Он открывает глаза и долго смотрит в потолок, будто пытается выловить там ответы. Те самые, что упорно ускользают в мутном потоке будней. За окном — затянутое тучами небо, а за ним — бесконечная вереница однообразных дней, словно кто-то забыл нажать на паузу. Он садится на кровати, медленно натягивает носки. В голове гимн: «Надо прожить эту жизнь». Мантра или заклинание — непонятно.
Бутерброды на тарелке выглядят так пошло, что хочется отвернуться. Но он ест, пережёвывая каждый кусок, словно это непростое решение. «Сколько нужно терпения, чтобы прожить эту жизнь?» — думает он, отпивая чай. Мысль звучит на удивление ясно, как будто её можно потрогать. Терпение — вода и без него — никуда. Каждый день он расходует его, как мелочь из кармана, не замечая, как быстро запасы подходят к концу.
На улице моросит дождь. Холодный, мелкий, пошлый.
В метро он опускает жетон, слышит щелчок турникета. В вагоне те же лица, что вчера: уставшие, бесцветные, будто слепленные из глины. Он садится на жесткую лавку и смотрит сквозь окно вагона на серый бетон тоннеля. «Надо жить эту жизнь», — повторяет он, следя за струйками дождя, стекающими по стеклу на открытом перегоне между станциями. Что, если всё бессмысленно? Мысли липнут к сознанию, как влажный песок к подошвам. Но он отгоняет их. Терпение. Только оно удерживает его на плаву.
Рабочий день растягивается, как жвачка, теряя вкус и смысл.
Документы, звонки, бесконечные задачи — всё по кругу. Заевшая пластинка. Мысли блуждают в голове, словно потеряшки. «Кто строит мою жизнь? И почему терпение заканчивается так быстро?» Его взгляд бродит по мутному стеклу окна конторы, не задерживаясь ни на чем. В голове звучат слова сослуживца: «Держись. Всё наладится».
Вечером он снова в метро.
Вагон гудит, люди заполняют пространство, сливаясь в одно неразличимое пятно. Он смотрит на свои руки, сжимающие поручень, и думает: «Терпение — это конечный ресурс». Как батарейка, которая истощается с каждым днём. Чем её подзарядить? Или нужно просто ждать, пока жизнь сама найдёт способ её перезагрузить?
Часы тикают, чайник свистит, сковородка шкварчит, разогревая ужин. Он сидит за столом, перед ним тарелка с жаренными макаронами, залитыми яйцами. Ест медленно, как будто обдумывает не ужин, а весь прожитый день. Мысли снова возвращаются к одному и тому же: «Надо жить эту жизнь». Простой постулат, требующий невероятных усилий. Слава Богу, кто-то когда-то придумал терпение. Оно не даёт остановиться, когда всё вокруг говорит об обратном.
Он садится у окна (он всегда садится у окна), смотрит на городские огни. Он знает: где-то среди них есть те, кто тоже держится на краю терпения. Эта мысль согревает. Терпение — якорь. Пока оно есть, можно не бояться. А когда оно иссякнет, останется лишь шагнуть вперед, оставив за спиной всё пошлое и лишнее.
