0 просмотренных постов скрыто
Доменика Анита Нихофф. Порочная женщина из старого Гамбурга
Доменика Анита Нихофф в своей студии. 1970-е.
Доменика родилась 3 августа 1945 года в Кёльне, в послевоенной Германии. Её мать Анна сбежала от мужа-итальянца, который отличался жестоким нравом, и зарабатывала на жизнь гаданием и мелкими кражами. Когда женщину арестовали, Доменика вместе с братом Амандо оказалась в католическом сиротском приюте.
В 17 лет она познакомилась с 42-летним владельцем борделя, впоследствии вышла за него замуж. В 1972 году муж застрелился у неё на глазах, и бизнес достался Доменике. В том же году она начала работать проституткой в гамбургском квартале красных фонарей Санкт-Паули, а позже открыла собственную студию и прославилась как домина — доминирующая «госпожа».
С 1980-х годов Доменика стала активно появляться на телевидении, отстаивая права работниц секс-индустрии и требуя признания проституции полноценной профессией.
Выйдя из профессии, Доменика открыла бар в Гамбурге, но в 2000 году он был закрыт из-за налоговых задолженностей. При этом она не оставила общественную деятельность. В 1991 году она стала соучредителем организации Ragazza e.V., которая помогала юным проституткам. Также она лично поддерживала наркозависимых: выходила на улицы, чтобы предложить им горячие напитки или помощь.
Доменика Нихофф ушла из жизни 12 февраля 2009 года в возрасте 63 лет от болезни лёгких и осложнений диабета. Её похоронили на гамбургском кладбище Ольсдорф, в «Саду женщин» — почётном месте для выдающихся горожанок. Она стала первой проституткой, удостоенной такого захоронения.
В 2016 году в Гамбурге появилась улица, названная в её честь — Domenica-Niehoff-Wiete.
Показать полностью
3
Три эпохи в одном здании
Как Kunsthalle в Гамбурге строила себя сама
Интересно, как живется музею, который не получает в наследство королевскую коллекцию, а создаётся с нуля горожанами? Гамбургская Кунстхалле (Hamburger Kunsthalle) — идеальный тому пример. Это не придворное собрание, не дар монарха и не трофей завоевателя. Это детище бюргеров, купцов и просто любителей искусства, которые в начале XIX века решили, что их городу нужен настоящий музей. И построили. А потом построили ещё раз. И ещё.
Сегодня Кунстхалле — это три здания, три архитектурные эпохи и одна из важнейших художественных коллекций Европы.
Как граждане построили музей, потому что больше было некому
Всё началось в 1817 году, когда в Гамбурге основали «Кunstverein» — общество любителей искусства. Это был первый в своём роде «Кunstverein» на немецких землях. Члены общества собирали картины, устраивали выставки и постепенно, шаг за шагом, формировали общественное мнение: Гамбургу нужен музей. Почти тридцать лет их голос оставался гласом вопиющего в пустыне.
В 1846 году Kunstverein официально потребовал от городских властей выделить землю под музей. И — о чудо! — власти согласились. Выделили участок на месте бывшей бастиона Vincent, между центральным вокзалом и Альстером. В 1863 году началось строительство. Проект разработали архитекторы Георг Теодор Ширрмахер и Герман фон дер Худе, вдохновляясь берлинской школой Шинкеля (помните? Это тот, кто построил замок Ратенау и еще много чего).
Фасад из красного кирпича, отделанный терракотовыми медальонами с портретами художников, — всего их 36 — был выдержан в элегантном стиле итальянского ренессанса.
20 августа 1869 года музей распахнул свои двери.
Интересно, что из 618 000 марок строительных расходов 316 000 пожертвовали сами гамбургские граждане. Это был акт гражданской самоорганизации.
Свет, пар и романтики: как Альфред Лихтварк изменил всё
В 1886 году случилось событие, которое определило судьбу коллекции: Густав Кристиан Швабе подарил музею 128 картин. Чтобы разместить дары, потребовалось расширение. Но настоящая революция произошла, когда в 1886 году директором назначили Альфреда Лихтварка (Alfred Lichtwark) — человека, который превратил провинциальное собрание в музей мирового уровня.
Лихтварк был новатором. Он не просто собирал картины; он формировал вкус публики. При нём Кунстхалле обзавелась лучшей в мире коллекцией немецких романтиков: Каспар Давид Фридрих (Caspar David Friedrich), Филипп Отто Рунге (Philipp Otto Runge) — это его заслуга. Он же начал систематически собирать французских импрессионистов, когда в Германии их ещё не принимали всерьёз.
Лихтварк создал музей как просветительский проект — и его формула «All Art Has Been Contemporary» («Всё искусство когда-то было современным») остаётся девизом Кунстхалле по сей день.
Купол, война и ракушечник: вторая жизнь Кунстхалле
К 1910-м годам старому зданию стало тесно. В 1912–1921 годах по проекту архитектора Фрица Шумахера (Fritz Schumacher) возвели новое крыло — из ракушечного известняка, с характерной купольной ротондой.
Шумахер сознательно отказался от красного кирпича старого здания: его неоклассический, почти суровый фасад должен был контрастировать с итальянским ренессансом предшественника.
В 1937 году нацисты объявили часть коллекции «дегенеративным искусством» и конфисковали работы экспрессионистов. К счастью, многие из них позже вернулись в музей. Война зданию почти не повредила — удача, которая не досталась многим немецким музеям.
Куб, деньги и рекорды: как Унгерс поссорился с критиками
Третье рождение Кунстхалле пришлось на 1990-е. В 1997 году открылась «Галерея современности» (Galerie der Gegenwart) по проекту кёльнского архитектора Освальда Матиаса Унгерса (Oswald Mathias Ungers).
Унгерс создал монументальный пятиэтажный куб из белого португальского известняка на постаменте из красного шведского гранита. 5600 квадратных метров выставочных площадей.
Критики были недовольны. Ульф Эрдманн Циглер в рецензии для taz назвал здание «скованной квадратами жесткостью» и жаловался на «навязчивые неэкранированные квадраты неоновых трубок» в подвальном этаже. Но публика проголосовала ногами: сегодня Галерея современности — одна из крупнейших в Германии площадок для искусства после 1960 года.
Строительство обошлось в 104 миллиона марок — вдвое дороже первоначальной сметы. Скандал, куда ж без него.
Воры, рекорды и 15 миллионов на реставрацию
В 1978 году в музее отключили сигнализацию, и неизвестные похитили 22 картины.
Часть удалось вернуть, но не все.
В 1994 году одна из картин Кунстхалле — «Туманное утро» Каспара Давида Фридриха — была украдена во время выставки во Франкфурте. После переговоров картину выкупил адвокат, а затем потребовал от музея вознаграждение. Музей отказался, адвокат подал в суд — и выиграл. История тёмная, но поучительная.
Предмет тяжбы (вроде бы). Хотя у Каспара Давида Фридриха есть еще несколько полотен со сходными названиями.
В 2023–2024 годах выставка к 250-летию Каспара Давида Фридриха установила абсолютный рекорд посещаемости: 335 000 человек за 95 дней. Билеты закончились за месяц до закрытия. Семь процентов посетителей приехали из-за границы. Это лучший показатель в истории музея.
В 2014–2016 годах при поддержке фонда Дорит и Александра Отто (15 миллионов евро!) провели полную реконструкцию исторического здания. Восстановили первоначальный облик залов XIX века, вернули вход со стороны Альстера, модернизировали климат-контроль.
Что смотреть: от алтаря до поп-арта
Сегодня коллекция Кунстхалле насчитывает около 145 000 экспонатов — от XIV века до вчерашнего дня. Три главных сокровища, которые нельзя пропустить:
Грабовский алтарь мастера Бертрама (1383) — главный шедевр северогерманской готики, 24 панели с историей сотворения мира.
«Странник над морем тумана» Каспара Давида Фридриха — икона романтизма, которую знает каждый. Именно она висела в кабинете у Гитлера — но это не делает её менее гениальной.
Коллекция поп-арта и концептуализма в Галерее современности: от Энди Уорхола до Герхарда Рихтера, от Дженни Хольцер до Ребекки Хорн.
Кабинет гравюры (Kupferstichkabinett) хранит более 140 000 листов — это одно из крупнейших собраний графики в Германии.
Исторический читальный зал позволяет любому желающему заказать любой лист и изучать его в оригинале.
Много фотографий (больше 2,4 тыс.), из которых большая часть — фото полотен и скульптур, можно посмотреть здесь.
Glockengießerwall 5, 20095 Hamburg, Германия
Показать полностью
14
Докеры за мир: Военные порты под наблюдением
Забастовки и протесты в более чем 20 портах вдоль Средиземного моря. Они показывают, что военная логистика уязвима – и как.
Вместе против поставок оружия и военных портов (Салерно, 06.02.2026)
Под лозунгом «Докеры не работают на войну!» в пятницу десятки тысяч человек в более чем 20 портах Европы, главным образом на Средиземном море, протестовали против текущих войн, милитаристской политики ЕС и использования портов для поставок оружия, в частности, в Израиль или на Украину. Центром дня действий стала Италия, где базовый профсоюз USB (Unione Sindacale di Base) смог мобилизовать рабочих и сторонников на забастовку в добром десятке ключевых портов страны — от Генуи до Палермо и Триеста. Акции протеста также прошли, среди прочих, в Испании, Греции и Турции; в Германии протестовали в Гамбурге. В Марокко запланированные митинги пришлось отменить из-за сильных штормов. К протестам, помимо USB, призвали ещё четыре профсоюза — баскский LAB, греческий Enedep, турецкий Liman-İş и марокканский ODT.
В Италии USB, помимо успешных забастовок в портах, сообщает и о других конкретных успехах. В Ливорно с помощью блокады порта удалось помешать швартовке судна израильской судоходной компании ZIM, которое, по данным профсоюза, везло оружие; ему пришлось ожидать у побережья. Ещё два судна ZIM не смогли, как планировалось, зайти в порты Генуи и Венеции и были вынуждены перенаправиться в другие порты Франции и Словении. Судну швейцарской компании MSC, следующему из Израиля, было отказано во входе в порт Равенны; оно также развернулось в сторону Словении. Своими акциями USB уже не раз удавалось в прошлом препятствовать поставкам оружия в Израиль; грузы приходилось сложно перенаправлять, что каждый раз стоило судоходным компаниям времени и больших денег. Кроме того, подобные акции также наглядно показывают, что военная логистика уязвима, и демонстрируют, как именно.
Автономный портовый коллектив CALP (Collettivo Autonomo Lavoratori Portuali) в Генуе сообщает о ещё одном конкретном шаге. Как было заявлено там в связи с портовой забастовкой, CALP в настоящее время готовит создание наблюдательного поста, который должен будет контролировать в порту «прозрачность, этическую устойчивость и безопасность портовых рабочих». Генуя должна официально объявить свой порт «портом мира», заявили там. Связь борьбы против войны с безопасностью рабочих — это отнюдь не произвольная мера, как подчеркнула USB по случаю протестов в пятницу. Во-первых, перевозка, например, боеприпасов несет в себе практические опасности для рабочих, которым приходится их грузить. Во-вторых, как заявила член правления USB Чинция Делла Порта перед днем протеста, ныне неимоверно форсируемая милитаризация перенаправляет колоссальные суммы в вооружение и армию, которых затем не хватает на зарплаты и пенсии, на систему здравоохранения и социальные расходы: «Милитаризация на самом деле является экономическим маневром правящего класса против бедных».
Соответственно, протесты в пятницу были направлены не только против войн и использования портов для военной логистики, но и против демонтажа социальных систем; выдвигались требования улучшения условий труда и повышения заработной платы. В Италии рабочие также протестовали против нового итальянского декрета о безопасности, который, среди прочего, сужает пространство для протестов – что также является логическим следствием милитаристской политики ЕС, которая всегда должна подавлять сопротивление. При этом забастовки в портах в пятницу должны стать лишь началом для продолжающихся, расширяющихся протестов. Как отметила USB на выходных, широкое международное участие в них ясно показало, что «борьба против войны и военной экономики является одним из центральных вопросов будущего в Италии, в Европе и во всём мире». Для международного профсоюзного движения это в обозримом будущем «фундаментально».
Автор - Йорг Кронауэр
Перевод с немецкого языка.
Показать полностью
Поездка в Гамбург
Решили навестить с семьёй родственников в Гамбурге. Заодно оправдать приобретенные Deutschland-Ticket. Договорились, запланировали и 2 января в 6 утра выбрались из дома. С собой взяли сумку продуктов на обед и перекусы, так как весь маршрут от пригорода Штутгарта должен был занять 13.5 часов. D-Ticket даёт возможность использовать в течение месяца любой общественный транспорт по всей Германии, за исключением скоростных поездов. Фактически, от городских автобусов, трамваев и метро до пригородных S-Bahn (электричек) и региональных поездов.
Как то слышал, что люди добирались на электричках от Москвы до Красноярска. Но сам не пробовал и лично с этими людьми не знаком. Наш маршрут был спланирован в DB-navigator и состоял из 7 пересадок, расстояние 700-800 км, проходил через Бонн и Кельн. Региональные поезда содержат только сидячие места и практически все оснащены туалетами. В некоторых есть удобные столики и электрические розетки. Есть двухэтажные и одноэтажные.
Народу было много, так как праздники, но стоячих практически не было. И места всегда удавалось занять всем рядом. Между поездами пересадки были от 6 до 40 минут (это крайние значения). В основном, 15-20 минут. До Кельна всё шло по плану. Но после него поезд начал резко тормозить (скорее всего, из-за погоды - неожиданно для Германии пошёл мощный снег). Поезд отстал от расписания на полчаса и не доехал до последней станции. В результате, весь план пошёл в разнос, и время поездки увеличилось на 2 часа.
Из приобретенного опыта: при планировании надо закладывать большие промежутки, лучше ездить без детей.
Несмотря на сложности, поездка того стоила - Гамбург впечатлил.
Показать полностью
12