- Сергеич! - без интерлюдий приступил к сути Терехов – у нас проблемы!

- Что случилось? – я немного понизил голос. В кафухе было прилично народу, не стоило привлекать к себе внимания.

- Человек, с которым я договорился сфотать рюм пропал. Ни телефон не берёт, ни машины нигде нет.

- Точно пропал? Он не мог там забухать или такое?

- Нет, ты что?! Человек правильный, мой товарищ по бригаде охотничей, военный бывший. Он не пьёт вообще! И уехал он по светлому ещё, времени прошло вагон и маленькая тележка! Надо искать!

- Хорошо Иваныч. Сейчас приедем.

- Поехали – обратился я к Виталику,  который уже, поняв суть,  собирал в пакет пироги - Будем, как обычно, хрючить в машине. Что за жизнь! Никакого отдыха.

С Тереховым мы теперь пересекались на безопасной территории. После поджога, событий с Лёшенькой и Мирзояном, геройствовать в одиночку было глупо. Терехов с год назад примкнул в качестве егеря к одному частному охотхозяйству, которое замутили некие питерские богатеи. Помимо богатеев тут собиралась и охотилась целая бригада из разнообразных военных  и околовоенных, бывших, действующих и наполовинку. Они быстро оценили Иванычевское знание лесов, порядочность и принципиальность, так что теперь Терехов имел привилегию распоряжаться материальной базой (а база была что надо!) на правах управляющего. В одном охотничьем доме за высоким забором, где Иваныч иногда и ночевал, встречались и мы. Ни слежки, ни расшифровки, благодаря особенностям расположения дома, тут можно было не опасаться.

Виталик заглушил свою синего цвета, наглухо тонированную «десятку». Позади нас, помигивая оранжевой лампой закрывались автоматические ворота. Терехов стоял на крыльце, перебирая руками ворот своей лёгкой, не по погоде, куртки. Нервничал.

- Спасибо! -  начал Терехов – я уже извёлся тут. Сейчас ещё и Николай подъедет, я ему позвонил. И ещё пара надёжных парней из Десноямска. Надо искать. Минут десять Колю подождём и поедем тогда.

- Хорошо, Иваныч! Ты пока расскажи детали то – подходя к дому сказал Виталик.

- Надо искать – покачав головой, повторил Терехов.

В доме, в тёплой кухне-сенях-прихожей, где по стенам висели трофеи охот, старый полковник милиции нацедил нам чаю и быстро рассказал, что позавчера договорился на сегодняшнее мероприятие с одним из членов охотбригады, из местнопроживающих, неким Райсоном Григорием Яковлевичем. Тот как раз хотел прикупить досок для себя, и, будучи каким-то бывшим военным (каким, Терехов не знал), легко согласился помочь, походить по пилораме и пофотать складированную древесину с жёлтыми отметками.

Уехал он на пилораму в три часа дня, после нашего сигнала о том, что лесовоз с ворованной и маркированной древесиной пошёл на разгрузку.  Уехал на своём автомобиле «Мицубиси L-200», довольно приметном, покрашенном в оливково-чёрно-рыжий камуфляж, лифтованном и вообще хорошо подготовленном для всяческих лесорыбалок.

С тех пор телефон Григория Яковлевича перестал отвечать, сам он дома, где жил один,  не появлялся. Учитывая щепетильность дела, которое он должен был сделать, а так же характер самого Райсона, который не бухал, вёл здоровый и правильный пенсионерский образ жизни, Терехов обеспокоился. По ходу рассказа Иваныч показал нам и самого Райсона, на фотографии. Такие висели на стене в гостиной дома, групповые фото с различных охот. На одной из них был запечатлён не сильно высокий, плотный и лысый мужик, больше всего похожий на преуспевающего бухгалтера серьёзной фирмы, с импортной винтовкой  в руках. Лицо я перефотал себе на телефон, после чего мы оставили Терехова ждать Колю, а сами решили сгонять по адресам. Всё же не так долго отсутствовал мужик, чтоб бить тревогу. Конечно на улице уже стемнело, но может он просто подзавис где-то, а телефон сдох. Бывает. Решили сгонять, к нему домой ещё раз, на пилораму, ну и осмотреться. Ушли не допивая чай, смотреть на нервничающего Терехова, взвалившего всю тяжесть вины за пропажу человека на себя было неинтересно.

В следующий раз мы с Виталиком приехали в охотничий дом Терехова, который теперь реально стал штабом поисковой операции, во втором часу ночи. Тут снова был Терехов, и ещё один мужик с Десноямска, Андрей, приехавший в помощь. Два корешка Терехова,  оба моряки-подводники прилетели в метель на его зов и теперь один катался с Колей. Мы снова пили чай и решали как быть, только теперь у нас было уже понимание проблемы в полный рост.

В ходе поисков вечером мы Райсона не нашли ни дома, ни на заметённой начавшейся вечером февральской метелью пилораме. На пилораме вообще никого не было, мы внаглую ходили по цехам, даже заглянули в единственное освещённое помещение сторожки. Там явно обитал бухающий сторож, но его не было, наверняка свалил за очередной порцией бормотухи. Ни приметных машин, ни следов, ни людей. Ничего.

Покатались по Мошенскому. Посёлок городского типа невелик, мест, где вечером можно зависнуть наперечёт. Приметного мицубиси нигде не было. В ту пару мест мы тоже заглянули. Лиц, похожих на Райсона, не было.

- Да, это вам не Тель-авив! Райсонов на карте не наблюдается – протянул я, когда мы закурили у капота десятки, раздумывая куда ехать дальше.

- Почему Тель-авив? Он же белорус, Терехов говорил – Виталик постучал заледеневшими дворниками о лобовое в попытках сбить ледяные наросты. Метель усиливалась.

- С фамилией Райсон? – я скептически посмотрел на его действия.

- Ну и чо?

- Да ничего, мне так-то пофиг. Пусть будет белорус. Грыгорый Яковлич! Чык-чырык! Да хоть зулус. Где его искать-то? Коля вон звонил, объехал полрайона, тоже следов нет. И по «Магистрали» мне отзвонились, ничего. ( Я по ходу действий немножко злоупотребил должностными, проверив Райсона через знакомую из ООРИ по системе «Розыск-Магистраль». Работала она не ахти, но иногда позволяла узнать купленные человеком ж\д и авиа билеты).

- Слушай, я там на дороге к пилораме круглосуточный магазин видел, может у них спросим? Может, видели?

- Ну поехали – и я аккуратно отнёс окурок в урну на остановке.

Снова проехали по тёмным и кривым улицам пэгэтэ, ругаясь на метель и ветер, превращавшие таявший на лобовом крупный мокрый снег в причудливые ледяные фигуры.

В магазине, а вернее ларьке-переростке «24 продукты 24» среди стандартного ассортимента скучала тётка лет шестидесяти. Мы показали ей ксивы, успокоили, что из уголовного розыска и не пришли сошкурить что-то из товара. После этого она разговорилась.

У неё была странная манера отвечать. Она переспрашивала вопрос, а потом отвечала что-то не имеющее отношения к ответу, а раскрывающее лишь то, что все мужики - козлы. Например, на вопрос Виталика, видела ли она необычную камуфляжную машину, она ответила:

- Камуфляжную машину? Здесь машины только у Николая нет. У остальных ржавые тоже. Плохие мужики пошли. Водку пьют, а за машинами не следят.

И вот так каждый раз.

Честно говоря, я потерял терпение вопросе на десятом и начал уже сворачивать ласты на выход, но Виталик был стоек и решил добить тётку до конца.

- А не было, может, сегодня каких драк или конфликтов там? Никто ничего не рассказывал? – с даосийским спокойствием спросил Волков.

- Драк? Не рассказывал? Ой, не, какие драки! Вот авария сегодня была, тут вон на перекрёстке - дикая тётка махнула рукой за окно – Ваське в жопу вьехал какой-то. Вообще разучились водить, уроды! Машина здоровая, почти грузовик целый, а мозгов нет!

- А какого цвета машина? – Виталик заинтересовался, да и мне «почти грузовик» на ухо лёг.

- Какого цвета? Разного, как говном измазанная! У нас вон тоже рисовальщик один есть на стенах…

- Погодите, давайте про аварию. Как было то? Вы видели?

- Я видела? Видела, конечно! Васька местный, с пилорамы, у него джип такой красный, крутился тут с полчаса днём. Ждал кого-то. Баб наверное. Ходют по бабам у нас много…

- Василий, с пилорамы? – подошёл я – у него брат ещё Дмитрий?

- Брат? Димушка, да. Конфеты у меня часто берёт, сладкое любит. Зубы плохие…

- А столкнулся Василий с кем? – перебил снова утёкшую мыслью тётку Виталик.

- С кем? Да не знаю. Хмырь какой-то в возрасте…Много приехало к нам всяких…

-Вот этот? – я показал на телефоне фотку Грыгорий Яковлевича.

- Этот? – скривилась тётка – может и этот.

- Машина грузовиком такая была? Зелёно-чёрно коричневая и с антеннами? И фары на крыше? - судя по голосу, Виталика тётя тоже подвыбесила.

-Фары? Да, были фары и антенны. Военный что ли? Ох им сейчас зарплату не платят, Наташка говорила моя…

Божечки. Я её пристрелю сейчас! Бывают же люди!

Мы с Виталиком переглянулись. Два брата, Василий и Дмитрий, на красном джипе в Мошенском были только одни. Те самые wannabe-бандиты из девяностых Курковы или Курки. Чёт наклёвывается. Я оставил Виталика вымучивать инфу и вышел из магазина сделать пару звонков.

Первым делом я набрал Сырникова. Объяснив ситуацию, попросил срочно выставить «на горячую» телефоны обеих братьев. Благо, все задания на этих деятелей были выписаны куда как давно.  И позиционировать их в течение дня.. И, по возможности, детальнее. Алексеич пообещал поднять на ноги всех, кого возможно. Может и решит, полдесятого вечера ещё, вполне можно сделать. Напоследок Алексеич сказал:

- Работайте, только не забывай, завтра утром у Артемьева заслушивание по делу. К одиннадцати чтоб был.

Второй звонок был куда более важным и куда более ответственным, чем первый. Надо было сообщить жене о том, что я задержусь в командировке на ночь, причём так, чтоб не заронить ни малейшего подозрения в том, что это необходимо. А это с моей пиздец как сложно, она ненеобходимые вещи за версту чует. Зато и настоящую важность понимает. Так что прошло всё хорошо, отделался лишь профилактическим взбодрением.

Когда я закончил и зашёл в магазин, Виталик с тёткой прощался и записывал её телефон. Если коротко то, по вытащенному из неё Волковым, произошла конкретная автоподстава. Братья Курки, примерно часа в четыре вечера, инициировали ДТП, устроили скандал, а потом затащили незадачливого Райсона в машину, причём запихнули в багажник и увезли в неизвестном направлении. На пикапе самого Райсона уехал младший братец Димушка.

Короче, надо срочно искать. Озадачили этим Николая, работавшего в паре с одним из десноямских, Терехова, и сами начали рыть землю. Хотя надежда у меня всё же больше была на технику, чем удачу.

И вот теперь, когда мы чаёвничали у Терехова и ждали Николая, все расклады были у нас на руках. Коля тоже не сидел сложа руки, знакомцев и приятелей тут у него было полно, поэтому мы узнали что братцы Курковы, помимо лесных дел, иногда промышляют и вымогаловом. Подыскивают одинокую и денежную добычу, мутят автоподставу, а потом требуют денег с жертвы. Однажды они даже продержали пару дней человека взаперти, для сговорчивости.  Прокручивают такие схемы они нечасто, но пару успешных случаев Коле рассказали. Всё-таки деревня есть деревня, все, всё и всегда знают.

К часу ночи позвонил Алексеич и дал какое-никакое (всё же ночь на дворе) позиционирование. Телефоны Курковых в течение дня бились по трём вышкам, две из которых наверняка относились к их дому и пилораме. А вот в районе третьей единственным местом, по словам местного Терехова, мог быть только пустующий детский санаторий «Журавлик». Там , в советском здании из пятидесятых, можно было бесследно укрыть хоть сотню человек. Санаторий охранялся сторожем, но, как это водится в районе сторож за боевую единицу никогда не считался. Если вообще не был своим для Курков.

Единственным вопросом оставалось лишь решить, что делать со всем этим. Было два пути. Первый, это ставить на уши областное УВД, по горячей возбуждать уголовное дело и бомбить Курков. Второй – отработать по тихому, своими силами и попробовать получить от этого максимальную выгоду в нужное время. Терехов склонялся к первому, я – ко второму. В итоге, до приезда Тяглова, порешали всё компромиссом. Работаем своими силами и, если найдём в «Журавлике» Райсона, действуем по ситуации. Если не найдём – тогда утром кое-кого будет больно пиздить ОМОН.

…Санаторий «Журавлик», в три часа ночи, в разгар февральской метели впечатлял. В этой локации, любому режиссёру фильмов ужасов не надо было бы тратить ни копейки, чтоб нагнать нужного саспенса. Чёрные окна старого, облупленного четырёхэтажного жёлтого дома глядели тебе прямо в душу. Фигуры пионеров без носов и рук, время от времени вырисовывающиеся из снежной пелены, могли заставить отложить кирпичи даже самого прожженного любителя триллеров. Распахнутые настежь бледно-жёлтые ворота и разрушенная будка на въезде отлично бы смотрелись в каком-нибудь Сайлент-Хилле или Рэйвенхольме. Огонёк комнаты сторожа в правом флигеле, сразу же навевал мысли о резне бензопилой.

Под стать декорациям был и сторож. Огромный шестидесятилетний детина, согнутый в спине и выпирающей нижней челюстью. Он смотрел на нас, сбившихся под впечатлением обстановки в кучку на пороге, немного наклонив голову и прищурив один глаз. Отвечал на вопросы  он односложно, густым мефистофельским басом.  

- Ты тут сейчас один?

- Да.

- Кто-нибудь днём приезжал?

-Да

- Кто?

-Васька, нах.

- С ним ещё кто был?

-Не знаю. Ко мне Васька, нах, только зашёл.

- Зачем?

-Ключи взял. Он тут складирует вещи какие-то.

- Ключи от чего?

-Не знаю. Где-т наверху комната. Я не спрашивал.

- Как так то?

-А мне пох. Мне за это не платят.

- А за что платят?

- Чтоб окна не били, на. И котельную топить.

- А машина во внутреннем дворе чья, которая разноцветная?

- Васькина, нах.

- Он через тебя наверх проходил?

- Нет. Из задней двери. От машин.

- Один?

- Не знаю, нах. Я не смотрел.

- Пошли тогда наверх.

- Зачем?

- Смотреть будем, что там Васька твой держит. Какой этаж то хоть?

-Не знаю, б. Второй или третий. Четвёртый холодный совсем и там все комнаты кроватями забиты.

- Так ключ с какого этажа то взял?

- Не знаю, они в перемещку все…

- Да ёп твою!

По центральной лестнице поднялись на второй этаж. Длинный коридор уходил в обе стороны. Тут было темно, как в жопе у негра. Света тут не было, отключали на зиму. Хорошо взяли фонарики.

- Может разделимся?- спросил Терехов – трое на третий пойдут?

- Ты чё Иваныч, кино не смотрел? – аж передёрнуло Виталика – тогда нам точно пиздец!

-Какое кино? – спросил дотошный Терехов

- Любое, Иваныч. Хорошо у нас с собой  ещё негра нет, он бы уже помер первым!

-Нет, осматриваем коридор все вместе. Трое вправо, трое влево. Сторож с нами –принял решение я.

- Да не надо смотреть – сообщил Андрей с Десноямска- вон, гляньте.

В луче его фонарика по немытому коридору вправо уходили следы нескольких человек. Ног то никто не отряхивал, а мокрая обувь на пыли след оставляет хороший.

Освещая путь лучами фонарей, очень быстро нашли нужную комнату. Пока шли. Я краем глаза заметил, что Виталик оглянулся и посветил фонариком назад, в темноту. Конечно же я не смог ему не подыграть и также мазнул лучом по коридору, постаравшись чтобы свет фонаря как можно более нервно прошёлся по стенам и дверям.  Мой небольшой пранк удался и через 3 секунды Терехов точно так же нервно светанул своим фонарём назад. Сразу после этого лучи фонариков всех участников забегали уже по всему коридору и даже потолку. Вот такая вот практическая зарисовка стадного инстинкта, порождающего панику.

Крашеная зелёным огромная, до потолка дверь нужной комнаты, разом успокоила всех.

Терехов дёрнул за ручку, потом постучал

- Яковлевич это я, Терехов - громко произнес он - ты там?

- Там..там.. –в полной тишине коридором завладело эхо.

Секунд через пять за дверью раздался тихий, недоверчивый голос

- Иваныч ты? Охуеть. Ты с кем?

- Свои, с полиции. Мы за тобой пришли!

- С полиции? - с сомнением произнёс голос – местные что-ли?

- Нет, нормальные – Иваныч даже кивнул двери в подтверждение своих слов.

- Тогда заходите. Прошу – в голосе послышалось некоторое ехидство.

Дверь то была закрыта. Тяжёлая, советская, такую с разбега не вышибешь. Но у нас для этого был Виталик. Не знаю где он приобрёл такие скиллы, сам он говорил что его научили старые спецы в розыске, но замками он управлять умел. Тем более такими простыми, как замки в детском учреждении пятидесятых годов.

Пока он вскрывал дверь, я размышлял, какой же ГОСТ требует закрывать детей в их спальнях?

Семь минут ниочёмных размышлений результата не дали, зато дал результат Волков. Дверь крякнула и первым в тёмную комнату вошёл Терехов. За ним остальняе. В коридоре остался только ничего не вдупляющий сторож и Коля с ним.

За дверью в абсолютно пустой комнате, из мебели в которой была только люстра Чижевского, ходил туда-сюда тот самый человек похожий на бухгалтера. На очень злого бухгалтера с яростной походкой камышового кота.

Во избежание ненужного недоверия, я сразу посветил фонариком на ксиву. Потом представил остальных. Терехов пытался извинятся, но Григорий Яковлевич сразу его остановил.

- Может свалим отсюда, а потом будем трындеть?

И мы свалили.

Чтоб забрать «мицубиси» Райсона, пришлось ехать к нему домой за вторым ключом. Везти его напросились мы с Виталиком. Коля и Терехов остались пока в санатории, «поработать со сторожем», то есть внушить ему необходимость полного и тотального молчания. Терехов справится, он местный, представляет как тут мыслят и, возможно, даже этого сторожа знает через знакомых.

Десноямских подводников поблагодарили и они умотали домой.

Покак катались туда-сюда, поделились с Григорием Яковлевичем кое-какой информацией и узнали о нём … тоже кое-что.

Райсон злился. Очень злился. Даже был в бешенстве. На себя и на Курков. Этим я вообще не завидовал выслушав его почти получасовой монолог.

Оказалось что Грыгорий Яковлевич не простой смешной военный пенсионер, а пиздецкий боевой полковник КГБ. Не белорусского, хоть и приехал он из Беларуси, а того, советского. И возглавлял он одну из групп «Вымпела», в своё время штурмовал дворец Амина и развлекался в Африках с Палестинами. А тут, расслабившись на гражданке, он прохлопал двух долбоёбов, которые подставили ему свою тачку под удар, а потом запросили такую сумму, что оставалось только возмутиться. А возмутившись, он не заметил, как его просто скрутили!

- Прикиньте – размахивал руками Райсон, сидя на переднем сиденье рядом с Виталиком – я затормозить не смог! Там лёд, они видно спецом такое место выбрали. Вылезаю, у них жопа смята, у меня ж силовой бампер! А они сразу буром попёрли: с тебя двадцать пять тыщ зеленью! Двадцать пять! Их чолита на колёсах половины не стоит! Я говорю: вы охуели?  У меня на кармане только жетон, три жвачки и записка «не будить, если дышит»!

Хотел повернуться, а тут эта хуета здоровая меня как цепанёт за руки! Хер выдерешься. Блядь, они меня связали моим же ремнём буксировочным из кузова! Всё, пиздец им! Я своих найду и пиздец!

- Блядь, а дебилы они редкостные – разорялся полковник на обратном пути – они мне, сука, вообще ничего не оставили, просто закрыли и сказали с утра придут. Говорить  будут. И этот, здоровый, уходя люстру Чижевского включил. Обесточенную, да. И сказал: будешь мучаться всю ночь! Он считал, что она головную боль вызывает! Ну дебилы, реально! И такие меня взяли, блядь! Да я им жопы развальцую! Идиоты с культурным уровнем придорожной пыли!

Выслушав монолог, уже когда подъезжали к санаторию, я, с заднего сиденья, мягко подошёл к сути.

- Григорий Яковлевич, а можно не надо?

- В смысле? - напрягся он.

- Ну, в смысле попозже развальцовывать жопы? Нам они пиздец, как важны правильно сваренные…

Вот тут я сильно мутить не стал и в двух словах рассказал, что, зачем и почему мы здесь. Зачем просили делать фотки рюмов, как так быстро узнали где позиционировались телефоны Курков, благодаря чему мы Райсона и нашли. Даже немножко про Корчевского поведал. Виталик, судя по взгляду немного недоумевал зачем. Но моя политика открытости дала свои плоды. Райсон был хоть и пенсионером, но профессионалом. Сначала он крутил головой в отрицание, а потом прислушался и…согласился. Даже на большее, даже помочь.

- Когда ты умеешь импровизировать, удача тебе нахер не нужна. У тебя и так всё срастается– развернувшись посмотрел он на меня - Я согласен.

К утру всё было готово. Сторож был проинструктирован нужным образом, дверь в комнату заключения Райсона была картинно сломана изнутри,  и, когда Вася Курок позвонил по оставленному номеру телефона, весь разговор был аккуратно записан. Курки, признав некоторый проигрыш, ожидаемо со своих позиций не соскочили, но предоставили Григорию Яковлевичу срок для накопления денег длиной в «пару месячишек, но уже тридцатка, с процентами!»

Так у нас появилось вымогательство. Оно не было напрямую связано с ОПС, но позволит в нужное время быстро вывести основных бойцов Черныха.

Ещё у нас появился сильный союзник в Мошенском. А ещё у меня появился выговорешник, ибо , конечно же, с утра на совещание со всеми мероприятиями я не успел и Артемьев меня счёл нужным «подисциплинировать». Служебную проверку, разумеется, поручили уроду Зайкину.

Напоследок, прощаясь Райсон поставил меня перед фактом.

-Будете когда этих пидорков принимать, я решу, чтоб с СОБРами. А я там найду, кому поручить. Понял?

- Да без базара.

Есть места которые с одной стороны можно было бы и не посещать, но с другой, почему бы и нет? Речь о Териберке. Вроде всем или почти всем зашло, полно отчетов позитивных, «вернулись бы ещё» и т.д. Ну ладно, решили, едем. Выбрали май месяц. Вроде уже теплеет, заносов на дорогах нет, добраться и выбраться из городка можно с уверенностью 100%, как говорил наш водитель из Мурманска. Полностью уверенные в погоде мы отправились постигать красоту Севера. Посмотрите что из себя представляла Териберка в мае, что можно увидеть, попробовать. Оцените, удасться ли вам гарантированно вернуться домой в намеченное время и почему этого может не случиться.