В истоке мир управляется Титанами - совершенно невменяемыми сущностными, которые обладают космическими силами, но в поступках своих не руководствуются эмпатией, ни состраданием, ни элементарной логикой и взглядом в далекое будущее. Наоборот - эти садисты намеренно насылают холодные ураганы, волнуют бури на море и пускают землетрясения, пробуждают огненно-кровавые вулканы и насылают болезни, которые косят целые племена. С ними нельзя договориться, до них нельзя достучаться ни жертвой, ни молитвой, их действия нельзя просчитать и предугадать. Такое мировоззрение прослеживается во всех древних цивилизациях, оно и понятно - наши предки обезьянки обладали маленькой оперативной памятью, а жесткий диск еще не придумали - мир был объёмен, непонятен, и не запоминаем, а жизнь коротка.

А вот греки смогли записать ход своей цивилизации в виде культуры. Даже на жесткий диск типа глиняных расписных амфор, и на статуи своих дворцов, да так удачно, что мы находим их творения в натуральном виде. Греки это объясняли тем, что Олимпийские боги свергли Титанов, и принесли "новый порядок". Попутно боги принесли орудия труда, красоту, вкусную пищу и главное - ИСТОРИЮ в нашем понимании. Вот с Богами то, в отличии от Титанов, как раз можно было пообщаться, и зная некий правильный цикличный код, можно было и на успех надеяться. Тем более расписание ураганов и штормов более менее становилось понятным ;)

Олимпийские боги, бросившие вызов хаотическим силам Титанов, одержали победу. Установили в мире некие правила и подчинили своей воле космические силы мироздания. Буквально каждый бог - это ориентир, идеал в жизни древнего грека. Боги даровали орудия труда, и греки так много трудились, что изобрели профессию. И когда безымянный гончар с десятой попытки добивался идеальной амфоры, он точно знал - что своими руками и мыслью подобен богу, создавая божественное в обычной вещи. Особый замес воды с того водопада, рисунок из белой глины, и еще свой тайный смайлик, нацарапанный на самом видном месте. Е беач. Это труд ради цели и понтов.

История, культура и понты древних греков бомбанули вобще во все технологии. Эта волна зацепила соседей. Глина, ткань, краски, и .. бронза! - вот что важно в греческом историческом коде. Обезьянки учились искусству работы над шкурами и шерстью, над заточкой камней и созданием топоров. Учились не просто готовить еду, а заготавливать её впрок. Познали пряжу и ткацкое ремесло, а для понта научились ткани красить! А заодно научились ковать медь и плавить бронзу: таков был дар бога Гефеста - основателя кузнечки, механики и хард-металла.

Секрет мироздания. Незыблемая вещь в развитии человечества - это контроль на ОГНЕМ! Очаг поднял человека из тьмы веков и освятил его путь. Накормил здоровой и вкусной пищей. Согрел и вывел из вечного холода в довольно милые места Средиземноморья. Идеальный климат, жаркое солнце, море, текноложии древних. Но огонь это не подарок богов. И греки считали также. Они явно что-то знали про термоядерный синтез, но ...

Боги свергли Титанов, затем боги свергли Гигантов, жутко устав от дел ратных, заперлись в своем "звенящем эфире" на вершине горы Олимп. А для зачистки мира от остальных гадов рангом поменьше создали ГЕРОЕВ - земля все еще кишила вепрями, гарпиями и кентаврами. Герои снесли всех. А потом от скуки начали свои ВОЙНЫ. Собсно - герои, обладающие силой богов и слабостью смертных как раз и рулят во всей Гомеровской истории. Герои падки и не совершенны, каждый из них - игрушка в водовороте божественных интриг, и каждый из них своей жизнью вплетает свое имя в Историю. Забегая вперед, век героев не долог - вот они плавали за руном, вот Геракл ломает кабину льву, вот уже троянская осада и всё. Дальше остаются только обычные человечки. Всех героев в Трое или сразу после нее попячило.

Гомер как раз жил в окружении без магии и супер воинов: совместный быт людей в городах-Полисах, изысканные сады и ровные дороги, анатомические статуи и гигантские храмы - всё рукотворное. Боги передали управление мира в руки человечества. Именно поэтому Человек должен созидать так, как будто он бог. Даже свое маленькое повседневное ремесло.

Но возвращаясь к веку героев, чего там только небыло - чудовища, испытания, невероятные повороты событий и колоритные Боги. Гомер, задыхался от пресной повседневности, и пытался заглянуть назад .. и порой мироздание шатало свои основы, когда рыбаки ловили древние амфоры с забытыми рисунками, или в каменоломне внезапно находили скелет очередного пятиметрового гиганта с бивнями, omagad ... в голове греческого писателя это рождалось ТЕАТРОМ с разным голосами, масками и ролями! В конце концов музыка и рифма - тоже дар бога Аполлона. Вот Гомер - это не про автора, а про его отношение к своему ремеслу.

О героях в следующий раз.

«Третий босс — просто скилл-чек, детка. Если не можешь пройти — удали игру».

Артём прочитал комментарий дважды. Потом закрыл вкладку.

В школе его звали по-разному: Жиртрест, Очкарик, Артёмий Пухлый. Учителя делали вид, что не слышат. Мать говорила: «Не обращай внимания, вырастешь — всё забудется». Ни один из этих советов не помогал, когда Санька Курилов вставлял ему ногу в проходе между партами и весь класс над ним смеялся.

Артём открыл новую вкладку, набрал запрос, полистал. Где-то около пяти утра он наткнулся на странный сайт — без рекламы, без футера, без имени автора. Просто белая страница и текст:

«Хочешь начать заново? Не в этой жизни. В другой. Нажми».

Под текстом — одна кнопка. Без подписи.

Артём поморщился.

— Развод на пожертвования, — сказал он вслух, хотя в квартире не было никого, кому это говорить.

И нажал. Просто потому, что уже четыре часа подряд проигрывал боссу и злился, и потому, что в пять утра человек делает глупости.

Монитор мигнул.

Потом комната исчезла.

Он не падал — он просто оказался в другом месте. Как будто кто-то вырезал секунду из плёнки и вставил другую.

Земля под ногами была мягкой. Трава — не газонная стриженая, а высокая, по колено, тёмно-зелёная, с широкими листьями. Воздух пах чем-то смоляным и сырым, как после дождя в лесу, только лес стоял в сотне метров — тёмный, плотный, с деревьями толщиной в три обхвата.

Над головой — небо. Не ночное и не дневное. Серо-фиолетовое, как синяк, с двумя лунами: одна большая, бледная, другая поменьше, с красноватым оттенком.

Артём стоял посреди поляны в мятой футболке с принтом дракона, в растянутых трениках и домашних тапках.

Он несколько секунд молчал. Потом сказал:

— Ладно.

Огляделся. Тишина была плотной — не городской, где под тишиной всё равно слышен гул труб и далёкий трафик, а настоящей. Только трава шуршала. Где-то в лесу ухнула птица — один раз, коротко, и замолчала.

У него не было ни телефона, ни воды, ни документов. Тапки на тонкой подошве уже промокли от росы.

Артём медленно развернулся на месте. Никаких дорог. Никаких огней. Только поляна, лес со всех сторон и это фиолетовое небо с двумя лунами.

В лесу что-то треснуло.

Не ветка под ветром. Ветка под весом.

Артём не двигался. Сердце ударило раз — гулко, как в пустой комнате. Из-за деревьев вышла тень — высокая, сутулая, с длинными руками. Существо остановилось на краю поляны и уставилось на него. Глаза светились — не ярко, тускло, как угли перед тем как погаснуть.

Орк. Или что-то похожее на орка — зеленовато-серая кожа, нижняя челюсть выдаётся вперёд, над губой — два коротких клыка. В руке — что-то вроде дубины, обмотанной кожей.

Существо что-то пролаяло на языке, которого Артём не знал. Тон был понятен и без перевода.

Кто такой. Что здесь делает.

Артём сглотнул. По спине прошла холодная волна — та самая, знакомая. Как тогда, когда Курилов загонял его в угол за раздевалкой и ждал, пока Артём первым попросит пощады.

Только Курилов никогда не держал дубину.

Орк сделал шаг вперёд.

И в этот момент что-то внутри Артёма — не голос, не мысль, просто ощущение, как давление под рёбрами — толкнуло вперёд. Ладонь потеплела. Пальцы заныли. Он опустил взгляд и увидел, что между пальцами правой руки медленно ползут тонкие чёрные нити, как дым без огня.

Орк остановился.

Посмотрел на руку.

Посмотрел на Артёма.

И отступил на полшага.

Артём не знал, что это было. Он не знал, как это работает и почему. Он только знал одно: впервые за очень долгое время кто-то смотрел на него не сверху вниз.

Он медленно выпрямился.

— Не подходи, — сказал он. По-русски. Не важно — интонация была ясной.

Орк попятился ещё на шаг. Потом развернулся и скрылся в лесу.

Тишина вернулась. Трава шуршала. Где-то наверху красноватая луна ползла по фиолетовому небу.

Артём смотрел на свою руку. Чёрные нити растаяли, будто их не было. Ладонь была обычной — потной, с обгрызенным ногтем на большом пальце.

Он сжал кулак.

Мать говорила: всё забудется, когда вырастешь.

Может, и так. Но сначала он хотел разобраться куда попал и решил проследить за орком.

https://author.today/work/644420