Битва за Сталинград во многом зависела от бронетехники оппонентов. С нашей стороны танковые бригады и корпуса стали основой обороны, они отвлекали на себя немецкие дивизии, не давали сходу взять город, постоянно контратаковали. Немцы использовали танковые дивизии для прорыва нашей обороны и многокилометровых бросков по степям, удержания критической важной клешни севернее Сталинграда и, наконец, для попыток прорыва к окружённой 6-й армии и удержании котла как можно дольше. В таких условиях становилось необходимым выбивать друг у друга танки и САУ.

Сражения 42-го года для РККА были особенно тяжелы. Воевавшие не раз говорили, что тогда было бороться труднее, чем даже в 41-ом. Было выбито огромное количество техники, из-за чего штаты соединений сильно обеднели. Не в последнюю очередь стало мало артиллерии, особенно калибра 152 мм и выше. И особенно в этом плане пострадали танкисты. Так, в начале боёв в излучине Дона для подпорки 62-й и 64-й армий были созданы две танковые армии (ТА) — 1-ю и 4-ю. На бумаге танковые армии выглядеть должны были неплохо: 2-3 танковых корпуса (тк), 1-2 стрелковые дивизии (пд), в среднем пара истребительно-противотанковых артполков (ИПТАП) и другие средства усиления. Танков должно быть до полутысячи. Но, как показала практика ещё с 41-го, только голые танки мало что могут сделать. А пехоты и артиллерии было даже по штату мало.

Танковая армия должна насчитывать свыше 300 орудий и более полутысячи миномётов. Ну вроде ж неплохо, да? Самыми мощными были 122-мм гаубицы — их было 12 штук в составе артиллерии стрелковой дивизии (штат 18 марта 1942 г. 04/200). Калибром чуть пожиже шли 120-мм миномёты — по 4 на танковый корпус (штат 1 апреля 1942 г.) и по 18 на стрелковую дивизию. 82-мм миномётов — по 42 в тк и по 76 в сд. 76-мм дивизионных пушек — по 20 в тк и сд. Полковых пушек — по 12 в сд. 50-мм миномётов — по 76 в сд. 45-мм противотанковых пушек — по 12 на тк, по 30 на сд и по 20 на ИПТАП (штат 08/100). И сверху ещё насыпали 37-мм зениток (далее их учитывать не буду).

Т.е. в самом идеальном варианте в целой армии лишь 12-24 орудия могли успешно подавлять противотанковую оборону, чтобы атака танков была удачной. По факту же под Сталинградом реальная ситуация была намного хуже. Вот 1-я танковая армия имела 13-й, 23-й и 28-й танковые корпуса,131-ю сд и ИПТАП, а 4-я — лишь один 22-й тк. Причём 13-й тк, по укомплектованию уступавший разве что 28-му, имел 16 76-мм орудий и 4 45-мм. И это ещё ничего, на всю так называемую 4-ю ТА имелась… одна 76-мм пушка. На две армии выходило всего 12 122-мм гаубиц — ничтожно мало.

Замкомандующий Сталинградского фронта по автобронетанковым войскам генерал-майор Н.А. Новиков по результатам летних боёв докладывал:

"На основе опыта проведённых боёв считаю необходимым танковую бригаду иметь в следующем составе:

...в) артиллерийский дивизион 122 мм гаубиц в составе трёх батарей по 4 орудия;

г) миномётный батальон в составе трёх рот по 6 миномётов в каждой роте;

д) противотанковую и зенитную артиллерию в прежнем составе в качестве транспортных средств иметь БАНТАМ или ВИЛЛИС;

...В управлении бригады иметь начальника артиллерии и двух его помощников."

Были проблемы с артиллерийским вооружением и самих танков. 76-мм пушки всё ещё были достаточно мощные, но из-за проблем со снарядами начинались вопросы по поражению экранированных лбов последних модернизаций немецких танков и StuG'ов. И это у КВ и Т-34. Огромную долю танкового парка до конца боёв составляли Т-70 и Т-60. 70-ки ещё как-то могли трепыхаться, но вот у 60-ок из-за запылённости часто выходили из строя и без того слабенькие автопушки и, как пишут в отчётах, зачастую бой вели только пулемётами. Например, к вводу в бой танковых армий корпуса в них имели:

• 13-й тк: 94 Т-34, 63 Т-70;

• 22-й тк: 96 Т-34, 58 Т-70, 26 Т-60;

• 23-й тк: 43 Т-34, 32 Т-70;

• 28-й тк: 96 Т-34, 63 Т-70, 30 Т-60.

Для наступления с целью прорва к блокированному Сталинграду в сентябре в трёх тк имелось: 50 КВ, 126 Т-34, 3 Т-70 и аж 130 Т-60! 2-й тк, оставшийся в городе, на 31 августа располагал 15 КВ, 36 Т-34, 54 Т-70 и 73 Т-60, а в 13-й тк из 77 танков было не менее 40 Т-70. Позже частично их в войсках Донского фронта разбавили американскими лёгкими танками, которые вооружались хоть пушкой и с хорошими снарядами, но 37-мм. В условиях атак с постоянно отстающей пехотой, неважной артподготовкой и чудовищной плотностью немецкой противотанковой обороны это было явно недостаточное вооружение. Также и пришедшие гораздо позже английские Churchill'и не имели конкурентоспособной пушки, одновременно удачно работающей и по танкам, и по пехоте, и по укреплениям.

На начало операции «Уран» Т-70 всё ещё оставался массовой машиной — новая 5-я ТА имела 50 КВ, 18 огнемётных КВ-8, 128 Т-34, 21 огнемётный ТО-34, 134 Т-70 и 27 Т-60. Фактически численность бронетехники уступала июльскому составу 1-й ТА, но вот состав сил в целом изменился существенно: два танковых корпуса, отдельная танковая бригада, отдельные огнемётные танковые батальоны, кавалерийский корпус, шесть стрелковых дивизий, мотоциклетный полк и, главное, ажно 9 полков РГК, 10 ИПТАП, 3 полка РСЗО, 5 полков зенитной артиллерии и прочие части усиления. Всего 929 орудий полевой артиллерии и 1456 миномётов! Да, танковые корпуса там и не получили тяжёлой артиллерии, но приданные артполки позволили вскрыть румынскую оборону (которая была не настолько слабой, как представляется, и румыны могли вполне отразить контрудары, какие наши проводили в июле-сентябре) и пустить танковые и кавалерийский корпуса в прорыв.

С новыми поставками, уже к новому 1943-ему году, ситуация чуть подвыправилась. Так, на 9 января в войсках Донского фронта имелось 110 КВ, 72 Т-34, 51 Т-70, 9 Т-60, 21 Churchill Mk. IV и 1 Valentine Mk. III.

Артиллерийские возможности стрелковых дивизий были у нас лучше, чем в танковых корпусах. В частности, противотанкисты имели не только 45-мм пушки, но и более дальнобойные и мощные ЗИС-3 и Ф-22 УСВ. Возможно, при грамотном построении обороны, удалось бы не доводить ситуацию до цугундера, но был целый вал проблем:

1) малочисленность или даже полное отсутствие 152-мм артиллерии, имеющей высокую эффективность при отражении ударов, при артподготовке и контрбатарейной борьбе. Весь Сталинградский фронт на 20 июля имел 21 152-мм орудие. На 2 сентября — 59. Даже не смотря на продолжавшийся рост артиллерийского кулака, на один наш 152-мм снаряд летело несколько немецких 150-210-мм;

2) малоопытность бойцов и командиров, для многих это были первые бои. У противника, в частности в артиллерии, хватало кадров, что имели опыт ещё боёв в Европе. Некоторые — даже Первой мировой;

3) слабость нашей разведки для выяснения точного местоположения сосредоточения вражеских войск и переброски к месту удара противотанкистов;

4) растянутость соединений на большом фронте и большие разрывы в обороне. Так, 36-й танковый полк с 36-м мотоциклетным батальоном 4-й немецкой ТА не стал прорывать оборону, кое-как занятую нашей дивизией численностью всего около 2000 человек, а сделал 150-километровый марш-бросок. Дальше его остановили наши 34-ки;

5) отсутствие времени на подготовку обороны.

Но далее боевые порядки в Сталинграде начали уплотняться, а операции в степных просторах пришлось прекратить. Насыщение укомплектованными танковыми корпусами и ИПТАПами в свежих стрелковых дивизиях в декабре позволило одновременно и сдержать деблокирующий удар немецких танковых дивизий, летом с лёгкостью прорывавших нашу оборону, и отбрасывать фронт дальше от окружённой группировки.

Как видим, с технической стороны ничего нового наши в ходе битвы не поставили, зато улучшили применение уже имеющихся средств. Да, косяков ещё хватало, но прогресс даже в течение октября был очевиден.

Со стороны врага было всё наоборот. Панцерваффе давно пришли к оптимальной структуре дивизий, постепенно модернизируя её для ответа на изменение ситуации на поле боя. Зато появлялось и становилось всё более многочисленным новое вооружение. Так, XIV-й тк имел на начало августа 20 Pz.Kpfw. IV с длинноствольной 75-мм пушкой, 6 с «окурком», 111 Pz.Kpfw. III с длинноствольной 50-мм пушкой и 19 с короткоствольной, 27 Pz.Kpfw. II (использовались больше для разведки, охранения и т.п. вспомогательных функций) и 10 САУ Marder с 76- и 75-мм пушкой. На 3 сентября, перед отражением наших контрударов, количество Pz.Kpfw. IV выросло до 34, Marder'ов — до 18. Число же Pz.Kpfw. II сократилось до 17, Pz.Kpwf. III — до 90 (в т.ч. 8 с короткоствольной пушкой).

Практически поучаствовал в битве, но, к счастью, не успел, 503-й батальон Tiger. 1 января танки прибыли на станцию Пролетарская и, вероятно, пару раз обстреляли наши войска.

Артиллерия немецкой танковой дивизии была серьёзной. Основная ударная сила — это два дивизиона по 12 105-мм гаубиц leFH 18 и дивизион с 12 150-мм гаубицами sFH 18 (иногда одна батарея была на 105-мм пушках sK 18). Противотанкисты имели две батареи, где было либо по 12 37-мм Pak, либо по 9 50-мм Pak 38 или новейших Pak 40. Либо, как в нашем случае, один дивизион имел противотанковые САУ. В 14-й тд числилось по штату 6 Marder с 76-мм пушкой (бывшей советской Ф-22), а в 16-й — с 75-мм Pak 40. А вот 60-я моторизованная дивизия имела два дивизиона Marder и один с Pak 38. Каждый из двух мотопехотных полков имел 4 150-мм пехотных орудия sIG 33 и 8 75-мм пехотных орудий leIG 18. При штабе полка и каждого из батальонов было по взводу из трёх лёгких противотанковых пушек, изначально 37-мм Pak, но могли насыпать любых трофейных. Разведбат имел два leIG и три лёгкие ПТП. Батальон мотопехоты имел три 28/20-мм тяжёлых противотанковых ружей с коническим стволом s.Pz.B. 41. Итого: 3 ПТР, 39-45 ПТП, 18 лёгких пехотных орудий, 8 тяжёлых пехотных орудий, 32-36 гаубиц и 0-4 тяжёлых пушек.

Выглядит не так страшно? Но надо учесть, что танковая дивизия вермахта тогда была единым механизмом, где танки, артиллерия, пехота, разведка, сапёры, связисты и поддерживающая сверху авиация работали совместно. Были отдельные машины передовых артиллерийских наблюдателей, позволявшие точно корректировать огонь, разведывательная авиация под защитой безраздельно господствующих истребителей быстро засекала все наши позиции в голой степи, а бомбардировочная могла рассеять даже свежую дивизию на этапе переброски (208-я сд). Воевавший тогда в 64-й армии В.И. Чуйков про взаимодействие в немецких войсках в летних боях 42-го писал:

«В современном бою без взаимодействия всех родов войск и без хорошего управления нельзя добиться победы. У немцев это взаимодействие было отработано хорошо. Отдельные рода войск в бою не торопились, не высовывались вперёд в одиночку, а били всей массой живой силы и техники. Его авиация за несколько минут до общей атаки налетала на атакуемый объект, бомбила и штурмовала, прижимала обороняющихся к земле, а замет пехота с танками при поддержке артиллерийского и миномётного огня почти безнаказанно врывалась в наши боевые порядки.»

Сверху это могли щедро быть сдобрено средствами усиления. Так, уже упомянутый XIV-й тк получил в обороне для усиления два дивизиона 210-мм орудий, дивизион и несколько отдельных батарей 150-мм гаубиц и полк Nebelwerfer'ов. У нас же не то что корпуса, а целые фронты мечтали о 152-мм орудиях, не говоря уже про 203-мм. Кроме того, в 16-й артполк 16-й тд были переданы 6 новейших Panzerselbstfahrlafette IV b (Pz.Sfl. IV b) — 105-мм гаубичная САУ, проложившая дорогу более удачным Wespe и Hummel.

Пехотная дивизия имела похожую собственную артиллерию и такие же средства усиления. Правда, брони было меньше. В 6-й армии числилось 4 батальона штурмовых орудий (177-й, 243-й, 244-й и 245-й), в каждом из которых, в среднем за битву, было пополам StuG III с короткой и длинной 75-мм пушками. Число боеготовых машин могло доходить до 80. Позже подошли ещё штурмовые 150-мм орудия Sturminfanteriegeschütz 33B, или же StuIG 33B — самоходки с 80-мм лобовой бронёй, практически неуязвимой в городских боях для артиллерии 62-й армии. Вооружались 150-мм пехотным орудием. По 6 штук поступило 28 октября в 177-й (вероятно, далее переданы 245-му) и 244-й батальоны. Сделаны они были после первого штурма Сталинграда в сентябре, когда обычные 75-мм пушки StuG казались бесполезны против мощных каменных зданий, а из-за близкого расположения позиций 210-мм орудия и авиация боялись работать, чтобы не задеть своих.

Артиллерия всех 15 пехотных дивизий Паулюса на начало битвы была многочисленна и насыщена современными орудиями:

- 473 37-мм противотанковые пушки PaK;

- 14 47-мм противотанковых чехословацких и французских пушек;

- 44 42-мм противотанковые пушки PaK 41;

- 181 50-мм противотанковая пушка PaK 38:

- 111 75-мм противотанковых пушек PaK 40. Из 513 выпущенных на конец июня - эти орудия поставлялись 6-й А в мае-июне. Они стали частым очень опасным врагом наших танков, поражая любую машину на дистанции в километр и более, где ранее танкисты чувствовали себя более-менее спокойно и могли сами подавить противотанковые пушки;

- 63 75-мм противотанковые пушки PaK 97/38 (на базе французской mle 1897);

- 242 75-мм пехотных орудия leIG 18;

- 72 150-мм пехотных орудия sIG 33;

- 443 105-мм гаубицы leFH 16 и leFH 18;

- 122 150-мм гаубицы sFH 18;

- 12 155-мм гаубиц sFH 414 (f) (французские canon de 155C mle 1917);

- 72 реактивных миномёта Nb.W. 41.

Дополнительно 113-я пд имела в качестве противотанковых 6 88-мм FlaK и дивизион противотанковых САУ из одной 105-мм Pz.Sfl. IV A (известный у нас больше как Dicker Max) и двух 128-мм Pz.Sfl. V (Sturer Emil). В степях их чудовищное могущество снаряда и дальнобойность не оставляли шанса нашим машинам.

И долгое время это работало как и задумывалось. Как только наши танки после не самой лучшей артподготовки атаковали, немецкая гаубичная артиллерия, вплоть до 210 мм, гвоздила по нашей пехоте, которая, как тогда бывало часто, быстро отставала от танков и залегала в поле, а прорвавшиеся танки встречались с неподавленной противотанковой обороной на обратных скатах высот. Ехали дальше — и получали снаряды в борт с другого края оврага. Если кто прорывался ещё дальше — уничтожался следующей линией противотанковых пушек и подошедшими танками.

Не обойду стороной о румынах, прорыв обороны которых считают плёвым делом. Их танковая дивизия к 19 ноября имела в строю 11 Pz.Kpfw. IV Ausf. G, 10 Pz.Kpfw. III Ausf. N и 87 R-2 — немного модернизированных чехословацкий LT vz. 35 с 37-мм пушкой. Из артиллерийского вооружения — 36 в бригаде полевой артиллерии и подаренные немцами 9 Pak 38 и 9 Pak 40. В двух артполках бригады для всех типов дивизий имелось 12 гаубиц: 100-мм австро-венгерских M. 14, чехословацких vz. 30 или различных 105-мм немецких Первой мировой, 24 старые пушки: 75-мм французские mle 1897, немецкие 1903 L30 или же перестволенные русские трёхдюймовки обр. 1902 г.

Противотанковая артиллерия пехоты состояла из 37-мм шведских пушек Bofors, 47-мм австрийских пушек Böhler или их итальянских копий 47/32 Mod. 1935 и французских Schneider M1936 (производились у себя по лицензии). Шведы и австро-итальянцы использовались в полках (18 37-мм и 6 47-мм, по другим данным 6+6, но дополнительно ещё 12 47-мм ПТП в каждом артполку), французы — на дивизионном уровне (6 штук). В октябре пехотные дивизии получили ещё по 6 франко-немецких 75-мм пушек Pak 97/38. На уровне корпус-армия румыны имели усиление шкодовскими 150-мм гаубицами M. 14 и К1, 105-мм пушками Schneider mle 1913 и mle 1936. Также, с щедрот немцев, вне штата румыны получили дивизион ПТО на Marder.

Не смотря на возраст, это всё могло давать сопротивление нашим танкистам и с румынами случались тяжёлые бои. Тем более, что столкнувшиеся с ними бригады до 40% состояли из лёгких танков. Ещё 3-я армия румын до того имела большой боевой опыт в сражениях на Украине и в Крыму, где немцы хорошо отзывались об их пехоте. Но хорошая обработка вражеской обороны артиллерией, нехватка своей гаубичной и техническое превосходство советских танков решили дело в нашу пользу (что не мешает некоторым гражданам уничтожать за день 63 из 51 танка бригады). Отсутствие аналогов наших ИПТАПов и нехватка танковых частей означала, что проблемный участок обороны румынское командование оперативно усилить не могло.

Танки с крестами раз за разом прорывали нашу оборону. Но сопротивление постепенно росло, а место для манёвра и очередного окружения уже практически не оставалось. В итоге этот немецкий молот был скован, с одной стороны, постоянными атаками Донского фронта, с другой — втянут в городские бои, где они потеряли своё преимущество в мобильности. К 19 ноября уже двух армиях, 6-й и 4-й танковой, в сумме насчитывалось 32 Pz.Kpfw. II, 199 Pz.Kpfw. III (в т.ч. 22 с короткоствольной 50-мм пушкой и 31 с 75-мм окурком), 82 Pz.Kpfw. IV (12 с окурком), 7 командирских танков, 58 StuG III (из них 22 с короткой пушкой) и 9 StuIG 33B. Часть находилась в ремонте. Так что противопоставить нашим танковым корпусам вовремя смогла лишь румынская 1-я и не самая сильная немецкая 22-я тд (40 танков). Выстроить же, как летом, мощную оборону с сотнями противотанковых пушек, прикрытых 105-, 150- и 210-мм орудиями не получилось.

Сталинградская битва — очередной шаг эволюции войны. Это пример, где из-за комплекса ошибок одна сторона, технически более мощная, из ситуации тотального доминирования быстро оказалась в безвыходной ситуации. И пример того, что голое численное превосходство в танках соседствовало с чудовищной нехваткой огневой мощи соединения, делая его неэффективным.

Подпишись на сообщество Катехизис Катарсиса, чтобы не пропустить новые интересные посты авторов Cat.Cat!

Также читайте нас на других ресурсах:

Телеграм ↩ – новости, заметки и розыгрыши книг.
ВК ↩ –наша Родина.

Нашёл информацию по фото: Вальтер Модель осматривает повреждённый «Тигр» 505-го тяжёлого танкового батальона летом 1943 года в ходе Курской битвы. По моему мнению, 45-мм оставила бы более аккуратную пробоину, а 85-мм и выше оторвала бы ствол. Так что, думаю, 76,2-мм прилетело — привет от ЗиС-3, Т-34 или КВ.

Ставя плюс, вы помогаете другим людям увидеть этот пост. А я буду рад видеть вас среди подписчиков моего профиля и сообщества «Взаимосвязи».

Привет. Собрал с прошлого октября по февраль пару моделей, среди них Merkava Mk.4M от Meng. Теперь ищу в себе моральные силы это покрасить, уже 3 месяца))

К набору есть вопросы, тяжело собирается кормовая часть корпуса. Всё встает криво, косо, надо много подгонять. Причина - верхняя часть корпуса в одну деталь просто кривая и надо было внутри добавить распорку, тогда было бы легче. Поздно это понял, пришлось идти более сложным путем.

Гусеницы из набора с одной стороны рабочие и похожи на себя, с другой стороны в торце у каждого трака образуется заметная щель, чего нет в реальности. Пришлось зашпатлевать каждую и потом шлифовать. Да и собираются довольно сложно, не “на щелчок”. Я не люблю металлические гусеница, тем более такого объема и веса. Кто не хочет так сильно заморачиваться, но хочет аутентичности - лучше меняйте на металл или что там есть, 3д-печать была бы идеальной.

Люблю изображать модели богатые деталями, поэтому отказаться от ярких “рогов” на носу Меркавы просто не смог. Это устройство эвакуации под огнем. Его часто изображают как попало, а конкретно цепь: думают, что она просто намотана. Это совсем не так и в таком виде не будет работать. Нашел источники, разобрался с устройством. Сделал как положено: насверлил по 4 отверстия, в них выдергиваемые стопоры с шплинтами в виде колец, ну и цепь проложил так, как должно быть.

Цепь в наборе идет смешная, тем более если вы будете ставить устройство эвакуации под огнем - цепи должно быть две: одна по борту, другая на устройстве. Заменил на печатную цепь от СВ Модел, к которой в начале относился скептически, но потом совершенно не пожалел. Кстати, характерных серьг под эти цепи не хватает в наборе, надо 4, вместо 2-х. Пришлось просить товарища напечатать на 3д принтере.

К исходному набору закуплено много афтемаркета. 3 набора фототравления от E.T. Model, смола с кормовыми корзинами и ящиками от самого же Meng, ствол орудия от Magic Models, ствол пулемета Браунинг от Zedval, пара антенн, что-то еще… Интуитивно кажется, что самая кропотливая работа это “юбка Фатимы”, характерные грузики на цепях сзади башни. Но нет, настоящий ад это сборка креплений боковых экранов корпуса, всего 10 штук и в каждом наверное больше 20-ти травленых деталей собираемых между собой. Честно - постфактум наверное не стал бы их собирать) Но когда уже взялся, то пришлось доводить дело до конца.

Стволы от Magic Models не рекомендую, больше не буду брать. Делают их из тяжеленной латуни (видимо), что требует таких же тяжеленных противовесов, чтобы и ствол работал и башня была уравновешена и вращалась. Это в то время как китайцы делают из алюминия, плюс пошло много альтернатив в 3д-печати с металлическим стержнем против изгиба ствола.

Стволик Браунинга требуется дополнить пламегасителем для такой поздней версии, как у меня. Пришлось мастерить самостоятельно. Проводка и тросы управления к Браунингу не тривиальные, много там надо “наплести”, довольно колхозные решения, в нашем родном стиле) Сделал из проволок разного диаметра.

На концах антенн должны быть некие набалдашники, тоже добавил. Четыре “палки” по углам корпуса - это не антенны, это габариты для мехвода.

Кстати, люки в башне рабочие, особенно круто работает люк командира: поднимается и сдвигается назад без переворота, на двух шарнирах. В движении смотрится круто, сделать можно только при наличии фототравления. Зачем сделал? Сам не знаю, потому что было можно)

Чуть не забыл, главная фишка Меркав же - антислип. Сделал с помощью специальной смеси от Арма-моделс. После покраски, надеюсь, будет виден заметней.

Я в Model Kombat