Юризм

Региональные операторы по вывозу мусора все чаще передают работу с должниками сторонним организациям. Людям начинают звонить «коллекторы», требовать оплатить долг за ТКО, и закономерно возникает вопрос: а вообще это законно? Ведь коммунальные долги коллекторам вроде бы передавать нельзя. Разбираемся, где здесь граница между нарушением закона и допустимой практикой — и что по этому поводу говорят суды.

Прежде чем начать, приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.

Что говорит закон?

Передача права требования по коммунальным долгам коллекторам действительно запрещена. Это прямо следует из Жилищного кодекса.

Но есть важный нюанс, о котором часто забывают.

Закон не запрещает управляющим организациям и ресурсоснабщающим компаниям привлекать для взыскания долгов сторонние компании, заключать агентские договоры и поручать агенту организационную работу по взысканию долга.

Ключевая разница в следующем: цессия (уступка долга) — действительно запрещена, а вот агентский договор — разрешен.

При агентском договоре коллектор не становится новым кредитором. Он действует от имени коммунальной организации, в ее интересах, но без перехода прав требования выплаты долга.

Все права и обязанности по долгу по-прежнему остаются у РСО или УК.

Но отсюда другой вопрос — персональные данные. А можно ли передавать ФИО, адрес и сведения о задолженности агенту без согласия гражданина?

Суды отвечают: можно.

Пример из судебной практики

Мужчина несколько лет не оплачивал услугу по обращению с ТКО. В итоге долг составил около 10 тысяч рублей. Региональный оператор обратился к мировому судье и получил судебный приказ о взыскании задолженности.

Однако самостоятельно заниматься взысканием регоператор не стал и заключил агентский договор с организацией, специализирующейся на работе с должниками. После этого мужчине начали звонить сотрудники агентства с требованиями погасить долг.

Должнику это не понравилось, и он пошел в суд — но уже с иском к регоператору.

Он утверждал, что его персональные данные (ФИО, адрес проживания) были незаконно переданы третьему лицу, а согласия на это он не давал. Следовательно, нарушен Закон о персональных данных.

В качестве компенсации морального вреда мужчина потребовал 500 тысяч рублей.

Однако суды трех инстанций с ним не согласились.

Сведения о собственниках и пользователях жилых помещений (ФИО, адрес) изначально используются при начислении платы за ЖКУ. Эти данные указываются в платежных документах на основании ст. 155 ЖК РФ и п. 69 Правил предоставления коммунальных услуг N 354.

При осуществлении расчетов за коммунальные услуги получать отдельное согласие на передачу персональных данных агентам или представителям не требуется.

Поскольку агент действовал в интересах регоператора и не стал новым кредитором, передачи долга как таковой не произошло. А значит, ни нарушения Жилищного кодекса, ни закона о персональных данных нет.

В итоге в иске было отказано полностью (Определение Четвертого КСОЮ по делу N 8Г-28774/2022).

**********

Приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.

**********

Иногда покупка доли в квартире — лотерея. Формально вы становитесь собственником, но на практике можете даже не попасть в квартиру. В такой ситуации оказалась героиня этого дела. Она дошла до Верховного суда, но вселиться в собственную половину квартиры так и не смогла. Почему — разбираемся.

Прежде чем начать, приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.

Что случилось?

Однажды гражданка Б. приобрела половину однокомнатной квартиры в Московской области.

Однако заселиться в квартиру ей не удалось. Второй половиной владела Лариса Долина одинокая пенсионерка, которая категорически отказалась пускать нового собственника. Женщина меняла замки, не давала ключи, ругалась и всячески препятствовала заезду Б.

Договориться мирно не получилось, поэтому Б. обратилась в суд с иском — она просила определить порядок пользования квартирой и вселить ее как собственника.

Что решили суды?

Суд первой инстанции встал на сторону Долиной пенсионерки.

Во-первых, стороны не являются членами одной семьи. Квартира однокомнатная, а значит, выделить Б. отдельную комнату, соответствующую ее доле, невозможно. Фактически совместное проживание в такой ситуации исключено.

Во-вторых, как выяснилось уже в суде, пенсионерка страдает хроническим заболеванием, при которых совместное проживание больных и здоровых лиц в одной квартире запрещено.

В-третьих, пенсионерка проживает в этой квартире с 2006 года, задолго до появления второго собственника, поэтому имеет преимущественное право пользования жилым помещением

В итоге суд отказал Б. во вселении, признав право пенсионерки продолжать жить в квартире единолично.

Апелляция с такими выводами согласилась, но уточнила: если пенсионерка одна пользуется всей квартирой, она обязана компенсировать Б. использование ее доли.

Ей установили плату в размере 11 тыс. рублей в месяц, а также обязали оплачивать ЖКУ по счетчикам. Остальные расходы — содержание, ремонт общего имущества и взносы на капремонт — собственницы должны были оплачивать поровну.

Обе стороны остались недовольны и обратились в Верховный суд: Б. — потому что ее так и не вселили, пенсионерка — потому что считала размер платы слишком большим.

Что сказал Верховный суд?

Выводы нижестоящих судов в целом верны. Совместное проживание двух собственников в данной ситуации действительно невозможно.

Пенсионерка проживала в квартире раньше, поэтому имеет право пользоваться ею единолично. Однако при этом она обязана платить компенсацию за использование доли.

Но вот с размером этой компенсации Верховный суд не согласился. Апелляция исходила из средней цены аренды аналогичных квартир (около 23 тыс. рублей в месяц), разделив сумму пополам. При этом суды не учли материальное положение пенсионерки.

Дело было направлено на пересмотр в части размера платы (Определение Верховного суда по делу N 4-КГ19-5).

При новом рассмотрении суд снизил размер компенсации до 5,8 тыс. рублей в месяц. Платежи по счетчикам остались за пенсионеркой, остальные расходы собственницы оплачивают поровну (Определение Московского областного суда по делу N 33-18585/2019).

**********

Приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.

**********

Чтобы понять, откуда берутся очередные «неизбежные» платежи за ЖКХ, полезно оглянуться назад. Почти все происходящее сегодня — это не случайность, а результат длинной цепочки решений, принятых еще много лет назад. Об этом я хочу сегодня немного порассуждать, а также разобрать новый закон.

Прежде чем начать, приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.

Предыстория вопроса: действие первое

Где-то к 2010 году в Правительстве заподозрили: в российской системе ЖКХ что-то идет не так. Коммерческие УК и РСО почему-то ориентированы на максимальное извлечение прибыли, а не на высокие стандарты обслуживания граждан и модернизацию материальной базы.

Началось все с того, что советский жилищный фонд стал устаревать: некоторые хрущевки и брежневки уже превысили свой нормативный срок эксплуатации, другие — подходили к нему.

По разным оценкам, в 2013 году общее количество МКД в России составляло 2,6 млн, из них больше половины (1,6 млн) уже нуждались в капремонте.

У федерального бюджета денег на это не было. При этом было ясно, что позволить себе масштабную программу реновации сможет только Москва (и Санкт-Петербург — с горем пополам). Другие города, даже миллионники, были вынуждены лишь латать старое.

Причем доводить жилье до аварийного состояния нельзя — денег на расселение такого количества домов просто нет (недавно, к примеру, стало известно, что программа расселения аварийного жилья не справляется даже с текущими объемами).

С кого тогда брать деньги на капремонт домов? Логично — с тех, кто в этих домах живет, решили в Правительстве, и запустили программу капремонта. Создали в регионах соответствующие фонды, которые стали выставлять гражданам новые платежки. Эту проблему решили хотя бы на время.

Действие второе

Но тут же возникла следующая проблема — мусор.

Вдруг выяснилось, что в стране тысячи старых официальных мусорных полигонов (и десятки тысяч незаконных). Многие из них уже переполнены, а ни о какой переработке и сортировке речи не идет — при том, что объемы бытового мусора растут каждый год.

У государства денег на это, естественно, нет. И решать проблему снова решили за счет тех, кто этот мусор производит, — граждан. Систему обращения с отходами реформировали в 2018–2019 годах, разрешив регионам создавать зоны и вводить региональных операторов. А главное изменение, которое заметили все, — плата за мусор выросла кратно.

За эти деньги обещали модернизировать инфраструктуру, строить центры переработки и сортировки, рекультивировать старые полигоны и открывать новые. Спойлер: мусорная реформа провалилась и особых успехов у нее нет даже спустя семь лет — об этом неоднократно признавали и в самом Правительстве. По факту стали просто собирать больше денег.

Действие третье

Только в Правительстве успели перевести дух после реформы ТКО, как обрушилась новая напасть — вдруг оказалось, что коммунальные сети находятся в критическом состоянии и, если ничего не делать, то к 2030 году до 80% сетей просто превратятся в труху.

При этом существующие РСО вкладываться в модернизацию не спешили — это долго, дорого и, откровенно говоря, невыгодно. Тогда в Правительстве решили, что надо кого-то обязать платить за модернизацию. Кого? Ну конечно, тех, кто является конечным потребителем коммунальных услуг.

Но сделали это скрыто. С 2025 года сами РСО обязали направлять 1,5% от выручки на модернизацию сетей и инфраструктуры.

А чтобы «бедные» РСО от этого не разорились, в том же году эти 1,5% (как признал Минстрой) просто заложили в рост тарифов за ЖКУ — рекордный за 14 лет. В итоге платить за модернизацию снова стали граждане.

Логика прослеживается?

И теперь лифты

В 2025 году в России насчитывалось более 600 тысяч лифтов. Из них 50 тысяч уже превысили расчетный срок службы без капремонта, еще 60 тысяч лифтов необходимо заменить до 2030 года. При этом темпы замены сильно отстают от темпов устаревания: в год обновляют менее 15 тысяч лифтов вместо необходимых 24 тысяч.

На ремонт и замену всех лифтов потребуется более 400 млрд рублей — денег, которых нет ни у регионов, ни в федеральном бюджете.

Если бы граждане на лифтах не ездили, а ходили по лестницам — проблемы бы и не возникло. И бюджет экономит, и здоровье. Но раз уж ездят — пусть платят, решили в Правительстве, и привычно переложили расходы на граждан.

Новый закон

В конце декабря Госдума приняла законопроект № 775871-8 о внесении изменений в Жилищный кодекс — в части обслуживания лифтового хозяйства.

Теперь эксплуатация лифта в доме будет разрешена только при условии проведения двух видов работ: регулярного технического обслуживания и текущего ремонта.

Заниматься этим должна специализированная организация или ИП. Для подрядчиков предусмотрены более строгие требования, чем сейчас:

— лифтовая организация должна быть внесена в специальный федеральный перечень;

— организация должна подтвердить наличие у работников специального образования по обслуживанию и ремонту лифтов (сейчас это не требуется);

— а также подтвердить наличие специального оборудования (сейчас тоже не требуется).

Новый закон вступает в силу с 1 сентября 2026 года. В течение 90 дней организация, управляющая МКД, должна заключить со специализированной лифтовой организацией договор на техническое обслуживание. Отдельно будут заключаться договоры на ремонт.

Естественно, услуги таких организаций, вынужденных подстраиваться под новые требования, подорожают — что и отразится в итоговых платежах.

Еще одна мера, которую анонсировал Минстрой, но пока не реализовал: жители домов с лифтами будут платить за капремонт больше, чем те, в чьих домах лифта нет. Внезапно выяснилось, что замена лифта — дорогостоящее мероприятие, и стандартного взноса на капремонт может не хватить.

**********

Приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.

**********

Со списанием долгов за ЖКУ по сроку исковой давности общий подход известен: пока УК или РСО сами не подали иск, должник не может ходатайствовать о пропуске срока. Это возможно только в роли ответчика, а не истца. Но из любого правила есть исключения — вот показательный пример.

Прежде чем начать, приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.

Что случилось?

Три года подряд гражданин Б. не передавал показания счетчика электроэнергии (видимо, так было выгоднее). В этот период РСО начисляла плату по нормативу — и Б. исправно ее оплачивал.

Потом Б. снова передал показания. РСО сделала перерасчет: фактическое потребление за прошлые годы оказалось существенно выше норматива. В результате Б. доначислили около 86 тыс. руб. за электричество и еще примерно 30 тыс. руб. пени.

Б. платить отказался. При этом РСО в суд обращаться не стала, но продолжила указывать долг в платежных документах.

Позже РСО направила уведомление: так как долг превысил размер платы за два расчетных периода, а значит, появилось право отключить свет.

В ответ Б. неоднократно направлял претензии с требованием провести корректный перерасчет и исключить долг из квитанций. Но безрезультатно.

Тогда спустя время Б. сам пошел в суд — с требованием произвести обратный перерасчет и убрать задолженность из платежек.

Что решили суды?

Суд первой инстанции занял формально верную позицию: перерасчет РСО произведен законно, поскольку фактические показания счетчика превышали норматив. Следовательно, потребитель обязан доплатить разницу (п. 61 Правил предоставления коммунальных услуг).

В иске отказали. Апелляция и кассация поддержали этот вывод.

Что сказал Верховный суд?

Б. требовал освободить его от уплаты задолженности в том числе в связи с истечением срока исковой давности. Дело в том, что на момент подачи иска прошло более трех лет с даты последнего просроченного платежа.

При этом сама РСО за все это время так и не попыталась взыскать долг в судебном порядке, а только выставляла долг в квитанции и слала грозные письма.

Более того, новые платежи Б. засчитывались в счет старой задолженности, из-за чего долг фактически «обновлялся» и постоянно сохранялся в платежках. Хотя такой порядок допустим только в отношении задолженности, по которой срок давности еще не истек.

РСО пыталась оправдаться тем, что Б. не указывал назначение платежей. Однако Верховный суд все равно признал такую практику неправомерной, а дело направили на новое рассмотрение (Определение Верховного суда по делу N 69-КГ24-8-К7).

При повторном рассмотрении суд исключил из задолженности суммы, по которым срок исковой давности истек, а также новый долг, возникший из-за незаконного зачета текущих платежей.

В итоге размер задолженности был существенно снижен (Решение Сургутского городского суда ХМАО по делу N 2-8746/2024).

**********

Приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.

**********

Судебная практика знает немало случаев, когда брачные договоры признают недействительными из-за явного перекоса в пользу одного из супругов. Даже если формально документ был подписан добровольно. Но в этой истории, несмотря на очевидно проигрышное положение жены, суды в итоге отказались вставать на ее сторону. Посмотрим, почему.

Прежде чем начать, приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.

Что случилось?

Гражданка Б. и ее супруг заключили брачный договор у нотариуса.

По его условиям все имущество, приобретенное в браке, признавалось собственностью того супруга, на чье имя оно оформлено. На практике это означало следующее: пока Б. занималась домом и воспитанием троих детей, ее муж вел бизнес, владел долями в компаниях и копил деньги на своих счетах.

Позже брак был расторгнут. В результате практически все значимое имущество — банковские вклады, доли в бизнесе и недвижимость — осталось за бывшим мужем и связанными с ним лицами, включая его родителей.

После развода Б. обратилась в суд с иском о признании брачного договора недействительным и разделе имущества на общих основаниях.

Что решили суды?

В обоснование иска Б. указывала, что в свое время подписала брачный договор под давлением со стороны мужа, фактически — под угрозами, что вообще останется на улице ни с чем. А сами условия договора ставят ее в крайне неблагоприятное положение, так как после развода она осталась почти без имущества.

Однако суд первой инстанции не согласился и указал, что неблагоприятным положением может считаться, например, полное лишение одного из супругов имущества, нажитого в браке. В данном же случае Б. лишилась не всего имущества, а лишь его большей части — а это, по мнению суда, еще не повод признавать договор недействительным.

Кроме того, доводы о насилии суд счел недоказанными: заявлений в полицию не было, медицинских документов — тоже. При этом нотариус при удостоверении договора подтвердил, что стороны действовали добровольно и осознанно.

В иске было отказано, брачный договор оставили в силе.

Апелляция заняла противоположную позицию. Суд указал, что условия договора фактически лишили Б. большей части имущества, приобретенного в браке, а потому ее положение нельзя признать справедливым. Решение первой инстанции отменили, договор признали недействительным. Кассация эти выводы поддержала.

Тогда бывший муж обратился в Верховный суд.

Что сказал Верховный суд?

Вывод о неблагоприятном положении Б. сделан необоснованно. Сам по себе факт того, что одному из супругов досталось больше имущества, еще не означает несправедливость условий брачного договора.

Кроме того, Верховный суд отметил, что доказательств принуждения к заключению договора в материалах дела нет. А факт добровольности сделки и осознания ее последствий был подтвержден нотариально — и этот момент нижестоящие суды проигнорировали.

В итоге Верховный суд отменил решения апелляции и кассации и направил дело на новое рассмотрение (Определение Верховного суда РФ по делу N 50-КГ24-6-К8).

При повторном рассмотрении брачный договор признали действительным и оставили без изменений (Определение Омского областного суда по делу N 33-5662/2024).

**********

Приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.

**********