0 просмотренных постов скрыто
Массовый забой скота: кому выгодно?
Весна 2026 года принесла в российскую глубинку новую беду. Под предлогом вспышек бешенства и ряда других инфекционных заболеваний по всей стране началось массовое изъятие и умерщвление домашнего скота.
По предварительным оценкам, общий ущерб уже составил около 1,5 миллиарда рублей, а под нож пошли порядка 100 тысяч животных — в основном свиньи, бараны и в меньшей степени коровы.
Государство выплачивает компенсации пострадавшим хозяйствам. За одну изъятую корову выплачивают около 70 тысяч рублей. Для обычной буренки неэлитной породы эта сумма находится на нижней границе цен. Однако для тех сельских жителей, чьи хозяйства держались на разведении породистого, элитного скота, эти выплаты не покрывают и даже доли реальных потерь, который могут превышать размеры компенсации в 2-3 раза. Люди лишаются не просто имущества, они лишаются средств к существованию. И в этой ситуации возникает закономерный вопрос: кто виноват в происходящем?
Компенсация vs реальность
Для обычной коровы 70 тысяч рублей — это минимум рыночной стоимости. Для хозяйств с породистым элитным скотом выплата не покрывает и доли настоящих потерь. Мелкие фермеры и сельские жители остаются без средств к существованию.
Легко списать всё на непреодолимые силы природы, вирусы или жесткость ветеринарных служб. Но если смотреть на проблему через призму политэкономического анализа, становится очевидно, что в первую очередь виноваты законы рынка.
Эпидемии бьют по слабым. Мелкий частный собственник, обычный сельский житель или фермер, физически не способны выдерживать финансовую гонку за биобезопасность. Содержание личного ветеринарного врача, регулярные закупки дорогих импортных вакцин, создание санитарных барьеров и современных систем фильтрации — всё это требует колоссальных капиталовложений. Для человека, живущего от продажи молока и мяса на местном рынке, это неподъемные траты.
Сила монополий
Агрохолдинги, напротив, обладают огромными финансовыми ресурсами. Они строят свои фермы как неприступные крепости, изолируя животных от внешнего мира и обеспечивая их тотальным ветеринарным контролем. Это является одной из причин, по которой у крупных монополистов сегодня скот не изымают — их уровень биозащиты позволяет избегать вспышек заболеваний или, по крайней мере, успешно их локализовать без огласки и тотального забоя. Капитал защищает сам себя.
На фоне этой несправедливости в народе стремительно набирают популярность конспирологические теории. В деревнях шепчутся, что никаких заболеваний нет, а изъятие одной-двух коров — это прямой заказ доминирующих мясных компаний, которые якобы решили «зачистить» рынок от конкурентов с помощью административного ресурса.
При всей трагичности ситуации для простого человека, эти слухи ошибочны и лишь демонстрируют непонимание того, как работает крупный монополистический капитал. Агрохолдингам просто не нужно отнимать у бабушки её единственную корову. Для этого есть несколько объективных экономических причин.
Во-первых, это совершенно разные рынки сбыта. Мелкий собственник продает мясо соседям, на местном рынке или ярмарке. Крупный капитал работает с федеральными торговыми сетями, гигантскими ресторанами быстрого питания и уходит на экспорт. Они практически не пересекаются. Бабушка с её коровой не является конкурентом транснациональной корпорации.
Во-вторых, несопоставимые масштабы и доходы. Возьмем, к примеру, крупнейшего игрока на рынке говядины — АПХ «Мираторг». Поголовье крупного рогатого скота (КРС) у этой корпорации достигает почти 1 миллион голов, а годовой оборот переваливает за 200-300 миллиардов рублей. Масштабы прибыли таковы, что существование нескольких десятков тысяч коров на личных подворьях по всей стране для них даже не статистическая погрешность, а абсолютный ноль.
В-третьих, у капитала есть более эффективные инструменты. Если бы монополии действительно захотели уничтожить остатки мелкого фермерства, им не пришлось бы натравливать на деревни ветеринарные службы. Законы рынка позволяют сделать это легально и чисто. Имея гигантские объемы производства, агрохолдинг может позволить себе кратковременный демпинг. Достаточно было бы искусственно снизить отпускные цены на мясо на 50 рублей за килограмм на полгода. Крупный бизнес с его подушкой безопасности легко пережил бы снижение маржинальности, а вот мелкий собственник разорился бы сам, не выдержав конкуренции, и был бы вынужден пустить свой скот под нож от безысходности.
Сомнений в том, что из сложившейся ситуации монополии в любом случае получат свою выгоду нет. Однако не стоит связывать эту выгоду со злым умыслом по целенаправленному уничтожению скота.
Трагедия весеннего забоя скота — это не тайный заговор корпораций. Это холодная, безжалостная и закономерная логика капитализма, при которой мелкое товарное производство неизбежно погибает, будучи не в силах тягаться с индустриальными гигантами. Монополизация рынка сельского хозяйства идет естественным экономическим путем. И пока средства производства, технологии и ветеринарная наука служат извлечению сверхприбылей узкого круга лиц, а не общественному благу, мелкий фермер и сельский труженик всегда будут оставаться беззащитными перед лицом стихии — будь то вирус или очередной кризис перепроизводства.
Показать полностью
1
Вот и подкрался реальный кризис в России
Продажи шаурмы в России в начале 2026 года сократились на 12%, — данные «Эвотор», российской ИТ-компания, производителя «умных» онлайн-касс
В Москве продажи упали на 13%, а в Санкт-Петербурге — на 8%, что связано с ростом цены на 13% — до 289 рублей за штуку.
Тут было несколько владельцев точек с шаурмой/шавермой, что скажите? Правда или опять враги клевещут?
Продолжение поста «Стоны горожан о подорожании и производительный труд»1
Тётушки принялись снимать ролики о подорожании продуктов. Обилие подобных роликов начинает раздражать. Всюду ролики об этом. Такая модная тема нынче. Никто почему-то не называет причину дороговизны. А я Вам отвечу, и Вам такой ответ не понравится. Продукты дорогие потому, что ВЫ НИЧЕГО НЕ ПРОИЗВОДИТЕ. Мы меняем труд на труд. Тётушки хотят распечатывать бумаги в офисах, а чтобы всю работу делал кто-то другой. Чтоб дома и дороги строились, чтобы коммуникации кто-то обслуживал, чтобы кто-то снег убирал, сор подметал, чтоб на улицах было чисто, чтобы трамвай, грузовики, поезда кто-то создавал, водил, обслуживал, и чтобы ещё продукты были дешёвыми. Пусть остальные занимаются полезным производительным трудом, а тётушки будут в офисах бумаги распечатывать. Очень удобно. Но так не будет. Работайте, а не ролики снимайте!
Стоны горожан о подорожании и производительный труд1
интернет заполонили ролики с жалобами и возмущениями граждан на рост цен и высокую стоимость жизни. Оказывается, всё дорого и продолжает дорожать.
давайте выясним, почему же всё дорожает и что с этим делать.
Первое и самое главное, что следует знать - неуправляемых процессов не существует. Само ничего не дорожает. Если цены растут, значит кто-то их поднял. На цены влияет множество факторов и основной - спрос
Вспомните, как недавно кратно подорожали яйца. Ни с того, ни с сего, взяли и подорожали везде. Но почему? Потому, что люди всё равно их будут покупать по любым ценам. Вспомните, как дорожали бананы или яблоки. Почему же продавцы могут бесконтрольно повышать цены на любые величины? Потому, что на продовольственном розничном рынке городов представлено несколько крупных продавцов, которые и устанавливают цены. У городского жителя есть "огромный" выбор, купить ли дорогие продукты в Магните, Пятёрочке или может быть Перекрёстке.
Но откуда берётся огромный платёжеспособный спрос? Окраины наших городов застроили и продолжают застраивать высотками. Селятся в них переезжающие в города люди из сельской местности.
Проживая в мегаполисах люди не производят продуты питания. Они предпочитают работать в офисах или стоять охранниками на воротах, а выращивает продукты пусть кто-то другой. Если люди не хотят трудиться, самостоятельно выращивать продукты, то пусть покупают дорогие продукты в магазинах.
Я родился в городе и то стараюсь на небольшом городском участке выращивать зелень, фрукты, ягоды. У меня нет возможности завести в городе кур или пчёл. Когда-то даже хотел купить участок в селе и выращивать натуральный продукты для личных нужд, дабы меньше зависеть от магазинов. Тут самое интересное.
Если отъехать километров на 50 от крупных городов, можно увидеть пустые сёла и станицы. Там мало строек, мало детей, много выставленных н7а продажу участков и домов. Люди не планируют в будущем жить в этих местах. Но, цены на участки в сёлах за последние годы выросли кратно. Станичники не хотят выращивать продуты, а хотят дорого продать свои участки и переехать в город. Когда дорожают продукты в магазинах - плохо, а когда просто так дорожают участки в станицах - хорошо - логика станичников.
Вывод тут простой: не хочешь трудиться, выращивать продукты в селе самостоятельно - будешь покупать дорогие продукты в магазинах. Что-то мне подсказывает, что это не последнее подорожание.
Показать полностью
1
В России стали меньше есть
Росстат рапортует о росте доходов, телевизор бодро вещает про экономический подъем, а россияне почему-то разучились покупать еду. Парадокс? Скорее, жестокая правда жизни, которую не спрячешь за красивыми цифрами и процентами.
В сентябре-октябре этого года страна столкнулась с явлением, которое экономисты деликатно называют «сокращением натуральных объемов потребления». По данным «Коммерсанта» со ссылкой на исследование «Такском», спад составил 5% год к году и затронул большинство товарных категорий. Переводя на человеческий язык: люди стали покупать меньше еды. Не в рублях — те как раз растут благодаря инфляции. А в килограммах, литрах и штуках.
Согласно данным «Такском», продажи молока упали на 8%, риса — на 10%, гречки и свинины — на 9%. Цифры сухие, но за ними скрываются миллионы семей, которые теперь выбирают между «купить мясо» и «оплатить коммуналку».
Впрочем, кто сказал, что статистика должна совпадать с реальностью? Официально доходы выросли на 8.5%, зарплаты на 4,4% — такие данные приводит Росстат. Красиво звучит, правда? Только вот каждый третий россиянин (31%) жалуется, что денег на еду не хватает — таковы результаты опроса Gallup. Наверное, они просто неправильно читают свои платежные ведомости и чеки в магазинах. Может, им объяснить, что они богатеют, просто не замечают этого за пустеющими холодильниками?
Великое искусство незаметного обмана
Производители продуктов оказались настоящими мастерами иллюзионизма. Зачем снижать цены или замораживать их рост, когда можно просто уменьшить упаковку? Этот фокус называется красивым словом «шринкфляция». Во втором квартале 2025 года средний вес одной упаковки продуктов питания сократился на 3%.
Покупатель смотрит на ценник, думает: «Ого, не так уж дорого», берет пакет молока или пачку масла, а дома обнаруживает, что порции как-то странно быстро закончились. Магия рынка работает безотказно. Цена осталась прежней, упаковка внешне не изменилась, только вот внутри теперь 900 граммов вместо килограмма. Покупатель в замешательстве чешет затылок: «Раньше же хватало на неделю?» Хватало, дорогой друг. Просто раньше тебе продавали больше за те же деньги. А теперь ты платишь столько же или даже больше за меньшее количество. Чувствуешь разницу? Нет? Отлично, значит, план сработал.
Люди перестраиваются как умеют. С декабря прошлого года заметен тренд: отказ от разнообразия в пользу более простой и дешевой еды. Мясо становится деликатесом — по данным «Эвотора», количество покупок в мясных лавках опустилось на 7% год к году. Видимо, наши предки были правы, когда говорили, что каша — пища наша. Правда, они не уточняли, что выбор между кашей и мясом будет продиктован не вкусовыми предпочтениями и патриотизмом, а содержимым кошелька.
Эпоха дискаунтеров и выживания
Россияне голосуют ногами, направляясь в жесткие дискаунтеры типа «Светофора» и «Чижика». Выручка этих магазинов выросла на 27% год к году — рекордный показатель среди всех продуктовых ритейлеров, рапортует тот же «Коммерсантъ».
Что это означает? Люди массово мигрируют из привычных супермаркетов в места, где можно купить дешевле. Причем речь не о каких-то маргинальных слоях населения. Речь о среднестатистических гражданах, которые раньше спокойно ходили в обычные магазины и не задумывались о каждой потраченной сотне рублей. Теперь задумываются. Теперь считают. Теперь экономят на всем, включая базовые продукты питания.
Количество покупок в супермаркетах сократилось на 2% за январь-сентябрь 2025 года, по подсчетам T-Pay. Средний чек растет (спасибо инфляции), но покупают реже и меньше. Холодильники пустеют медленнее не потому, что в них больше еды, а потому что люди научились растягивать запасы.
Особенно показателен рост числа тех, кто говорит об ухудшении экономической ситуации в регионах. По данным Gallup, таких в 2025 году стало 39% против 33% годом ранее, 34% в 2023-м и 29% в 2022-м. Тенденция очевидна. Люди чувствуют, что что-то идет не так. Что заработки не поспевают за ценами. Что жизнь становится дороже, а возможностей меньше.
А впереди маячит повышение НДС с 2026 года. Главный экономист «Т-инвестиций» г-жа Донец объясняет просто: НДС — налог, вынимаемый напрямую из нашего кошелька. И когда этот налог повышается для консолидации бюджета... — дальше можно не продолжать. Цены взлетят еще выше, инфляция получит дополнительное ускорение, а люди будут покупать еще меньше.
Подписаться на телеграм
Показать полностью
2
Правительство отклонило предложение о раскрытии наценок на ключевые продукты
Минпромторг и Минэкономразвития выступили против законопроекта, обязывающего торговые сети предоставлять покупателям информацию о наценке на социально значимые товары. Проект, внесенный петербургскими парламентариями, предполагал, что ритейлеры будут указывать размер торговой наценки непосредственно на ценниках.
Коллаж: Диалектик
Ведомства обосновали свой отказ несколькими причинами. Минэкономразвития указало на отсутствие в законопроекте четкого механизма расчета наценки. Минпромторг посчитал, что уже действующих мер регулирования цен на базовые продукты достаточно. Ведомство напомнило о постановлении правительства, которое может сдерживать резкий рост цен путем заключения соглашений между производителями продуктов и торговыми сетями.
Авторы законопроекта аргументировали свою инициативу необходимостью повысить прозрачность ценообразования и усилить общественный контроль. Они обратили внимание на значительный рост цен на продукты в последние годы, который, по их мнению, опережает рост доходов населения. Депутаты считают, что некоторые надбавки носят спекулятивный характер, а информация о размерах наценок поможет покупателям делать более осознанный выбор. В качестве примера приводился рост цен на отдельные категории продуктов до 60% с 2022 по 2024 год, а также продолжающийся рост цен с начала этого года.
При этом ряд депутатов выступили против. Например, депутат Марина Шишкина указала на возможный рост напряжения в обществе: «В пояснительной записке звучит романтично, что это снизит социальное напряжение. А кто сказал, что будет не наоборот? Что бабушка не возмутится, увидев такой ценник».
Показать полностью
1