luka53

400 векош (вивер) =20 кун = 1 гривна серебра. Таскать при  себе шкурки не удобно. Потому существовала система «аккредитивов»: вместо шкур предъявляли «куньи мордки» и «беличьи лобки» в подтверждение того, что шкурки есть в наличии. После поступления пушнины в казну в виде налогов, на эти мордки и лобки наносились казенные штемпели, и они пускались в оборот. Позже вместо этих кожаных денег стали ходить специальные металлические бляхи разного достоинства, по старинке называвшиеся мордки, векоши. Еще и резани, ногаты – доли мордков. В это же время ходили и иностранные монеты, попадавшие в страну при продаже шкурок в страны с монетарной системой.

Когда на русских территориях появились собственные монеты точно не известно. При княгине Ольге они уже были. Известна, например, киевская монета с надписью «Владимир а се его злато» с изображением сидящего князя с крестом в руке.

Известны монеты времен правления Ярослава Мудрого. Но такие, ранние выпуски монет, нельзя назвать регулярными. В Киеве и раньше, и позже ходили и византийские монеты, и европейские.

В Новгороде кожаные деньги были в обращении до начала XV века. И были заменены иностранными монетами. В обороте были литовские монеты и немецкие. Т.е., с территорий, c которыми происходил наибольший товарооборот. Среди них были с названием шелехи, медные. Еще недавно, в ХХ веке, фиксировалось в некоторых местах России выражение «до шелеха», то есть, «до копейки».

В это же время в Москве появились собственные монеты. На первых из них текст был на двух языках: русском и татарском. Это указывает на ориентацию во внешнеторговых сделках, а не на подчиненность. Их назвали деньгами. По одной версии – от татарского слова танга (знак), по другой – от персидской монеты с названием тиньга, поступавшей с юга. Не велика разница!

Новгород этих денег не использовал, а с 1420 года начал выпускать свои, вместе с Псковом. Вес первых серебряных монет был меньше грамма. Из 200-граммовой гривны чеканили 216 монет. С надписью «денга новгородская». Как видите, и там то же слово, что в Москве. И ранее в Новгороде штамповали свои деньги, но каждый раз эмиссия таких денег была кратковременной и прерывалась. Собственно, только период с 1420 по 1478 год, перед присоединением города к Московскому княжеству, считается временем постоянной денежной эмиссии.

Монеты печатались в разных местах, в разных княжествах и городах – свои. Изображения и тексты на монетах тоже были разными.

В Московском княжестве разнообразию в чеканке монет на вассальных территориях положен конец во времена Василия Тёмного. А с 1433 года появилось постоянное изображение всадника, закалывающего змея. Примерно такое.

Но это еще были не копейки. Монета, которую назвали копейкой, появилась в следующем столетии.

С начала XIV века стал известен рубль. Его появление связывают с Тверью времен князя Михаила Ярославича. Чтобы рассказать о рубле, нужно пояснить про гривну.

Гривна была виртуальной и материальной. Как пишут в словарях: «весовая и счетно-денежная единица». Помните, куны и векши пересчитывались в гривны. Но гривны как таковые не обращались, только шкурки, количество которых считалось в гривнах. Это и было виртуальным видом гривны. И были в ходу бруски серебра, которые тоже назывались гривной. Это ее материальное воплощение.

Гривна виртуальная не равнялась гривне материальной. Реальное серебро всегда было дороже. При Ярославе Мудром (Х1 век) гривна еще весила примерно 204 грамма и равнялась 2 виртуальным гривнам (40 кун, 800 векош). А в конце XV века за одну серебряную гривну давали уже 120 гривен в куньем выражении, т.е., 2400 кун!

При этом и серебряная гривна с годами теряла в весе.  В течение XII века вес гривны снизился до почти 100 граммов. Время такое было: серебра стало сильно не хватать, не только на Руси, везде от Азии до Британских островов.

Такие похудевшие гривны стали называть гривенками. Позже,  во второй половине XII века с серебром стало получше, снижение веса прекратилось. В разных источниках упоминаются гривны и по 200 и по 180 грамм. Но это в Москве и в Новгороде. Киевскую гривну в до-монгольское время указывают в 160 грамм. В других местах серебро было в дефиците.  Процесс эволюционного удорожания драгметалла побеждал силу тяготения. Драгоценные металлы становились всё дороже.

Вот эти-то тверские гривенки и начали разрубать на четыре части. Эти части стали называть рублями. Их вес был примерно 25 граммов (4 золотника). На эти обрубки наносились клейма и какие-то изображения. Такая практика появилась примерно в 1317 году в Твери. Несколькими десятилетиями позже и рубли стали разделять надвое. Получались полтины. От старинного слова, обозначавшего «расколоть вдоль надвое».

Это очень короткий рассказ. Подробностей старинного денежного обращения множество, пока в 1704 году в России была введена десятичная денежная система.

В начале мая следующего года, накануне начала турнира, мы собрались на первую тренировку. В раздевалке один из нас сказал: к нам в лабораторию поступили два аспиранта. Они хотят играть, сегодня обещали придти.

Только он успел это сказать, как в раздевалку вошел атлетических статей парень. Поздоровался, и, оглядев нас, сказал:

- Моя фамилия Ольшанский. Вы все знаете моего брата! Играть будем так: я впереди, а ваше дело подбирать мяч и отдавать мне.

Фамилия нам действительно была знакома. Да и парень этот внешне был сильно похож на тогдашнего игрока сборной СССР.

Пока мы переваривали в мозгах услышанное, парень продолжил:

- Сейчас придет мой товарищ. Его тоже возьмем в команду. Он будет играть в защите.

Через недолгое время пришел и второй. Это был высокого роста, худощавый и длинноногий человек. Мне бросилось в глаза, что его обувь тянула, наверное, на 47-й размер. Этот, в отличие от Ольшанского, повел себя застенчиво.

- Я не умею играть в футбол – начал он – Но мой младший брат сказал, что у меня плохая координация движений и что футбол поможет мне это исправить.

Наступила пауза, после которой кто-то пошутил:

- И кто же у нас младший братик?

- Владик Третьяк – ответил парень.

В раздевалке раздался стук падавших на пол бутс. Их выпустили из рук, чтобы поддержать челюсти.

Ольшанский был хорошим футболистом. Мощный, быстрый, он таранил защиту противника, отвлекая на себя и двух, и трех игроков. Таким образом, у его партнеров появлялся простор на поле. Вадим Третьяк в первое время путался в своих ногах, мазал по мячу. Но от игры к игре хорошо прогрессировал. И уже в середине сезона пройти такого защитника – длинноногого, с огромными ступнями, стало трудной задачей.

Имея полный состав и привыкнув играть с упорством, мы начали раз за разом выигрывать. Завершили мы тот сезон, набрав равное количество очков с командой, которая в предыдущие годы подряд выигрывала турниры. Ребята из той команды были настолько авторитетны, что потребовали назначить еще одну игру, чтобы выяснить с нами отношения. Спорткомитет их требование удовлетворил, хоть это и не входило в правила турнира.

Это была жестокая битва! Судья, как мог, старался в их пользу. Про такое судейство говорят: «свисток замёрз». Меня удалили с поля в начале второго периода. Потому что я забил в конце первого. В большинстве они сумели-таки забить победный гол. Но мы не огорчились. Может, потому что чувствовали, что эта победа им была нужна больше, чем нам.

Что потом? Потом аспиранты закончили аспирантуру. А мы, в свою очередь, повзрослели. И уже кто-то другой собирал новую футбольную команду.

Двенадцатилетним мальчишкой Александр Васильевич был отдан в учебный полк, так в то время было принято. Когда же учеба была закончена, и нужно было определяться на службу в армию, у выпускника возникли трудности. Его несносный, эксцентричный характер уже был известен (мир тесен - прослойка тонка). А поступить на офицерскую службу в какой-либо полк в те времена можно было лишь с согласия полкового совета, в который входили наиболее уважаемые офицеры. И ни один приличный полк, в который А. Суворов пытался вступить, согласия ему не дал. Пришлось ему, чтобы остаться хоть как-то при военном деле, идти в интенданты. Почти 12 лет служил он по этой специальности и дослужился до звания майор, начальника дивизионного обоза.

Однажды послала матушка-императрица Елизавета Петровна своих воинов подраться в Европу. Воины смело побежали и стали успешно воевать. Шла Семилетняя война. А под Вильно начальник дивизионного обоза занимался продовольственным обеспечением своей дивизии.

В это время прусский король Фридрих II, впоследствии – Великий, страдая от воинственных русаков, велел своему вассалу – курфюрсту Кенигсбергскому идти на помощь.

Суворов из всякой музыки больше другой предпочитал соло на большом пехотном барабане. А вот курфюрст был человеком по-настоящему музыкальным. Даже был автором статьи о музыке в знаменитой Энциклопедии Дидро.

Собрались храбрые кенигсбергцы числом около 10 тысяч и, во главе со своим лучшим композитором, двинулись в поход. Маршрут их проходил по глубокому тылу русской армии, которая уже далеко врезалась в Польшу. Знал курфюрст, что преград движению нет.

Понял обозник, что судьба ему дала шанс. Воспользовавшись тем, что поблизости никого старше его по званию не было, выставил он из подчиненных солдат и офицеров пост на дороге, по которой в действующую армию шли подкрепления. Назвал пост комендатурой и стал комплектовать роты. Даже несколько пушек захватил, невзирая на возражения их сопровождавших. Против старших по чину держал форс: поди, получи подтверждение, комендант он или нет? Петербург далеко. За неделю набрал три тысячи бойцов.

Подкараулив кенигсбергское войско, атаковал его, не дав развернуться в правильный боевой порядок – и разметал в прах. Прибежали назад к себе домой кенигсбергцы и очень негодовали, что все произошло не по правилам ведения войны.

Папа Александра Васильевича в то время был очень большим человеком: членом «тройки» - тайного совета при императрице. Другим членом тройки был его друг – сам Абрам Петрович Ганнибал. Вот два друга и постарались в лучшем виде преподнести императрице случившийся курьез: майор побил курфюрста. Чем ее и позабавили, и огорчили. Ведь русская разведка проворонила сей демарш! И потому решили поставить в том месте правильную комендатуру, а комендантом назначить майора Суворова, о чем похлопотал Ганнибал.

Теперь Александр Васильевич стал настоящим хозяином района. Тем временем курфюрст опять двинулся на юг, ведь вассальные обязанности никто не отменял. Все повторилось: Суворов из маршевых рот вновь скомплектовал отряд и вновь разбил войско курфюрста, да и проводил его до самого Кенигсберга.  

Композитор, дважды битый обозником, город сдал. К огорчению Фридриха, кенигсбергцы к приходу русских отнеслись хорошо. Потому что в составе Пруссии чувствовали себя колонией, а русские отменили для них воинскую обязанность и дали кое-каких льгот.

Досталась слава присоединения Кенигсберга командующему воевавшей тогда армии генералу Фермору. Он и стал ненадолго кенигсбергским губернатором от России. Но через некоторое время его сменили сначала барон фон Корф, после - Василий Суворов, папа нашего обозного майора, за ним Пётр Панин. Почти пять лет Кенигсберг был российским городом. Пока преемник Елизаветы - Петр III, «по семейному» не вернул пруссаку Фридриху все те земли, которые русские захватили в Семилетней войне.

Суворов-младший не был забыт: получил наконец под свою команду тыловой полк. Об этом мы еще в детских книжках читали, как он гонял этот полк на штурм монастырских стен. Готовил к будущим сражениям.

Курфюрст-композитор Михаил-Казимир Огинский на некоторое время таким образом освободился от военных обязанностей. Чему, думаю, был даже рад. Впрочем, судьба уготовила ему еще одну встречу с Суворовым. Вот как это случилось.

Огинский служил Великим гетманом Литовским, когда в 1771 году, во время восстания польских конфедератов, следовал с 5 тысячами товарищей на помощь повстанцам. И наткнулся на небольшой русский отряд, 900 бойцов плюс Суворов. Наверное привычка у гетмана сработала, ведь Суворов так на этот раз с ним расправился, что Огинский навсегда покинул службу и удалился в эмиграцию. Там, в Париже, он смог спокойно заниматься любимым делом - музыкой.

Долго не получалось у меня выполнить 1-й спортивный разряд. Вроде неплохо выступал, но не побеждал никогда. Бегал я в основном на московских соревнованиях, а на них конкуренция была большая. Специфика спортивного ориентирования такая: ни одна дистанция не похожа на другую. Поэтому не абсолютное время, показанное спортсменом, важно, а то, какой уровень соревнований. Уровень этот вычисляется в зависимости от того, как высока квалификация участников – сколько среди них мастеров спорта, кандидатов в мастера и прочих. И опять же, не абсолютное время учитывалось, а то, на сколько процентов от времени победителя хуже твой результат.  Поэтому, бывало, хоть в десятку вошел, хоть в пятерку, а то и в призеры попал, а разряд  все же не повысил. Да и победа не во всяком  соревновании была достаточной.

В тот год весна в Москве была долгой. Еще до вторых майских праздников на подмосковных водохранилищах стоял лед. Позже наступили холодные, дождливые дни. А в конце месяца вдруг разом установилась жара. Начался спортивный сезон позднее обычного. До первенства Москвы оставалось две недели, и все районные спорткомитеты поспешили провести свои первенства. В нашем районе было много научных учреждений, среди их сотрудников ориентирование было любимым видом спорта. Были и именитые спортсмены, поэтому первенство района имело достаточно высокий уровень.

Организм после долгих холодов еще не привык к жаре. И хотя дистанция была не очень длинной, меньше 10 км, бег обещал быть нелегким. Пить во время дистанции в те времена считалось вредным. Ни бегунам, вроде меня, ни даже спортсменам-профессионалам – никому пить не позволялось. Считалось, питье повышает нагрузку на сердце.

На дистанцию, для поддержания сил при обезвоживании, с собой брали витамин С – большие белые таблетки в прозрачной упаковке, из аптеки. Я уложил несколько таких таблеток в задний карман моих «треников» - спортивных брюк из тонкого трикотажа, и отправился на старт.

Шел я по дистанции неплохо, но скорость бега была не высока. И жара мешала, и то, что еще не натренировался из-за задержки сезона. Впрочем, и другим это также мешало.

Чуть больше половины дистанции осталось позади, когда пролился сильный дождь. Короткий, секущий, косой дождь, первый за несколько дней вёдра. Он охладил разогретое тело, принес свежесть.

Вышел я к очередному контрольному пункту, стал делать отметку в протоколе, а после, чуть отбежав от него, чтобы не служить подсказкой соперникам, уткнулся в карту, прикидывая дальнейший маршрут. И тут ощутил неладное: вокруг меня зароились осы! Да так густо, что, махнув рукой, я сразу нескольких сбил. Рывком бросился я бежать, они отстали. Я остановился, чтобы опять рассмотреть карту, они тут как тут. Опять пришлось бежать что есть мочи. В карту смотреть надо,  я замедлял бег, и они меня настигали.  Два или три последних КП я проходил в компании насекомых и был уже однажды укушен в ногу. Наконец я выбежал из леса на поляну, где был финиш, и осы меня потеряли.

Задохнувшись от быстрого бега, я упал на траву за линией финиша и тут только почувствовал, что с моими штанами что-то не так. Я снял их, они были липкими. Дождь размочил остатки таблеток в моем кармане, сладкая патока растеклась по заднице и по ноге.

Пока я оттирал водой измазанные патокой части тела, соревнования закончились. Я так был занят помывкой и смазыванием укушенного места, что не сразу услышал, когда меня стали звать на награждение.  Представитель районного спорткомитета похлопал меня по плечу и вручил простенький сувенир. Рядом со мной на награждении стоял известный спортсмен, однажды становившийся чемпионом Москвы. Я спросил у него: Сильно я от тебя отстал?

Он с удивлением посмотрел на меня и сказал: Ты  же выиграл!

Вот так я наконец стал перворазрядником. Спасибо осам!

Хорошо что эти ребята не были агрессивными. А то бы я огрёб за свои вопросы, типа: а электоэнергию где берете, а домостроение у вас деревянное, а жел-дор транспорт для вывоза дров чей, а медучреждения кто финансирует, а школы, а почту, а....?

Не знаю, сходили ли они к Ельцыну.

Серию марок я считал за 1 выпуск. Поэтому сумма суммарных тиражей занижена именно за счет неучтенных тиражей 2-х и последующих марок в сериях. Это допустимо, т.к. исследовались не абсолютные цифры, а динамика выпусков.

Что же видится? В контрапункт снижению функционирования почтовых марок число их выпусков в РФ растет. С 2000 по 2025 годы с 24 до 109 выпусков в год. Росли и суммарные тиражи ежегодных выпусков, достигнув максимума в 2016 году – более 19 миллионов штук. Позже тиражи стали снижаться и опустились в 2024 ниже 7 миллионов. Но число выпусков в год продолжало расти. Просто каждый выпуск печатался в меньшем количестве экземпляров.

В 2025 году вновь произошел рост суммарного тиража – более 9 миллионов. Количество выпусков достигло рекордных 109. И тиражи опять подросли.

Состоявшееся в недавние годы снижение тиражей явно не достаточно: все еще остается много нераспроданных марок.

При этом, в последние годы, в почтовые отделения марки для продажи почти не поступают. Даже стандартные – в ограниченном количестве. Так что о пропаганде коллекционирования говорить не приходится: ликвидирован основной фактор – визуальный.

Напрашивается вывод, что почтовые марки в последние годы выпускаются не для почты, а для коллекционеров. При этом численность российских коллекционеров недостаточна для того, чтобы были распроданы все напечатанные марки. Наверное какое-то количество продается за границу. Но, судя по тому, что в каждом году лишь три-пять выпусков становятся недоступны в свободной продаже, залежи нереализованных почтовых марок растут, их ценность при международном обмене снижается.

Да и мемориальный смысл марок, которые обычно посвящаются каким-то персонам или событиям, теряется. Раз население в массе этих марок не видит.

В плане Издательского центра «Марка» в 2026 году значится 96 выпусков марок, не считая стандартных. Пока ничего не меняется.

В прежние времена почтовые марки пропагандировались не только как имеющие прикладное значение, но и как предметы памяти и искусства.