Вам продали бедность. А потом объяснили, что вы должны ею гордиться.
"Смирись", "остальным ещё хуже", "довольствуйся тем, что есть", "снизь стандарты", "богатые тоже плачут"- и далее по списку.
В последнее время наблюдаю вживую, как нам понижают стандарты жизни и рассказывают - какие мы герои, что во всем этом находимся и не ропщем. То кризис, то маски, теперь вот ещё и войны, и вынужденные эмиграции. И много чего ещё. Новая ли это история? А давайте посмотрим.
Есть один удивительно живучий сюжет, который массовая культура вдалбливает нам в голову с детства настолько старательно, что мы уже практически перестали его замечать. Нет денег? Зато ты настоящий. Живёшь в какой-нибудь дыре? Зато свободный. Не можешь позволить себе хорошего врача, нормальное жильё, образование, путешествия и возможность послать начальника нахрен? Зато у тебя богатый внутренний мир. А богатые тем временем обязательно сидят в огромных холодных домах, едят серебряными вилками какую-нибудь безвкусную спаржу, ненавидят собственных детей и тихо плачут над банковскими выписками.
А у нас зато всё по-настоящему! Сейчас вынесем во двор пластиковый стол, откроем дешёвое пиво или какой-нибудь шмурдяк, сосед притащит колонку, тётя Люся — тазик оливье, и понеслась душа в рай. Вот оно, настоящее счастье! Не то что у этих несчастных миллионеров. Впрочем, на тазик оливье сейчас все чаще не хватает денег.
И ведь это один из самых гениальных культурных фокусов. Потому что бедность перестали показывать просто как неприятное состояние, из которого человеку совершенно естественно хотеть выбраться. Её научились романтизировать, эстетизировать и, что особенно прекрасно, превращать в нравственное превосходство. Дедушка Ленин вам на книжную полку, ага...
Посмотрите, чему нас учат с детства. Золушка: работай бесплатно, терпи унижения, не возмущайся и оставайся хорошей девочкой — когда-нибудь тебя заметит мужчина с ресурсами и решит твою проблему. Аладдин: ты нищеброд без денег, положения и социальных перспектив, но сердце у тебя золотое, поэтому менять систему совершенно необязательно — достаточно найти волшебную лампу. Очень практический социальный совет. Едем дальше: беднейшая семья ютится практически в одной комнате, зато какие они добрые и любящие, а обеспеченные дети все как на подбор мерзкие, избалованные, жадные и тупые. Это "Чарли и шоколадная фабрика". Формула усваивается легко: бедный — хороший, богатый — морально подозрительный.
А потом приходит Шрек, и начинается уже высший пилотаж, причём не только классовый, но ещё и гендерный. Шрек даже не хочет во дворец. Он хочет обратно на болото. Принцы — идиоты, дворцы — показуха, красота подозрительна, статус — пустышка, светское общество — сборище придурков, а настоящее счастье — друзья, любимая женщина и собственное болото. Как история о принятии себя это прекрасно. Но если посмотреть на неё чуть злее, получается совершенно другой сюжет: не обязательно менять условия своей жизни, иногда достаточно убедить себя, что болото и было твоей мечтой.
А теперь посмотрим, что в этой истории происходит с женщиной. Фиона вообще-то принцесса. Она выросла в совершенно другой социальной и культурной среде, у неё есть представление о другой жизни, и в начале истории её совершенно естественная сказочная программа состоит в том, что проклятие будет снято и она вернётся в человеческий облик. Но счастливый финал устроен иначе: Шрек не становится принцем, не осваивает её мир и даже особенно не пытается приблизиться к нему. Меняется Фиона. Причём буквально, физически и символически. Если мужчина не может или не хочет подняться до твоего мира, сказка предлагает великолепное решение: спустись в его.
И дальше это продаётся женщине как высшая форма настоящей любви. Настоящий мужчина может быть неотёсанным, чавкать, рыгать, не знать манер, жить в болоте и демонстративно презирать всё, что связано с культурой, комфортом и социальными условностями, — но у него же доброе сердце. А значит, если тебя всё это почему-то не устраивает, может быть, это ты слишком много хочешь? Может быть, тебе надо перестать быть такой принцессой? Может быть, счастье заключается не в том, чтобы искать человека, который соответствует твоему представлению о жизни, а в том, чтобы научиться искренне наслаждаться его болотом? Помним же про "снизь стандарты", "понизь запросы, иначе замуж не выйдешь"? И вот Фиона, заката рукава на позеленевших ручищах, уже заколачивает обед на всю веселую шарашку. Только вот дешёвого пива не хватает и анимации в виде драки под кустом.
И вот эта идея гораздо интереснее внешности Шрека или Фионы. Речь вообще не о том, худой человек или толстый, красивый или некрасивый. Речь о снижении стандартов, которое культура иногда переименовывает в душевную зрелость. Причём от женщины почему-то особенно часто ожидается способность разглядеть «главное». Неважно, как он живёт, как ведёт себя, чего хочет от жизни, способен ли развиваться, умеет ли заботиться о себе и создавать вокруг себя нормальную среду. Ты посмотри глубже! Там внутри прекрасный человек!
Заметьте, какая удобная конструкция: женщина, которая хочет большего, рискует оказаться поверхностной, меркантильной и избалованной «принцессой», а женщина, которая добровольно соглашается на меньшее, становится мудрой, настоящей и наконец понимает, что в жизни действительно важно. И нет, я совершенно не предлагаю выбирать мужа по размеру банковского счёта, марке автомобиля или умению пользоваться шестью вилками за ужином. Я предлагаю не путать две разные вещи: любить человека независимо от его статуса — и отказываться ради любви от собственных стандартов жизни.
Кстати, "Бременские музыканты"- в эту же копилочку. Бедный король....
Любовь вполне может означать: «Мне неважно, что ты не принц». Но она совершенно не обязана означать: «Хорошо, тогда я тоже перееду на болото».
И особенно меня веселит, что сказка даже не оставляет Фионе третьего варианта: сохранить себя, любить Шрека и при этом сказать: «Дорогой, ты замечательный, но жить мы всё-таки будем не в болоте. И за столом, пожалуйста, не рыгай». Нет. Для настоящего хэппи-энда она должна не просто полюбить Шрека. Она должна стать такой, чтобы его мир перестал требовать от него каких-либо изменений. И это уже не просто сказка о принятии внешности. Это очень любопытная сказка о том, кто именно в паре должен адаптироваться. Ну и не только об этом. Социальный слой здесь тоже присутствует.
А мой любимый классовый пример — Titanic. Где у нас настоящая жизнь? Разумеется, в третьем классе. Там танцуют, пьют пиво, смеются, любят, играют музыку и вообще ЖИВУТ. Наверху тем временем сидят скучные богатые мудаки: корсеты, жемчуга, этикет, деньги и тоска смертная. И зритель всей душой хочет вниз, к Джеку. До определённого момента. Потому что потом корабль начинает тонуть, и внезапно выясняется, что классовое положение — это не эстетика. Это доступ к ресурсам, информации, безопасности и, в определённых обстоятельствах, к спасательной шлюпке. И вот тут пляски третьего класса почему-то резко перестают выглядеть такими романтичными.
Хотите пример постарше и пожёстче? «Унесённые ветром». Вот вам уютный, красивый, патриархальный мир старого Юга: плантация, большой дом, хозяева и Мамушка — умная, сильная, преданная, почти член семьи. Посмотрите, как всё душевно. Есть только одна маленькая неудобная деталь: она рабыня. Она не выбирала эту семью, не подписывала трудовой договор и не может однажды сказать: «Знаете что, Скарлетт, вы меня задолбали, я увольняюсь». Но культурная упаковка настолько талантлива, что нас заставляют прежде всего видеть преданность, а не отсутствие свободы.
И вот здесь мы подходим к самому интересному механизму: показать человеку несвободу и назвать её верностью, показать отсутствие выбора и назвать его простотой жизни, показать бедность и назвать её духовностью, показать зависимость и назвать её любовью, показать невозможность изменить свою жизнь и назвать её удивительной способностью быть счастливым здесь и сейчас.
И, конечно, нельзя забыть отдельный великий жанр массовой культуры, название которого можно высечь золотыми буквами над входом во всю эту конструкцию: «Богатые тоже плачут».
Вот это гениально уже на уровне формулировки. Потому что нам не говорят очевидное: богатые люди тоже болеют, разводятся, теряют близких, страдают от одиночества и несчастной любви. Нам продают гораздо более утешительную мысль: не завидуй человеку с деньгами, потому что, возможно, ему ещё хуже, чем тебе. Более того, это превращают в аксиому. Как мы думаем про того, кто вдруг разбогател? Ага, ага, это именно оно!!!! А теперь вопрос: а откуда у вас этот стереотип?
Отсюда целый телевизионный мир: особняки, бассейны, автомобили, наследства и бриллианты, внутри которых люди непрерывно страдают, изменяют, сходят с ума, обнаруживают внебрачных детей, теряют память, выясняют, что двадцать пять лет воспитывали чужого ребёнка, и периодически падают с лестницы. А где-нибудь рядом обязательно существует бедная, но невероятно чистая душой девушка, которая страдает тоже, но как-то значительно красивее и нравственнее.
И послание получается удивительно комфортным: да, у тебя нет бассейна, зато тебя хотя бы не столкнула в него троюродная сестра, подделавшая завещание твоего дедушки.
Конечно, богатые тоже плачут. Миллионер может заболеть раком, потерять ребёнка, переживать депрессию или оказаться совершенно одиноким. Только из этого почему-то совершенно не следует, что лучше переживать рак, развод, депрессию или смерть близкого без денег. Страдание и ресурсы — две разные переменные. Деньги не дают иммунитета от горя. Они дают варианты действий, когда горе уже случилось.
Поэтому я предпочла бы иметь проблемы и деньги, чем те же самые проблемы и ещё сверху отсутствие денег.
А дальше в игру вступает ещё одна сказка — self-made man. Вот она мне особенно нравится. Нам регулярно рассказывают истории примерно так: был обычный парень, сидел в гараже, очень сильно верил в мечту, много работал, не слушал скептиков — и создал империю. Следовательно, ты тоже можешь. Просто встань в пять утра, прими холодный душ, запиши десять целей и перестань ныть.
Только биографии почему-то обычно начинают рассказывать с гаража, а не за двадцать лет до гаража.
Возьмём Билла Гейтса. История Microsoft великолепна, талант Гейтса никто не отменяет, как и его работоспособность. Но давайте всё-таки перестанем делать вид, что это был бедный мальчик, нашедший компьютер на помойке. Его отец был известным адвокатом, его мать принадлежала к очень обеспеченной и влиятельной среде и обладала серьёзным социальным капиталом, а сам Билл учился в дорогой частной школе, которая ещё в конце 1960-х дала школьникам доступ к компьютеру, когда для подавляющего большинства подростков планеты возможность просто посидеть за терминалом была примерно такой же реалистичной, как слетать на Луну.
И здесь очень кстати Нассим Талеб со своей «Одураченные случайностью». Мы обожаем изучать победителей. Вот человек сделал А, Б и В и стал миллиардером — значит, делай А, Б и В и тоже станешь миллиардером. Только мы не видим огромного кладбища людей, которые тоже делали А, Б и В, были умны, талантливы, работали по шестнадцать часов, рисковали и открывали компании — и ничего не получилось. Мы видим выжившего и задним числом превращаем результат в закономерность. Приведу пример из собственного опыта: когда я открыла свою турфирму, я старалась изо всех сил. Делала те самые А, Б и В. И что? И ничего. Я пришла к старому приятелю, у которого тоже свой турбизнес, и сказала: "Миша, вот я делаю это и это. И ничего не выходит. Чего я не вижу?" И он ответил: "Нат, ты все делаешь правильно. Но не в том месте, не в то время и у тебя нет стартового ресурса". Всё.
Если человек победил, нам кажется, что именно его качества неизбежно должны были привести к победе. Если проиграл — значит, что-то делал неправильно. Так невероятно удобно исчезают из картины стартовый капитал, семья, образование, страна рождения, связи, здоровье, доступ к информации, исторический момент и, прости господи, обычная удача.
Именно поэтому Ratatouille — прекрасная сказка, но довольно опасная модель реальности, если воспринимать её буквально. «Талант может прийти откуда угодно» — безусловно. Но из этого совершенно не следует, что талант из любого места имеет одинаковую вероятность быть обнаруженным и использованным по назначению. Гениальный повар может родиться где угодно. Вот только один окажется рядом с Парижем, кухней, наставником и человеком, который даст ему шанс, а другой всю жизнь будет готовить великолепную еду там, где никто, способный изменить его судьбу, её никогда не попробует.
Мы страшно любим истории людей, которые «пробились вопреки всему», и почти никогда не спрашиваем, сколько точно таких же талантливых людей не пробилось вопреки всему. Потому что про них не снимают кино. У них нет TED Talk. Они не пишут книгу «Десять принципов моего успеха». Они просто исчезают из нашей картины мира. Нам пишут: "Денег в мире огромное количество, просто пойди и возьми". Вот только забывают сказать - как. Или нам прийти к Илону Маску и предложить поделиться с нами его триллионами?
А теперь добавим сюда Даниэля Канемана, потому что знаменитое «деньги не делают счастливым» тоже оказалось значительно интереснее, чем удобный афоризм на картинке с закатом. Деньги действительно не являются автоматом по выдаче счастья, и миллионер совершенно способен быть глубоко несчастным человеком. Но низкий доход делает другую важную вещь: он усиливает удар, когда жизнь идёт вразнос. Болезнь тяжелее, когда нет денег. Развод тяжелее, когда тебе некуда уйти. Потеря работы страшнее, когда нет накоплений. Старость страшнее, когда ты полностью зависишь от других. Ошибка дороже, когда у тебя нет второй попытки.
Более того, знаменитую историю о том, что после определённого уровня дохода деньги якобы вообще перестают добавлять эмоционального благополучия, позднейшие исследования уточнили. Совместная работа Канемана, Мэттью Киллингсворта и Барбары Меллерс показала более сложную картину: для большинства людей эмоциональное благополучие продолжает расти вместе с доходом, а выраженное плато прежде всего наблюдается у наименее счастливой части людей. Получается очень неудобная для романтизаторов бедности вещь: деньги не гарантируют счастья, но ресурсы весьма неплохо уменьшают количество ситуаций, в которых несчастье способно тебя уничтожить. Пример: муж мудак, нужен развод. Что делает женщина с деньгами? Нанимает адвоката, делит имущество и летит на Мальдивы лечить душевные раны. Что делает женщина без денег? Угу, пишет в соцсетях: "Девочки, муж бьёт, абьюзит, денег на детей не даёт. Идти некуда. Посоветуйте, что делать". Есть же разница, правда? Да, первую женщину муж тоже может переиграть в бракоразводном процессе. Но у нее не будет стоять вопрос - где завтра ночевать и чем сегодня накормить ребенка, потому что в кармане осталось пять евро.
И самое прекрасное, что современная массовая культура умудряется одновременно продавать человеку две взаимоисключающие идеи: «если ты бедный — сам виноват, надо было больше работать» и «а зачем тебе вообще деньги, деньги счастья не приносят». То есть денег у тебя нет по твоей вине, но хотеть их ещё и духовно как-то некрасиво.
Я люблю простые радости. Кофе утром, море, книги, друзей, собаку рядом, хороший разговор, ужин на террасе. Мне совершенно не обязательно пить шампанское за 300 евро, чтобы получить удовольствие от вечера. Но существует колоссальная разница между «мне не нужно демонстративное потребление» и «мне не нужны деньги».
Потому что деньги — это далеко не только яхта, Rolex и сумка Hermès. Деньги — это хороший стоматолог, нормальное жильё, лекарства, образование, адвокат, такси ночью вместо двух автобусов через промзону, билет на самолёт, когда заболела мама, возможность помочь своему ребёнку и возможность пережить полгода без дохода, не рухнув в пропасть. Деньги — это возможность не терпеть человека только потому, что тебе некуда уйти, и не держаться за унизительную работу только потому, что первого числа нужно платить аренду.
И, пожалуй, одна из самых дорогих вещей, которые вообще можно купить за деньги, — право сказать «нет». Нет начальнику. Нет мужу. Нет клиенту. Нет арендодателю. Нет стране, городу или обстоятельствам, которые тебя уничтожают.
Поэтому я всё подозрительнее отношусь к бесконечной эстетике «бедные, зато счастливые», особенно когда её производят корпорации с миллиардными оборотами. Спасибо, конечно. Очень трогательно. Вы там продолжайте считать EBITDA, покупать недвижимость, формировать инвестиционные портфели и обеспечивать своим детям лучшие университеты, а мы здесь ещё по кружечке дешёвого пива выпьем и порадуемся, насколько мы духовнее вас.
Нет. Бедность не делает человека плохим. Но она ни хрена не делает его хорошим. В ней нет специальной мудрости, очищающей силы, нравственного превосходства или тайного счастья, недоступного людям с банковским счётом. Бедность — это прежде всего дефицит ресурсов, безопасности и вариантов выбора.
И человек имеет полное право хотеть этих ресурсов. Много. Не оправдываясь за это и не доказывая никому, что он всё ещё хороший человек.
Можно любить закаты, дружить с соседями, пить пиво за пластиковым столом и быть добрым, порядочным и весёлым человеком. И одновременно хотеть денег. Одно другому вообще не мешает.
Поэтому в следующий раз, когда вам покажут очередного невероятно счастливого бедняка, который поёт, танцует и объясняет унылому богачу, что тот просто не умеет жить, я бы задала всего два вопроса: Кто написал эту историю? И сколько ему за неё заплатили?
