Юризм

Герой этой истории хотел сохранить имущество во время развода и придумал, как ему казалось, надежный способ: подарил недвижимость сыну, а автомобиль продал ему по заниженной цене. Но спустя некоторое время отец передумал и потребовал вернуть все обратно. Вот только сын расставаться с полученным имуществом не собирался. Что в итоге?

Что случилось?

Гражданин Б. разводился с третьей женой и опасался раздела имущества. Тогда он переоформил часть собственности на одного из своих сыновей.

По двум договорам дарения сын получил доли в земельном участке и нежилом помещении, а также еще один участок со зданием. Отдельно отец продал ему автомобиль по заниженной цене.

Сделки оформили как положено: сын зарегистрировал недвижимость на себя, перезаключил договоры аренды с прежними арендаторами, стал получать с них плату, поставил автомобиль на учет и застраховал его. Позже он даже заложил машину банку по кредиту.

Но затем Б. помирился с женой, разводиться они передумали, и Б. решил, что имущество пора возвращать. Сын с такой постановкой вопроса не согласился, так как новое имущество его вполне устраивало.

Тогда отец пошел в суд. Он настаивал: переоформлял собственность, чтобы жена не смогла претендовать на нее при разводе. На самом деле окончательно отдавать все сыну он и не собирался.

Поэтому Б. потребовал признать сделки мнимыми, то есть совершенными только для вида. Заодно стал ссылаться на проблемы со здоровьем, обман и заблуждение при подписании договоров.

Что решили суды?

Суд первой инстанции указал, что Б. понимал, какие документы подписывает, а сделки существовали не только на бумаге.

Сын действительно стал собственником недвижимости, переоформил аренду, зарегистрировал авто. В договоре продажи машины имелась и подпись отца о получении денег.

Но после обжалования апелляционный суд встал на сторону Б. Апелляция решила, что отец, скорее всего, не хотел ничего дарить. Ведь он продолжал пользоваться машиной и какое-то время получал доход от недвижимости. Учли и показания свидетелей.

Поэтому сделки признали мнимыми. Кассация согласилась, и имущество решили вернуть отцу.

Что сказал Верховный суд?

ВС обратил внимание на любопытную деталь: отец сам признал, что переписал собственность ради того, чтобы скрыть ее от раздела с супругой. Получается, сначала он пытался обойти права жены, а потом захотел использовать собственную недобросовестность как основание для отмены сделок.

А по закону никто не вправе извлекать выгоду из своего недобросовестного поведения.

Кроме того, желание избежать раздела само по себе не делает сделку мнимой. Нужно доказать, что обе стороны не собирались передавать имущество по-настоящему. Здесь же сын реально вступил в права собственника и распоряжался полученным.

А то, что отец продолжал ездить на автомобиле, еще ничего не доказывает: сын мог просто разрешить ему пользоваться машиной.

В итоге Верховный суд оставил в силе первоначальное решение об отказе в иске. Недвижимость и автомобиль остались у сына (Определение Верховного суда по делу N 19-КГ26-25-К5).

Героиня этой истории на себе смогла ощущить сразу две известные поговорки: «инициатива имеет инициатора» и «не делай добра — не получишь зла». Она обнаружила конфликт интересов на работе и, как добросовестный сотрудник, сообщила об этом руководству. Проверка подтвердила нарушение, но вместо благодарности ее саму уволили. Вот только закончилось для нее дело не так уж и плохо.

Что случилось?

Гражданка Б. больше 12 лет работала начальником отдела кадров в неком региональном госучреждении. Кроме кадровой работы, она отвечала за профилактику коррупционных нарушений.

Однажды Б. выяснила, что начальница юридического отдела учреждения родила ребенка от директора частной организации, которая регулярно обращается в учреждение за проведением экспертизы.

Причем начальница юротдела сама регулярно участвовала в рассмотрении документации компании, которую возглавлял отец ее ребенка.

По внутренним правилам учреждения о подобных обстоятельствах необходимо было сообщать руководству. Но начальница отдела несколько лет скрывала это.

Б. направила докладное письмо в региональное Министерство строительства, которому подчинялось учреждение. В нем она рассказала о возможном конфликте интересов и попросила принять меры.

После обращения провели проверку. Выяснилось, что начальница отдела действительно не сообщала о возможном конфликте интересов в течение многих лет, хотя продолжала работать с документами организации, связанной с отцом ее ребенка.

Но за нарушение ей объявили всего лишь одно замечание.

А потом проверку начали в отношении самой Б. Руководство учреждения посчитало, что, рассказав о семейных обстоятельствах коллеги без ее согласия, Б. незаконно раскрыла персональные данные.

В итоге Б. уволили за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей — разглашение охраняемой законом тайны.

Б. с этим не согласилась и обратилась в суд, потребовав восстановления на работе, оплаты вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Что решили суды?

Суд первой инстанции указал: работника действительно могут уволить за разглашение персональных данных.

Но в данном случае Б. направила информацию не посторонним людям, а в министерство, которое контролировало деятельность учреждения и занималось профилактикой коррупции.

Более того, она сама была назначена ответственной за такую работу. А установить возможный конфликт интересов без упоминания общего ребенка было невозможно.

Суд обратил внимание и на результат обращения: нарушение подтвердилось.

При этом в приказе об увольнении Б. работодатель даже не указал конкретные положения закона, трудового договора или внутренних правил, которые она нарушила.

Поэтому увольнение признали незаконным. Б. восстановили в должности, взыскали почти 500 тысяч рублей среднего заработка за вынужденный прогул и еще 15 тысяч рублей компенсации морального вреда.

Учреждение (от лица которого в суде выступала та самая начальница юротдела) попыталось оспорить решение, настаивая, что кадровик не имела права передавать сведения о личной жизни коллеги без ее согласия.

Но апелляция и кассация с этим не согласились: Б. действовала в рамках своих обязанностей, а передача сведений в этих обстоятельствах не давала оснований для увольнения (Определение Восьмого КСОЮ по делу N 88-13243/2026).

Герой этой истории попал в весьма распространенную в последнее время ситуацию: собирался отдохнуть с женой в Турции, купил путевки и уже приехал в аэропорт. Но на паспортном контроле его неожиданно остановили: оказалось, что приставы запретили ему выезд из России из-за неоплаченного кредита. Однако в итоге виноватым признали не только должника.

Что случилось?

У гражданина Б. образовалась задолженность по кредиту в размере 93 тысяч рублей. Банк обратился в суд, получил судебный приказ и передал его приставам.

Пристав возбудил исполнительное производство, а затем вынес постановление о временном ограничении выезда мужчины за границу.

Вот только сам Б. об этом ничего не знал. Уведомление о возбуждении исполнительного производства ему не поступило, в личном кабинете на Госуслугах никакой информации тоже не было.

Тем временем мужчина приобрел туристическую путевку в Турцию для себя и супруги за 140 тысяч рублей.

В назначенный день они приехали в аэропорт, но на паспортном контроле мужчину остановили и сообщили, что покидать Россию ему запрещено.

Поездка сорвалась, а деньги за путевку пропали.

Б. решил, что оплачивать последствия чужой ошибки он не обязан. Сначала он обратился в суд и добился признания постановления пристава о запрете на выезд незаконным.

Суд установил, что мужчину надлежащим образом не уведомили о возбуждении исполнительного производства, поэтому он даже не знал о предоставленном ему сроке для добровольного погашения долга.

После этого Б. подал второй иск — уже к Российской Федерации в лице ФССП. Он потребовал вернуть 140 тысяч рублей за путевку, расходы на такси и еще 20 тысяч рублей компенсации морального вреда.

Что решили суды?

Суд первой инстанции указал: по закону пристав вправе ограничить выезд должника при соблюдении установленных условий. Но прежде должнику должны предоставить возможность добровольно исполнить требования, а копию постановления о запрете направить не позднее следующего дня после его вынесения.

В данном случае Б. о запрете не предупредили. Если бы он знал, что не сможет выехать из страны, то просто не стал бы покупать путевку.

Поэтому суд первой инстанции взыскал за счет государственной казны 140 тысяч рублей стоимости тура, 5 тысяч рублей компенсации морального вреда и расходы на госпошлину.

А вот расходы на такси возместить не удалось: Б. не смог доказать, что действительно понес их.

Но ФССП обжаловала решение, и апелляция неожиданно встала на сторону приставов. Коллегия посчитала, что признания запрета незаконным недостаточно: мужчина должен доказать, что именно действия пристава стали причиной убытков.

Кассация с этим согласилась.

Что сказал Верховный суд?

Тогда Б. дошел до Верховного суда, который отменил решения апелляции и кассации.

ВС указал, что суд первой инстанции верно установил прямую связь между незаконными действиями пристава и потерей денег за путевку. Поэтому оснований отказывать мужчине в возмещении убытков не было.

В результате Верховный суд оставил в силе первоначальное решение о взыскании с государства стоимости отдыха и компенсации морального вреда (Определение Верховного суда по делу N 5-КГ26-91-К2).

Благовещенский городской суд не стал восстанавливать российское гражданство уроженке Узбекистана, осужденной за организацию незаконной мигрaции. Об этом сообщили в пресс-службе суда.

Женщина пыталась оспорить решение мигрaционного управления МВД, ссылаясь на многолетнюю жизнь в России, наличие работы, ипотеки и двоих детей. Однако суд признал дeйствия ведомства законными и оставил ее иск без удовлетворения.

Отмечается, что женщина прожила в России более 14 лет и в августе 2022 года получила российский паспорт по упрощенной процедуре. Но в июне 2025 года ее признали виновной в организации незаконной мигрaции и фиктивной постановке иностранца на мигрaционный учет. Суд назначил женщине штраф в размере 100 тысяч рублей, который она полностью выплатила. Несмотря на это, в январе 2026 года МВД прекратило ее гражданство, а выданный ранее паспорт аннулировало.

Не согласившись с таким решением, женщина обратилась в суд. Ее адвокат настаивал, что соответствующая статья УК РФ была включена в перечень оснований для прекращения гражданства уже после совершения преступления. Сама истица подчеркивала, что давно обосновалась в стране, официально трудоустроена, платит налоги, воспитывает двоих детей и выплачивает ипотеку за квартиру. Однако представители МВД заявили, что эти обстоятельства не отменяют последствий вступившего в силу обвинительного приговора.

Суд поддержал позицию ведомства, пояснив, что речь идет не о произвольном лишении гражданства, а о прекращении ранее приобретенного статуса по основаниям, предусмотренным законом. Согласно статье 24 Федерального закoна «О гражданстве РФ», совершение определенных преступлений может повлечь такие последствия независимо от даты преступления и получения паспорта. В результате женщина осталась без российского гражданства, однако у нее сохраняется прaво обжаловать решение в Амурском областном суде.

https://www.mk.ru/social/2026/10/28/ne-pomogli-dvoe-detey-i-...