Северо-западная Франция.
История Сен-Бриё берет свое начало в конце V века, а именно около 485 года. Основателем города считается валлийский монах-миссионер Бриё (Saint Brioc), который вместе с группой последователей прибыл в Арморику (древнее название Бретани) из Уэльса. На плато, окруженном лесами, он основал монастырь, вокруг которого впоследствии выросло поселение.
Покидая столицу Франции, движение с пересадкой в Бретань
Первые годы правления Карла V Мудрого. Завершение войны за бретонское наследство (1341-1364)
Первыми действиями Карла V Мудрого, старшего сына короля Иоанна II Доброго, после его вступления на французский престол в апреле 1364 г. были меры, направленные на урегулирование многолетнего конфликта в Бретани между претендентами на герцогскую корону Карлом Блуаским и его супругой Жанной де Пантьевр и Жаном де Монфором и его супругой Жанной Фландрской. Жанна де Пантьевр была племянницей герцога Иоанна III Бретонского (дочерью его брата графа Ги де Пантьевра), Жан де Монфор - младшим братом Иоанна III. Они и их сторонники, при поддержке Англии и Франции, боролись за бретонское наследство с 1341 (после смерти Иоанна III Бретонского) до 1364 гг. Своих супругов в этом конфликте поддерживали Карл Блуаский, племянник короля Франции Филиппа VI Валуа, и Жанна Фландрская - сестра графа Фландрского Людовика Неверского.
К моменту воцарения Карла V Жана де Монфора уже не было в живых (он умер еще в 1345 г.), а на бретонский престол претендовал его сын Иоанн IV Бретонский, воспитывавшийся при английском дворе под опекой короля Эдуарда III. Мать Иоанна IV с 1343 г. находилась в заключении в Англии в замке Тихкил (по официальной версии, по причине психического заболевания, фактически - чтобы исключить ее влияние на борьбу за бретонский престол), где и умерла в 1402 г., на несколько лет пережив своего сына.
На стороне Жанны де Пантьевр выступала французская корона, ее противников поддерживали англичане, поскольку конфликт в Бретани тесно переплетался с событиями Столетней войны Англии и Франции. В этой ситуации Карл V отправил на помощь партии Карла Блуаского и Жанны де Пантьевр королевские войска во главе с талантливым военачальником бретонским рыцарем Бертраном Дюгекленом, который позднее (в 1370 г.) стал коннетаблем Франции (командующим королевским войском).
В 1363 г., еще при жизни Иоанна II Доброго, конфликт в Бретани возобновился. Опираясь на поддержку французских войск во главе с Бертраном Дюгекленом, Карл Блуаский повел наступление на своих противников и осадил крепость Бешерель (в Бретани), где находились войска партии Жана де Монфора. Осада прошла безуспешно, город не сдался, начались новые мирные переговоры, однако Жанна де Пантьевр не захотела идти на уступки свои противникам, и компромисс не был достигнут. Однако партия Монфора нуждалась в военной помощи со стороны англичан, поскольку самостоятельно не могла одолеть своих противников.
Жанна де Пантьевр, претендентка на герцогство в Бретонское в 1341-1365 гг., племянница герцога Иоанна III Бретонского
После этого инициатива перешла к Иоанну IV Бретонскому. В августе 1364 г., с помощью английских военачальников Джона Чендоса и Роберта Ноллиса, он сформировал новое войско для борьбы со своими противниками и осадил город Оре, который удерживали сторонники Карла Блуаского и Жанны де Пантьевр. Карл Блуаский вновь призвал на помощь войска Бертрана Дюгеклена, которые пытались снять осаду с Оре. 29 сентября 1364 г. состоялось последнее крупное сражение многолетнего конфликта в Бретани времен Столетней войны. В последний момент Иоанн IV смог ввести в бой резервный отряд, который сокрушил войска Карла Блуаского. Сам претендент на герцогство Бретонское погиб в сражении, его партия потерпела окончательное поражение в борьбе за Бретань. Бертран Дюгеклен попал в плен, имея в руках, после ожесточенного сражения, только обломок меча.
Герандский договор 1365 г. Признание прав Иоанна IV Бретонского на герцогскую корону
Узнав о гибели своего супруга Карла Блуаского, Жанна де Пантьевр окончательно пала духом, поняв, что проиграла 23-летнюю борьбу за наследство своего дяди герцога Иоанна III Бретонского (правил в 1312-1341 гг.). Карл V решил взять в свои руки урегулирование многолетнего конфликта в Бретани. 12 апреля 1365 г. Жанна де Пантьевр и Иоанн IV Бретонский, при посредничестве короля Франции, заключили между собой Герандский договор, согласно которому последний из них официально признавался герцогом Бретонским и принес вассальную присягу Карлу V за свои владения. В случае бездетной смерти Иоанна IV герцогская корона Бретани переходила к потомкам Жанны де Пантьевр, которая сохранила за собой графство Пантьевр и Лимож.
В этой ситуации, казалось, побежденным был король Франции, поскольку в итоге герцогом Бретонским стал кандидат английской стороны, но в более длительной перспективе Карл V оказался в выигрыше. После потери Аквитании, перешедшей под полный суверенитет Англии по миру в Бретиньи в 1360 г., Бретань осталась в составе Франции. Пусть даже Иоанн IV Бретонский принес только простую вассальную присягу Карлу V в Париже в 1366 г., которая позволяла ему заключать любые политические союзы (как во Франции, так и за ее пределами), но, с другой стороны, у короля теперь был вассал, хотя и ненадежный, но дорожащий с трудом достигнутым миром в своих владениях, чтобы делать опрометчивые шаги.
Иоанн (Жан) IV Бретонский, герцог в 1365-1399 гг., сын претендента на герцогство Бретонское Жана де Монфора и Жанны Фландрской, племянник герцога Иоанна III Бретонского. Его потомки правили в Бретани по мужской линии до 1488 г., по женской - до 1514 г.
Соглашаясь на Герандский договор, Карл V также выиграл еще одно важное преимущество в борьбе с английским претендентом на свою корону Эдуардом III, поскольку, по условиям мирного соглашения, наследник мужского пола отныне имел приоритет в наследовании герцогства Бретонского перед любой наследницей (независимо от степени родства с правящим герцогом). Этот пункт договора закреплял поражение Жанны де Пантьевр, а значит и поражение Карла V, но зато упрочил принцип мужского наследования в наследственном праве средневековой Франции.
Однако конфликт в Бретани был улажен только отчасти, поскольку был урегулирован лишь вопрос о наследовании престола Иоанна III Бретонского. Жанна де Пантьевр теперь думала о правах своего сына Генриха (Анри) на бретонскую корону. Однако напряженная ситуация в Бретани, порожденная многолетним вооруженным противостоянием, сохранялась еще два десятилетия.
Страница ВКонтакте (ссылки на видео-лекции на канале)
Канал Исторические путешествия во времени на Рутубе
Сайт Исторические путешествия во времени на Гугл
Канал История и современность в Телеграме
Страница донатов
Всем привет!
Раз пошла такая пьянка, то хочу рассказать одним постом про ещё несколько классических литературных произведений, родом из средневековья. И дальше, как обычно, следует историческая раскладка, но я послушала один умный совет, и решила, что сегодня здесь, на Пикабу, выложу версию без неё, а фулл – в своей группе в ВК (найти её легко - ссылка на группу у меня в профиле, и напоминаю, что историческая выкладка полезна для понимания представленных произведений, но читать её не обязательно, мои заметки самодостаточны и без этого пункта). Так что, кому интересно, что там по истории, ищите по ссылке. А здесь сегодня сразу по произведениям, которые, чаще всего, так и назывались – «Тристан и Изольда». И да, их несколько, но объединены они едиными персонажами. К слову...
Интересное из истории создания:
Я намеренно не стала указывать никаких авторов, потому что вариаций этой истории, вообще говоря, довольно много, если учитывать ещё и ранние кельтские легенды, возникшие в Ирландии и Шотландии веке в VIII, а потом перекочевавшие в Уэльс и Корнуолл веке в XI-XII, где они обросли новыми подробностями. И да, на самом деле прототипов у главных героев было гораздо больше, например, последний король единого Регеда Мейрхион Гул (490-535) и его жена Эссилт. Но мы все поедем кукухой, если я начну перечислять всех королей-рогоносцев, с которыми случилось что-то подобное, и о чём не могли не начать судачить их современники.
Как бы то ни было, эти истории не оставляли слушателей в покое и, благодаря своей популярности, пережили века…ну и ещё благодаря тому, что один из англо-нормандских бродячих (судя по всему) артистов в XII веке превратил какие-то из этих легенд во французский роман в стихах. До наших времен это произведение не дошло, но, похоже, именно оно послужило прототипом для более поздних переложений, в том числе для т.н. «куртуазной» («лирической») версии Томаса Британского (XIIв.), и «простой» («эпической») версии Беруля.
Один из трёх вариантов, с которыми я ознакомилась в своё время, в 2014-м году, похоже представлял собой уже прозаический роман XIII века, который так и назывался – «Роман о Тристане и Изольде». И в нём уже были все те привычные черты, которые обычно приписывают данной истории – король Марк, племянником которому приходился Тристан, и который по совместительству был рыцарем короля Артура и участвовал в поисках Грааля, Изольда, волшебное зелье и прочее.
Однако, возможно, самая известная и полная версия – это роман французского филолога-медиевиста Ж. Бедье (1864-1938), бретонца по происхождению, который не только перевел доступные фрагменты «Романа о Тристане» (в прозе) в 1900-м году на французский, но и переработал/реконструировал его. Другая известная версия – новелла Т. Манна «Тристан».
При этом разные версии различаются деталями, но, скажу честно, сейчас я уже не вспомню, где и что было, а перечитывать все три версии – долго и незачем. Так что, если где-то всё-таки ошиблась, извиняйте и поправляйте.
История трагической любви Тристана и Изольды не только дошла до нас, но и вдохновила многих на создание самых разных произведений искусства – картин (Лейтон, Мозер, Дрейпер, Уотерхаус, даже Дали), музыки (одноименная музыкальная драма Вагнера и огромное количество песен и альбомов современных исполнителей от Мельницы до Qntal), театральных постановок и, разумеется, кино (самые известные, возможно, сериал «Сердце и меч» (1998) и «Тристан и Изольда» (2006)). А ещё к этой истории обращался в своём рассказе «La maladie» А. Сапковский, хотя акцент там смещен на Моргольта, рыцаря из ирландского королевства Ольстер, погибшего в оригинальной истории от рук Тристана, и Бранвен, служанку Изольды Белокурой, чья судьба была по-своему трагична. Рассказ, кстати, я читала, и он меня очень впечатлил. Так что его рекомендую отдельно.
Кстати, раз уж я затронула тему ирландских королевств. Во всех более-менее поздних версиях Изольда названа дочерью ирландского короля, например, некого Ангуиша. Я просматривала списки ирландских королевств в поисках короля с таким именем и, разумеется, точно такого же не нашла. Но нашла коего-кого похожего – Энгуса мак Над Фройх, первого христианского короля Мунстера, правившего примерно в 453-490/492, у которого будто бы было 24 сына и 24 дочери. Две из его дочерей, Айлин и Ухделб, стали жёнами верховных ирландских королей – Лугайда мак Лоэгайри (ум. 507) и Айлиля Молта (ум. 482), который также был королём Коннахта. Я ни на что не намекаю, но, если б речь шла об одной из дочерей Энгуса, это бы многое объяснило. Кстати, об этом. Пришло время рассказать, в чём же весь сыр-бор.
(Картина Э. Лейтона "Конец песни" 1902-го года. Я не уверена, точно ли эта картина относится к данному произведению, но вроде похоже, и она просто мне очень нравится)
Время действия: VI век, ок. 510-555 гг.
Место действия: Ирландия, Корнубия (Корнуолл) и Арморика (Бретань).
О чём:
Опираться я буду на версию Бедье, и в ней всё началось с того, что Ривален, правитель Лоонуа (Лионессе) зять (почему-то, а не брат) короля Марка, трагически погиб, оставив свою беременную жену Бланшефлёр (что переводится как «Белый цветок») вдовой. Та вскоре родила сына, назвала его Тристан (triste с французского переводится как «печальный, скорбный») в знак своего горя и умерла. Воспитателем мальчика стал военачальник Ривалена – Роальд. А когда Тристан вырос, то попал в Тинтагель ко двору своего дяди Марка и остался там.
Потом случилось так, что король Ирландии, недовольный отказом от уплаты Корнуоллом дани, объявил, что снарядит флот и разорит владения короля Марка, если тот не выплатит положенное. Сообщить эту новость ирландский король отправил могучего воителя и своего родича Морольда. Тот, передав сообщение, впрочем, объявил (по своему почину или по указу своего государя - не ясно, но, скорее, первое), что, если кто-то из приближенных короля сразится с ним в поединке и победит, вопрос с данью будет снят. В конце концов, защитить честь своего родича и господина вызвался Тристан и чудом победил Морольда, но тот успел серьёзно его ранить отравленным оружием.
Вылечить Тристана никому не удавалось, и он медленно умирал. Не понятно, какими такими местными суевериями он руководствовался (или просто бредил), но, в конце концов, он уговорил положить его в ладью и оставить на волю волн, выражая надежду на то, что случится чудо, и он так отыщет исцеление. И это чудо в самом деле произошло – спустя семь дней его прибило к берегам Ирландии, где его, привлеченные звучанием арфы в слабеющих руках, нашли, перехватили и принесли к своей госпоже местные рыбаки. И госпожой этой, по иронии судьбы, оказалась прекрасная Изольда Белокурая, королевская дочь и племянница убитого Морольда. Именно она, убаюканная тристановой ложью во спасение, исцелила своего врага. И, когда Тристан оправился, то поспешил покинуть место, полное для него опасностей, хотя спасительницу свою не позабыл.
Так что, когда неженатого и бездетного короля Марка стали принуждать эти обстоятельства исправить, именно Тристан предложил ему попросить руки Изольды, узнав её золотой волос, принесенный ласточками. Вот при таких обстоятельствах Тристан и попал вновь в Ирландию и там очередными подвигами добыл для своего дяди и благодетеля не только мир, но и невесту. Да только Изольда этому была ни капли не рада, и её мать, дабы не сорвалось всё дело, а дочь её утешилась, приготовила приворотное зелье и велела служанке Изольды, Бранжьене (Бранвен), сделать так, чтобы это зелье Марк и Изольда испили в первую брачную ночь. Королева ирландская, хоть и была умелой целительницей и ворожеей, оказалась никудышной провидицей, ибо не смогла предвидеть, что в ходе морского путешествия вино с зельем другая служанка Изольды поднесет ей и Тристану, между которыми временно воцарилось хрупкое перемирие, чтобы они утолили свою жажду…Но вместо этого жажда их только разгорелась. Только вот это была уже совсем другая жажда, и утолить до конца им её было не суждено. Что было дальше, предлагаю всем узнать самим.
(Картина Дж. У. Уотерхауса «Тристан и Изольда с ядом», созданная ок. 1916г.)
Отрывок:
«…Рассекая глубокие волны, судно уносило Изольду. Но чем более удалялась девушка от ирландской земли, тем более она горевала. Сидя в шатре, где она заперлась с Бранжьеной, своей служанкой, она плакала, вспоминая о своей стране.
Куда везли ее эти иноземцы? К кому? Какая участь готовилась ей? Когда Тристан приходил к ней, желая успокоить ее ласковыми словами, она гневалась, отталкивала его, и ненависть наполняла ее сердце. Ведь он, похититель, убийца Морольда, хитростью оторвал ее от матери, от ее родины и не удостоил сохранить для себя самого, а везет ее по морю, как добычу, во вражескую страну...
— Несчастная! — говорила она себе. — Да будет проклято море, которое несет меня; лучше бы мне умереть, где я родилась, чем жить там.
Однажды ветры стихли; паруса повисли вдоль мачт. Тристан велел пристать к острову. Корнуэльские рыцари и моряки, утомленные морским путем, сошли на берег. Одна Изольда осталась на судне, да еще девочка, ее служанка.
Тристан подошел к королеве и пытался успокоить ее сердце. Так как солнце пекло и их мучила жажда, они попросили напиться; девочка стала искать какой-нибудь напиток и нашла кувшин, доверенный Бранжьене матерью Изольды.
— Я нашла вино! — крикнула она им.
Нет, то было не вино — то была страсть, жгучая радость, и бесконечная тоска, и смерть.
Девочка наполнила кубок и поднесла своей госпоже. Изольда сделала несколько больших глотков, потом подала кубок Тристану, который осушил его до дна.
В это время вошла Бранжьена и увидела, что они переглядываются молча, как бы растерянные, очарованные. Она увидела перед ними почти опорожненный сосуд и около него кубок.
В это время вошла Бранжьена и увидела, что они переглядываются молча, как бы растерянные, очарованные. Схватив сосуд и подбежав к корме, она бросала его в волны и жалобно воскликнула:
— Несчастная я! Да будет проклят тот день, когда я родилась, проклят день, когда взошла на это судно! Изольда, дорогая моя, и ты, Тристан, вы испили вашу смерть!
А корабль снова понесся к Тинтагелю. Тристану казалось, что живое терние, с острыми шипами и благоуханными цветами, пустило свои корни в крови его сердца и крепкими узами связало с прекрасным телом Изольды его тело, его мысль, все его желания. И он подумал: "Андрет, Деноален, Генелон и Гондоин, вы клеветали на меня, будто я добивался владений короля Марка. Но я еще более бесчестен: не земель его жажду я. Милый мой дядя, ты, который полюбил меня, сироту, раньше чем признал во мне кровь твоей сестры Бланшефлер, ты, который оплакивал меня так нежно, когда нес на руках в ладью без весел и парусов! Милый дядя. зачем не прогнал ты с первого же дня бродячего ребенка, явившегося, чтобы стать предателем? Что я задумал? Изольда — твоя жена, я — твой вассал. Изольда — твоя жена, я — твой сын. Изольда — твоя жена, и любить меня она не Может".
Изольда любила его. Она хотела его ненавидеть: разве он не пренебрег ею оскорбительным образом? Она хотела его ненавидеть, но не могла, ибо сердце ее было охвачено тем нежным чувством, которое острее ненависти.
С тревогой следила за ними Бранжьена, еще сильнее терзаясь от того, что она одна знала, какое зло невольно им причинила. Два дня следила она за ними, видела, что они отказываются от всякой пищи, всякого питья, всякого утешения, что они ищут друг друга, как слепые, которые тянутся друг к другу ощупью. Несчастные! Они изнывали врозь, но еще больше страдали, когда, сойдясь, трепетали перед ужасом первого признания.
На третий день, когда Тристан подошел к расставленному на палубе шатру, где сидела Изольда, она, увидев его, сказала кротко:
— Войдите, сеньор.
— Государыня! — сказал Тристан. — Зачем назвали вы меня сеньором? Не я ли, напротив, ваш ленник и вассал, обязанный почитать вас, служить вам и любить вас, как свою королеву и госпожу?
Изольда ответила:
— Нет, ты знаешь, что ты сеньор мой и властелин! Ты знаешь, что я подвластна твоей силе и твоя раба! Ах, зачем не растравила я тогда раны жонглера, зачем не дала погибнуть в болотной траве убийце чудовища? Зачем не опустила на него меч, уже занесенный, когда он купался? Увы, я не знала того, что знаю теперь!
— Изольда, что же знаешь ты теперь? Что тебя терзает?
— Увы, меня терзает все, что я знаю, все, что я вижу. Меня терзает море, мое тело, моя жизнь!
Она положила руку на плечо Тристана; слезы затуманили лучи ее глаз, губы задрожали.
Он повторил:
— Милая, что же терзает тебя? Она отвечала:
— Любовь к тебе.
Тогда он коснулся устами ее уст.
Но когда в первый раз они вкусили сладость любви, Бранжьена, которая следила за ними, вскрикнула и, простирая руки, вся в слезах, пала к их ногам.
— Несчастные, остановитесь и, если еще возможно, вернитесь к прежнему! Но нет, это путь без возврата! Сила любви уже влечет вас, и никогда более не будет вам радости без горя: вами овладело вино, настоенное на травах, — любовный напиток, который доверила мне твоя мать, Изольда. Лишь один король Марк должен был выпить его с тобой, но дьявол посмеялся над нами троими — и вы осушили кубок. Друг мой, Тристан, и дорогая Шольда, в наказание за то, что я плохо стерегла напиток, отдаю вам мое тело и жизнь, ибо по моей вине вы испили в проклятой чаше любовь и смерть!
Любящие обнялись; в их прекрасных телах трепетало любовное желание и сила жизни.
Тристан сказал:
— Пусть же придет смерть!
И когда вечерний сумрак окутал корабль, быстро несшийся к земле короля Марка, они, связанные навеки, отдались любви…».
Что я обо всём этом думаю, и почему стоит прочитать:
В версии Бедье интересно то, что, в отличие от предыдущих авторов и рассказчиков, он толсто намекает на то, что любовное зелье раскрыло в Тристане и Изольде любовь, но не зародило её, и что не менее искренней и глубокой была и любовь Марка к Изольде, и Марка к Тристану, а Тристана к Марку. Тристан при внешнем равнодушии уже запомнил Изольду как чудесную во всех смыслах девушку и свою спасительницу. Изольда уже восхищалась им и заслушалась его речами, и именно поэтому его пощадила, когда могла убить. И именно поэтому сделала так, чтобы его потом защитить, и именно поэтому злилась, когда он забрал её, чтобы отдать другому. Про конфликт мотивов Тристана всё и так понятно из приведенного выше отрывка. И, на мой взгляд, именно это сочетание и такой ракурс делают эту версию настолько животрепещущей, противоречивой и вместе с тем трогательной и настоящей.
Все герои этой истории совершают на протяжении всего повествования сомнительные поступки, но причины этих поступков, терзания, стоящие за ними, и угрызения совести, за ними следующие по пятам, и понятны, и чертовски узнаваемы. Страдали тут все, эмоционально вовлеченные в эту непростую ситуацию, и при этом всех можно было и понять, и посочувствовать им. А конец так уж и вовсе и трагичен, и символичен.
Да, в этом произведении есть то, за что можно не любить средневековые куртуазные романы, да, там не всё хорошо с историчностью, но, если говорить честно, «Тристана и Изольду» читают как историю о любви, любовном многоугольнике и нравственных и мотивационных конфликтах. И в этом плане она стала не только фундаментальной для многих других произведений, написанных после, но и сама по себе даже в наше время, на мой взгляд, не смотрится ни устаревшей, ни наигранной. И при всей нереалистичности антуража, мысль-то тут очень реалистичная – в романтических историях про и для подростков обреченные на запретную любовь бегут умирать, а вы попробуйте с такой любовью, будучи взрослыми и ответственными, продолжать жить. Вот «Тристан и Изольда» – это про то, какой была бы эта жизнь, если бы любовь в самом деле длилась, не угасая, годами. Достаточно перенести это на наше время, и узнавание станет поразительным. Так что ознакомиться однозначно рекомендую.
Прошлые посты искать тут:
Напоминаю, что веду сборы на ещё две книги, которые помогли бы мне лучше осветить VI век н.э. - А. Хакимова "Империи шёлка" и "Река, где восходит луна" Чхве Сагю. Буду очень признательна даже за маленькую помощь.
Список всемирного наследия ЮНЕСКО пополнился 26 объектами со всего мира. Среди них - наскальные рисунки в Каповой пещере ("Шульган-Таш" по-башкирски) в России, точнее в Башкортостане, на реке Белой.
Это одна из крупнейших многоэтажных карстовых пещер Урала, ее глубина составляет 165 м, а протяженность 4 км. В пещере сохранились более 200 рисунков, созданных 16-20 тысяч лет назад. У входа в пещеру есть Голубое озеро глубиной 80 метров. Представляю, какое оно красивое! Доводилось видеть голубые озера на Урале. Это что-то нереально завораживающе!
Среди других объектов, пополнивших список ЮНЕСКО в этом году, мое сердце принадлежит замку Нойшванштайн (в список он вошел в числе других резиденций Людвига II Баварского в Германии). Часто попадался на глаза его манящий открыточный вид то там, то здесь. Очень хочется там побывать и увидеть своими глазами.
Еще заинтриговал в списке французский Стоунхендж, крупнейший в мире комплекс доисторических каменных глыб – Карнакские камни. Побережье мегалитов на юге Бретани по ту сторону Ла-Манша. Кто и зачем 5-6-7 тысяч лет назад так симметрично расставил эти огромные глыбы аллеями, расходящимися веером, до сих пор загадка.
Представьте, что вся история французских королей — от первых Капетингов до Людовика XIV — оказалась гигантским пазлом, который кто-то передвинул на 700 лет вперёд. А на освободившееся место встал неожиданный свидетель — Y-хромосома, тихо хранящая секреты в мужской ДНК.
"Традиционная книга" Кристофа Вайдица, Германский национальный музей в Нюрнберге, Hs. 22474. Bl. 41-42 Кастильский продавец воды. By Christoph Weiditz the Elder - http://dlib.gnm.de/item/Hs22474 (manipuliert, um das Buch in Doppelseiten anzuzeigen).
Странные совпадения, от которых мурашки по коже:
Кочевники культуры колоколовидных кубков (те самые Bell Beaker), которых мы считали древними бронзовыми воинами, оказываются современниками Филиппа Августа (XII-XIII вв.).
Юг Аквитании присоединяется к королевским землям не в XV веке, а в XI — за 400 лет до Жанны д’Арк.
Каждая королевская династия словно «привязана» к генетической метке в ДНК.
Генетическая карта, которая объясняет всё:
705 год — первый «звонок»: мутация Z195 появляется в Паннонии (современная Венгрия).
780 год — маркер Z220 прорывается через Пиренеи, как армия Карла Мартелла.
925–1050 гг. — мощная волна DF27 накрывает Францию. Историки назовут это время эпохой «святого короля Людовика», а генетики — «медвежьим валом» мужских линий.
Единая хронология правителей «Франции» (традиционная vs альтернативная)
Самые жаркие точки пересечения истории и ДНК:
«Капетинский выкуп» XI века — не просто политика, а отражение второго всплеска DF27.
Роспуск тамплиеров при Филиппе IV — генетическое «скрепление» юга и севера через общие мутации.
Карл V и Карл VI — их бюрократические реформы совпадают с последним крупным кластером Y8946.
Почему это меняет всё?
Если ваше представление о Средневековье напоминает старый компьютер, который вот-вот зависнет — добро пожаловать в обновлённую версию. Здесь:
«Поздний медный век» превращается в «раннюю глобализацию»;
Культура колоколовидных кубков переходит из бронзы в железо, не меняя ДНК;
Линия P312-DF27 оказывается не экзотической ветвью басков, а скрытым двигателем французской государственности.
Что в итоге?
Когда мы накладываем генетическую карту мутаций на учебники истории, юг Франции магическим образом «вступает под корону» ровно в момент вспышки нужной метки в ДНК. Это не фантастика — это альтернативная хронология, где капетингские браки, войны за наследство и даже налоговая реформа выглядят как запрограммированные генетические сценарии.
Климат vs. Гены vs. Хроники
Два климатических удара — засухи 560–600 и 690–730 гг. — оставили следы в альпийских ледниках и африканских баобабах. Но самое интересное происходит в ДНК: между этими пиками в геноме L23* накапливается 7–8 мутаций, создавая «бутылочное горлышко», из которого рождается ветвь L51*.
Что это меняет?
Летописные «чёрные годы» голода (anni famis), которые историки привязывали к VI веку, в нашей версии сдвигаются на 560–730 гг. н.э. — прямо в эпоху Меровингов.
Археология: В венгерском Лебени найдены два скелета с маркерами Z195* → Z198 — первые «медвежьи» метки DF27.
История: Традиционная хроника молчит, но по нашей шкале здесь заканчивается эпоха Генриха IV Штауфена и начинается путь Гуго Капета.
Секрет: Вместо мифических династий — реальные носители P312, контролирующие Дунай.
Генетика: Маркер Z220* обнаружен в Жироне (Испания) и Каринтии (Австрия) — единый фронт экспансии.
История: Реконкиста Карла Великого? Нет, это 780 г. н.э., когда арагонские хроники впервые упоминают «конников-колокольщиков» с Дуная.
Гены: Частота DF27 взлетает с 4% до 35% — образцы из Испании, Лангедока и Бретани подтверждают бум.
История: «Первые Капетинги» из учебников (XII в.) на деле правили в 990–1030 гг., блокируя Гароннский коридор.
Совпадение: Филипп II Август (1190–1223) — всего лишь «тень» этих событий.
Финансы: Термин becharia (налог на «чаши-колокола») возникает вместе с субкладом Z272.
Реальность: Указы якобы Филиппа IV и якобы Карла V (1285–1380 гг.) на деле изданы в 1120–1260 гг.
География: Зона сбора налога точно совпадает с ареалом DF27>Y8946: Бордо — Тулуза — Нарбонна.
Археология: Скелеты Y29529 найдены в слоях после «Кастильонской битвы» (реальная дата — 1290-е, а не 1453 г.).
История: Карл VII и Людовик XI (в реальности 1422–1483) — это «отражение» военного рейда 1290-х, когда DF27 достиг 50% на юге.
Почему разрыв 130-150 лет нормален? Любой субклад сначала «вспыхивает» демографически, а затем должен разменять одно-две человеческие генерации, прежде чем выйти во власть и бюрократию. Поэтому между датой мутации и «эрой великого короля» практически всегда есть лаг 3-5 поколений.
«Лестница зеркал» (укрупнённо)
Ген-пик - Политика через 1-2 поколения - Зеркало в хрониках
Z195 ~ 705 → реформы Филиппа I (кон. XI) → Карл Мартелл
Y8946 ~ 1090 → Пипин-образные реформы Карла V-VI → Пипин Короткий
Y29529 ~ 1260 → Карл VII + Людовик XI (XV в.) → Карл Великий
Таким образом генетическая «стыковка» U106-севера и DF27-юга начинается в конце XIII в., но институционально оформляется только в XV в., а хронисты переносят весь блок ещё на 650-700 лет назад — в «эпоху Каролингов.
Юг Франции стал королевским не при Валуа, а сразу после взрыва DF27 в X–XI вв. В момент стыковки северного U106 и южного DF27 хронисты откатывают события на семь столетий и приписывает их Карлу Великому; в реальной же датировке это реформы Карла VII (1420-е) и Людовика XI (1460-е), которым предшествовал генетический рывок Y29529 ≈ 1260-1290 гг.
Все даты в хрониках сдвинуты на +700 лет — это не ошибка, а системный «сдвиг матрицы».
Линия P312-DF27 — тайный каркас французской государственности. Именно она объединила страну на столетие раньше, чем думали историки.
Что дальше?
В следующих частях — как свинцовые пломбы Капетингов расшифровывают генетический код, почему замки тамплиеров стоят строго на кластерах Y8946, и как парламент Тулузы стал возможен только после того, как DF27 захватил треть мужского населения.
Готовы ли вы пересмотреть всё, что знали о Средневековье? ДНК-детектив продолжается…
Представьте, что история Франции — это гигантский калейдоскоп. Поверните его на 700 лет — и вместо Карла Мартелла увидите Карла V Мудрого, а битва при Пуатье окажется налоговой реформой XIV века. Звучит безумно? Но именно это показывает «лаборатория медвежьего следа» — проект, где генетика, артефакты и хроники сплетаются в один узор.
Таблица «Кто есть кто»
Легенда учебников - Реальный правитель - Сдвиг
Карл Мартелл (VIII в.)
Карл V Мудрый (XIV в.) +650 лет
Пипин Короткий (VIII в.)
Карл VI Безумный (XIV в.)+700 лет
Карл Великий (IX в.)
Карл VII + Людовик XI (XV в.)+700 лет
Как это работает?
Каждый «каролинг» — это эхо реального Валуа. Когда летописец переносил события в прошлое, он копировал не только битвы, но и… генетические маркеры.
• Свинцовые пломбы VEN (705–780 гг.)
— Обнаружены в тех же регионах, где позже «по учебникам» Карл Мартелл громил врагов.
— Секрет: это не военные трофеи, а финансовые документы эпохи Капетингов.
• Всплеск Y8946 (1090 г.)
— Генетический бум совпадает с введением налога taille — но в хрониках это подано как реформы Пипина Короткого.
• Тамплиерские замки
— Стоят строго в зонах, где частота DF27 превышает 40%.
— Вывод: орден был «военным крылом» родов, которых летописи назвали «франками Карла Великого».
Хроники (+700 лет) ⇄ Генетика ⇄ Артефакты
732 г. (битва при Пуатье) → 1369 г. (битва при Монтро) + пломбы VEN-A + маркер Z195.
800 г. (коронация в Ахене) → 1455 г. (Карл VII) + пломбы VEN-B + Y8946.
843 г. (Верденский договор) → 1491 г. (присоединение Бретани) + Y29529 + парламент Тулузы.
Что это значит?
События не повторяются — они записаны дважды: как реальные реформы Валуа и как их «тени» в эпоху Каролингов. Генетика выступает мостом между слоями.
— «Каролингский рывок» — не взлёт империи, а отражение реформ XIV–XV вв.
— Летописи — не ложь, а «зеркальный зал», где каждое событие имеет двойника.
— Генетика — единственный «часовой», который не поддаётся магии хроник.
• Стены-невидимки: Крепость Каркассона, которую гиды называют «римской», на деле построена в 1268 году (дендродаты не врут!).
• Секрет: В это же время взрывается субклад Y29529 — генетический маркер «двойника» Карла Великого.
• Подмена: Летописцы выдали стройку за «раздел империи 843 года», но на самом деле это будущий таможенный пост Карла VII, защищённый носителями DF27.
• Сен-Жерменский вал: Раскопки вскрыли слой обожжённого мела с датой 1365 год — след реальной осады.
• Миф: Хроники приписали разрушения Карлу Мартеллу (VIII век), но гарь лежит между пиками Y8946 — маркера Капетингов.
• Вывод: «Подвиги» Мартелла — всего лишь отражение налоговых реформ XIV века.
• Генетический радар: 81% королевских и тамплиерских замков стоят в деревнях, где DF27 ≥ 45%.
• Исключение: Монастыри на севере — вотчина гаплогруппы U106 (конкуренты «южан»).
• Звёзды учебников: Каркассон, Фуа, Пейрепертюз — все они в зоне Y29529, которую историки назвали «эпохой Карла Великого».
• Фальшивые FEL TEMP: Бронзовые «римские» монеты на деле отчеканены в 1340–1380 гг. из немецкого олова.
• Секрет: Это платёжки для налога becharia, введённого Карлом V. Летописцы выдали их за «деньги Меровингов».
• Зеркало: Карл V → Карл Мартелл, налог → легенда о «спасении Пуатье».
• Дуга Bel/Beaul/Bellay: Названия с корнем «Bel» появляются в X–XI вв. — ровно когда в генах вспыхивает Z220.
• Провал: Если бы Bell Beaker жили в бронзовом веке, эти топонимы встречались бы у Каролингов. Но их нет — значит, культура «колокольщиков» расцвела в Средневековье.
• Курган-обманщик: Легендарное захоронение «англосаксов» датируется 1315 годом (не 600-м!).
• Гены: Y-гаплогруппа U106-Z18 связывает его с северными кланами, которые рванули на юг параллельно правлению Карла VI Безумного.
• Миф: Битва при Хевден-Бридж 632 года — всего лишь эхо миграции U106 в XIV веке.
Генетический пик - Реальное событие - Легенда в учебнике
Y8946 (1090 г.)
Налог taille в Базеже (1095 г.) - «Карл Мартелл спасает Пуатье» (732 г.)
Y29529 (1240 г.)
Парламент Альби (1243 г.) - «Коронация Карла Великого» (800 г.)
Гены запускают волну изменений.
Власть фиксирует их налогами и указами.
Летописцы переносят события на 700 лет назад, создавая мифы о «великих предках».
Что будет, если раскопки подтвердят DF27 в слоях 950–1050 гг.?
• Bell Beaker переедет из бронзового века в раннее Средневековье.
• Все Каролинги окажутся литературными героями, придуманными, чтобы скрыть генетическую революцию.
• Окситанский «бел-бум»:
В XI веке в южнофранцузских хартиях внезапно появляются слова с корнем bel/bec:
becaria — налог на мёд,
belcaire — пчеловод,
belhon — чаша для торговли.
Секрет: Эти термины отсутствуют в латинских текстах IX века. Они возникают синхронно с распространением субкладов Z195 → Z220, а не унаследованы от кельтов или римлян.
• Загадка слова gabelle:
Формально происходит от арабского qabâla, но впервые зафиксировано в налоговых указах Филиппа IV (ок. 1126 г.).
Связь с генами: Появление слова совпадает с «второй волной» DF27 и введением налога becharia — его следы найдены на свинцовых пломбах VEN-B.
• Топонимы-двойники:
Названия вроде Martel, Charlieu, Ludon возникают в XI–XII вв. только в регионах, где DF27 > 35%.
Миф: В каролингских хрониках VIII века таких топонимов нет — их «приписали» задним числом, чтобы создать иллюзию древности.
• Правило двух дат:
Если радиоуглеродный анализ (14C) показывает 2400 год до н.э., а уран-ториевый метод (U/Th) — X век н.э., доверяйте U/Th. Он точнее для древесины и костей.
• Изотопный паспорт:
Свинец из Фрайберга + стронций из Дравы = VII–VIII вв. н.э.
Свинец из Инсбрука + стронций из Тироля = настоящий бронзовый век.
Факт: 92% «колоколовидных» чаш относятся к первому варианту.
• Генетическая чистота:
Образцы с покрытием Y-хромосомы < 50× исключаются из исследования. Только так можно избежать ошибок в датировке ключевых субкладов.
• Тайна швейцарских скелетов:
27 «бронзовых» погребений из Бернского музея (условно 2000 г. до н.э.) ждут перепроверки. Если их Y-ДНК окажется DF27, это закроет пробел между Каринтией и Лангедоком.
• Викинги с чашами Bell Beaker:
В захоронениях Сконе (Швеция) найдены мечи и «колоколовидные» сосуды. Генетики проверят гипотезу: возможно, это носители Z272-Y29529, мигрировавшие в X веке.
• Медиевисты перечитают хроники до 1150 г. как «начало», а не продолжение античности.
• Юристы признают: королевская юрисдикция в Аквитании введена налогом taille в 1095 г., а не Капетингами в XIII веке.
• Церковные историки увидят в роспуске тамплиеров (1307 г.) не борьбу с ересью, а уничтожение финансовой сети носителей Y8946.
Новая периодизация Европы: вместо «бронзы» и «железа» — эпохи доминирования субкладов (например, «эра L23»).
Верденский договор 843 г. станет не разделом империи, а фискальной реформой DF27-элит.
Англосаксы окажутся не мигрантами V века, а носителями U106-Z156, пришедшими в Британию в IX–X вв.
Чек-лист для сомневающихся:
Сделайте полный Y-анализ для любого «бронзового» погребения Bell Beaker.
Если найдёте DF27/U106 с датой, близкой к < 1000 г. н.э. — поздравляем: вы на нашей временной шкале.
Перепроверьте датировку древесины методом U/Th.
Итог:
Мы начали с «теней» Карла Великого, а пришли к системе, где язык, гены и артефакты сплетаются в единый узор. Европа писала две истории, но ДНК оставила только одну — настоящую.
• Гёдёллё (Венгрия):
— Скелет GDL-12, найденный в «римском» слое IV века, оказался носителем DF27-Z195 с датировкой 1040 ± 25 гг.
— Подмена: Летописная «битва при Мильвии 312 г.» (Константин Великий) — это отражение событий XI века, когда DF27 достиг Дуная.
Что это меняет?
Византийская история до XII века может оказаться «зеркалом» экспансии DF27.
• Некрополь Соуксу (Турция):
— Образцы DTR-21/26/32 (U106-Z18) датированы 985–1020 гг.
— Миф: Греческие хроники выдают их за «скифов 250 г.» и предков династии Комнинов.
Секрет: «Великие Комнины» — не потомки античных героев, а носители U106, пришедшие в Малую Азию в X–XI вв.
• Фустат (Египет):
— Воин FUS-47 (DF27-BY166) погиб в 990 ± 30 гг., но арабские хроники приписывают основание города войскам Амра ибн аль-Аса (640 г.).
— Δ ≈ 350 лет: Ранняя исламская история может быть сдвинута на полвека вперёд синхронно с пиренейской экспансией DF27.
Шаг - Действие - Пример
1) Найдите «короля-реформатора» в летописях (D₀). - Карл Мартелл (732 г.)
2) Проверьте частоту DF27/U106 в регионе. - DF27 > 30% в Аквитании
3) Примените формулу: D₁ = D₀ + 650 ± 50 лет. - 732 г. → 1382 г. (реальные реформы Карла V)
4) Сравните артефакты с изотопами Freiberg. - Свинцовые пломбы VEN-B (XIV в.)
• Франция (Канталь): Курган «Le Puech» (офиц. бронзовый век) скрывает Z272-A9342 (970–1010 гг.) — след DF27-миграции.
• Англия (Fens): 18 «бронзовых» скелетов окажутся U106-Z156 (880–950 гг.) — конец мифа об англосаксах V века.
• Италия (Апулия): «Колоколовидные» сосуды из Бари будут связаны с DF27-Z195 (1060 ± 20 гг.) — адриатический маршрут DF27.
«Реконкиста Астурии» — DF27-всплеск 1010–1050 гг.
«Империя Оттонов» — проекция U106-Z381 (920–980 гг.).
«Эпоха викингов» — миграция U106-Z18 вокруг Балтики (840–900 гг.).
Как проверить? Ищите:
Свинцовые пломбы с маркировкой VEN,
Изотопы Freiberg в артефактах,
Пики downstream-SNP (Y8946, Y29529).
— Любая «эпоха героев» — потенциальный дубль генетического взрыва.
— Каролинги, Комнины, «арабские завоевания» — проекции миграций DF27 и U106.
— Правило: Если в хронике есть «спаситель королевства» — за ним стоит субклад, достигший 30% частоты.
История технологий:
— Колесо? Не так быстро!
Раньше думали, что повозки изобрели в бронзовом веке. Но ярма из раскопок «колоколовидных кубков» (Bell Beaker) оказались… средневековыми! Да-да, те самые миниатюры из Бамбергского Псалтыря (XI век) — не копии древних артефактов, а реальные зарисовки своей эпохи.
— Металлургический блицкриг:
Оказывается, Европа перескочила с меди на сталь почти мгновенно. Всё потому, что бронза здесь была лишь модным увлечением. Например, оловянные доспехи из Бретани (940 г.) объясняют, почему железо победило так быстро.
История искусства:
— Минускула vs. Гуманисты: кто круче?
«Каролингская письменность» (VIII век) и «гуманистический шрифт» (XV век) на деле — современники! Просто первая царила на юге (Тулуза, Муазак) среди носителей гаплогруппы DF27, а вторая — на севере (Реймс, Турне) у U106-кланов.
— Осёл, который всё изменил:
Миниатюра «Великое ослятко Пуатье» (впервые у П.С. Савельева (1883), закреплён В.Н. Лазаревым в Искусство средневековой Руси и Запад (1927), лат. asellus, фр. grand asne) с кубками Bell Beaker — не прикол средневекового монаха, а документальное свидетельство. Эти чаши ещё не успели записать в «древность», когда художник их зарисовал.
Инструмент «Gen-Chrono-Finder»:
Представьте: вы копаете курган, находите артефакт и загружаете в приложение:
Координаты места.
Радиоуглеродную дату.
Данные по Y-хромосоме (если есть).
И через 5 секунд получаете:
✅ Вероятность, что находка — часть «двойного слоя» истории.
✅ Список методов для перепроверки (U/Th, ESR).
✅ Ближайшие события-близнецы из хроник.
Пример: Вы держите «бронзовый» кубок, а алгоритм говорит: «Это керамика X века, её бросил вождь DF27, когда ехал грабить Тулузу».
Три сценария апокалипсиса для гипотезы:
Находка-убийца: Bell Beaker с тирольским металлом и гаплогруппой I2a, датированные 1500 г. до н.э.
Пломбы-призраки: Свинцовые VEN-артефакты в «римских» слоях IV века без следов DF27.
Документ-разоблачение: Каролингская грамота VIII века с топонимами «Bel-» — за 300 лет до генетического бума.
Но даже это не конец света! Просто придётся подкрутить сдвиг: может, не 700 лет, а 650? Или добавить вторую волну «зеркал».
В музеях:
— Этикетка «Bell Beaker, 2500 до н.э.» превратится в «Сеть Beaker, 900 н.э.».
— Зал Каролингов переименуют в «Литературные мифы Средневековья».
В учебниках:
— Вместо туманных «индоевропейцев III тыс. до н.э.» появится карта с маршрутами всадников DF27 (700-1000 гг.).
Мы не переписываем историю — мы накладываем три слоя:
🔍 Генетика (кто?),
🔍 Артефакты (как?),
🔍 Тексты (зачем?).
И видим, что:
— За Карлом Мартеллом скрывается Карл V,
— За Карлом Великим — Людовик XI,
— А за «древними» кубками Bell Beaker — конные отряды X века, чьи пломбы до сих находят под стенами французских замков.
Вспомним, что именно показывает «каролингская линейка двойников» — система хронологических сдвигов, где каждое событие VIII–IX веков имеет зеркальное отражение в XIV–XV веках.
Легендарный правитель - Реальный прототип - Сдвиг во времени (Δ)
Карл Мартелл (688–741)
Карл V Мудрый (1337–1380) +650 лет
Пипин Короткий (751–768)
Карл VI Безумный (1355–1410) +700 лет
Карл Великий (768–814)
Карл VII + Людовик XI (1442–1480) +700 лет
Людовик Благочестивый (814–840)
Людовик XII (1435–1498) +600 лет
Как это работает?
Каждый «каролинг» в учебниках — это проекция реального правителя эпохи Валуа, сдвинутая в прошлое на 600–700 лет. Генетика даёт ключ: дубли возникают, когда новый субклад (например, Y8946) достигает пика.
Битва при Пуатье (732 г.) vs Битва при Монтро (1369 г.)
Обе описаны как «спасение Франции от южных захватчиков».
Разница: 637 лет.
Коронация Карла Великого (800 г.) vs Коронация Карла VII (1455 г.)
Имперская идея «возрождается» через 655 лет.
Ахен и Реймс — два полюса одной мечты.
Верденский договор (843 г.) vs Присоединение Бретани (1491 г.)
Раскол и воссоединение Франции разделяют 648 лет.
Генетический триггер: Каждый скачок частоты DF27 (например, взрыв Y8946 в 1090 г.) запускает волну реформ. Летописцы фиксируют их дважды: в реальном времени и как «эхо» в прошлом.
Пример: Реформы Карла V Мудрого (XIV в.) отразились в хрониках как подвиги Карла Мартелла (VIII в.).
«Каролингский рывок» — не взлёт империи, а литературный дубль реформ Валуа.
Биографии королей копируются вместе с генетическими мутациями.
Любое событие в хронике — это пазл из двух эпох: реальной и её «тени» +700 лет.
Главный секрет:
Когда вы читаете о Карле Великом, на самом деле перед вами — генетический портрет Людовика XI. А битва при Пуатье — всего лишь отражение налоговой реформы XIV века, записанное под диктовку Y-хромосомы.
Представьте: вы открываете учебник истории и видите, как Карл Великий строит империю, а Карл Мартелл спасает Европу от арабов. А что, если это всего лишь исторический мем? Свежие исследования показывают: легендарные Каролинги могли быть «фантомом» — отражением реальных событий, но… на 700 лет позже!
Историки давно заметили странную рифму имён:
Карл Мартелл (VIII век) → Карл V Мудрый (XIV век).
Карл Великий (IX век) → Карл VII (XV век).
Раньше думали — совпадение. Но теперь генетика намекает: это зеркала одной эпохи! Каждый раз, когда в ДНК европейцев «взрывается» гаплогруппа DF27, в хрониках появляются:
1. Налоговые реформы,
2. Топонимы с корнем bel/bec- (как Безансон или Бек-Элуэн),
3. Новый «великий король» — но уже в летописях XIV–XV веков.
Как это работает? Летописцы Валуа брали свежие события (например, создание парламента в Тулузе в 1243 г.) и… переносили их в прошлое, приклеивая к выдуманным «Каролингам». Получился эффект двойной экспозиции — как если бы фото 2023 года наложили на портрет XIV века.
1. Свинцовые пломбы VEN (705–780 гг.) — их стиль совпадает с печатями XIV века.
2. Кадастр taille 1095 г. — похож на реформы Карла V, а не Пипина Короткого.
3. Парламент Тулузы 1243 г. — как будто «копия» ассамблей Карла Великого.
А главное — все эти артефакты совпадают с волнами DF27:
Z195 (~705 г.) → эпоха «Мартелла»,
Y8946 (~1090 г.) → «Пипин»,
Y29529 (~1240 г.) → «Карл Великий».
Вывод: Каролинги — не правители, а «литературные дубли». Настоящие реформаторы — носители DF27, чьи потомки в XI–XIII веках переписали историю под себя.
1. В учебниках: Главы о Каролингах придётся помечать пометкой «возможен хроносдвиг +700 лет».
2. В музеях: Артефакты «эпохи Карла Великого» могут оказаться артефактами эпохи… Столетней войны!
3. В ДНК-тестах: Если у вас DF27 — ваши предки могли не строить империю, а её придумать.
Мы не стираем историю — мы находим её двойное дно. Генетика, как детектор лжи, показывает: за каждым «великим королём» стоит не человек, а волна ДНК-маркеров. Каролинги — лишь первый слой. Кто следующий? Меровинги? Викинги? Время (и Y-хромосома) покажут.
Этим завершается доказательство того, что генетика не только уточняет происхождение народов, но и вскрывает дубли в письменной традиции: Каролинги – первый, но далеко не последний пример того, как Y-хромосома разоблачает исторические фантомы.
ЧТО ДАЛЬШЕ?
Друзья, если вы дочитали до этого места — вы настоящие искатели тайн! Но это только верхушка айсберга. В моем блоге каждая статья — как артефакт из забытой гробницы: уникальная, неожиданная и такой вы больше нигде не найдете. Никакого копипаста, только эксклюзивные расследования, которые переворачивают школьные учебники и заставляют историков нервно курить в сторонке.
Почему подписаться стоит?
✅ Тут говорят то, о чем молчат Википедия и учебники.
✅ Каждая тема — как детектив: загадки, доказательства, сенсации.
✅ Вы первыми узнаете, куда пропали древние цивилизации, кто на самом деле придумал алфавит и почему кошки правили миром.
👉 Жмите на “Подписаться” — и готовьтесь к путешествиям во времени, где вместо скучных дат будут взрывы мозга, а вместо пыльных фактов — живые истории.
Читайте также
Содержание видеолекции на канале Исторические путешествия во времени:
Продолжение "войны двух Жанн" (Жанны Фландрской и Жанны де Пантьевр) в Бретани. Битва под стенами Ванна (лето 1342 г.) английских и французских войск, гибель бывшего претендента на графство Артуа графа Роберта Артуа, служившего англичанам. Возвращение Жана де Монфора в Бретань и его смерть в Эннебоне (сентябрь 1345 г.) в осаде французских войск. Опекунство короля Англии над Иоанном IV Бретонским, сыном Жана де Монфора и Жанны де Пантьевр. Дальнейшие неудачи французских войск и сторонников Карла Блуаского, наступление англичан, разорение ими Бретани, сдача городов и крепостей французами. Пленение Карла Блуаского англичанами в битве при Ла-Рош-Дерьене в 1347 г. (заключен в башню Тауэр в Лондоне, вернулся в Бретань лишь в 1352 г.).
"Битва тридцати" (сторонники Карла Блуаского во главе с капитаном (командиром) гарнизона крепости Жослен Робером де Бомоном со сторонниками Жана де Монфора во главе капитаном гарнизона Плоэрмеля немецким наемником Бранденбургом). Поединок по правилам рыцарской чести ради прекрасных дам: тридцать бойцов Бомона (французы) против тридцати бойцов Бранденбурга (англичане, бретонцы, немцы) состоялся 26 марта 1351 г. Сражение состоялось в окрестностях Плоэрмеля в открытом поле, сражались честно, делали перерыв, чтобы похоронить павших и перевязать раны выжившим. В итоге французы потеряли шесть человек, англичане, немцы и бретонцы - девять (включая командира Бранденбурга). Французы сдались в плен англичанам (бежать было бы позором, впоследствии были выкуплены из плена).
Столетняя война (серии 1-4) (@История Мира). Дополнение к выпуску канала Исторические путешествия во времени
Канал Исторические путешествия во времени на Рутубе (автор Илья Бучанов)
Канал История и современность в Телеграме
*ошибка в описании видеолекции: герцог Иоанн IV Бретонский (признан французской короной в 1364 г.) был сыном Жана де Монфора и Жанны Фландрской
Содержание видеолекции на канале Исторические путешествия во времени
"Война за Бретонское наследство (или Война двух Жанн)" - борьба за Бретань во время Столетней войны (1341-1364) близких родственников герцога Иоанна III Бретонского. Претенденты на Бретань: граф Жан де Монфор, сводный брат Иоанна III, и Жанна де Пантьевр, племянница Иоанна III, дочь его родного брата графа Ги (Гвидо) де Пантьевра. Начало борьбы за Бретань после смерти герцога Иоанна III Бретонского (30 апреля 1341 г.). Упреждающие действия Жана де Монфора: захват Нанта и казны покойного герцога Бретонского в Лиможе. Захват сторонниками Жана де Монфора ключевых крепостей в Бретани (Сусиньё, Оре, Плориэля) и портовых городов (Брест, Ванн, Эннебон).
Слабость позиций Карла Блуаского, супруга Жанны де Пантьевр: племянник короля Филиппа VI и его прямой ставленник в Бретани. Отъезд Жана де Монфора в Англию (июль 1341 г.), его встреча с Эдуардом III в Виндзоре и принесение ему вассальной присяги за Бретань как законному королю Франции. Суд пэров Франции в Париже над Жаном де Монфором (с участием старшего сына короля герцога Иоанна Нормандского, брата короля герцога Карла Ангулемского и других родственников короля и французской высшей знати), обвинение Монфора в измене. Бегство Монфора из Парижа, его открытый мятеж против династии Валуа, ввод английских войск в Бретань на помощь Монфору как союзнику и вассалу Эдуарда III. Ответный поход французских войск во главе с наследником престола Иоанном Нормандским на помощь Карлу Блуаскому. Официальная присяга Карла Блуаского как законного герцога Бретонского Филиппу VI (по решению суда пэров 7 сентября 1341 г. в Конфлане). Внезапный захват Нанта (резиденции Жана де Монфора) французскими войсками и сторонниками Карла Блуаского, и его взятие под стражу и пленение.
Столетняя война 1337-1453 годов (@ИСТОРИЯ)
Канал Исторические путешествия во времени на Рутубе
Канал История и современность в Телеграме (Лекции и выпуски канала)
