кузнец. Оборвав затянувшееся молчание. – Согласные мы. Показывай куда становиться. Ручеек желающих полился в указанное Митохом место, под стенания жен и дочерей.
Героев наших отправили в охранения на дороге, что вела к городу справа, рядом с деревней, со смешным названием «Пчелка». Огромная пасека, расположенная в поле, рядом с лесом, поросшим исключительно липовыми деревьями, раскрывала тайну названия поселения, лучше, чем это объяснил бы кто-то другой.
Тогда, после того, как всех желающих распределили, и назначили командиров, хмурый воевода, отозвал друзей, уже готовящихся встать в строй дружины, в сторону и поставил другую задачу.
- Мы там и без вас справимся. Ты, Яробуд, воин опытный, но калечный, и парни твои. Хотя и герои, но молоды еще в строю воинском стоять. Вула я у тебя, конечно, забрал бы, но он братов не бросит, потому с вами пойдет. Дам еще троих ополченцев, и двух новиков. Они вас по дороге нагонят. Вы же незамедлительно выдвигайтесь. Задача ваша заслоном, по правой стороне встать. Вражина вряд ли там пойдет, ему круги нарезать не с руки. Но все же…
Если что, шли гонца, и не геройствуй особо, в город отходи. Понял?
Дед кивнул молча головой.
Сборы были не долгими. Нищему собраться, только подпоясаться. Оседлали коней, копья с щитами к луке седла приторочили, даже харчи не брали, зачем, в деревне покормят. А путь до нее не долгий, к вечеру налегке доберутся.
В деревеньке из четырех домов состоящей, пришлось поскандалить. Местные наотрез отказывались уходить в город. Бросить ульи для них было смерти подобно. Мало ли косолапый заявится медку отведать, он ведь окаянный не столько съест сколько разорит. Как потом жить? Мед да воск, это все, что у них есть. Он их, и поит, и кормит, и одевает. С сумой потом идти побираться? Нет уж, они тут останутся. Да и вряд ли тут орда пойдет.
Как не кричал на жителей Яробуд, как ногой деревянной о землю не стучал, не смог ни уговорить, ни напугать. Только детей малых согласились отправить, да и то только поутру. Кто же на ночь глядя в дорогу отправляется?
Обещанная воеводой помощь, что-то запаздывала, но друзья, перекусив тем, что «бог послал» в доме старосты, дожидаться не стали, а отправились место заставы присмотреть да обустроить. Хоть и мала вероятность, что тут враг объявится, но подготовится надо. Мало ли что.
Хорошее место обнаружилось практически сразу. Да его и не искали особо. Местность знакомая. Мост через реку, не слишком широкую, но вполне приличную, перепрыгнуть с наскоку не получится, порешили основным местом обороны сделать. Хотели поначалу переправу эту деревянную спалить, но одумались: «Вдруг ворог тут не пойдет, а ущербу крестьянам нанесут много». Решили: «Пусть стоит». Взяли в деревне пару возов, да баррикаду соорудили, перегородив наглухо проход. Покумекали, что еще придумать можно, ничего не придумав спать завалились. Ночь разделили на дежурства поровну, не на прогулке всё-таки, осторожность не помешает.
Из подкрепления, на утро пришел только кузнец, что первый шапку оземь бросил. Остальных воевода не дал, и потому слал извинения: «Там ему надобны, народу фланги прикрывать не хватает». Здоровенный чернобородый мужик, как-то сразу стал своим. С лысой бритой головой, копьем, щитом-капелькой, да с кувалдой, чуть большей в бойке, чем его кулаки, купил он друзей своим веселым нравом и природной добротой. Бездоспешный, не смогли на него кольчугу по размеру подобрать, а кожаные доспехи, что вроде бы в пору пришлись в плечах, порвал, он излучал силу и покой.
Так и пришел в шелковой косоворотке, что жена второпях постирала, (согласно обычаю, на смерть в чистом идти надобно). Друзьям нашим даже неудобно стало, за грязную одежду. Но у них выбора не было. Времени наряжаться нет. Авось не обидятся предки, пустят их к себе, когда время придет.
Они появились, когда местную детвору на телеги сажали, для отправки в город. Их было много. Очень много.
Славянское язычество напоминает о себе народными традициями и праздниками: прыжками через костер на Ивана Купалу, «солнечными» блинами на Масленицу. Один из создателей общины «Грайворон» 29-летний Антон Воробей рассказал «РИАМО в Подольске» о современном язычестве.
Про интерес к язычеству
Антон подчеркнул, что является именно славянским язычником, то есть почитает религию предков.
«С ранних лет я чувствовал принадлежность к русскому народу, а если смотреть шире – к славянам. Мне было интересно узнавать о своих корнях и традициях. В язычество я осознанно пришел в десятом классе», – рассказал он.
И отметил, что в настоящее время интерес к язычеству в обществе заметно возрос. По его мнению, люди хотят «чего-то подлинного, своего».
«В язычество человек приходит самым естественным образом: только родившись, он уже обусловлен жить в конкретной семье, он уже причастен к семейным родовым традициям. То есть мать с отцом уже определили, в какой культуре и среде жить ребенку, какие праздники отмечать», – пояснил собеседник.
Он напомнил: слово «язычество» происходит от церковнославянского слова «языци», что значит «народы». То есть, по его мнению, быть язычником означает исповедовать народную религию.
«Многие люди даже не задумываются о том, что тоже в каком-то смысле являются язычниками. Они отмечают народные праздники, проводят ритуалы, верят в приметы – все это досталось нам в наследство от язычества», – рассказал Антон.
Про праздники с языческими корнями
из личного архива
Основные праздники, которые служат напоминанием о языческом прошлом, связаны с ходом солнца, пояснил Антон. У всех индоевропейских религий почитаемые дни – это зимнее и летнее солнцестояние, которые говорят об угасании и возрождении природы соответственно.
«Коляда, один из популярных сегодня праздников, отмечается во время зимнего солнцестояния. В славянской традиции этот момент называется «карачун», а под колядой понимается вся последовательность святок», – рассказал он.
И добавил: сегодня люди широко, с удовольствием и радостью отмечают многие праздники с языческими корнями.
«Это, например, Масленица, которая отмечает завершение зимы и начало весны. А также праздник Купалы, который приурочен к летнему солнцестоянию», – отметил собеседник.
Родительские субботы, во время которых христиане идут на кладбище и посещают могилы родственников, в язычестве называются Осенние Деды и Вешние Деды. В это время Антон вместе со своей семьей накрывает стол и выставляет фотографии предков, а после трапезы оставляет для них часть еды.
«Есть и множество других праздников, которые сегодня считаются христианскими, но своими корнями уходят в древнее язычество», – добавил Антон.
Про отличия от других религий
из личного архива
Корреспондент «РИАМО в Подольске» поинтересовалась, в чем состоят отличия язычества от других вероисповеданий. По мнению Антона, разница существенна, причем как во внешней обрядовой части, так и в глубинных философских основах.
«Христианство – это креационистская религия. По христианской концепции, человек создан по подобию бога, но он отделен от него. В языческих верованиях по большей части парадигма совсем другая, и ее можно озвучить как манифестационизм – когда божественная сила манифестирует себя через мир и человека», – сказал Антон.
И пояснил: согласно данной концепции человек непосредственно является проявлением божественного, а природа и все вокруг – проявлениями бога или богов. Так, в язычестве в узком понимании гроза – проявление бога Перуна, а угасание природы – проявление богини Морены.
«Но если смотреть более глубоко, то все это – проявление внутренней природы человека. Обращаясь к богам, язычники обращаются внутрь себя», – отметил собеседник.
Про языческий пантеон
из личного архива
Антон пояснил, что язычество уходит корнями в индоевропейскую древность, поэтому у разных его ветвей пантеоны схожи.
«У славян есть бог-громовержец Перун. Есть Скотий бог, он же Велес – бог подземного мира, магии, а также богатства. Само слово «скот» в более широком смысле надо воспринимать как богатство, ведь «скотница» – это казна. Есть Мокошь – богиня судьбы, богиня-пряха», – рассказал Антон.
Кстати, отметил собеседник, все индоевропейские богини, связанные с судьбой людей, пряхи: они буквально прядут судьбу человека.
«Есть в язычестве и Дажьбог – бог солнца и неба, податель благ. И есть Сварог – бог-кузнец, связанный с сотворением мира. Морена – богиня смерти, богиня зимы», – поделился он.
И добавил: все божества – это проявления не только природы, но и самих людей, их сущности. При этом четких догм, как в других вероисповеданиях, в язычестве нет – оно учит следовать своей природе.
«Большинство людей совсем не знают себя, и чтобы раскрыть собственный потенциал, им нужно проделать большую работу. Язычество учит следующему: нужно свято чтить родных богов и предков, беречь свою землю, а если человек хочет высшей мудрости, то он должен познать себя», – пояснил Антон.
Про общину и капища
из личного архива
Антон является одним из создателей языческой общины «Грайворон».
«Все началось со знакомства с единомышленниками на тематических праздниках около столицы. Мы все отмечали Купалу и познакомились. Со временем стало подтягиваться все больше людей, и круг общения расширился. В 2014 году появилась наша община, а название пришло около двух лет назад», – вспоминает собеседник.
Члены общины построили языческие святилища – капища, чтобы проводить различные мероприятия, вместе отмечать праздники, подносить дары богам. Одно из капищ находится в Подольске.
«На капище в Подольске сначала было сухое дерево с изображением Велеса, но потом оно упало. И мы возвели трех чуров – так называются деревянные резные изображения богов. Мы изобразили Велеса, Перуна и Мокошь», – рассказал Антон.
Он пояснил, что на капищах обычно имеются изображения языческих богов, костровище, места для подношений, ограда. Яркий пример – знаменитое капище в московском музее-заповеднике «Царицыно».
Кроме того, до наших дней дошла и языческая традиция почитания определенного предмета – например, камня. Так, в московском парке «Коломенское» есть Голосов овраг, где лежат Гусь-камень и Девин камень, к которым каждый день приходят люди, чтобы оставить подношения и дары.
«К сожалению, бывают и случаи вандализма: на одном из капищ вандалы расшатали чуры и поломали ограду. Думаю, такое происходит от незнания и непонимания. На самом деле, язычество – это наша культура и история, которые стоит знать и чтить», – заключил Антон.
