В Нормандии, среди холмов и пастбищ, стоит одно из самых грандиозных частных поместий Франции. Его называют «нормандским Версалем» — и не только за масштаб, но и за то, что здесь работали те же гении, что создавали королевскую резиденцию: архитектор Луи Лево и садовник Андре Ленотр.

Château du Champ de Bataille — не музей, не государственная собственность. Это частная резиденция, которую один человек, декоратор Жак Гарсиа, восстанавливал более тридцати лет, вкладывая в неё всё: состояние, время, душу. А теперь он продаёт часть своей коллекции, чтобы создать фонд, который сохранит замок для будущих поколений.

«Речь не обо мне, — говорит Гарсиа. — Речь о том, что будет, когда меня не станет. Я хочу передать его в дар».

Ссыльный маршал и его вызов двору

Всё началось с опалы. Граф Александр де Креки, потомок крестоносцев, друг принца де Конде и cousin (кузен, но не по прямой линии) юного Людовика XIV, в 1650 году поплатился за участие в Фронде — восстании против королевской власти. Кардинал Мазарини отправил его в ссылку на родовые земли в Нормандии.

Де Креки решил: если ему суждено жить в провинции, он построит себе резиденцию, которая напомнит о королевском дворе, где он больше не будет принят. Он нашёл место в Сент-Оппортюн-дю-Боск — лесной участок, где раньше был лишь охотничий домик. И пригласил архитектора, который только начинал свою карьеру, — Луи Лево, будущего создателя Версаля.

Строительство шло с 1653 по 1665 год. Замок получился классическим, строгим, с идеальной симметрией — без излишеств, но с несомненным величием. Но слава обошла де Креки. Он умер в 1702 году в Париже, разорённый долгами, и был похоронен в церкви той самой деревни, где начал своё строительство.

Дом, который пережил войны и тюрьму

Дальнейшая судьба замка — череда смены владельцев, невзгод и унижений. Племянник де Креки унаследовал поместье вместе с долгами и умер бездетным. Вдова продала его в 1754 году Анн-Франсуа д'Аркуру, который сделал замок своей главной резиденцией и затеял масштабную перестройку: появились главная лестница, вестибюль, капелла и даже театр — по образцу замка его брата.

Революция остановила работы. Владелец, герцог де Бёврон, не эмигрировал, но уехал в Амьен. Замок разграбили в 1795 году, и он оставался без хозяина до 1802 года, когда его купила графиня де Вьё.

А дальше было ещё хуже. В XX веке, как рассказывает сам Жак Гарсиа, замок использовался как дом престарелых, лагерь для военнопленных и даже женская тюрьма.

1992 год: руины и фанатик

В 1992 году замок привлёк внимание знаменитого декоратора Жака Гарсиа, мастера, создавшего стиль парижского отеля Costes и марокканской La Mamounia, а в последние годы — оформившего виллу Елены для сериала «Белый лотос».

Гарсиа вспоминает: замок был в плачевном состоянии. Крыша грозила рухнуть, сады исчезли, интерьеры были пусты. Но он увидел потенциал. «Я купил не замок, — говорит он, — я купил десятилетия работы».

Сначала он продал два своих дома — парижский особняк XVII века и замок Мену, — чтобы финансировать покупку. И взялся за дело.

Буря, которая чуть не разрушила всё

Едва Гарсиа приступил к работе, как в Нормандию обрушился ураган. «Я смотрел на 32 гектара полного опустошения. Не осталось ни одного дерева», — вспоминает он.

Он хотел продать всё. Но потом решил: «Это судьба». И приступил к реконструкции садов — по нескольким сохранившимся чертежам Ленотра. Он нанял ландшафтного архитектора Патрика Потье, и вместе они создали то, что сам Гарсиа называет «крупнейшим садом, созданным в XX веке», а другие — крупнейшим частным садом в Европе.

Восстановление самого здания заняло пять лет. Гарсиа заполнил его коллекцией из более чем 20 тысяч предметов, включая 15 тысяч книг в библиотеке.

Аукцион: не распродажа, а инвестиция в будущее

В 2023 году Гарсиа устроил аукцион — 75 предметов из своей коллекции были проданы Sotheby's. Среди них:

• Консоль Адама Вейсвайлера, созданная для Людовика XVI, возможно, одна из последних королевских заказов, которая не была доставлена до ареста короля.

• Каминный экран, переданный в спальню Марии-Антуанетты в Версале в 1788 году, а затем проданный на революционном аукционе 1793 года.

• Лото, поднос с клеймом Гардероба короны — возможно, королева писала на нём письма своему фавориту Ферзену.

• Диван и кресла, вероятно, заказанные для «турецкого будуара» Марии-Антуанетты в Фонтенбло.

Общая стоимость аукциона оценивалась в миллионы евро. Но Гарсиа подчёркивает: это не распродажа. Он продаёт 75 предметов из 20 тысяч, заменяет их похожими. Интерьеры не меняются.

Деньги пойдут в фонд, который Гарсиа создаёт для сохранения замка. «Меня не будет, а замок останется», — говорит он.

Что там сегодня

Замок является частной собственностью Жака Гарсиа, но он открыт для публики. Здесь проводят экскурсии, выставки, а иногда даже съёмки — например, сцены для сериала о Марии-Антуанетте. Сады — одно из самых известных частных садовых пространств Франции.

Château du Champ de Bataille — это история не о войне, не о королях, не о революциях. Это история о том, как страсть одного человека, начавшаяся с руин и разорения, создала одно из самых впечатляющих поместий мира. И о том, как любовь к камню и дереву может стать бессмертной, если вовремя отдать её в надёжные руки.

Гарсиа продаёт предметы, чтобы сохранить стены. Потому что, как он сам говорит, «суть не в деньгах, а в том, что будет после меня» .

Начало поездки описано в первой части серии.

Руан

Арендуем машину и едем в Руан. У нас есть 7-8 часов на то, чтобы погулять по городу и поехать дальше.

Почти всю дорогу мы ехали то с холма, то на холм. Это выглядит непривычно, ведь Беларусь расположена на равнине, и рельеф у нас в основном плоский.

В Руане мы нашли одну единственную бесплатную парковку, и она была полностью забита. Нам пришлось сделать несколько кругов по ней, пока место не освободилось.

Припарковав машину, мы пошли прямиком в историческую часть Руана. Там нас поразил Руанский собор. Удивительно как несправедливо внимание туристов: оно частенько незаслуженно фокусируется лишь на одном творении из ряда одинаково хороших. Руанский собор выглядит нисколько не хуже, чем Парижский Нотр-Дам или Кёльнский собор, но про Нотр-Дам-де-Пари слышали все, а кто слышал про Руанский собор?

Первое фото взято отсюда.

Внутри собор огромен. Он сочетает в себе не только религиозное место, но и мини-музей: собрание средневековых фигур деятелей Нормандии.

Фото отсюда.

В тот день вокруг собора были мероприятия в средневековом стиле в честь тысячелетия Нормандии. Вообще, нормандцы немного поторопились, ведь мероприятия по этому поводу запланированы только на 2027 год. Но почему бы не повеселиться и раньше?

Историческая застройка в Руане большая. Сильно больше, чем ожидаешь от города с населением в 110 тыс. человек. По ней можно долго гулять, не повторяясь, разглядывая фахверковые домики и огромные соборы, которых тут аж три. Не удивительно, что историческая часть так развита — в средние века Руан был одним из богатейших городов Европы, и даже разрушения времён второй мировой войны не сильно ему навредили. Здание суда так и осталось с тех пор побито осколками — яркое напоминания горожанам и туристам о том, как ужасна война.

Фахверковые домики ярко выделяют Нормандию. В прошлый раз от Парижа мы поехали на юг: в Лион и Ниццу. Там застройка была в итальянском стиле и без фахверков, а в Нормандии чувствуется немецкое влияние. В поездке по Германии я подробнее рассказывал про фахверк, загляните туда.

И просто красивый кадр.

Напоследок, зайдём в музей Жанны Д’Арк. Организаторы музея хорошо потрудились и превратили музей в притягательное место, куда хочется сходить не один раз. Даже с минимум экспонатов им это удалось. Хотя если бы у них были экспонаты, ну поставили бы они в ряд кольчугу Жанны, её доспех, прялку, что-нибудь ещё. Это бы выглядело как просто ещё одно собрание старинных вещей. К тому же, не самое богатое. Вместо этого визит в музей организован как просмотр судебного заседания, на котором Жанну посмертно оправдают. В разных комнатах показаны разные части заседания и собраны соответствующие экспонаты. Попутно фильм погружает в атмосферу средневековой Франции и столетней войны. Всем туристам очень рекомендуем.

К сожалению, наши 7-8 часов на Руан быстро иссякли, и с ощущением неоконченного дела мы едем дальше. В Руане точно нужно оставаться на несколько дней.

Поздно вечером мы приехали в Гавр.

Этрета

Гавр — это крупнейший город Нормандии, 170 тысяч жителей. Здесь много промышленности и крупная портовая инфраструктура. Французам этот город скорее не нравится, потому что он был сильно повреждён во вторую мировую, и здесь нет исторической застройки. Несмотря на это, город весьма уютный. Мы в нём только ночевали, поэтому рассказать нечего.

Утром следующего дня поехали в Этрету. Google Maps в тот день решили над нами подшутить и вместо прямой дороги отправили нас волчьими тропами в обход через хутора. Если бы гуглу была альтернатива, с удовольствием бы ей воспользовались. Хотя, такая витиеватая дорога позволила лучше рассмотреть сельскую Францию, и в этом есть свои плюсы.

В Этрете всего 1200 жителей. Зарождалась она как дачный посёлок парижан, куда они приезжали на лето. Место особенно живописное.

С парковкой снова проблемы, пришлось оставить машину за городом и несколько километров идти пешком, а обочины были полностью заставлены машинами. Мы вначале подумали, что попали на какой-то местный фестиваль, но нет. Никаких массовых мероприятий в городе не было. Обычный выходной день.

В Этрете нет исторических точек притяжения, зато здесь очень красивая природа и ландшафт. Город расположен в долине между двумя утёсами.

Мы даже попали на занятие местной детской секции по парусному спорту. Дети лет 10-14 по очереди заходили в воду на своих яхтах и уплывали далеко в море.

Вторая мировая не прошла мимо. Дома на береговой линии и многие домики в центре городка были разрушены.

Но главная достопримечательность в Этрете это не архитектура.

В городе есть популярный среди туристов сад. Его спроектировал ландшафтный архитектор Александр Гривко, он же спроектировал Зарядье в Москве. Один билет в сад стоит 14€. Мы подумали, что так город обдирает туристов и решили походить вокруг. Не пожалели, потому что мы не поклонники современного искусства. Фото взято отсюда.

Сад совсем небольшой и на расстоянии его даже удобнее разглядывать.

После долгого дня хождений по горам, пещерам и вдоль моря мы решили поужинать и возвращаться в Гавр. Не тут-то было. В Этрете, как и по всей Франции, рестораны и кафе закрываются на обеденный перерыв примерно с 14:00 и до 19:00. Ждать открытия ещё час мы не захотели и сразу поехали в Гавр. На этот раз прямой дорогой.

Онфлёр

На следующий день выселяемся из отеля в Гавре и едем в наше следующее место жительства — Домен Дю Гранд Кожи, загородный отель недалеко от Байё.

Сразу по выезду из Гавра проезжаем мост Нормандии (Pont de Normandie). Он позволяет преодолеть Сену, которая в этом месте впадает в Ла-Манш и, как и положено всем рекам, резко расширяется. Плата за проезд по мосту ~6€.

На той стороне реки расположен рыбацкий городок Онфлёр, где живёт 7-8 тысяч человек, а туристов приезжает 3-5 миллионов ежегодно. Туда мы и направились.

Городок производит сильное впечатление: чистый, уютный, с хорошей архитектурой и историей. Видно, что это не микрорайон-придаток большого города, где люди только спят, а это город “полного цикла”. Сон, отдых, молитва, учёба, работа, торговля — всё здесь есть.

В этом регионе много рек; и что в Онфлёре, что в Байё, есть каналы с мелкими речками. В Онфлёре вокруг такого канала разбит Игорный Сад (Jardin du Tripot).

Фахверк в изобилии.

За время в Онфлёре мы заметили, что хотя туристов тут и много, но многие из них говорят на французском, приехали с детьми и собаками. Похоже, это местные приезжают погулять на выходных. То же самое мы видели и в Германии: в отелях и туристических местах очень много немцев. Нам тоже не помешает почаще ездить не не только заграницу, но и по собственной стране. Это полезно и для кругозора, и для экономики.

Ну и куда же без здоровенной церкви. Такая в Онфлёре есть — католическая церковь святого Леонарда. Во Франции много больших и красивых церквей, поэтому глаз уже замылился, но если перенести её в Минск, то это было бы главное здание в городе. Но больше всего впечатлил факт, что в таком небольшом городе у жителей нашлись средства, чтобы построить такую большую каменную церковь и украсить её изнутри. Это при том, что в Онфлёре за всю его историю никогда не жило больше 10 тысяч человек. Фото взято отсюда.

А ещё тут есть деревянная церковь, построенная в 15-м веке. Её башня стоит как отдельное здание, чтобы в случае пожара огонь не уничтожил сразу всё.

Обратите внимание на крышу здания. Строили его корабельщики, и они умели строить корабли, а вот с крышами опыта не было. Поэтому они просто соорудили перевёрнутый корпус корабля, и получилась отличная крыша.

А теперь просто добавлю фоточек из разных уголков Онфлёра.

В Онфлёре мы провели 5 часов. Вечером приехали в Дю Гранд Кожи, здесь нас встретили местные.

Утром поедем в Мон-Сен-Мишель, поэтому нужно набраться сил и хорошо выспаться.

Сделаю ремарку о мигрантах в Нормандии. Приезжих в сколь-нибудь значительном числе мы видели только в Гавре. В Руане, Этрете, Онфлёре и Байё мигрантов мы не видели. Везде работают и отдыхают французы.

Продолжение читайте в третьей части.

France, perhaps Rouen, ca. 1440-1450

MS M.0165 fol. 90r