По пьесе Михаила Булгакова «Дни Турбиных" когда-то был снят хороший телефильм. С замечательными актёрами. Из тех постановок, которую можно пересматривать не один раз.
Недавно пересмотрел и впервой задумался о сюжете Елена-Тальберг. Муж, который занимал высокий пост при гетмане и уехал из Киева накануне вступления в город войск Петлюры. Сказал: на пару недель.
Все присутствующие расценили его отъезд как предательство. Не только страны, но и жены. Она, похоже, также считала в тот момент.
Время шло, и никто уже не верил, что Тальберг вернется. Но, через два месяца, накануне вступления красных в город, Тальберг вернулся. Вернулся за женой. Именно в этот день Елена дала согласие на новый брак с Шервинским. Раньше меня этот сюжет совсем не интересовал. Как нормальный мужик, я и в романе "Война и мир" читал только про войну. Но, в этот раз задумался: в тех, сложных условиях краха страны, войны, преследований - убежать ему надо было, из-за его положения в правительстве гетмана. Взять с собой жену в неизвестность - стрёмно. Оставить дома на попечении её братьев - вернее. Получается, поехать одному и подготовить переезд - правильное решение.
Но, сразу все: и жена, и родственники не поверили, что он вернется. И вычеркнули его из своих жизней. А он вернулся! А Елена-ясная уже с другим. Всего через два месяца!
Ну, а по-взрослому, так Булгаков не Толстой-с-бородой. Такие перипетии он не прописывал, не брался анализировать и не предлагал. Этот сюжет, скорее, дань документалистике. Ведь и Елена, и Тальберг, и Мышлаевский с Шервинским, и Лариосик - имели реальных и очень близких прототипов. Людей, рядом с которыми жил Булгаков и он лишь вставил в своё повествование реальное событие. А сама история про Белую гвардию имеет другую, более важную тему, чем тема отдельной супружеской измены. И что-то я засомневался в моральных приоритетах героев. А ведь, наверное, женились "по любви".
Иногда памятные (коммеморативные) почтовые марки содержат ошибки или неточности. Вот некоторые примеры таких неточностей
На марке дата исторического полёта указана 1954 вместо 1934.
Вместо мореплавателя Беринга на марке портрет его двоюродного дяди.
Эйвазова звали Махмудом
Случаются и заведомо неправильные сведения.
Так вот о театре: в 1956 году почта СССР выпустила памятную марку с изображением выдающегося театрального деятеля второй половины XVIII века Фёдора Волкова. Давайте внимательно прочтём надпись на марке.
Согласно ей, первый в России государственный театр был учрежден в Петербурге в 1756 году. Фраза эта составлена так, что вводит в заблуждение. Волкова то и дело называют основателем русского театра. В Петербурге хлопотами Волкова действительно был учрежден государственный театр в 1756 году. Но не первый государственный театр в России!
История театра в России началась значительно раньше XVIII века. Хоть, наверное, не правильно было бы считать русским театром те труппы и скоморошьи балаганы, которые давали представления еще во времена царей Михаила и Алексея Романовых. Но в конце XVII века боярин Матвеев (тот, кто погиб во время одного из стрелецких бунтов) ведал, кроме других своих обязанностей, еще и театром. После него, во времена Петра Первого, театральную деятельность возглавил боярин, а позже первый русский граф Ф. Головин.
О театре начала XVIII века в Москве сохранилось достаточно сведений. В 1703 году повелением царя на Красной площади был устроен обширный театральный павильон. Представления давала привезенная из Европы труппа под руководством Иоганна Кунста. При этой труппе была школа русских актеров, которые также принимали участие в спектаклях.
В дни представлений воротникам Китай-города, Белого города и Земляного предписано было держать ворота открытыми до разъезда зрителей.
Итак, был чиновник, отвечавший за театральную деятельность, было здание для представлений, было финансирование из казны – это ли не государственный театр?
Иностранные пьесы, для демонстрации московской публике, переводились на русский язык. Этим занимались монахи Заиконоспасского монастыря и студенты Славяно-греко-латинской академии. Они же и пьесы пытались сочинять. И сами ставили спектакли. Так самые образованные люди своего времени приобщались к драматургии. Кстати, Волков тоже выпускник этой Академии. Значит, приобщение студентов Академии к литературе и театру продолжалось долго. Ведь Волков учился в ней значительно позже.
Не могу удержаться, чтоб не рассказать историю одного из первых русских артистов того времени. Звали его Василий, по кличке Шмага-пьяный. Этот лихой парень всегда носил при себе шпагу. Причем не на перевязи, а всегда в руке. Гуляя по торговым рядам, он забирал себе понравившийся товар (продукты или еще какую-то вещь), и никогда не платил! Видимо он хорошо разбирался в действовавших тогда законах. Его любимой фишкой было спровоцировать продавца на ссору. Из которой Василий всегда ухитрялся выйти пострадавшим! После он обращался с жалобой на обидчика, того призывали к ответу и, чтобы избежать наказания, торговец откупался от обиженного. Либо товаром, либо деньгами.
Эти его проказы надоели москвичам, и они составили донос, в котором все фокусы актёра расписали. Хитрец был сведен в Потешный дворец, в ведомство князя Ромодановского. Где не поскупились сломать об него парочку кнутов.
Интересный исторический парадокс: секли артиста в том месте, где еще недавно был театр. Потешный дворец построен был при царе Михаиле для театральных спектаклей. На сцене этого зала выступала и сама царевна Софья, составившая себе труппу из подруг и слуг.
После смерти в 1706 году Ф. Головина театр перестал существовать. Но в монастыре и в Академии, которая была при нём, театральная деятельность продолжалась. Наверное, как культурная составляющая общеобразовательного процесса. Читал где-то, что Анна Иоанновна давала Миниху задание привезти в Петербург труппу из Данцига или Дрездена – не помню. Но что-то не сложилось. Тогда нашлись свои артисты и постановщики. Так что у Волкова были и предшественники, и опыт.
Интересный человек этот Фёдор Волков. Незаурядный, по свидетельству современников. Очень хорошую характеристику дал ему известный русский просветитель Н. Новиков. Отметивший не только его артистические способности, но и такие качества как ум, образованность и эрудицию.
Волкову довелось сыграть значимую роль в государственных делах. Так случилось, что он был одним из лишь нескольких людей, кто имел возможность свободно общаться с Екатериной, будущей Великой. Во время царствования Петра Третьего, когда тому стало известно о негативном к себе отношении российского дворянства, Екатерина была изолирована от нежелательных для царя контактов. Голштинская охрана препятствовала таким контактам. К ней допускался лишь Никита Панин – воспитатель царевича Павла, гетман Разумовский (которому не решались препятствовать) и актёр Волков. Пётр считал полезным, чтоб Екатерина занималась всякой гуманитарщиной и не лезла в государственные дела.
Однажды Волкову представился гвардейский офицер – Алексей Ржевский. Улыбнитесь: это был отец того самого «поручика Ржевского», приятеля Пушкина и Вяземского! Офицер предложил Волкову познакомить его с Михаилом Матвеевичем Херасковым, который временно заехал в Петербург. Волков не мог отказаться от такого предложения. Именно потому, что Херасков и группа близких ему людей – Майков, Княжнин и др., в Москве занимались, в том числе, и театром. В то время действовавшем не только при Академии, но и при Московском университете.
Приняли Волкова ласково. Он очаровался этой компанией. Но, как умный человек, быстро понял, зачем он им понадобился. И согласился. С тех пор он стал связным между императрицей и гвардией. Поэтому не удивительно, что когда гвардейцы направились в Ропшу, в результате чего император Пётр «скоропостижно скончался», среди них был и один штатский – актёр Волков.
К чести этого человека он не попросил у новой императрицы себе в награду ничего, кроме увеличения финансирования театра!
Я не был противником СССР и советской власти. Но мне, как и многим, не нравилось как эта власть действовала в последние свои десятилетия. И особенно не нравилось что в самое последнее свое десятилетие она, власть, стала слабой и формализованной, терявшей связь с действительностью.
Мемуары не «пруфы», как сейчас любят говорить. Но мемуары конкретного человека сообщают о его мнении, его наблюдениях и ощущениях в связи с историческими событиями. Когда-то, чтобы не забыть, я записал воспоминания о событии, которому довелось быть свидетелем. Для тех, кому не пришлось быть в это время там, где .... Вот конспективно мои воспоминания деталей события.
19.08.91 Приехав на работу, я застал своих сотрудников в возбужденном состоянии. Чтобы работа не пострадала, я сказал им, чтоб они оставались на месте, а я за них постою "там". И поехал к Белому Дому.
Где-то в той толпе и я.
Первая половина дня: толпа собралась с тыльной части Белого Дома. Тогда к нему были свободные подходы со всех сторон. На высоком балконе - Ельцын с подвижниками. Видимо, "мавзолейная" привычка. Впрочем, некоторые из подвижников сидели на парапете балкона, свесив ноги вниз. Говорились какие-то зажигательные речи. На Горбатом мосту "афганцы" начали строить баррикаду. В 1905 г баррикада в этом месте была уместна, в 1991 она не имела никакого смысла, кроме декоративного. Мост давно перестал быть путепроводом, стал объектом исторической архитектуры. Это я для себя отметил. 19.08.91 ночь. Толпа разошлась почивать. "Революционеры" затворились в Доме. На пандусе перед высокими дверями Дома (со стороны реки, тогда не огороженными) остались "охранять революцию" несколько десятков интеллигентного вида людей. В Дом их не пускали. Но оттуда время от времени выбегал кто-то из подвижников и взбадривал словами, типа: Танки входят в город! ...Десантники замечены в Черёмушках! и т.п. Пару раз выносили свежие номера газеты "Куранты". Еще ненадолго выходили несколько качков со стальными прутьями в руках.
С реки дул ветер и мне было холодно. Я сидел на каменной тумбе и думал, что буду делать, когда десантники прибегут к Дому. Ничего не мог придумать, а потом почему-то понял, что они не прибегут. Прибежали кинооператоры ВВС и всяких прочих иностранных телеканалов. Вышел Руцкой и стал давать им всем интервью. Он стоял, опершись рукой на танкетку, слева от входа в Дом. Такая же танкетка стояла и справа от входа. Но за несколько часов из этих машин никто не появлялся и я думаю, что в них никто не сидел. В 6 утра я уехал домой, моя машина стояла недалеко от Дома, на Рочдельской улице.
20.08.91 день. Опять у Дома собралась толпа. "Афганцы" на баррикаде пели песни. Ельцын и подвижники опять выступали с того же балкона и говорили об опасности, которую представлял ГКЧП и о тяжелом противостоянии нас, народа, и вооруженных людей, которые где-то стоят на стороне ГКЧП. Пронесся крик: Полковник Лебедь на нашей стороне и идет в Белый Дом! Я не знал, кто этот полковник, но мне разъяснили, что он командует какими-то десантниками. Наверное, теми, кто так и не прибежали ночью - подумал я. В это время начали комплектовать "отряды обороны". Я подумал, что если запишусь в какой-нибудь отряд, то буду привязан к одному месту и не увижу всей картины. Поэтому не стал записываться.
Через пару часов я стал обходить окрестные улицы и смотреть, как расставляются отряды и что делается для организации обороны. На Смоленской набережной, у въезда на Новоарбатский мост, встретил Ш. Его отряд только что сложил баррикаду из фундаментных блоков. Ш. был доктором физ-мат наук. Мы поговорили с ним об эффективности такого ограждения против танков, и я оставил его в плохом настроении. На другой стороне - на Краснопресненской набережной, разместился другой отряд. В нем я увидел другого знакомого - физика А. Он посетовал, что их двадцать человек и у них ничего нет, чем обороняться. Но в его глазах я увидел решимость и пожелал ему удачи.
Вечерело. Обследовав все окрестности Дома, я задался вопросом: где должно произойти действие, которое станет апофеозом этого спектакля? Уже к вечеру 20.08 я был уверен, что наблюдаю спектакль. И то ли интуиция, направила меня в сторону площади Восстания (ныне Кудринская).
Я пошел вверх от набережной по Проточному переулку. У последнего перед Садовым Кольцом дома увидел машину скорой помощи. Боковая дверь ее была открыта, и я заметил, что в салоне стоят хозяйственные сумки с бутылками, закупоренными тряпками. Как раз в это время к машине подбежал парень, схватил одну из сумок и убежал в сторону Садового Кольца (в начале 90-х в прессе велись дискуссии: была ли в переулке эта машина с коктейлями Молотова или это выдумка «противников перемен». Я её видел и даже заглянул в нее).
На Садовом Кольце горели троллейбусы, перегородившие створ туннеля. Я слышал, как жители ближайшего дома кричали с балконов, чтобы прекратили поджигать, а то дом загорится (ранее, когда было светло, я был в том месте и видел, что въезд в туннель, расположенный рядом с зданием посольства США, со стороны площади был перекрыт машинами-поливальщиками).
Жёлтый дом - посольство. Въезд в туннель находится возле дальнего крыла фасада посольства
Это уже на следующий день, остатки троллейбусов.
Как раз когда я вышел на Кольцо, эти машины раздвинулись, открыв проезд. И в это время на большой скорости в туннель проехали три БТРа. Как только они въехали, поливалки опять перекрыли проезд. Я бегом вернулся к другому концу тоннеля и уже на бегу услышал с той стороны крики. Выезд из туннеля оставался перекрыт троллейбусами, которые теперь еще ярче горели. Когда я подбежал к парапету туннеля, раздалась автоматная очередь. Я упал на землю, вслед за другими зрителями. При этом оказался на земле рядом со своим знакомым - офицером одной из подмосковных частей. Он был в штатском, приехал в город с женой, приобщиться к эпохальному событию.
- Стреляют не сюда - сказал он. Мы поднялись с асфальта и заглянули за парапет. Из одного БТРа, что стоял посреди створа туннеля, торчал солдат и стрелял в воздух в сторону Смоленской площади.
Кровь на борту другого БТРа и кровь на стенке туннеля мы разглядели, как и обрывки то ли телогрейки, то ли бушлата на асфальте. Третий БТР, успевший выехать из створа туннеля, чтобы не столкнуться с горевшими троллейбусами, свернул влево и, пробив забор стройки, упал носом в яму. Солдат перестал стрелять и спрятался в броне.
Это фото выезда из туннеля, где произошла трагедия, сделано несколькими годами позже. Но забор стройки, пробитый БТРом, еще сохранялся.
Дальше рассказывать не стану, есть документальный фильм и там можно видеть, как фактурная и пьяная блондинка призывала присутствующих расправиться с солдатами из БТРов. Но сочувствия не снискала, а только была обругана. Вокруг этого места работали сразу несколько групп иностранных кинооператоров. Кадры, наверное, получались эффектные. Все это происходило под окнами посольства США.
Мы с моим знакомым немного порассуждали о том, можно ли это считать попыткой штурма Дома, если Дом находится в другой стороне. Он обратил мое внимание, что солдаты есть, а офицера – нет. И мы пошли на площадь, откуда приехали БТРы. Офицер был там. Он сидел на броне одного из четырех БТРов. Они стояли аккуратно припаркованными напротив высотного дома, лицом к нему.
Высотный дом на площади Восстания (теперь - Кудринская). БТРы стояли примерно там, откуда сделано фото. Туннель и посольство - влево метров 250.
Кто-то уже начал офицера допрашивать. Ничуть не смущаясь, куря сигарету, офицер сказал:
- Я не знаю, почему мой сержант увел машины в туннель. Мне был приказ встать здесь, и я встал. Больше ничего не знаю.
- А по рации связи с ним нет? – спросил я.
Не ответив, он докурил и закрылся в броне. (Недавно мне довелось прочесть профессиональную биографию одного из нынешних многозвездных генералов, и я понял, с кем общался в ту ночь на площади Восстания).
Поняв, что увидел, пожалуй, главное, я решил ехать домой, но сперва навестить А. Который, вы помните, охранял Краснопресненскую набережную. Чтобы рассказать ему об увиденном. На этой набережной все изменилось. Вся она, до самого Международного торгового центра была заставлена 8-ми тонными самосвалами КраЗ. Я нашел моего знакомого под одним из деревьев, сидящим на газоне вместе с несколькими «однополчанами». У сидящих, что называется, «не было лиц».
- Посмотри! – сказал мне А. Он раздвинул ноги, и я увидел, что его штаны неприлично мокрые. Его сосед, нервно куря, рассказал мне, что как только опустились сумерки, со стороны Пресни послышался рев мощных моторов. Вскоре лучи света ударили в поверхность реки. Им подумалось, что идут танки. Они встали, взявшись за руки, поперек набережной. Два десятка людей, взявшись за руки, перекрыли проезд к Дому. Каждый так вцепился в другого, что сбежать было не возможно. И, потом, они же все мужчины – никто не сбежал даже тогда, когда им, ослепленным светом фар, казалось, что настал конец. Оказалось, водители 20-го автокомбината, из Мневников, пригнали несколько десятков грузовиков на защиту Дома.
- У меня такие же штаны – сказал рассказчик.
Я ушел на Рочдельскую и уехал домой.
21.08.91 Выспавшись, я приехал к Белому Дому и, осмотревшись, увидел лишь разгулье «афганцев» на Горбатом мосту и опять толпу, слушавшую очередных ораторов. Поехал на работу.
22.08.91 Замечательный день, когда праздновали победу. По той эйфории, которую испытывали люди, слонявшиеся по улицам московского центра, можно было представить себе настроение людей 9 мая 1945. Что-то похожее. Все были друзьями, улыбки, смех. И так же, наверное, казалось, что приблизилось что-то новое и хорошее. Гулял весь день и на бульваре с кем-то незнакомыми даже пил вино.
Хороших, в смысле, достаточно информативных фото тех событий в интернете найти оказалось не просто.
Книга в виде печатного издания всё ёще сохраняет симпатию у многих людей. Есть и наверное еще будут любители держать в руках это недешевое, довольно сложное в изготовлении изделие.
В середине XV века Иоганн Гутенберг изобретением технологии печати совершил не только культурную и научно-техническую революцию. Но и социальную – тоже. Дело в том, что, до изобретения книгопечатания, книги представляли собой рукописи. Они ветшали, общество нуждалось в тиражировании старинных манускриптов. Этим занимались специальные люди – переписчики.
Авторы сочинений то и дело допускают опечатки, порой и ошибки (удивлюсь, если и в этом моем тексте внимательные пикубушники таковых не найдут). Переписчики ни в коем случае авторские тексты не исправляли и не редактировали. И, в свою очередь, допускали новые опечатки. Так из века в век копились в старинных текстах ошибки. Часто одна и та же книга старинного автора, переписанная разными людьми, содержала расхождения в тексте. Т.к. книги эти содержали основополагающие мнения о мироздании и религии, ошибки эти, порой принципиальные, приводили к горячим дискуссиям, а то и к военным действиям.
Со временем деятельность переписчиков стала столь востребована, что численностью занятых в ней людей превратилась в индустрию. Поэтому вначале распространение книгопечатания встречало нешуточное сопротивление.
У славянских народов книгопечатание появилось несколько позже, ближе к концу того века. Первые славяноязычные издания изготавливались в Кракове, Вильно, Венеции. Самое раннее такое издание датируют 1491 годом. При подготовке печатных изданий производилась правка текстов с целью устранения накопившихся ошибок. И это тоже приводило к конфликтам.
Самый известный из таких реформаторов в славянском мире – Франциск Скорина. Выпустивший своё первое издание в 1517 году.
Сохранились сведения, что попытку затеять книгопечатание на Руси предпринял Иван III. Но среди немногочисленных тогда еще печатников не нашлось желающих переехать в Москву.
В начале правления Елены Глинской, в 1534 г., Ф. Скорина объявился в Москве. Возможно, по её приглашению. Православные сочли его визит за католическое внедрение, и он был изгнан, ничего не успев сделать.
В 1551 году Иван IV объявил съезд церковных иерархов и высших сановников государства. Повестка съезда будущим участникам не была объявлена. Поэтому предложение (!) царя о переходе от переписки книг к их печатанию, высказанное где-то в середине работы съезда, среди обсуждения других государственных вопросов, застало участников съезда врасплох. Но «финт» не удался. Съезд принял компромисс: усилить контроль за переписчиками.
Попытка царя привела к ответным мерам сторонников «ничего не менять». В обществе, усилиями служителей веры, была развернута критика книгопечатания. Не странно ли, у царя был сторонник в этом вопросе: сам митрополит Макарий! И эти два главных в стране человека не могли преодолеть своих противников в этом, видимо, очень важном в ту пору вопросе.
Иван и Макарий решили действовать на свой риск. Митрополит ведал (не мог не ведать, а, может, сам и поощрял), что дьякон одного из московских храмов Иван Фёдоров со своим другом Петром Мстиславцем уже несколько лет пытаются самостоятельно освоить книгопечатание. И у них были кое-какие достижения. Известны несколько экземпляров довольно некачественно напечатанных книг, происхождение которых анонимно. Возможно, первые опыты друзей.
Царь дал денег на приобретение в Польше печатного станка и кириллических шрифтов. В 1553 году началось строительство здания печатного двора. Десять лет потребовалось на приобретение оборудования и оснастки, освоение технологии и, наконец, издание книги «Деяния и послания апостолов». Макарий умер, не дождавшись результата своих хлопот.
Появление первой книги вызвало у современников восхищение, но более того и протест. В общество был внедрен тезис, что печатники своими книгами распространяют ересь. Печатный двор противники прогресса сожгли. Фёдоров и Мстиславец, опасаясь за свою жизнь, покинули страну. И никакой «грозный» не в силах был их защитить. Книгопечатание в России "ушло в подполье" почти лет на сто.
Друзей приютил Великий гетман литовский Ходкевич. Беглецы открыли типографию в Волынской губернии, кое-что успели напечатать, пока Ходкевич не охладел к этому делу. Тогда друзья расстались. Мстиславец уехал в Вильну, где напечатал, как минимум, две книги. Последняя датирована 1576 годом. Как закончилась его жизнь не известно.
Фёдоров переехал во Львов. Оттуда его забрал волынский князь Константин Острожский. При нём Фёдоров печатал православные книги, в том числе известную Острожскую Библию.
Скончался Иван Фёдоров в 1583 году во Львове и был погребен в Онуфриевской церкви. К сожалению, когда в прежние годы я бывал во Львове, про это не знал. Так что не могу сказать, сохранилась ли та церковь и та могила.
Роль Ивана IV как зачинателя печатного дела в России не часто вспоминают. Надеюсь, эта история позволит задуматься о том, в каких условиях находилась царская власть в конце XVI века, и так ли просто было в то время быть «грозным царём».
«Когда я был вот таким как на фото, я мечтал совершить все то, о чем написано в этой книге. Но когда я вырос, забыл об этом, мне стало просто некогда.Януш Корчак
1878 - 1942 г.г.
Эту книгу моего детства, я сохранил для своих детей. В будущем она ждет новых читателей.
Детям полезно узнать печальную историю юного короля, в одиночку пытавшегося улучшить жизнь людей. Сейчас, взрослым взглядом вглядываясь в написанное, вспоминаю, увы, реальные примеры такой же участи некоторых политических деятелей. И примеры лживой дипломатии, и предательств, и смертей.
Каждому новому поколению свойственно думать, что многое, случающееся при их жизни – ново. А это на самом деле не так.
Врач-педиатр Януш Корчак при жизни получил международное признание как детский воспитатель и писатель.
Не знаю, легенда это или правда, что Я. Корчаку фашисты собирались сохранить жизнь. Но он отказался и добровольно отправился в газовую камеру вместе с детьми, подлежавшими уничтожению.
6 августа 1942 года, место смерти – концлагерь Треблинка. В этом году некруглая дата. Но помнить нужно всегда.
В разных вариантах текста былин про Илью Муромца по-разному называются места его маршрута в Киев из родного села Карачарова. Со временем устоялась версия, что ехал он через Брянский лес. В более ранних версиях лес назывался Брынским. Это был в старые времена мощный лесной массив, эдак 300 на 300 верст. Если наложить на современную карту, размещался он, примерно, от Белёва, что в Тульской области, до Брянска. А на севере от реки Угры до реки Жиздры на юге. В старину людям было понятно, что проезд напрямки через этот лес – уже подвиг. Потому что до 18 века через этот массив дорог не было.
Где-то в этих лесах произошла их встреча
Жили в том лесу лесные люди. Молились своим лесным богам. Лишь в 12 веке впервые забрел в те края проповедник из Киева. Стал рассказывать о христовом учении, демонстрировать чудеса всякие. Лесные люди послушали, посмотрели эту эстраду и поступили, как привыкли: проповедник ныне числится православной церковью мучеником. Больше храбрецов не нашлось.
В следующие века, когда территория эта принадлежала Великому княжеству Литовскому, прибегали в тот дремучий лес прятаться всякие люди – и лихие, и кем-то или чем-то обиженные. Наверное, были среди них и христиане. Только христианская вера в Брынском лесу не устанавливалась. Пока в 17 веке не потянулись сюда староверы. Не ассимилировались они с малочисленным местным населением, преобразили этот край.
Энергичный 18 век принес еще большие новшества. Местность оказалась богата железной рудой. Стали появляться железорудные промыслы. Со временем встали заводы. И Демидовы тут потрудились, и другие промышленники.
Не известно точно, в каком году 18 века проложили через лесной массив первый путевой тракт, от Мещовска до Жиздры. Вёрст 150 с севера на юг. Старинная поговорка сохранила своеобразный, разбойничий дух местного населения:
- Проедешь Котори – бога благодари! Пройдешь Маклаки и Печки – ставь богу свечки!
Все ж редкие деревеньки на пути тракта стали укрупняться, преобразовываться в посёлки, приобщаться к цивилизации. Железоплавильные заводы требовали много топлива. Лес вырубался, появлялись в лесном массиве проплешины. Развивалось на них земледелие. Земля не очень плодородная, но климат хороший позволял кормиться.
Разнообразились виды промышленности. От чугунолитейных и стекольных заводов до винокурен и свеклосахарного производства. Первая отечественная эмалированная посуда появилась здесь, на одном из заводов, во второй половине 19 века.
Чугунная эмалированная ванна Думиничского завода, начало 20 века.
При советской власти работа продолжалась и на заводах, и на земле. Прервалась только войной. Малоизвестна история сражений в Брынском лесу, однако интересна. Уникально это место тем, что здесь Красная армия вела наступление на восток и на юг! С января 1942 года бились здесь по несколько дивизий с каждой стороны. Бились жестоко более 400 дней. Населенные пункты по несколько раз переходили от одних к другим.
В начале 2000-х приехали в эти места несколько немецких дедов-ветеранов Вермахта. Бывший унтер-офицер 211 пехотной дивизии рассказывал, а местные краеведы записали:
- Нашу дивизию и еще одну в январе 1942 года перевели сюда из Франции. Дивизия была полной комплектации, опытная, дружная. За год боевых действий в западной Европе потери дивизии составили 82 человека. Вскоре после прибытия вступили мы в боевые действия здесь. И испытали шок! За два дня боев потеряли 285 человек!
Почему так настойчиво атаковали здесь немцев, я не знаю. Вроде далеко эти места от направлений главных немецких ударов. Но и немцы не жалели сил, чтоб эти места удержать. И удержали. Ушли отсюда лишь весной 1943, когда уже случился Сталинград, и им пришлось выстраивать новый фронт.
Работали заводы до конца 20 века, до новых времен. В которые посчитали, что заводы не нужны, если все можно купить уже готовым.
Люблю бывать в этих местах. Леса здесь дремучие, грибные.
Порытые старыми окопами и оврагами.
В таком окопе размещалось артиллерийское орудие.
То кобаньи лёжки, то бобровые тропы. Речки лесные мелкие, со студёной водой.
В последнее десятилетие стали восстанавливаться в здешних краях производства. Турки развернули большое агрохозяйство. Кто-то примеривается к восстановлению металлургического предприятия. Заработали песчаные и гравийные карьеры.
Случилась у меня находка: на краю одной лесной деревни набрёл я на небольшую фабрику. Делают на ней продукт для любителей ЗОЖ. Называют его пастилой. Я привык, что пастила – это что-то мягкое и липкое. А эта пастила – сухие, хрустящие пластинки. С разными натуральными фруктово-ягодными вкусами. На фабрику я зайти не смог. Из леса вышел в таком виде, что в стерильное помещение меня не пустили. Но продукт дали попробовать. Вот я и отоварился чуток.
Спросил на всякий случай, где можно купить. Сказали: в Калуге или на Озоне. И в Азбуке Вкуса бывает.
Отдых в этих краях скромно-комфортный. В Людиново создали местный курорт на озере, с хорошей гостиницей.
На Брынское водохранилище завезли песок, строят пляжи.
Это водохранилище устроил Никита Демидов в начале 18 века.
Старые базы отдыха кое-где сохранились. Они для тех людей, кто природу ценит дороже комфорта.
31 июля 1983 года не стало Луи де Фюнеса. Живя и работая в эпоху, когда умели делать смешное кино, Фюнес был одной из ярких звёзд среди кино-комедиантов. Да что перечислять! Просто посмотрим на фото из нескольких его работ и вспомним, сколько радости приносила каждая встреча с этим чудесным холериком.
При закладке дворца под одним из углов будущего здания была положена медная доска с надписью: «Заложен в царствование Императора Николая I, под управлением министра Императорского двора генерала от инфантерии князя Петра Волконского, обер-гофмейстера барона Боде. Строитель архитектор Константин Тон».
Тон построил не только храм и дворец в Москве, но и Московский вокзал в Питере.
Изображение Большого Кремлевского дворца не раз помещалось на почтовые марки.
За несколько недавних лет почта России выпустила марки с изображениями залов дворца. Получилась красивая серия.
Но маленькая почтовая миниатюра способна ли передать объемы, роскошь убранства этих имперских залов? Увы, посетить их снова мне вряд ли удастся. А то, что я видел давно в детстве, уже стерлось из памяти.
Я хотя бы расскажу об этих залах.
Прежде всего, примите во внимание, что Большой дворец 2-х этажный. Но второй этаж сделан «в два просвета», поэтому создается впечатление, что этажей больше.
Во дворце несколько сотен разных помещений. Рассказать могу лишь о так называемых «парадных залах». Таковых пять. Названия свои залы получили от государственных наград Российской империи.
Из «парадных сеней», как прежде называли, а теперь, наверное, нужно назвать вестибюлем, отделанных желтоватым коломенским мрамором, можно было раньше попасть в покои императора и императрицы. Это если налево. А направо, по парадной лестнице – в Георгиевский зал. Самый большой из парадных залов дворца. Назван в честь ордена Святого Георгия. Украшен знаками ордена, табличками с именами георгиевский кавалеров и аллегорическими фигурами, посвященными царствам и землям, присоединенным к Империи в прошлые века.
В советское время этот зал использовался, в том числе, и вот так:
И я там был....
Сейчас «главная ёлка страны» проходит не в Большом дворце, а в бывшем Дворце съездов и выглядит вот так:
Как говорится, почувствуйте разницу
В честь ордена Андрея Первозванного – Андреевский зал. Весь в золоте и голубом цвете. В старые времена был тронным. Никакой иной мебели в нем не было.
Вначале трон был одноместный, только для императора. Но в конце XIX века традицию изменили. Трон стал для троих: императора, императрицы и матери императора.
Александровский зал посвящен ордену Александра Невского. Его оформление посвящено памяти национального героя.
В советское время эти два зала были объединены и в образовавшемся пространстве проходили заседания партийной и правительственной верхушек. Это до строительства на территории Кремля Дворца съездов. В новое время, сейчас, залы восстановлены в первоначальном виде.
Во времена Николая I в России был один женский орден. Им награждались женщины за благотворительность, особые заслуги в деле образования, защиты материнства. Или просто за личное происхождение или выдающиеся заслуги их мужей. Это учрежденный Петром Первым орден Святой Екатерины.
Ему посвящен Екатерининский зал. Прежде служивший тронным залом императриц. Сейчас этот зал служит по дипломатической линии. Здесь проходят приёмы, вручения верительных грамот.
Владимирский зал, в честь ордена Святого Владимира, самый маленький из парадных залов. Имеет необычную архитектуру, создающую впечатление, что зал восьмиугольный. Он проходной. Из него можно попасть и в Георгиевский зал, и в старинные палаты, примыкающие к дворцу.
Выбрав такой формат марки, художник наверное пытался передать его необычную форму.
В старых описаниях можно прочесть длинный перечень живописных полотен, которыми были украшены интерьеры этих залов. Сохранились ли они – не знаю. Поэтому не стану переписывать сюда эти перечисления.
