С Дерипасовским Первомаем! С праздником «наших» людей!
Есть что-то трогательное в том, как Олег Дерипаска за месяц прошёл путь от призыва гнать всех работать по 12 часов шесть дней в неделю до «вы всё не так поняли, я имел в виду депутатов, топ-менеджеров и вот этих всех». Что же заставило олигарха переменить своё мнение? Ведь ещё недавно «кризис» и «трансформация» решались простой заменой привычного графика 5/2 по 8 часов на более хардовую версию небезызвестной модели 996.
И ведь, по-своему, экономист, физик, пчеловод, филантроп и просто миллиардер прав: в условиях тотального кризиса главный ресурс — интенсивность эксплуатации. Такой вот рефлекс у механизма, который, заедая, начинает крутиться быстрее и громче. Любитель Джека Лондона (на минуточку) Дерипаска, отлично понимает: «Железная пята» требует крови, требует жатвы.
Но общество внезапно отказалось радостно конвертироваться в дополнительное рабочее время. И риторика олигарха начала меняться на глазах: «я вас услышал, работа не волк», а затем выяснилось, что работать на износ должны только власти, начальнички и акционеры.
Олег Владимирович, конечно, скромно умолчал, что акционер в современной экономике не «работающий субъект», а юридически оформленное право извлекать прибыль, не продавая своё время. В общем, буржуазия снова попыталась разрешить нерешаемое системное противоречие простым популизмом.
Сразу вспоминаются недавние взывания к «закону совести» от Валентины Матвиенко к Мордашову: мол, снова возглавляет списки Forbes, а помогать России не хочет. Официальный аккаунт «Северстали» в ответ погрузил всех желающих в основы экономической теории: «циферки в рейтинге не означают, что денежки есть», да и вообще «в стране кризис», так что лучше вы нам, любимое правительство, помогите.
Этот «батл по фактам» лишь дополняет предложение Дерипаски: разговор идёт не об экономике, перед нами торг. И поздравление от олигарха в данном случае выглядит не как «переобувание», а как момент, когда те, «кто наверху», почти проговаривают системный характер кризиса, но в последний момент снова сводят всё к привычному «больше работать». Не пролетарию, так начальнику. Не начальнику, так экономистам Центробанка. Не им, так кому-нибудь ещё.
Такой вот первомайский буржуйский марксизм без вывода. Симптомы описаны, виновные почти названы, альтернативы, как водится, «нет».




