ПОЛНОЕ ВИДЕО С ПРЕЗЕНТАЦИИ КНИГИ «ПОЛГОДА ПО ОСТРОВАМ…» В МОСКВЕ
Место ночлега в первый день по прибытии (Куала-Лумпур, Малайзия)
Порой смотришь постановочные сюжеты: спальник, закат, красиво. А реальность другая.
Дверь не держится, или отсутствует. Внутри мусор, пыль, иногда запах плесени. Каждый шорох — вздрагиваешь. Не потому что «атмосферно», а потому что реально страшно: ты один, вещи рядом, а кто там шуршит — непонятно.
Один раз проснулся — по ноге что-то скользнуло. Не киношный хоррор, а обычный вторник в экспедиции. И ты не герой, просто пытаешься не заболеть от сырости и не потерять рюкзак.
Это — из моей книги «Полгода по островам… и странам». Не путеводитель и не «как надо», а честный рассказ про 180 дней в дороге: где ночевал, как выживал, что делал.
На презентации я как раз об этом и говорил: большей частью не про красивые виды, а про рутину, когда каждый день — это договор с собой: «Ещё одну ночь. Ещё один день». И показывал фото, которых в книге нет, в т. ч. «непарадные» места, где приходилось останавливаться.
Есть видео с той встречи — больше часа. Если хочется услышать это из первых уст, там всё есть: и про заброшки, и про то, как местные помогали на тропах, и про лихорадку.
А ты бы рискнул так переночевать ради «настоящего» опыта? Или лучше нормальный хостел, и пусть вид будет не «настоящий», зато выспишься?
Презентация прошла во Всероссийской библиотеке иностранной литературы 18. 01. 2025 года.
Виктор Пинчук, писатель-путешественник (книги // VK)
Министр иностранных дел СССР Андрей Громыко с гейшами во время первого посещения Японии по приглашению правительства, 1962 год.
С 24 по 31 июля 1962 года Андрей Громыко находился в Японии с первым официальным визитом по приглашению японского правительства. Это был важнейший шаг по нормализации двусторонних отношений, сильно натянутых после подписания в 1960 году японо-американского договора безопасности.
Традиционный прием: В рамках культурной программы японская сторона устроила для советского министра дипломатический обед в традиционном ресторане рёкан, где высокопоставленных гостей развлекали профессиональные гейши.
Представляю новую подборку раскрашенных фотографий, которая переносит зрителя в Азию минувшего столетия. От бытовых сцен до городской архитектуры — эти снимки показывают, какими на самом деле были люди и города на разных этапах XX века.
Харчевня на улице города Бангкока, 1987 год.
Жители Пекина едут на велосипедах по городской улице, 1987 год.
Фотограф: Владимир Вяткин
Движение тысяч жителей Пекина на велосипедах по городским улицам — один из самых узнаваемых и культовых визуальных образов Китая во второй половине XX века. В то время Пекин заслуженно носил неофициальный статус «Велосипедного королевства», где двухколесный транспорт доминировал над автомобилями и служил главным средством передвижения для миллионов рабочих, студентов и служащих.
Транспортная развязка в Сингапуре, 1987 год.
В 1980-е годы Сингапур совершил мощный экономический и инфраструктурный рывок, превратившись из развивающегося портового города в ультрасовременный азиатский мегаполис. Это десятилетие запомнилось жителям как эпоха масштабных строек, цифровизации, формирования новой городской культуры и окончательного прощания со старым колониальным бытом.
7 ноября 1987 года открылись первые станции метрополитена. Для сингапурцев это стало главным технологическим чудом десятилетия. Поезда с кондиционерами кардинально изменили ежедневные поездки на работу.
Открытый в 1981 году Терминал 1 аэропорта Чанги сразу задал мировые стандарты гражданской авиации и стал главными воздушными воротами Юго-Восточной Азии.
Государственное управление HDB активно сносило старые трущобы и деревни (кампонги), массово переселяя граждан в новые многоэтажные жилые кварталы в районах Бишан, Анг Мо Кио и Тампинис.
Сингапур законодательно закрепил статус одного из четырех «Азиатских тигров». Власти сделали упор на привлечение иностранных инвестиций в сферу высоких технологий, компьютерной техники и банковского дела. На фоне этого началось активное формирование делового центра (CBD) с первыми культовыми небоскребами, которые навсегда изменили силуэт города.
Ресторан в Токио, 1958 год.
Фотограф: Марк Рибу
Дарджилинг, Индия, 1956 год.
Фотограф: Марк Рибу
Дарджилинг — это знаменитый высокогорный город в индийском штате Западная Бенгалия, расположенный на высоте более 2000 метров в предгорьях Гималаев. Он широко известен во всем мире благодаря производству элитного чая, потрясающим видам на заснеженную вершину Канченджанга и уникальной узкоколейной железной дороге.
Докер, Шанхай, 1957 год.
Фотограф: Марк Рибу
Докер (от англ. docker) — это портовый рабочий, который занимается погрузкой, выгрузкой и укладкой грузов на кораблях и на территории порта.
Скоростная трасса. На втором плане - Токийская телебашня. Япония, 1981 год.
Фотограф: Ян Тихонов
Токийская телебашня — это один из главных исторических и культурных символов столицы Японии, построенный в 1958 году в парке Сиба (округ Минато). Имея высоту 333 метра, она на момент возведения была высочайшей стальной башней в мире и до сих пор остается важной туристической достопримечательностью.
В качестве основы для архитектурного проекта Татю Найто взял знаменитый парижский силуэт. При этом токийская конструкция весит почти вдвое меньше оригинала (около 4000 тонн против 7300 у французской башни).
Башня покрашена в чередующиеся белый и международный оранжевый цвета. Это сделано не ради эстетики, а из соображений авиационной безопасности, чтобы объект был хорошо заметен пилотам.
Ночная подсветка башни меняется в зависимости от сезона. Зимой ее подсвечивают теплыми оранжевыми лампами, а летом — прохладным белым светом. В особые праздничные дни на ней включают разноцветные неоновые узоры.
Телебашня возводилась как символ возрождения Японии после Второй мировой войны и начала эпохи стремительного экономического роста. Долгое время она служила главным передатчиком теле- и радиосигнала для всего столичного региона. С переходом на цифровое вещание в XXI веке ее мощностей стало не хватать из-за окруживших ее небоскребов, что и привело к строительству новой 634-метровой башни Tokyo Skytree.
Государство Камбоджа. На улицах Пномпеня, 1989 год.
Фотограф: В. Михайлов
Крестьянин, работающий на ферме в Суратгархе, штат Раджастан. Индия, 1972 год.
Фотограф: Валерий Шустов
Наземная станция космической связи системы "Интерспутник", построенная в окрестностях города Вьентьян Лаосской Народно-Демократической Республики при содействиии СССР, 1988 год.
Фотограф: М. Юрченко
Лаос официально присоединился к соглашению о создании международной системы космической связи «Интерспутник» 11 ноября 1981 года, став полноправным участником организации, созданной СССР и его союзниками в качестве альтернативы западной системе Intelsat.
Строительство высокотехнологичной станции велось в рамках масштабной союзнической программы. В период с 1976 по конца 1980-х годов советские инженеры и специалисты возвели в ЛНДР более 50 ключевых объектов инфраструктуры (мосты, госпитали, нефтехранилища и дороги).
Социалистическая Республика Вьетнам. Открытие автомобильного движения по мосту "Тханглонг" через Красную реку. Мост сооружен при техническом содействии СССР, 1983 год.
Открытие автомобильного движения по мосту «Тханглонг» через Красную реку в Ханое стало исторической вехой в развитии транспортной системы Вьетнама и одним из главных символов советско-вьетнамской дружбы XX века. Этот грандиозный двухъярусный мост, чье название переводится как «Взлетающий дракон», коренным образом изменил логистику столицы, надежно связав центр Ханоя с северными провинциями и международным аэропортом Нойбай.
Стадо буйволов в окрестностях Вьентьяна. Лаос, 1969 год.
Фотограф: Ю. Косинский
Митинг фотографов. Япония, 1958 год.
Фотограф: Марк Рибу
Первый в Японии фестиваль фотографии. Модели, приглашенные Fuji, позируют на фоне вулканических скал Кураидзавы на радость фотографам-любителям и профессионалам.
Ухань. Китай, 1971 год.
Фотограф: Марк Рибу
Жительница Таиландской провинции Ратбури стирает белье, 1987 год.
Китай, 1986 год.
Фотограф: Эллиотт Эрвитт
Гонконгские рикши ждут пассажиров, 1975 год.
Фотограф: Всеволод Тарасевич
Торговец едой на одном из пляжей Таиланда, 1988 год.
Фотограф: Ян Тихонов
Реклама в Шэньчжэне, 1992 год.
Фотограф: Марк Рибу
Также буду рад всех видеть в телеграмм канале, или в МАХ, где публикуется множество раскрашенных исторических снимков со всего мира или в группе ВК.
Три девушки–танцовщицы в Императорском театре в Токио демонстрируют новые модели японских купальников под названием «Демократические костюмы». Сохранились даже их имена (слева направо): Мицузо Китадзима, Акико Йоойги и Йошико Кубомура. 1946 год.
Представляю вашему вниманию подборку кадров из самого сердца Азии — фотографий, которые раскрывают повседневную жизнь, быт и неповторимую атмосферу таких удивительных стран, как Вьетнам, Китай, Япония, Сингапур и Лаос. Каждый снимок был бережно раскрашен, чтобы история этого региона ожила в ярких красках и позволила вам увидеть Азию такой, какой её видели современники. Приятного просмотра!
Лодка с вьетнамскими рыбаками в заливе Халонг, 1975 год.
Автор: Ю. Чурьянов
Парусная вьетнамская джонка или сампан— это традиционное деревянное судно с узнаваемым жестким парусом. На протяжении веков оно оставалось главным транспортом, торговым кораблем и плавучим домом для прибрежных жителей Вьетнама. В отличие от крупных океанских джонок, сампан изначально создавался как прибрежное и речное судно для работы на мелководье. Сампаны служили универсальным инструментом: на них перевозили грузы, торговали овощами на плавучих рынках дельты Меконга и ловили рыбу в закрытых от штормов бухтах вроде Халонга.
Женщины несут воду после отключения водоснабжения в результате землетрясения магнитудой 7,0, произошедшего 8 марта 1927 года в Осаке, Япония.
В историю оно вошло под названием Землетрясение в Кита-Танго. Из-за огромной силы подземных толчков его последствия сильно ощущались по всему региону Кансай, включая города Осака и Кобе, что привело к возникновению крупных пожаров и панике в этих мегаполисах. В результате катастрофы погибли 2925 человек (по другим данным до 3022) и около 7806 человек получили.
На ногах у японцев можно заметить традиционную обувь. Гэта. Это деревянная обувь в виде скамеечки, которая крепится на ноге с помощью тканевого ремешка (ханао), продетого между большим и вторым пальцами.
Универсальное тракторное самоходное шасси Т-16М (разновидность колёсного пропашного трактора). Индия, 1966 год.
Фотограф: Юрий Левянт
Данная сельскохозяйственная машина сошла с конвейера Харьковского завода тракторных самоходных шасси в 1961 году и выпускалась без малого три с половиной десятилетия — вплоть до 1995-го. За годы производства модель обрела не только всесоюзную известность, но и вышла далеко за пределы страны: через внешнеторговое объединение «Трактороэкспорт» её поставляли в Болгарию, Турцию, Индию, Пакистан и другие государства.
Кондуктор автобуса в Японии, 1965 год.
Фотограф: Юрий Сомов
Бедный квартал в Сингапуре, 1971 год.
В 1970-е годы Сингапур кардинально отличался от современного мегаполиса: большая часть населения всё ещё жила в кампонгах (традиционных малайских деревнях) и трущобах с катастрофическим уровнем перенаселения. Как раз в начале 1970-х годов правительство Ли Куан Ю развернуло самую агрессивную фазу программы по переселению людей из трущоб в новые многоэтажные жилые комплексы.
В морском порту Окинавы. Япония, 1975 год.
Автор: Всеволод Тарасевич
Доставка тофу, Гонконг, 1961 год.
Фотограф: Фан Хо
Вплоть до конца XX века в Японии, Китае и Вьетнаме доставка тофу была тяжелым ежедневным ремеслом. : Тофу быстро портится и ценится только свежим. Развозчики просыпались в 2–3 часа ночи, чтобы забрать готовые блоки у мастеров.
Продавцы овощей и рыбы в Британском Гонконге, 1975 год.
Автор: Всеволод Тарасевич
Сбор урожая цитрусовых в госхозе Фук Зо в провинции Хоа. Демократическая Республика Вьетнам, 1973 год.
Фотограф: В. Будан
Сычуань, Китай, 1957 год.
Фотограф: Марк Рибу
Оптовый район станкостроения в Танимачи, Осака, Япония, 1960 год.
В центре внимания находится культовый для той эпохи трехколесный грузовик — Mazda серии T (модель T1100 или T1500). Такие маневренные и недорогие машины были основой японской городской логистики 1950–1960-х годов, помогая малому бизнесу перевозить тяжелые грузы по узким улицам.
На рынке города Сингапура, 1972 год.
Дуриан — это знаменитый тропический фрукт из Юго-Восточной Азии, получивший статус самого противоречивого плода в мире из-за уникального сочетания адского запаха и божественного вкуса.
Его аромат часто описывают как смесь тухлого лука, канализации, гнилой рыбы и старого сыра. Запах настолько въедливый и резкий, что дуриан строго запрещено проносить в отели, самолеты, поезда и метро в Сингапуре, Таиланде и Малайзии.
Мякоть спелого фрукта имеет нежнейшую кремовую консистенцию, похожую на заварной крем или мусс. По вкусу она напоминает смесь сладкого банана, манго, ананаса, ванили и миндаля с легким оттенком сливочного сыра.
Плоды очень крупные (весом до 3–5 кг), покрытые толстой и невероятно прочной зеленовато-коричневой кожурой с острыми пирамидальными шипами. Само название происходит от малайского слова duri — «шип».
Это очень калорийный и сытный фрукт, богатый витаминами, минералами и органической серой (именно соединения серы дают ему такой специфический запах). Из-за согревающего эффекта в Азии его не рекомендуют сочетать с алкоголем.
Луанг-Прабанг, древняя столица Лаоса, культурный и религиозный центр государства. Представители национальности мео, спустившиеся с гор, чтобы сделать в городе покупки, 1969 год.
Фотограф: Ю. Косинский
Обработка рисового поля сельскохозяйственным кооперативом в одной из провинций Вьетнама, 1968 год.
Фотограф: Ананьин В
.Ремонт лодки. Китай, 1940 год.
Жены рыбаков в порту Гонконга, 1975 год.
Автор: Всеволод Тарасевич
В одном из районов города Токио. Япония, 1971 год.
Автор: Глеб Спиридонов
Гонконг, 1956 год.
Фотограф: Фан Хо
Японская семья на прогулке, 1970 год.
Автор: Глеб Спиридонов
Также буду рад всех видеть в телеграмм канале, или в МАХ, где публикуется множество раскрашенных исторических снимков со всего мира или в группе ВК.
Грандиозный вид на Долину кувшинов в Лаосе во время рассвета, когда утренний туман окутывает древние многотонные каменные мегалиты.
Крупный план ободка древнего сосуда из серого песчаника, веками шлифуемого тропическими ливнями и обросшего зелёным мхом.
Уникальный ракурс изнутри полого трёхметрового кувшина, смотрящий вверх на открытое небо сквозь узкое каменное горлышко.
Группа тяжелых гранитных сосудов, величаво застывших на самой вершине зелёного холма на фоне бескрайних горных хребтов Лаоса.
Редкий тип кувшина, рядом с которым на земле уцелела его массивная, плоская круглая каменная крышка-диск, вытесанная из цельной скальной породы.
Художественный вид на силуэты заброшенных мегалитических кувшинов в долине в пылающих лучах вечернего азиатского заката.
Юго-Восточная Азия у большинства современных путешественников ассоциируется с густыми тропическими джунглями, буддийскими пагодами и хрупкой деревянной архитектурой. В исторической среде долгое время доминировал стереотип, что древние племена Индокитая никогда не возводили монументальных каменных комплексов, способных соперничать с мегалитами Европы. Однако на высокогорном плато Сиангкхуанг в Лаосе раскинулась легендарная Долина кувшинов — один из самых труднообъяснимых и масштабных археологических памятников планеты. Тысячи циклопических каменных сосудов, чья высота достигает трёх метров, а вес превышает шесть тонн, хаотично разбросаны по зелёным предгорьям, ставя в абсолютный тупик современных инженеров и логистов.
Наличие этих исполинских чаш на открытых холмах — это неразрешимая загадка древнего камнерезного ремесла.
Главный секрет и фундаментальный парадокс Долины кувшинов кроются в географическом происхождении материала. Все эти сосуды, напоминающие посуду для расы великанов, вытесаны вручную из цельных монолитов прочнейшего гранита, песчаника и конгломерата. Проблема заключается в том, что на самом плато Сиангкхуанг физически нет подобных скальных пород. Ближайшие древние каменоломни, где добывался этот камень, были обнаружены археологами в предгорьях Анамайтского хребта — на расстоянии более чем в тридцать километров по прямой линии.
Каким образом неизвестная цивилизация, жившая более двух тысяч лет назад и не имевшая тяжелой строительной техники, сумела перетащить тысячи многотонных каменных глыб через бурные горные реки, ущелья и непроходимые тропические заросли, до сих пор остаётся загадкой. Каменные чаши выдолблены изнутри с поразительной точностью: толщина их стенок строго выверена для предотвращения растрескивания камня под воздействием температурных перепадов муссонного климата. Древние строители умышленно придавали сосудам слегка коническую форму, что смещало центр тяжести вниз и делало их абсолютно устойчивыми к сильным землетрясениям и оползням.
ℹ️ Источники информации: • Официальный реестр объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО (UNESCO World Heritage Centre, ID 1587 — «Megalithic Jar Sites in Xiengkhouang — Plain of Jars») • Научный археологический архив Министерства информации, культуры и туризма Лаоса (Plain of Jars Archaeological Research Project, Vientiane).
Изображения представляют собой концепт-арт для воссоздания атмосферы материала и могут содержать условные визуальные неточности.
В Лаосе можно арендовать гамак над пропастью. Необычный экстрим-кемпинг расположен возле самого высокого в стране водопада Тад Фейн в национальном парке Дон Хуа Сао. Днём по зиплайну просто катаются, а вечером подвешивают спальники.
Услуга называется «Sleep on the Line» (Сон на линии). Вас подвешивают в спальнике/гамаке над пропастью, где вы встречаете закат, ужинаете и засыпаете под шум водопада и сверчков. Утром — завтрак и рассвет над джунглями. Ночёвка обойдется примерно в $210 с человека.
Две гейши, профессиональные японские артистки, практикуют своё искусство; одна играет на самисэне, традиционном японском струнном инструменте, 1950 год.
Сямисэ́н (яп. «три струны») — это традиционный японский струнный щипковый инструмент, один из самых узнаваемых символов японской музыки.
Погружение в историю и культуру других народов — всегда увлекательное путешествие во времени и пространстве. Сегодня я приглашаю вас совершить очередной виртуальный тур по просторам Азии и заглянуть в повседневную жизнь её обитателей. Главная особенность этой подборки заключается в том, что все исторические снимки раскрашены, что стирает привычную грань между далёким прошлым и сегодняшним днём. Как всегда, я постарался собрать самые интересные и яркие фотографии из разных стран. Приятного просмотра!
Американский военный корабль стоит в гавани Гонконга. Сянган, Китай, 1966 год.
Гонконг перешёл под контроль Великобритании в 1842 году после поражения Китая в Первой опиумной войне. Более полутора столетий он оставался британской колонией, превратившись за это время из небольшой рыбацкой деревни в крупный портовый и торговый мегаполис.
Гонконг вернулся под суверенитет Китая 1 июля 1997 года. Этому событию предшествовала подписанная в 1984 году Совместная китайско-британская декларация, закрепившая процедуру передачи территории.
Церемония передачи состоялась в ночь с 30 июня на 1 июля 1997 года в Гонконге. В присутствии многочисленных делегаций и журналистов последний британский губернатор Гонконга Крис Паттен покинул резиденцию, а британский флаг был спущен. Вскоре после этого были подняты флаги КНР и специального административного района Гонконг, что символизировало окончание 156 лет британского правления и возвращение "Жемчужины Востока" в лоно Родины-матери.
Крестьяне Индонезии, направляющиеся на базар, 1965 год.
Демонстранты проносят макет ядерного гриба атомной бомбы по улицам Токио, Япония, 1 мая 1957 года в знак протеста против запланированного британского испытания атомной бомбы на островах Рождества.
Девочка держит блюдо с рисом. Собран урожай риса в общине Винь-Линь. Вьетнам, 1969 год.
Фотограф: Г. Щербаков
Клетки с певчими птицами. Шанхай, 1949 год.
Продажа канареек в клетках в Китае — это не просто коммерция, а часть многовековой культурной традиции, которая со временем превратилась в развитую индустрию. От уличных рынков до крупных экспортных поставок, этот бизнес имеет глубокие корни и свои особенности.
Увлечение китайцев певчими птицами насчитывает столетия. Ещё в XIX веке прогулка с птицей в парке была непременным атрибутом жизни «достойного джентльмена». Канарейки, завезённые в Китай из Европы примерно в 1840-х годах, быстро завоевали популярность благодаря своему мелодичному пению и неприхотливости.
Китайцы — большие любители птиц. Обычное зрелище, почтенный пожилой господин, выгуливающий своего любимца в парке.
Жители острова Бали в Индонезии, 1965 год.
Фотограф: Б.Сергеев
Молитва на реке Ганг, 1952 год.
Фотограф: Жан-Филипп Шарбонье
Для индусов река Ганг — это не просто водоём, а живая богиня. Она является одной из самых священных рек в мире и играет центральную роль в индуизме.
Вода Ганга считается священной. Купание в реке, согласно верованиям, смывает все грехи и дарует освобождение от цикла перерождений.
Умереть на берегах Ганга (особенно в священных городах, таких как Варанаси) — это величайшая удача для индуса. Кремация праха и развеивание пепла над водами реки гарантирует умершему прямое попадание на небеса и избавление от земных страданий.
Река питает повседневную религиозную практику — ежедневные омовения, возлияния в честь предков, церемонии на восходе и закате.
Ганг олицетворяет женское начало и плодородие. Она кормит миллионы людей, живущих на её берегах, и считается матерью, к которой относятся с глубочайшим почтением. Хоть река и является одной из самых загрязненных рек в мире.
Японские девушки готовятся к рыбалке недалеко от Ондзюку в префектуре Тиба, Япония, 1959 год.
Называют таких девушек ныряльщицы Ама. Ама — легендарные ныряльщицы за раковинами, чья история насчитывает более двух тысяч лет. Само слово «ама» в японском языке многозначно. Один из иероглифических вариантов его написания означает «море» и «женщина». Существует и другое написание — «люди моря», которое имеет более широкий смысл и объединяет всех, кто связан с морем, включая мужчин и женщин, занимающихся рыболовством и другими прибрежными промыслами.
Хотя с древнейших времён среди ама встречались и мужчины, основными добытчицами подводных богатств всегда оставались женщины. Отважные ныряльщицы оставили след в японской культуре: упоминания о них можно встретить в средневековых стихах и повестях, а их образ запечатлён на деревянных гравюрах укиё-э, получивших широкое распространение в период Эдо (1603–1868 годы). В XX веке ама превратились в один из самых узнаваемых символов массовой культуры — как в самой Японии, так и далеко за её пределами. Как привило ныряли девушки в обнаженном виде.
После купания в Ганге индусы сушат свои дхоти на солнце. Индия, 1956 год.
Фотограф: Марк Рибу
Дхоти (от санскритского — «одеяние») — это традиционная мужская одежда в Индии, Бангладеш, Непале и Шри-Ланке, представляющая собой длинный отрез ткани (обычно 4–5 метров), который особым образом обматывается вокруг бёдер и ног.
Надпись на стене свинарника: "Да здравствуют великие идеи Мао Цзе-Дуна!". Китай, 1966 год.
Шаошань, родная деревня Мао Цзэдуна. Китай, 1965 год.
Фотограф: Марк Рибу
Под знойным солнцем провинции Хунань в 1893 году на свет появился Мао Цзэдун. Место его рождения, скромная деревушка Шаошань — за минувшие десятилетия преобразилась до неузнаваемости. Из забытого богом уголка она превратилась в процветающий туристический центр, куда ежегодно приезжают сотни тысяч людей. Большинство гостей — сами китайцы, для которых Шаошань стал своеобразной «меккой» социалистической эпохи. Сюда едут, чтобы прикоснуться к «новой истории» своей страны, и среди посетителей особенно много школьных групп и студентов. Иностранных туристов пока значительно меньше, но поток внутренних путешественников не иссякает, поддерживая жизнь в этом уникальном мемориальном месте.
Крестьянки сельскохозяйственного кооператива Йен Зуен. Вьетнам, 1971 год.
Фотограф: Юрий Абрамочкин
Мальчик едет верхом на буйволе. Лаос, 1966 год.
Фотограф: М. Кирсанов
В Лаосе говорят: «Буйвол — это ноги крестьянина». И это не метафора. В стране, где более 80% населения живёт в сельской местности, а рисовые террасы поднимаются по склонам гор до самого горизонта, водяной буйвол остаётся главным тружеником и кормильцем.
На рассвете, когда туман ещё стелется над долинами, лаосский фермер выводит своего буйвола из простого навеса. Вместе они идут на рисовое поле — пахать, боронить, готовить землю к посеву. Эта связь человека и животного отточена веками: буйвол знает каждую борозду, каждый поворот, а хозяин понимает каждое движение своего помощника.
Водяной буйвол идеален для лаосских условий: он не боится грязи, легко ходит по затопленным полям, выдерживает тропическую жару. Его сила — легенда: одно животное может заменить небольшой трактор, но при этом не требует топлива, только воду, траву и заботу.
Рыболовы в Токио. Япония, 1968 год.
Сингапурские рабочие перевозят коробки на велосипедах, 1969 год.
Фотограф: Дмитрий Донской
Велосипедисты в утренние часы на одной из улиц Пномпеня. Пномпень, Камбоджа, 1988 год.
Фотограф: Улозявичюс Аудрюс
Киото, 1958 год.
Фотограф: Марк Рибу
Столица Королевства Таиланд город Бангкок, 1970 год.
Юный продавец сладостей на набережной. Королевство Камбоджа, 1964 год.
Также буду рад всех видеть в телеграмм канале, или в МАХ, где публикуется множество раскрашенных исторических снимков со всего мира или в группе ВК.
Какой день продолжается в чертогах МИДа лаосского , Каллан Тар самим возглавляемого, истерика великая из-за того, что из Яблочной Лавки удалили ряд приложений шпионских, коими, по слухам, птенцы гнезда Изра Ителя подслушивали речи лаосские тайные.
Возопили мужи в галстуках и дамы в костюмах строгих: «Как же так! Наши приложения удалили! Это вызов! Это демарш! Это надо ноту протеста писать! Срочно! Немедленно!»
И пишут ноты, составляют меморандумы, звонят послам заморским, требуют объяснений, грозят ответными мерами симметричными да асимметричными.
Да только, как правильно заметил Ребе Поз-Дман (мудрец из-за бугра, но лаосские реалии знающий досконально), истерика-то эта вываливается через ресурсы опальные!
Через сети социальные запрещённые (ТеЛеГрамм, МордоКнигаи иже с ними), коими в Лаосе пользоваться законом велеми запрещено.
Через мессенджеры опальные, коих список растёт, як грибы после дождя.
И, что самое дивное, дипломаты лаосские - те самые, что ноты протеста пишут - сами же через туннели тайные (VPN называемые) к ресурсам запрещённым и пробираются. Нарушая закон, коему сами же служить должны.
Получается картина уморительная: мужи почтенные в кабинетах высоких одним пальцем ноту протеста диктуют, а другим - через туннели тайные в МордоКнигу постят возмущение своё, дабы мир узнал, как их обидели.
«Смешно было бы, если б не грустно. Ибо ежели дипломаты, кои должны закон блюсти, сами же его нарушают, то что ж от них ждать от заморских-то? Они ж сами себе противоречие живое.»
Народ лаосский, узнав про сие, лишь усмехается. Ибо давно уж знает: закон - он як забор, перелезть можно, ежели очень надо. А дипломатам тем более можно, у них работа такая - одно говорить, другое делать.
Услышав про истерику в МИДе, мудрецы лаосские лишь головами покачали и молвили:
«Ежели дипломат через туннели тайные в запрещёнку лазит, да ещё и возмущается, что его приложения удалили - то это не дипломат, это лицемер обычный. Ибо он не только закон нарушает, но ещё и обижается, что другие ему в том же праве отказывают.»
Приключилась беда великая в государстве Лаосском. Уже который день кряду птицы железные жужжащие (дроны заморские, по-нашему "бпэла") атакуют заводы пивоварные по всему Лаосу - от столиц до окраин далёких.
Прилетают птицы огненные ночами тёмными, бьют по цехам, где варится напиток ячменный хмельной - утеха народная, отрада трудовая, утешение после дня тяжкого. Горят котлы медные, лопаются бочки дубовые, разливаются реки пивные по полам заводским, а народ плачет.
И решили мужи мудрые в палатах высоких, что беде сей надобно ответ дать. Да не войском, не Щитом Небесным, а мерой строгой - нормированием.
Отныне каждому гражданину Лаоса выдаётся не более литра пива в день по карточкам специальным. А то и меньше, ежели на заводе очередном пожар приключится.
Плачет народ лаосский. Ибо как же так - всю жизнь обещали, что пива нам хватит на века, а тут на тебе - литр в день, да и тот тёплый, потому что холодильники тоже от электричества работают, а электричество - оно тоже под угрозой.
Одни утешаются тем, что литр - это всё-таки не пол-литра, и слава Тин Пу за это. Другие же шепчутся, что самогон варить начинают потихоньку, да только за это тоже штраф до 700 тысяч, как за голубей заморских.
Услышав про беду сию, мудрецы лаосские долго молчали, потом переглянулись и молвили:
«Вот она, правда-матка. Можно сколько угодно говорить о величии Самодержавия, о Щите Небесном, о ракетах стратегических. Но ежели у народа пиво отнимают - тут уже не до величия. Ибо народ, у которого пиво кончилось, - он народ опасный. Хуже, чем когда у него голуби заморские.»
Говорят мудрецы: «Ежели литр в день не поможет - перейдём на пол-литра. Ежели и это не поможет — перейдём на пол-кварты. А там, глядишь, и до сухого закона дойдём, яко в заморской Америке в лета былые. Ибо нет ничего страшнее для Самодержавия, чем народ трезвый да думающий.»
Так записано в хрониках Лаоса о пиве утраченном и о народе обездоленном.